Прозрение Эдипа. Осада Платеи.

Следующим утром, я вместе с другими триерархами вознёс хвалу Посейдону, а потом стоял на корме рядом с Евритом, наблюдая, как удаляется родной берег.С берега, улыбаясь, махала мне рукой Хлоя. Меня она проводила спокойно, без слёз и причитаний, в отличие от других жён и подруг, шум которых заглушал команды кормчих и триерархов. Но глаза у неё были очень тревожными.

Гребцы на моей триере были в большинстве своём опытными, корпус хорошо просмолен и крепок, так что корабль легко скользил по спокойному морю, занимая своё место в строю прославленного афинского флота. Гребцы затянули походную песню. Я подхватил её в полный голос, как на певческих состязаниях в Одеоне, и голос мой звенел над Зейской бухтой легко и свободно. И хотя я давно уже не был мальчишкой, и шли мы в боевой поход, из которого могли не вернуться, сердце моё наполнила какая-то детская радость.