Развод. Из Финляндии с любовью

Гром слушает молча, не перебивает. Иногда кивает, иногда делает пометки в телефоне. Его лицо остается спокойным, и это почему-то меня успокаивает.

– Документы у тебя есть? – спрашивает он, когда я заканчиваю.

– Какие?

– Все. Уведомление от опеки, фотографии коробок, переписка с мужем. Все, что может доказать, что жалоба ложная, а ты – адекватная мать, которая заботится о ребенке.

Я киваю.

– Часть есть. Остальное найду.

– Хорошо, – он расслабленно облокачивается на спинку дивана. – Теперь по существу. Дело сложное, но не безнадежное. У тебя есть два пути. Первый – продолжать играть по правилам Йоси, ходить к его адвокату, делать вид, что вы команда. Так ты быстрее вернешь сына, но останешься в зависимости от мужа.

– А второй?

– Второй – нанять меня. Я буду работать на тебя, а не на него. Мы будем собирать свои доказательства, готовить свою стратегию. Это может занять больше времени, но в конце ты получишь независимость. И сына, скорее всего, тоже.

Я смотрю на него.

– Сколько это будет стоить?

Он называет сумму. У меня перехватывает дыхание.

– У меня нет таких денег, – говорю я.

– Знаю, – спокойно отвечает Гром. – Поэтому давай договоримся так. Ты платишь половину сейчас, половину после того, как выиграешь дело. Если проиграешь – остальное не платишь.

– А если я не смогу даже половину?

– Займешь у подруги. Или продашь что-нибудь. Кольцо обручальное, например, – он усмехается. – Лана, я берусь за твое дело, потому что оно мне интересно. И потому что я помню тебя еще девчонкой, которая не умела сдаваться. Думаю, ты не изменилась.

Я молчу. Внутри что-то теплеет, но страх все еще сильнее.

– Ты уверен, что у нас есть шанс?

Гром наклоняется вперед.

– Финская система защиты детей не идеальна, но она предсказуема. Если мы докажем, что жалоба была ложной, а семья – благополучной, Ваню вернут. Вопрос только во времени.

– А Йоси? – спрашиваю я. – Если он узнает, что я наняла своего адвоката?

– Не узнает, – пожимает плечами Гром. – Пока не придет время.

Я смотрю в окно. За стеклом медленно темнеет. Вечер опускается на город, и где-то там, в приюте, мой сын ложится спать без меня.

– Хорошо, – говорю я. – Я согласна.

Гром кивает, достает из портфеля договор и протягивает мне ручку.

– Тогда подписывай. И запомни, Лана: отныне ты не одна. Я сделаю все, чтобы помочь тебе.

Я беру ручку и ставлю подпись на последней странице.

Когда я выхожу из кафе, руки все еще дрожат, но внутри появляется надежда и уверенность, что я сделала первый шаг в правильную сторону.

Теперь у меня есть свой человек.

Теперь я не одна.

Звонит телефон. На экране высвечивается имя Йоси.

Я сбрасываю вызов и иду к машине.

Пусть ждет. Пусть думает, что я все еще послушная жена, которая сидит дома и надеется на его помощь.

Он даже не представляет, что я только что сделала.

_________________

А вот и последняя история моба "Развод с иностранцем" 18+

Свадьба в Греции. Море, оливки, музыка, счастье. Я выхожу замуж за красавца-грека, а через два часа после венчания нахожу его в ослином загоне с подругой детства.

– Это ничего не значит! Просто физиология!

Он думал, что я прощу. Он думал, что я заплачу и останусь.

А я толкнула его в навоз, бросила обручальное кольцо прямо туда же и уехала в ночь с незнакомцем на чёрном внедорожнике.

Говорят, свадьба это начало новой жизни. Что ж, начало вышло ещё то.

https://litnet.com/shrt/i0Aa

Глава 15 Йоси

Она ждет меня в отеле, в котором мы обычно встречаемся, когда мне нужно забыть о доме, о Лане, о вечных проблемах.

Слегка опоздав, я вхожу в номер.

Ханна сидит на кровати, поджав ноги, и листает телефон.

Увидев меня, откладывает его в сторону и улыбается. У нее красивая улыбка, открытая, но почти детская.

Когда-то мне это безумно нравилось.

– Ты опоздал, – говорит она, вставая.

– На пять минут.

– На пятнадцать. Я считала.

Я прохожу к креслу, сажусь и ослабляю галстук. Она подходит ближе, садится на подлокотник, проводит пальцами по моим волосам.

– У тебя усталый вид.

– Много работы.

– Ты всегда так говоришь, – она вздыхает. – Йоси, когда это все закончится? Когда мы перестанем прятаться по отелям?

Я беру ее за руку, убираю со своего плеча.

– Не сейчас. У меня проблемы. Реальные.

– Какие?

– Сын в приюте. Опека забрала его.

Она замирает. Я вижу, как меняется ее лицо, а улыбка исчезает, глаза становятся серьезными.

– Боже, Йоси. Что случилось?

– Анонимная жалоба. Кто-то написал, что мы плохие родители. Теперь разбираются.

– Это ужасно, – она проводит рукой по моей щеке. – Ты поэтому такой напряженный?

– Да.

– А как Лана?

– Лана в истерике. Только и делает, что плачет и обвиняет меня во всех грехах.

Ханна смотрит на меня нежным взглядом. И в ее глазах мелькает сочувствие.

– Может, тебе стоит побыть с ней? – тихо спрашивает она. – Помочь ей.

Я усмехаюсь.

– Ты серьезно? Сама предлагаешь мне побыть с женой?

– Я предлагаю тебе не потерять сына, – она встает и отходит к окну. – Йоси, я не хочу, чтобы ты страдал. Даже если ты сейчас не со мной.

Я смотрю на ее спину. Ханна всегда умела давить на жалость.

– Ничего я не потеряю, – говорю я. – Я верну сына. И все наладится.

– А мы? – она оборачивается. – Когда наладится у нас?

Я молчу.

Она возвращается ко мне, садится на колени и обвивает руками шею.

– Я жду тебя уже два года, Йоси. Два года я слышу "подожди", "не сейчас", "у меня сложный период". Сколько можно?

– Столько, сколько нужно.

– Мне надоело, – ее голос становится жестче. – Я не хочу быть вечной любовницей. Я хочу семью. Хочу детей. Хочу, чтобы ты был рядом каждый день, а не по вторникам и четвергам.

– Ханна, – я беру ее лицо в ладони, смотрю в глаза. – Ты знаешь, что я к тебе чувствую. Но сейчас не время для ультиматумов.

– А когда будет время? Когда твой сын вернется домой? Когда ты получишь повышение? Когда Лана умрет от старости?

– Хватит, – холодно говорю я.

Она замолкает, но не отстраняется. Смотрит на меня обиженно, по-детски поджав губы.

Я вздыхаю.

Тянусь к ней и целую. Сначала легонько, потом глубже. Она отвечает, расслабляется и тает в моих руках.

Секс с Ханной всегда был хорош. Она знает, что мне нравится, умеет забывать о своих обидах, когда я рядом.

Сегодня она особенно старается. Медленно, сладко, как будто хочет доказать, что она лучше Ланы.

Я закрываю глаза и стараюсь не думать о Ване.

Не думать об оставшихся днях.

Не думать о том, что шеф смотрит на меня с подозрением.

Потом мы лежим в тишине. Я смотрю в потолок, она водит пальцем по моей груди.

– Ты уйдешь от нее? – тихо спрашивает она.

– Ханна...

– Просто ответь.

Я поворачиваю голову и смотрю на нее. В глазах надежда. Такая глупая и такая наивная.

– Не сейчас, – говорю я. – Я не могу сейчас.

Она садится, натягивая простыню до плеч.

– Ты никогда не сможешь, Йоси. Всегда будет что-то важнее. Работа, сын, репутация. А я стою в конце очереди и жду, когда ты, наконец, обратишь на меня внимание.

– Ты не в конце очереди.

– А где? Назови место.

Я молчу.

Она встает и начинает одеваться.

– Я пойду, – говорит она. – Мне надоело чувствовать себя вещью, которую достают с полки, когда захочется развлечься.

– Ханна, подожди.

– Что? – она оборачивается. – Ты скажешь мне, что любишь? Или что я важна для тебя? Я слышала это сотню раз. Мне нужны действия, Йоси. А не слова.

Я встаю, подхожу к ней и беру за плечи.

– Я разберусь с ситуацией. Верну сына. Получу должность. А потом мы поговорим.

– Потом, – горько усмехается она. – Твое любимое слово.

Она вырывается и уходит, хлопнув дверью.

Я остаюсь один. Смотрю на пустую кровать, на ее подушку, где еще сохранился запах духов.

Ханна права.

Я веду себя как эгоист.

Но что я могу сделать?

Бросить Лану сейчас, когда у нас забрали сына? Это убьет мою репутацию окончательно. Шеф не простит. Вилли займет мое место.

Нет.

Сначала надо решить проблемы.

А потом уже думать о личном.

Я одеваюсь, спускаюсь на парковку и сажусь в машину.

На телефон приходит сообщение от Ланы: «Где ты?»

Я не отвечаю.

Завожу двигатель и еду домой.

К жене, которая считает меня подлецом.

И к жизни, которая рассыпается на куски.

Глава 16 Лана Кускинен

Я слышу, как открывается входная дверь и Йоси входит внутрь. Наконец-то.

Я сижу на кухне уже два часа и смотрю на коробку, которую привез курьер час назад: такую же легкую и мерзкую, как и в прошлый раз.

Он заходит, не глядя на меня, направляется к лестнице.

– Йоси, – окликаю я.

Он останавливается и поворачивается ко мне. Видит коробку на столе, и его лицо становится напряженным.

– Что это?

– Ты не догадываешься? – я встаю и снимаю крышку. Внутри снова белье. Черное, кружевное, почти прозрачное. Сверху записка. Я разворачиваю ее и читаю вслух: "Он врет тебе всю жизнь. А ты наивно веришь. Проснись".

Йоси молчит.

– Ну? – я смотрю на него. – Что скажешь?

– Я не знаю, кто это присылает.

– Ты всегда так отвечаешь. "Не знаю", "не мое", "подстава". Йоси, сколько можно? Кому нужно разрушать нашу семью? Кому нужно, чтобы я сомневалась в каждом твоем слове?

Он подходит ближе, пытается взять меня за руку, но я отдергиваю.

– Лана, давай не сейчас. Я устал, голова болит, завтра важный день.

– А мне не важно? – мой голос срывается. – Мне не важно, что наш сын в приюте? Что кто-то присылает мне эти грязные посылки? Что я не знаю, кому верить – тебе или своим глазам?

– Ты веришь какой-то анонимке больше, чем мужу?

– А что ты сделал, чтобы я тебе верила? – повышаю я голос. – Ты скрыл от меня письмо из опеки. Ты позволил им прийти без предупреждения. Ты не пошел на встречу. Ты врешь мне про работу, про звонки, про то, где бываешь по вечерам.

– Это не ложь, это рабочие моменты.

– А где ты был сегодня?

Он молчит.

– Я спрашиваю, где ты был сегодня вечером?

– В офисе. Ты же понимаешь, что у меня сложный период.

Я смотрю на него. На его идеально выглаженную рубашку и чуть влажные волосы. Чувству запах посторонних духов.

– В офисе? – переспрашиваю я. – А почему от тебя пахнет духами? Не моими. И не теми, которые ты обычно используешь.

Он бледнеет. На секунду его маска сползает, и я замечаю растерянность. Но он быстро берет себя в руки.

– Ты придумываешь. Я ничем не пахну.

– Ты пахнешь другой женщиной, Йоси. – я говорю это спокойно, почти без эмоций. – Я чувствую этот запах каждый раз, когда ты возвращаешься поздно. Я думала, что мне кажется. Что я схожу с ума. Но теперь я точно знаю.

– Ты ничего не знаешь.

– Я знаю, что ты мне изменяешь. – я делаю шаг к нему. – Я знаю, что ты лжешь. Я знаю, что та женщина, которая пришла в день рождения – не случайная посетительница. Я знаю, что эти коробки присылает кто-то, кто хочет разрушить нашу семью. И нашего сына забрали тоже, скорее всего по ее анонимке. Больше все равно некому.

– Лана, прекрати!

– Не перебивай. – я чувствую, как дрожат руки, но голос остается ровным. – Я хочу знать правду. Кто она? Как давно это продолжается? Ты любишь ее? Или просто спишь с ней, когда тебе скучно дома с женой?

Йоси сжимает челюсти. И я вижу, как желваки ходят под кожей.

– Ты несешь чушь.

– Докажи.

– Что?

– Докажи, что я не права. Дай мне свой телефон. Прямо сейчас.

Он смотрит на меня с негодованием. В его глазах вижу страх.

Или мне кажется? Я уже не понимаю.

– Ты не лезь в мои рабочие контакты, – говорит он. – Там коммерческая тайна.

– Коммерческая тайна, – усмехаюсь я. – Удобное оправдание.

– Лана, прекрати. – он повышает голос. – У нас сын в приюте, а ты устраиваешь сцены ревности. Одумайся. Нам нужно выглядеть как нормальная семья, а не как два врага.

– А мы и есть враги, Йоси. С того момента, как ты скрыл от меня письмо.

– Я делал это ради тебя!

– Не смей! – я начинаю кричать. – Не смей прикрываться заботой. Ты делал это ради себя. Ради своей карьеры. Ради своего гребаного повышения.

Он хочет что-то сказать, но я перебиваю его.

– Я больше не верю тебе. Ни в чем. Я не знаю, кто эта женщина, которая присылает коробки. Я не знаю, кто твоя любовница. Я не знаю, зачем ты вообще женился на мне. Может, я была просто удобным вариантом? Может, тебе нужна была русская дурочка, которая родит ребенка и будет сидеть дома и не задавать вопросов.

– Ты сама в это не веришь, – тихо говорит он.

– А ты попробуй меня переубедить.

Мы стоим друг напротив друга. Между нами стол, коробка с бельем, записка с обвинением.

И тишина.

– Я не буду оправдываться, – наконец говорит Йоси. – Ты все равно мне не поверишь.

– Потому что ты врешь.

– Потому что ты хочешь верить в худшее.

Он разворачивается и уходит в свой кабинет. Я слышу, как хлопает дверь.

Я остаюсь одна. Смотрю на коробку и записку.

"Он врет тебе всю жизнь. А ты наивно веришь. Проснись".

Я уже проснулась. Я уже все поняла.

Но что мне делать с этим знанием? Развестись? Уехать в Россию? Бросить Ваню? Нет. Я не брошу сына. Я буду бороться.

Звонит телефон. Я смотрю на экран.

Громов.

На секунду я замираю. Он не должен звонить так поздно. Что-то случилось.

Я беру трубку и принимаю вызов.

– Лана, – напряженно произносит он. – Ты одна?

Я смотрю в сторону кабинета, где за закрытой дверью прячется мужчина, которому я доверяла десять лет.

– Да, – говорю я. – Я одна.

Глава 17 Лана Кускинен

Я отхожу к окну, прижимая телефон к уху, и стараюсь говорить тихо. В кабинете Йоси тишина, но я не знаю, выйдет ли он.

Не начнет ли подслушивать. В последние дни я перестала верить ему во всем, даже в мелочах.

– Ты нашел что-то? – спрашиваю я.

Громов вздыхает.

– Да. Частично. Удалось выяснить имя заявителя. Это женщина. Элина Койву. Финка. Но кто она такая, откуда, и как связана с вами – пока неизвестно. Нужно копать дальше.

Я замираю.

Элина Койву?

Я никогда не слышала этого имени. Йоси никогда не упоминал его.

– Элина, – повторяю я, пробуя на вкус. – Ты уверен?

– Да. Жалоба поступила анонимно, но технический след оставили. Не буду вдаваться в детали, но это она.

Я сжимаю телефон. В голове начинает звенеть.

– Но мы думали на Вилли, – говорю я. – Йоси уверен, что это конкурент с работы. Он постоянно твердит про Вилли, про то, что тот хочет получить должность и готов на все.

– Возможно, они связаны, – спокойно предполагает Громов, но я чувствую в его голосе напряжение. – Пока рано исключать кого-то. Скажи, что ты знаешь об этом Вилли?

– Ничего, – признаюсь я. – Йоси почти не говорит о работе. Я знаю только, что они конкурируют. И что Вилли тоже претендует на должность вице-президента.

– Плохо. Нужно больше информации. Сможешь что-то разузнать?

Я оглядываюсь на дверь кабинета. Там тихо. Йоси, наверное, сидит в телефоне или делает вид, что работает.

– Попробую, – говорю я. – Но осторожно. Он и так уже подозревает, что я копаюсь в его вещах.

– Не рискуй. Если он заметит, что ты собираешь информацию, будет только хуже.

– Я понимаю.

– И еще, Лана. – Громов делает паузу. – Пока не говори ему про Элину. Мы не знаем, связана она с Вилли или нет. Если мы рано раскроем карты, твой муж может все испортить.

– То есть ты предлагаешь мне молчать? Держать его в неведении?

– Да. Пока не получим больше доказательств. Тогда будем действовать.

Я думаю над его словами.

Смотрю в окно на темную улицу. Где-то там, в приюте, мой сын. А я здесь, в доме человека, который, возможно, принес эту беду в нашу жизнь.

– Хорошо, – говорю я. – Я буду молчать. Но ты должен найти информацию. О ней. О Вилли. О том, связаны ли они.

– Я работаю над этим. Как только что-то узнаю – позвоню.

– Спасибо, Гром.

– Держись.

Я сбрасываю вызов и долго стою у окна. В голове все смешалось.

Элина. Откуда она взялась? Зачем ей писать жалобу? Может, это очередная любовница Йоси?

Или бывшая? Или кто-то, кому он перешел дорогу?

Или вообще ее имя просто использовали в этой игре против нас?

Я сажусь на диван, открываю телефон и ввожу ее имя в поиск.

Элина Койву. Финка. Мне сразу выдает ссылку на ее аккаунт в соцсети. Я просматриваю фотографии. Их много.

Внимательно смотрю на ее фотографию. Короткие светлые волосы, холодные глаза, уверенная улыбка. Мне кажется, или это та женщина, которая пришла в день рождения?

Нет.

Та была другой. Но что-то в ней есть знакомое. Или мне кажется?

Я листаю дальше. Ее страница открыта не полностью, но я вижу друзей.

Сердце начинает биться чаще.

Среди них вижу Вилли.

Я смотрю на экран и не верю своим глазам.

Вилли, которого подозревает Йоси. Они в друзьях. Во всяком случае, они знакомы.

Я приближаю его аватар. Лысоватый мужчина с широкой улыбкой. Ничего особенного.

Значит, Громов прав. Они могут быть в сговоре. Или, может, это просто совпадение.

Я перевожу взгляд на дверь кабинета.

Йоси не знает про нее. Он уверен, что это Вилли.

Зато я теперь знаю, что за его спиной стоит женщина. И эта женщина явно подруга его конкурента.

Значит, я на шаг впереди Йоси. Но что мне делать с этим?

Сказать ему? Или промолчать, как советовал Громов?

Я сжимаю телефон в руке и смотрю на закрытую дверь кабинета.

Там Йоси.

Человек, которому я больше не верю. Который врет мне о работе, о любовницах и о своем прошлом.

Может, он соврет и об Элине. Может, он знает ее. Может, она не случайно выбрала нашу семью.

Я убираю телефон в карман и встаю.

Вряд ли сегодня я смогу уснуть. Слишком много вопросов. И слишком мало ответов.

Но я найду их. Даже если для этого придется перерыть всю его жизнь.

Я буду копать.

Я доберусь до правды.

Глава 18 Йоси Кускинен

Прошло несколько дней.

Я сижу в машине на парковке торгового центра и жду звонка.

Человек, которого я нанял для проверки Вилли, обещал выйти на связь сегодня.

Мне нужны конкретные факты. Такие, которые я смогу положить на стол Валтери и сказать: вот, это он.

Телефон вибрирует.

– Да, – говорю я.

– Я проверил Вилли, – слышу знакомый голос. – По всем доступным каналам. Он чист.

– Что значит чист? – я сжимаю телефон. – Ты сам говорил, что кто-то слил информацию в прессу.

– Говорил. И это не он. По крайней мере, я не нашел прямых улик. Ни переводов, ни звонков, ни встреч, которые можно было бы привязать к жалобе или коробкам.

– То есть ты хочешь сказать, что я зря плачу тебе деньги?

– Я хочу сказать, что он либо очень хорошо заметает следы, либо это не он. Но есть кое-что странное.

Я напрягаюсь.

– Что именно?

– У него есть контакты с одной женщиной. Он их тщательно скрывает. Я пока не смог пробить, кто она, но они встречаются регулярно, и он тратит на нее деньги. Не большие, но регулярные.

– Может, это его любовница?

– Может, – соглашается собеседник. – Но зачем тогда так тщательно прятать концы? Любовницу можно скрыть проще. А тут? Чувствуется системная работа. Будто он боится, что кто-то узнает о ней.

Я молчу. В голове крутятся мысли.

Какая-то женщина.

Скрытые контакты.

Деньги.

– Найди ее, – говорю я. – Узнай, кто она. И проверь, связана ли она с моей семьей.

– Это займет время.

– У меня его почти нет. Валтери дал пять дней. Четыре уже прошло.

– Я понял. Постараюсь быстрее.

Я сбрасываю вызов и откидываюсь на сиденье.

Вилли чист. Или не чист. Я не знаю, чему верить.

Но этот разговор оставил неприятный осадок.

Какая-то женщина. Кто она? Его сообщница? Любовница? Или кто-то еще?

Мысль о любовнице приводит меня к Ханне.

Ее угроза рассказать Лане все еще мучит меня. Если она решится, если придет к Лане и скажет правду, то это будет конец.

Лана не простит. Она и так на грани, каждая новая коробка, каждая записка выбивает ее из колеи.

Ханна ждет. Ханна требует. Ханна хочет, чтобы я ушел из семьи.

Но хочу ли я? Сейчас надо спасать карьеру и возвращать сына. А потом…

Об этом я буду думать потом.

Я завожу машину и еду домой.

***

Вечером, когда я захожу в гостиную, Лана сидит на диване и смотрит на меня. Не как обычно: с усталостью или злостью. А с каким-то равнодушием что ли.

– Ты поздно, – говорит она.

– Работа.

– Работа, – повторяет она. – Конечно, ничего кроме раоты.

Я прохожу к креслу и сажусь. Наливаю себе виски из графина, стоящего на столике.

– Хочешь? – спрашиваю я.

Она не отвечает. Просто смотрит и молчит.

– Что-то случилось? – спрашиваю я, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

– Скажи мне правду, Йоси. Как давно ты изменяешь мне? – в ее взгляде я вижу только холод и жесткость. Как же быстро она изменилась.

И куда делась ее любовь? Она ведь искренне меня любила все эти годы. И что теперь? После компрометирующих коробок с записками, она готова поверить в то, что я ее предал?

Хотя в каком-то смысле так оно и есть. У меня ест Ханна. Но она не значит для меня слишком много. Она моя отдушина и развлечение. Я просто отдыхаю с ней.

И все.

Но не объяснять же это Лане? Она все равно не поймет. Тем более сейчас, когда нам нужно вернуть сына.

Нет, сейчас ни в коем случае нельзя говорить ей правду. Она сорвется и все испортит. Значит, нужно стоять на своем.

Нет у меня никаких любовниц. И это все клевета и происки конкурентов.

– Лана, послушай меня. Я занимаюсь работой и вытаскиванием нашей семи из ада.

– Может, не стоило нас туда отправлять? Чтобы сейчас не приходилось вытаскивать? Не думал об этом?

– Лана, мне надоело убеждать тебя в том, что я говорю правду. Если тебе так легче, считай, что я тебе изменяю. Но хватит меня донимать этой темой!

Я делаю резкий глоток и ставлю бокал на стол.

– Хорошо, – выдыхает она и встает с дивана. Делает ко мне пару шагов. Ее взгляд впивается в меня так, словно она хочет просканировать меня. – Тогда ответь мне на один простой вопрос.

– Хорошо, – соглашаюсь я, снова наливаю в бокал напиток и подношу ко рту. – На какой?

– Он очень простой, Йоси. Кто такая Элина Койву?

Я замираю от неожиданности. Рука с бокалом останавливается на полпути.

– Кто такая Элина? – повышает голос моя жена, и я чувствую в нем лед. – Ты знаешь эту женщину? И почему она писала жалобу на нас в опеку?

Я медленно опускаю бокал на стол. Стараюсь, чтобы лицо ничего не выражало. И даже пытаюсь улыбнуться.

Но внутри все сжимается и стягивается в тугой ком.

Откуда она узнала это имя?

Откуда?

Что происходит, черт возьми, в нашей жизни?

Я смотрю на нее с опаской.

Боже, откуда она могла узнать про Элину?

– Кто тебе сказал про нее? – нервно спрашиваю я.

Глава 19 Лана Кускинен

Он молчит. Стоит посреди гостиной, смотрит в пол и молчит.

Я жду.

Но с каждой секундой тишина становится невыносимее. Она давит на меня и не дает дышать.

– Я задала вопрос, Йоси. Ты знаешь Элину?

– Знаю, – наконец выдавливает он, не поднимая глаз.

– И?

– И что?

Я делаю шаг вперед.

– Не притворяйся. Кто она? Почему эта женщина разрушает нашу семью?

Он поднимает голову. Выглядит он не лучшим образом.

– Мы встречались. Но это было очень давно. Еще до тебя.

– До меня?

– Да. Это было много лет назад. Я даже и не помню ее.

– Почти не помнишь, – повторяю я. Голос дрожит, но я стараюсь держаться. – А она, видимо, до сих пор тебя не может забыть. Настолько хорошо помнит, что ненавидит меня и нашего сына.

– Лана, я не знал, что она способна на такое. И предположить не мог.

– Ты много чего не знал, Йоси.

Я отворачиваюсь и прохожу к окну. За стеклом темнеет, только фонари освещают тихую пустую улицу.

Наш дом, наша жизнь, и наш сын – все рушится на глазах.

– Когда вы расстались? – спрашиваю я, не глядя на него.

Он молчит.

– Йоси!

– За несколько месяцев до нашей свадьбы.