Похоронная лавка напротив храма

— Достаточно обычной герметичной банки.

— Клиенту она не нравится.

— Функция та же.

— У облачения священника и мешка функция примерно одна и та же.

Лицо Люсьена потемнело.

— Это совершенно разные вещи.

— И то и другое закрывает тело.

— Одеяние священника обозначает его статус и веру.

Элира кивнула.

— А гроб может обозначать то, как человек хочет попрощаться.

На этот раз Люсьен не ответил сразу.

Элира добавила:

— И ещё этот вариант дороже продаётся.

Майло опустил голову. Ну конечно.

Элира свернула рисунок. Люсьен смотрел на неё.

— Ты теперь на всё смотришь и думаешь, можно ли это продать?

Элира серьёзно задумалась.

— Почти на всё.

И вернулась в лавку. Медный колокольчик весело звякнул. Люсьен остался снаружи, глядя на дверь с выражением лица, которое хорошим никак не назовёшь.

Вечером, закрыв лавку, Элира задёрнула шторы, поставила денежный ящик на прилавок и начала сводить счета.

Аванс за гроб для слайма.

Аванс за огромный гроб для крылатого.

Доплата за высокую крышку для орка.

Полная оплата детского гроба.

Плюс два обычных заказа на принадлежности, принятых утром.

Она записала всё по очереди.

Вычесть материалы.

Вычесть мастерскую.

Вычесть резерв на перевозку.

Оставшаяся сумма всё равно была очень приятной.

Элира пересчитала.

Верно.

Она откинулась на спинку стула и посмотрела в книгу, медленно улыбаясь.

Вчера было хорошо.

Сегодня — ещё лучше.

Если завтра продолжится так же…

Будет совсем прекрасно.

Она достала каталог товаров, посмотрела на новый гроб для слайма, затем вспомнила огромный гроб для крылатого и высокую конструкцию под орочьи рога.

Вверху страницы написала:

В ГРОБ МОЖНО ПОЛОЖИТЬ ЧТО УГОДНО.

Чем дольше Элира смотрела на эту фразу, тем больше она ей нравилась. Может быть, когда-нибудь она и правда повесит её на вывеске.

Элира закрыла книгу и отнесла денежный ящик наверх.

Ночью, уже лёжа в постели, она снова в уме пересчитала дневную выручку.

На середине подсчёта улыбнулась.

Морроугейт в последнее время…

Какое же прекрасное место для похоронного бизнеса.

Глава 4. Сколько заказов сегодня прислал храм?

Недавно Элира обнаружила одно очень практичное преимущество храма через дорогу. Постоянный поток клиентов.

Раньше ей и в голову не приходило считать. Но теперь, когда дела пошли особенно хорошо, она начала обращать внимание: сколько повозок с телами останавливается у храма каждый день. Сколько семей приходит. Сколько благословений проводит Люсьен. И сколько из этих семей потом переходит улицу.

В восемь утра Элира открыла лавку.

Первым делом она не стала подметать.

Она встала в дверях и посмотрела через дорогу.

Сегодня — три повозки с телами.

Элира прищурилась.

Одна стандартная человеческая. Одна тяжёлая транспортная повозка из дварфского квартала.

И ещё одна — со знаком предупреждения о высокой температуре для демонов на борту.

Элира стояла с метлой в руке.

Три.

Неплохо.

Как раз в этот момент Люсьен вышел через боковую дверь храма. Поднял взгляд и сразу заметил её. Настроение у Элиры было настолько хорошим, что она даже слегка ему кивнула.

Люсьен остановился.

Она его поприветствовала.

Ненормально.

Следом вышел Майло.

— Доброе утро, госпожа Элира.

— Доброе.

Элира ответила и продолжила смотреть на три повозки.

Люсьен проследил за её взглядом, затем снова посмотрел на неё.

— Элира.

— Что?

— На что ты смотришь?

— На погоду.

Люсьен поднял голову. Небо ясное.

— Ты смотрела на повозки с телами.

— Повозки находятся под открытым небом.

На это Люсьен ничего не нашёл.

Элира вернулась внутрь.

Первое благословение закончилось в девять. Элира как раз разбирала цены на древесину, когда услышала, как открылись храмовые двери. Перо замерло.

Вышла семья из четырёх человек. Люди. Одежда простая. Подошвы изношены. Не богатые.

Люсьен лично проводил их до двери.

— Простого погребения вполне достаточно, — сказал он достаточно громко, чтобы часть фразы долетела через улицу. — Не нужно обременять семью расходами ради самих похорон.

Семья кивнула.

Элира головы не подняла.

Через мгновение по камням послышались шаги.

Колокольчик звякнул.

Она посмотрела вверх.

— Добро пожаловать.

Первая семья.

Элиру совершенно не расстроило, что Люсьен посоветовал им экономить. Маленький бюджет — значит базовый гроб.

А базовые гробы тоже приносили прибыль.

— Рост умершего?

— Примерно метр семьдесят.

— Бюджет?

Женщина назвала очень небольшую сумму.

Элира даже не потянулась к дорогому каталогу. Сразу достала самый дешёвый.

— Базовый сосновый гроб.

— Он не будет выглядеть слишком просто?

— Будет.

Женщина моргнула. Явно не ожидала такого ответа от продавца.

Элира продолжила:

— Но со своей задачей он справится. Конструкция надёжная, для обычного погребения подходит. Если хотите, чтобы внутри выглядело лучше, принесите кусок ткани, который нравился умершему. За то, что я положу её внутрь, доплату брать не буду.

Женщина заметно расслабилась.

— Тогда этот.

— Хорошо.

Элира записала заказ.

Без резьбы. Без дорогой обивки. Без украшений.

Прибыль всё равно есть.

Она была довольна.

Через дорогу Майло смотрел, как семья входит в лавку, и машинально пробормотал:

— Один.

Люсьен повернул голову.

Майло тут же закрыл рот.

Второе благословение закончилось ближе к полудню. Из храма вышли дварфы. Одного Элира сразу узнала — накануне он заказал каменный гроб.

Вскоре колокольчик снова звякнул.

Вторая семья.

Дварф положил заказной лист на прилавок.

— Сегодня доставите, да?

— Да. — Элира проверила документы. — Где погребальная камера?

— Восточный семейный склеп.

— На уровне земли?

— Под землёй.

— Какой уровень?

— Четвёртый.

Элира замерла с пером над бумагой.

— Четыре этажа под землёй?

— Да.

— Ширина входа?

Дварф замялся.

— Не знаю.

— Ширина лестницы?

— Не знаю.

— Пространство для разворота на углах?

— Не знаю.

Элира подняла голову.

— Тогда сегодня ничего не доставляем.

Лицо дварфа тут же потемнело.

— Почему?

— Потому что гроб может не пройти.

— В наш семейный склеп всегда заносили каменные гробы.

— Какого размера был последний?

Дварф показал руками.

Элира посмотрела.

— А этот умерший?

Он показал снова.

Намного крупнее.

Элира несколько секунд молча смотрела на него.

— Этот почти на полтела шире прошлого. Каменный гроб тоже будет шире.

Дварфу нечего было ответить.

— Если он застрянет на втором уровне, кто отвечает?

Повисла тишина.

Элира подтянула заказной лист обратно и добавила внизу три строки:

ШИРИНА ВХОДА В СКЛЕП.

РАЗМЕРЫ ЛЕСТНИЦЫ.

РАДИУС РАЗВОРОТА.

— После обеда отправлю с вами Тому.

— Это отдельно оплачивается?

— Выезд на замеры.

— Он же просто посмотрит!

— Тогда измерьте сами.

Дварф перестал спорить.

— Сколько?

Элира назвала сумму.

Он был очень недоволен.

Но заплатил.

Вторая семья.

Деньги всё ещё шли.

Третье благословение почему-то затянулось.

Сначала Элира ждала в лавке. Прошёл полдень. Потом ещё время. Она трижды поднимала голову.

Двери храма оставались закрыты.

Помощника она пока не наняла, поэтому в лавке была одна.

Элира начала гадать, что там происходит.

Немного после двух из храма внезапно донёсся шум.

Двери распахнулись.

Несколько родственников-демонов вынесли тело.

Труп был тёмно-красным с головы до ног. От груди постоянно поднимался белый пар, один край транспортной повозки уже почернел от жара.

Глаза Элиры загорелись.

Третья семья.

Идут.

Четверо родственников сразу перешли улицу.

Колокольчик звякнул.

Тело едва успели занести внутрь, как Элира почувствовала запах гари.

Она посмотрела вниз.

Край ковра чернел.

— Наружу.

Все остановились.

Один родственник моргнул.

— Что?

— Выносите обратно.

— Госпожа Элира…

— Он сжигает мне ковёр.

Все посмотрели вниз.

От тела действительно шёл дым.

Родственники торопливо вынесли его наружу и уложили на каменную мостовую.

Элира присела рядом.

Остаточный жар после смерти демона был обычным явлением, но здесь температура была явно чрезмерной. Она уже потянулась за температурным камнем, когда из храма подошёл Люсьен.

— Отойди.

Элира подняла голову.

— Ты что делаешь?

— Остаточная магия ещё не стабилизировалась.

Он присел возле тела и поднял ладонь над грудью. Вниз растёкся слабый серебристый свет. Жар, из-за которого от тела постоянно шёл пар, начал ослабевать.

Элира некоторое время наблюдала.

— На сколько этого хватит?

— На несколько часов.

— А полностью когда рассеется?

— Через два-три дня.

Она сразу начала считать.

Обычный деревянный гроб не подойдёт.

По крайней мере сегодня.

— Госпожа Элира, — тревожно сказал один из родственников. — Поминки должны быть сегодня.

— Тогда нужен специальный изоляционный гроб.

Она выпрямилась.

— Огнеупорный внутренний слой, теплоизолированная внешняя оболочка и огнестойкая плита под дном.

— Сколько?

Элира назвала цену.

Лица семьи изменились.

Люсьен тоже повернулся.

— Элира.

Она тут же посмотрела на него.

— Не начинай.

— Эта цена…

— Специальные материалы.

— Но…

— Ты можешь сделать так, чтобы сегодня он перестал выделять тепло?

Люсьен промолчал.

— Нет, — продолжила Элира. — Значит, нужны материалы.

Один родственник спросил:

— Сегодня закончить можно?

— В обычном режиме — нет.

— Поминки сегодня вечером.

— Тогда срочный заказ.

Люсьен тут же снова нахмурился.

— Почему ещё и срочный тариф?

Элира повернулась к нему.

— Потому что Брам вообще-то не обязан сегодня работать ночью.

— Они уже платят за специальные материалы.

— Доплата за специальные материалы покрывает материалы.

Она начала загибать пальцы.

— Мастер останавливает текущие заказы.

Один.

— Работает сегодня сверхурочно.

Два.

— Перенастраивает мастерскую.

Три.

— Я организую срочную перевозку всего этого.

Четыре.

— Ты считаешь, всё перечисленное бесплатно?

Люсьен замолчал.

Элира перевела на него взгляд.

— Священник.

— Что?

— Ты никогда не управлял бизнесом, да?

— Нет.

— Прекрасно.

Она отвернулась.

— Тогда не учи меня выставлять цены.

Семья стояла рядом в абсолютной тишине.

Наконец один из родственников спросил:

— Сколько за срочность?

Элира назвала сумму.

— Хорошо.

Мешочек с деньгами появился сразу.

Элира забрала его.

— Договорились.

Люсьен всё ещё стоял рядом.

Элира уже перестала обращать на него внимание.

— Рост?

— Метр девяносто.

— Хвост?

— Есть.

— Окоченеет?

— Да.

— Рога?

— Нет.

— Измерьте плечи.

Она достала ленту и начала работать.

Люсьен постоял сбоку и окончательно превратился в ненужный предмет обстановки.

В конце концов ему пришлось вернуться в храм.

Майло пошёл следом.

На середине улицы он очень тихо сказал:

— Три.

Люсьен остановился.

— Майло.

— Да?

— Перестань считать.

— Я не считал.

— Ты только что сказал «три».

Майло выглядел совершенно серьёзно.

— Просто у меня хорошая память.

Люсьен смотрел на него.

Майло опустил голову.

После обеда Тома вернулся из дварфского склепа с лицом почти таким же кислым, как у Люсьена.

— Не проходит.

Элира разбирала материалы для демонского гроба и даже не удивилась.

— Где?

— Второй подземный уровень.

— На повороте?

— Да.

— Сколько не хватает?

Тома показал руками.

Совсем немного.

Но каменный гроб — каменный гроб. Если он хоть немного шире проёма, он всё равно шире проёма.

— Снимите перила.

— Семья не разрешает.

— Тогда опустите через вентиляционную шахту.

Тома уставился на неё.

— Что?

— Через вентиляционную шахту.

— Четыре этажа под землёй.

— Я знаю.

— Ты предлагаешь опускать каменный гроб по вентиляционной шахте?

— Если она достаточно широкая.

Тома долго смотрел на неё.

— Ты сумасшедшая.

— Она достаточно широкая?

Тишина.

— Какая там ширина?

Тома попытался вспомнить.

— Возможно, хватит.

— Тогда измерь.

— За доплату.

— Хорошо.

Тома моргнул.

— Так легко?

— Включи в счёт клиента.

Ну конечно.

— Они будут жаловаться.

— Пусть жалуются тебе.

— Почему мне?

— Перевозка — твоя работа.

Тома посмотрел на неё.

— Элира, тебе в последнее время кажется, что любую проблему в итоге можно решить, взяв с кого-нибудь деньги?

Она серьёзно задумалась.

— Нет.

Тома удивился.

Тогда Элира добавила:

— Некоторые проблемы деньгами не решаются.

— Например?

— Если труп после смерти становится больше.

Томе нечего было ответить.

Под вечер Элира закончила разбирать последние накладные и вышла на улицу размяться.

Почти одновременно из храма вышел Люсьен.

Увидев его, Элира сразу повеселела.

Утром было три повозки.

Три семьи зашли в её лавку.

Поэтому Элира дружелюбно улыбнулась.

Люсьен помрачнел ещё сильнее.

— Элира.

— Что?

— Ты всё утро следила за храмом?

— Нет.

— Ты считала повозки с телами.

— Нет.

— После первого благословения ты сразу вернулась к прилавку.

— У меня была работа.

— После второго снова посмотрела.

Элира уставилась на него.

Люсьен смотрел в ответ.

Через несколько секунд она перестала притворяться.

— Ладно.

— Что ты считала?

— Поток клиентов.

Люсьен нахмурился.

— Храм не является источником твоего клиентского потока.

Элира посмотрела в сторону.

Храм.

Улица.

Её лавка.

— По фактическим данным — является.

Челюсть Люсьена напряглась.

— Элира.

— Я не заходила внутрь и никого оттуда не вытаскивала.

— Семьи только что закончили благословение.

— А потом им всё равно нужно заниматься телом.

— Они свободны выбирать.

— Именно.

Элира развела руки.

— Вот и выбирают перейти улицу.

Люсьену нечего было сказать.

Элира даже искренне сказала:

— Ты сегодня хорошо поработал.

Он посмотрел на неё.

— Что это должно означать?

— Три благословения у тебя.

Повисла тишина.

— Три заказа у меня.

Тишина стала длиннее.

Улыбка Элиры расширилась.

— Приятно иметь с тобой дело.

— Мы не ведём совместный бизнес.

— Почти.

Люсьен развернулся и ушёл.

Элира осталась в дверях и смотрела ему вслед.

Наконец рассмеялась вслух.

Вечером она свела дневные счета и написала рядом с датой:

ХРАМ: 3

Ниже:

ЗАКАЗЫ: 3

Несколько секунд Элира смотрела на страницу.

Три благословения.

Три заказа.

Затем добавила:

ОЧЕНЬ ХОРОШО.

И обвела.

В последнее время дела шли настолько хорошо, что даже вечно недовольный священник через дорогу начинал казаться ей чуточку приятнее.

Разумеется, только в те дни, когда из его храма к ней действительно шли клиенты.

Глава 5. Элира зарабатывает как ненормальная

Следующие десять дней дела у «Похоронной лавки Восс» шли до абсурда хорошо.

Настолько хорошо, что даже Элира к такому не привыкла.

В первый день у двери выстроилась очередь.

На второй кто-то постучал ещё до открытия.

На третий Брам прислал записку:

«Прежде чем брать ещё один огромный индивидуальный заказ, спроси, есть ли у меня время».

На четвёртый Тома отказался от третьей поездки за день.

— Лошади тоже жить надо.

Элира сказала:

— Доплачу.

— Во сколько выезжаем?

К пятому дню люди уже специально ехали к ней на повозках с южной стороны города.

Причина была простой.

По Морроугейту начала ходить одна фраза:

«Говорят, в той похоронной лавке в гроб можно положить что угодно».

Элира считала это великолепным.

Фраза работала лучше листовок, за печать которых она сама платила.

Первым клиентом в то утро оказался пожилой орк.

Живой.

Он пришёл один и сел напротив.

— Я бы хотел посмотреть гробы.

Элира подняла голову.

— Кто умер?

— Я.

Она уставилась на него.

Старый орк выглядел вполне здоровым. Волосы белые, спина слегка согнута, но на человека, который собирается умереть прямо сегодня, он не походил.

— Когда?

— Понятия не имею.

— Поэтому решил посмотреть заранее.

Элира медленно отложила книгу учёта.

За последнее время это был уже второй человек с подобным запросом.

Она посерьёзнела.

— Хотите заранее заказать собственный гроб?

— Да.

— Зачем?

Старому орку вопрос показался странным.

— Это мой гроб. Очевидно же, выбирать его должен я.

Справедливо.

Элира встала.

— Бюджет?

Он назвал сумму.

Она повела его в выставочную часть.

— Сюда.

Орк осматривал гробы один за другим и в итоге остановился возле модели из чёрной ели.

— Этот.

— Хорошо.

— Можно лечь внутрь и примерить?

Элира посмотрела на него.

— Сейчас?

— Конечно.

Ладно.

У клиента есть просьба.

Она открыла крышку.

Старый орк снял обувь, забрался внутрь и действительно лёг.

Элира стояла рядом.

— Как?

— Немного тесно.

— У вас широкие плечи.

— Можешь добавить пять сантиметров?

— Да. За доплату.

— Добавляй.

Старый орк выглядел совершенно счастливым. Лёжа в будущем гробу, он даже потёр пальцами обивку.

— Ткань мне не нравится.

— Есть улучшенная.

— Покажи.

И как раз в этот момент звякнул колокольчик.

Люсьен вошёл с документом о смерти в руке.

Первым, что он увидел, был совершенно живой пожилой мужчина, лежащий в гробу.

Люсьен остановился.

Орк из гроба повернул голову.

— Священник.

Люсьен молчал пару секунд.

— Что вы делаете?

— Примеряю гроб.

— Зачем?

— Покупаю.

— Для кого?

— Для себя.

Люсьен медленно менялся в лице.

Элира стояла рядом и с трудом удерживала улыбку.

— Предварительный заказ, — пояснила она.

Люсьен взглянул на неё.

— Элира.

— На этот раз это правда была не моя идея.

— Ты позволяешь живым людям лежать в гробах?

— Одежду же примеряют по размеру.

— Это гроб.

— Тем важнее, чтобы размер подходил.

Люсьен ничего не нашёлся ответить.

Старый орк был впечатлён.

— Она разумно говорит.

Люсьен посмотрел на мужчину в гробу. Потом на Элиру.

— Элира, эта услуга не нужна.

Её глаза сразу сузились.

— Почему?

— Небольшая разница в размерах после смерти никак не влияет на душу.

Старый орк оскорбился раньше самой Элиры.

— Зато влияет на то, удобно ли мне здесь сейчас.

— После смерти вы не почувствуете неудобства.

— Сейчас чувствую.

Элира отвернулась, чтобы не рассмеяться.

Люсьен явно понял, что этот спор не выиграть.

Он положил документ на прилавок.

— Свидетельство о смерти.

— Спасибо.

Развернулся к выходу.

Элира окликнула:

— Люсьен.

Он остановился.

Элира смотрела совершенно серьёзно.

— Ты тоже можешь заказать заранее.

Люсьен молча вышел.

Старый орк громко расхохотался прямо из гроба.

Вторым клиентом оказался эльф.

На этот раз не дерево.

Казалось бы, должно быть проще.

Умерший действительно был эльфом.

Проблема заключалась в том, что тело начало прорастать.

Когда Элира увидела его впервые, ей показалось, что она ошиблась.

Из волос пробивались два маленьких зелёных побега. Возле одного запястья появились бледно-зелёные веточки.

Семья выглядела обеспокоенной.

— Если положить её в обычный гроб, корни за три дня его расколют.

Элира наклонилась ближе.

— Такое уже бывало?

— С моим дядей.

— Гроб треснул?

— Да.

— Погребальная камера?

— Часть стены тоже.

Элира вдохнула.

Хорошо.

Ещё одна новая потребность.

Она принесла из комнаты хранения несколько видов магопоглощающей обивки и, проверяя материалы, задавала вопросы.

— Хотите полностью остановить рост или только замедлить?

— Замедлить. В конце концов мы всё равно хотим, чтобы она вернулась в землю.

— Тогда полная изоляция не подходит.

Элира выбрала гибкую ткань, приглушающую магию.

— Вот эта.

Семья потрогала материал.

— Сработает?

— Замедлит рост. После погребения внешний слой сам разложится.

— Сколько?

Элира назвала цену.

Никто даже не колебался.

— Делайте.

Ещё один заказ.

Третий запрос поступил от семьи водной расы.

Тело ещё не привезли. Родственники пришли заранее.

— Нам нужен гроб, сохраняющий влагу.

— Солёная вода или пресная?

— Пресная.

— Размер тела?

— Примерно человеческий.

— Плавники?

— Есть.

— Насколько широкие боковые?

Они показали.

Элира тут же расширила чертёж.

— Расстояние перевозки?

— От речного порта до Северного кладбища.

— Два часа вне воды?

— Да.

— Тогда нужен слой для удержания влаги.

— Сколько?

Она назвала цену.

— Хорошо.

Ещё заказ.

Четвёртыми пришли дворяне.

С ними не было ничего необычного.

Просто деньги.

И требования.

Гроб должен быть тёмным.

На нём должен быть вырезан семейный герб.

Обивка — серебристо-серая.

Табличка с именем — из чернёного серебра.

Украшения по всем четырём углам.

По краю крышки — магический узор для стабилизации температуры.

И индивидуальный набор погребальных коробок.

Элира ни разу не предложила им сэкономить.

У них были деньги, и они прекрасно знали, чего хотят.

Люсьен не любил излишества.

Это проблема Люсьена.

Элира — любила.

Пока семья не лезет в долги ради красивого вида, такие клиенты ей даже нравились.

Прибыль высокая.

Очень высокая.

Карета дворян ещё не успела уехать, а Элира уже посчитала маржу в голове.

Красота.

Пятый клиент оказался страннее.

Вошёл гоблин и спросил:

— Надгробия ремонтируете?

Элира уже хотела ответить «нет».

Но остановилась.

— Что с ним?

— Буквы отвалились.

— Какие буквы?

— Имя.

— Сколько?

— Всё.

— Почему?

— Ему тридцать лет.

Элира опёрлась на прилавок и задумалась.

Обслуживание надгробий.

Сейчас такой услуги у неё не было.

Но часть работы сможет делать Брам, а каменщиков в ремесленном квартале она и так знала.

— Да.

Гоблин моргнул.

— Вы же гробы продаёте.

— Теперь ещё и надгробия ремонтирую.

— Сколько?

Элира на месте посчитала цену.

Он согласился.

Как только клиент ушёл, она добавила новый раздел в книгу услуг:

РЕСТАВРАЦИЯ СТАРЫХ НАДГРОБИЙ.

Ниже:

Повторная резьба букв.

Ремонт трещин.

Удаление мха.

Восстановление цвета семейного герба.

Элира посмотрела на страницу.

Себестоимость низкая.

А надгробия служат дольше гробов.

Следовательно…

Даже после смерти старого клиента с его семьёй можно продолжать зарабатывать на обслуживании.

Чем дольше Элира об этом думала, тем лучше становилось настроение.

На шестой день в лавке впервые появилась Пиппа Нолл.

Она ничего не покупала.

Искала работу.

Девятнадцать лет. Светло-каштановые кудри. Сумка через плечо.

Войдя, первым делом встала возле витрины с урнами и начала есть хлеб.

Элира несколько секунд смотрела на неё.

— Ты понимаешь, что это за лавка?

Пиппа откусила ещё кусок.

— Похоронная.

— Не смущает?

— Нет.

— Почему?

— Мёртвые не жалуются.

Элира замерла.

— Живые жалуются.

Пиппа кивнула.

— Значит, буду разговаривать с живыми.