Апокалипсис Алисы

Алиса понимающе кивнула, хотя в её прошлом мире поездка на другой континент без чемодана показалась бы безумием.

— Долго нам еще ехать? — спросила она. — Какой у нас план?

Дэн открыл было рот, но Алиса моментально спохватилась и уточнила:

— Только не говори «из точки А в точку Б». Нужны подробности маршрута.

— Я лучше нарисую, — спокойно отозвался Т-киллер.

Он наклонился, привычным скупым движением достал из кармана на голени тубу со свитком биоэкрана и развернул его на коленях. Вытряхнул на ладонь небольшую шайбу матрикса и активировал систему. Алиса внимательно наблюдала за его руками. Дэн открепил от экрана стилус и принялся чертить административную сетку пути, размечая пересадки:

— Первый отрезок: Миниполис-КС11 — Мезополис-СВ3. Магплан, время в пути — три часа. Пересадка. – ровно прокомментировал он свои действия, - Второй отрезок: Мезополис-СВ3 — Центральный авиахаб ТОФ. Скоростной маглев, один час тридцать минут.

Затем стилус прочертил длинную прямую стрелу через океан и половину планетарного диска, соединяя Тихоокеанскую Федерацию с Континентальной.

— Основной перелет: Центральный авиахаб ТОФ — Центральный авиахаб КФ. SBSP-планер. Пообедаем тут. Взлетим с магнитной разгонной дорожки, на МГД-двигателях и уйдем в разреженные слои стратосферы. Скорость гиперзвуковая, время в полете — один час сорок минут. Финальный отрезок: Центральный авиахаб КФ — Мезополис С-15. Снова маглев, ровно два часа. Еще минут пятнадцать до ИПН. Общее время логистики с учетом шлюзования — около восьми часов.

На экране замер итоговый лог. Маршрут выглядел как безупречный график, состоящий исключительно из жестких векторов и прямых линий.

Пока она смотрела на эти идеальные линии, к ней начала подкрадываться какая-то осторожная идея. Но девушка пока не могла ухватить ее суть. Ей просто сильно захотелось, взломать его алгоритмы и придать им каплевидной эмоциональной гибкости.

Алиса замерла, глядя на финальный лог, и в её памяти вдруг отчетливо всплыл бесконечный стеклянный коридор, мимо которого её вела Зоя Хейнц. Десятки выгоревших, бледных Т-киллеров, чей мозг превратился в разбитые витражи, потому что они первыми принимали удар на свои нейрокарты.

И тут же посмотрела на Дэна. Он сидел напротив — живой, готовый лететь на другой конец планеты, закрывая её своим профилем безопасности. Но внутри него, под всесезонной черной тканью и баллистическим композитом, прятался невыносимый груз «ампутаций» и шрам по Ванде.

Его защита — это деструктивная деконструкция, алгоритмы и протоколы. Он раскладывал боль на уравнения, надеясь, что математика спасёт его от омашинивания. Но именно этот путь и ведет его к превращению в машину.

«Если он продолжит рисовать только прямые линии протоколов, то неминуемо превратится в черное дерево», — обожгло Алису внезапной, острой мыслью. Ему необходимо как-то сбросить критическое напряжение.

Пока он заканчивал чертить, Алиса задумчиво спросила:

— Дэн, ты умеешь рисовать?

Дэн Оливер сместил на неё спокойный серый взгляд, удерживая стилус над развернутым экраном.

— Умею, — с готовностью отозвался он. — Что тебе нарисовать? Но учти, я больше по топографическим картам, инженерным чертежам и тактическим графикам. Портрет нарисовать могу, сходство по ключевой биометрии будет процентов восемьдесят. Но не обещаю, что он будет соответствовать художественной выразительности.

Алиса тихо фыркнула, представив свой портрет, размеченный как инженерная схема Торресова пролива.

— Нет, портрет мне не нужен.

Она резко подалась вперед, её глаза азартно блеснули:

— А знаешь что, высокоэффективный Дэн? Убери-ка пока свои чертежи. Давай проверим систему твоего организма на избыточность траты ресурсов. Я научу тебя рисовать нейрографику. А ты напряги все свои протоколы и попробуй ее просчитать.

Дэн замер, на его лице проступила заметная тень любопытства.

- Что это?

- Метод работы с подсознанием и эмоциями, созданный психологом на моей родине. Рисование по специальным правилам. Ты же любишь правила. Этот метод словно создан для тебя. Назовем его «Протокол противоядия»

— Инструктируй, - заинтригованно принял Вызов Т-киллер.

Алиса удовлетворено сжала губы, сдерживая улыбку. Теперь пока он не просчитает то, что просчитать невозможно – не успокоится. Вернее, как раз успокоится, и больше не будет бояться одиночества во тьме. Потому что теперь рядом с ним, идущим сквозь нее, будут идти живые люди. Например, Зоя Хейнц или сама Алиса, или даже Ванда.

Через час девушка уже чувствовала себя выжатой как лимон. Как же трудно работать с воспитанниками КНОЦР, когда у тебя самой IQ 42% от их нормы эффективности. Они свою эффективность всегда понимают линейно, и постоянно дрейфуют к наикратчайшему пути из точки А в точку Б. И как, скажите на милость, объяснить им эффективность EQ?! Но, Алиса тоже умела быть упрямой. Пусть ее сила была мягкой, но все равно - силой.

На экране — безупречно ровная, выверенная до миллиметра сетка координат и точки тактических узлов. Дэн пытался выполнить инструкцию Алисы «выплеснуть напряжение», но алгоритм внутри него блокирует любое хаотичное движение.

— Я не могу выполнить твой запрос, Алиса, – холодно возразил Дэн, собранно и прямо глядя на нее, - Запрос «нарисуй случайные каракули» некорректен. Любое движение стилуса кодируется моим мозгом как вектор. Если я веду линию, у неё должна быть конечная цель, топографическая привязка. Вот мой вектор ответственности, вот координата риска для твоего гомеостаза, вот точка сигнала рефлексии. То, что просишь ты — это ошибка компиляции.

— Конечно же можешь, Дэн – терпеливо возразила Алиса, - Просто убери все свои ментальные линейки в кладовку. Подальше. Под надежный bzrtp-замок. Здесь они абсолютно непродуктивны и только мешают.

— Протокол bzrtp исключает возможность дешифровки постфактум, — глухо отозвался Дэн. — Он уничтожает ключи сразу после сессии. Если я запру логику по этой схеме, то не смогу восстановить маршрут стилуса.

— В этом и суть, Дэн! Выгрузи архив и сожги ключи! - Алиса прекрасно знала, чем зацепить логический ум, - Ты ведь Т-киллер, клетка иммунной системы человечества, которое для тебя является единым живым организмом. Любимым, таким как для обычного человека была бы единственная Ванда. Твой мозг десятилетиями обучали находить вирус психопатогена, изолировать и проводить «ампутации». Правильно?

Дэн коротко кивнул.

— Отлично! - продолжила она урок, - Ты заперт в жестких инструкциях не потому, что ты робот. А потому, что без этих протоколов твое сердце просто разорвалось бы от боли после десятка «ампутаций», и ты стал бы неэффективным физически. А теперь представь, что этот психопатоген проник внутрь тебя самого…

— Да-да я знаю! – отмахнулась Алиса от его скептического взгляда, - Это невозможно. Но представь, например, что ты не просто Т-киллер, а офицер Ванда. Она уж точно не робот, правда? Так вот, про вирус. Это каждый твой вынужденный выбор, каждый шрам в твоей нейросети, твоя усталость и боль от потерь. Твой мозг зациклился, застрял во временной петле, в одной и той же деструктивной сетке координат. Ты ходишь по одним и тем же алгоритмам - одним и тем же мозговым дорогам. И этот график ведет Дэна-Ванду к системному сбою, к заражению. Ты меня понимаешь?

Дэн медленно кивнул, его глаза сузились.

— Запомни этот маркер понимания. Теперь убираем из уравнения Ванду и оставляем только Дэна. Но маркер Дэна – тот же. Понимаешь?

Снова кивок.

— Ты действуешь сквозь боль, но она сжирает твои ресурсы, истощая тебя в фоновом режиме. Твоя нейронная система законсервировала этот закольцованный сектор мозга, как Лидер Торресов тоннель. И ты должен из него выйти. Но не так, как уже сделал. Потому что сейчас по нему идет уже другой Дэн, с другим маркером. Ты все еще слушаешь?

— Слушаю, - отозвался Дэн, смотря на очищенный биоэкран.

— Итак, прелюдии мы завершили. Шаг первый. «Выброс» — это не каракули. Это экстренная выгрузка памяти, дамп зараженного архива. Вспомни момент, когда тебе пришлось сдать базу Ванды, чтобы спасти ей жизнь ценой её ненависти. Вспомни тот невыносимый внутренний разрез. Собери всё это напряжение в руке... и за три секунды соверши аварийный сброс энергии на экран. Коротко и резко. На счет раз-раз-раз!

Пальцы Дэна на стилусе побелели. Он сделал глубокий выдох, и резко начертил на листе рваную, изломанную, страшную фигуру.

Полминуты Дэн молча изучал результат, потом устало произнес:

— База изолирована. Данные сброшены. Что дальше?

— Шаг второй. Посмотри на сплошные пересечения линий. На твоем языке, каждый острый угол — это блокпост врага. Это конфликт, очаг воспаления, узел напряжения. Если просто оставить линии такими — это и есть заблокированная зона, где твои мысли бьются об углы и ранят тебя. Твоя задача как Т-киллера — провести «санацию». Округли каждый угол. Преврати их в обтекаемые безопасные русла. Сделай так, чтобы ментальный ток твоего мозга плавно проходил сквозь все узлы без сопротивления. Расчисти путь.

— Сгладить углы — значит ликвидировать точки сопротивления, — Дэн легко ухватил суть, — Понял.

Он начал тщательно, с хирургической точностью округлять пересечения, закрашивая острые углы. Его плавные движения оставались по-прежнему выверенными.

Алиса вздохнула, собираясь с мыслями:

— А теперь самое сложное для тебя, Дэн. Нейрографическая линия. Ты привык ходить по прямым системным протоколам. Хоть они и защищают твою нейронную систему, но эта защита временная. Прямая линия — это шаблон, который привел тебя в этот тупик, эту петлю. Нам нужна линия, которая ведет туда, где ты никак не мог ее ожидать. Как, например, то, что я тебя спасу. Она не должна повторять себя ни на одном участке. Она всегда должна быть другой.

Стилус застыл в руках Дэна:

— Это противоречит алгоритмам навигации. Если я не знаю, куда веду линию, я теряю контроль.

— В этом и суть! Ты-то сейчас жив, хотя это противоречило всем твоим алгоритмам. Это обход системных протоколов. Твой контроль — это гипс, под которым гниет рана. Веди стилус сознательно против своего импульса. Если рука хочет повести линию вправо и вверх — сломай этот паттерн, уведи её чуть левее. Проложи новый, неизведанный маршрут ресурсного снабжения психики. Свяжи свой «выброс боли» с краями листа — интегрируй этот шрам в общую карту мира. Ты не один, Дэн. Ты же часть огромного организма, и сам это знаешь. Выведи эту боль наружу.

Лицо Дэна было напряжено, между бровей пролегла вертикальная морщина. Для него это было сложнее, чем реальный бой. Он медленно начал вести стилус. Линия получилась странной, но живой, виляющей.

— Я... отклоняюсь от курса. Мой внутренний навигатор сообщает о потере ориентиров.

Алиса мягко положила ладонь ему на плечо:

— Всё в порядке, Дэн. Ты вовсе не потерялся. Твой биокомпас все также верен тебе, он просто обновился и адаптируется. Ты всего лишь строишь дублирующую нейросеть. В которой есть место и твоей правде, и твоему исцелению. Продолжай скруглять. Проводи санацию до конца.

Пальцы, мертвой хваткой сжимавшие стилус, расслабились.

— Принято.

— Ну как? — тихо спросила Алиса, когда он закончил, — Полегчало хоть немного?

Дэн медленно, почти с удивлением размял затекшую шею, поворачивая голову из стороны в сторону. И прислушался к себе:

— Процентов на пять.

— Нужно больше практики, — улыбнулась Алиса, осторожно забирая у него стилус, чтобы он размял руку.

— Согласен. — он разжал и сжал пальцы, — Но теперь твоя очередь. Матрикс у меня один.

— Мне не нужно, Дэн. – мой экран это та самая дубль-нейросеть, которую ты учишься создавать. А мои стилусы – это люди, которые мне встречаются в жизни. Они рисуют свои линии, я рисую свои. Они меняют меня, а я меняю их. Инстинктивно. Также, как ты инстинктивно идешь без маршрута. Иногда и мне нужна нейрографика. Но сейчас меня ведет твой стилус. Он рисует безопасную во всех векторах линию без моего участия. Зачем тратить лишние калории, правда, Дэн?

Она светло улыбнулась, а он рассмеялся, не разжимая губ.

— Но мне все же любопытно обновить свои данные. У тебя случайно нет учебника «Наш общий Дом» для дошкольников? Кажется, часть про авиацию я пропустила.

Он молча протянул ей биоэкран.

Пока Дэн меланхолично смотрел в окно, Лидер нашел для Алисы учебник и открыл на нужной странице:

Глава 1. Авиация контура Геи

Привет вам, юные исследователи! Сегодня мы отправимся в путешествие по небу удивительного мира нашей планеты. Земля – это место, где люди и природа живут в гармонии. У нас нет самолетов, привычных для Темных Эпох, с ревущими двигателями и грязным дымом. Почему? Потому что жители очень любят свою Гею и заботятся о ней!

Давайте разберемся, как же они летают?

Космос: дом для больших кораблей

В космосе, высоко над нашей атмосферой, работают огромные корабли. Они похожи на большие серебристые лодки. Чтобы двигаться в пустоте, им нужны специальные двигатели — ионные.

Представь себе луч света, который толкает кораблик вперед. Ионные двигатели такие же тихие и мощные. Они используют энергию солнца, чтобы разгонять частички газа до огромных скоростей. Так корабли доставляют новые детали для орбитальной защиты.

Кто летает: Инженеры, ученые и Служба Охраны Порядка (СОП)

Зачем: Обновлять щит вокруг планеты и строить космические города.

Небо над нами. А теперь давайте посмотрим вверх. В небе Земли можно увидеть разные летательные аппараты. У каждого своя важная работа!

1. Стратосферные SBSP-планеры (световые рейсеры)

Эти величественные красавцы летают очень высоко, там, где воздух разреженный и почти прозрачный. Размах их крыльев как у футбольного поля! В рейсерах нет ни капли топлива!

Высоко на орбите работают гигантские зеркала-коллекторы. Они собирают солнечный свет и посылают из космоса вниз невидимый луч — он похож на солнечный зайчик, только очень-очень мощный и горячий. В чистом небе Геи этот луч не увидишь, пока он во что-нибудь не попадет.

А крылья у рейсера — как огромные зеркальные ловушки! Они ловят этот свет и тут же превращают его в электричество, как растения превращают солнце в сок. Это электричество бежит прямо в сердце корабля — в его двигатель. Поэтому планер летит абсолютно беззвучно, словно призрак. У него нет винта, и он не ревет мотором.

А как же он отрывается от земли? Его разгоняют по огромному прозрачному желобу. Это магнитная дорожка — она работает как гигантская невидимая рогатка! Она мягко, но очень сильно выталкивает самолет вперед, запуская его прямо в небо!

Кто летает: Обычные граждане, когда нужно быстро попасть на другой континент.

Зачем: Для путешествий между континентами, или на большие расстояния между Макрополисами, если обычные поезда-маглевы временно не ходят.

2. Тропосферные гиперзвуковые планеры (МГД-планеры)

А это — рабочие лошадки Лидера. Они не забираются высоко, оставаясь в плотном воздухе тропосферы. Вы не увидите их в ясном небе — их стихия это дым, туман и ураганы. Их двигатели не ловят свет — они ионизируют сам воздух, превращая его в плазму короткими МГД-вспышками. Им не нужны длинные дорожки для разгона: они создают под собой плазменную подушку и взмывают вертикально вверх. Их бронированные крылья не боятся обломков, а плазменные щиты сдувают дым и град.

Кто летает: Экстренные службы.

Зачем: Если где-то случилась беда, например, землетрясение разрушило тоннель маглева, эти планеры прилетят за считанные минуты, чтобы спасти людей.

3. Водородные самолеты

Ты знаешь, что при сгорании водорода получается только вода? Именно такие самолеты используют ученые-биологи Геи.

Когда такой самолет пролетает, он оставляет за собой легкий след из облачков. Это не вредно, а даже полезно! Вода увлажняет воздух и помогает планете-Гее охлаждать свои внутренние механизмы.

Кто летает: Ученые, изучающие биосферу.

Зачем: Чтобы учиться у Геи и следить за здоровьем природы. Ведь Гея — это живой организм, его тоже нужно лечить.

4. Маленькие помощники в городе (аэротакси)

Внутри городов тоже есть авиация, но совсем маленькая. Это электрические вертолеты и аэротакси. Они работают на сверхпроводниках — специальных материалах, которые проводят ток без потерь.

Они очень маневренные и могут зависнуть на месте, как стрекоза. Врачи используют их, чтобы срочно доставить больного в больницу.

Кто летает: Экстренные службы.

Глава 30

Глава 2. Как мы летаем безопасно? Небесные Правила

Мы уже знаем, что наши самолеты очень тихие и чистые. Но чтобы Гея могла спокойно вычислять эволюцию, то есть думать свои бесценные для всех нас мысли о погоде и росте деревьев, небо должно быть чистым. Поэтому наш общий помощник Лидер установил строгие правила полетов.

Правило 1: Никаких самолетов во дворах

Ты никогда не увидишь самолет, взлетающий между башнями полиса. Это так же опасно, как запускать фейерверк на кухне! Все аэродромы, кроме парковок аэротакси, находятся далеко за городом, посреди равнин или мелководий. Там построены огромные Авиахабы. Всего их 18.

У каждого материка есть свое количество таких аэропортов:

1. У главного Континента 7 хабов. Это логично, так как континент самый большой и населённый. Хаб в Казахском федеральном округе, в Евразийской степи – «Центральный».

Вокруг него расположены хабы, которые обслуживают:

- «Западный»: Хаб на равнинах Пиренейского полуострова для обслуживания западных полисов.

- «Северный» (Сибирь и Арктика): Хаб на равнинах Западной Сибири для полисов северных широт и стратосферных коридоров через полюс.

- «Восточный»: Хаб на Маньчжурской равнине обслуживает дальневосточные полисы, восточное побережье и стыкуется с Тихоокеанией.

- «Юго-Восточный»: Хаб на Великой Китайской равнине для полисов Азии.

- «Южный»: Хаб на Индо-Гангской равнине покрывает южные полисы и побережье Индийского океана.

- «Юго-Западный» (Ближний Восток): Хаб на равнинах Аравийского полуострова, связующее звено с Экваториальным Континентом, обслуживает полисы Ближнего Востока.

2. У Экваториального континента 4 хаба.

- Хаб «Сердце Сахары» – Центральный. Он обслуживает северные полисы континента. Размещен на равнинах Тенере. Он страхует авиапотоки между Континентальной и Экваториальной Федерациями.

- Западный хаб «Атлантические ворота»: Находится на равнинах Сенегало-Мавританского бассейна у побережья Атлантики. Отсюда запускаются планеры в сторону Южной и Северной Атлантики.

- Восточный хаб «Рог Геи»: Расположен на равнинном плато Огаден. Этот узел контролирует перелеты через Индийский океан к Тихоокеании.

- Южный хаб «Окраина Света»: Базируется на ровных песчаных пространствах пустыни Калахари. Он покрывает все южные полисы и служит последней точкой связи перед прыжком к спецхабу Антарктиды.

3. У Северной Атлантики 3 хаба.

Чтобы не тревожить биосферу густонаселенных полисов, три хаба образуют гигантский треугольник стабильности над Североамериканской плитой.

Три кита Северо-Атлантической Федерации:

- Канадско-Аляскинский хаб «Арктический Щит»: Расположен на холодных равнинах долины реки Юкон, на границе с Канадским федеральным округом. Здесь небо идеально прозрачно, а хаб служит воротами для стратосферных прыжков через Северный полюс прямиком в Сибирский сектор Континентальной Федерации.

- Хаб «Великие Равнины» Американского федерального округа: Находится посреди бескрайних прерий в районе плато Ллано-Эстакадо. Это плоская, полупустынная равнина вдали от океанских ураганов — отличный логистический узел, связывающий северные и южные территории.

- Мексиканско-Карибский хаб «Океанская Гавань» Вынесен на плоские карстовые равнины полуострова Юкатан. Построенный на стыке Мексиканского залива и Карибского моря, этот хаб обслуживает островные полисы и обеспечивает разгон над водой для планеров, уходящих на юг.

4. У Южной Атлантики 2 хаба.

Южная Атлантика требует деликатного отношения к бассейнам великих рек, поэтому хабы вынесены на открытые, сухие пространства.

Дуэт Зеленого Материка:

- Хаб «Серрадо»: Расположен на плоских плато Бразильского нагорья, к кустам и редким деревьям которого Гея уже привыкла. Он находится в стороне от влажной сельвы Амазонки, обеспечивая стабильную погоду для взлета.

- Хаб «Патагонский Экспресс»: Развернут на каменистых, обдуваемых ветрами равнинах Патагонии Аргентинского федерального округа. Огромные пустые пространства позволяют планерам безопасно набирать стратосферную высоту перед броском через океан.

У Тихоокеанского континента 1 хаб.

- Центральный хаб «Красное Сердце»: Находится в самом геометрическом центре материка — на плоской равнине к северу от хребта Мак-Доннелл, недалеко от Макрополиса-С1 ТОФ. Вокруг на тысячи километров простираются лишь сухие красные почвы. Это позволяет единственному хабу Тихоокеанской Федерации беспрепятственно принимать межконтинентальные рейсы со всех уголков Геи.

У нашей капризной Антарктиды всего 1 спецхаб «Ледяной Форпост».

Антарктида сурова, и строить хаб на самом Южном полюсе (где воздух слишком разрежен, а высоты достигают 3 км льда) или на обрывистом побережье (где бушуют стоковые ветры) неэффективно.

Спецхаб развернут на ледяной равнине Земли Королевы Мод, примерно на полпути от побережья Атлантического океана к Южному полюсу.

Почему здесь? Это пологий, относительно ровный участок ледникового плато. Он находится строго со стороны «основного потока человеческой экспансии» — на прямой линии между Южной Атлантикой, Экваториальным континентом и Южным полюсом. Сюда сходятся все три главных воздушных коридора экстренных служб. Это последний оплот цивилизации, за которым начинается по-настоящему непокоренная, белая пустота своенравной Геи.

Такая система позволяет Лидеру эффективно распределять ресурсы. Если где-то случится катастрофа, ближайший хаб мгновенно перенаправит тяжелый МГД-планер с экипажем из экстренных служб к месту ЧС по аварийному воздушному коридору. Мы же доезжаем до авиахаба на быстром подземном поезде-маглеве, а оттуда летим на другой конец света в уютном SBSP-планере.

Правило 2: Небо полисов принадлежит спасателям

Если в городе случилась беда — например, нужно срочно починить лопнувшую трубу энергоконтура или помочь человеку — кто-то должен прилететь быстро. Для этого существуют маленькие электрические машины служб спасения.

У них нет своих больших аэропортов. Посмотри на крышу любого высокого здания — видишь там светящийся круг? Это экстренная площадка, или «вертикалка».

Когда происходит авария, порядок действий всегда одинаковый:

1. Сначала прилетает Служба Охраны Порядка (СОП). Наши защитники первыми оценивают обстановку и следят, чтобы никто случайно не попал в опасную зону.

2. Затем с неба спускается Спасательная Экстренная Служба (СЭС) — такие смелые ребята, которые вытаскивают людей из-под завалов и эвакуируют пострадавших.

3. Сразу за ними прибывают врачи Экстренной Медицинской Службы (ЭМС). Они лечат раненых прямо на месте.

4. Последними приходят инженеры Сервисной Коммунальной Службы (СКС), которые чинят поломки.

Их аэротакси умеют взлетать прямо вверх, как пчелки, поэтому им не нужны длинные дороги для разбега. Благодаря этому правилу наше небо остается прозрачным и спокойным, позволяя планете-Гее дышать полной грудью, а нам — спать без лишнего шума!

Вопросы к уроку…

— Дэн, — позвала Алиса, — посмотри на это. Откуда такая социальная несправедливость? Почему у всех хабов, кроме Континентальной Федерации имеются именные аэропорты?..

Дэн Оливер, чей серый взгляд до этого меланхолично сканировал пейзаж за окном магплана, повернулся к ней.

— Никакой несправедливости, Алиса, — ровно ответил он, — чистая географическая ориентация для оптимизации первых транспортных потоков. Авиахабы Континентальной Федерации строились первыми. Лидер тогда только разворачивал Глобальный Контур. Ему было системно эффективней размечать их точно так же, как города, по административно-векторной сетке.

— А как же остальные? — Алиса подалась вперед.

— А когда начали строить хабы для других Федераций, общество уже адаптировалось, — Дэн едва заметно улыбнулся углами губ. — Социально активные граждане тех регионов объединились в расчетные группы и сумели доказать Лидеру, что их кумулятивный психологический гомеостаз повысится, если авиахабам присвоить именные айди. Они изложили в формулах, что красивое, укорененное в культуре имя дает чувство сопричастности и снижает фоновую тревожность. А раз растет гомеостаз — повышается кумулятивный Вектор Воли и, как следствие, общий КПД всей Федерации. Лидер проверил расчеты, признал их валидными, утвердив «Арктический Щит» и «Красное Сердце».