Полная версия
Я сидел за столом и, конечно, чувствовал себя не в своей тарелке, к тому же из воспоминаний моего нового тела я узнал, что вроде бы раньше парень, в тело которого я попал, с этим подполковником друзьями не были. Хотя между ними были нормальные и доброжелательные рабочие отношения, какие могут быть между молодым опером и начальником уголовного розыска. Вячеслав Геннадьевич поставил на стол бутылку водки «Столичная» и поставил рядом две рюмки.
— Ну давай первым делом выпьем за твое освобождение и за встречу! — он наполнил рюмки до краёв и взял одну в руку, а вторую поставил передо мной на стол.
Я взял рюмку, мы с ним чокнулись и выпили. На столе стояла простая закуска: маринованные огурцы, сало и жареная картошка. Была порезана колбаска и сыр. Молча закусив, Вячеслав Геннадьевич продолжил.
—Какие у тебя планы после освобождения?— взгляд его был внимательным и проницательным.
«После долгих лет оперативной работы уже автоматически начинаешь анализировать мимику собеседника, чтобы понять, врёт он или нет, и как реагирует на твои вопросы?» — догадался я.
— Не знаю, — ответил я вполне искренне. — Люди ведь как-то живут после тюрьмы.... Слава богу, руки и ноги у меня целы, голова на месте. Документы в порядке, устроюсь куда-нибудь.
— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить! — сказал подполковник Зверев. Он взял со стола свою рюмку, поставил рядом с моей и опять налил в неё водки до краёв.
— Я хотел бы предложить тебе продолжить работу в милиции! — сказал полковник. Мне показалось, что я ослышался. Я внимательно посмотрел на него, думая, что подполковник уголовного розыска так странно шутит. Подполковник Зверев был крепким мужчиной среднего роста, с темными волосами, немного скуластым лицом и с цепким взглядом. На его правой щеке был небольшой побелевший от времени шрам.
— Не совсем понимаю, — удивленно сказал я, пожимая плечами. — Я же теперь судимый! Кто меня возьмёт в милицию?
—Ты человек надёжный, — задумчиво ответил полковник — Жизнь показала, что ты принципиальный. Я хочу предложить тебе стать тайным агентом и внедриться в одну серьезную преступную группировку.
Я молча смотрел на полковника и думал, что ответить, а он молча ел, давая мне возможность подумать.
—Подождите, товарищ подполковник...
— Называйте меня просто Геннадьевичем!, — сказал подполковник Зверев.
— Послушайте, Вячеслав Геннадьевич, — Я хоть немного поработал в милиции, но всё же меня может кто-нибудь узнать.
— Тебе предстоит выполнить задание и внедриться в преступную группировку в другом городе, который находится далеко отсюда. Внешность у тебя, ты уж извини, не самая запоминающаяся. Мы изменим твои документы в соответствии с легендой, и ты будешь тоже детдомовский, и ничего не будешь знать о своих родителях и вообще откуда ты родом.
Тебя посадили в тюрьму в возрасте двадцати четырёх лет, когда ты выглядел еще как зеленый пацан, а сейчас тебе уже почти тридцать, и ты выглядишь как взрослый матерый мужчина. Даже если кто-то заметит сходство, то это уже не вызовет серьезных подозрений. — Подполковник встал из-за стола и положил на тарелку колбасы и сыра. Наливая рюмки, он продолжил:
— Конечно, я в любом случае помогу тебе устроиться после тюрьмы, но всё же подумай над моим предложением. Ты ведь был хороший оперативник! Может быть, ты всё-таки захочешь продолжить службу? К сожалению, реабилитировать перед законом и снять судимость с тебя, это вряд ли у нас получится. С нашим правосудием и судьями это очень непросто. Судьи не любят признавать, что посадили невиновного человека, даже если сами будут понимать, что его подставили! Хотя кто знает? Если постараться, то, возможно, и удастся доказать твою невиновность! Ну, а пока ты можешь поработать секретным агентом.
Я задумался. Может быть, это то, что мне нужно? Я ведь хочу предотвратить теракт. Выполнить задание, ради которого меня сюда и отправили. Будучи агентом, я смогу в нужное время передать информацию о готовящемся теракте. И поскольку я буду штатным агентом, эту информацию обязательно проверят. И есть большая вероятность, что у меня всё получится. Надо соглашаться.
— А куда мне предстоит внедриться? К уголовникам? Они ведь быстро распознают засланных агентов. Там очень серьезная и длительная подготовка нужна! И человек нигде ранее засвечен недолжен быть, людей годами к такому внедрению готовят.
— К счастью, нет! — покачал головой Геннадьевич. — Сейчас есть люди, которые выглядят законопослушными, но творят такое, что преступникам и не снилось! Кстати, на тебя будут распространяться все льготы, как на сотрудников МВД, то есть бесплатный проезд в отпуск и санаторий. Ну а жить будешь на конспиративной квартире. Думаю, в твоём положении это дополнительные преимущества. Ну что, согласен?
Я и не знал, что думать, слишком неожиданно для меня появился этот подполковник Зверев.
— Ну хорошо, я согласен!
— Отлично! — кивнул полковник. — Давай, Дима, выпьем за это. Раз уж ты согласился, давай это отметим, хотя я, честно говоря, был уверен, что ты согласишься. Оперская жилка в тебе неистребима. Да и вообще такие парни, как ты, — это просто идеальные агенты. Как говорится, «настоящий опер должен быть неженатым и желательно сиротой».
— Ну да, действительно про меня! — я грустно засмеялся.
Мы налили ещё по одной стопке и выпили.
Глава 3
— Пойдём, покажу тебе свой сад. Я его лет пятнадцать выращивал, пойдём похвастаюсь, пока не стемнело, — сказал полковник, вставая и немного потягиваясь. Мы вышли с веранды дачи и пошли в сторону деревьев в глубине дачного участка.
— Пару недель пока подготовишься к внедрению, да и вообще привыкнешь к жизни на воле, поживёшь на моей даче. А я пока сделаю тебе новые документы. Привезу тебе кое-какие рабочие материалы, чтобы ты мог знакомиться с известной нам информацией. За это время ты подготовишься, потом будешь внедряться. На всё про всё у тебя недели две, но я думаю, в нашем случае этого будет достаточно.
— А куда вы хотите меня внедрить? Да и каким образом, вы ведь так и не рассказали! — тихо спросил я, когда мы шли по небольшому саду. Дома в этом дачном поселке находились достаточно далеко от дороги, поэтому нас никто бы не услышал.
— Мы внедрим тебя под видом водителя-экспедитора на мясокомбинат. Водители занимаются перевозкой нелегальных и неучтенных грузов, по роду деятельности они многое видят и знают!
— Водителем на мясокомбинат? — я не смог сдержать смех, но потом взял себя в руки, когда увидел, как брови полковника удивленно поползли вверх. — Вы же сказали, что собираетесь внедрить меня в какую-то серьёзную преступную группировку. А теперь говорите — мясокомбинат!
— Н-да, брат, — посмотрел на меня удивлённый полковник. — Да ты, как я посмотрю, серьезно отстал от жизни. Мясо — это в наше время товар намного ценнее золота. Люди ведь всегда хотят есть мясо. Оно всегда будет востребовано. Без золота, импортных шмоток или других каких-то дорогих цацек можно прожить легко и спокойно, а вот без хорошего мяса человеку будет жить очень тяжко. Поэтому сейчас те, кто сидит на производстве мяса и колбасы, можно сказать, нашли золотую жилу и занимаются хищениями мясной продукции просто безбожно. Суммы фигурируют там такие, что многие из людей, которые раньше даже не имели отношения к криминалу, идут на страшные преступления ради того, чтобы остаться поближе к такой кормушке. Убийство в их среде уже совершенно не редкость. Это, в общем-то, и послужило причиной того, что мы решили внедрить к ним тебя, нам нужно собрать неопровержимую доказательную базу.
— Должен тебя предупредить, что задание будет довольно опасным! Одного следователя, который возбудил дело о хищениях на этом мясокомбинате, убили и обставили это как несчастный случай. А самое интересное, что вести полноценное расследование и выйти на преступников нам очень сильно мешают сверху. А это говорит о том, что у всей этой преступной группы хозяева и организаторы где-то в правительстве нашей области. А это, сам понимаешь, какая сила.
Геннадьевич остановился и посмотрел мне в глаза своим цепким проницательным взглядом.
— Если честно сказать, мы и так практически всё знаем. Информация эта засекречена, — продолжил он, — но на свой страх и риск мне многое придется рассказать, чтобы ты понимал, с чем тебе придётся столкнуться. Все ниточки уходят наверх, и очень высоко наверх. Поэтому без хорошей доказательной базы нам этих тварей не остановить.
— Так они, наверное, ведут себя очень осторожно. Как именно я к ним буду внедряться. С улицы, наверное, не придёшь и просто так водителем к ним не устроишься?
— Да нет, конечно, — сказал полковник. — Там на пушечный выстрел никого непроверенного близко не подпустят. Все теплые места передаются или между родственниками, или по большому блату проверенным людям. Реально на «мафию» похоже, слышала такое слово?
— Приходилось, — уклончиво сказал я. — У итальянцев так кланы организованной преступности называются.
— Вот именно! — многозначительно сказал полковник. — С нашей этой долбанной перестройкой мы до перестроились до образования мафиозных преступных группировок в коммунистическом государстве. Теперь и у нас это явление стало повседневной реальностью. И всё потому, что кому-то там наверху это стало очень выгодно. Видимо, тоже хотят жить, как богачи живут за границей.
Я молча смотрел на него и чувствовал себя странно, потому что я-то знал точно, к чему, в конце концов, вся эта вседозволенность среди чиновников и приведет…, к развалу СССР, а потом и жителям России будет ой как несладко. Но сейчас, в 1988 году, этого еще не случилось, и я еще больше захотел сделать всё возможное, чтобы предотвратить катастрофу. Подполковник Зверев подошёл ко мне поближе и тихо произнес:
— У нас там есть свой человек на заводе. Он поможет тебе устроиться, но это, кстати, всё равно будет непросто сделать. Сначала придётся разработать целую операцию, чтобы уволить одного из водителей. А когда они будут искать замену, тогда наш человек уже приведёт тебя к начальнику завода со своими рекомендациями. Состряпаем тебе новые документы и правдоподобную легенду. Завтра привезу тебе информацию о тех людях, которых ты будешь разрабатывать. За недельку другую ознакомишься с материалами, а заодно и отдохнёшь, можешь пока тут порыбачить на речке, чистым воздухом подышать, купаться здесь, кстати, очень хорошо, речка отсюда совсем недалеко. И девчонки городские часто на берегу реки загорают... Эх, как посмотрю на них иной раз, так всегда думаю, где ж мои двадцать лет? Ну или хотя бы тридцать?
Когда уже стемнело, за полковником приехал Саныч.
— Ну, бывай, Дима. Отдыхай, будь тут как дома. Я соберу для тебя всю необходимую информацию. Через пару дней приеду. В холодильнике есть продукты, постельное белье в шкафу, — сказал он, выходя со двора.
Я закрыл за ним калитку, Геннадич сел в «Жигули», которое лихо развернулось и покатило в сторону города.
Уже почти совсем стемнело, я сел на крыльцо и задумался. Итак, что теперь получается, что подполковник Зверев окажет мне поддержку. Очень неожиданно для меня, когда меня готовили к этому заданию, естественно, в планах такого не было. Но я теперь в полной автономке, и мне придется все возникшие проблемы решать самому, посоветоваться мне совсем не с кем, те ученые, которые меня отправили в прошлое, в этом времени, либо еще не родились, либо ходят в начальную школу.
Я согласился на предложение подполковника Зверева, а это значит, что я буду считаться штатным агентом милиции и сам смогу передавать информацию напрямую в управление МВД. До теракта ещё достаточно много времени, и я надеюсь придумать, как преподнести эту информацию так, чтобы большие начальники в управлении МВД мне поверили и предотвратили этот злополучный теракт. Так что шансы выполнить задание в такой ситуации у меня сильно повышаются. Оно, конечно, расстояние между Волгоградом и Уфой довольно немаленькое — более тысячи километров. Но я не думаю, что это большая проблема. Чтобы я выполнил это задание, ученые ценой собственной жизни вернули меня в прошлое на сорок лет назад. У меня теперь есть ноги и молодое тело и возможность прожить жизнь заново. Разве меня после всего этого могут остановить какие-то тысяча километров?
Закрыв тяжелую деревянную дверь веранды, я прошел внутрь уютного дачного домика.
Я прислушался к ночным звукам дачного поселка, и мне показалось, что даже воздух здесь наполнен теплом деревенского домашнего уюта. Воздух стал заметно прохладнее.
Осторожно ступая по гладкому полу кухни, я подошел к старому холодильнику. Его тусклые лампочки осветили внутреннее пространство мягким светом. Да помню в детстве у меня дома стоял такой.
Внутри находился простенький набор продуктов. Огромный кусок ароматного свиного сала переливался аппетитным блеском. Банка с сочными помидорами и хрустящими огурчиками манила своей свежестью. Рядом целая палка докторской колбасы нежного розоватого цвета, на полке лежали с десяток яиц, стояли две бутылки кефира (да, того самого, с крышечкой из фольги!), и нежнейшее сливочное масло.
Когда я открыл дверцу морозилки, оттуда меня обдало бодрящей прохладой. Внутри, лежали три замороженные курочки, которые ждали своего часа, чтобы стать вкусным бульоном. Рядом с холодильником стоял большой мешок из плотной ткани, наполненный молодой картошкой.
В кухонном шкафчике стояла литровая прозрачная стеклянная бутыль с золотистым маслом, пачка грузинского чая и мешочек с конфетами. Это были мои любимые с детства «подушечки». А на столе в большой вазе лежали свежие яблоки. Всё это вместе создавало картину какого-то надежного и спокойного уюта. Да я и не был особо привередливым в еде, для меня такой набор продуктов был просто изобилием.
В общем, жить можно. К тому же лето уже наступило, а деньги у меня есть, может, и у дачников с огорода свеженьких овощей куплю или еще чего вкусного, ягоды какой-нибудь, например.
Дачный домик вообще был довольно уютным. Я зашёл в комнату. Там стояли диван и кровать. На тумбочке был маленький чёрно-белый телевизор. Я немного повозился с ним, пока вспоминал, как он включается. Нужно быть в курсе новостей этого времени, а то буду выглядеть как идиот или вообще чего доброго вызову какие-нибудь подозрения, вряд ли, конечно, кто-нибудь подумает, что меня прислали из будущего, скорее решат, что у меня не в порядке с головой.
Покрутив немного комнатную антенну телевизора, мне наконец-то удалось поймать четкий сигнал. Экран ожил мерцанием статичных кадров. Шла программа «Время», женщина-диктор, как её звали, я уже не помню, рассказывала последние новости дня. Опять, как водится, речь шла о великом руководителе страны Михаиле Горбачёве, о перестройке и его эпохальной программе сокращения вооружений, разоружения, ликвидации ядерного арсенала, ракет средней и меньшей дальности. Что ж тут скажешь... Мне, в недавнем времени, точнее в будущем, подполковнику военной разведки, тяжело было смотреть, как рассказывают о глобальной подготовке к гибели СССР. Горбачёв, конечно, был не единственным, кто из правительства разрушал мощь Советского Союза, отдавая ключи от ядерного стратегического щита в руки американцев. Я сидел и смотрел, как показывают кадры стратегических ядерных ракет, которые лежат порезанные на металлолом. Журналист с энтузиазмом рассказывал, как совместно с американцами СССР будет утилизировать ядерные боеголовки. С упоением репортеры рассказывали, какие американцы оказались хорошие и милостиво разрешили СССР вывести свои ядерные боеголовки в США для демонтажа. В итоге Советский Союз, а потом и Россия вывезли в США пятьсот тонн урана высокой очистки!
Сами же американцы окрестили эту сделку «Аферой тысячелетия», во-первых, потому что она имела просто грандиозные масштабы, во-вторых, была заключена обманным путем. Многие российские и американские СМИ стремились представить ее как заурядное коммерческое соглашение. Общая сумма сделки за поставку пятисот тонн урана была определена в двенадцать миллиардов долларов. Между тем стоимость указанного объема высокообогащенного урана несопоставимо выше.
Чтобы произвести такой объем оружейного урана, в горнодобывающей и оборонной промышленности страны несколько сотен тысяч высококвалифицированных сотрудников и ученых трудились в течение примерно сорока лет. Урановое производство было очень опасное, десятки тысяч людей потеряли там здоровье и трудоспособность, и сильно укоротили свои жизни.
Люди осознанно шли на такие громадные жертвы ради того, чтобы ковать ядерный щит страны и обеспечить спокойную мирную жизнь СССР. Этим ураном обеспечивался военно-стратегический паритет в мире, что резко снижало риск возникновения мировой войны.
Согласно оценкам, которые потом были сделаны специалистами еще в конце прошлого века, реальная стоимость пятисот тонн оружейного урана составляла в то время не менее восьми триллионов долларов. Реальная стоимость урана оказалась эквивалентной двадцати годовым ВВП СССР! Получается, американцы выкупили этот оружейный уран у России по цене в 666 раз меньше его стоимости. Я внутренне грустно усмехнулся над этим дьявольским числом.
Позже историки назовут этот сговор величайшей махинацией века — ни один самый хитрожопый торговец за всю историю человечества не сумел провернуть сделку, принесшую такую сверхприбыль. Даже голландцы, купившие Манхэттен у индейцев всего лишь за двадцать четыре доллара, нервно курят в сторонке.
Отключив телевизор, я присел на край дивана, не заметив, как веки сомкнулись сами собой. Я опустил голову на подушку и незаметно провалился в сон.
Я проснулся рано утром. Бросил взгляд в окно и увидел, что солнце только-только взошло. Я огляделся по сторонам и не сразу понял, где нахожусь. По привычке я приподнялся на руках, откинул одеяло и с удивлением посмотрел на свои ноги. Потом пошевелил пальцами, опять упал на подушку и так лежал минут десять. Постепенно я вспомнил, что со мной произошло и где я нахожусь. Учёные предупреждали о чём-то подобном. Говорили, что мне будет поначалу непривычно и возможны провалы в памяти, но со временем это должно пройти. Я встал с кровати, тело меня всё ещё плохо слушалось, но через несколько минут чувствительность конечностей восстановилась, и я двигался, как ни в чём не бывало. Странно, ощущать свое молодое тело, осознавать, что ты можешь двигаться, бегать, тебе все по плечу! В будущем, я уже несколько лет, был просто куском мяса, лежащим на кровати, а теперь у меня молодое тело с ногами, которое может бегать и прыгать, и я надеюсь, что эти проблемы с ощущениями своего тела и небольшой временный провал в памяти — это явления временные.
Я вышел во двор прямо в трусах. Было немного прохладно, я не стал обуваться, мне хотелось почувствовать ногами утреннюю траву. Я подошёл к умывальнику и начал умываться холодной водой. От этой прохладной воды я фыркнул от удовольствия. Мне хотелось дышать полной грудью, бегать и прыгать, от прежнего состояния, когда я с некоторым трудом двигал руками и ногами, не осталось и следа. Как же мало человеку нужно для счастья! Здоровое тело — это уже очень много. Это дар небес, который мы чаще всего растрачиваем по глупости.
Я зашёл в дом, поставил сковородку на газовую плиту с двумя конфорками. Чиркнул спичкой и зажёг газ. Налил постного масла из стеклянной бутылки, которую я достал из кухонного шкафа. Поджарил пару ломтей докторской колбасы и разбил на сковороду несколько яиц. Отрезал корочку от буханки белого хлеба. Нашёл в кухонном шкафу маленькую пачку грузинского чая. На пачке было написано «Чай Грузинский «3 сорт»». Развернув бумажную упаковку, я понюхал, как пахнет чай. Судя по запаху, он был достаточно крепким. Судя по налёту внутри чайника, чай здесь заваривали прямо в самом оцинкованном чайнике, поэтому я высыпал треть пачки чая в уже закипающую воду. Сняв с плиты сковородку, я поставил её на деревянную подставку. Налил горячего чая и начал завтракать. Я собрал кусочком хлеба остатки масла со сковородки и запил их чаем. Помню, в детстве я любил так делать, да, наверное, и не я один.
После завтрака я решил прогуляться и как следует осмотреть окрестности. Первым делом мне не терпелось осмотреть берег реки и поближе увидеть, какой там пляж и насколько он удобен для купания. Я надел трико и футболку и вышел за калитку дачи.
Я шел тропинкой вдоль тихих улиц, радуясь тишине раннего утра. Дачный поселок утопал в зелени, воздух пропитан ароматом свежей листвы и трав. Через пять минут я спустился к берегу. Река оказалась совсем небольшой, где-то в полсотни метров шириной, однако и такого пространства вполне хватало для приятного освежающего купания, да и можно было вдоволь поплавать в размашку.
Был еще ранний час, солнце только лишь начинало согревать землю своими лучами, отчего вода в реке не прогрелась и оставалась еще достаточно прохладной. Разувшись, я осторожно коснулся воды босой ступнёй, ощутил приятное покалывание от холода. Затем сбросил лишнюю одежду, оставшись лишь в одних трусах, я медленно вошёл в реку, почувствовав восхитительный контраст между теплом утреннего солнца и свежестью водной глади.
Плавая в реке и разгребая руками прозрачную гладь воды, я почувствовал своё единство с природой. Как приятно осознавать, сколько радости приносит простейшее удовольствие от купания в прохладной воде.
Я отплыл от берега, наверное, на двадцать метров. Обернулся и увидел, как по песчаному пляжу идёт девушка в лёгком летнем сарафане, нежно голубого цвета, в мелкий горошек, ее черные длинные волосы были распущены их слегка касался легкий ветерок, она шла по берегу босиком, в руках держала светлые босоножки. Когда до перемещения сюда я лежал на больничной кровати с оторванными ногами, я просто старался о девушках не думать. А когда я переместился в прошлое, то видел девушек только издалека, пока мы ехали на машине через Волгоград до дачи подполковника. Мои руки сами начали грести к берегу, чтобы рассмотреть её поближе. И было на что посмотреть: длинные чёрные волосы почти до самой спины, стройная фигура.
Она расстелила одеяло недалеко от воды и начала располагаться на берегу. Эта стройная красотка сняла сарафан. Оказалось, что под сарафаном у неё раздельный красный купальник. Её длинные чёрные волосы падали шелковистыми каскадами вдоль спины, мягко очерчивая шею и плечи, подобно черному бархатному потоку, переливаясь на солнце всеми оттенками ночи. Даже с расстояния двадцати шагов я увидел, что личико её было нежным, а глаза подобны двум глубоким морским лагунам, сияющим чистым голубым цветом. Да, фигура у неё была сногсшибательная: длинные ножки с сочными бедрами, узкая талия и приличных размеров грудь. Девушка легла на одеяло и начала загорать, листая какой-то журнал.
Я уже давно не знакомился с девушками, раньше в молодости для меня не было проблемой подойти к женщине и познакомиться. Да и сейчас вряд ли для меня это будет сложно. Я, конечно, в этом дачном поселке совсем ненадолго, да и девушка, скорее всего, тоже приехала сюда на время отдыхать откуда-нибудь из города. Хотя чего я теряю: познакомиться и поболтать с такой красоткой — это тоже всегда приятно, даже если у этого знакомства не будет продолжения.
Я уже почти подплыл к берегу, когда услышал, что из-за ближайших деревьев донеслись громкие возгласы. Через пару минут показалась компания из трёх парней, которые громко и оживленно разговаривали и смеялись.
Когда эта веселая компашка подошла поближе, я увидел трех молодых парней примерно лет двадцати от роду. Они были одеты в трико и кроссовки, майки или рубашки они несли в руках, потому как были с голым торсом. Их полуголые тела были поджарыми и жилистыми, как у большинства подростков и, да и взрослых мужчин во времена СССР. В руках у одного из них была стеклянная бутылка, явно не с лимонадом и даже не с пивом. На ней хорошо было видно этикетку «Столичная».
Парни сразу увидели девушку и оживились ещё больше. Подойдя к ней поближе, двое из них остановились возле неё, а один плюхнулся на песок рядом с ней.
Эти парни, в отличие от меня, не стали долго думать, а сразу решили подкатить к этой красотке. Она сначала пыталась не обращать на них внимания, потом отшучивалась, но потом встала и начала собирать одеяло.
Компания этих пьяных парней была для неё незнакомой и явно неприятной. Но не тут-то было! Один из парней, самый крупный из них, с короткой прической, начал хватать её за руки и настойчиво уговаривать её остаться с ними. Девушка вырвалась и попыталась уйти.
Другой парень с рыжей копной волос на голове догнал её попытался снова схватить её за руки и предложил весело провести время за распитием спиртных напитков.
