Дело чести. Том 1

- А разве он не...

- Ага. Военачальник. Очень мощное и надежное прикрытие, пусть и неудобное. Так вот, в общей суматохе я раздобыл вам приглашения на его праздник. Как понимаешь, ему пришлось срочно вернуться из похода и помочь контролировать аристократию.

Зигфрид складывает руки на груди и задумчиво хмыкает. Он кивает на меч в руках лорда.

- Ладно. С волшебником понятно. А зачем вам в Нордридж?

Альтман хмуро глядит на него исподлобья.

- Ну, кое-кто забросил места, которые обязан охранять.

- Отправили бы столичных помощников. У вас их, как грязи.

- Есть еще кое-что. Я пока не хотел рассказывать всем.

Дверь в кладовую скрипит от сквозняка. Зигфрид останавливает ее локтем и чуть подается вперед. Тьерри Альтман озабоченно трет переносицу.

- В тех документах я нашел одну странную штуку. Наш колдун как-то связан с твоим прежним нанимателем.

Зигфрид приподнимает бровь.

- С Бельфором?

- Ага.

- Там была выписка из Центральной Библиотеки. Эффренату пропустили в закрытую секцию. А вместе с ним туда прошел Родерик Бельфор.

- А что они искали? - Зигфрид наклоняется ближе.

- Вот это - самое интересное, - взгляд Альтмана становится еще мрачнее, - они зашли в секцию, посвященную драконам.

***

- Ну? - Уго с надеждой смотрит на Зигфрида. - Что сказал господин Альтман?

Бьярки разводит руками и плюхается в кресло. Оно жалобно скрипит под его весом. Рено смотрит в окно, краем глаза наблюдая за диалогом.

- Да ничего нового. Доказательства того, что Де Соваж...Эффренату, ну, или как нам теперь его называть, - волшебник, нашлись в Королевской канцелярии. Альтман случайно их обнаружил, пока рылся в куче документов.

- И почему такие важные бумаги оказались доступны Альтману? - Обри со скепсисом выгибает бровь.

- Да потому, что после смерти короля весь Инстабилис на ушах. Никто толком не работает и ни за чем не следит. Почему бы тебе не сходить к своим и не убедиться?

- Ну уж нет. Куча ноющих женщин-Висконти и кузины, которых наверняка забыли отправить за город? Ноги моей там не будет.

- В общем, придется нам поверить Альтману на слово. Согласитесь: ему незачем врать.

Рено вцепляется пальцами в подоконник, но ничего не говорит. Уго постукивает корешком блокнота по столу.

- И больше он ничего не собщил?

Бьярки кладет голову на спинку кресла и прикрывает глаза.

- Не-а. Больше ничего. Он торопился по делам.

***

Следующий день после приезда в Инстабилис проходит незаметно. Обри и Альбин-Эмерик отправляются за покупками в город. Уго запирается в самой отдаленной гостевой спальне и высовывается, только чтобы поесть. Рено, ко всеобщему удивлению, не рвется гулять по столице, а остается вместе с Лео. Они вместе кормят рыб в садовом пруду и бросают найденный в кладовой пыльный мяч. Лео понемногу начинает улыбаться, а отрешенная задумчивость сползает с его лица. Курт сидит в оружейной и точит свои ножи, а затем помогает Обри выбрать новую шпагу вместо прежней.

Зигфрид, насвистывая, разгуливает по резиденции Альтмана. Он заглядывает во все двери, ящики и углы. Пара ваз оказывается переставлена, а несколько статуэток меняются местами по его вкусу.

К вечеру вся команда снова собирается в гостиной по просьбе Уго.

- Что ж, - выпрямляется маршал, - как я уже говорил, от драконов надо избавляться. Они нас преследуют, и мы толком не можем ничего предпринять. Я еще раз обдумал каждый вариант, и пришел к выводу, что волшебник - наш самый большой шанс.

Рено ерзает в кресле под растерянным взглядом Лео. Юнг негромко кашляет и смотрит на маршала.

- А вы...уверены, что нет никакой ошибки? Неужели папа Рено... Ну, вы поняли.

Он опускает взгляд, шмыгая носом. Колено де Соважа начинает дергаться. Уго останавливает его, ткнув в него пальцем.

- Ничего не поделаешь. Придется довериться господину Альтману и попытать удачи. Наверняка этот человек нам поможет. Особенно, если в разговоре с ним поучаствуешь ты, Рено.

Рено глядит куда-то вниз и странно улыбается. Зигфрид проводит ладонью по лбу.

- Ну конечно. Точно. Как мы могли забыть?

- Чего еще? - недовольно спрашивает Обри.

- Скажи, маршал. Ты помнишь, где я подобрал его?

- Хм. В монас...

-Вот именно! В монастыре Дель-Транквилитас. Как думаешь, он сидел там по своей воле?

Взгляд Уго становится унылым по мере того, как он обдумывает чужие слова. Рено медленно кивает, а Зигфрид снова кладет руку на лоб.

- По сути мы украли Де Соважа из монастыря, в котом его запер отец. Если он знает, с кем уехал сын, то даже разговаривать с нами не станет.

- Я сам ушел!

- Ага. Потому что мы предложили. А отца ты предупредил?

- Нет, конечно!

- Поэтому ты круглые сутки сидишь тут и не высовываешься? Боишься нарваться на злющего родителя?

- Да!

Уго открывает блокнот и принимается что-то там зачеркивать. В гостиной повисает тишина, нарушаемая скрипом его карандаша.

Курт глядит на своих товарищей и неожиданно усмехается. Все поворачивают головы к нему. Удивленный Обри придвигается ближе.

- Чего это ты?

- Да так, - Флэтчер качает головой. - Для Эффренату все это выглядит так, будто вы украли его отпрыска. А я думал, что буду среди вас единственным бандитом.

Альбин-Эмерик слабо улыбается.

- Не смешно.

***

Приходится подождать, пока Уго нацарапает в своем блокноте новый план. В конце концов он страдальчески вздыхает и кладет карандаш на стол.

- Мне это не нравится.

- Что не нравится? - уточняет почти задремавший Зигфрид.

- Новый план.

- Не будь перфекционистом. Выкладывай.

- У господина Эффренату должна быть своя библиотека. Когда я учился в Университете, слышал, что волшебники не доверяют самые важные заклинания общественным организациям. Заклинания против драконов должны быть у него.

- Даже если попадем на праздник по приглашениям, - Обри качает головой, - никто не пустит нас в личные покои, или где там у него стоят книги.

Маршал нервно потирает руки. Его фигура становится еще более сутулой.

- Да. И здесь начинается та часть плана, которая не нравится мне больше всего.

Зигфрид поднимает слипавшиеся до этого веки.

Курт впервые смотрит Де Шартру в глаза с неподдельным интересом.

Знакомство с героем

Имя: Лео Юнг

Возраст: 17 лет

Рост: 191 см

Внешность: крепкий, сильный парень, выглядит немного старше своего возраста из-за количества мышц. Открытые темно-карие глаза, добрая улыбка. Часто краснеет и отводит глаза в разговорах со значимыми взрослыми. Одежда иногда бывает ему мала.

Характер: старается быть честным и прямолинейным. Очень дорожит друзьями и семьей, хотя ему бывает сложно выразить это словами. Застенчивый рядом с важными для него людьми. Импульсивный, но ответственный.

Мотивация: саморазвитие, интересы близких, также может сделать что-то на эмоциях.

Происхождение: родом из благородной, но не слишком богатой семьи.

Детали: очень сильный физически. Мечтает поскорее вырасти и стать взрослым. Тьерри Альтман выделил для Лео самое маленькое поместье, но благодаря стараниям Юнга оно - самое уютное из всех. Лео сам делал многие ремонтные работы и выбирал ковры, посуду и одеяла.

Глава 7. Часть команды - часть хаоса

(1 год назад)

- Просто любопытно, - говорит Зигфрид Курту, пока тот раскапывает свой тайник в одной столичной подворотне, - кто все-таки убил короля? Неужели существует человек, который талантливее тебя?

Курт достает из-под земли сундучок и, не отряхивая рук, открывает его.

- Думаешь, это была моя стратегия? - он пересчитывает ножи, лежавшие в сундучке. - Я всего лишь был ее частью. Планом "А".

- Хочешь сказать, короля убил ваш "План Б"?

- Не наш, а их, - отрезает Курт. - И вообще. Где шляется Висконти? Собирает вещи у себя во "дворце"?

Зигфрид рассеянно пожимает плечами. Он с интересом заглядывает в сундучок: помимо ножей там лежат записки на непонятных языках и странные железки.

- Если бы я не знал, что ты - преступник, подумал бы, что разговариваю с колдуном. Но все-таки. Кому принадлежит "их" гениальный план?

Флэтчер закрывает сундучок и впивается в Зигфрида мрачным взглядом. Тот слегка дергается, но не двигается с места. Только улыбается еще шире.

- Не говори, что ты хочешь завербовать еще одного преступного гения, Бьярки.

- Нет-нет! - уверяет Зигфрид. - Это чисто исследовательский интерес.

Курт поднимается с колен. В его глазах появляется усмешка.

- Никого конкретного назвать не могу. Но сумел разведать, что стратегию продумывал кто-то, связанный с Университетом.

Зифгрид потирает ладони.

***

Высокий, сутулый студент испуганно вжимается в книжную полку.

- Какое убийство? - нервно переспрашивает он, глядя куда-то мимо Зигфрида. - Я ничего не знаю!

Зигфрид радостно хлопает его по плечу - студент вздрагивает.

- Уго Де Шартр. Студент Университета, изучаешь богословие. Судя по разговорам с твоими однокурсниками, планируешь уйти в монастырь?

Студент несколько раз моргает и беспомощно открывает рот. Бьярки вздыхает и отступает на два шага назад.

- На весь Университет ты - один из немногих, кто бывал в свете и знает, как устроен Дворец. Один ты настолько хорош в математике, что тебе доверили составлять расписание занятий. И ты - единственный студент, кого пускают в запретную секцию в библиотеке. То есть, туда, где есть все про яды, способы зарезать человека, не пролив ни капли крови, а также исследования, касающиеся ослепления и удушения.

Уго до побеления пальцев сжимает блокнот, который держит в руках. С его круглого лица резко пропадает здоровый румянец. Зигфрид повторно хлопает его по плечу - на этот раз сочувственно.

- Имя Курт Флэтчер тебе о чем-нибудь говорит? - добивает он. - Ты ведь читал в газетах, как он исполняет твой план?

Де Шартр весь разом обмякает. На его лице появляется выражение смиренной безнадёжности.

- Что вам от меня нужно? - тихо спрашивает он.

***

- Я не знал, что моим планом воспользуются! - Уго начинает говорить, как только они заходят в одно из дальних помещений.

- А вот это интересно, - протягивает Зигфрид. - Продолжай.

Уго принимается ходить по пустой аудитории из стороны в сторону.

- Я был на собрании учёных со всей страны. И там оказались какие-то два молодых исследователя... Ну, так они представились. И мы с ними поспорили: смогу ли я за неделю придумать план по устранению нынешнего короля и смене власти?

Зигфрид хлопает ладонью по колену. Его лицо становится удивлённым и подозрительно радостным.

- То есть ты хочешь сказать, что на спор придумал огромную стратегию для государственного переворота. За неделю. И кстати. Разве до этого случались перевороты?

- Да, придумал, за неделю, - отрешенно бормочет Уго. - Нет, не случались. Не в таких масштабах.

Зигфрид обхватывает голову ладонями и покачивается из стороны в сторону. Спустя минуту гробового молчания он выдавливает:

- И те ребята реально воспользовались твоим планом и организовали весь этот кошмар?!

- Я понятия не имел, что они собирались вытворить...такое! - Де Шартр спотыкается о свою мантию и чуть не падает на пол.

- А ты и правда гений. Слухи не врут, - слабо усмехается Зигфрид, и продолжает уже тише, - вот это сокровище я отхватил... Даром, что слегка неуклюжее.

- Что-что? - переспрашивает Де Шартр.

- Ничего, - Зигфрид встает и протягивает ладонь для рукопожатия. - Меня зовут Зигфрид Бьярки. Я - "рыцарь" и агент лорда Альтмана. Как насчёт не торопиться в монастырь и заняться полезным оплачиваемым делом?

Уго растерянно и с опаской жмёт его крупную белую ладонь.

***

Курт и Обри с сомнением разглядывают новобранца.

- Что за хламида? - первым открывает рот Висконти.

Уго смотрит на свою университетскую мантию и зачем-то поправляет её.

- Ты уверен, что он не умрет от любой случайности? - спрашивает Курт у Зигфрида.

- Почему ты так думаешь?

- Потому, что он подавился воздухом, пока заходил? - Обри складывает руки на груди.

- Или потому, что он попытался пожать руку вешалке? - добавляет Флэтчер.

Уго со вздохом выуживает из своего бездонного кармана очки. Он нацепляет их на нос и смотрит по сторонам уже более осмысленным взглядом.

- Я совсем плохо вижу, когда волнуюсь или читаю слишком много книг, - говорит он.

Зигфрид хлопает его и Обри по плечу. Занеся ладонь над плечом Курта, он в моменте передумывает и ещё раз хлопает Уго. Тот отступает назад. Висконти отряхивает плечо. Зигфрид без тени обиды пожимает плечами

- Угадайте, куда мы едем?

- Опять? - стонет Обри.

- К этому твоему Альтману? - Курт равнодушно зевает.

- Куда? - с осторожностью интересуется Уго.

- В монастырь! - торжественно объявляет Зигфрид.

Обри закатывает глаза настолько сильно, что видны только глазные белки. Уго хлопает ресницами.

***

Самой яркой достопримечательностью в монастыре Дель-Транквилитас оказывается парень лет семнадцати: с копной рыжих кудрей, веснушчатый и жутко болтливый. Зигфрид находит его в тесном дворике с потрепанной книжкой в руках. Остальные книги сложены в шаткую конструкцию прямо на каменной плитке под его ногами.

Бьярки приглядывается и одобрительно кивает:

- Триумфальная арка для жуков? - вереница насекомых ползет под книжным строением, направляемая ногой его создателя.

- Это триумфальные врата, а не арка! - парень не оборачивается на голос.

- Бьярки, - бормочет Обри, дрыгая ногой в белоснежном чулке, чтобы с его ботинка свалился какой-то жук. - Что творится в твоей больной голове? Кто этот недоразвитый?

- Пока я вез Де Шартра к нам, - отвечает Зигфрид, - он рассказал мне про лучшие монастыри. Так я и узнал про Рено Де Соважа.

- Это что, какой-то родственник Вольфганга Де Соважа? - в голосе Висконти звучит сомнение.

Парень, наконец, поворачивает к ним голову.

- Я его сын.

- Что за бред? Ты на него не похож, - не верит Висконти. - Тот, старший Де Соваж - глава военного ордена. Совершенно жуткий тип. Когда он начал воевать? В одиннадцать?

- В двенадцать, - поправляет Рено.

Он разворачивается к ним целиком. Рубашка на его груди вся в заплатках. Одна нога - только в носке, без ботинка.

- И это чучело - сын Де Соважа? - уточняет Курт.

Уго с осуждением косится на него.

- Не надо обзываться! - просит он.

Флэтчер с мрачным удивлением глядит в ответ. Зифгрид хмыкает и уважительно кивает Де Шартру.

- В общем, - он обращается к Рено. - меня зовут Зигфрид. Это - Обри, Курт и Уго. Ты случайно не хочешь стать рыцарем и переехать в собственное поместье?

В глазах Рено загорается восторг.

***

- Давай ещё раз, - терпеливо повторяет Зигфрид. - Тебе нужно запомнить членов собственной команды. Ну, как меня зовут?

- Сигурд? - вспоминает Рено, расхаживая по их комнате на постоялом дворе. - Сигмунд?

Обри трёт переносицу и бормочет что-то про безнадежных идиотов. Курт медленно придвигается вместе со стулом ближе к нему и подальше от Де Соважа.

- Господи! - стонет Бьярки. - Ты просто перебираешь героев северных легенд?

- Но твоё имя точно оттуда, - настаивает Рено.

Уго сидит в углу и периодически что-то черкает в своём блокноте. На заявление Рено он реагирует слабой улыбкой.

- Зигфрид. Меня зовут Зигфрид, - вздыхает Бьярки.

Рено плюхается на свою кровать. Он скучающе оглядывает Зигфрида с головы до ног.

- Ты не похож на Зигфрида. Настоящий Зигфрид убил дракона, очаровал красавицу и был неуязвимым. А ты - какой-то самозванец, и уж точно не идеальный рыцарь.

Комната в старой гостинице погружается в тишину.

Бьярки с лёгким изумлением глядит на Де Соважа. Уго перестаёт улыбаться, зато Обри громко фыркает. Курт косится на Висконти и тоже ухмыляется. Зигфриду ничего не остаётся, кроме как развести руками.

- Что ж, придётся мне слегка опозорить светлое имя героя.

Рено снова вскакивает и начинает ходить кругами.

- Ты - он тыкает пальцем в Уго. - Тебя зовут Уго. Очень коротко. Я запомнил. Ты - гений в очках.

Де Шартр неуверенно ему кивает.

- Ты - какой-то бандит, - Флэтчер резко хмурится, но Де Соваж не обращает на это внимания. - Тебя зовут Обри Висконти, да-да. Ты о своем благородном имени уже раз сто повторил. У тебя пятно на рукаве. Ниже, там где оборки.

Висконти сразу забывает обо всем и вцепляется пальцами в свой рукав. Курт закатывает глаза и передаёт ему стакан с водой и носовой платок, которые лежали рядом на тумбочке.

- Только не истери, - предупреждает он. - Это всего лишь пыль.

- Тебя я буду называть просто Зиг, потому что своего полного имени ты не достоин, - Рено корчит Зигфриду смешную рожицу.

- Эй! Поуважительнее к старшим! - возмущается Зигфрид.

Когда Обри избавляется от пятна и приходит в себя, Бьярки продолжает:

- Ещё одна точка на карте - и мы поедем в сторону Нордриджа. И по пути заберём одного мальца. Я оставил его дома - прощаться с родней и собирать вещи.

- Того, которого ты откопал на уличных боях? - уточняет Курт.

- А куда мы сейчас поедем? - прыгает Рено.

- Поищем того, кто способен вылечить двадцать семь ссадин, которые ты получаешь за час бодрствования, - отвечает Зигфрид. - И вечную простуду Де Шартра.

***

Альбин-Эмерик Нуар сидит, ссутулившись, в маленькой комнатке в конце больничного коридора. Он не замечает появившегося в дверном проёме Бьярки.

- Ты любишь тишину, разбираешься в медицине, - Зигфрид кивает на похвальную грамоту на стене, - а ещё умеешь драться. Да ты идеальный кандидат!

Альбин-Эмерик встает со скамьи, захлопнув травник. Его темные зелёные глаза с беспокойством осматривают посетителя.

- Кто вы такой? Откуда вы знаете моё имя? Кандидат для чего?

Зигфрид протягивает ему ладонь и жмёт чужую мягкую руку.

- Меня зовут Зигфрид Бьярки. Твоё имя написано на грамоте - вот она, висит. А зову я тебя на службу в Нордридж. Никогда не хотел стать кем-то вроде рыцаря?

Альбин-Эмерик моргает и озадаченно хмурится. За спиной у Зигфрида появляется запыхавшийся Уго. Заметив лекаря, он быстро приглаживает растрепавшиеся волосы и кивает.

- Добрый вечер. Я Уго Де Шартр.

- Да-да, - Зигфрид уже привычным жестом хлопает его по плечу, а Уго привычно вздрагивает, - маршал Де Шартр. Командир нашей команды.

- Что?? - тонко вскрикивает Уго.

- Что?! - раздаётся голос Обри из коридора.

Лицо Альбина-Эмерика становится ещё более растерянным. Зигфрид беззаботно улыбается.

- Упс. Забыл всем рассказать.

***

- Почему я? - спрашивает Альбин-Эмерик.

- Почему я?! - Уго несчастными глазами смотрит на Зигфрида.

Бьярки аккуратно поправляет висящую на стене грамоту, которую ворвавшийся в комнату Рено успел задеть плечом. Обри, не здороваясь с Нуаром, сразу накидывается на Зигфрида.

- Почему он?!

Бьярки довольно кивает сам себе, когда грамота оказывается в идеальном положении. Он разворачивается к остальным. В комнату заходит Курт, и становится совсем тесно. Альбин-Эмерик с широко распахнутыми глазами смотрит на толпу странных незнакомцев.

- Отвечу всем по очереди, - лениво протягивает Зигфрид. - Нуар, ты мне...нам нужен, потому что ты лекарь. А еще в грамоте написано, что ты офицер. Значит, раньше ты держал в руках оружие. Правильно?

- Да, - коротко отвечает Нуар. - Но меня отстранили. И отправили в тыл.

- Почему? - любопытствует Рено.

- Потому, что я не подхожу для войны. И вряд-ли подойду вам, куда бы вы ни пытались меня пригласить.

Обри с прищуром оглядывает его с ног до головы. Он выходит вперед и протягивает свою ухоженную ладонь.

- Меня зовут Обри Висконти.

- Я догадался. Альбин-Эмерик Нуар, - Альбин-Эмерик аккуратно ее пожимает.

- Надо сказать, что мы все тут не слишком подходим для чего-бы то ни было, - продолжает Обри. - Но поверь, нам и правда не помешает лекарь. У нас есть дылда, который уже раз пять за сегодня споткнулся о воздух. И чокнутый ребенок. И человек, которому когда-нибудь точно врежут за тупые шуточки. Да, я про тебя говорю, Бьярки. И я все еще жду объяснений, почему нашим командиром будет этот болван.

***

Альбин-Эмерик на удивление быстро соглашается подписать нужные документы и уехать завтра же на рассвете. Он пару минут гипнотизирует свою грамоту, на которой написано: "За спасение многих жизней". Затем он снимает ее со стены и прямо на обратной стороне черкает записку для товарищей.

- Разве тебе не с кем прощаться? - тихо спрашивает Уго.

- Почему же? - Альбину-Эмерику приходится задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. - В этом городе сейчас живут все мои друзья. А через несколько улиц - учитель, который меня воспитал. Просто они не захотят меня отпускать, если я пойду прощаться.

- Ты, наверное, очень хороший человек, - с одобрением кивает Рено. - Раз тебя никто не хочет отпускать.

Нуар отвечает слабой улыбкой. Зигфрид жестом приглашает его выйти в коридор. Когда они отходят от коморки, Бьярки спрашивает:

- Почему ты из офицеров отправился в тыл?

Глаза напротив немного светлеют, а зрачки - сужаются. Альбин-Эмерик моргает, и они становятся прежнего болотного оттенка. Он делает медленный вдох.

- Я уже говорил. Я не подхожу для войны.

- Ага. Конечно. А твой меч, который ты прячешь за скамейкой - это сувенир на память о потерянной в боях юности.

Нуар мотает головой и, жмурясь, снова моргает. Зигфрид складывает руки на груди и терпеливо ждет. В конце концов Альбин-Эмерик отводит взгляд и опускает плечи.

- Ты мне не нравишься, Зигфрид Бьярки, - медленно выговаривает он. - Поверь, я подписал эти бумаги так быстро не потому, что ты очаровал меня своей улыбкой.

- Я заметил, - кивает Зигфрид. - Хотя ты очень хорошо это скрывал. Понимаю, я назойливый. И лезу не в свое дело. А еще Висконти сказал, что у меня отстойные шутки.

- И ты не отлипнешь, пока не узнаешь то, что тебе надо, - заканчивает Нуар.

- Какой ты сообразительный.

Альбин-Эмерик снова поднимает на него взгляд. Теперь цвет его глаз близится к оттенку незрелого яблока. Зрачки превращаются в маленькие точки и почти пропадают на светлом фоне.

Зигфрид передергивается, как от озноба.

- Видишь этот взгляд? - спокойно спрашивает Нуар.

- Твои глаза превратились в крыжовник. Ага, вижу, - Бьярки слегка улыбается. - Очень неуютно.

- Этот взгляд означает, что я злюсь.

Альбин-Эмерик жмурится и крутит своей светлой головой. Когда он открывает глаза, их цвет возвращается к привычному темному оттенку.

- Обычно я контролирую свою злость, - продолжает он. - Но если происходит что-то, что выводит меня из себя...

- Кажется, я догадался, - бормочет Зигфрид.

Он нервно перетаптывается на месте, пока Альбин-Эмерик собирается с мыслями. Наконец, Нуар сипло произносит:

- Во время своей последней битвы я не заметил, как моя ярость стала неуправляемой. И очнулся только тогда, когда... - он проводит ладонью по усталому лицу, - когда мой раненый товарищ позвал меня по имени.

- Ты...? - Зигфрид прикусывает губу.

- Я рубил всех. Без разбора, - сухо отвечает Нуар. - Нас обоих отправили сюда, в госпиталь. И я остался здесь, потому что там появляться больше не мог. И поэтому завтра я уеду. Мне надоело смотреть в глаза людям, которые знают, что я натворил. Я мог убить кого-то из них.

Повисает минутная тишина. Зигфрид, немного поразмыслив, тихо усмехается.

- Что ж. Ладно. Скажу Де Шартру записать в свой блокнот: "Альбина-Эмерика Нуара, этого милого парня, лучше не злить".

***

Зигфрид заводит Лео Юнга, обвешанного мешками с вещами, в комнату на очередном постоялом дворе. Там уже сидят все остальные. Лео ставит мешки на пол и мнется у порога.

- Наш главный силач Лео Юнг, - объявляет Зигфрид. - Прошу любить и жаловать!

- Эм, - Лео оглядывается на него, - привет?

- Сколько ему лет? - восклицает Обри. - Двенадцать?

- Да нет, - с сомнением протягивает Уго. - Меньше.

- Ты дурак? - вскидывается Рено. - Он выше нас всех! Значит, ему даже больше, чем Зигфриду!

- Это...не так работает, - Альбин-Эмерик встает, чтобы протянуть Лео руку. - Привет. Меня зовут Альбин-Эмерик.

Его ладонь тонет в крупной лапище Юнга.

- Мне шестнадцать, - немного обиженно заявляет он.

- Извини, у нас проблемы с определением возраста детей, - говорит Зигфрид. - У всех, кроме Альбина-Эмерика.

- Потому что у него есть дети? - спрашивает Юнг.

- Нет. Потому, что я кое-что знаю про строение тела человека, - спокойно отвечает Нуар. - Садись вот тут, у окна.

Курт недовольно хмурится.