Последняя песня упавшей звезды

— Произнесите брачные клятвы, — попросил жрец.

Принцесса знала, что перед лицом Лимы и жених, и невеста должны говорить от души. Каких-то четких формул нет. Она смотрела на супруга и ждала. Сама заранее заготовила текст клятвы и очень старалась его не забыть.

— Клянусь быть вам достойным супругом и заботиться о вас, — проговорил Ференц.

И все? Тильде на миг показалось, что это шутка. И вместо того, чтобы произнести полный текст клятвы, она тихо ответила:

— Клянусь быть вам достойной и верной супругой.

Губы короля тронула улыбка, будто это все, чего он желал. Жрец уколол сначала палец Ференца, затем ее, и несколько капель крови упали в чашу, а на запястьях супругов появились тонкие брачные браслеты, напоминавшие татуировки. Сухие теплые губы мужа коснулись ее собственных. Вот и все…

Казалось бы, после церемонии должно было стать легче, однако не стало. Тильда с ужасом ждала вечера. Перед отъездом матушка поговорила с ней об этой стороне отношений между мужчиной и женщиной.

— Стране нужен наследник, — напутствовала она дочь. — Да, неприятно в первый раз, но ты должна постараться забеременеть как можно скорее, иначе Ференц отошлет тебя домой и снова развяжет войну.

Тогда Тильде показалось — ну что тут страшного? Со всеми бывает. А на свадебном пиру, украдкой поглядывая на супруга, она была в ужасе от мыслей о том, что будет после. Ей хотелось, чтобы пир и последовавший за ним бал длились вечно. Но все рано или поздно подходит к концу. Вот и настал миг, когда Ференц подал ей руку, и они удалились из бальной залы. Тильда чувствовала, как пол плывет под ногами. Служанки проводили ее в покои, помогли снять тяжелое платье, расплести волосы и переодеться в длинную белую сорочку, а затем удалились. Принцесса… Точнее, уже королева присела на краешек кровати и ждала, как заключенный смертной казни.

Видимо, прислуга доложила Франу, что она готова, поэтому сам король появился достаточно скоро. Он тоже переоделся — на нем были только рубашка и штаны. И без королевского наряда он казался проще, понятнее, однако по-прежнему был абсолютно чужим мужчиной.

Король остановился в дверях и окинул супругу внимательным взглядом. Тильда покраснела. Ей захотелось схватить покрывало и прикрыться. Фран подошел ближе, присел рядом с ней. Молча, все молча… Он вообще хоть что-то говорит? Кроме клятвы, король почти ничего не произнес за весь день, оставив болтовню придворным.

Ференц осторожно коснулся лица Тильды, убирая темно-русый локон. Она вздрогнула, подалась назад. Его пальцы были холодными, как лед, а лицо оставалось бесстрастным. Не человек, кукла. Королева сама не заметила, как по щекам покатились слезы. Отвернулась, вытирая их — некрасиво, как не совсем приличествует королевам.

— Тильда… — Фран все-таки решил поговорить. — Я понимаю, вы меня совсем не знаете. Я вас тоже. Но нам нужно найти точки соприкосновения, потому что иначе мирный договор между нашими странами пойдет трещинами. Ни я, ни вы этого не желаем. Поэтому доверьтесь мне, Тильда. Я не причиню вам вреда.

— Хорошо… — прошептала она, стараясь взять себя в руки. Если бы здесь был Лейран, он бы никогда не допустил того, что должно было произойти. Но Лейран там, в Илонде, а здесь, рядом, этот холодный и равнодушный мужчина. Ему не нужна Тильда, только мирный договор — ее приданое.

Фран решил, что вопрос исчерпан, потому что придвинулся ближе, приобнял и попытался поцеловать, но Тильда — и откуда только силы взялись — оттолкнула его и подскочила на ноги.

— Нет! — воскликнула она, размазывая слезы по лицу и чувствуя себя до бесконечности жалкой. — Нет, нет, нет…

— Послушайте…

— Нет, это вы послушайте! Я вас не знаю. Я не хочу!

И разрыдалась, хотя еще мгновение назад была полна решимости принять свою участь. Закрыла лицо руками и безнадежно всхлипывала, пока вдруг не услышала хлопок двери. Отняла ладони от лица и поняла, что Фран ушел…

Прошло полгода, а отношения между ними теплее не стали. И Тильда готова была сказать: ее супруг по-прежнему оставался чужим, незнакомым человеком. Она не знала, чем он живет, чем дышит, к чему стремится. Он не пускал ее в свою жизнь, а близость с ним пугала еще больше, чем в первые дни. О своем муже Тильда поняла главное: его сложно назвать хорошим человеком. И почему он все-таки шел ей на уступки и ждал, она не понимала. Думала, у него есть дама сердца, фаворитка, однако нет, не было. Тильда бы только обрадовалась, если бы была! А так казалось, что с ней демон, злой дух, а не человек. Странно, что в этой ситуации ее ближайшей подругой стала королева-мать. Она понимала невестку куда лучше, чем сын, поддерживала, утешала. А Фран… Фран приходил почти каждый вечер, пытался подступиться, получить свое: наследника. Но уж точно не завоевать сердце жены.

ГЛАВА 8

Артур стоял на углу Камышовой улицы ровно в пять и чувствовал себя в высшей степени глупо. Да, он был обручен с Лорис, но сейчас оказалось, что роль жениха ему все же в новинку. Тем более, жениха почти незнакомой девушки. Нэтти запаздывала. Может, войти прямо в контору и поторопить ее? А еще пришла мысль, что ухажер Барри мог ее задержать, не дать покинуть помещение. Арт пошел ко входу, но уже в дверях столкнулся с Нэтти. Она вылетела к нему, будто за ней гнались, но вот заметила, тут же замедлила шаг, заулыбалась.