Последняя песня упавшей звезды

А рынок действительно оказался всего в паре улиц. Артур прошелся вдоль торговых лотков, приглядываясь к товарам. Итак… Три лавки готового платья, одна необходимая ему лавчонка с мелочами. Магические штуки предлагали из-под полы, как и всегда. Лицензию на их создание и продажу имела только знать, однако таланты встречались и среди обычного народа. Правда, чаще всего выявленного мага тут же тащили в академию, и он отправлялся служить на благо родине. Выбор не предоставляли. Поэтому и торговали усилителями вот так, тайком. И совсем не те, кто их изготовлял.

Быстрее всего вышло с одеждой: Арта окружили милые девушки, повертели, как куклу, и тут же предложили все, что могло понадобиться их посетителю: белье, рубашки, штаны. Обувь он не искал, одних сапог пока хватит, пусть старых и потертых. Приобрел пару смен белья, две рубашки, штаны, пояс к ним, сюртук и плащ с глубоким капюшоном, чтобы лишний раз не светить лицом. За все это отдал половину золотого.

Дальше путь его лежал на ряды с мелочевкой, где мешок с покупками пополнился колокольчиками, тонкой леской, нитями. Самые элементарные ловушки, но если к нему пожалует непрошеный гость, Арт будет знать. Чаще всего именно на подобных мелочах и попадались бывалые люди. Не стоит ими пренебрегать.

С усилителем тоже повезло. Курносого мальчишку с лотком выпечки Арт отметил сразу. Слишком хитрые у него были глаза, и все время будто выискивали кого-то в толпе. Время от времени к булкам и пряникам присоединялся небольшой сверток, а довольный покупатель платил куда больше стоимости сладостей.

Именно к мальчишке Арт и направился.

— Мне нужны усилители, — сказал прямо.

Рыжеволосый моргнул, и веснушки на его носу вдруг стали ярче. Забавно.

— Господин…

— Они у тебя есть, я знаю. Сколько за три?

Мальчишка явно сомневался, но все-таки ответил:

— Каждый по серебрушке.

Получив деньги, сунул руку в карман, и в ладонь Арта перекочевали три небольшие пилюли неприятного зеленоватого цвета. Но даже его почти нулевая магия позволяла определить: продавец не лжет, это и в самом деле магические усилители. Что ж, на первое время тоже хватит.

Покупки были сделаны, однако Арт не торопился уходить. Он бродил между рядов, прислушиваясь, о чем говорят люди. Впрочем, темы были почти одни и те же: окончание войны, цены, товары.

— А видела, какая королева хорошенькая? — уловил Артур и прислушался.

— Да, только с мужем ей не повезло, — рассмеялась высокая светловолосая девушка в ответ на реплику подруги.

— Почему это? — смутилась та, круглая и румяная, как пышка. — Его величество тоже мужчина красивый.

— И что с того? — Блондинка хитро сверкала глазами. — Кузина моя во дворце работает, говорит, не любит королева мужа. Почти не разговаривает с ним, а как он уходит, так плачет. Да и недаром болтают, что старый-то король не просто так умер, а наследник постарался.

— Скажешь тоже! — недовольно буркнула ее собеседница. — Все люди болеют, даже короли.

Да, даже короли… Арт вздохнул и ускорил шаг, а перед глазами так и стояло личико Тильды и ее лучистые глаза. Принцесса была прекрасна, и там, в Илонде, никогда не плакала. Наоборот, почти всегда улыбалась. Почему отец решился отдать единственную дочь врагу, несложно понять: наследник у него есть, а войну надо было как-то заканчивать. И почему бы не скрепить договоренности браком?

Артур помнил и последнюю встречу с Тильдой незадолго до ее отъезда. Она тогда прогуливалась по парку, касалась пальцами лепестков розовых цветов, будто прощалась с ними, а Арт задыхался во дворце, поэтому тоже ненадолго вышел в сад. Странно, но в тот раз с принцессой не было ее сопровождения. Видимо, она захотела побыть одна и сбежала из-под присмотра. И парк был пустым, непривычно тихим, сонным.

— Лейран! — Тильда заметила его первой. Там, в Илонде, его звали Лейраном. — Вы здесь один?

— Его высочество Теодор играет в карты, ваше высочество, — ответил Арт. — Я ему пока без надобности. Но вы, я погляжу, тоже гуляете в одиночестве.

— Да, — ответила принцесса, поправляя русый локон. — Я скоро выхожу замуж за принца Ференца из Лиммера. Вы, наверное, слышали об этом?

— Слышал, ваше высочество. — Арт склонил голову. Будь тогда его воля, он схватил бы Тильду и увез на край света, чтобы никто не нашел, никто не отобрал. Но у него был долг перед родиной — как и у нее. Единственный шанс завершить войну. Арт хотел бы сказать, что Ференц неплохой человек, пусть и заносчивый. А Лиммер так же красив, как и Илонд, даже красивее. Но откуда это было знать сыну илондского дворянина? Вот Арт и молчал, а Тильда прятала взгляд. Он сходил от нее с ума. Она делала вид, что не замечает. Все просто…

Артур ускорил шаг, и вскоре торговая площадь осталась за спиной. Теперь его путь лежал в другой район, который, впрочем, тоже находился не так уж далеко. Куратор Бойлз когда-то жил на улице Пяти королевств. Да, за это время он мог сменить адрес, а то и вовсе погибнуть, но хотя бы пройти мимо и посмотреть, что к чему, стоит.

Дом Бойлза находился чуть в глубине, прятался за высоким белым забором. В отличие от жилища самого Арта, здесь было сразу видно: дом жилой. Но кто в нем сейчас обитает? Сам бывший наставник? Его семья? Дальние родственники? Или вообще чужие люди?

Арт расположился на лавочке, повертел в руках пряник, врученный вместе с усилителями, и откусил, чувствуя, как ласкают лицо солнечные лучи. Выпечка оказалась изумительной на вкус. Оставалось надеяться, что и усилители не хуже. Впрочем, он даже не успел доесть, когда открылась белая калиточка, и из дома вышла пара: молодая женщина в светлом платье с белым зонтиком и мужчина, в котором Артур без труда узнал куратора Бойлза. Те прошли мимо, о чем-то переговариваясь и смеясь. Хоть кто-то из людей, которых Арт когда-то считал близкими, счастлив…

Когда Бойлз и его, скорее всего, супруга скрылись за поворотом, Артур тоже поднялся и пошел прочь. Он шел небыстро, наблюдая за тем, что происходит вокруг, и по-прежнему не находя ничего подозрительного.

В трактире тоже обошлось без сюрпризов. Наскоро пообедав, Артур отправился разбирать свои покупки. Прежде всего, нужно было установить защиту. Он достал из свертка лески, натянул у окна, над дверью, а затем раскусил магический усилитель. Он был горьким настолько, что Арт едва не закашлялся, однако его искра силы мгновенно превратилась в пламя, белый свет хлынул с ладоней, и лески на миг засияли. Затем Артур повесил на них колокольчики так, чтобы нельзя было открыть дверь или окно, не вызвав звона. А с помощью оставшейся магии нарисовал на стенах силой защитные символы. Они вспыхнули и погасли, но теперь Арт знал: он под надежной защитой. Чтобы сразу ее снять, гостям придется постараться, и он успеет подготовиться.

Казалось, что время летело, будто на крыльях: не успел оглянуться, а уже ночь. Когда в двери постучал Петер, комната напоминала Артуру укрепленный бастион, но посторонний наблюдатель ничего бы не заметил. Вот и Петер не обратил внимания на едва слышный звон колокольчика.

— Поужинаешь со стариком? — позвал он.

— Да, конечно, — ответил Арт, помня, что уже завтра Петер уедет. А значит, их сегодняшняя встреча может оказаться последней.

Они спустились в общий зал, многолюдный в эту пору. Петер сразу направился к тому столику, который Артур облюбовал накануне. К счастью, он был свободен. А еще отсюда было видно входную дверь, да и зал хорошо обозревался. Именно то, что нужно.

— Я уеду на рассвете, — сказал Петер, пока Мила накрывала на стол. — Поэтому решил попрощаться сегодня.

— Что ж, счастливого пути, — пожелал его собеседник, чувствуя глухую тоску. Вроде бы и не друзья, и знакомы всего пару дней, а казалось, будто уезжает близкий человек.

— Спасибо, — улыбнулся Петер. — Ты так и не решил составить мне компанию? Дом у меня большой, да и после войны свободных в деревне много, с обустройством помогу.

— Нет, у меня пока дела в столице, — ответил Артур. — Но я буду иметь в виду.

— Не приедешь, значит, — вздохнул старик. — Ладно, как знаешь, парень. Уговаривать не стану, сам способен решить.

Мила поставила перед ними тарелки с тушеной капустой и свиными ребрами. Арт попросил воды, Петер — пива. Подавальщица так и крутилась вокруг Артура, но посетителей было много, и вскоре она поспешила выполнять следующий заказ.

— От кого ты бежишь? — спросил Петер. — Видно ведь, что не находишь себе места.

Арт невесело усмехнулся. Значит, теряет хватку, раз это стало заметно.

— Я не бегу, — сказал он. — Скорее, наоборот. Накопились вопросы, которые требуют решения. И пока не разберусь с ними, останусь в столице, а потом… Потом и сам не знаю.

Артур надолго замолчал. Когда он ехал домой, представлял, чем займется после возвращения. И казалось, что впереди светлые дни. Можно будет увидеть родных, создать семью, вернуться на службу. Все мираж… Мечты, у которых не было шанса исполниться. Но людям свойственно мечтать, иначе зачем тогда жить?

— О-хо-хо, — вздохнул Петер. — Не хмурься, парень. Не все так скверно, а?

— Наверное. — Артур пожал плечами. — Пока не разобрался. Но не будем о грустном. Лучше расскажи, какие подарки везешь близким.

Говорить Петеру «ты» все еще было непривычно. А вот старик сразу начал считать его другом. Он принялся описывать подарки родным и покупки на свадьбу внучке, рассказывал, какая она умница и красавица. Арт слушал, слушал, слушал… И поймал себя на том, что улыбается. Жаль, что Петеру пора домой. С другой стороны, радостно, что у него этот самый дом есть. Арт же ощущал себя рыбой, выброшенной на берег: чужой мир, а стихии, необходимой для жизни, нет. Но знал: это временно. Разберется! Найдет ответы, расставит точки, и потом… Потом можно и в деревню. Подальше от войны и политики.

Они засиделись допоздна. Зал трактира постепенно пустел, Мила уже поглядывала на них не завлекательно, а устало: мол, что вам не спится? Шли бы уже!

— Ладно, тебе завтра рано в путь, — сказал Артур, первым поднимаясь из-за стола. — Надеюсь, что обратная дорога пройдет счастливо, и никакие разбойники не станут помехой.

— А я надеюсь: ты найдешь то, что ищешь, — ответил Петер. — Чем бы это ни было. Удачи, Арт!

— И тебе удачи.

Мужчины пожали друг другу руки, и Арт пошел наверх, в свою квартирку. На ручку двери была наброшена тонкая, как паутинка, нить: не знаешь, что она есть, и не заметишь. Раз ее не потревожили, значит, никто посторонний в двери не входил. Щелкнул замок, и Арт вошел в свое новое жилище.

Он умылся, хотел было лечь спать, но усталости не было, поэтому Арт сел у окна и смотрел на огни ночного города. Они то загорались, то гасли. Сотни светлячков, за каждым из которых — своя история, своя судьба.

Но вот за окном промелькнула уже знакомая тень. Девушка снова скрылась в соседней квартирке. Странный метод попадать домой! Поначалу Арт хотел спросить у хозяина трактира, кто же его загадочная соседка, но потом решил, что быстрее узнает сам. Главное, чтобы девчонку не приставили за ним следить. Мало ли…

Пойти и постучать в двери? Хороший вариант, но вряд ли откроют. Забраться через окно? Можно получить заклинание или пулю между глаз. И то, и другое — малоприятно и смертельно, однако Арт все-таки решился. Положил в карман штанов магический усилитель, если вдруг придется отбивать чужую атаку, распахнул окно и скользнул на подоконник.

Удобно. Неудивительно, что девушка раз за разом возвращается домой именно так. Арт прошел по достаточно широкому подоконнику, без особого труда перебрался на соседний и вежливо постучал в окно. Ему, ожидаемо, не ответили, однако вламываться и вовсе без разрешения — дурной тон. Арт постучал еще раз, а затем оконная створка едва не сшибла его вниз, распахнувшись.

— Вы кто такой? — зашипел женский голос из темноты.

— Сосед, — ответил Донтон. — Решил познакомиться поближе.

— Для этого есть дверь!

— Для вас тоже, но раз уж вы используете окно, зачем мне поступать иначе?

Девушка, видимо, отступила — послышался шорох, и Арт скользнул в комнату, готовый к чему угодно. Даже к тому, что ему в горло уткнется острие ножа, как это и случилось, а девушка приказала:

— Говори!

ГЛАВА 5

Не самое приятное знакомство — когда сталь холодит шею, а ты еще не решил, выбить нож из рук девицы или же подождать, что она будет делать дальше. Артур решил подождать, лишь сильнее сжал в кармане магический усилитель. Просто уклониться не успеет, придется бить силой, если дама настроена не слишком миролюбиво. Арт даже на мгновение почувствовал себя юным студентом, забравшимся в окно любимой девушки. Только, увы, юность закончилась с началом войны, а любимая девушка вышла замуж за другого.

— Кто ты такой? — потребовала незнакомка. Нетерпеливая…

— Меня зовут Артур, — представился незваный гость. — Убери нож, побеседуем.

— Еще чего!

— Я могу легко выбить его у тебя из рук, но мы не враги. Убери сама.

Девушка посомневалась еще мгновение и послушалась. Нож исчез. Артур медленно обернулся, чтобы не спугнуть девицу. Она оказалась прехорошенькой: черные волосы, темные глаза — кажется, карие, в полумраке не разберешь. Одета хозяйка квартирки была в черную блузу и такие же штаны. Да, точно не на свидание ходила.

— Зачем ты забрался в мою комнату? — уже спокойнее спросила она, осознав, что нападать гость не собирается.

— Как тебя зовут? — прозвучал вопрос на вопрос.

— Нэтти, — ответила та. — Теперь, может, ответишь ты? Соседняя квартирка пустовала.

— До вчерашнего дня. — Арт решил притвориться эдаким простачком, которого заинтриговала привлекательная девушка. — Я заселился вчера и увидел, как ты добираешься домой. Сначала хотел не вмешиваться, но сегодня ты промелькнула мимо окон снова, и мне стало любопытно. Пожелал познакомиться поближе.

— Для этого есть день и дверь, — фыркнула Нэтти.

— Думаю, ты вряд ли обрадовалась бы гостям. — Артур развел руками. — Почему такой странный способ возвращаться домой?

— Это тебя не касается, — резко сказала брюнетка.

— Но любопытно жуть.

— Любопытные долго не живут, — отчеканила Нэтти. — Давай договоримся, Артур. На этом наше знакомство будем считать завершенным. Не вмешивайся, и никто не станет лезть в твою жизнь.

— Прозвучало как угроза. — Артур покачал головой.

— Это она и была. А теперь уходи так, как пришел. Нечего портить мою репутацию. И если решишь рассказать, как я ночами забираюсь в окна, я сделаю то же самое. Нажалуюсь трактирщику, что ты ко мне приставал, залез в мою спальню и…

— Пытался соблазнить? — подсказал Арт, уже смеясь. Нет, Нэтти не опасна, но тайн у нее точно хватает.

— Именно! — серьезно проговорила та. — А живу я здесь куда дольше тебя. И тебе никто не поверит, а вот мне — запросто. Хочешь лишиться крыши над головой?

— Нет, — искренне ответил Артур.

— Тогда и не мешайся под ногами.

— До встречи, Нэтти, — шутовски поклонился он, ловко выбрался в окно и опустился на пол уже в своей комнате. Створку за собой запер, поправил заговоренный колокольчик, кивнул своим мыслям. А они были очень даже примечательными!

Во-первых, ему очень хотелось взглянуть, как выглядит Нэтти в обычной жизни. Во-вторых, Арт понял, что тайн у девушки хватает, и она права — лучше не совать в них нос. Тем более, у него и так забот полон рот. А в-третьих, Артур был уверен: они все равно столкнутся снова. Однако Нэтти просила оставить ее в покое, и он не собирался опять ей мешать и вторгаться в ее личное пространство. Не по-мужски, да и лишнее любопытство — не самая лучшая черта, которая действительно может принести неприятности.

На этом Арт посчитал вопрос с Нэтти исчерпанным. Он разделся и лег, прокручивая в голове события минувшего дня. Дальнейший план пока казался мутным. Ему надо было поговорить с куратором. Просто прийти к нему домой не выйдет. Лучше подстеречь на улице. Тот может рассказать больше, чем Аннет, потому что дружил с капитаном Серренсом, они даже вроде бы вместе учились в военной академии, только один решил продолжить карьеру, а второй остался преподавать, выбрав мирную жизнь. Значит, предстоит еще один визит к домику за белым забором.

Утром Арт захватил купленный накануне плащ с капюшоном, надежно скрывая свое лицо от чужих глаз. Не было уверенности, что поговорить с куратором получится именно сегодня. Может, он и вовсе никуда не пойдет? Или поедет в экипаже? Или снова будет не один? Много вариантов, каждый из которых мог помешать планам Артура. При этом надо задержаться у дома Бойлза так, чтобы никто посторонний не обратил на него внимания. Остаться незаметным на виду.

Арт медленно прошел мимо белого забора, присел на скамейку, наблюдая за калиткой. Нет, никого. И долго сидеть — только привлекать к себе внимание. А явиться к Бойлзу напрямую нельзя. Легче уйти с открытого места, чем из чужого дома. Артур уже собирался немного прогуляться, чтобы потом снова вернуться к куратору, когда калитка открылась, и тот вышел. Один!

Бойлз свернул направо и прошел мимо Арта, не одарив даже взглядом. Мало ли прохожих в это утро? А Артур осторожно двинулся за ним, прикидывая, где будет проще организовать их разговор. Может, у реки? Или…

Куратор скрылся за поворотом, Арт шмыгнул за ним и увидел, что улица пуста. Куда он делся? Вошел в здание?

— Что тебе нужно? — раздался голос у него за спиной.

Артур медленно обернулся, давая понять, что дурных намерений у него нет.

— Здравствуйте, куратор Бойлз, — сказал он спокойно и снял капюшон.

Куратор смотрел на него во все глаза, будто перед ним очутился покойник. Арт едва удержался, чтобы не рассмеяться. Он знал, насколько изменился. А вот сам Бойлз остался таким же, разве что прибавилось седины в темных волосах, несмотря на то что куратору было около сорока.

— Артур Донтон? — недоверчиво произнес Бойлз.

— Он самый. — Арт кивнул. — Рад видеть вас в добром здравии. Как я понимаю, из наших профессоров немногие могут этим похвастаться.

— Увы, — вздохнул тот. — Может, зайдешь в гости?

— Не стоит. — Донтон покачал головой. — Давайте пройдемся к реке, побеседуем. Там в этот час не так многолюдно.

— Вижу, я хорошо вас учил, — Бойлз доброжелательно прищурился. — Идемте, Артур. Я не против.

И повернул в сторону реки. Арт пошел за ним. Вскоре впереди показалась узкая лента зеленоватой воды, вдоль которой были разбиты скверы, уютные зоны отдыха, стояли скамейки в тени ветвистых деревьев — их сейчас только начинала покрывать листва.

— Присядем? — Бойлз указал на скамью чуть в стороне от оживленной набережной.

— Да.

Арт не знал, с чего начать. Слишком много вопросов накопилось в голове. И каждый казался первостепенно важным, но в то же время — пустым.

— Когда вы вернулись? — спросил куратор.

— Позавчера, — ответил Арт. Он не определил еще, насколько можно доверять собеседнику, и все же только он мог хоть что-то прояснить в том хаосе, который творился вокруг.

— Обосновались дома?

— Нет.

— Правильно. — Бойлз выглядел довольным его ответами, словно все еще был наставником, а Арт — студентом, который должен был выдержать сложный экзамен. — Ваш дом сейчас не самое безопасное место. Признаться честно, я был уверен, вы сложили голову в Илонде.

— У меня были все шансы, когда из Лиммера перестали поступать указания, — откликнулся Артур.

— Их больше некому было отправлять. Серренса казнили, затем умер король.

— А меня объявили преступником.

— Так вы знаете… — Бойлз отвел взгляд. — Да. Под вас начали копать, и нам пришлось пойти на крайние меры. Если бы в Илонде что-то выяснилось о вашей настоящей личности, можно было сказать, что вам давно уже не по пути с Лиммером. Пусть и небольшой шанс на жизнь, но лучше, чем никакого.

— Я об этом не знал. Никто не удосужился сообщить…

— Мне неизвестны подробности, Арт. Серренс мало что говорил, а ведь этой операцией занимался он.

— Но его убили, а меня не отозвали.

— Как я и сказал, видимо, было некому. Или же не сразу решили, как с вами быть. Сейчас не осталось никого, кто знал бы больше. Возможно, только его величество Ференц. Он ведь теперь владеет всеми архивами отца.

— Предлагаете спросить у короля? — усмехнулся Донтон.

— У вас не выйдет, Артур. Его величество не сильно жалует старых товарищей. Я бы даже сказал, не жалует совсем. В академии почти не осталось тех, кто преподавал во времена вашей учебы.

— А ректор? Ректор жив?

— Да, но он давно уехал. Не смог смотреть, как уничтожают его детище. И договориться с его величеством не удалось. Теперь в академии заправляет Лорренз, вы должны его помнить, он был куратором первокурсников, когда началась война.

— Помню, — откликнулся Арт. — Курсанты его не любили.

— Курсанты мало кого любят, — хмыкнул Бойлз.

— Неправда, к вам мы всегда относились с уважением. Да и вы заботились о нас. Только почти никого не осталось…

— Да, мальчики полегли в Илонде. Двоих казнили здесь, в Лиммере. Тоже обвинили в измене, но я так в это и не поверил. Но разве кому-то докажешь?

— Ференц подписал приказ?

— Нет, еще его отец, но Фран уже тогда перенял большую часть его обязанностей. Король болел, и, признаться честно, я верю, что он умер сам по себе, пусть все и говорили, что это Ференц от него избавился.

— Зачем?

— Не сошлись во взглядах на войну. Вроде бы отец хотел ее продолжать, а сын — заключить мир. Впрочем, мир Фран и так заключил. Правда, когда я видел его супругу-королеву на государственном празднике, мне показалось, что она с удовольствием подсыплет ему яд в бокал.

— Все настолько плохо?

— Поговаривают, что да. Ходят слухи, что его величество не появляется в покоях супруги. А когда они видятся, все заканчивается ссорой. Опять-таки, я далек от придворной жизни, Арти. Слухи, слухи… Однако передают их люди, которых я хорошо знаю. Видимо, юной Тильде не понравилась идея стать гарантом мира. А ведь изначально на ней хотел жениться король Витольд.

— Отец Ференца был стар, — удивился Арт. – И к тому же женат!

— Видимо, он так не считал, — рассмеялся Бойлз. — Так что королева не понимает своего счастья. Ференц не худший вариант, хотя язва еще та.

Артур улыбнулся. Надо же! Преподаватели тоже называли Франа язвой. Видимо, у курсантов перехватили. Впрочем, разве не в точку?

— Говорят, он арестовал принца Александра, — вспомнил Артур.

— Скорее, обеспечил ему дополнительный присмотр, — ответил куратор. — У принца Александра серьезная поддержка среди простого народа. Поэтому переворот — дело времени, многие об этом толкуют. Аристократия готова обеспечить мятежному принцу место на престоле, а Фран не идет им на уступки. Кому нужен король, с которым не договоришься?

— Плохо дело.

— Глупо. — Бойлз пожал плечами. — Мы-то с тобой знаем, что Фран упрямец, но не глупец. Голова у него варит как надо. Да, он местами перегибает палку, но это не делает его плохим правителем.

— Тем не менее, вы больше не работаете в академии, — Арт пришел к своим выводам.

— Да. А что поделаешь? Зато моя совесть чиста, а душа болит только о тех, кто из ее стен ушел на верную смерть. И я рад, что ты не пополнил их число. Хочешь совет? Уезжай, Арт. Справедливость хороша, пока ты жив. Не станет тебя, и она тоже никому не понадобится.

— Я только это и слышу уже два дня, — усмехнулся Артур. — Вот только мне не нужны советы, куратор Бойлз. Мне нужна правда. Я желаю знать, почему моя матушка умерла с клеймом матери изменника родины. И зачем я шесть лет провел в Илонде, так и не узнав: дороги домой больше нет.

Бойлз покачал головой. Он казался мрачным и задумчивым. Арт тоже размышлял о своем, пытался найти пути, но пока представить не мог, к кому еще пойти, с кем поговорить. Мысль явиться в королевский дворец посещала его все чаще. Останавливало то, что оттуда он может отправиться прямиком на плаху.

— Что ж, рад был вас видеть, — сказал Арт бывшему наставнику.

— А я счастлив, что ты жив и здоров, — ответил тот. — Если понадобится помощь, приходи. Только будь осторожен, меня ведь тоже не считают особо благонадежным.