Академия драконов. Вирум

Оля Лэй

Академия драконов. Вирум

Глава 1

Адриан Белградов

Отец был уже на подлёте, когда мы с Кэсси прошли в тронный зал. Дракхары из королевской гвардии – они прилетели первыми – замерли у входа, словно ожидали побега новоиспечённой дракайны или готовились защищать меня. Меня, ледяного дракона, которого… что? Обидит первокурсница? Я бросил взгляд на плотно закрытые створки и посмотрел на Кассандру. Она крепко сцепила пальцы и старалась сохранять самообладание. Я чувствовал, как волнами накатывала её тревога.

– Кассандра, не бойся, – я шагнул к ней. – Всё будет хорошо.

Она издала нервный смешок.

– Я больше волнуюсь, чем боюсь, хотя и это тоже, – подрагивающим голосом отозвалась Кэсси. – Просто… непривычно это всё.

Она обвела рукой расписные двери, оконные рамы и мебель.

– Понимаю, – я посмотрел на трон, обтянутый тёмно-синим бархатом.

Хотел добавить, что обернувшийся впервые за шестьсот лет красный дракон – серьёзный повод. И размах этой встречи должен соответствовать размаху самого события, но двери распахнулись, и мы оба повернулись ко входу.

– Верховный правитель Единого королевства, Его Величество Демид Милосердный из рода Белградовых, – объявил менажер.

Я увидел, как вздрогнула Кэсси. Потом перевёл взгляд на вошедшего в зал отца. Он шагнул к нам – высокий, прямой, в тёмно-сером костюме, поверх которого тяжёлой волной струилась королевская мантия с отделкой из лоснящегося меха.

– Приветствую вас, дети мои, – он широко развёл руки.

Губы его растянулись в улыбке, но глаза оставались внимательными, изучающими. Так смотрит правитель, привыкший оценивать каждого, кто стоит перед ним, каким бы радушным он ни казался.

– Ваше Величество, – не поднимая головы, пискнула Кассандра и присела в реверансе.

– Отец, – почтительно склонился я.

Кэсси отмерла, выпрямилась и подняла взгляд. Её грудь часто вздымалась, лицо побледнело, отчего веснушки проступили особенно ярко. Моему дракону совсем не нравилось, что красная, почему-то имеющая для него такое большое значение, нервничает и боится. Хотелось броситься и защитить её. Укрыть от любой опасности, как тогда, в новогоднюю ночь, когда она провалилась под лёд. Но защищать от отца казалось странным и глупым.

– Адриан поведал о великой радости, что снизошла на вас, уна Мартин!

– Я… я не знаю, как это получилось. Я просто упала и…

– О причинах чуть позже, – покачал головой отец. – В первую очередь, я хочу вас поздравить. Это прекрасное и знаменательное событие, которое войдёт в историю! И я поздравляю вас с ним. Всех нас поздравляю!

Он хлопнул в ладоши, посмотрев на меня. Я сдержанно улыбнулся. Кэсси же уставилась на протянутую руку отца.

– Путь до Академии неблизкий. Присядем? Расскажете о том, как всё случилось.

Кассандра вложила дрожащие пальцы в раскрытую ладонь короля и бросила на меня короткий взгляд. Потом села в кресло, стоящее напротив трона. Я же занял место по правую руку от отца и продолжил внимательно наблюдать за Кэсси.

– С чего начать? – её голос дрогнул.

– Где вы родились? – отец провёл пальцами по тёмно-синей обивке.

Кэсси явно не ожидала этого вопроса. Я тоже. Думал, отец сразу решит обсудить обращение.

– Мои родители из Ассалина1[1], но они решили, что это слишком шумный и суетливый город для того, чтобы растить ребёнка. Так что, когда мама забеременела, они переехали в Миван, и я появилась на свет там, Ваше Величество.

– И кто ваши родители?

– Папа – рубер, именно его кровь я унаследовала, а мама… мама – человек.

Последнее слово она произнесла едва слышно и опустила взгляд на свои руки.

– Смешанные браки – не редкость, не стоит стесняться этого, – подбодрил её отец. Кэсси коротко улыбнулась. – Расскажите о вашем детстве. Как росли, чем занимались? Не замечали ли каких-то… странностей? – король чуть прищурился.

– Н-нет, – покачала она головой и снова глянула на меня. – Я была обычным ребёнком. Ходила в школу, каталась на коньках, играла с подругами. В общем, жила просто. Училась хорошо и, благодаря стипендии и вашему закону о половинной крови, смогла поступить в Академию.

– Обращаться пробовали?

– Конечно, – чуть расслабилась Кэсси. – Наверное, как и все дети-руберы. Летом – каждый день и не по разу, в остальное время тоже иногда пробовала. С возрастом пыталась всё реже.

– Почему?

– Ну… уже не особо верила.

Отец понимающе кивнул.

– Огонь вас обжигает? – задумчиво протянул он.

Кассандра отчего-то дёрнулась, и я отчётливо ощутил, как ускорилось её сердцебиение. Словно она собиралась… соврать? Я был уверен, что ледяной отца тоже это почувствовал. Покосился на него. Дракон внутри меня недовольно зарычал, чуя вновь всколыхнувшийся страх Кэсси.

– Всегда. Почти… – выдохнула она, снова опустив взгляд. Король молчал, ожидая продолжения. – Было несколько случаев, когда следов от ожога не оставалось, хотя должны были. Но мне казалось, что это вполне нормально для потомка рубера.

– Да, невосприимчивость к огню встречается, – отец потёр бороду. – После обращения, огня вы не касались, я правильно понимаю?

Кэсси кивнула.

– Красную дракайну видел только ты? – острый взгляд ледяных глаз перешёл на меня.

– Да, отец.

Он снова посмотрел на Кассандру.

– Обернитесь.

– Что? – растерялась Кэсси.

– Призовите свою дракайну, – в голосе отца не было злобы или нетерпения, зато в полной мере ощущался приказ.

Повисла вязкая тишина.

– Ваше Величество, я… я не уверена, что смогу. Я делала это всего дважды: в первый раз сама не поняла, как, а во второй…

– Пробуйте, – не отрывая взгляда от Кассандры, настойчиво повторил король.

– Отец, не думаю, что… – начал было я, ощущая жжение на груди, но он прервал меня, подняв ладонь.

– Я должен увидеть воочию. И Адриан, – он хмуро посмотрел на меня. – Усмири Архарона! Или новогоднего обращения тебе недостаточно?

Я быстро отвёл взгляд и сосредоточился на своей второй ипостаси, рвущейся наружу с удвоенной силой. Иногда мне приходилось проделывать это по несколько раз в день. Раньше. Но чем старше я становился, тем больше росла моя воля, и дракон меня слушал. А сейчас я снова никак не мог сосредоточиться, словно не проделывал этого уже тысячу раз.

Я думал о Кассандре. О её дракайне. Смотрел, как она медленно встаёт, отходит подальше, останавливается в центре зала и закрывает глаза. Я чувствовал, как она проходит алгоритм, испытывал разом множество эмоций. И не хотел обрывать их, как делал до этого, не хотел останавливаться. Почему-то сейчас эти ощущения казались правильными и нужными. Даже Архарон внутри замер.

Кэсси вздрогнула и открыла глаза. Огляделась. До меня донеслась смесь недоумения и паники от её дракайны, которая так и не появилась. Помедлив пару секунд, Кассандра сделала несмелый шаг к небольшой чаше с огнём, что стояла у стены. Едва заметные язычки пламени колыхнулись от её близости и мягко лизнули пальцы. Она снова закрыла глаза, глубоко вздохнула. И через мгновение перед нами предстала красная дракайна. Опираясь на мощные лапы, огненная продвинулась вперёд, моргнула и вертикальный зрачок сузился, поймав мой взгляд.

– Невероятно, – медленная улыбка расцветала на лице отца, он приподнялся. – Единый бог, это же… рубер!

Он встал и не спеша, чтобы не напугать Кэсси, спустился с возвышения, на котором стоял трон. Я остался на месте, хотя инстинкты кричали о потребности быть рядом с Кассандрой. Архарон бесновался, причиняя боль, и я скривился. Но от стоящего передо мной чуда взгляда не отвёл.

Кэсси выглядела растерянной и смущённой даже в этой ипостаси. Она беспокойно принюхивалась, водила головой туда-сюда. Золотые узоры на красной коже поблёскивали в дневном свете.

Отец обошёл дракайну дважды, после чего остановился перед ней. Он был высоким, да и Кассандра не самых больших размеров, но дракон есть дракон. Так что королю пришлось задрать голову, а красной – её наклонить.

– Ты меня понимаешь?

Зрачки в светло-карих глазах расширились и снова сузились. Кэсси фыркнула.

– Полагаю, это значит, да. Очень хорошо, – он протянул руку. – Позволишь?

Карие глазищи уставились на меня, потом вновь на короля. Характерный фырк повторился. Отец аккуратно коснулся гладкого бока, отчего дракайна вздрогнула и дёрнулась, словно хотела отодвинуться. Но осталась на месте.

– Можешь пустить огонь?

Дракайна неопределённо мотнула головой.

– Ясно, ты не знаешь. Очень хорошо, – повторил отец. На его лице по-прежнему играла улыбка, но глаза оставались серьёзными и внимательными. Впрочем, как и всегда. – Вернись в человеческое обличье.

Архарон зарычал, и с моих губ сорвался резкий выдох от острой боли. Он хотел, чтобы Кэсси оставалась дракайной. Я сжал зубы и вцепился в подлокотники. За последние десять лет и не припомню, когда мне так сложно было бы совладать с ледяным драконом внутри. Но я должен успокоиться. Мне нужно успокоиться. Потому что Кассандра застряла в теле огненной, и теперь с мольбой смотрела на меня.

– Всё хорошо. Расслабься и позови себя, – произнёс я ровным голосом, не разрывая зрительного контакта.

А кожей ощутил заинтересованный взгляд отца, которым он одарил меня, поняв, что Кэсси не может вернуться и просит моей помощи.

Миг – и вместо дракайны посреди тронного зала стояла хрупкая и маленькая девушка. Я встал и шагнул к ней.

– Это удивительно и невероятно! – хлопнул в ладоши отец. – Уна Мартин, вы понимаете, что своим обращением изменили историю?

– Я… я пока ничего такого не сделала, но… да, наверное, – тихо проговорила Кэсси.

– Единый бог жизни наградил нас возможностью обращения. Этот дар – наивысший подарок небес. Но вы… вы уникальны.

Кассандра робко улыбнулась.

– Я постараюсь быть достойной этой чести, Ваше Величество.

– Конечно! – развёл руки в стороны отец. – И Адриан поможет вам в этом.

– Что?

Кэсси перевела взгляд на меня, потом снова на отца.

– Все студенты Академии мечтают попасть в резиденцию в новогоднюю ночь. Но вряд ли кто-либо из них смел мечтать о большем. Остаться здесь на все зимние праздники, – пояснил король, заметив её непонимающий взгляд. – А вам, уна Мартин, выпала такая возможность, благодаря… непостижимым планам Единого. Для всех – вы проводите каникулы с моим сыном. Большего знать никому не нужно. Пока что. Вы же понимаете? Ни слова, Кассандра.

– Даже родителям? – глаза Кэсси стали круглыми, дыхание участилось.

– Даже им.

Она сжала пальцами ткань платья.

– Но, Ваше Величество, почему? – осмелилась Кассандра.

– Это небезопасно: мы не можем предугадать реакцию, да и контролировать столь… невероятную новость сложно.

– Но… – вновь попыталась Кэсси.

– Так нужно. И лучше для всех, – припечатал король, пресекая дальнейшие споры и вопросы.

Я нахмурился. Судя по вспыхнувшим алым цветом щекам и блеску в карих глазах, Кассандре это не понравилось. Да и мне не до конца было ясно решение отца. Но даже если она и хотела возмутиться, что мой ледяной дракон поддерживал через одобрительные порыкивания, такой возможности у неё не осталось: отец дал отмашку, и его личная стража открыла двери. Дракхары шагнули к Кэсси, готовые сопроводить.

– Можете устраиваться, уна Мартин. Мы с Адрианом обсудим кое-какие вопросы, а после – он всё вам объяснит.

Я хмурился всё больше. Выпускать растерянную и сердитую Кэсси из виду не хотелось, Архарон недовольно заворчал, рыкнул, но я лишь кивнул ей, показывая, что всё хорошо. Какие бы сомнения меня не одолевали, я уверен – отец знает, что делает. Для любого его действия всегда есть объяснение. Что ж, надеюсь сейчас он мне его даст. Но почему-то я был уверен, что объяснение мне не понравится.

Глава 2

Кассандра Мартин

Я шагала вслед за провожатыми и терялась в ощущениях. Во мне смешались удивление, восторг, смущение, сомнения, злость от непонимания и тонкая ниточка радости. Я остаюсь на каникулы с Адрианом? Почему-то стоило вспомнить его лицо, спокойный голос и внимательный взгляд, как сердце пропускало удар, а мысли путались. И всё же, я не понимала, почему должна молчать о своём обращении! Быть запертой птицей, или правильнее будет сказать – дракайной, в золотой королевской клетке, скрывать правду даже от самых близких для меня людей. Красная бунтовала сильнее, и я поняла, что её вспыльчивость усиливает мои эмоции сторицей.

Мы остановились у двойных дверей на третьем этаже. Совсем не там, где я пришла в себя. Похоже, та комната требует ремонта…

Стража распахнула створки, и я оказалась в огромных покоях. Разместили меня прямо… по-королевски. Широченная кровать была устлана стёганым покрывалом с оборками, прозрачный балдахин стекал невесомым водопадом, усыпанным блёстками, которые мягко переливались в дневном свете. Дамский столик стоял у выхода на террасу. Почему-то подумала, что дверь заперли, на случай, если я решу полетать с балкона. Подошла, повернула ручку, и та легко поддалась.

Хм. Не такая уж и клетка, получается.

Вдохнув свежий до остроты воздух, я вернулась в спальню. Подошла к углублению напротив кровати – гардеробная, пустая и гулкая, встретила меня запахом лаванды и старого дерева. Лишь в дальнем углу одиноко висело моё бальное платье, а на полочке лежали автофон и маленький кошелёк в форме кленового листа – потёртый, но всё ещё изящный, с бронзовой застёжкой. Надо же. Адриан не забыл про мои вещи, которые я оставила в гостевом домике. За дверью справа оказалась личная умывальная с сияющей мраморной чашей для купания. Красиво, роскошно и… холодно. Несмотря на постоянный жар, что горел в моём теле и защищал даже от уличного мороза, в этой обезличенной и чужой комнате, я чувствовала себя неуютно. Не зная, чем занять себя, я села на кровать. Вернее, влезла, потому что та оказалась выше, чем выглядела на первый взгляд. Поправив задравшийся угол покрывала с серебряными кисточками, я вздохнула.

Король назвал моё обращение чудом и благословением Единого бога жизни. Он прав, – я ощущала в себе жар волшебного драконьего огня, а губы сами собой расплывались в улыбке, когда вспоминала, как разглядывала своё отражение. И всё же… Легко обращаться пока не получалось. Да и возвращаться тоже. Вдруг, моя дракайна упряма и не захочет отдавать контроль? Хотя, даже находясь в её теле, я не чувствовала вытеснения. Нет, я всё та же Кэсси, только вешу раз в десять больше.

При воспоминании о тронном зале внутри неприятно кольнуло. Там, под пристальным взглядом короля мне стало страшно. Что, если бы у меня не получилось обернуться? Вдруг это была лишь счастливая случайность, и больше я не была способна призвать огненную? Тогда оказалось бы, что король прилетел напрасно. Я передёрнула плечами, вспоминая момент, когда первый призыв дракайны остался без ответа. Я ощущала внутри вторую ипостась, но алгоритм не сработал: мне не хватало огня, отчаянно тянуло к нему. Стоило пальцам коснуться оранжевого пламени, как внутри поднялся жгучий, распирающий нутро жар и, открыв глаза, я поняла, что справилась. Наверное, всё дело в нервах. Разговор с королём взволновал меня так, что сначала дракайна готова была вырваться наружу, и я едва сдержала её. Зато после – словно льдом сковало. Хорошо, что огонь помог.

Я не обманывалась. Улыбка и добрые слова короля не скрывали требовательного и острого взгляда. Демид Белградов был вежлив, непривычно эмоционален, особенно на контрасте с Адрианом, но выглядел более, чем внушительно. Ещё он казался совсем не похожим на ледяного дракона, которым, почти без исключения, свойственно высокомерие. Но что-то мне подсказывало – не стоит воспринимать проявленные им доброту и радушие за слабость. Этот мужчина – верховный правитель Единого королевства. И, если король что-то говорил, я ощущала, что обязана беспрекословно подчиниться.

В дверь коротко постучали.

– Войдите, – я скользнула с кровати на мягкий ковёр и сжала пальцы, поддаваясь иррациональной тревоге.

Створка распахнулась, впуская Адриана. За дверью мелькнула рука дракхара: всё-таки стражу не убрали.

– Ты в порядке? – он остановился в нескольких шагах от меня и посмотрел в глаза.

– Да. Только я по-прежнему волнуюсь и… злюсь. Вернее, это моя дракайна, она довольно вспыльчива.

– Тебе неплохо удаётся контролировать её, – губы Адриана дрогнули, но лицо оставалось бесстрастным.

– И как долго мне нужно это делать?

Он опустил взгляд.

– При мне ты можешь обращаться. При посторонних – нельзя.

– Посторонних? Мои родители и друзья – не посторонние! Это здесь мне все чужие!

Я ощущала, как внутри поднимается буря, обжигая внутренности. Адриан сделал шаг ко мне.

– Кассандра, пойми… – он как-то болезненно скривился, но через секунду продолжил всё тем же ровным голосом. – Нельзя объявить всему миру о твоём обращении поспешно. Нужно всё обдумать и сделать это правильно. Отец объявит, когда мы будем готовы. Когда ты будешь готова.

– Я готова, – стремительно выпалила я.

Возмущение разливалось огненной волной, и я чувствовала, как единодушно соглашается со мной дракайна.

Адриан покачал головой.

– Это не так. Внимание толпы… нервирует. Выводит из себя даже самого хладнокровного человека и самого смирного дракона. А новообращённого – тем более! Пожалуйста, поверь мне.

У меня не было поводов не доверять королю, но и доверять тоже не было! В конце концов, я видела его впервые в жизни! А Адриан… ну, ему верить хотелось. Даже вопреки желанию сообщить родителям и непониманию запрета на это.

– Об этом я не подумала, – пробурчала я себе под нос, осознавая, что и правда не задумывалась о том, как отреагирует моя красная на любопытство жителей королевства. Единый! Да я не знаю даже, как мне самой на это реагировать!

– Я постараюсь, чтобы тебе здесь было хорошо, – тихо произнёс Адриан. – У меня много дел, но в свободное время можем гулять, кататься на коньках. Если ты не сильно против.

– Да я вообще не против! – воскликнула я громче, чем хотела, всё ещё чувствуя запал. – Мне просто непонятно, почему нельзя говорить. Хотя бы родным… Постой. Ты сказал – кататься на коньках? – Я всё ещё кипела, но коньки... коньки были моей слабостью. И едва заметная улыбка Адриана дала понять, что он доволен выбранным способом меня отвлечь. Вот я сейчас… – Ты что же, катаешься? – Внезапное осознание заставило меня моргнуть и переключиться со своего негодования окончательно.

Ну конечно! Он отсматривал нашу программу в Академии не только как наследник, но и как фигурист?!

– Немного. И я понимаю твоё нежелание молчать, но, пожалуйста, прислушайся.

– У меня нет выбора, так? – скептически хмыкнула я.

Адриан приподнял плечо, показывая, что да – выбора нет. Жест показался мне извиняющимся.

– Я доверяю отцу. И прошу довериться тебя. Если не ему, то хотя бы мне.

Я моргнула. И вспомнила, что он вытащил меня из воды. И как смотрел на меня, когда я обратилась в первый раз. И как смотрит… сейчас. Меня бросило в жар. И захотелось сделать это. Довериться. Забыть обо всех поводах для возмущения. Или вообще обо всём! Я приоткрыла рот, но через секунду отвела глаза: отчего-то хотелось сдержать переполнившую меня трепетную радость. Я обняла себя и посмотрела в сторону террасы – той самой, где мы стояли до прилёта короля. Вспомнила наш разговор, напряжённый голос Адриана...

– Но я же тебя раздражаю своими вопросами, разве нет? – В попытке не поддаваться охватившим меня чувствам, я постаралась рассуждать логически.

Потому что боялась. Боялась искренне поверить и порадоваться тому, что Адриан и правда хочет провести со мной каникулы.

– Раздражаешь? С чего ты это взяла?

– Ну, судя по твоей реакции, не трудно догадаться. Когда я задавала тебе вопросы, там, на террасе, мне показалось, что ты раздражён.

– Тебе показалось, – ровно произнёс Адриан.

– Ну конечно, – я иронично фыркнула.

– Я имел ввиду, что раздражала меня не ты и не твои вопросы, а…

Адриан вдруг замолчал. Что он собирался сказать? Что его злило решение отца? Но высказываться против слова короля в присутствии посторонних, будь ты хоть сто раз его наследником, – подрывание авторитета. Адриан так и не договорил, а я не стала вынуждать его делать это.

– И что, теперь меня будут изучать, ставить какие-то опыты или что? – спросила я, заметив, что мой пыл поутих.

– Нет, – выдохнул Адриан.

Его голос дрогнул, и я поняла, что он расслабился, даже почти рассмеялся. Вот это да! Мне удалось рассмешить ледяного принца? Кому расскажи – не поверят! Хотя, кому я теперь что расскажу?

Но возмущение отступило. Я понимала, что ситуация у нас – из ряда вон, так что… К тому же, моя дракайна нуждалась в каере Адриана, и сопротивляться ей оказалось не так-то просто. Поэтому я кивнула и, чуть улыбнувшись, протянула ему руку:

– Мир?

– Мир? – зачем-то переспросил Адриан, непонимающе глядя на мою ладонь.

– Да. У нас в городке так всегда говорят после ссоры. Ну, вроде как ссора – это маленькая война, а примирение – мир. У вас так не говорят?

– Нет. Теперь, наверное, начнут, – он слегка улыбнулся, сжал мои пальцы своими и направился к выходу.

– Адриан, – спохватилась я. – Спасибо, что спас меня. И что помог на экзамене. И что… в общем, за всё спасибо.

Он задержал на мне взгляд, на секунду его пальцы сжались на дверной ручке, и я заметила, как дрогнул уголок его губ. Затем, коротко кивнув, Адриан вышел.

Глава 3

Проснувшись утром, я не сразу сообразила, где нахожусь. Высокие своды, невесомый балдахин, тяжёлое одеяло. Ах да… Я села и обвела взглядом свою новую комнату. Ну, по правде сказать, своей я её пока не считала, но спала хорошо. И крепко. Разговор с Адрианом немного меня успокоил, и я решила, что пока нет смысла паниковать или рваться в Академию. Домой на каникулы я всё равно не собиралась, так что… почему бы не провести их здесь? С Адрианом.

Мысль отозвалась приятной дрожью. Могла ли я подумать хоть даже месяц назад, что буду ночевать в королевской резиденции и проводить время с принцем? А что стану красной дракайной? Я усмехнулась и отправилась в умывальную. Ополоснувшись тёплой водой, я расчесала волосы, собрала их в высокий хвост и уставилась на смятую постель. На завтрак меня должны пригласить или как? Может, мне ещё полежать и подождать? Подумав, я заправила кровать, скинула пижаму и облачилась во вчерашнее платье. Взяла автофон и набрала маму. Но, испугавшись, что услышу её голос и не смогу смолчать, или выдам себя излишней нервозностью, тут же сбросила вызов. Решила написать сообщение. Перечитав текст, в котором коротко объясняю, что у меня всё в порядке, и что я отдыхаю у принца, с которым подружилась во время учёбы, я удовлетворённо кивнула и нажала на круглое изображение дракончика в правом нижнем углу. Надеюсь, родители тоже удовлетворятся таким объяснением. Скорее всего, потом мне придётся рассказать подробнее, но, надеюсь, тогда мне уже можно будет не скрывать причину своих внезапно нарисовавшихся планов на каникулы. Весьма незаурядных, кстати.

Вспомнив о своей дракайне, я снова подошла к зеркалу. Но, сколько бы не всматривалась, не заметила ничего нового. Ничто во мне не выдавало изменений. Всё та же Кэсси. Я приблизилась к отражению почти вплотную и до мельчайших подробностей разглядывала своё лицо. Зрачки на секунду сузились, превратившись в вертикальные, как у дракона. Резко выдохнув, я ахнула:

– Вот это да!

И попробовала снова. Изменить глаза, уши или хоть что-нибудь. Ничего не вышло. Покусав нижнюю губу, я огляделась в поисках огня, но его не было.

Просидев в комнате около часа, я всё-таки рискнула выйти наружу. К моему полнейшему удивлению, охраны за дверью не оказалось. В коридоре вообще было пусто. Ближе к лестнице он расширялся, превращаясь в полукруглую площадку. Сквозь частые перила из белого камня проглядывался витраж на широком окне. Оно начиналось у потолка с фреской и уходило вниз, до холла на первом этаже. Я подошла ближе к краю и залюбовалась расписными узорами. Единый, я даже не подозревала, что бывает столько оттенков синего! Крупные круги и квадраты, небольшие ромбовидные детали и мелкие, словно колотый лёд, стёклышки переливались от бледно-голубого, почти белого, до тёмно-синего, насыщенного цвета.

– Как альдеварис1[2], – прошептала я, рассматривая узоры.

Но от сверкающей красоты становилось больно глазам. Я поморгала и спустилась до следующего пролёта. Хотя он – просторный и шикарно украшенный – больше походил на целую комнату. Кажется, когда искала заклинание обращения, я сюда не забредала. Вспомнив об этой забаве и своей вере в чудо, я улыбнулась. Потому что вместо волшебного заклинания в ту ночь, я волшебным образом нашла умывальную Адриана.