Поколение "Т"

— Нет. Это я тебя убью, — со всей яростью процедила я сквозь зубы.

Собрав последние силы, я ударила командира телекинетической волной и одновременно вырвала пистолет из его рук. Здоровяка с размаху впечатало в стену. Послышался громкий хруст, но что именно треснуло — стена или его спина — было непонятно.

Я не стала тратить время на выяснение.

Перехватила пистолет здоровой рукой и направила его прямо в голову командира. Вот только левая рука была совершенно не натренирована под оружие. Кисть тряслась, прицел гулял из стороны в сторону, и попасть точно в голову я бы вряд ли смогла. Но смертельно ранить его — запросто.

Я уже собиралась нажать на спуск, когда кисть внезапно взорвалась болью. Пистолет выбило из руки. Я резко повернула голову в сторону выстрела. На другом конце коридора стоял один из бойцов отряда командира. В руке он держал пистолет, и теперь его прицел был направлен прямо мне в голову.

— НЕТ! Её взять живой! — видимо, окончательно придя в себя, рявкнул командир своему бойцу.

Живой. Значит, убивать меня нельзя.

Я бросила последний взгляд на командира и рванула к разбитому окну, за которым Айдан уже успел подняться с оконной рамы обратно на этаж и старался снять с себя ремни.

«Вот идиот»

На бегу я телекинезом подхватила валявшийся неподалёку чей-то нож. Не сбавляя скорости, врезалась в Айдана, обхватила его ногами и здоровой рукой перерезала ремни, удерживающие его на канате.

А в следующую секунду мы оба полетели вниз. В свободном падении с тридцать четвёртого этажа. Прямо навстречу смерти.

Мы падали слишком быстро. Из-за общего веса скорость только увеличивалась, а рана мешала сосредоточиться. Земля приближалась с каждой секундой, но как бы я ни пыталась нас затормозить — ничего не получалось. Сил почти не осталось, чтобы остановить падение этого очевидно не хватит.

— Твою ж ма-а-а-а-ать! — заорал Айдан, вцепившись в меня, как в спасательный круг. — Мы сейчас умрём!

Мы оба это понимали.

Мой взгляд упал на то разбитое окно и последнее, что я успела увидеть, — лицо командира. Ярость поглотила меня полностью, жажда мщения выжгла все хорошее что было у меня внутри, теперь остались только пустота, и ненависть к этому мужчине и корпорации которой он служит. Эта ярость взрастила что-то новое во мне.

«Я вас уничтожу»

И тогда я сделала последний глубокий вдох, закрыла глаза. А потом просто закричала, выпуская какую-то другую силу наружу.

В лицо ударил мощный поток воздуха. А в следующую секунду мы с размаху врезались во что-то твёрдое. Было больно. Очень. Но падение прекратилось. Несколько секунд понадобилось, чтобы понять, что мы лежим на крыше того самого здания, где совсем недавно находилась моя наблюдательная позиция.

Айдан вдруг рассмеялся и рухнул на спину. Всё ещё пытаясь отдышаться, он начал благодарить какого-то телепорта, который, как он решил, успел перехватить нас в последний момент и перенести сюда.

Только вот почему-то я не совсем была уверена в этом. Ведь свою позицию видела только я. Меня тут же вывернуло недавним обедом перемешанной с кровью, и я рухнула. Айдан, с ужасом на лице, уже полз в мою сторону. Последний раз взглянув на него, я отключилась.

***

На облегающих штанах были закреплены несколько ножен для кинжалов, и кобура с дополнительными отсеками для магазинов.

На правой руке я носила широкий браслет из нескольких маленьких одноразовых электрошокеров. Победить противника с их помощью вряд ли получится, зато выиграть несколько секунд и успеть добраться до укрытия, если всё пойдёт не в мою пользу, — вполне.

На левой руке был закреплён скрытый кинжал. Отец специально разработал для меня механизм, позволяющий одним движением выбросить лезвие прямо в ладонь. За всё время мне так ни разу и не пришлось им воспользоваться, но на каждую вылазку я всё равно брала его с собой.

Привычка.

Я натянула маску на лицо, взяла винтовку и закинула её за спину.

Готово. Можно выдвигаться.

Глава 2 Подготовка

ГОСУДАРСТВО ДОРВЕЙН

УКАЗ № ДВ-0417/РМ

«Об учреждении автономной международной организации по надзору и исследованию последствий радиационно-индуцированных генетических изменений»

В соответствии с постановлением Международного комитета по вопросам радиационной безопасности и ликвидации последствий Глобальной катастрофы, в связи с выявлением ранее не зарегистрированных форм генетических изменений у детей, рождённых после радиационного заражения,

ПОСТАНОВЛЯЕТСЯ:

1. Учредить на территории государства Дорвейн автономную международную организацию специальной юрисдикции — «Комитет особого надзора и технологического учёта радиационных изменений» далее «К.О.Н.Т.У.Р.».

2. Сформировать международную научно-исследовательскую группу с привлечением специалистов в области генетики, молекулярной биологии, радиобиологии, медицины и геномных исследований.

3. Основными задачами К.О.Н.Т.У.Р. определить: установление природы и причин выявленных генетических изменений; разработку системы их классификации; исследование механизмов развития и возможной наследственной передачи; оценку влияния изменений на физиологические и когнитивные характеристики человека; определение степени потенциальной угрозы для носителя и окружающих; исследование возможности медицинской коррекции, подавления либо обратимости выявленных изменений.

4. До установления природы и прогнозируемых последствий выявленных генетических изменений все подтверждённые случаи подлежат обязательной регистрации, систематическому медицинскому наблюдению и внесению в Единый международный реестр К.О.Н.Т.У.Р.

Извлечение из официально опубликованной редакции.

Нашим убежищем служил заброшенный военный бункер, оставшийся ещё со времён Последней войны. Если не ошибаюсь, этой махине, уходящей почти на семьдесят метров под землю, было уже около двухсот лет.

Когда его нашли, часть коридоров была завалена, нижние уровни затоплены, вентиляция давно не работала, а стены местами осыпались до ржавой арматуры. За годы мы восстановили всё, что смогли: протянули электричество, запустили вентиляцию и генераторы, расчистили несколько уровней под жилые комнаты, кухню, медблок, склады, оружейную и штаб.

Зал собраний находился почти наверху. Чтобы добраться до него из жилого сектора, мне предстояло подняться на несколько этажей по старой бетонной лестнице и желательно как можно скорее, меня уже ждали. Лифт здесь когда-то тоже был, но от него осталась только намертво закрытая шахта. Видимо, за все эти годы никому так и не пришло в голову заняться именно им.

«Вот почему нельзя было восстановить грёбаный лифт? Ненавижу лестницы.»

Я уже перепрыгивала через две ступеньки.

«Ещё три пролёта. Прекрасно.»

Зал собраний был одним из самых больших помещений на верхнем уровне бункера. Когда-то здесь, судя по всему, располагался военный командный пункт. От прошлого назначения остались голые бетонные стены, массивные металлические двери и несколько старых панелей управления, которые давно уже ни к чему не были подключены.

Почти всё пространство занимал длинный стол, собранный из нескольких металлических секций. Вокруг него стояли разномастные стулья — нормальную мебель сюда тащили в последнюю очередь. На дальней стене висела большая карта всего Дорвейна, испещрённая отметками, маршрутами и пометками разведчиков. Рядом — несколько экранов, на которые мы выводили схемы зданий, записи с камер и всё, что удавалось достать во время вылазок.

Под потолком гудела вентиляция, холодный белый свет ламп неприятно бил по глазам.

Когда я вошла, почти все уже были на местах. Командиры отрядов расположились ближе к столу, остальные находились вдоль стен. Кто-то вполголоса переговаривался, кто-то уже изучал разложенные на столе схемы. Воздух привычно гудел от голосов и работающей под потолком вентиляции.

Среди знакомых лиц попадались и те, кого я видела впервые. Судя по нетипичной одежде и ещё не разобранным рюкзакам у стены, прибыли совсем недавно. Скорее всего, из соседних городов. Значит, готовимся к чему-то масштабному.

Мой взгляд скользнул по залу и почти сразу остановился на Айдане. Он стоял рядом со своим отцом.

Киаран Мак Брэди — лидер мутантов Сопротивления, позывной «Кэрн». Телепат шестого ранга. Человек, одного присутствия которого обычно хватало, чтобы даже самые громкие споры в штабе становились заметно тише. Можно сказать, это была его вторая способность.

Айдан унаследовал обе. До шестого ранга ему, конечно, оставалось совсем немного, а вот как будущий лидер он уже успел отлично себя зарекомендовать. За ним точно пойдут в бой. Киаран постепенно передавал сыну часть своих обязанностей, и, судя по всему, не сомневался в своём выборе. Позывной «Принц».

Айдан поймал мой взгляд и едва заметно приподнял подбородок вместо приветствия. Я ответила тем же.

Я заняла свободное место в ожидании начала собрания.

«Зря только торопилась. Можно было ещё за кофе сгонять».

Когда Кэрн закончил разговор с сыном, он наконец повернулся к нам. Гул в зале постепенно стих.

— Итак, нам всем уже известно, что К.О.Н.Т.У.Р. намерен выпустить прототип нового оружия против мутантов. В его основе — звуковые волны, способные подавлять наши способности. Мы пока не знаем наверняка, как именно оно будет на нас действовать, но известно другое: сегодня в К.О.Н.Т.У.Р. доставят учёного-инженера, который разработал прототип этого оружия. В его основе лежит не только звук, но и некая химическая жидкость. Её, кстати, тоже будут перевозить сегодня.

Кэрн ненадолго замолчал, обводя нас взглядом.

— Судя по всему, учёный прибыл к нам издалека. Что ж, наша задача — устроить ему самый тёплый приём. Учёного ликвидировать. Разработки забрать. Жидкость уничтожить.

Он развернул на столе карту.

— Вот детальный маршрут конвоя. В этот раз они действительно постарались обеспечить своему учёному безопасность. Колонна выйдет из северного транспортного терминала через лес, пройдёт через промышленный сектор и только потом направится к центральному комплексу К.О.Н.Т.У.Р. Основные улицы они намеренно обходят. Большая часть маршрута пролегает через закрытые служебные дороги, где перекрыть движение можно за считаные минуты, что они и сделают, веря нашим источникам. В составе конвоя — несколько бронированных машин сопровождения, транспорт с грузом и отдельные броневики. В одном из них учёный. Плюс воздушное наблюдение. Так что подойти к колонне незамеченными будет непросто.

Взгляд лидера остановился на мне.

— Капитан Роуэн, передаю слово вам.

Я изучила маршрут. Вариантов развития событий было не много, и ни один меня полностью не устраивал. Времени на нормальный план почти не оставалось. Можно сказать, его вообще не было.

Закрытые служебные дороги проходили недалеко от промышленных заводов и складов. Никаких жилых домов, гражданских машин или случайных прохожих. Только рабочая техника, которая в основном и пользовалась этой дорогой.

Если К.О.Н.Т.У.Р. перекроет её на время проезда конвоя, заводы просто встанут. Рабочих, скорее всего, заранее разгонят по корпусам или вообще уберут с территории. Значит, они рассчитывают, что к моменту проезда колонны на дороге не останется ни единой души. Удобно для них.

Но это не значит, что периметр останется без охраны. Скорее наоборот. Если они настолько тщательно чистят маршрут, патрулей там будет больше обычного. Возможно, выставят наблюдательные точки на крышах складов и заводских корпусов. Камеры, дроны, тепловизоры — всё, что только можно притащить ради одного грёбаного учёного.

До промышленной зоны и сразу после неё на несколько километров тянулся лес. Там телепорты практически бесполезны. Прыгать вслепую между деревьями — отличный способ либо самому впечататься в ствол, либо насадить пассажира на первую попавшуюся ветку. А за лесом уже начиналась территория центрального корпуса К.О.Н.Т.У.Р. Туда нам точно было не надо.

Получалось, единственное место, где мы ещё могли перехватить конвой, — заводская зона.

Я снова посмотрела на карту.

Широкая дорога. С обеих сторон склады, технические корпуса, погрузочные площадки. Много тяжёлой техники. Краны, грузовики, погрузчики, цистерны. И самое главное — куча металла и бетона, за которыми можно спрятать целый отряд.

Если рабочую технику не загонят в ангары заранее, то часть её останется прямо на территории. А значит, нам даже не придётся тащить заграждения с собой. Достаточно перегородить путь конвою бетономешалкой, но тут тоже два варианта развития: они либо пойдут напролом с их то бронебойными машинами, либо притормозят, чтобы расчистить путь. Этого времени должно хватить чтобы напасть.

Я провела пальцем по карте.

— Здесь.

Несколько человек сразу посмотрели в мою сторону.

— Если и перехватывать их, то только здесь. На территории заводов.

Кэрн нахмурился.

— Объясни.

— Лес отпадает. Телепортам там негде нормально работать, а после леса уже начинается их территория. На открытой дороге нас засекут ещё до того, как мы подойдём к колонне. А здесь полно укрытий и тяжёлой техники. Перед проездом конвоя рабочих уберут, значит, гражданских под ударом не будет.

Я ткнула пальцем в узкий участок между двумя складскими корпусами.

— Перекрываем дорогу техникой и заставляем колонну остановиться именно здесь. Прострел ограничен зданиями, броневики, в теории, не смогут нормально разойтись, а воздушному наблюдению будет сложнее держать нас всех в поле зрения.

Айдан подошёл ближе к столу.

— Они будут ждать нападения.

— Они везде будут его ждать.

Я пожала плечами.

— Просто здесь у нас хотя бы есть шанс добраться до этого ученого-ублюдка.

Ещё раз посмотрела на маршрут.

Теперь картина складывалась. Не идеальный план, конечно, но другого у нас всё равно не было. Я продолжила:

— Два снайпера-телепорта — на крыши. Нагревателей спрячем по обе стороны от дороги. Нужны будут ещё щиты, поэтому лучше взять больше колдунов и поставить их в пару с нагревателями. Мы точно не знаем, в какой именно из бронированных машин сидит наша цель, поэтому понадобится время, чтобы вскрыть броню.

Я ещё раз пробежалась взглядом по карте.

— Нужен отдельный отряд для прикрытия тыла. Патруль наверняка будет находиться впереди колонны и проверять маршрут. Пусть наши перехватят их до въезда в промышленную зону. Не вступают в затяжной бой, просто уводят подальше от конвоя и не дают вернуться.

— А если патруль успеет передать сигнал? — спросил кто-то у стены.

— Передаст в любом случае. Рассчитывать на внезапность после первого выстрела бессмысленно. Нам нужно выиграть время, а не остаться незамеченными.

Я указала на въезд между двумя складскими корпусами.

— Как только колонна зайдёт сюда, перекрываем дорогу спереди и сзади. Запираем их внутри. Нагреватели сразу начинают работать по машинам. В первую очередь — по двигателям. Нам не нужно превращать броневики в лужи металла, достаточно сделать так, чтобы они больше никуда не уехали. Потом вскрываем машины и ищем учёного.

Кэрн внимательно слушал, не перебивая.

— Колдуны всё это время защищают нагревателей. Отбивайтесь как можете, они станут главной целью, как только люди К.О.Н.Т.У.Р.а поймут, что мы делаем. Снайперы работают сверху — снимают тех, кто попытается выйти из колонны и зайти нам во фланг. Но без геройства. Если их засекут — пусть телепортируются на следующую точку.

Я перевела взгляд на участок дороги за колонной.

— Ещё две группы держим в резерве. Одна перекрывает отход к лесу, вторая входит только после остановки машин. Их задача — разработки и жидкость. Если найдут контейнеры, ничего не открывать и даже не трогать без необходимости. Мы понятия не имеем, что там за дрянь. Забираем образец, если получится сделать это безопасно, остальное уничтожаем вместе с транспортом, на другое времени может и не хватить.

На карте оставалось ещё одно слабое место. Небо.

— Воздушными птичками займусь я. Сначала сбиваю дроны и всё, что успеют поднять над заводом, потом спускаюсь вниз и помогаю остальным. Если у них будет воздушное подкрепление, предупрежу заранее.

Айдан нахмурился.

— Одна?

Я посмотрела на него.

— А тебе компания нужна?

Кто-то тихо хмыкнул у стены.

— Справлюсь. Когда закончу наверху, помогу вскрывать колонну. Если всё пойдёт по плану, на всю операцию у нас будет несколько минут. Не больше. Как только они вызовут подкрепление из центрального корпуса, мы сворачиваемся. Неважно, успели закончить или нет. Путь отступления для телепортов — ближайшая безопасная зона. По возможности забрать с собой учёного-ублюдка и всё, что успеем вытащить из машин. Для остальных — питбайки и лес.

Я выпрямилась и посмотрела на Кэрна. Он перехватил право говорить.

— Главная цель — учёный. Вторая — разработки. Жидкость уничтожить сразу, сжечь все до единой капли. Никаких затяжных перестрелок и попыток перебить весь конвой. Ударили, забрали то, за чем пришли, и исчезли до того, как К.О.Н.Т.У.Р. успеет вызвать подкрепление и закрыть район, всем ясно?

Собрание продлилось ещё какое-то время. Кто-то спорил, что план безумный и это чистое самоубийство, но времени искать альтернативу у нас всё равно не было.

Я не видела ни одного благоприятного развития событий. Как ни крути, любой сценарий вёл нас к открытому прямому бою. Раненые точно будут. Возможно, не обойдётся и без потерь. Придётся идти напролом.

Внеся несколько корректировок в план, я согласилась с новым распределением позиций на контрольных точках. Мы окончательно определили состав отрядов и распределили роли между командирами.

Теперь оставалось только надеяться, что К.О.Н.Т.У.Р. не приготовил для нас свой план.

До выхода основного состава команды оставалось пятьдесят минут. Разведчики уже отправились изучать территорию складов и искать безопасные зоны для телепортов. Я же решила потратить это время с пользой. Моё снаряжение всегда было наготове и хранилось в тайнике возле выхода из бункера, так что заберу его по пути.

Я направилась обратно в жилой сектор. Вроде бы Айдан ушёл туда же. Позже к нему загляну.

Свернув в детский сектор, я прошла почти до самого конца коридора и остановилась у нужной двери. Рука зависла над панелью замка.

«Чёрт, какая там комбинация? Забыла».

Подумав пару секунд, я просто забарабанила кулаком по двери в ритмичной музыкальной манере. Из комнаты тут же донёсся возмущённый детский голос:

— Ну блин, Рин, почему ты вечно забываешь пароль?

— Да какая разница? Открывай давай, Эйни. Ты всё равно меня учуешь даже за километр.

Послышался щелчок замка, и дверь открылась. На пороге меня встретила маленькая девочка. Тёмно-каштановые гладкие волосы до плеч, зелёные глаза, как у меня, мягкие миловидные черты лица и светлая кожа. Ангел, а не ребёнок.

Эйни широко мне улыбнулась, а я тут же подхватила её на руки и закружила в объятиях.

— Ты снова уходишь? — спросила Эйни.

— Да. На этот раз всё куда серьёзнее, поэтому мне нужно, чтобы ты как следует зарядила меня своей энергией, малышка.

— Поняла. Пациенту Роуэн срочно требуется доза позитивной энергии и двухминутные обнимашки, — Эйни придала лицу максимально серьёзное выражение, но в конце всё равно не выдержала и рассмеялась.

Она села на кровать, а я устроилась на полу возле её ног, положив голову ей на колени. Эйни гладила меня по волосам, рассказывала, как прошли её последние три дня, и вплетала чёрную ленточку в мои косы, завязав на конце аккуратный бантик.

Это уже стало нашим маленьким ритуалом перед каждой моей вылазкой. Я приходила к ней, устраивалась вот так на полу и просто слушала обо всём, что успело произойти в её маленьком мире за то время, пока мы не виделись. А не виделись мы гораздо чаще, чем мне бы хотелось.

Рядом с ней становилось как-то легче.

Эйни умела вытаскивать из меня те самые давно забытые чувства детской беззаботности. Хотя бы ненадолго. Хотя бы на несколько минут.

Когда именно Эйни закончила свой рассказ, я не заметила. Видимо, снова ушла в себя. В голове раздался голос сестры:

«Эй, ты меня не слушаешь».

«Прости, малышка. Я слушала. Ты что-то говорила про того мальчика... Дерил. Он тебя достаёт?»

«Да нет же. Я говорила, что он сам предложил помочь мне донести книги. Представляешь?»

«Ого. И с чего это вдруг он решил проявить такую заботу?»

«Не знаю, но это так мило с его стороны. Ой, ещё! Я как-то неудачно упала и поранила колено, так он мне помог. Побежал звать на помощь, а потом ещё сидел рядом, пока мне обрабатывали рану»

Я невольно задумалась.

Когда-то Эйни точно так же сидела рядом со мной в медблоке, только раны у меня были куда серьёзнее разбитого колена, и она не просто помогла мне, а она спасла меня.

Хотя до этого мы с ней не были так близки. Мама уделяла Эйни гораздо больше внимания, чем мне, и это вызывало какое-то неприятное чувство. Ревность, что ли. Я понимала, что она маленькая и нуждается в маме куда больше, чем я, но от этого почему-то легче мне не было.

Но если бы не Эйни, меня бы уже здесь не было.

***

Перед глазами было темно. Голова болела, в ушах стоял гул. Не знаю, сколько я так пролежала, но казалось — целую вечность. Я почти не чувствовала конечностей. Где-то вдалеке слышались голоса, но разобрать, о чём они говорят, не получалось.

Я попыталась открыть глаза.

Первое, что увидела, — яркая лампа прямо над головой. Слепила просто жуть. Я слегка повернула голову и заметила больничные голубые шторы вокруг койки, на которой лежала.

Сквозь гул наконец прорезалось мерное пик... пик... пик... Судя по всему, от монитора, подключённого ко мне. Я попыталась пошевелить правой рукой, и плечо тут же пронзила дикая боль.

«Блять, больно. Так больше делать определённо не надо. Ладно. Попробуем другую»

Я подняла левую руку, но дальше движение остановил катетер, закреплённый на сгибе локтя. От него вверх тянулась прозрачная трубка, по которой медленно текла какая-то сильно разбавленная красно-розовая жидкость.

Когда зрение наконец пришло в норму, я заметила рядом кресло. В нём, укрывшись пледом, спала Эйни. Такая крошечная и милая.

«Неужели она провела здесь всё это время, пока я была в отключке? С ума сойти».

Из-под её пледа тянулась такая же трубка с красной жидкостью и уходила куда-то вверх. Я проследила за ней взглядом и наконец поняла. Мне переливали кровь Эйни. Глаза тут же расширились от ужаса.

«Они что, охренели? Она же ещё маленькая, идиоты».

Несмотря на боль в плече, я подняла правую руку, собираясь вытащить свой катетер. От резкого движения не сдержала болезненного всхлипа. Эйни проснулась. Она медленно открыла глаза, и её сонный, измученный вид мне совсем не понравился.

«Сколько же крови из неё выкачали? Придурки. И мама с папой это позволили?»

— Рин, ты проснулась? — вяло спросила Эйни.

— Да, малышка. Всё хорошо, отдыхай.

— Я позову медсестру.

«— Она с ума сошла? Какую медсестру? Она сама еле говорит».

«— Рин... почему я слышу твой голос у себя в голове?»

Я замерла.

Брови, кажется, взлетели до потолка. Я смотрела на сестру, не веря в то, что только что услышала. Её голос прозвучал прямо у меня в голове. Эйни пробудила в себе силу Телепата. В восемь то лет.

«— Эйни, скажи ещё что-нибудь. Давно у тебя это началось? И сколько я вообще здесь нахожусь?»

Эйни вяло зевнула и сильнее укуталась в плед. Катетер мешал ей нормально согнуть руку. Я посмотрела на её трубку и поморщилась.

«— Эйни, малышка, протяни мне руку. Я вытащу из тебя эту штуку. Только не смотри».

Она послушно протянула мне свою тоненькую ручку. Я левой рукой взяла с подноса на тумбочке ватку, осторожно отклеила пластырь, а потом вытащила иглу. Быстро прижала ватку к месту прокола и сверху заклеила новым пластырем.

Одной рукой проделывать все это было, конечно, то ещё развлечение, но вполне реально.

«— Готово. Согни руку и укутайся сильнее в плед. Тут прохладно».

Я попыталась сесть.

Тело тут же отозвалось тупой болью. Ныло, кажется, вообще всё. По ощущениям я провалялась здесь не меньше трёх дней. Если не неделю. В голову снова пробился голос Эйни.

«— Ты здесь уже пять дней, а моя сила появилась несколько дней назад, после твоего ухода. Я хотела рассказать тебе, когда вернешься с задания».

«—Малышка, это здорово. Спасибо, что поделилась со мной своим открытием и... э-э, скажем так, жизненной силой».