Симуляция требует времени

Вероника Райнстоун

Симуляция требует времени

Глава 1 – Вспышка Света в маленьком мирке

Мерцающие всевозможными цветами огни мегаполиса играли в ночном небе. И хоть запах бензина был уже давно забыт людьми этого времени, вместо него аромат только что прошедшего в городе дождя заполнял собой пространство.

Шум ночных вечеринок не смог бы разбудить людей, живущих выше хотя бы пятого этажа. Нет...

Но что же разбудило её? Ту, что живёт на одиннадцатом этаже двадцати двухэтажного дома? Неоновый отблеск рекламных вывесок? Шум от сверхскоростного пассажирского самолёта вдалеке? Нет-нет...

То, что было сначала попросту бессонницей, теперь не поддавалось объяснению. На цыпочках, робея, подходя к окну, она увидела девушку с золотистыми волосами и глазами цвета прозрачного, чистого озера...

Такую девушку можно было видеть в зеркале хоть каждый день. Но не именно эту.

Именно эта... Улыбалась, когда законная владелица отражения была, мягко говоря, удивлена. За мокрым оконным стеклом, там, снаружи – она выглядит по другому. Одета так причудливо... Этот наряд гораздо лучше.

Лучше простенькой пижамы законной владелицы отражения.

Ночное видение... Парило над землёй, пока наша героиня стояла на Земле двумя ногами. И...

Таинственная "Златовласка"... Подмигнула той, что не спала, но, только не спящая приблизилась к окну... Видение исчезло.

Вспышкой яркого света и всплеском едва слышного смеха оно оставило живущую на одинадцатом этаже стоять в недоумении.

— Это случилось опять... — вздохнула Пауллин. — Пора бы мне сменить снотворное. — заключила она, направляясь в спальню.

...

— Нет, я приношу свои извинения, директор не сможет сегодня принять вас у себя. — Пауллин ещё раз проверила запись о визитах на экране, прежде чем сказать это.

Другие сотрудники, сидящие в просторном офисе, слышали только какой-то шум из наушника девушки, когда Пауллин слышала чуть ли не крик.

— Нет-нет, вы меня не так поняли, прийти к нам можно и завтра, просто сегодня директор занят... — возмущения позвонившего "прямо в ухо" сбили ход мысли девушки, как и, впрочем, всё настроение.

— Мне очень, очень жаль! — сотрудники офиса оглянулись на Пауллин, которая, кажется, сказала эту фразу чуть громче обычного... Или более раздражённо?

— Пожалуйста, оставайтесь на линии, я перенаправлю вас в отдел по вопросам и предложениям, — вздохнула девушка, стараясь сохранить спокойный тон, и, нажав маленькую кнопочку вверху наушника, сбросила трубку.

Ещё раз проверив расписание, одним махом руки закрывая экран, который удобно расположился прямо в воздухе, её рука потянулась к раскладному зеркальцу, лежащему на рабочем столе. Его золотистый корпус блестел, будто и не было ему уже лет двадцать как минимум, но стекло внутри уже чуть потускнело. Тем не менее, взяв во вторую руку губную помаду, смотря в него, секретарша прекрасно видела все детали своего лица. Не очень розовые, даже скорее бледные, довольно пухлые губы, не слишком маленький, слегка причудливой формы нос, светлые ресницы, тонкие, светлые брови, много-много рябых веснушек... И голубые глаза. Надо было бы подчеркнуть их тушью...

Настроив цвет помады на нужный оттенок, девушка аккуратно нанесла её на лицо, и после где-то с пять секунд рассматривала то, какой результат у неё получился, и довольна ли она им. Да, в принципе довольна.

Положив зеркало на место, глядя на остальных сотрудников, девушка обнаружила, что она не одна наводит марафет прямо за рабочим местом — с ней было как минимум пять человек. Кто красил тенями глаза, кто румяной щёки, а кто просто наносил увлажняющий крем. То ли вздохнув с облегчением, то ли улыбнувшись с чувством единения со своей командой...

Командой, пф. Если их можно так назвать...

Не враги, не друзья — значит, просто команда... А что! Звучит. Ко-ман-да... Так, как будто действительно они действуют по одной "команде", по одному "приказу". А кто им даёт этот приказ? Босс? Неееет, не он...

Может, что-то свыше указало им, мол: "вот сейчас стоит навести красоту"? Может, одна мысль облетела всех их поочерёдно, так, невзначай, за одну миллисекунду! И просто так... "Динь!" И приказала им всем делать одно и то же. Вот как сейчас звучит. Динь- динь. Динь-динь... Погодите. Какое ди-динь?!

Это же звон в ушах, а не в голове! Кто-то хочет с тобой пообщаться, ты что, спишь прямо на рабочем месте?!

— Здравствуйте. Это офис компании "Распылитель мечт", чем могу вам помочь?

— Пауллин! Приветики! У тебя опять твой карманный разряжен, что ли? Я тебе дозвониться не могу вот уже полчаса! — у Пауллин уже была выработана стратегия на такие случаи. Звук в наушнике потише, силовое поле вокруг рабочего места включить и быстро отвечать своей подруге...

— Зои, я же сотню раз просила не звонить мне в рабочее время. Что-то срочное?

— Ну зна-а-аешь, я тут подумала... — раздался некий шум, заглушающий слова подруги. Пауллин догадалась, что это, скорее всего, какой-то ультрамодный, высокотехнологичный, а главное — новейший способ укладки волос, который Зои решила протестировать на себе прямо во время разговора.

— Ну так, что думаешь?

— Повтори ещё раз, что ты сказала.

Пожалуйста, — отчеканила Пауллин примерно тем же тоном, что объясняла надоедливым клиентам, почему спрей из баллончика их фирмы нельзя распылять на цветы.

— Меня было не слышно? А они пообещали, что звук новейшего фена не передаётся через волны связи... Га-ды. Ну так вот, я хотела предложить тебе встретиться сегодня у меня дома, в шесть часов вечера. Будет чай и твои любимые пирожные, Нэнси приготовила! Сможешь прийти??

— Ах... Мне очень неудобно отказывать, но...

Сегодня мне надо остаться подольше, у босса очень нагруженный день...

— Слышали уже! Иди и попроси уйти в обычное для себя время, ишь, труженица нашлась!

— Кто? А я не труженица, по-твоему?? Я, по- твоему, лентяйка? — Пауллин чуть ли не вскочила с места от такого заявления, но таки сдержала себя. Зои залилась звонким смехом: -Вот теперь уже слышу тебя, а не какую-то "Мисс само Совершенство"! Как там её, ну та, из той книги —

— Мэри Поппинс. Наверное. — Пауллин чуть смущённо улыбнулась. — Хорошо, отпрошусь чуть пораньше...

— Ты в пять работу заканчиваешь.

— Ладно, Зои, ты только не волнуйся, когда будет конец моей нормальной смены, я спрошу... — Зои не дала ей договорить.

— Знаешь, ты на меня ворчишь, а я позвонила тебе ровно за пять минут до перерыва. — у Пауллин аж рот чуть приоткрылся от такой пунктуальности подруги. — И раз у вас перерыв, ты можешь прямо сейчас встать и настоять на том, что...

Ты. Уходишь. В пять! — а Пауллин что?

Пауллин проговорила что-то вроде "Хорошо- хорошо", выключила наушник, встала, пошла... Прямо в еле видимое силовое поле, остановившись буквально за секунду до "катастрофы". Будто ничего и не было, поправляя заколку в виде розовой ромашки, отключив силовое поле несколькими ловкими касаниями, она... Пошла прогуливаться по офису, в противоположную сторону от кабинета начальника. Может, в столовую зайти... Там салатики вкусные...

Богатые на протеин. А крем тоже богатый на протеин бывает! Крем в пирожных, например...Так! Какие пирожные? Пирожные будут у Зои, если она к ней пойдёт.

— Мистер Брукс, я перебросила вам на компьютер файлы с документами для подписи. Их желательно разобрать до четырёх часов сегодняшнего дня, — Пауллин стояла неестественно ровно, будто застывшая.

Мистер Брукс, директор компании «Распылитель мечт», уже довольно пожилой мужчина с закрученными усами и бакенбардами, чем-то напоминающий филина, оторвал взгляд от документов, дабы посмотреть на Пауллин. Посмотреть строго, не без некой неуловимой теплоты.

— Хорошо, разберу. Я надеюсь, ты мне с этим поможешь? — его голос был, как всегда, тихим и приятным.

— Ох... Понимаете, я... Пообещала навестить сегодня свою бабушку. Как вы знаете, она меня очень любит и волнуется, что я так часто задерживаюсь на работе, в чём отнюдь нет вашей вины... — Пауллин опустила глаза в пол. — Я бы очень не хотела её расстраивать... Но если вы настаиваете...

— Что ты, что ты! Ни в коем разе. А документы... Я сам разберусь. Но, будь добра, останься тогда завтра до... девяти.

Твоя бабушка не будет против? — усмехнулся мистер Брукс.

— Ам... Нисколько! Она должна понимать, что моя работа тоже важна, — ответила девушка, а про себя добавила: «Да, и гораздо важнее злощасных кексиков, которыми меня вечно завлекает эта девятнадцатилетняя "бабушка"...»

— Хм. Это верно, — усмехнулся мистер Брукс, уже открывая нужные файлы на левитирующем экране. Чуть прищурившись, мужчина пытался разглядеть мелкий шрифт.

— Можешь возвращаться на своё рабочее место, — Пауллин поспешно повернулась к выходу. — Только подай, пожалуйста...

— Капли для глаз? — Пауллин, не дожидаясь ответа, взяла капли с полки и вручила начальнику. Мистер Брукс посмотрел на девушку с благодарностью и кивнул, показывая, что та может идти.

Размышляя о том, что она бы обязательно порекомендовала эти капли, восстанавливающие зрение на 24 часа, Зои

— если бы людям до 40 они не были противопоказаны — Пауллин заполняла таблицы, ожидая то ли звонка клиента, то ли заветных пяти часов вечера.

Время — около шести. На улице относительно тепло. Относительно конца зимы. Пауллин направлялась к дому Зои пешком, одетая в белую рубашку, штаны, напоминающие клёш, и ботинки. Образ дополняли наушники — уже не маленькие, находящиеся где-то глубоко в ухе, а скорее «старомодные», закрывающие уши полностью.

— А? — девушке пришлось остановиться, когда прямо к ней подлетела бюлетенька. В простонародье — бюлетенька: такая птица и, по совместительству, ежедневный способ опроса граждан.

Роботическая птичка села на плечо Пауллин, поспешно прочирикала мелодию «рингтона», и вот перед девушкой уже не птичка, а... табличка.

С вопросом о желаемой погоде.

Вздохнув, Пауллин выбрала из всех возможных вариантов: «слепой дождь, а после радуга», и, нетерпеливо притопывая ногой по тротуару, стала ждать не столько результатов опроса, сколько момента, когда можно будет пойти дальше.

Вскоре табличка превратилась обратно в птичку и упорхнула. Затем... снежинка. Ещё одна. Придётся поменять одежду.

Шагая дальше, Пауллин повернула стрелку на круглой застёжке пояса на несколько градусов — и вот, на ней куртка. Благо, Пауллин купила кофту с зимним вариантом, а не без него... как это один раз сделала Зои, утверждая, что ей никогда не холодно. Потом надо было её навещать чуть ли не каждый день, помогая справиться с простудой. Зои...

А вот и её дом! Хотя, тут стоит подумать — будет ли уважительно обращаться к нему как «дом»?

Просто, понимаете, дом, назовём его так, был... десятиэтажным. Но что тут такого?

Дом Пауллин вообще вот, двадцать два этажа в себе уместил. Только вот — все эти десять этажей принадлежали Зои.

Глава 2 – Лучшая подруга голубых кровей

Высокий, крупного телосложения охранник у ворот дома Зои уже давно знал Пауллин в лицо, так что поздоровался с ней, после спросив:

— Как там на работе?

— На работе всё отлично, как видите, мне доверяют настолько, что отпустили так рано... — попыталась отшутиться Пауллин.

— Вот те на! А я-то думал, только у меня смена до девяти. Ты, что ль, дольше других работаешь?

— Нет-нет, просто... Просто я очень люблю свою работу!

— Пойди больше своих друзей? — хитро прищурился охранник.

— Ни в коем случае. Иначе я не была бы здесь.

Пауллин чувствовала, что бессмысленный разговор пора заканчивать, но просто уйти было бы невежливо...

— Меня всегда твои фразочки забавляют. Ты откуда такая умная, скажи мне... — прежде чем охранник успел закончить фразу, из-за его спины раздался бойкий, слегка манерный голос, который Пауллин узнала бы с одного произнесённого слога.

— Грэгори, отстань ты от неё! Тебе заняться нечем? — на пороге многоэтажки стояла молодая девушка небольшого роста, в белой шубе и синем платье с текстурой такой, будто сделано оно было из кристальных леденцов.

Охранник встал прямо, отдал честь девушке и отчеканил:

— Хозяйка, ваша подруга прибыла!

— Ах! Зачем такие излишества в общении!

Хозяйка, госпожа... А я же просто Зои! — наигранно приставила она руку ко лбу и... подмигнула Пауллин. На лице Пауллин волей- неволей появилась улыбка.

— Ну что ты, подружка, заходи поскорее! — Пауллин последовала за Зои к порогу, перед этим не забыв пожелать охраннику хорошего дня.

— Благодарствую! — издал он смешок и вернулся к своему посту.

Можно, конечно, сказать, что Пауллин и Зои шли по холлу первого этажа в тишине, но это было бы непозволительной ложью.

— Знаешь, я уже говорила Грэгори, чтоб он не докучал посетителям, но он такой болтливый, что жуть, никогда меня в этом не послушается! О! О! Придумала! Мы можем условиться о системе знаков — ты просто скрести пальцы, воооот так, когда он будет тебя донимать, а я увижу из окна и приду на выручку! — активно жестикулировала Зои руками, головой и вообще всем, чем только могла.

Пауллин неловко улыбалась, но мысли её были заняты чем-то отвлечённым. Да, не хотелось бы завтра оставаться до девяти на работе... Хотя кто даст гарантию, что она бы не осталась до поздна два дня подряд, не приди она сегодня к Зои?

— Ну, что скажешь?? — подруга словно выдернула Пауллин за косичку из пруда размышлений.

— Зои, Грэгори не так уж докучает мне, это не стоит твоих волнений.

— А, хорошо, — только и сказала Зои, но тон её стал гораздо более серьёзным.

Выпрямив спину и задрав кверху и без того вздёрнутый носик, она дефилировала по белому, вычищенному до блеска полу со светло-голубыми кинетическими разводами на нём. Там, где две подруги шли, появлялись красивые узоры. Узоры уже не завораживали Пауллин так, как это было в первый день установки всего механизма здесь, так что смотрела она только на Зои.

Ха, а и вправду — такого же цвета, как и узоры, волосы подруги дают ей сходство с бабушкой... Думала ли об этом Зои, когда красилась? Хотя нет, волосы у неё слишком блестящие, как для бабушки. Но разве не может быть бабушек с красивыми, блестящими волосами?

— Кхем-кхем, не соизволит ли мадам Пауллин подняться со мной на лифте, мерси?

— причина внезапной серьёзности Зои тут же прояснилась, когда, произнеся это, она попыталась продемонстрировать что-то вроде реверанса.

— Pas merci, mais s’il te plaît, et on dit “mademoiselle” aux femmes non mariées, ma chère copine, — иронично усмехнулась Пауллин.

— Уи, — Зои кивнула целых два раза в знак согласия и абсолютного понимания.

— А что это значило?? — могли бы услышать бойкий голос из лифта, не будь он звуконепроницаемым.

Поднявшись на самый последний этаж, девушки вышли из лифта в просторный пентхаус, где больше всего любила проводить время Зои.

— Ты, наверное, уже голодна? — Зои подошла к маленькому столику, возле которого предусмотрительно стояло два пуфика.

— Ой, я не очень хочу есть, но не отказалась бы от чего-нибудь сладенького, спасибо, — Пауллин села на пуфик с самым довольным видом.

— Не скрооомничай, сейчас всё принесут, — Зои нажала на кнопку на столе, чтобы позвать прислугу.

Где-то рядом со столиком в полу открылся небольшой круглый люк. Через минуту из люка поднялась платформа, на которой стояла маленького роста женщина. Много серых проводов на голове, которые издалека можно было бы принять за волосы; платье служанки было сделано из того же материала, что и всё остальное тело, а милая маска на лице с точностью передавала эмоции владелицы, лишь преобразуя их в более мультяшные мордашки.

В руках женщина держала заветные угощения.

— Здравствуйте, девочки, извините, что задержалась — аэротруба почему-то барахлит. Как дела на работе, Пауллин? — голос женщины был металлическим где-то на процентов десять. В остальном его трудно было отличить от обычного.

— Нуу, ты задержалась примерно на 20 секунд, дууууумаю, прощу на этот раз, — хихикнула Зои, хитренько глядя на служанку и улыбаясь ей.

— Всё хорошо, Нэнси, благодарю. И спасибо за пирожные — они у тебя всегда так вкусно получаются... — Пауллин взяла с подноса ванильный маффин со сладким лимонным кремом и посыпкой из глазури, откусила от него кусочек. Девушке даже не приходилось изображать удовольствие из вежливости — оно и так было написано у неё на лице.

— Ох, это тебе спасибо, что приходишь... — тут откуда-то из руки Нэнси раздался писк.

Женщина посмотрела на руку, встряхнула ею, дабы остановить звук будильника.

Дотронувшись холодной металлической ладонью до плеча Пауллин, сказала чуть виноватым тоном:

— Дорогуша, мне пора бежать, но если вдруг надо помочь с отчётами какими-то — обращайся, у меня завтрашний день не очень загружен. Я-то, знаешь, быстро всё посчитаю, — она засмеялась.

— Благодарю, Нэнси! Я постараюсь справиться сама, — Пауллин улыбнулась Нэнси, прежде чем та, поставив маленький чайничек на стол, не умчалась на туфельках с колёсами по своим делам.

Зои какое-то время смотрела ей вслед, а затем спросила у Пауллин:

— Вот скажи, разве ты не хотела бы так? — её лицо выглядело чуть задумчивым.

— Ездить на роликах? — Пауллин неловко улыбнулась.

— Нет-нет, в плане — продолжить жить и работать, ну, после того как... как состаришься там...

— Жить — возможно, работать — нет... — Пауллин нервно мешала чай ложечкой, хоть сахар туда и не насыпала.

— Пауллин, но так же нельзя... Да, работа у тебя скукотень, но хоть смена-то короткая, можешь делать что вздумается в свободное время... — увидев, что подруга смотрит на неё с лёгким осуждением, Зои замолчала.

Какое-то время посидев в неловкой тишине, прерываемой только позвякиванием ложечки в чашке, Зои нарушила молчание словами:

— Ой! А почитай мне что-нибудь из недавнего! Давно ничего новенького не было.

— А? Ох, да я ничего особо и не писала... — потёрла Пауллин затылок смущённо.

— Не скромничай ты тут, ещё раз говорю! А то разозлюсь, — Зои с серьёзным видом взяла из баночки на столе кусочек сахара и, уже усмехаясь, в шутку запульнула его в Пауллин.

— Зои! — возмутилась подруга.

— Рассказывай. Я жду, — Зои положила ногу на ногу, ожидая декларации стиха.

— Честно говоря, я набросала один стишок у себя в голове... пока шла к тебе в гости... — взгляд Пауллин устремился куда-то вдаль.

Она глубоко вдохнула и...

Изменчива всегда погода, И пусть подвластна нам природа, То дождь, то солнце, сильный снег, И не поможет оберег, Пока не сможем научить Себя, как нужно говорить.

Ведь в слове сила есть одна — Та, что народ спасти должна.

Закончив свою речь, Пауллин с интересом посмотрела на Зои.

— Хорошо. Очень хорошо! Но-о... Это всё? — хлопала подруга ресницами «наивно». Это был её обычный трюк, чтоб выманить из Пауллин больше сочинений. На что девушка снова повелась.

— Есть ещё один стих, но мне он намного меньше нравится... Если ты хочешь, то... — Пауллин отвела взгляд к окну, и, ни на секунду не установив зрительного контакта с Зои, быстро прочитала стих: Тот лебедь, что утёнком был, Он по озёрам всюду плыл, И думы он с собою нёс, Что, может, хоть он и подрос, Хоть стали белыми все перья, То остаётся он отребьем.

Ведь если "гадким" назван был — Не важно, далеко ль уплыл.

Пауллин даже не взглянула на Зои в этот раз, а всё так же смотрела в окно. Тут девушка всё-таки повернула голову, улыбнувшись так, будто всё, что было до, было какой-то шуткой.

— Всё мы о моих стихах да о стихах...

— ДА ПОТОМУ ЧТО ОНИ КРУТЫЕ! — выпалила Зои, снова кинув в Пауллин сахаром. — Ты что хочешь там говори, мне второй понравился гораздо больше! Тебе нужно их издать!

— Зои, сколько раз тебе говорить — издают книги писателей. Поэтов. А не секретарш, — в голосе Пауллин чувствовалась некая горечь.

— А этот, как его... Самоиздат!

— Самиз... что, извини? — слово казалось знакомым, но его значение уже забылось.

— Минуточку... — Зои встала и направилась в другой угол комнаты, где стоял ещё один стол, только уже рабочий. Стол сегодня был завален милыми гаджетами вроде «зеркальца-цветка», в которое можно было и посмотреться, и использовать как парфюм, или же «наушников с ушками», которые и музыку воспроизводят, и эмоции владельца отображают за счёт движений пластиковых кошачьих ушей, прикреплённых к ним.

— Ты перебирала вещи из детства? — Пауллин подошла к подруге, усмехаясь с долей иронии, но тон её оставался грустным.

— Да, хорошо, что не всё себе Альберт утащил... О! Смотри! Тут есть брелок- таксочка! — Зои с энтузиазмом сунула безделушку прямо Пауллин под нос.

— Да тут, как я погляжу, много всего разного... — Пауллин не придала особого значения конкретному брелку, но Зои выглядела явно оскорблённой этим фактом.

— Ты что! Это же брелок-таксочка! — она хитренько улыбнулась. — Гавкучащий! — девушка нажала на малюсенькую дамскую шапочку на голове брелка, как тут же он выскочил из рук Зои на стол и стал кружиться, догоняя свой хвост.

Сопровождалось это всё механическим лаем, естественно.

В сознании Пауллин начало всплывать воспоминание: о том, как Зои, кажется, в киоске возле того здания, где проходили собрания их актёрского кружка, купила эту шумную кибер-собаку. Тогда девочки никак не могли выключить её — то ли на улице, то ли дома у Зои... Пауллин не помнила точно.

Тем не менее, на лице Пауллин вновь появилась улыбка.

Подруга, судя по всему, заметила это:

— Ну что, правда гавкучащая? Только я же сюда не за этим полезла... — так и оставив игрушку бегать по столу, Зои стала рыться в горе ностальгических побрякушек. Наконец, она с гордым видом достала оттуда книгу, на обложке которой красовалось зеркало.

— Как думаешь, я сильно изменилась за эти годы? — Зои не стала долго ждать ответа, решив сразу перейти к делу. Она встала лицом к свету из окна и улыбнулась своему отражению на книге. На удивление, первая страница открылась сразу же, как улыбка Зои была считана.

— Кажется, это было написано на переплёте... — Зои мигом пролистнула всё содержимое книги и радостно выпалила:

— О! Нашла! Тут так и написано — «самиздат, типография имени Марка Твена». — Её глаза загорелись интересом. — Может, эта типография ещё существует? Мы можем обратиться к ним за помощью!

— Я в этом сомневаюсь... — голос Пауллин прозвучал так грустно, что Зои не могла не похлопать подругу по плечу:

— Пауллин, ты чего? Наверняка есть ещё какие-то варианты...

— Я поищу в свободное время. Спасибо, — с этими словами девушка нажала ещё раз на шапочку электронной собачки, а та, в свою очередь, свернулась калачиком и перешла в режим экономии батареи — то есть заснула.

Вскоре все горести забылись за совместным прочтением той книги с зеркалом на обложке, которая на деле оказалась анкетой друзей Зои из младшей школы.

Вдруг среди горы старых вещиц Пауллин заметила кое-что ей не знакомое...

— Зои, а не помнишь, откуда у тебя этот билет? — Зои тут же встрепенулась, отложила анкету и хлопнула себя по голове, звонко рассмеявшись:

— Чуть не забыла! Это не старое, это новое.

— Увидев недоумение Пауллин, Зои протараторила: — У подруги моей мамы есть сестра, у которой есть дочка, которая приезжала ко мне на прошлой неделе.

Приезжает она, честно говоря, раз в три года, но всегда приносит подарки! — сделав глубокий вдох, Зои продолжила: — Так вот, этот билет — пропуск в новое ультрамодное место! «Эвергловинг-клуб» называется. — Девушка перешла на шёпот: — Это кинотеатр, но самые интересные фильмы показывают только по специальному билету, и представляешь, вот он! Точнее... — Зои подняла то, что выглядело как один билет со стола, и...

— Два билета! Мы можем сходить на сеанс вместе, должно быть очень весело! И не говори, что ты не пойдёшь!

Пауллин погрузилась в размышления.

Работы у неё сегодня уже нет, да и фильмы новые смотреть полезно для общего развития... Так что ей ничего не оставалось, как спросить:

— А когда будет сеанс?

— Секундочку... — Зои посмотрела на билет, поднеся его к свету из окна, затем на электронные настольные часы и сказала:

— Пауллин, ты же тепло оделась? А то будем домой вечером возвращаться...

— Да, у меня одежда с зимним вариантом... А почему спрашиваешь?

Зои засмеялась, глядя на растерянную Пауллин:

— Потому что мы уже опаздываем! Хорошо, что до улицы Четырёх Контактов тут недалеко!

Глава 3 – Приторный, чарующий запах попкорна

До улицы Четырёх Контактов было действительно рукой подать. Если ехать на машине. Благо, Зои быстро отыскала в сумочке ключ от гаража.