Жена по контракту

- Расскажи мне все.

Полностью игнорирует мои слова. И я решаю их не повторять. Глупо думать, что он просьбу увидеться с Лесей не услышал, учитывая, что сидит напротив. Лучше попробую утром снова завести этот разговор, не стану дальше давить.

- Даже не знаю, с чего начать, - потираю шею, скользя невидящим взглядом по небу вдали, на котором догорает малинового цвета закат.

- Начни с момента, когда ты волшебным образом исчезла из машины, - подсказывает Лютый.

Хмыкаю невесело. Пожалуй, другой момент он бы и не выбрал. Ведь с самого начала упоминал именно об этом, именно это его задело настолько, что он готов был руками мне шею свернуть. Если бы просто решила уйти, не думаю, что Костя держал бы камень за пазухой. Но я не ушла – бросила их в разбитой машине. Сбежала. Что еще могло показаться? А потом он так же внезапно узнал, что я выхожу замуж за Демида. Не объяснившись. Не попрощавшись. Предав.

Я молчу некоторое время, и Лютый тоже. Просто выжидающе смотрит на меня. Я не собираюсь с мыслями и не подбираю подходящие слова, чтобы как-то задобрить его или смягчить реакцию. Нет, моя совесть чиста. Я спасала жизнь своего ребенка и даже возможно Лесину. Неизвестно, как бы она жила с Климом… Корнеев не очень-то жалует детей. Он вообще никого не жалует и не любит, кроме себя. И Леся ему нужна постольку поскольку она всего лишь ребенок его обожаемой дочери Эллы, погибшей рано и трагически.

Наконец размыкаю губы и вдыхаю свежий воздух. Лишь после этого начинаю рассказ.

- В тот момент, когда мы попали в аварию, за нами гнались, ты помнишь. Эти люди изначально знали, где мы. Хочешь угадать откуда? – бросаю на Костю выразительный взгляд.

- Бритый? – вздергивает бровь Лютый, безошибочно угадывая с первого раза.

С меня разом, как по щелчку пальцев, слетает пелена напускного спокойствия. Из ослабевших пальцев выскальзывает край пледа, и я неверяще пялюсь на мужчину.

- Но… как ты?.. – выдыхаю обескураженно.

- Думаешь, я не догадывался о чем-то подобном? – хмыкает Костя и пожимает плечами, - Это было основной версией с самого начала. После того, как я остыл, конечно, и попытался разобраться мыслить здраво.

- То есть ты его подозревал? – брякаю глупый вопрос невпопад. Ничего другого просто не приходит в голову от шока. Я ведь считала до сих пор, что Лютый вообще не в курсе того, что происходит у него фактически под носом!

- Бритый всегда был верным человеком. Не прокалывался никогда – я своих людей от и до проверяю. В моих делах один гнилой человек может стоить жизней – моей, дочери, тех, кто мне подчиняется. Я подозревал его с момента аварии. Я прекрасно помню, что мне доложили, что маячок с машины Бритого исчез с монитора примерно в тридцати километрах от места, где нас протаранили. С момента, как вас похитили, прошел час. Мог за это время человек пешком дойти до нужного места? Нет. Мои люди все искали тебя и дочь. Бритый вышел через какое-то время на связь и доложил, что он в норме и доберется до дома. Но оказался именно в точке аварии. Да, возможно поймал попутку. Но откуда он знал, куда ехать? Ты думаешь, что я не обратил бы внимания на такое, Соня?

- Так получается, ты практически с самого начала всей этой заварушки знал, что он предатель? – выдавливаю спустя несколько секунд, когда обретаю способность хоть что-то говорить.

- Подозревал, - уклончиво отвечает Костя.

- И ты знаешь, что все это сделал Клим? Что он хотел подставить Серова и пока ты гонялся бы за ним, он спокойно выкрал бы Лесю, расквитался с тобой и исчез? Что такой у него был план с самого начала?

- Знаю.

Замолкаю. Во мне сейчас бушует такая смесь чувств, что я не знаю, как ее выразить.

- Давно?

- Несколько недель.

Его признание выбивает почву из-под ног. Приходится до боли сжать руки в кулаки и перетерпеть желание наброситься на Лютого, чтобы просто поколотить его всем, что попадется под руку. И плевать, что он гораздо выше меня и в несколько раз больше!

- Какого черта?! Какого гребаного черта ты мне не сказал??! – не выдержав выплескивающихся через край эмоций, зло восклицаю я.

- Клим должен был думать, что вся ситуация у него под контролем. Полностью. Чтобы почувствовал себя хозяином положения, что он продолжает вести игру. Прости, Соня.

- Ты… ты…

- Успокойся, мелкая.

- У меня просто нет слов! – вскакиваю на ноги, не в силах усидеть на месте, - Ты рисковал сыном все это время и даже глазом не моргнул, чтобы хотя бы намекнуть мне, что все знаешь!

- Милая, тебе напомнить, что я вообще-то был не в курсе, что ты родила ребенка от меня? – полоснув по мне взглядом, холодно отрезает Костя.

- Ладно, хорошо, ты не знал про Тимура. Но неужели ты в отместку за то, что я вышла замуж за Демида, готов был отыграться на моем сыне? Даже если бы он оказался от Рокотова?

- Соня, - выдавливает сухо Лютый, - Я не мщу бабам за то, что они переметнулись в кровать к другому мужику. Даже если это мой бывший лучший друг.

- Почему? Может, потому что сам увел жену друга? – цежу сквозь зубы.

- Не забывайся.

- А не то что? Вышвырнешь меня Климу? А может, ты сам с ним заодно? – выпаливаю в ярости.

Костя меняется в лице. Он поднимается медленно, но это движение заставляет испуганно отпрянуть. Особенно когда он шагает ко мне и нависает горой – злой, как все демоны ада. С трудом удерживаю порыв отступить снова, вместо этого еще выше задираю подбородок и смотрю в его глаза. Без тени страха. Но это только на первый взгляд.

- Я знаю, что ты переживаешь о Тимуре, - выговаривает он тихо, явно сдерживаясь, потому что во взгляде полыхает огонь, - Но не говори такой чуши, пожалуйста. Я не рисковал сыном, не рисковал тобой, и все держал в тайне. Потому что, узнай Клим, что правда всплыла наружу, он сумел бы добрался до вас первым. И тогда все было бы кончено. Только тот факт, что я якобы не знал и сдерживал Клима. И не смей говорить, что я с ним заодно.

Я ожидала всего, чего угодно, зная взрывной характер Лютого, но не того, что он постарается как можно спокойнее сказать все это сейчас. Злость и ярость растворяются и я опускаю голову.

- П-прости. Я не знаю… не знаю, что на меня нашло. Я просто на нервах. Постоянно что-то происходит, я пытаюсь что-то делать, но все становится только хуже. Хуже и хуже с каждым днем. Прости, - говорю глухо.

Костя молча привлекает меня к себе и, шумно сглотнув, я утыкаюсь в его плечо носом. Он, черт бы его побрал, пользуется все тем же пряно-свежим парфюмом, как и в прошлой жизни.

- И что дальше? – спрашиваю я тихо.

- Я хотел, чтобы он продолжал думать и дальше, что держит абсолютно всю ситуацию под контролем. Но это слишком опасно. Тем более после того, как ты вместе с сыном исчезла.

Отстранившись, заглядываю в глаза Лютого.

- Ты не знаешь, как все было на самом деле. Клим заставил меня уехать с ним… Если честно, я выжила только благодаря тому, что забеременела. Он собирался убить меня, забрать Лесю и поджечь машину, чтобы ты думал, что мы обе погибли там. А ты бы остался жить. Я… я сомневалась, что его хоть что-то остановит, но он… он не выстрелил. И придумал все это. Клим мечтает тебе отомстить, и я ему не нужна для этого. Ему нужен только наш сын.

- Я вас спрячу. Обоих, Соня. Он не доберется ни до тебя, ни до Тимура.

- А Демид?

По лицу Лютого мелькает тень и он уже холодно добавляет:

- Он добровольно во все это ввязался.

- Рокотов уже понял, что ошибался. И он давно не на стороне Клима.

- С чего ты взяла?

- Просто… просто поверь. Он старался защитить нас, как мог, придумать выход. Мы были под колпаком с самого начала, у нас весь дом в прослушке, вся прислуга о каждом шаге докладывает Корнееву.

- Не будь наивной девчонкой, мелкая. Хочешь сказать, он встал на твою сторону? С чего вдруг? Пожалел или влюбился? – фыркает Костя, возвращаясь назад к креслу и опускаясь в него.

- Он просто понял свою ошибку. Понял, что я и Тимур просто заложники.

Лютый пренебрежительно хмыкает, растягивая губы в недоверчивой улыбке.

- Я посмотрю, как ему можно помочь.

- Спасибо!

Костя молча бросает на меня взгляд, но в этом молчании столько скептики, что и без слов понятно, что он обо всем этом думает.

На самом деле, я практически на сто процентов уверена, что Рокотов если и хотел отомстить, то только бывшему другу. Ни меня, ни, тем более, моего ребенка, он в это втягивать не собирался. Даже когда Клим направил на меня дуло пистолета, пытался заступиться. А потом… потом у него просто не было выбора. Мы оба просто пешки в чужой игре. Но главное, что мы на одной стороне. Уверена в этом.

- Что мы делаем дальше?

- Вас перевезут в отдельный дом. Точнее, не совсем в дом. Ты увидишь.

- Мы долго там пробудем?

- Пока я не разберусь с Климом и его дружками.

- Это… это не помешает тебе? Ты же вроде бы в губернаторы собираешься, - говорю неуверенно, снова присаживаясь на краешек кресла.

Лютый иронично улыбается.

- Поверь, мелкая, это меньшее, что мне сейчас интересно.

Неуверенно улыбаюсь и отвожу взгляд. Все же хорошо, что мы теперь не одни, что теперь у нас есть защита. Но неожиданно меня осеняет и радость на мгновение меркнет.

- Костя, - зову я, хмурясь.

- М?

- Клим ведь не зря так долго выжидал…

- О чем ты?

- Он заставил нас уехать заграницу, - рассуждаю я с нарастающим беспокойством, - И только недавно дал отмашку, что мы можем возвращаться. Чего он ждал два с лишним года? Почему не сделал все сразу?

- Ты плохо его знаешь, - пожимает плечами Лютый, - Отец Эллы просто обожает подобные спектакли и всегда считал себя гениальным стратегом. Он жестокий и хладнокровный псих.

- Знаю. Убедилась уже.

- Поверь мне, не знаешь, - качает головой Костя и протягивает мне бокал с алкоголем, предлагая выпить, - Какие бы планы он не строил, у него ничего не выйдет.

- Нет. Лучше не стоит, - отказываюсь я.

- Тебе полезно немного расслабиться. Так ты быстрее заснешь.

- Нет, правда, не стоит.

- Жаль, - вздыхает Лютый, - Мой план немного споить тебя и соблазнить не сработал.

- Что? – на секунду мне кажется, что я ослышалась.

- Шутка, мелкая. Это просто шутка, - хохотнув, успокаивает Костя.

С моих губ помимо воли слетает нервный смешок.

- Ладно, - поднимаюсь с места и неловко выдавливаю, - Спокойной ночи.

- И тебе, Соня.

Меня еще не клонит в сон, но я почему-то уверена, что лучше мне быть сейчас в спальне с ребенком. Разговор перешел в какое-то опасное русло, а еще у меня просто мурашки по коже от его взгляда. Остается только надеяться, что это просто от холода.

Глава 17

Утром еле удалось уговорить Тимура пойти умываться и чистить зубы – он уже рвался вниз, чтобы поскорее встретиться с Костей и вместе играть. Папой, конечно, Тим его не называл, да и слишком рано о подобном говорить, учитывая, что они только вчера познакомились. Но чувствую, что принять сыну этот факт будет не так сложно, как я думала.

Никого постороннего в доме нет, поэтому завтраком занимаюсь я сама. Если честно, мне это только в радость. Будь моя воля, готовила бы каждый день. И разогнала бы всю прислугу, что напихал в дом Клим. Разве что одну помощницу по дому оставила, чтобы иметь возможность больше проводить времени с сыном, когда он во мне нуждается, а не тратить время на уборку.

Заканчиваю с приготовлением завтрака и иду искать парней. Они вроде вот только что с улюлюканьем носились по гостиной, но сейчас в доме стояла подозрительная тишина. На всякий случай с осторожностью выглядываю в комнату, но ни Лютого, ни Тимура там и в помине нет.

- Ну что за неугомонные… - со вздохом улыбаюсь я.

Приходится обойти чуть ли не весь дом. И только когда я снова спускалась вниз, с улицы послышался вопль сына.

Впервые я на себе познала, что значит выражение «душа ушла в пятки». Меня бросает в холодный пот, и я даже не осознаю, что ноги уже несут меня туда, откуда послышался крик Тима. Вылетаю во двор и уже набираю полную грудь воздуха, чтобы заорать имя сына, как застываю на месте.

- И плавда ест!!! – с восторгом кричит во все горло Тимур, прыгая на месте и хлопая в ладоши. Костя в этот момент бросает очередную порцию каких-то семян на землю и почти сразу к ним срывается с веточки дерева шустрый маленький воробышек.

Стальной обруч не сразу разжимается на сердце. Еще несколько секунд стою, рассеянно моргая и не двигаясь с места, и пытаюсь успокоить себя. Осознание, что все в порядке и Тиму ничего не угрожает, приходит медленно, и лишь спустя минуту я тихо выдыхаю. Ничего не скажешь, Клим здорово постарался, чтобы я каждый шорох воспринимала со страхом и ожиданием, что сейчас кто-то причинит вред моему ребенку.

- Мальчики, идите завтракать, - наконец нахожу в себе силы окликнуть их.

Лютый оборачивается с веселой улыбкой, но она почти сразу исчезает с лица, когда он видит мой взгляд. Я поспешно возвращаюсь в дом, однако избежать расспросов не удается. После завтрака Костя просит Тимура пока построить домик из кубиков и когда тот радостно вприпрыжку убегает, оборачивается ко мне.

- Все в порядке?

- Да.

Лютый заглядывает мне в лицо, настойчиво отыскивает мой взгляд, и приходится через силу улыбнуться и кивнуть:

- Все правда хорошо. Просто… говори мне, пожалуйста, если вы куда-то уходите. Я очень переживаю за Тима.

Знаю, что он сейчас скажет – Тимуру ничего не угрожает, тут безопасно и все такое. Но разве в это по-настоящему поверишь, если ты каждый день сталкивался с опасностью и на Корнеева никогда не находилось управы? Да и каждая мать в любом случае переживает за своего ребенка, сколько бы охраны вокруг ни находилось.

Но мои ожидания не оправдываются. Лютый вглядывается в мое лицо некоторое время, а затем с серьезным видом кивает:

- Хорошо, Соня. В следующий раз я обязательно скажу, если мы куда-то выйдем.

Я даже теряюсь на мгновение. Но затем быстро беру себя в руки и отвечаю ему благодарной улыбкой. Что ж, какие бы жесткие Костя ультиматумы не ставил вначале, сейчас он ведет себя очень сдержанно и даже с уважением. Да и кроме него верить мне некому… В таком деле никто лучше него не разберется.

- Какие планы на сегодня? – спрашиваю я, - Мы сегодня переезжаем в другое место?

- Здесь тоже безопасно, но, думаю, что тут все-таки не стоит задерживаться. Так что да, сегодня ближе к вечеру мой доверенный человек отвезет вас.

- Серов?

- Ты настроена против него?

- Ну просто… насколько я поняла из прошлых твоих разговоров с Рокотовым, вы с ним вроде как враждовали. Ты даже считал, что это он охотился за Лесей.

- Считал. Но это оказалось не так.

- Тогда если ты ему доверяешь, то и у меня вопросов нет.

- Я никому не доверяю на сто процентов, Соня. Как видишь, у меня много подтверждений, что именно так и стоит поступать, - холодно улыбается Лютый.

Хмыкаю себе под нос и поднимаю взгляд от тарелки.

- Тогда почему не отвезешь сам, Костя? Снова хочешь сделать нас с Тимом приманкой для Клима?

- Я никогда не делал вас приманкой для кого-либо.

- Но сейчас ведь хочешь? – продолжаю настаивать я.

- Я не понимаю, мелкая, - нахмурившись произносит недовольно Лютый, - Почему ты во всех моих словах пытаешься найти какой-то подвох?

- Потому что я никому не доверяю на сто процентов? – хмыкаю я, пожимая плечом. Крою его же картой.

Костя вскидывает бровь и, чуть склонив голову набок, ехидно уточняет:

- Что, часто предавали?

- Один раз точно, - прямо глядя в его глаза, отрезаю жестко.

Он понимает, к чему я клоню, без лишних разговоров. Усмехается, и, слегка покачивая головой, опирается локтями о стол.

- Похоже, это тебя сильно задело.

- Судя по твоим постоянным вопросам на эту тему, это больше задело тебя, - слегка вздергиваю уголок губ и выдерживаю острый взгляд, которым Костя пронзает меня.

Чтобы он не успел ничего сказать, быстро перевожу разговор на другую тему:

- Надо узнать, как там дела у Демида.

Лютый молчит некоторое время, барабаня пальцами по столу.

- Тебе сейчас лучше не стоит кому-либо звонить, - отвечает он наконец.

Костя становится еще более хмурым, чем был в начале нашего разговора, и я точно знаю, почему – он терпеть не может говорить о Рокотове. Но так уж вышло, что сейчас он мой муж и пока я, кажется, единственная, кому есть хоть какое-то дело до его здоровья и жизни.

- Брось. Врач-то точно не отследит мой звонок.

- Лучше не рисковать лишний раз.

- Как же мне тогда узнавать о его состоянии? – развожу руками.

- Сиделка доложит мне – я передам тебе.

- Допустим, сейчас это будет так. А что делать, когда я буду с Тимом в другом месте жить?

- Я придумаю, что можно сделать в этом случае. К тому же без связи вы не останетесь, просто звонить по пустякам не стоит.

- Полагаю, вопросы про Демида как раз к их разряду и относятся?

Лютый закатывает глаза.

- Черт его знает, как Рокотов тебя так долго вытерпел.

- Переживаешь, что такое счастье досталось не тебе? – поддеваю его.

Наши взгляды сталкиваются и приходится впиться ногтями себе в ногу, чтобы немного отрезвить себя и не извиниться за глупую шутку. Это сложно, но я все же научилась отплачивать людям той же монетой. На сарказм сарказмом, на больные издевки – не менее язвительными комментариями. И сейчас промолчала. Пусть Лютый привыкает, что я уже не та «мелкая» робкая девочка и не буду молча глотать все его насмешки.

Продолжить обмениваться колкостями нам мешает его телефон. Костя вытаскивает его из кармана джинсов и вначале удивленно смотрит на дисплей. Судя по всему, звонка от этого человека он не ждал сегодня и по венам огнем растекается непрошеная ревность. Наверняка Алиса звонит, раз он так отреагировал.

К несчастью или нет, но я ошибалась. Это стало ясно после того, как Лютый поднял трубку и буквально через пару секунд побелел. Тревога холодной змеей заползает в сердце, и я сама не замечаю, как снова начинаю нервно кусать костяшки пальцев, не сводя с Кости обеспокоенного взгляда.

- Что случилось? – спрашиваю сразу, едва он кладет трубку.

- Клим, - произносит Лютый глухо и его взгляд темнеет от бешенства.

Телефон жалобно хрустит в его кулаке и у меня куда-то вниз, словно в пропасть, проваливается сердце от сказанных сквозь зубы слов:

- Леся у него.

Глава 18

Лютый повидал немало отморозков, мнящих себя гениальными стратегами. Учитывая, какой деятельностью он занимался ранее, было бы странно, если подобные люди хотя бы раз не попались у него на пути. Каждый из них имел к Косте какую-то претензию – хотел отобрать кусок побольше, мнил себя важным человеком, которому можно не считаться с общими правилами и беспределить, или просто терпеть его не мог. Так или иначе, способов расквитаться они придумывали всего два – убить его или надавить через семью. Но до появления Эллы близких людей у него не было, а вместе они пробыли не так и долго. В итоге с недавних пор осталась лишь Леся. Именно ради нее он решил завязать с любыми делами, связанными с криминалом пусть даже и косвенно.

Клим по праву считался одним из самых чокнутых отморозков, которых он знал. Удивительно, как он вообще умудрился воспитать здорового адекватного человека, но Элла вообще была на него не похожа. Может сказывалось то, что отца она почти не видела и сначала ее воспитанием занималась мать, а после ее исчезновения – няня. Лютый был абсолютно на сто процентов уверен, что сам Корнеев приложил руку к внезапной пропаже жены, но Элле этих подозрений не высказал. Хотя она, скорее всего, и сама догадывалась, просто боялась вслух подобное произнести.

Клим никогда не играл честно. Подставлять, травить, поступать подло даже с верными людьми он слишком любил. Может обзавелся пушкой и богом себя возомнил, что может творить, что захочет. Но власть и безнаказанность определенно ему сорвала крышу в какой-то момент. Даже сейчас, отойдя от дел, Корнеев мог творить вещи, которые другим не прощались. Никто против него не шел, слишком уж мстительный и жестокий. Никто до появления Лютого. Наверное поэтому он заимел на него особый зуб.

- Останешься пока здесь. Если что, я отзвонюсь своему человеку и дам отмашку, чтобы тебя и сына перевезли в другое место, - отрывисто произносит он сразу после того, как сообщает мелкой новость о том, что Лесю увез к себе Клим.

- Костя, - голос Сони дрожит.

Он знает, что она перепугана до чертиков, хочет его хоть как-то поддержать – это видно по ее затравленному взгляду и лихорадочному покусыванию губ.

- Я должен ехать.

- Это ловушка… - выходит слишком обреченно.

- Знаю.

Они встречаются взглядами и секунды тянутся мучительно долго. Она не отговаривает его, хоть в глубине глаз Сони плещется отчаяние вперемешку с безысходностью. Зная характер мелкой, она бы сама попросилась ехать с ним вызволять Лесю, но где-то в доме бегает Тимур и нельзя, чтобы Корнеев подобрался еще и к ним. Да Костя и не позволил бы ей бездумно рисковать собой.

- Будь осторожен, - в этих словах звучит все. Надежда. Боль. Страх.

- И ты будь, - Лютый на короткое мгновение привлекает Соню к себе. Она льнет к нему, обнимает, маленькая и дрожащая, и это почему-то выворачивает наизнанку.

- Пора, - он отстраняет мелкую от себя, прощается коротким кивком и выходит из дома.

Он собирает всех. Срочно, быстро, дав приказ вооружаться до зубов, прихватывая все, что можно из арсенала. Его ждут, Лютый уверен в этом. В гости не принято ехать с пустыми руками, и разочаровывать Корнеева в этом плане он не собирается. Правда, вместо торта к чаю придется предложить кое-что иное.

Разговор с Климом вышел короче некуда. Прямо как в тот первый раз, когда он прознал, что Элла ушла от Демида к нему. «Приезжай в гости. Один». В тот раз все было иначе. Если Корнеев и угрожал завуалированно, то только ему. Теперь он впутывал в это Лесю. Такое прощать Лютый не собирался.

Он успевает отдать короткие распоряжения по телефону, пока летит на полной скорости к особняку Клима. Его встречают у самого начала поселка – на хвост садится пара машин, которые сопровождают его вплоть до ворот коттеджа. Костя усмехается, когда его проверяют на предмет оружия прямо на входе, но ничего не говорит. Корнеев любит поугрожать и потрясти пушкой, но до дрожи боится, что кто-то начнет угрожать в ответ.

Под настоящим конвоем – иначе и нельзя назвать процессию из шести охранников, следующих за ним, - он приходит в кабинет «короля интриг», как любил сам себя пафосно величать Клим. По мнению Лютого, «король дерьма» шло ему несравнимо больше.

- Рад видеть, Костя, - улыбается Клим, поднимаясь из мягкого кожаного кресла, и протягивает ладонь для рукопожатия.

Стол не обходит, судя по всему, старику сложно передвигаться без трости. Лютый игнорирует протянутую ему ладонь и опускается в кресло напротив. Корнеев хмыкает, занимает снова свое место и, к удивлению Кости, взмахом ладони приказывает охранникам выйти. В комнате остается разве что долговязый крепкий парень, застывший в шаге от Клима. Егор – его верная псина.

Хозяин дома, меж тем, радушно предлагает:

- Хочешь что-нибудь выпить?

Лютому больше всего на свете хочется утопить Клима в луже из дорогущего пойла, которым тот постоянно любил кичиться. Или руками придушить, на худой конец, чтобы прекратить эту дешевую комедию. Но усложнять ситуацию пока не стоит, поэтому Костя просто переходит к делу.

- Скажи, ты действительно готов причинить вред собственной внучке? – интересуется он, барабаня пальцами по подлокотнику кресла.

- Вред? – притворно удивляется Корнеев, - Что ты, я просто хотел с ней повидаться!

- И поэтому застрелил охранников и вырубил няню? – уточняет сухо Лютый и, теряя самообладание, подается вперед с рыком, - Ты вообще понимаешь, что ты творишь, Клим?!

- Успокойся, - на лице старика появляется раздраженная гримаса, - девочка ничего не видела.

- Она тебя даже не помнит! Ты похитил ее, перепугал до смерти, людей убил! И ради чего, чтобы меня запугать? Ты так хочешь мне отомстить – так отомсти, твою мать, мне! Не втягивая в это маленьких детей и женщин! – рявкает Лютый.

Клим поджимает губы со скучающим видом и разводит руками:

- Но ведь ты втянул в свои дела одну женщину, которая из-за тебя и погибла.

Лютый скрипит зубами.

- Если это и так, то виноват в этом я, а не мои дети.

- Я потерял единственную дочь. А у тебя, по крайней мере, детей двое. Кто-нибудь из них точно выживет, - холодно улыбается Корнеев.

Лютый всегда считал себя человеком железной выдержки. Но в этот момент что-то глухо щелкнуло в мозгу, отключая способность мыслить здраво. Умом он понимал, что это дешевая провокация, но ярость и неконтролируемая злоба уже брали верх.