Не по любви

— Так все-таки у тебя есть опыт съемок в порно, да? Я догадалась на нашей первой встрече.

— Иногда мне хочется оторвать тебе язык.

— Не злись, — еще раз целую Севу в щеку. — Люблю тебя, мой жених. Не могу дождаться дня нашей свадьбы.

Я выпутываюсь из объятий Севастьяна. Его друзья даже не заметили, как мы целовались. Один стоит курит и смотрит в телефон, а двое других разговаривают. Зато их жены глаза порвали. Я направляюсь к беседке. Больше мне здесь некуда идти.

— Ну ничего себе, у вас с Севой страсть! — восклицает Лолита, как только я захожу в беседку.

— А я вспомнила наше с Колей знакомство, — вздыхает Юля. — У нас тоже была сильная страсть. Куда она потом после свадьбы делась?

— А я удивилась тому, что Севастьян так проявляет свои чувства на людях, — вдруг говорит Маргарита. — Ему это не свойственно. Прости, Элла. Просто я знаю Севу дольше, чем кто бы то ни был.

А вот это уже интересно. Я беру свой стакан с недопитым лимонадом и сажусь на свободный стул.

— Да? — искренне удивляюсь. — Откуда ты знаешь Севу?

— Он был одноклассником моей старшей сестры.

— Разве у тебя есть сестра? — изумляется Лолита.

— Она погибла. Давно.

— Ой, сочувствую…

— Спасибо. Все в порядке.

Я медленно глотаю лимонад. Маргарита определённо внесла смуту.

— Я думаю, люди могут меняться со временем, — роняю небрежно. — А еще люди могут по-разному себя вести с разными людьми.

Маргарита пожимает плечами:

— Возможно.

Она отворачивается в сторону, давая понять, что не хочет продолжать разговор, который сама же и начала. Я делаю себе мысленно пометку, что с ней нужно быть осторожнее. Сева не предупреждал, что здесь будет присутствовать девушка, которая знает его примерно всю жизнь. Это, конечно, немного меняет ситуацию.

Врагов нужно держать близко, поэтому, когда Лолита и Юля куда-то уходят, я подсаживаюсь на лавочку к Марго. Даже беру себе алкогольный коктейль, чтобы быть с ней на одной волне.

— Расскажи, каким Сева был в школе? — и аж слегка подпрыгиваю от любопытства.

Марго уже изрядно пьяна. Они с Лолой и Юлей хлещут эти коктейли один за одним.

— Я не знаю, у нас разница десять лет. Когда я пошла в первый класс, Сева и моя сестра пошли в одиннадцатый.

— А, понятно, — разочарованно вздыхаю.

— У Севы отец был очень богатым, — Марго допивает коктейль, а я превращаюсь в слух. Подаю ей новый бокал. — Если честно, не знаю, чем именно занимался. Но знаю, что Сева был самым богатым у нас в школе, а про его отца говорили, что он якобы криминалом занимается. Не знаю, насколько это правда. В институте Сева и моя сестра начали встречаться. В школе у них не было отношений, а в институте вдруг закрутился роман. Они долго встречались, и у них было достаточно серьезно. Сева постоянно гостил у нас дома, был знаком со всей нашей семьей. Сестра ждала, что он сделает ей предложение. Ну а потом она погибла. Ее сбила насмерть машина, водитель скрылся, его не нашли. Камер на дорогах тогда еще не было.

Марго запивает свой рассказ коктейлем. Я беру ее ладонь и сжимаю. Мои глаза налились слезами.

— Это так ужасно, — шепчу.

Маргарита машет рукой.

— Много лет прошло.

— Как звали твою сестру?

— Алиса.

Севастьян и Алиса. Красиво звучит.

— Ты не бери в голову, хорошо? — Марго силится улыбнуться. — У Севы после Алиски много кто был. До тебя он несколько лет жил с девушкой, Мариной. До нее тоже с кем-то жил. И до нее у него кто-то был. Просто так уж получилось, что я вышла замуж за друга Севы, поэтому немного в курсе его личной жизни. Но с тобой Сева действительно другой. Надеюсь, у вас все получится.

— Спасибо, Марго. Мы не долго вместе. Буквально несколько недель. И я еще мало знаю о Севастьяне.

— Да что о нем знать? Богатый, красивый, никогда не был женат. Это главное.

Я смеюсь, и Марго тоже начинает смеяться.

— Я еще не знакома с его семьей.

— У него мама и сестра. Они очень милые.

— А отец?

— Отца убили давно. С кем-то что-то не поделил.

Я смотрю на Севастьяна, который разговаривает со своими друзьями. Теперь у меня постепенно вырисовывается полный образ моего фиктивного жениха. Как сказала Маргарита, богатый, красивый, никогда не был женат.

А еще сын бандита. В юности пережил потерю любимой девушки. Имеет успешный бизнес по производству водки, но зачем-то решил бросить его и податься в политику.

Глава 18. Комната

Мясо готово, поэтому все садятся за накрытый стол в беседке. Севастьян опускается на стул рядом со мной. Жены его друзей продолжают ненавязчиво за нами наблюдать. Я с удовольствием ем все блюда, но участия в разговоре не принимаю. Общаются преимущественно мужчины. Севастьян обсуждает с друзьями местные политические новости. Звучат незнакомые мне фамилии. Мне нечего вставить в их оживленный разговор, поэтому я молчу.

Маргарита общается с Юлей, они сели рядом. Только Лолита изредка может что-то сказать в беседе мужчин. У меня появляется ощущение, что она глубоко погружена в дела своего мужа-депутата-криминального авторитета, раз легко поддерживает деловой разговор.

Когда еда почти съедена, напитки наполовину выпиты, а присутствующие изрядно пьяны, я беру Севу под руку и кладу голову ему на плечо. Я чувствую, как на миг он напрягается, но быстро расслабляется. Лолита делает музыку чуть громче. Сева повышает голос, чтобы собеседники могли его слышать. Я переплетаю наши с Севастьяном пальцы и начинаю рисовать узоры на тыльной стороне его ладони.

Я здесь единственная, кто не притронулся к спиртному. Сева выпил три стакана виски со льдом, я посчитала. Теперь от него немножко пахнет алкоголем, и, как ни странно, этот запах его не портит.

Я думаю о том, что мне удалось сегодня узнать о Севастьяне. Он как закрытая книга, и непонятно, почему, я хочу книгу открыть и прочитать. А чем больше на меня сыпется крупиц из этой книги, тем сильнее мое любопытство.

Севастьян любил ту погибшую девушку, Алису? Какой она была? Я смотрю на Маргариту — высокую, стройную, с мягкими светлыми волосами. Ее старшая сестра была такой же? А Марина совсем другая, кстати. Марина кареглазая брюнетка. Означает ли это, что у Севастьяна нет предпочтений по тому, какого цвета должны быть волосы и глаза у девушки?

— О чем задумалась? — на пустой стул возле меня плюхнулась Лолита.

— Ни о чем, — отрываю голову от плеча Севы и выпрямляюсь. — Устала немного.

— Пойдем покажу вашу с Севой комнату.

— Пойдем.

По дороге к дому я с ужасом понимаю, что нам с Севастьяном предстоит провести две ночи в одной спальне. Когда мы сюда ехали, я об это как-то не подумала. Может, все же там будут две кровати? Ну или рядом с кроватью будет стоять диванчик?

Мои надежды с грохотом разбиваются, когда Лолита открывает дверь выделенной нам спальни.

— Вот такая комната, — обводит рукой небольшое помещение, метров пятнадцать максимум. Здесь одна двуспальная кровать, по бокам от нее тумбочки, небольшой шкаф и письменный стол. Ни второй кровати, ни приставного дивана. — Подойдёт? Есть еще одна в конце коридора, но она меньше.

— Подойдёт, — довольно улыбаюсь.

— Ванная напротив, — показывает пальцем на белую дверь через коридор.

— Спасибо.

— Ну, пойдем обратно?

— Я, пожалуй, немного отдохну. Поздно уже.

Лолита смотрит на смарт-часы на запястье.

— Десять только. Детское время. Ну как хочешь. Если что, приходи.

Хозяйка дома удаляется. Закрыв за ней дверь, без сил падаю на кровать. Ни идеи, как жить в этой комнате с Севастьяном.

Глава 19. В безопасности

Мой фиктивный жених приходит через полчаса. Без стука опускает дверную ручку и заносит наши сумки с вещами, которые мы оставили в машине.

— Спишь? — спрашивает.

Дверь за его спиной тихо закрывается.

— Нет, просто лежу.

Сева включает яркий свет. Я слегка щурюсь.

— Здесь только одна кровать, — замечаю.

— Тебя это смущает?

Севастьян поставил две сумки на письменный стол. Открыл свою и что-то в ней ищет.

— А тебя нет?

— Нет.

Сажусь на постели. Сева оглядывается на меня.

— У нас фиктивные отношения. Мы изображаем пару только на людях. А спать в одной кровати — это перебор.

— Ну, я не буду спать на полу. Извини. В этом вопросе я совсем не джентльмен.

Примерно что-то такое я от Севастьяна и ожидала. Больше ничего не говоря, забираю со стола свою сумку и иду в душ через коридор, пока он еще не занят. Ладно, успокаиваю себя. Мы же взрослые люди, и оба все прекрасно понимаем. У меня с собой моя шелковая пижама из длинных штанов и рубашки. Севастьян не увидит лишних частей моего тела.

Но вспоминая, как во время поцелуя в саду в меня упирался его член, по телу прокатывается сладкая дрожь. Мне совсем не нравится, как я реагирую на Севастьяна. Он, безусловно, очень привлекательный мужчина, но я не должна забывать, что нахожусь на работе. Хорошо бы, чтобы Сева тоже об этом не забывал.

Когда я возвращаюсь в комнату, горит один небольшой ночник за письменным столом. Севастьян, переодетый в футболку и спортивные штаны, сидит за ноутбуком. Мельком бросает на меня взгляд, когда я вхожу, и возвращается к экрану. Я залезаю в кровать под одеяло и смотрю на его широкую и слегка ссутуленную спину. Мне отсюда не видно, что там у него на экране. Сева быстро печатает на клавиатуре.

— Почему ты не предупредил, что здесь будет присутствовать человек, который знает тебя почти всю жизнь?

Пальцы Севы моментально замирают над клавиатурой, а плечи слегка напрягаются. Через пару секунд он медленно поворачивает ко мне голову. Мгновение смотрит.

— Ты про Маргариту?

Быстро догадался.

— Да.

Сева прищуривает глаза, внимательно в меня вглядываясь. Если он намерен прочитать что-то по моему лицу, то у него не выйдет.

— Что она тебе рассказала? — вопрос звучит требовательно и недовольно.

— Что ты встречался с ее сестрой, которая погибла.

— Как у вас зашел разговор об этом?

У меня складывается ощущение: Севе не нравится, что Маргарита рассказала мне про погибшую Алису. Это был секрет?

— Маргарита сказала, что ты ведешь себя со мной нетипично. Раньше она не замечала за тобой такое проявление чувств к девушкам на публике. Сказала, что знакома со многими твоими бывшими девушками. И сказала, что ты давно встречался с ее сестрой.

Севастьян отворачивается обратно к компьютеру. Печатает. Когда я уже не жду от него ответа, говорит:

— Ты думаешь, у Марго возникли подозрения в искренности нашей пары? Или что?

— Нет, я так не думаю.

— Тогда в чем проблема?

Пожимаю плечами, хотя Сева этого не видит. Он все еще смотрит в комп.

— Да ни в чем, наверное. Просто когда я после поцелуя вернулась в беседку, она сказала, что обычно ты так себя с девушками не ведешь. И я почувствовала себя неловко, словно меня поймали на лжи. Хотя ведь наш поцелуй и был ложью. Но посторонние не должны об этом знать.

— Марго не может быть известно наверняка, как и с кем я себя веду. То, что она знакома с несколькими моими бывшими, ни о чем не говорит. А по поводу тебя: не переживай, ты хорошая актриса, и вряд ли кто-то догадается, что ты играешь.

Севастьян только что сказал комплимент в адрес моего таланта, только он меня почему-то не порадовал.

— Здесь все знают, что ты собираешься на выборы губернатора? — меняю тему. — Если что, я никому ничего не говорила.

— Нет, пока никто не знает. Об этом еще рано говорить.

Севастьян снова печатает. Я стараюсь лечь поудобнее, но какую бы позу не приняла, мне некомфортно. Через несколько минут Сева опускает крышку ноутбука, гасит ночник, берет свою сумку и выходит из комнаты. Я надеюсь уснуть, пока он принимает душ, чтобы избежать неловкого засыпания вместе. Но не тут-то было. Сон не идет.

Севастьян возвращается в комнату. На меня падает свет из коридора, и фиктивный жених видит, что я не сплю. Ох, теперь и не притвориться спящей. Дверь за ним закрывается, спальня погружается во мрак. Свет в комнату проникает только от фонаря за окном и тусклой луны в небе. Сева обходит кровать с другой стороны, по звукам понимаю, что раздевается. Одеяло поднимается, и он ложится в кровать.

У нас еще одно одеяло на двоих. Ужасно.

Но я не дам Севастьяну знать, в каком смятении нахожусь. Я лежу на животе с отвернутой от него головой, расслаблена, дышу ровно. Если он посмотрит на меня, то не заметит моего страха перед совместной ночью в одной кровати. Вот только тишина все равно кажется гнетущей, а воздух в комнате натянут как струна.

— В конце следующей недели полетим в Дубай покупать тебе свадебное платье, — тихий голос Севастьяна рассекает комнату, как лезвие.

От столь неожиданного заявления я поворачиваюсь к нему лицом. Сева лежит на спине и смотрит в потолок, одна рука подложена под голову.

— Эм, хорошо. Загранпаспорт у меня есть.

Он больше ничего не говорит и закрывает глаза. Это все? Вот так огорошил меня поездкой в Дубай и решил уснуть?

— Зачем ты решил пойти на выборы? — любопытный вопрос вырывается быстрее, чем я успеваю включить мозги.

Сева снова открывает глаза. К слову, кровать очень большая, и между нами приличное расстояние. И это при том, что ни я, ни он не лежим специально на самом краю. Возможно, за всю ночь мы не прикоснемся друг к другу.

— Почему ты спрашиваешь? — слегка поворачивает ко мне голову.

— Просто интересно. Ты богатый, у тебя прибыльный завод. Зачем тебе кресло губернатора?

— Чтобы стать еще богаче.

— Дело только в деньгах? — удивляюсь. — Но можно же построить второй завод.

— Можно, но не хочу. На самом деле нет, дело не только в деньгах.

— А в чем еще?

— Есть ряд причин, почему мне нужна эта должность. — Сева слегка улыбается. — Но не следует забивать ими твою симпатичную головку.

Я вздыхаю и поворачиваюсь к Севастьяну всем корпусом. Он или не доверяет мне, или считает, что я слишком глупа, чтобы понять причины его решения пойти на выборы. И то и другое обидно. Хотя с чего бы Севастьяну мне доверять? Мы знакомы без году неделя, я наемная актриса, которая через год исчезнет. Поэтому на первое не следует обижаться.

— Спокойной ночи, Элла.

— Спокойной ночи. Надеюсь, во сне ты не перепутаешь меня с Мариной, — язвлю.

Сева усмехается.

— Не перепутаю. Ты совсем на нее не похожа.

— Приму это за комплимент.

Севастьян смеется и закрывает глаза. Через несколько минут его дыхание становится размеренным. А вот я еще долго не сплю, разглядывая Севу. Кажется, даже во сне он находится начеку, готовый в любой момент подскочить и схватиться за пистолет, который всегда с собой носит.

Впервые я заметила у Севастьяна оружие, когда мы импровизировали знакомство. Тогда я подумала, что он взял пистолет на всякий случай. Но теперь я знаю, что Сева постоянно его с собой носит. Вот и сейчас оружие в кобуре лежит на тумбочке с его стороны кровати.

Я опускаю веки и медленно засыпаю, чувствуя себя рядом с Севастьяном в безопасности.

Глава 20. Утро

Я просыпаюсь от того, что на меня давит какая-то тяжесть. Я под ней словно прогибаюсь. Вместе с тяжестью я чувствую спиной жар, как будто меня касается что-то очень горячее. Сон слишком крепок, я с трудом разлепляю веки и в первое мгновение не понимаю, где нахожусь. Затем фокусирую взгляд на чужой комнате и вспоминаю вчерашний день.

Мы с Севастьяном в гостях у его друга-криминального авторитета-депутата местного парламента Геннадия. Какой разносторонний человек. И дом с женой Лолитой у него красивые.

Вот только почему мне так жарко, как будто я лежу спиной к батарее, и что это так сильно на меня давит?

Я приподнимаюсь на локте и поворачиваю голову назад. О Господи. Это Сева. Он прижался ко мне сзади и закинул на меня свою руку. Он… обнимает меня во сне.

Я так растеряна, что не знаю, как отреагировать. Скинуть с себя ручищу Севастьяна и отодвинуться на край кровати? Или остаться лежать в его объятиях? Чем дольше я думаю, тем страннее реакция моего тела. Тяжесть мужской руки становится приятной, а жар от голого торса расходится по моей коже приятными вибрациями.

Я сдаюсь. Падаю обратно на подушку и прикрываю глаза. От моего ёрзания на кровати Сева тоже начинает шевелиться. Крепче обнимает меня рукой и еще плотнее прижимается сзади. Теперь он опустился лицом мне в волосы. Его дыхание разгоняет по затылку мурашки. Ладонь Севастьяна пробирается под мою шелковую рубашку и гладит живот.

У меня учащается дыхание. Умом понимаю: это надо немедленно остановить. Это не в какие ворота. Мы так не договаривались. У нас есть контракт, где четко все прописано. Это фиктивные отношения, фиктивный брак. Я уже молчу о том, что так-то Севастьян — несвободный мужчина. Марина, какой бы они не была, его девушка, и если бы не мутные родственники, то с высокой вероятностью Севастьян бы женился на ней. А влезать в чужие отношения — не в моих правилах.

Когда Сева накрывает рукой мою обнаженную грудь и обводит большим пальцем торчащий сосок, я дергаюсь. Да делаю это так неудачно, что ягодицами упираюсь в его твердый член. Меня охватывает жгучий стыд, когда понимаю: мне приятно.

Мне чертовски приятно касаться ягодицами возбужденного члена Севы.

Между ног разливается приятное тепло. Севастьян продолжает ласкать мою грудь. Гладит ее, теребит сосок. Мое дыхание сбивается. Мне до искр из глаз хочется еще раз потереться ягодицами о член Севы. И я делаю это.

Мамочки, что я творю? И почему это так умопомрачительно приятно?

Усилием воли заставляю себя скинуть руку Севастьяна и отодвинуться на край кровати. Мой фиктивный жених моментально просыпается, подскакивает на кровати и смотрит на меня сквозь сонные веки.

— Элла? Это ты?

— Да, к сожалению, я не Марина!

Тяжело вздохнув, Сева падает спиной на кровать. Он накрывает ладонями лицо и трет глаза. Севастьян по пояс укрыт одеялом, но оно тонкое, для летних ночей, поэтому отчетливо видно, как его член выпирает вверх. Самое ужасное, что глядя на него, я возбуждаюсь еще сильнее. Отворачиваюсь, пока не совершила глупость.

— Прости, пожалуйста, — говорит сипло.

— Это харассмент, — чеканю.

— Почему харассмент?

— Потому что ты мой начальник, а я твоя подчиненная.

— Ну нет, — не соглашается. — У нас просто контракт. Прости. Больше это никогда не повторится. Обещаю.

Меня должно порадовать обещание Севастьяна, но этого не происходит. Наоборот, оно огорчает меня. В горле образовывается ком. Я запуталась в себе и сама не знаю, чего хочу. Авантюра с главной ролью в реалити-шоу рискует оказаться большой ошибкой. Беда пришла, откуда не ждала. Меня тянет к моему фиктивному жениху. Этого я никак не могла предусмотреть. Я опасалась, что Марк и Севастьян окажутся маньяками, которые четвертуют меня и продадут на органы. А лучше бы я боялась другого — что у меня возникнут чувства к фиктивному мужу.

Севастьян встает с кровати и, судя по звукам, надевает джинсы. Не глядя на меня, он выходит из комнаты. Я рада, что осталась одна. Можно не на долго выйти из роли недовольной жертвы харассмента. Моя правая грудь, которую ласкал Сева, до сих пор ощущает его горячее прикосновение. Я вспоминаю, как это было, и соски снова твердеют.

Дура ты, Элла.

Я падаю спиной на кровать, просовываю ладонь в пижамные штаны, свожу бедра и позволяю себе представить то, что могло бы быть между мной и Севастьяном, но не было.

Глава 21. Дубай

Когда мы возвращаемся домой от друзей Севы, он сразу куда-то уезжает и больше не появляется дома. Или у Севастьяна есть запасное жилье, или он ночует у Марины. Третьего не дано. К слову, его девушка тоже не приезжает, отсюда я делаю вывод, что он живет с ней где-то в другом месте.

Я не вижу Севастьяна до самой поездки в Дубай. А когда домоуправ Анастасия и горничные уходят, остаюсь в огромном доме Севы совсем одна.

Не могу сказать, что мне приятно одиночество. Здесь три этажа, огромные комнаты и коридоры. Мне страшно, как бы глупо это не звучало. Я закрываю дверь в дом на ключ, также поворачиваю ключ-вертушку в своей комнате, залезаю под одеяло и вздрагиваю от каждого шороха и звука.

Я вообще не понимаю, откуда в доме могут быть шорохи, если здесь нет никого, кроме меня. Так и в привидения начнешь верить.

Поэтому поездку в Дубай я воспринимаю как дар небесный. Я лечу вдвоем с Марком. Когда полетит Севастьян, не знаю и политтехнологу такой вопрос не задаю. Подготовка к свадьбе находится в самом разгаре. Мы уже очень много сделали: определились с датой (первая суббота октября), оплатили ресторан, нашли ведущего, кавер-группу, составили меню и подготовили пригласительные. Мне нравится заниматься свадьбой, хоть она и фиктивная. Это отвлекает меня от грустных мыслей.

Дубай встречает лютым пеклом. Я первый раз в Арабских Эмиратах. Жара заставляет плавиться и чуть ли не терять сознание. В машине с кондиционером я перевожу дыхание. По дороге до отеля с любопытством смотрю в окно, пока Марк рассказывает о наших планах. Мы прилетели без обратного билета, так как неизвестно, сколько времени займет поиск свадебного платья. Но в идеале мы должны вернуться в Россию послезавтра. Сегодня у нас свободный день: можно погулять по городу и искупаться в море. А завтра свадебный шопинг. И если мы купим все, что нужно, то домой полетим послезавтра.

Мы останавливаемся в шикарном пятизвездочном отеле. Из моего номера виден кусочек пляжа. Глядя на лазурную гладь где-то в метрах пятисот, я прыгаю от восторга. Не терпится окунуться в прозрачную соленую воду, но поход на море я решаю отложить до вечера, когда спадет жара. А пока переодеваюсь в купальник, намазываюсь солнцезащитным кремом, хватаю полотенце и спускаюсь к бассейну отеля.

Здесь тоже пекло. Беру в баре холодный коктейль, расстилаю под зонтиком полотенце и ложусь отдыхать. Я сразу начинаю ловить на себе мужские взгляды. Я красивая девушка и всегда нравилась противоположному полу. В школе у меня отбоя не было от поклонников, на выпускном я стала королевой бала. Мне не привыкать к мужскому вниманию и пошлым комментариям в свой адрес. Вот и сейчас мне свистят три парня у бара, а я, не обращая внимания, завязываю длинные волосы в пучок и иду плавать.

Вода прохладная и освежает. Бассейн довольно глубокий, через несколько метров я уже не достаю ногами до дна. На меня поглядывают плавающие мужчины. Их спутницам это не очень нравится. Обратная сторона красивой внешности — это бесконечная неприязнь, исходящая от других женщин. Они или чувствуют во мне соперницу, или завидуют.

Поплавав минут пятнадцать, я вылезаю из бассейна и возвращаюсь на шезлонг. Делаю глоток коктейля и вытираюсь полотенцем. Три парня у бара, которые свистели мне, по-прежнему там и внимательно за мной наблюдают. Один из них — смуглый брюнет в солнечных очках и оранжевых плавках — отрывается от стойки и направляется ко мне.

— Привет, красотка, — обращается по-английски. Улыбается, демонстрируя белоснежные зубы. — Одна отдыхаешь?

— Нет, я со своим женихом.

— Женихом? И где же он?

— Здесь, — звучит сбоку строгий голос Севастьяна.

Глава 22. Бассейн

Я почему-то испытываю жгучий стыд от того, что Сева застал меня за разговором с этим парнем. Как будто я изменяю Севастьяну. Как будто нарушаю правила, прописанные в нашем контракте.

— Оу, прошу прощения, — парень в оранжевых плавках тут же ретируется обратно к друзьям у бара.

Я осмеливаюсь поднять на Севу лицо. Он в джинсовых шортах и футболке, на голове кепка. А я в мокром купальнике и в каплях воды из бассейна, которые струятся по телу. Мне кажется, или взгляд Севастьяна смещается с моего лица на шею, грудь и живот? По которым ручейками катятся дорожки воды.

— Он первый ко мне подошел. Я сразу сказала, что отдыхаю с женихом, — торопливо оправдываюсь. Еще не хватало, чтобы Севастьян обвинил меня в несоблюдении контракта.

У его лица жесткое выражение. Он переводит взгляд к бару, где, должно быть, стоит с друзьями парень в оранжевых плавках. Слишком долго туда смотрит. Я начинаю нервно ёрзать на шезлонге.

— Что он от тебя хотел? — возвращает внимание ко мне.

— Не знаю. Он спросил, с кем я отдыхаю. Я ответила, что с женихом. И в этот момент подошел ты. А ты случайно меня увидел?

— Нет, я искал тебя. Стучал к тебе в номер, никто не открывал. Решил посмотреть у бассейна.

— Что-то случилось?

Зачем Севе внезапно понадобилось меня искать?

— Нет, просто хотел узнать, все ли в порядке.

— Все в порядке.

Севастьян садится на соседний свободный шезлонг. Мы не виделись с того дня, как приехали от его друга Геннадия. Кажется, прошла целая вечность. Между нами чувствуется неловкость. Я вдруг вспоминаю то утро, когда Севастьян трогал меня в постели, и смущенно отвожу взгляд в сторону.