Алмазов. Его любовь

– А сейчас? Ты его любишь?

Острый немигающий темный взгляд мужчины заставлял испытывать странные эмоции.

Смешанные.

Атмосфера между нами моментально накалилась.

Тяжелый взгляд глаза в глаза.

Казалось, что вот-вот в разные стороны полетят искры.

Он кинул быстрый взгляд на мои губы.

О нет, не хватало, чтобы этот аристократичный дикарь накинулся на меня с поцелуями!

Я посмотрела вниз на руки и тихо сказала:

– Денис…

– Скажи мне, – требовательно перебил он, кончиком пальца прикоснулся к моему подбородку и заставил снова посмотреть на него.

В этот момент меня словно током пронзило.

Да что со мной не так?

И почему он себе позволяет такие вольности?

Потому что я ему денег должна?

Черта с два!

– Я не знаю, что ответить, ясно? – прорычала я, отодвинулась вместе с креслом и вскочила на ноги. – Он изменил мне! Предал! Растоптал! И я действительно не знаю, что сейчас к нему чувствую! И вообще, что ты ко мне пристал со своими дурацкими вопросами?

– Ну, наконец-то, мы перешли на ты, – довольно сказал он.

– Мы не перешли, – хмуро проворчала я, поправляя платье и максимально оттягивая вниз.

Чёрт, ну почему оно такое короткое?

Мое движение не скрылось от Алмазова. Он скользнул по мне порочным взглядом, таким, что внутри что-то трепетно шевельнулось.

Когда наши взгляды вновь пересеклись, он хмыкнул, подошел к столу и взял в руки мой пакет.

– Катерин, а ты хорошая девочка или плохая? – с издевкой спросил он, забрался в мой пакет и на согнутом пальце достал новые черные кружевные трусики, которые я купила в дорогим бутике.

Совсем охамел?

Внутри всё завибрировало от возмущения.

– Дай сюда! – рявкнула я и бросилось отбирать свое белье.

Наверное, у меня напрочь отключилось чувство самосохранения, но я сражалась за дорогущие трусы как амазонка.

Пыталась отобрать, но они постоянно ускользали из одной руки Алмазова в другую.

Ловкач оказывался на мгновение быстрее меня.

И, кажется, его забавляла наша схватка.

– Верни немедленно! Как ты смеешь рыться в моих вещах без разрешения? – пыхтела я.

– А говоришь на ты не перешли, – веселился он, спрятал за спину трусы, я по инерции потянулась за ними и…

Он вдруг схватил меня за талию, усадил на свой полированный стол и встал между ног.

Платье было к этому явно не готово.

Послышался треск ткани.

Только бы не порвалось!

– Что ты делаешь? – я задохнулась от возмущения, попыталась вырваться и оттолкнуть нахала, но куда там, эту скалу только бульдозером можно передвинуть!

– Замри! – приказал он, с интересом посмотрел вниз, будто примерялся ко мне, а потом он поднял на меня взгляд и пристально посмотрел в глаза так, что внизу живота от страха всё сжалось.

В его взгляде читалось что-то дикое, опасное, хищное.

Он провел согнутым пальцем по щеке, а я боялась шевельнуться.

Сердце забилось быстрее, и меня бросило в жар.

– Ты красивая, – хрипло сказал он.

– Обычная.

– Замолчи, Катерина, сейчас я говорю, поняла? – он положил указательный палец на мои губы и произнес имя с такой интонацией, что спорить моментально перехотелось. – Кивни, что поняла.

Кивнула.

Алмазов с нажимом провел большим пальцем по моим губам, облизнул свои губы, надавил пальцем на мою нижнюю губу и толкнул его в рот.

Я в ужасе расширила глаза и укусила его.

Он быстро отнял руку и прошипел что-то невнятное.

– Совсем одурел? Не смей так больше делать! Никогда! – прошипела я и, пользуясь заминкой, соскочила со стола.

Он резко развернул меня, заломил руки за спиной, уложил грудью на стол, прижался сзади твердым членом и прорычал на ухо:

– Не смей со мной разговаривать в таком тоне! Никогда! Поняла?

Я округлила глаза и нервно сглотнула.

Он хочет меня?

Внизу живота появилось неуместное напряжение.

Господи, да что со мной не так, я-то с чего вдруг возбудилась?

Неужели меня заводит агрессия?

– П-поняла, – пытаясь дышать ровнее, пробормотала я.

– Хорошая девочка, – прошептал он, и я почувствовала горячее дыхание в волосах.

Маньяк!

– Я тебя сейчас отпущу, и ты можешь быть свободна. Надеюсь, это тоже понятно? – властным голосом уточнил он.

Я быстро закивала, лишь бы он быстрее отошел и убрал от меня свой внушительный прибор.

Алмазов меня отпустил, я быстро встала и развернулась к нему.

– У тебя три дня на подумать, Катерина. Сегодня пятница, я жду тебя здесь во вторник в восемь вечера. Либо с деньгами, либо с намерением обсудить условия контракта и подписать его. Меня устроят оба варианта. Вопросы остались?

– Н-нет, – я мотнула головой.

– Тогда до вторника, – подытожил он и с едкой ухмылкой протянул мои трусики.

Я забрала своё несчастное белье, закинула в пакет, забрала сумку и, не попрощавшись, на ватных ногах вышла из чёртовой камеры пыток.

Глава 8

Я шла по длинному пустому коридору, прошла через стеклянную дверь в холл, где всё и произошло и, не сбавляя шага, осмотрелась.

От потасовки не осталось и следа.

Колонна, где стоял горшок с деревом, пустовала, на стене висела другая картина, а на столике стояла новая хрустальная ваза, только теперь в ней красовались живые белые розы.

Надо же, как быстро всё заменили.

По углам, словно манекены, стояли охранники и ядовитым взглядом провожали мою удаляющуюся фигуру.

Я кожей чувствовала устремленные на меня ненавистные взоры.

Им-то я что сделала?

Я опустила глаза и поспешила на выход из гнезда разврата.

Иначе и не назовешь место, куда любовники приходят потрахаться.

Я даже логотип для Алмазова придумала – огромные ветвистые рога над входом были здесь к месту.

Я прошла через стеклянную вертушку и вдохнула полной грудью влажный воздух.

На улице шел проливной дождь.

Крупные капли нещадно барабанили по плитке, а внизу по асфальту бежали дождевые потоки и стекались в ливневки. Я сделала шаг из-под небольшого козырька, прикрыла глаза и подставила лицо ледяным каплям.

Лицо пылало огнем, но дождь не помогал потушить пожар.

Тяжело вздохнув, я спустилась по ступенькам, посмотрела на стоянку, машины мужа не было.

Значит, он действительно сбежал.

Трус. Предатель. Подлец.

Ненавижу!

Боже, как же я его ненавижу!

Ливень и порыв ветра быстро привели меня в чувство. Волосы прилипли к лицу, одежда промокла насквозь, руки и ноги моментально заледенели.

Пора убираться отсюда.

Я достала телефон, вызвала такси, и через минуту уехала домой. К счастью, водитель уже находился на этой стоянке. Видимо, привез кого-то и ждал следующий заказ.

Хоть в чем-то мне сегодня повезло.

Через двадцать минут я открыла ключом квартиру, закрыла дверь изнутри, бросила на полку связку ключей и телефон, скинула туфли и поплелась в ванную, заглянув по пути в спальню.

Максима дома нет и не было.

Все вещи лежали нетронутыми.

И тут меня прорвало.

Приклонившись лбом к стене, я в голос разрыдалась.

Как ты мог, Макс, со мной так поступить?

Как?

Как же больно, когда предают.

Душа болит, с хрустом рвется на куски. В груди из маленькой трещины образовалась огромная черная дыра.

Тяжело поверить в предательство, но я всё видела! Своими собственными глазами!

Ему дороже какая-то вертихвостка, а не собственная жена!

Привез ее в дорогущий отель, и ручку ей подал, чтобы та красиво вышла из моей (!) машины, встала с моего места! И щупал ее везде, а потом помогал ей, переживал за нее и в итоге укатил в закат, оставив меня на съедение волкам!

Предатель!

Я развернулась спиной к стене, сползла по ней и села на полу, прикрыв ладонями лицо.

Почему это случилось со мной?

С нами!

Пять лет псу под хвост. И два года отношений до свадьбы. Итого семь лет мы вместе!

Мы же любили друг друга! Любили!

Где я оступилась? Что сделала не так?

Что?

Больно. Как же мне больно!

Всё мое тело сотрясалось от рыданий. Слезы текли в три ручья от обиды. Я же старалась для него всё делать! Ни в чем никогда не отказывала!

Заботилась о нем!

А сколько планов у нас было!

Мы же через два месяца собирались поехать отдохнуть на море, а к зиме взять квартиру в ипотеку и переехать со съемной.

Мы хотели встретить новый год в своём жилье.

У нас было распланировано ближайшее будущее.

Было.

И в один момент всё рухнуло.

Теперь нет никаких «нас» и «мы».

Есть я и он.

Отдельно друг от друга.

Я не прощу измену. Не смирюсь с предательством. Никогда!

Даже если он будет валяться в ногах, не прощу!

А я ведь доверяла ему, глупая. Хотела родить от него детей и прожить долгую счастливую жизнь. Нарисовала себе идеальную картинку нашей семьи, а он просто взял и окатил ее ушатом помоев.

Да, я чувствую себя так, будто меня толкнули в зловонную лужу и сверху присыпали дерьмом.

И это сделал самый близкий мне человек.

Никому нельзя верить.

Теперь я могу рассчитывать только на себя.

Поздравляю, Кать, ты жила в иллюзии, а сегодня познакомилась с жестокой реальностью.

Я горько хмыкнула, поднялась и поплелась в ванную.

Хочу срочно смыть с себя всю эту грязь.

***

Всю ночь я не могла найти себе удобного положения в кровати и успокоиться.

Максим домой так и не явился.

И не звонил.

Остался с ней! Наверняка нашли другое уютное гнездышко и продолжили, на чём я их прервала.

Пропади оно всё пропадом!

Оставайся со своей шлюхой и больше никогда ко мне не подходи!

Я проревела всю ночь, а когда поняла, что так и не усну, встала, умыла опухшее лицо, заварила чай и села на кухне.

Слезами горю не поможешь.

Да, мне обидно.

Да, больно.

Но время идет, а с долгом Алмазову нужно что-то решать.

И с жильем.

Договор аренды с собственником квартиры заключен на Макса, вот пусть он и разбирается с ней дальше. Я не хочу здесь оставаться. Не хочу, чтобы мне что-то о нем напоминало.

Выбрал ее? Значит отказался от меня.

Третьего варианта быть не может.

Тут либо я, либо она.

А если ушел с ней, то…

Уходя-уходи! Навсегда!

Я решительно открыла объявления, нашла несколько вариантов в других районах, где больше всего обитает моих учеников и сохранила в избранное.

На часах шесть утра.

Рано звонить.

Не теряя времени, я выписала адреса отделений банков, куда можно доехать и поговорить по кредиту. Его в любом случае брать.

Развод и дележка совместно нажитого имущества будет долгим, а деньги отдавать через три дня. Да и какое у нас совместно нажитое? Старенький «Форд»?

За сколько его сейчас можно продать?

Я вбила запрос в интернете и результат меня совсем не порадовал. В лучшем случае Максим сможет продать его за пятьсот тысяч. То есть я могу рассчитывать только на двести пятьдесят.

Не густо.

При долге в восемьсот тысяч.

И даже некого попросить о помощи.

Как только я вышла замуж, растеряла всех своих подруг. Я пять лет ни с кем не общалась, весь фокус внимания направила на мужа и нашу семью.

Дура.

Теперь даже пожаловаться некому! Не то что денег попросить.

У мамы сердце слабое, ее я не могу беспокоить.

С другими родственниками тоже давно не виделась, да и живут они в других городах. Разъехались кто куда.

В итоге я осталась один на один со своей проблемой.

Я ходила по квартире как призрак, рассматривала каждую мелочь и понимала, что мне действительно лучше переехать. Я не хочу жить в старой двушке, где ремонт не делали лет двадцать.

Макс и на ипотеку согласился, потому что я достала ныть, что на меня давят старые стены, давит старенький кухонный гарнитур, стол, скрипящие стулья и двери.

Я хочу в новую квартиру, мне нужно больше пространства и комфорта.

Кое как я дождалась восьми утра и начала обзвон по объявлениям, договорилась с риелтором о встрече, а потом как смогла замаскировала следы ночных слез и переживаний, собралась, вызвала такси и поехала к назначенному времени.

С риэлтором прокаталась пять часов.

Но я нашла однокомнатную квартиру в центре города. Она располагалась в новом ЖК и по приемлемой цене. Всего на три тысячи дороже той, которую мы с Максом снимали!

Накопления у меня были, поэтому я тут же заключила договор, оплатила положенных два месяца и получила ключи.

А потом вернулась домой.

Ничего не изменилось. Макса не было.

Закрались подозрения, а вдруг с ним что-то случилось?

Я же прилично его приложила по голове той вазой.

На душе стало как-то тревожно.

Я взяла в руки телефон.

Позвонить или нет?

Ладно, еще немного подожду.

Я зашла в спальню и некоторое время стояла посреди комнаты, где, казалось, еще вчера царила тишина и уют, а теперь витало напряжение.

И оно настолько сильное, хоть ножом режь.

Я открыла дверцы шкафа, выкатила чемодан и начала складывать в него все свои вещи. В голове до сих пор крутилась картина, которую я вчера увидела: Максим, мой Максим, с другой женщиной. Жадные похотливые прикосновения, тихие разговоры, смех – они не видели меня, погруженные в своё, словно весь мир для них перестал существовать.

Весь мир, в том числе и я.

Значит, так тому и быть.

Я заберу только шмотки и свою любимую кружку, всей остальной посудой пусть подавится.

«Он свободен!» – голосом той бабы закрутилась фраза в голове.

Чем дольше она проигрывалась, тем больше я злилась.

Изыди из моей головы!

Надо же, еще и свидетельство о разводе показал этой мымре, и где только взял?

Доказать хотел, что мы друг другу никто!

И, видимо, доказал.

Учитывая, как он ее лапал, а та не сопротивлялась, у них это уже не в первый раз! Изменял с ней и не стеснялся. Отказывал в близости мне, а с ней трахался с удовольствием!

Скотина! Подонок!

Полгода мы уже в разводе, значит?

Будет ему теперь настоящий развод!

Исполню его давнюю мечту!

Урода кусок.

Всё! Хватит с меня! Теперь мы действительно друг другу никто!

Я перееду в новую уютную квартиру, подам на развод, возьму деньги в кредит и расплачусь с долгом.

Теперь у меня такой план.

К чёрту всех этих мужиков!

Один меня загнал в долги, а другой этот долг трясет.

Козлы оба!

Ничего, я сама справлюсь!

Наберу больше учеников и буду пахать как проклятая, лишь бы никому не быть должной.

Свободной!

От всех!

Я лазила по шкафам, взяла в руки постельное белье, а потом вернула на место.

Новое куплю.

Не хочу, чтобы мне хоть что-то напоминало о браке.

Брак.

Теперь это слово у меня ассоциируется с чем-то сломанным. Бракованным.

Алмазову даже лучше, что я откажусь от его контракта. Ну какой из меня гид в семейную жизнь? Какую положительную сторону брака я могу ему сейчас показать?

Да никакую?

Я метнула взгляд на свою руку – обручальное кольцо. Оно теперь казалось таким чужим и ненужным. Сняв его с дрожащей руки, я бросила кольцо на комод, и оно, громко звякнув, покатилось и остановилось.

Этот звук пронзил тишину квартиры и поставил незримую точку.

Был брак, да сплыл.

Теперь только развод.

Слёзы давно высохли, внутри остались только боль и пустота.

Я закрыла чемодан и откатила его к входной двери. Вдруг щелкнул замок и дверь открылась.

На пороге стоял муж.

А вот и блудный вернулся.

Глава 9

Денис

Дверь за Катериной закрылась, и теперь я слушал, как затихали ее торопливые шаги в коридоре.

В кабинете из звуков остались шум проливного дождя за окном, он перемешивался с треском поленьев в импровизированном камине и моим дыханием.

Одиночество снова заполняло комнату, словно невидимый гость, который не хотел уходить. Но это было снаружи, а вот внутри, после нашего разговора бушевало море эмоций: удивление, любопытство, азарт и, самое неожиданное, желание.

Бешеный стояк красноречиво это доказывал.

– Катерина Александровна, – вслух хмыкнул я.

Вот уж не думал, что молодая девушка представится мне по имени отчеству.

Удивила, так удивила.

На столе по внутренней линии ожидаемо зазвонил телефон, и я взял трубку.

– Девушку не трогать. Я отпустил ее, – сказал я, предугадывая вопрос администратора.

– Хорошо, – ответила Ольга и отключилась.

Взяв чашку с остывшим кофе, я сел в свое кресло, сделал глоток и задумался.

Я редко позволял себе терять контроль, но с Катериной я не сдержался. Она пробудила во мне что-то первобытное, что-то, что я давно похоронил под слоем деловых встреч и бизнес-стратегий. Я всегда полагался на разум, а не на чувства, и тем более не на эмоции, но сегодня во мне что-то переключилось.

И это произошло еще днем, когда я впервые ее увидел.

Погруженный в собственные мысли, я ехал на деловую встречу. Стоя на светофоре в потоке машин, мой взгляд случайно остановился на окнах автобуса. Среди людей, сидевших возле окна, выделялась одна девушка. Она держала в руках телефон и улыбалась чему-то своему.

Ее взгляд был направлен в сторону дороги, но в какой-то момент она подняла голову и посмотрела прямо на меня. Наши глаза встретились, и время замедлилось.

Я почувствовал, как сердце пропустило удар и забилось чаще, а дыхание участилось. В глазах девушки отражалась такая глубина и искренность, что я не мог отвести от нее взгляд.

Она была удивительно красива: длинные светлые волосы, обрамляющие лицо, высокие скулы, подчеркивающие благородство черт, и глаза, цвет которых я не мог точно определить, но они показались мне самыми прекрасными на свете.

Теперь-то я знаю, что у нее серые глаза с тонкой зигзагообразной зеленой окантовкой вокруг зрачка. Невероятно красивый цвет.

Но днем я не мог так близко их рассмотреть. Тогда наш контакт продлился всего несколько секунд, после чего Катерина отвернулась, смутившись от моего пристального внимания.

Светофор загорелся зеленым, и мой ряд тронулся с места.

Я поехал дальше по своим делам, но в течение дня то и дело в памяти всплывал образ привлекательной девушки.

Хотелось еще раз ее увидеть, но я понимал, что в многомиллионном городе мои шансы на повторную встречу практически равны нулю.

Вечером я сидел в кабинете, занимался обычными рутинными делами и внезапно услышал крики и звуки бьющегося стекла. Я вышел в холл и увидел картину, которую ну никак не ожидал увидеть.

Катерина ураганом ворвалась в мой отель, злющая как тысяча чертей, разнесла весь холл к чертовой матери. И что самое удивительное, эта с виду хрупкая девушка от души наваляла своему мужу, его любовнице и моему охраннику!

Внешне милая Катенька, оказалась богиней Гнева, обрушившей все кары небесные на предателя и его спутницу.

Неожиданно… и это еще мягко сказано.

Я стоял в стороне, наблюдая за происходящим, и не верил глазам. Сколько эмоций и страсти в этой девушке! Я поймал себя на мысли, что мне безумно нравилось наблюдать за их проявлением. Внутри снова поднялись какие-то незнакомые ранее чувства, которые я не смог идентифицировать.

Возможно, именно это мне и было нужно – отвлечься от бесконечных дел и погрузиться в мир, где правят страсть и настоящие яркие эмоции.

А потом она в рукопашную сцепилась с охранником, и мне пришлось остановить это безобразие.

Не хватало, чтобы ее случайно покалечили.

Когда ее отвели в мой кабинет, я не знал, как поступить, но ясно было одно – мне хотелось ее немного задержать возле себя.

Но как?

Идея с контрактом была спонтанной.

Я никогда раньше не заключал контракты с девушками, но в данном случае нам нужно было как-то облечь устные договоренности в какой-то документ, обязывающий ее не отказываться от моих условий раньше срока.

Эмоции они такие.

И мне хотелось, чтобы она хорошо обдумала мое предложение и приняла решение не в эмоциональном порыве.

Взвешенное.

Поэтому и отпустил.

К тому же я понимал, что ей нужно что-то решать с мужем, а на это требовалось немного времени. Сложно представить, какой армагеддон его ждет дома.

Ух, не женщина, а огонь.

Яркая, красивая, с обалденной фигурой и глазами, полными боли и разочарования.

А еще страха.

И мне пришлось немного ее эмоционально раскачать, чтобы увидеть совершенно другой взгляд. Дерзкие и безумно возбуждающие серые глаза, обрамленные густыми ресницами, с вызовом смотрели прямо в душу.

Должен признаться, я кайфовал от проявленных эмоций в мою сторону.

Горячая девочка. Взрывная.

Возбудила меня не на шутку, зараза, и сбежала.

Я бы с удовольствием трахнул ее на столе, но она не позволила.

Не дала.

Хотя, я дал ей почувствовать силу своего желания. Показал, насколько она меня завела.

О да, если она согласится на контракт, это будет очень увлекательная игра.

Для двоих.

А вдруг она найдет деньги? Придет во вторник, швырнет их на мой стол и уйдет с гордо поднятой головой. Что я буду делать в таком случае?

Чёрт.

Я устало потер виски, пытаясь продумать план Б.

Но мыслей не было.

Я откинулся в кресле и прикрыл глаза. Ее запах всё еще витал в воздухе, смешиваясь с ароматом кофе.

Шикарное сочетание.

И девушка шикарная.

Что она нашла в своем муже? За что она полюбила его?

Я видел в ее глазах душевную боль от предательства, значит любит.

Мне секунды хватило, чтобы оценить горе муженька. Там нет больших денег, нет статуса, нет мужского стержня, в конце концов.

Так почему всё достается таким как он?

Почему меня окружают только те женщины, которые хотят с меня что-то поиметь?

Они видят во мне только богатство и статус. Хотят получить от меня деньги, дорогие подарки, но совершенно не хотят узнать меня настоящего. Не хотят подарить и толики теплоты человеку, который рос в детском доме без родительской любви и ласки.

Хотя откуда им это знать? Они никогда не интересовались этим.

Только пользовались мной, а я пользовался ими и потом выкидывал за ненадобностью.

Так моя жизнь незаметно превратилась в круговорот потреблядства, иначе не назовешь.

А ведь я был уверен, что став богатым, у меня будет всё что я пожелаю.

Как же я ошибался.

Маленький мальчик, который мечтал о семье и тепле, стал взрослым мужчиной, поглощенным работой и стремлением забыть своё прошлое. Деньги и власть стали моей защитой от внешнего мира, но не смогли заполнить пустоту внутри.

В таком случае назревает следующий вопрос, а что дальше?

Зачем всё это, если я как был одиноким, так и продолжаю им быть?

Не жизнь, а одна сплошная зеленая тоска.

И зависть.

Да, я завидую этому мудаку, которого она выбрала.

Интересно, какое решение Катя примет?

Разведется с ним или простит?

А если простит? Вдруг Катерина даст ему шанс всё исправить?

Чёрт, нет!

Я не должен этого допустить!

– Мне нужен этот контракт. Я хочу попробовать, – прошептал я, представляя, каково это – иметь рядом человека, который будет любить тебя таким, какой ты есть. Человека, которому не нужны твои деньги, а нужна твоя душа.

Нет никаких гарантий, что за месяц между нами вспыхнут какие-то чувства, и возможно, что, узнав Катю лучше, я разочаруюсь и сам ее отпущу раньше срока.

Я зашел на сервер, просмотрел еще раз запись с видеокамер, сохранил себе фрагмент конфликта, и просмотрел его еще раз, а потом еще…

Это видео можно смотреть вечно!

Потом я кинул взгляд на отчет. Из разбитых вещей жалко картину, мне ее подарила одна маленькая, но очень талантливая художница. А дерево я надеюсь, что восстановят, его мне привезли из заграницы, и оно долго приживалось. Вазу совсем не жалко, она вообще прилетела туда, куда нужно.

Ладно, время покажет, а мне пора закругляться. Я люто устал за сегодняшний день.

Я вышел из кабинета, поднялся на служебном лифте на этаж с апартаментами и закрылся в своем номере.

А на следующий день в обеденное время на личный телефон поступил звонок от другого администратора.

– Да, Маш, что-то срочное? – доедая последнюю ложку борща, спросил я.

– Приятного аппетита, Денис Викторович, – смущенно сказала она.

– Угу.

– Простите за беспокойство, но к вам пришел мужчина с девушкой. Говорят, что хотят с вами поговорить по поводу вчерашнего инцидента.

Мои брови тут же взлетели вверх.

Уже помирились, что ли?