В плену Зверя

– По крайней мере, она не уводит из–под носа у “глупой девочки” несколько миллионов долларов. А у умного мальчика – да, – не выдержала я и тут же прикусила кончик языка, когда глаза Дамира опасно сузились.

– Интересно, на какую сумму из украденной она оценила тебя?

– О чем вы? – я замерла, едва поднесла вилку ко рту.

Мужчина отрицательно покачал головой в ответ и сделал глоток сока из стакана, скрывая так насмешливую улыбку. Я поспешно прожевала кусочек и спросила:

– Но правда, как она сумела украсть такие огромные деньги? Она что, знала код от вашего сейфа? Или номер банковского счета?

– Она помогала отмывать деньги.

Я поперхнулась омлетом, быстро запила соком и просипела, неверяще глядя на Дамира:

– Что?

– Помогала деньги, полученные нечестным путем, отмывать, выводя их через свои бизнесы. Делала так, что они становились “чистыми”, как будто заработанными ею. Так что твоя сестренка перешла дорогу очень серьезным дядям, с которыми выгоднее было дружить.

– Но у Жанны нет ни одного бизнеса. Она ведь жила за счет любовников – она сама так говорила, – обескураженно пробормотала в ответ. Жанна занималась чем–то незаконным? Это совсем не вязалось с той сестрой, которую я знаю.

– Ты рассчитывала, что она придет к тебе и расскажет, что занимается махинациями, которые ее на раз под уголовщину подведут? – фыркнул Дамир, глядя на меня, как на несмышленую девчонку.

– Нет, но… я бы знала, что у нее есть хоть какой–то бизнес.

– Чисто номинальный, хвастаться там нечем, – пожал равнодушно плечом мужчина, спокойно доедая завтрак, – Он приносит мизерный доход и существует только для того, чтобы делать чужие деньги «чистыми».

Я даже не знала, что и сказать. Всего за сутки у меня мой небольшой мирок просто с ног на голову встал и наоборот – похищение, под которое подставила сестра, а теперь вот я узнаю, что Жанна ввязалась в какие–то опасные игры. Мало того, что непонятно каким путем заработанные деньги выводила, так еще и украла их!

– Привыкла рано вставать?

Взглянула на Дамира непонимающе, даже ответила не сразу. Слишком резкий переход к обычным вопросам после таких новостей!

– Как любой обычный работающий человек. Я же говорила вчера, что работаю в школе.

Не знаю, что тут было такого. Семь утра – обычное время, многие гораздо раньше встают, чтобы успеть собраться и добраться на работу. А у кого семья, там вообще просыпаться раньше приходится – завтрак сам себя не приготовит.

– Ну да, ну да, пару месяцев как училка, – насмешливый тон заставил меня покраснеть, потому что из уст этого мужчины моя профессия звучала как что–то пошлое. – Нравится за три копейки работать?

– У меня нормальная зарплата. Мне хватает, – сжав зубы, ответила я.

– Двадцать две тысячи без надбавок из–за отсутствия опыта, плюс подработки репетитором после школы тысяч десять приносят. Минус оплата за квартиру, еду, электричество и прочую лабуду – остается три–пять тысяч. Шикуешь так, что даже я завидую.

Со звоном вилка упала у меня из рук. Какого черта? Он что, мои доходы и расходы уже посчитал? Хотела было возмутиться, но заметила, что Дамир сверлит меня каким–то темным, даже озлобленным взглядом, и слова застряли в горле.

– А может, тебе хватает, потому что ты, например, с директором спишь?

– Да как вы вообще смеете…

– Отвечай на вопрос, когда я его задаю, – жестко обрубил мужчина.

– Ни с кем я не сплю! Я же сказала вчера, что девственница! – чувствуя, как начинают гореть щеки, выпалила я.

– Почти в двадцать два? Тебя саму ничего не смущает? Может, ты фригидная? Или больна?

Я опешила так, что даже не знала, что ответить на все эти вопросы. Практически незнакомый человек за завтраком устраивает мне натуральный допрос! Да еще по такой теме, которую и с родными не обсуждаешь!

– Ничем я не больна, – выдавила через силу только потому, что Дамир по–прежнему сверлил меня недружелюбным взглядом, – Мне теперь что, справку вам показать?

– Не стоит. Я проверю, не сомневайся. И что, почти двадцать два и тебе ни разу не хотелось лечь с мужчиной в постель?

– Почему вас вообще это волнует?! Я не буду разговаривать об этом с вами!

– Или ждешь принца на белом коне?

– Да ничего я не жду! – взорвалась я, швырнула салфетку в тарелку и резко поднялась, опрокинув стул, – Дамир Муратович, не сказать, что я была рада знакомству с вами, но мне пора. В девять у меня занятия!

В груди клокотало от едва сдерживаемого гнева. Что этот мужлан вообще себе позволяет?! К чертовой матери давно надо было убраться из этого дома и забыть все, как страшный сон. Решительно я направилась к выходу.

– Если я не ошибаюсь, то вчера тебя привезли без телефона и денег, – прилетел мне в спину и я остановилась и обернулась к Дамиру, чтобы понять, к чему он клонит. – Можно было бы подумать, что какой–нибудь крохотный кошелек у тебя припрятан под платьем, но… – он многозначительно ухмыльнулся, – я сам видел, что под ним, кроме белья, ничего нет. Впрочем, трусики я с тебя не снимал, так что маленькая вероятность все же есть…

– Хватит! – краснея еще гуще от скабрезных намеков мужчины, потребовала я, – Я дойду пешком!

– Мы почти в полусотне километров от города, – скучающим тоном известил меня мужчина, глядя поверх моей головы.

– Тогда я очень надеюсь, что вы будете воспитанным мужчиной и попросите кого–то из своих людей отвезти меня обратно. Потому что это по вашей вине я оказалась здесь! Или просто дайте мне денег на такси – я уеду сама, – выпалила я.

– Забавно, что ты уже начала требовать деньги, – усмехнулся Дамир.

– Займите, – поправилась я, – я все верну!

– Знаешь, в твоих словах есть доля правды, – он поднялся из–за стола и направился ко мне расслабленной грациозной походкой хищника.

Во всяком случае я почувствовала себя дичью, которую упорно загоняют в угол – по мере того, как он приближался, моя уверенность и боевой настрой таяли с каждой секундой.

– И я бы даже попросил отвезти тебя домой. Или дал бы денег. Вот только есть одна проблема…

– Какая? – выдохнула я, почти не дыша, когда Дамир навис надо мной.

Мужчина взял мой подбородок пальцами, поднял к себе и заглянул в глаза.

– Ты еще не выплатила те несколько лямов, что задолжала твоя сестренка.

– Что? – от изумления голос сел и я почти прошептала.

– Ты же сама вчера предлагала заплатить. И я подумал – почему бы и нет, – обманчиво ласковым движением оглаживая кожу большим пальцем. – Вот только денег у тебя нет совсем, так что дальше игра будет по моим правилам.

– Я н–не понимаю, о чем вы…

– Понимаешь. Все ты понимаешь, девочка – я вчера ясно дал понять, чего хочу. Тебя. Полностью.

У меня пересохло в горле.

– Вы с ума сошли? Я не собираюсь вообще в такие игры играть!

– Что, не хочешь помочь любимой сестренке? Хочешь, чтобы она оказалась на твоем месте? – ехидно прищурился Дамир.

– Эт–то все же не мой долг.

– А отработаешь его ты. Ты мне больше по вкусу. Такой был договор. Я прощаю твоей сестрице часть долга – ты ублажаешь меня. Считай, что я тебя купил.

– Что? Так она в курсе? – внутри похолодело от осознания, что Жанна с самого начала знала, чем все закончится.

– А зачем, по–твоему, она прислала тебя ко мне?

Еще секунду я смотрела в черные глаза Зверя, а после вывернулась из его рук и, чувствуя, как внутри растет паника, выкрикнула:

– Вы не можете так распоряжаться мной! Как вещью! Я не принадлежу ни вам, ни сестре! Вы похитили меня и меня будут искать! Это противозаконно!

– Будут искать? Пара тысяч баксов – и твои друзья и коллеги разом забудут о тебе, – насмешливо фыркнул Дамир, – Особенно, когда поймут, что со мной лучше не связываться. Массовая амнезия такая интересная штука…

– Этого не может быть! Я сама обращусь в полицию, как только выйду отсюда!

– Если выйдешь отсюда, – жестко поправил Зверь. Его глаза неуловимо потемнели и он вкрадчиво повторил, – Если, детка. Непослушные девочки плохо кончают. Послушные – хорошо, долго и часто, – ухмыльнулся он похабно. Но усмешка быстро сошла с его губ и Дамир холодно закончил, – я все сказал. Ни сегодня, ни завтра, ни через неделю ты никуда отсюда не уедешь. Твоя работа теперь заключается в другом. Приступишь к ней завтра, а сегодня тебя осмотрит врач.

– Так не будет… – побледневшими губами прошептала я.

– Будет, малышка. Так, как я сказал. Я люблю хороших девочек, – Дамир шагнул ближе и снова больно сжал мой подбородок, – Намек ясен? Веди себя тише воды, ниже травы – и как только отработаешь, я тебя отпущу. А будешь делать все хорошо, еще и денег отсыплю.

Едва дыша, я смотрела в эти ледяные черные глаза и не верила в то, что слышу. Зверь оглядел мое лицо жадным взглядом и отпустил меня. Без сил я съехала по стене вниз и горько разрыдалась.

Глава 8

Дамир ушел – это я поняла по громкому хлопку входной двери. От резкого звука вздрогнула и сжалась в комок, заплакав еще сильнее. Но через пару минут послышались приближающиеся шаги и внутри все перевернулась. Я встрепенулась и мгновенно подскочила с места, вжимаясь в стену и лихорадочно пытаясь понять, что Зверю понадобилось от меня снова. Но это был не Дамир. Напротив меня остановилась женщина, которая вчера провожала меня в комнату – Марта. Трясущимися пальцами я вцепилась в ее запястье и горячо зашептала:

– Помогите мне, пожалуйста! Меня похитили и насильно здесь держат. Дамир, он… не собирается меня отпускать, – захлебываясь от всхлипываний, умоляюще произнесла я.

– Извините, Марина Константиновна, я ничего не могу поделать, – натянув сухую улыбку на губы, вежливо отрезала она.

Торопливо я вытерла с зареванного лица слезы.

– Если не можете помочь мне сбежать, пожалуйста, дайте телефон! Прошу! Я заплачу вам столько, сколько захотите! Только помогите!

Марта недовольно поджала губы и сухо процедила:

– Марина Константиновна, Дамир Муратович просил помочь вам вымыться и одеться для поездки к врачу. Пожалуйста, будьте благоразумны и дайте мне выполнить свои обязанности. Вы должны быть готовы уже через час.

Я онемела. Просто смотрела во все глаза на эту женщину с проседью в волосах и не могла поверить в то, что она говорит. Ей абсолютно наплевать. Она так сильно боится Зверя?

– Пожалуйста… ведь у вас наверняка есть свои дети. Разве вы хотели бы, чтобы вашу дочь похитили и насильно удерживали? – стараясь заглянуть ей в глаза, попросила я, сложив руки в умоляющем жесте.

– Я была бы счастлива, если бы моя дочь приглянулась Дамиру Муратовичу.

Даже слезы высохли в этот момент от осознания, в какой же я заднице. Долбаная горничная – или кто она вообще? – считает, что мне дико повезло. Что то, что меня выкрали и теперь насильно заставляют отрабатывать чужой долг своим телом – это счастливый билет! Я отвернулась и сделала несколько вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Марта мне не поможет. И никто в этом доме. Да и мне никак не выбраться: вокруг дома куча охраны, мимо которой даже мышь не прошмыгнет.

Но…

– Я вымоюсь сама. Оставьте одежду, в которую нужно одеться, я спущусь через час вниз, – со скорбью в голосе сказала я, с потерянным видом глядя в окно.

– Конечно, Марина Константиновна. Сейчас принесу одежду.

Марта тенью ускользнула из холла, а я поспешила в отведенную мне вчера комнату и закрылась в ванной. Да черта с два я смирюсь со всем этим! Отсюда мне не сбежать, но так уж вышло, что этот Зверь захотел получить бумажки, чтобы удостовериться в том, что я до сих пор чиста и невинна. Меня повезут к врачу, и охраны там точно будет куда меньше, чем в его логове.

И, кажется, это будет мой единственный шанс сбежать.

******

– У вас отличное здоровье, Марина Константиновна! И возраст как раз идеально подходит для рождения ребенка. Еще не задумывались об этом?

– Не задумывалась, – отрезала я.

– Жаль, жаль, – покачал головой врач, имени которого я не запомнила, и продолжил что–то печатать в компьютере, – все справки будут готовы буквально через пару часов. Я передам их с Рустемом Георгиевичем. Вам не о чем беспокоиться.

Я хмуро кивнула. Похоже, Рустем Георгиевич – это тот мрачный тип, что привез меня в медицинский центр. Вчера я его не видела. Видимо, Дамир посылает его на какие–то мелкие дела. Или крупные? Не знаю, относится ли катание женщины к гинекологу к разряду важных дел.

Тихо выдохнула – какие только дурацкие мысли на нервах не лезли в голову. Просто я знала, что тот самый Рустем – огромный накачанный мужик – не просто привез меня сюда, но еще и под дверью сидит дожидается. Я уже пыталась уйти без него в туалет, но он, как назло, стоял прямо возле входа, а в самой уборной не было окон от слова совсем. Так что из кабинета в кабинет я гуляла под надзором.

Кусая губы, я нервно теребила край выданного Мартой свитера и пыталась придумать хоть какой–то выход.

– Только не нравится мне, что вы так нервничаете. Дамир Муратович говорил, что у вас сильный стресс на работе, был нервный срыв. Хотите, я отправлю вас к нашему психотерапевту?

– Нет, спасибо, у меня все в порядке, – еле заставила себя выдавить, а потом не выдержала, схватила доктора за руку и призналась, – Дамир Муратович похитил и удерживает меня насильно. Помогите мне сбежать, пожалуйста!

Врач осмотрел меня с ног до головы и его выражение лица стало каким–то жалостливым, словно перед ним сидела сумасшедшая. Он осторожно освободил руку, улыбнулся приторной улыбкой и заговорил, как с маленькой девочкой:

– А давайте я вас на успокаивающий массажик отправлю пока будут готовиться результаты тестов? У нас замечательный физиотерапевтический кабинет! Там вы расслабитесь, отдохнете, – сладким голосом уверял меня мужчина, а сам параллельно писал что–то в бумажке.

Хотелось просто вцепиться в его халат, встряхнуть его и закричать, что я не вру! Что это все правда! Но, скорее всего, так он меня точно запишет в сумасшедшие. А может, он давно знает Дамира и тот уже не первый раз присылает к нему девушек вроде меня. Тогда он точно не помощник, как и Марта…

– Спасибо, – поблагодарила я, забирая протянутый листок. Улыбнулась через силу, а у самой от безысходности к горлу тошнота подкатывала. Неужели это конец? Неужели я не сбегу?

Вышла из кабинета и тут же натолкнулась на тяжелый взгляд Рустема. Он сидел прямо напротив и сразу же поднялся, едва дверь распахнулась.

– Что?

– Врач сказал подождать и отправил меня пока в физиотерапевтический кабинет, – ответила я, строя из себя покладистую девочку, и сразу же отдала бумажку своему охраннику, чтобы тот убедился, что я не вру. Хмуро он прочитал ее и кивнул.

– Двадцать второй кабинет должен быть на втором этаже. Идем, – кивнул он и указал жестом, чтобы я шла перед ним.

Пришлось идти впереди, а сзади за мной чуть ли не след в след шел Рустем. Вот так под конвоем я дошла до нужного кабинета. Хорошо хоть медсестра быстро его выпроводила в коридор и не позволила сидеть внутри. Мне в одном помещении с этим мрачным типом было вдвойне не по себе. Честно сказать, я даже после очень хорошего массажа расслабиться не смогла. Да и как можно так просто убрать напряжение, если каждую секунду в голове крутится мысль о том, как сбежать и что если я не сделаю этого сейчас, то мне конец?

– Полежите пока, а я подойду к вам через полчаса. Если задремлете, то не страшно. А если будет что–то нужно – позовите меня, – мягко оповестила медсестра, когда массажист закончил и вышел из импровизированной кабинки.

– Хорошо. А вы можете приоткрыть окно? Хочется свежего воздуха, – попросила я, следя за тем, как девушка включает какие–то приборы.

– У нас есть кондиционер. Сейчас я настрою его на температуру пониже.

– Нет, лучше окно, – помотала я головой, – такой свежий весенний воздух, птицы поют… меня это успокаивает.

Медсестра осмотрела меня с подозрением и в этот момент у меня чуть скулы не свело от судороги, так я старательно улыбалась.

– Хорошо, – не стала спорить она, вышла из секции и задернула за собой плотную ткань.

Полежала я ровно пять минут, прикрыв глаза, чтобы сделать вид, что и правда задремала, а сама напряженно вслушивалась в то, что происходит. Вот девушка прошла мимо, послышался звук открывания окна, потом она направилась обратно, остановилась на пару секунд возле отведенной мне секции и направилась на рабочее место. На всякий случай подождала еще пару минут. Больше просто не выдержала – осторожно слезла вниз и осмотрелась.

К счастью, все кушетки отгораживались не стенами, а какими–то ширмами, так что спокойно можно было пролезть внизу и оказаться в соседней «секции». Что я и сделала. Практически все они были пустыми, лишь в одной безмятежно спала девушка. Поэтому до окна я добралась незамеченной, прислушалась еще раз на всякий случай, но ничего, кроме бешеного стука собственного сердца не услышала, так сильно шумело в ушах. Дрожащими руками схватилась за ручку окна и, стараясь не издавать шума, распахнула его настежь и выглянула вниз.

К горлу подкатил комок слез и я чуть не разрыдалась от осознания – второй этаж! Снизу только козырек, который располагался над входом в медицинский центр, но в стороне, и вряд ли я бы смогла до него допрыгнуть. Но другого варианта у меня не было. Надо попробовать. Хоть несколько шагов сделать по выступающим камням здания, а там оттолкнуться как следует – и я уже смогу долететь до козырька. А потом или спрячусь, или вниз спущусь, или вообще через окно в другом кабинете влезу. Главное допрыгнуть!

Почти бесшумно я взобралась на подоконник и свесила ноги вниз. Зажмурилась и сделала несколько глубоких вдохов. Так, главное собраться, сгруппироваться и нащупать ногой кирпичи. Ничего страшного не случится. Ничего страшнее, чем то, что мне уготовано, уже точно не случится!

– Далеко собралась?

Грудь как будто сжали ледяным обручем от знакомого голоса. Резко развернулась и натолкнулась на суровый взгляд Рустема. Тело среагировало на опасность немедленно – на автомате я оттолкнулась от подоконника и уже в следующую секунду ощутила, что лечу вниз. Внутренности нехорошо скрутило от ощущения полета и липкого ужаса, но в следующую секунду я зависла в воздухе.

– Ты что выдумала, идиотка??! – прорычал мужчина сверху.

Рустем успел поймать меня за одежду и потащил вверх. Край свитера моментально передавил горло, перекрывая доступ кислорода и ткань угрожающе затрещала. А через секунду мужчина схватил меня за запястье и рывком затянул назад.

– Дура! Идиотка! – не переставал ругаться он, перемежая слова на русском словами на неизвестном мне языке.

В этот момент я закрыла лицо ладонями и просто разревелась, как маленькая девчонка. От безысходности, от понимания того, что я вполне могла сломать что–то или разбиться совсем. Но еще больше от осознания того, что меня поймали.

– Ну, хватит, – послышался неуверенный голос Рустема, а через секунду он рывком оторвал руки от моего лица, придирчиво осмотрел шею и сказал твердо, – Я сказал, хватит. Либо молча и без выкрутасов идешь за мной, либо я скручу тебя и потащу силой. Но тогда будет больно. Выбирай. Идешь сама или?

– Сама, – всхлипнув, выдавила я.

Поймала на себе взгляд медсестры, но та торопливо отвернулась и сделала вид, что занята другими делами. У меня в голове не было даже мыслей – и так понятно, что абсолютно всем плевать на меня. Папа всегда говорил «Своя рубашка ближе к телу», но только сейчас я поняла смысл сказанного. Никто не вступится за незнакомого человека, никому не нужны проблемы. Только не с тем, кто по щелчку пальцев способен разрушить твою жизнь.

Рустем открыл передо мной заднюю дверь, подождал, когда я сяду и махнул кому–то. Обернувшись, я увидела еще один внедорожник, который сразу же подъехал ближе. Еще несколько человек охраны. Так значит, у меня с самого начала не было варианта сбежать? Пусть со мной в машине находился только Рустем и он же ходил всюду, но все равно за нами неотступно следовало еще несколько человек.

– Отпустите меня, пожалуйста! Никто не узнает, что вы сами это сделали. Просто скажите ему, что я сбежала… – попросила я тихо, когда машина плавно тронулась с места. Попросила без особой надежды, просто потому, что не могла просто смириться.

– Заткнись, – процедил сквозь зубы мужчина.

– …а я просто уеду, спрячусь где–нибудь и никто меня не найдет.

– Ты забываешь, с кем имеешь дело. Зверь найдет тебя везде, – хмыкнул Рустем.

– Но Жанну же еще не нашел.

– Это дело времени. К тому же, очевидно, что ей кто–то помогает. У тебя таких друзей, как у нее, нет. Да и у Зверя к тебе особый интерес, – ухмыльнулся мужчина, глянув на меня в зеркало заднего вида, – и он точно будет не в восторге от того, что ты пыталась сбежать. От него не скроешься, девочка. Так что закрой глаза и наслаждайся.

Я зажмурилась и отвернулась, проглатывая горечь вместе с обидной насмешкой.

******

Всю дорогу я тряслась и надеялась, что Зверя не окажется дома. Но Вселенная как будто за что–то отыгрывалась на мне все эти дни и моим надеждам не суждено было сбыться. Стоило только машине остановиться, как Рустем разблокировал двери, сразу же выбрался и вытащил за руку меня. Так мы и пошли к дому – я, не ощущавшая под собой земли от страха, и мой конвоир, за локоть тащивший меня следом за собой.

– Стой здесь, – приказал он холодно, когда мы поднялись по лестнице и Рустем остановился у одной из дверей. Как я поняла, тут находился кабинет Зверя.

Не дождавшись от меня ответа, мужчина склонился и повторил:

– Отсюда ни на шаг, уяснила? Очень не советую злить Зверя и меня тоже. Стоишь, ждешь, когда позовут.

Я отшатнулась и торопливо закивала. Рустем осмотрел меня враждебным неприязненным взглядом и скрылся за дверью. Не знаю, что там происходило, как бы ни старалась я прислушиваться, все равно никаких звуков не уловила. Видимо, звукоизоляция в доме была отличная и от осознания этого факта почему–то мороз по коже продрал. Кричи–не кричи – никто не поможет… Да и если услышат, тоже не помогут. Из прислуги здесь я видела только Марту, а она уже ясно показала свое отношение.

Дверь с шумом распахнулась и из нее вылетел еще более злой Рустем. Я вздрогнула и съежилась, когда он снова осмотрел меня своими раскосыми глазами, ожидая окрика, но мужчина ничего не сказал. Только молча кивнул на дверь и направился к лестнице.

В этот момент все мое самообладание полетело к черту. Лишь спустя несколько минут, когда удалось унять сердцебиение, дрожащими пальцами я повернула ручку, толкнула дверь и замерла на пороге. Зверь сидел за столом и с интересом что–то читал на экране ноутбука, кажется, совсем не обращая на меня внимания.

– Ближе, – неожиданно приказал мужчина.

Я сглотнула и шагнула вглубь комнаты. Не отрываясь от своего занятия, Зверь поманил меня жестом. Пришлось подойти почти вплотную к столу.

– Надо же, и правда девственница, – довольно ухмыльнулся Дамир, повторно обегая взглядом информацию на экране, а после захлопнул крышку лэптопа и откинулся на спинку кресла. Недовольно поцокал языком, с прищуром оглядывая меня. – Я думал, мы со всем разобрались, сладкая, но нет, ты до сих пор не слушаешься и расстраиваешь меня. Разве я не ясно говорю? Не по–русски? Или ты плохо понимаешь? Объяснить по–другому?

– От–тпустите меня, – запнувшись, произнесла я и добавила совсем тихо – горло сковало от подступающей истерики, – пожалуйста.

– Ну вот, снова та же песня, – вздохнул он и покачал головой, – кажется, тебя никто не обижает здесь. Тебе привезли кучу дизайнерских шмоток, поселили в доме, который куда лучше твоего, мягко скажем, чулана, тебе не нужно ходить на копеечную работу и жить на те гроши, что ты получаешь. Что тебе еще нужно?

– Пожалуйста, отпустите меня, – слезы покатились сами собой, стоило ему подняться с места и направиться ко мне. Рядом с этой глыбой мышц я ощущала себя просто беспомощной маленькой девочкой. Особенно когда сильные руки Дамира легли на талию и он сжал меня собственническим жестом – в этот момент потоки слез просто без остановки потекли по лицу.

– Я уже все сказал, малышка. Не люблю повторять дважды, но для тебя, так и быть, сделаю исключение, – он больно вздернул мой подбородок наверх, посмотрел в глаза и раздельно произнес, – Я. Никуда. Тебя. Не отпущу. Точка.

– Пока не отработаю долг?

– Именно так.

– А п–потом? – заикаясь, спросила я.

– Отработаешь должок и… посмотрим, – усмехнулся он, ласковым движением проводя по губам. – Ты красивая, – Дамир обошел меня, не сводя жадного взгляда, от которого по коже мурашки побежали, и остановился сзади, – Только мне не нравится, что на тебе так много одежды.

Он подцепил пальцами края просторного свитера и одним движением стянул его. Не спрашивал разрешения – просто поднял мои руки вверх, сдернул и отшвырнул в сторону. Опустил рукава футболки вниз, оголяя плечи. Я зажмурилась до кругов перед глазами и судорожно сглотнула, когда Зверь огладил кожу шеи легким ласкающим движением. И потеряла контроль над ситуацией. Словно едва сдерживаясь, он рванул меня к себе и вжал, давая почувствовать свое мужское желание. И стоило только ощутить пятой точкой его каменный стояк, как у меня пересохло в горле от паники. Он собирается прямо сейчас! Сделать это со мной! Чужой, почти незнакомый мужчина!