Инстинкт совершенства

– Ладно. Не будем заставлять Грейсона ждать, – Тейлор улыбается, но я вижу, как изменилось ее настроение.

– Да, конечно, – соглашается мама.

Сестра выходит первой, и я прохожу рядом с мамой.

– Я не хотела ее расстраивать, – шепчу так, чтобы Тей не услышала.

– Я знаю, дорогая, – мама сжимает мое предплечье. – Ты не брала ничего с собой переодеться? – окидывает мой скромный образ в светло-голубых облегающих джинсах и желтом топе на тонких бретелях.

– Нет, мам. Я приехала на скутере.

– Хочешь, я дам тебе что-нибудь из своего? У нас почти один размер.

– Нет уж. Ненавижу чувствовать себя скованной во всех этих платьях.

– Ты же девушка, платья – это неотъемлемый атрибут гардероба. Ты уже давно выросла из подросткового возраста, пора менять свой стиль в одежде.

– Меня полностью устраивает мой стиль, мам.

– Как знаешь, Эверин. Ты поедешь со мной? Потому что Грейсон приехал за Тейлор на машине.

– Нет, я за вами на скутере.

– Хорошо. Будь осторожна, дорогая.

Как только мы спускаемся в холл, Грейсон уже стоит в ожидании Тей с огромным букетом белоснежных пионов. На мгновенье парень замирает, окинув мою сестру взглядом, полным восхищения. На его лице расплывается широкая улыбка, и взгляд голубых глаз загорается.

Парень определенно влюблен в мою сестру.

Тейлор принимает букет из его рук, смущенно поблагодарив.

– Готова? – интересуется парень, галантно подставляя ей локоть.

– Да, – кивает.

– Мы поедем за вами, милая, – бросает ей в спину мама, но сестра так растеряна, что ничего не отвечает.

– Этот мальчик ей подходит, – шепчет мне мама, когда парочка спускается по парадной лестнице.

– Главное, чтобы она сама это поняла.

– И еще он сказал, что тоже остается в Атланте и будет учиться в том же колледже.

– Хм…похоже, он настроен серьезно.

– Я хорошо знаю его семью, и они замечательные люди.

– А что на это говорит Говард? – намеренно называю его по имени.

– Его интересует только размер счета его отца. А он хоть и занимает высокую должность в местном муниципалитете, но, как ты понимаешь, не владеет миллионами.

– Мам, ты никогда не думала с ним развестись? – спрашиваю то, что не решалась раньше.

– Много раз. И даже однажды подала заявление, но потом забрала его, потому что поняла, что без Говарда я никто, Эверин. Я ничего не умею. Я привыкла жить хорошей жизнью ни в чем себе не отказывая, покупать дорогие вещи и путешествовать, куда захочу, не думая о затратах. Это то, к чему я очень привязана.

– И ты готова пожертвовать своей гордостью ради всего этого?

– Мне больше ничего не остается, дочка.

– Ты достойна лучшего, мама.

– Как бы там ни было, я все еще люблю его. И знаю, что он тоже любит меня, хоть и не такой сильной любовью.

– Говард любит только себя и свое непомерное эго, – цежу сквозь зубы, сгорая от ярости за погубленное счастье мамы.

Никогда! Ни одному мужчине не позволю вытирать об себя ноги!

– Это твоя машина? – пораженно восклицает Тейлор и только сейчас обращаю внимание на стоящий, на подъездной дорожке белоснежный Шевроле кабриолет с откинутой черной крышей.

– Да. Отец подарил за окончание школы с отличием, – чешет затылок.

– Вау! Поздравляю, Грейсон. Это так здорово.

– Спасибо, Тейлор. Садись, прокачу тебя с ветерком.

– Супер! – сестра хлопает в ладоши.

– Дети, будьте осторожны! – предостерегает мама.

– Хорошо, миссис Риччи. Привезу домой в целости и сохранности, – Грейсон салютует нам, открывая пассажирскую дверь для Тей.

– Неужели Тей отпустили одну и без охраны? – интересуюсь у мамы.

– Мне пришлось вчера долго уговаривать Говарда, чтобы твоя сестра не чувствовала неловкости.

– Ты правильно сделала, мам.

***

Подъехав к школе, не сразу нахожу где припарковаться. Приходится оставить скутер у бордюра через дорогу. Вся школьная парковка занята машинами родителей, приехавших также поддержать своих детей. Замечаю Тей с Грейсоном, общающимися рядом с машиной. Парень что-то говорит моей сестре, и та заливисто смеется. Она выглядит сейчас такой цветущей и счастливой. Вспоминаю свой выпускной и в груди неприятно жжет. Из-за Говарда я была совершенно одна в тот день.

Он запретил маме и сестре приближаться ко мне. Рядом не было никого, кто мог поддержать меня. Весь вечер я проплакала в школьном туалете, а потом напилась и совершила самую большую ошибку, о которой до сих пор жалею и даже не хочу вспоминать.

Как только перехожу дорогу, чтобы подойти к ребятам, на парковку заезжает лимузин и из него выходят несколько нарядно одетых парней в сопровождении девушек. Замечаю, как взгляд Тейлор устремляется на одного из парней, обнимающего за талию свою спутницу в слишком коротком и вульгарном платье, цвета розовой фуксии. Парень встречается взглядом с моей сестрой и на его губах появляется наглая ухмылка и он машет ей рукой. Тей лишь кивает в ответ, став цвета моих красных трусиков.

Грейсон замечает перемены в моей сестре и берет ее за руку, заставляя посмотреть на себя. И в следующую секунду делает то, что сразу прибавляет ему очков в моих глазах. Погладив Тейлор по щеке, он наклоняется и целует ее в губы на глазах у всех.

Я готова прокричать ему «браво», увидев, как мрачнеет лицо засранца, и тот уходит с парковки, поджав хвост.

Грейсон мой кумир!

Пробыв на церемонии выдачи дипломов об окончании школы до самого конца, мы с мамой поздравляем Тей и уезжаем, оставив их с Грейсоном развлекаться на выпускном вечере.

Приехав домой, заваливаюсь на диван с Мартини и до глубокой ночи смотрю фильмы, впервые ощущая странное пожирающее чувство одиночества. Даже порываюсь позвонить Чарли, чтобы поболтать, но не делаю этого, вспомнив, что сегодня у его младшего брата день рождения, и они отмечают его в кругу семьи. А потом просто отключаюсь в беспокойном сне прямо на диване в гостиной.

Глава 5

Подкрадываюсь через ряд аккуратно подстриженных туй, насаженных вдоль забора, через который я перебралась десять секунд назад. Кидаю взгляд на современный двухэтажный дом с плоской крышей, погруженный в темноту, и обращаю внимание, что к нему прилегает большой гараж на машин пять, не меньше. Смело можно сказать, что владелец дома очень состоятелен, но во всем ощущается какая-то сдержанность. Даже в оформлении газона нет ничего лишнего. В этот раз я не стала выяснять особых подробностей о хозяине дома. Все, что я знаю это то, что его зовут Адриан Демитриус и что его семья является владельцем крупного судостроительного завода в Саванне и еще руководит рядом мелких бизнесов по всей Джорджии. Ну и, конечно, я пробила, что он не состоит в каких-то благотворительных проектах. Этот немаловажный пункт всегда определяющий, чтобы отказаться от дела. Люди, помогающие другим, для меня неприкосновенны.

Сглатываю вязкую слюну и даже зная, что хозяина нет дома, почему-то медлю. Прошло уже больше двух месяцев с того провального задания, и, к счастью, ко мне не заявилась полиция, а заказчик был очень доволен нашей работой. После этого Чарли настоял на том, чтобы сделать небольшой перерыв и повременить с заданиями. Пусть мне жутко не хватало моих ночных приключений, но в какой-то степени мне был нужен этот перерыв, поскольку та встреча еще долго не выходила у меня с головы. Каждый день я ждала чего-то и жила в состоянии постоянного напряжения. Плохо спала по ночам, и несколько раз мне даже снился тот странный мужчина. Я просыпалась в холодном поту от своих собственных криков. Даже специально стала брать дополнительные смены в гольф-клубе, чтобы меньше времени проводить дома и отвлекаться от ненужных мыслей. Когда прошло достаточно времени, я больше не могла сидеть на месте, и сама уговорила Чарли взяться за новое задание.

Сегодня первый раз после длительного перерыва и по стремительно нарастающему волнению кажется, что это было уже очень давно. Однако Чарли немного расстроил меня, согласившись на несложную операцию. Заказчик, вышедший на нас, предупредил, что в доме, куда мне нужно будет проникнуть, никого не будет. Его хозяин улетел в отпуск. Единственная сложность, которая перед нами стояла, – это чересчур умная система безопасности, которую Чарли уже взломал. Он профессионал своего дела. Его хакерский опыт имеет очень обширный послужной список. Я даже не сомневалась, что он сможет с легкостью отчистить для меня проход, а значит, пора сделать то, зачем я сюда пришла.

Спускаюсь с газона и иду по выложенной каменной плиткой дорожке к черному входу. По чертежам дома оттуда будет быстрей добраться до нужной комнаты. По заданию я должна выкрасть картину известного художника, украденную из дома владельца и купленную однажды на черном рынке хозяином этого дома. Предметы искусства мне еще не приходилось красть, и от этого даже интересно.

– Я у двери, Чар, – произношу в наушник, но ничего не слышу. – Засранец? – в ответ слышны лишь какие-то помехи.

На такие случаи у нас заготовлен план, и я следую ему, зная, что проход должен быть открыт. По крайней мере, если что-то пойдет не так, в доме все равно никого нет, и я просто сбегу. Дергаю ручку и, к счастью, электронный замок с легкостью открывается и дальше не следует оглушающих звуков сигнализации.

Вхожу в дом и иду по проходу, оказываясь в просторном холле с широкой парящей лестницей, ведущей на второй этаж. Из панорамных окон красиво льется свет от луны, падая на стены, покрытые темной декоративной штукатуркой. Успеваю обратить внимание на стильный интерьер и преобладание каменных и металлических поверхностей. К оформлению дома явно приложил руку настоящий профессионал своего дела.

Прохожу мимо лестницы и иду по коридору, ведущему в дальнюю часть дома. Окнами она выходит на просторный задний двор с подсвеченным бассейном и летним патио.

Замечаю нужную мне дверь и вхожу, оказавшись в полупустой комнате. На потолке красиво отражаются блики от воды из бассейна. Здесь почти ничего нет, кроме нескольких коробок. Раздвижные двери открыты, и прямо из комнаты можно выйти на патио. Начинаю осматриваться в поиске картины, и меня начинает одолевать странное ощущение. Затылок обдает холодом, и пульс срывается с тормозов. Внезапно в комнате загорается свет, и я резко разворачиваюсь. Внутренности обжигает огнем, а глаза чуть не выпадают из орбит, когда я вижу того самого мужчину. Он стоит, расслабленно прислонившись к стене спиной. Перекинув ногу за ногу, он засунул руки в карманы черных брюк.

– Ну здравствуй, воришка, – тишину комнаты разрывает его низкий угрожающий голос, и на лице с грубоватыми чертами появляется устрашающая ухмылка.

Сегодня он не в костюме. На широких плечах такая же черная, как и брюки рубашка с закатанными до локтей рукавами, и моему взору открыты загорелые предплечья с хаотично тянущимися венами под темной порослью волос.

Инстинктивно пячусь назад к открытым раздвижным дверям.

– Не получится, – качает головой, поняв, о чем я думаю. – Там тебя встретит моя охрана.

Ощущаю, как адреналин набирает обороты и включаются все возможные резервы организма. Срываюсь с места и бегу в сторону двери. Но мужчина оказывается быстрее и успевает схватить меня за рукав толстовки.

Предпринимаю несколько попыток обезвредить его приемами карате, но он ловко уворачивается. Мой кулак проносится буквально в паре миллиметров от его точеной скулы.

Надо сказать, реакция у него отменная, ведь я тоже далеко не медлительная.

– Хорошо, но недостаточно быстро, – резко хватает меня запястье и срывает с головы капюшон, а сразу за ним бандану с лица. – Хм…значит, все-таки блондинка, – победно улыбается.

– Что тебе надо, ублюдок? – тяжело дышу, гордо вздернув подбородок.

Не собираюсь тушеваться перед этой сволочью. Я все равно уже в ловушке.

– Ну зачем же сразу так грубо. Мы же цивилизованные люди.

– Какого черта здесь происходит?

– В прошлый раз не получилось нормально поговорить, ты слишком спешила и даже не поблагодарила меня за свое спасение.

– Серьезно? Так я здесь для этого?

– Я все-таки должен узнать твое имя.

– Ты совсем больной? – прищуриваю глаза, не понимая, что на уме у этого человека.

– Не замечал за собой.

– Психопаты, как правило, отрицают свою болезнь.

– Я обязательно вышлю тебе свою медицинскую карту, но для этого нам нужно поближе познакомиться.

– Да пошел ты! – пытаюсь ударить его коленом в пах, но очередная попытка заканчивается провалом, и мужчина резко разворачивает меня спиной к себе. Хватает уже оба запястья и прижимает их к моей груди. Я чувствую всю мощь подтянутого тела. Ощущаю рельеф крепких мышц и горячее дыхание на щеке.

От такой близости бросает в жар. Кожа под одеждой покрывается мурашками. Дыхание окончательно сбивается.

– Отпусти меня, сволочь, – цежу сквозь зубы, злясь еще и на себя за странную реакцию.

– А ты боевая, воришка, – наклоняется и неожиданно проводит носом по моей скуле.

– Да и могу оставить тебя без яиц, если не отпустишь, – дергаюсь из последних сил в надежде освободиться, но он гораздо сильнее.

– Еще и смелая. И вкусно пахнешь, – в низком голосе появляется хрипотца. – Что это? Апельсин? – угадывает запах моего любимого геля для душа.

– Отвали от меня, – мой голос срывается, и я начинаю чувствовать себя жалко.

Внезапно проводит большим пальцем свободной руки по родинке на скуле и под губой.

– Без грима намного лучше.

– Т-ты точно больной, – по телу пробегает предательская дрожь.

– Так что же, я все-таки услышу твое имя, bella? – звучит какое-то странное обращение.

– Пошел к черту.

– Еще и упрямая, значит. Тогда пойдем на сделку.

– Какую еще сделку? – кислорода начинает катастрофически не хватать.

– Я не вызываю полицию из-за того, что в мой дом пробралась воровка, – от его слов все внутри холодеет. – А за это ты соглашаешься пойти со мной на свидание.

– Что? Какое еще свидание? – из меня вырывается нервный смешок, и я облизываю пересохшие губы.

– То, на которое ходят женщины с мужчинами, – он продолжает крепко держать меня в кольце своих рук и прижиматься сзади.

До обоняния доносится глубокий мускусный запах мужского тела и становится по-настоящему жарко. Ощущаю, как капелька пота стекает между грудей.

– Я не хожу на свидания.

– Не вешай мне лапшу на уши, bella. Я ни за что не поверю.

– Ненавижу всю эту слащавую романтику с цветами, ресторанами и всей остальной чепухой.

– Я уже успел это понять. Не будет ни цветов, ни ресторанов. Обещаю.

– Зачем тебе это?

– Сам хочу понять. В тебе что-то есть, bella, – бархатистость его голоса словно ласкает слух, и это уже кажется жутковатым.

– Если только после этого ты отстанешь.

– Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия.

– Тогда вызывай полицию.

– Уверена?

– Д-да.

– Даю тебе последний шанс передумать.

– Вызывай свою чертову полицию! – пусть делает, что хочет мне уже все равно.

– И как тебе живется с таким упрямством? Ладно, твоя взяла. Всего одно свидание, и я от тебя отстану.

– Хорошо.

– Отлично.

Наконец-то, отпускает меня, и я резко разворачиваюсь. Не разрывая зрительного контакта, пячусь к двери.

– Завтра в восемь утра, – снова прячет руки в карманах, расправив плечи.

– Что это за свидание утром?

– Потом узнаешь. Скажи, куда за тобой заехать?

– Так не пойдет. Лучше скажи, куда мне подъехать?

– Лаадно, – чешет подбородок. – К зданию центрального музея.

– Мы пойдем в музей? Серьезно? – вопросительно приподнимаю бровь, не понимая, почему все еще нахожусь здесь.

– Не волнуйся. Место куда мы пойдем, тебе понравится, – серый взгляд сверкает каким-то странным блеском и хочется скрыться от этих пронизывающих нутро глаз.

– И все-таки ты ненормальный.

– Все мы немного с тараканами в голове, bella.

– Теперь я могу уйти? Меня никто не остановит?

– Ты свободна. Советую хорошенько выспаться перед завтрашним днем.

– Мгу… – на подгибающихся ногах выхожу из комнаты и сразу срываюсь на бег.

Пробегая через холл боковым зрением, замечаю охрану, провожающую меня взглядами.

Только сейчас понимаю, что почти не дышала все это время. Сердце стучит с такой силой, что, кажется, сейчас раздробит ребра на мелкие кусочки. Адреналин, страх, удивление, непонимание, все перемешалось в моей голове.

Что не так с этим мужчиной и почему я так реагирую на него?

Несусь вниз по улице к машине Чарли и уже издалека замечаю, как он стоит рядом с машиной, а каких-то два крупных мужчины крепко держат его.

– Заноза, беги! – кричит Чарли, как только видит меня, но я продолжаю приближаться, догадываясь, чьи это люди. – Вали, кому сказал! – он не на шутку напуган.

Один из амбалов прикладывает руку к наушнику.

– Понял, босс, – отходит от Чарли. – Советую не задерживаться, – кидает предостерегающий взгляд на парня и проходит мимо меня, даже не посмотрев.

– Чарли! – подбегаю к нему и бросаюсь на шею, облегченно выдохнув.

– Черт, детка! Как же я испугался за тебя, – крепко обнимает в ответ, зарываясь носом в шею.

– Со мной все в порядке, – шепчу все еще дрожа всем телом.

– Что это было, Эверин?

– Я тебе потом все объясню.

– Нет, объясни сейчас, – берет мое лицо в ладони, заглядывая в глаза.

– Лучше давай уедем отсюда.

– Да, ты права.

Садимся в машину и уезжаем из злосчастного места сквозь огни ночного города. Как только оказываемся на достаточном расстоянии от того района, Чарли резко останавливается, и я не успеваю опомниться, как он подхватывает меня под ягодицы и усаживает на себя сверху.

– Чар…ты чего? – выдыхаю, уперевшись ладошками ему в грудь.

– Мне это нужно, засранка, – схватив меня за затылок, притягивает к себе и впивается в губы требовательным поцелуем.

Отвечаю на поцелуй, ощущая, как мы оба дрожим. Зарываюсь в мягкие волосы на затылке, поддавшись ответному порыву.

Руки парня блуждают по моему телу. Останавливаются на ягодицах и сжимают их, заставляя заерзать на твердом паху. Чарли не на шутку завелся, и это ощущается по его отчаянному поцелую. Вот только со мной происходит что-то странное. Секс – это последнее, чем мне бы сейчас хотелось заняться. Все, что мне хочется это стать под горячие струи душа и смыть с себя прикосновения и запах того мужчины.

– Чар…постой… – пытаюсь увернуться от поцелуя, но удается не сразу.

– Ммм…я так хочу тебя, детка, – хрипит мне в губы.

– Нет…стой, – уже настойчивей прошу и толкаю его в грудь.

К счастью, он останавливается и смотрит на меня глазами чернее ночи, в которых я вижу свое отражение.

– Что на тебя нашло, Чар? – хмурюсь, впервые видя его таким странным.

– Черт…не знаю…прости… – возвращает меня назад на сиденье, зарываясь рукой в волосы.

– Отвези меня домой, – отворачиваюсь к окну, скрестив руки на груди.

– Да, конечно, – мрачно отвечает, заводя двигатель.

В салоне авто повисает удушливая тишина, и я каждой клеточкой ощущаю царящее напряжение. Мысли то и дело возвращаются к этому ненормальному, и внутри разрастается неприятное липкое предчувствие. Не понимаю, что им движет. И что у него вообще на уме. И какого черта со мной происходит, когда он оказывается рядом. Мне никогда не были интересны мужчины гораздо старше меня, да еще богатенькие денди, привыкшие получать все, что захотят. К тому же от него так и веет опасностью. Человеку, которому ничего не угрожает, не нужно столько охраны.

– Ты мне расскажешь, что все-таки произошло? Ты сама не своя, – обеспокоенно спрашивает Чар, выводя меня из прострации.

– Ловушку устроил тот тип, с которым я столкнулась в доме Рэдклиффа.

– Что? Как такое возможно?

– Это было сделано специально, Чар. Неужели непонятно? Он каким-то образом вышел на нас.

– Ты ведь сказала, что он не знает кто ты.

– Так и было. Я не знаю, как он все провернул.

– И что ему нужно?

– Завтра я встречусь с ним и все узнаю.

– Какого хера, Эверин? Ты с ним еще видится собралась?

– Да. Он настоял на свидании.

– Что этот урод себе возомнил! Я сейчас же вернусь и набью ему морду!

– Тебе жить надоело? Там полный дом охраны! – что-то мне подсказывает, что тот тип прекрасно справился бы и без охраны.

Пусть Чар отлично умеет постоять за себя, никогда не забуду, как он отметелил тех ублюдков, чуть не изнасиловавших меня, но я не уверена, что он смог бы справиться с этим ненормальным.

К тому же это уже наше личное, и я не имею права впутывать сюда Чарли. Возможно, после свидания его пыл поубавится, ведь я умею быть по-настоящему невыносимой. Ковырять мужской мозг по чайной ложке – мое любимое занятие. Даже Чар знает, какой занозой в заднице я могу быть. Не зря же он так называет меня.

– Я сама со всем разберусь. Не лезь, засранец. Я умею постоять за себя и лучше не зли меня.

– Если он что-нибудь тебе сделает…

– Хватит, Чарли! – испепеляю парня взглядом, и он замолкает, вцепившись в руль до побелевших костяшек.

***

Как только оказываюсь в квартире, Мартини подбегает ко мне и становится на задние лапки.

– Привет, мой хороший, – опускаюсь на колени и прижимаю пушистое создание к себе. – Я вернулась, – шепчу, гладя по мягкой шерстке.

Мартини что-то мурлычет на своем енотном языке, и я ощущаю, как постепенно начинаю успокаиваться.

Быстро приняв душ, забираюсь в кровать, посмотрев на часы, показывающие почти три часа ночи. А значит, осталось поспать совсем немного. Меня передергивает от мысли, что завтра снова предстоит встреча с человеком, от которого можно ожидать чего угодно. По сути, в его руках моя дальнейшая судьба, и если он только захочет, я действительно могу оказаться за решеткой. Все мои мечты и будущие планы могут быть разрушены одним лишь человеком, и это ужасно напрягает, выводя из равновесия.

Глава 6

Меня будит какой-то звук, и я приоткрываю один глаз, пытаясь прислушаться. Звук повторяется, и я понимаю, что он идет из ванной, дверь в которую я вчера забыла закрыть. Отрываю голову от подушки и ищу сонными глазами Мартини, но не вижу его на своей лежанке.

– Мартини? – хрипло зову проказника.

Проходит полминуты, но енот не появляется, и я встаю с кровати, направляясь на звуки шума. Зеваю, прикрыв рот рукой, и откидываю волосы со лба.

– Что ты там делаешь? – вхожу в ванную и замираю от увиденной картины.

Мартини лежит в ванной, развалившись на спине пузом вверх, принеся туда все свои игрушки и заодно один из моих любимых кед со следами зубов и увлеченно со всем этим играет. Корзина с грязным бельем разворочена, и в помещении царит полный бардак.

– Черт, Мартини. А кед мой в чем виноват? – подбегаю, вырывая обувь из лап. – И что теперь предлагаешь мне с этим делать? – показываю ему его художество, и тот лишь отворачивается, делая вид, что это не он.

– Я точно лишу тебя еды, – расстроенная начинаю собирать разбросанное белье, возвращая в корзину.

Вернувшись в спальню, кидаю взгляд на часы и чуть не спотыкаясь о собственные ноги, увидев, что уже без пяти десять.

– Дерьмо! – начинаю метаться по спальне, как ужаленная, хватая со шкафа первое, что попадается под руку.

А этим оказывается белая футболка с шуточной надписью на груди «Не совершенство, но почти идеал» и с ней короткие рваные голубые джинсовые шорты. Наспех умывшись, уже в коридоре на ходу расчесываю волосы, оставляя их распущенными. На макияж совершенно нет времени, да я и не собираюсь еще прихорашиваться для какого-то мудака. Перед выходом надеваю на ноги оранжевые кроссовки, предназначенные для бега. С любимыми кедами придется попрощаться и раскошелиться на новые. Хватаю шлем и выбегаю из квартиры.