Сердце феникса

Шатилова слегка развезло. С утра ни крошки во рту. С этими бандюками и аппетита в последнее время не было совсем. Завод — его детище. Он его с колен поднимал в своё время, с нуля всё налаживал, и вдруг утырки явились какие-то, чтобы вот так просто взять и отжать задарма.

Мысленно Аркадий Валерьевич показал им кукиш. Он обязательно что-нибудь придумает. И ничего он не сдался, для виду отступил.

— П-понимаю — заикаясь, пролепетал чуть заплетающимся языком Борис Васильевич, подумав, что от Артёма ему влетит по первое число. Он никогда не согласится жениться по не по любви, а по расчёту.

— Ты выпей ещё, выпей. Ведь породнимся скоро — потирая руки, Шатилов наполнил стопки. Настроение его разыгралось. Он сделал ставку на этого паренька и сделает из него свою улучшенную копию.

Если Смолин-младший башковитый, то далеко пойдёт. А он башковитый. Внутреннее чутьё ещё никогда не подводило Аркадия.

Иначе не сидел бы он директором завода сейчас, а продолжал бы в конторе шестёркой бегать, выслуживаясь перед вышестоящими.

От Шатилова спустя сорок минут Борис Васильевич вышел слегка прибалдевшим. И не столько от выпитого, сколько от предстоящих перспектив. Артём обязан согласиться.

***

Надя покормила отца и оставила его одного. Он сам попросил. Рассказ был долгим, утомительным. Почти вся жизнь уместилась в каких-то два часа.

Тяжело было всё это переварить совсем юной девушке, ещё не познавшей толком жизнь, но уже потерявшей близкого человека.

Из всего рассказа отца об Артуре Надя запомнила одно его высказывание. Он любил своего пьющего отца несмотря ни на что.

Даже когда тот руку на них с матерью поднимал. Любил, потому что знал и другую его сторону. Трезвую. А трезвый он мог горы свернуть и многому Артура научил. И если бы не авария на заводе ...

«Горе меняет форму, свой облик, вкус и ощущения. Но оно никуда не уходит. Когда умирает близкий тебе человек, то ты всегда, каждую минуту, секунду ощущаешь его отсутствие. И сколько бы ни длилась жизнь, сколько бы времени ни прошло, ты всегда будешь чувствовать себя одиноким».

Это последнее, что сказал Артур перед тем, как уйти после второго курса в армию.

А ведь Нина выбрала его, и Вадим должен был из их жизни исчезнуть. Но получилось всё иначе.

Через восемь месяцев родилась Надя, а через два месяца Нина согласилась выйти замуж за Вадима, получив письмо о том, что Артур погиб. Несчастный случай …

Глава 11

Алиса ждала его. Знала, что он придёт сегодня на обед. Именно сюда. Уже сколько дней поджидала. Он будто прятался от неё.

— Привет. Избегаешь меня? — невозмутимо спросила она, присаживаясь напротив. Ей разрешение его не требуется. Она всегда поступала так, как хотела сама. Упрямство у неё было в крови.

А ещё настойчивость и умение добиваться своего. Только в случае с ним она проиграла. И ей тяжело было смириться, что эта игрушка недосягаема.

— Зачем мне тебя избегать? Просто был занят. Твой отец теперь не единственный владелец завода. Приходится подстраиваться под новые условия.

— Да плевать мне на завод. Я соскучилась.

— Алиса, мы, по-моему, всё с тобой решили.

— Это по-твоему — отрезала девушка — я сама решу, когда мне тебя бросить. Пока я этого делать не хочу, и ты не будешь.

Он встал из-за стола. Аппетит пропал. Эта наглая девчонка здорово действовала ему на нервы.

— Я люблю свою жену, и мне дороже сохранить свою семью, чем продолжать встречаться с тобой. Оставь меня, в конце концов. Имей гордость, что ли.

Кривая полуулыбка и насмешливый взгляд выбесили Алису. Уперев ладони в стол, она тоже привстала.

— Семью сохранить хочешь? Быстро же ты переобулся. Что-то когда по гостиницам со мной шарился, о жене не думал. Всё тебя устраивало, что вдруг изменилось?

— Надоело. Смирись с тем, что ты не на всю жизнь. Лишь на время. Понимаешь? Ты предаешься, потому что предсказуема. Даже сейчас ты ведёшь себя как маленькая капризная девчонка, вместо того чтобы с мудростью женщины, знающей себе цену, принять своё поражение.

— Я всё твоей жене расскажу! — голос Алисы предательски дрогнул, выдавая истеричные нотки. Она хотела держаться достойно, но не получалось.

— Примитивный шантаж, детка. Придумай что-нибудь более оригинальное.

Его пронзительный взгляд не оставил Алисе ни единого шанса. Словно пришибленная под тяжестью унизительной правды, девушка опустилась на стул.

— Заказ будете делать? — тут же подскочил услужливый официант.

Смерив его уничижительным взглядом, Алиса зло прошипела:

— Проваливай. Слышишь, ты!

Схватив свою сумочку, она сорвалась с места. Обида душила её. Хотелось сделать что-нибудь, чтобы он пожалел.

Даже не просто пожалел, а оказался раздавленным, убитым.

За руль с того самого раза, как чуть не разбилась, Алиса больше не садилась. Ступор, внутренний страх. Боялась вдруг повторить свою неудавшуюся попытку самоубийства.

Поэтому ездила на такси. Общественный транспорт не признавала, считая ниже своего достоинства добираться на нём.

— Куда? — спросил притормозивший водитель такси, как только Алиса остановила его взмахом руки.

— До городской больницы.

— Садитесь. Довезу.

Алиса юркнула в салон. Почему именно в больницу? Сама не знала. Тот парень заинтересовал её. Хоть и раздражал. Но разговор с ним подействует на неё сейчас как ушат ледяной воды, который ей просто был необходим, чтобы остудить эмоции, бушевавшие в ней.

Она не хотела наломать сгоряча дров. Он прав, как всегда. Шантаж с женой слишком примитивен.

***

Анна разговаривала с сыном как с неразумным ребёнком.

— Пойми, это очень выгодный брак. Шатилов тебе операцию в Москве пробил. Без всякой очерёдности. В армию не придётся идти. В институт сможешь поступить, на заводе тебя место не простого рабочего ждёт, а должность сытая, тёплая и престижная. Да и девушка. Чем она плоха? Первая красавица у нас в городе. Да тебе любой завидовать будет!

Артём слушал свою мать в молчаливом изумлении. У него не было слов. Мама совсем не понимала, что она ему предлагает сейчас.

— Я люблю Надю — отрезал он — и никто не заставит меня жениться на дочери Шатилова. На этой взбалмошной девице.

— Так значит, да? — Анна нервно комкала ремешок от сумки. Вот как этого барана убедить? Перспектива породниться с Шатиловым манила. А из-за упрямства её сына они могли с Борисом лишиться шанса улучшить свою жизнь и не прозябать в нищете.

— Так и никак иначе — Артём согнул руку в локте и прикрыл глаза. Ему и так тошно было от этих болей, про Надю хотелось узнать, позвонить ей домой. Но его хватало только, чтобы до туалета дойти, не без помощи соседа по палате. Костылей-то у него не было.

Анна с достоинством поднялась, закусив губу и сдержав злые слова, рвущиеся наружу. Тут с умом надо, не напитать сильно. Артём должен согласиться, обязан. Надо только придумать что-то.

— Хорошо, пойду я, сынок. У меня на сегодня пара клиентов на подшив. На днях тебя в Москву переправят. Здесь уже ничем не помогут. Я тогда с тобой постараюсь поехать. Отдыхай пока.

Дверь за матерью тихо закрылась, и Артём остался один. Операция — это его шанс вернуться к полноценной жизни. Передвигаться с одним лишь костылём он не хотел.

С армией не выйдет, жаль. А перспектива в институт поступить манила. Но жениться на дочке Шатилова он из-за этого всего не собирается.

«Где же ты, любимая? Хоть бы пришла, навестила меня» — уткнув лицо в подушку, размышлял Артём.

Как-то комом всё. Он не поддержал Надю, когда её мама умерла, она не поддерживает его сейчас. Возможно, даже она и не знает, что он в больнице. А кто ей скажет? Точно не его родители.

Артём успокаивал себя тем, что раз он в армию не идёт, то и расставаться на целых два года не придётся.

Главное — операцию перенести, восстановиться как можно скорее, а там он найдёт способ помириться с Надей. Только бы она не оттолкнула его.

***

Надя рассматривала фото молодых Артура, отца и матери.

— Я почему-то у мамы таких снимков не встречала.

— Их у Нины и не было. Я после развода всё забрал. Она прошлым никогда не жила со своим стальным характером, а я вот ностальгирую порой.

Вадим тоже рассматривал фотографии. Давно он их не доставал. На чёрно-белых фотоснимках они были молодыми и счастливыми. И порой казалось: а было ли всё это когда-то? Жизнь пролетела не глядя.

— Пап, ведь мама тебе деньги передала, так? Ты к нам приезжал за ними.

— Так. Отучившись на юрфаке тогда, я в милиции недолго поработал. Понял, что не моё это. Ни мелкие дела, ни уголовщина. Меня тошнило от всей этой системы. Статистика по раскрываемости у меня нулевая была. Коллектив меня не принимал. Мама твоя, в отличие от меня, делала успехи. Карьерный рост её в гору шёл. Потому что она не женщина — танк. Итог наших отношений был один. Мы развелись. Из милиции я, конечно, ещё раньше ушёл. Коммерция меня привлекала всё-таки больше. Раз не отучился на инженера, как изначально хотел, то решил окунуться в бизнес. Поначалу всё удачно складывалось. Я женился на Жанне, дочку её удочерил. Совсем недавно у меня начались проблемы. Я взял кредит в одном коммерческом банке. Вложился в одно дело. Думал, окупится быстро. Но прогорел. На проценты попал. Мне стали названивать, угрожать. Я не знал, к кому обратиться.

Вадим нервно захлопнул альбом с фотографиями.

— И ты обратился к маме, и это из-за тебя она согласилась на взятку?

Надя спрятала лицо в ладонях. Мама не брала взяток. Это был её главный принцип в работе. Она до упора билась за то, чтобы преступник был всегда наказан и получил свой положенный срок. Но не в этот раз.

— Понимаешь, мне не к кому было больше обратиться. А Нина согласилась, не раздумывая. Я обернулся одним днём. Деньги она передала мне на вокзале, и я тут же отправился домой. Только здесь меня избили. Сильно. Сама видишь.

— Вижу — Надя поднялась с постели отца — и что мне теперь делать? Я поступать хотела, учиться. Но на что нам жить с тобой? Неужели ты совсем прогорел и у тебя хотя бы на чёрный день не припасено?

Что мог ответить Вадим? Признаться дочери, что он дурак и позволил Жанне обобрать его до нитки? Его счета пусты. С бизнесом он прогорел. А банку так и остался должен, его же ограбили. Н сегодня-завтра к ним придут.

— Прости меня. Кажется, я втянул тебя в игру на выживание. Твоя мама была права. Я неудачник. Артур был лучшим из нас.

Отвернув лицо к окну, Вадим сжал челюсти. Он ничего сейчас не мог. Какой из овоща защитник? Надя зря к нему приехала, нужно было оставаться дома.

— Я приехала, потому что с меня требовали уголовное дело, которое подняла из архива мама, и деньги. Дома мне было небезопасно оставаться — будто прочитав мысли отца, призналась Надя.

В комнате повисла гнетущая тишина. Вадим знал, что Нина куда-то влезла. Она хотела ему рассказать, но в ту же секунду передумала. И почему он не настоял?

— Не соседка в прошлый раз заходила. Бандиты. Они легко разыскали твой адрес — добавила Надя.

Лицо Вадима стало бледным, лоб покрылся испариной от волнения. Он не мог защитить дочь и ничем ей помочь тоже не мог!

— Надя, тебе нужно уходить. Найди мою записную книжку. Там адрес женщины, которая сможет тебя приютить на время.

— С ума сошёл? Я не оставлю тебя в таком состоянии одного!

— Я не буду один. Женщина, которая тебя приютит, присмотрит и за мной. Я напишу для неё записку. Собирайся.

Глава 12

От души потянувшись и хорошенько взлохматив свои длинные волосы, женщина подошла к окну и улыбнулась. Ну вот и новый день. Что он ей принесёт? Ну-ка?

Ткнув кнопку на телевизоре, Марго ушла в кухню. Её уютная двушечка с хорошим и дорогим ремонтом была воплощением её мечты из голодного нищего детства.

Включив чайник и достав кофе, Марго, пританцовывая, направилась в ванную. Настроение сегодня было просто сногсшибательным.

На вечер у неё запланировано одно мероприятие. Важное, между прочим. И тот, кого ей предстоит сопровождать, птица крупная и высоко летает.

Придирчиво осмотрев себя в зеркало, Марго отметила, что форму благодаря тренировкам в зале держит, а вот лицо имеет уставший вид. Морщины, глаза не горят, как в двадцать лет.

Придётся косметики наложить больше, чем нужно, для того чтобы следы усталости скрыть.

Выпила она вчера лишнего, да ещё в гордом одиночестве. Ведь зарекалась же.

Сполоснув лицо прохладной водой из крана, Марго заколола волосы и стала набирать ванну, планируя как следует расслабиться и ещё немного вздремнуть.

Но её планы нарушил звонок в дверь. Кто бы это? К Марго редко ходят гости. Практически никогда.

Затянув потуже поясок на шёлковом халатике ярко-красного цвета, Марго отправилась в прихожую.

На пороге квартиры замерла испуганная бледная девица.

— Я от Тарасова Вадима Алексеевича — протараторила громко она. Позади скромно притаился чемодан, в руках поводок со скулящей собаченцией.

Брови Марго поползли вверх, губы недовольно скривились. Она терпеть не могла собак! Ни маленьких, ни больших. Никаких!

— И? Чем обязана? — холодно и недружелюбно спросила Марго, сложив руки на груди.

— Папа сказал, что вы сможете меня приютить на время. Пожалуйста. Помогите. Очень надо!

Марго тяжко вздохнула. Ванна отменяется. С раздражением втащив девушку в квартиру, она с силой захлопнула дверь.

Вадиму отказывать нельзя. Он ей когда-то помог. А добро Марго всегда помнила, какой бы порой невыносимой по характеру она ни была.

— Рассказывай, что случилось? — потребовала она — Вадим опять куда-то вляпался?

Надя шагнула к двери, продолжая крепко держать поводок с извивающимся псом.

— Там ... Там чемодан мой остался — пояснила она — я сейчас всё вам расскажу!

— Валяй. Я пойду кофе наведу. Не люблю, когда утро начинается вот с таких непредвиденных сюрпризов.

Надя занесла свой чемодан, который позаимствовала у отца, и, легонько беззлобно пнув скулящую Мусю под мягкое место и сунув в её влажный нос кулак, приказала сидеть на придверном коврике и не шалить.

Девушка вошла в кухню и потянула носом. Аромат крепкого кофе и сигарет. Как это знакомо. Будто она снова у себя дома и сейчас будет слушать нравоучения мамы.

Нина Григорьевна тоже любила кофе и выкурить сигаретку-другую в приоткрытую форточку.

Без всякого стеснения усевшись за кухонный круглый стол, Надя рассказала о себе и об отце.

— Папа приказал мне спрятаться у вас. А сам лежит сейчас один, и ему плохо. Его так избили, что он по квартире передвигаться не в состоянии. Если только до туалета, и то по стеночке.

Марго затягивалась глубоко, выдыхала быстро. Несчастье с Вадимом расстроило её. Кто так с ним? Случайные отморозки или вышибалы из банка?

— Денег таких у меня нет. А вот тебя спрятать и оказать небольшую помощь в покупке лекарств для Вадима я в состоянии.

Марго бросила резкий взгляд на настенные часы. До вечера время есть.

— Значит-ца, так, деточка. Кушай, ванну разрешаю принять со всеми благовониями, какие найдёшь на полке, и прилечь можно в зале, на мягком диванчике. Более ничего не трогать без моего ведома. А я пока к папке твоему смотаюсь, гляну, как он там. Вадим о наличии такой взрослой дочери мне не рассказывал, кстати. И по поводу собаки. Её я тоже должна приютить?

Надя, шумно отхлебнув кофе, пожала плечами.

— Это же Муся. Она безобидная, много не ест. В туалет на улицу просится. Я сама буду гулять с ней. Жена отца её бросила, не оставлять же собачку на произвол судьбы? Папа просто не в состоянии ещё и с Мусей возиться.

— Сейчас посмотрю, в каком он там несостоянии — недовольно пробурчала Марго — учти, что у меня на собак в принципе аллергия, и я их на дух не выношу. Поэтому лучше бы тебе её куда-нибудь в другое место пристроить. Пока меня не будет, реши этот вопрос. Мне такая головная боль не нужна.

Марго ушла, оставив после себя шлейф дорогущей туалетной воды. Надя втянула носом сногсшибательный аромат и, допив кофе, да бутербродом закусив, поплелась к бедной собачонке.

— И куда тебя? — спросила она у Муси так, будто та ей сию минуту ответит. Но собака, словно всё понимая, распласталась на полу и жалобно подняла на девушку свои блестящие карие глаза.

— Придумала куда! — Надя, подхватив Мусю, вышла с ней из квартиры. Она совсем забыла про продавщицу из киоска.

Вера добрая, она не откажет приютить Мусю. Ключи от квартиры Надя бросила в почтовый ящик, намереваясь управиться до прихода Марго. Туда и обратно. Тем более пока сюда, добиралась, поняла, что район-то знакомый и киоск где Вера работала, недалеко.

***

Артём не без помощи Алисы вышел покурить.

— Чего пришла? Извиниться? — невозмутимо спросил парень, прикурив. Они расположились на лавочке в больничном сквере. Вечер тихий стоял, душный.

— Вот ещё — фыркнула Алиса, усевшись нога на ногу и полуобернувшись к Артёму — мне не за что извиняться перед тобой. Цену себе не набивай.

— То есть я должен согласиться с тем, что я хамло? — уточнил Артём, насмешливо посматривая на девушку. Симпатичная эта Алиса. Даже очень. Вон ножки какие, как у фотомодели. Стройная, хорошо и со вкусом одета. Надя в этом плане проигрывала со своей какой-то подростковой угловатостью.

— Не начинай, а — с досадой отмахнулась Алиса — я просто так к тебе пришла. Что тут странного?

— Как-то мы спорим всё время, не заметила?

— Ты первый начинаешь. Я, может, как к другу к тебе, а ты ...

Голос Алисы вдруг сорвался и, отвернув лицо в сторону, девушка замолчала. Артём усовестился. Что он в самом деле? Может, богатые тоже плачут?

— Ну ты извини, если чем обидел. Что у тебя случилось? Расскажи. Если смогу, то помогу.

— Ничего — Алиса опустила голову. Не признаваться же ему в том, что её любовник женатый бросил? К тому же этот любовник работает на заводе и старше неё лет на пятнадцать.

— Ну если ничего, тогда ... — Артём почесал макушку, не зная, что ещё сказать, чтобы их общение снова не вылилось в словесную перепалку.

Алиса ближе придвинулась и сама его поцеловала. Вот так. Неожиданно. Артём, вконец растерявшись, отстранился не сразу.

— Чего напрягся-то так? Это дружеский поцелуй — рассмеялась Алиса и встала. Она почувствовала облегчение. Этот Артём не так уж плох, и можно к нему присмотреться.

— Ничего себе дружеский — пробурчал Артём — у меня девушка вообще-то есть.

— И что? Любишь её?

Алиса пристально уставилась на Артёма. Девушка у него есть ... Ишь ты. Тоже занятой оказался. Прям бесит. Тот женат, этот! Как ей везёт на таких! Лёгкое замешательство Артёма от неё тем не менее не укрылось. Может, не так уж и сложно его отбить будет?

— Ну мы встречаемся. Надя школу только окончила, я в армию собирался. Потом пожениться планировали. Как-то так.

— Ты не ответил. Любишь ты свою девушку или нет? — голос Алисы стал жёстким, требовательным. Артём, отбросив окурок в сторону, поднялся, опираясь на костыль.

— Тебе какое дело? Навестила? Свободна.

Разозлившись непонятно на что, Артём поковылял обратно. Нога и позвоночник нестерпимо болели. Поскорее бы уже на операцию его отправили.

Да только, как намекнула мама, это будет ему кое-чего стоить. На кону отношения с Надей и безбедная жизнь под покровительством Шатилова Аркадия Валерьевича. Какая чаша весов перевесит?

— Давай помогу, что ли?

Алиса догнала парня и, приобняв его за талию, помогла подняться по ступенькам. Странный трепет почувствовал Артём от такой опасной близости с красивой девушкой.

Кровь заиграла, и лицо жаром обдало. Неужели мама права и всё, что было у него к Наде, это блажь и ничего серьёзного?

К своему ужасу, Артём даже лица девушки вспомнить не мог, так одуряюще на него подействовала Алиса. Сжав зубы от злости, Артём решил сейчас же попросить на сестринском посту позвонить Наде.

Только услышав её родной голос, он убедится что никуда ничего не делось и он по-прежнему трепетно любит только её.

Глава 13

Конечно же, Вера не отказала.

— Да ты что! Ну какая прелесть — она выхватила из рук Нади пушистую болонку и прижала к своей пышной груди — моя Ульянка в восторге будет. Давно собаку у меня выклянчивает, а я всё никак. Дворовых-то пруд пруди, а породистую её попробуй, купи. Ну спасибо тебе, Надюшка! Ты как там у отца? Устроилась? Работа не нужна тебе, а то мне в ларёк напарницу бы не помешало. Упахалась я одна, а те, кто раньше приходили, тут же и уходили, двух дней не поработав. А чего тут сложного? Торгуй себе сигаретами да пивом.

Вера всё тарахтела и тарахтела, как заведённая. Болтушка она всё-таки. Надя, натянув пониже козырёк кепки, грустно пожала плечами.

— Устроилась нормально. Мачеха со своей дочкой свалили, а мне вот с отцом Мусю оставили. Сволочи. Я с собаками дел не имела никогда, отцу тоже сейчас заниматься ей некогда. Вот я про тебя и вспомнила.

— И хорошо, что вспомнила. Мы Муську в обиду не дадим. Можешь даже не переживать, она в хорошие руки попала. Так как насчёт работы? На лето хотя бы! Всё равно без дел тут слоняться будешь, а это хоть заработаешь себе немного на мелкие расходы.

Надя улыбнулась. Классная всё же Вера! Такая душевная, простая. Её болтливость располагала, и появилось ощущение, будто уже давно с этой женщиной она знакома.

— Да я не против. Хозяину скажи тогда и мне позвони. Я завтра подойду к тебе, узнаю. Ну пока.

Сунув руки в карманы джинсовки, Надя перебежала дорогу и в соседний двор. Погода портилась, тучи серые набежали. До прихода Марго нужно успеть домой.

Обрадуется она теперь, что Надя от собаки избавилась. Интересно, как Марго с отцом познакомилась? Необычная она какая-то, красивая.

Но раз папа к ней послал, то значит доверяет ей? Завернув за угол, девушка даже понять ничего не успела. Удар битой по голове будто на две части череп расколол. Даже не сильная боль, а шок почувствовала Надя, оседая на землю. В ушах зашумело, в глазах темно.

— Идиот совсем? А если сотряс?

Последнее, что успела услышать девушка.

***

Вадим приходу Марго обрадовался. Эта женщина действовала на него как целительный бальзам. В своё время в силу своей профессии он отмазал её, с тех пор дружба и завязалась. Но только дружба, ничего личного.

Марго — птица высокого полёта и вращается в кругах, в которые самому Вадиму доступ закрыт.

Зато много чего она ему рассказать успела по пьяни. Потому как встречи её не всегда удачно проходят.

Однажды она сопровождала в одно из недавно открывшихся казино Москвы натурального психа, который потом не только ею попользовался, но и избил. А в условия их встречи данные пункты не входили.

Марго отлёживалась потом дома целый месяц, а Вадим о ней заботился. Так они и поддерживали друг друга. Но последние полтора года их общение сошло на «нет».

Вадим в коммерцию ударился, вроде как получалось у него. Марго только радовалась за друга и лишний раз о себе не напоминала.

— И как тебя угораздило? — вместо приветствия спросила она. В руках у неё был пакет с продуктами, из сумочки она вывалила лекарства.

— Да в банке кредит взял под бешеный процент. Тему одну замутил. Прибыль такая светила, что всё с лихвой покрыл бы. А меня прессовать стали, палки в колёса вставлять. Я же наивный. Думал, что если бывший мент, то всё знаю и никто меня не тронет. Куда там. Всё к чертям полетело, сроки вышли. Процент по кредиту капал. Мне позвонили на фирму и любезно напомнили о долге. Я пообещал, что отдам. К Нине обратился, она сказала: «Приезжай». Понимаешь?

Вадим закрыл лицо руками. Голос его звучал глухо.

— Так просто взяла и позвала меня, пообещав достать нужную сумму. Я Наде не стал всю правду говорить. У Нины, как я понял, проблемы какие-то были. Курила она тогда на железнодорожном вокзале одну за одной. Сказала мне, что дело одно нарыла. На человека, который нам обоим очень хорошо знаком. Дело это в висяк в своё время ушло. А недавно случившийся эпизод по статье «Убийство» привёл к этому самому висяку. Вот Нина и соединила пазл. О ком речь не стала говорить. Я гадал, гадал. Так и не понял, кто может быть нам так хорошо знаком, причём обоим? Нина деньги мне в руки сунула и приказала тут же билет покупать на обратный рейс. Сама чуть ли не бегом с вокзала. Знал бы я тогда, что в последний раз её вижу. Надя тебе рассказала, почему она здесь? Нина умерла, а бандиты за девочку взялись. Адрес мой достали, в квартиру вломились. Только Надя наверняка не ту папку отдала. Я слишком хорошо знаю Нину, она не стала бы дома хранить серьёзный компромат. Поэтому Надю я отправил к тебе. Присмотри за ней.