Галя, у нас отмена!2

— Примерно, — кивнула я. — Только у нас не сказка, а политика.

И тут меня осенило.

— Слушайте, — я вскочила и начала ходить по залу. — Между нашими странами напряжение. В любой момент может начаться война. Генерал Лун Цзюэ — он вообще злодей, ему плевать на людей. Но император Суань Вэй... он не плохой. Он за своих жителей переживает.

— И что? — Жун Мао навострил уши. Вернее, он просто повернул голову, но я-то знала, что уши у него на макушке сейчас торчат.

— А то, — я остановилась. — Что если я покажу им не роскошь, не изыски, не то, что едят во дворцах... А то, чем питаются простые люди в голодные годы? Если я напомню им, что война — это не подвиги и слава, а пустые животы и слезы?

— Хозяйка, — Тай Фэн подал голос. — Ты хочешь накормить генерала травой?

— Не травой, — я закатила глаза. — Но близко. Мэй Сю, скажи, — я повернулась к ней. — Когда у вас тут неурожай или война, чем вы питаетесь? Что готовите, когда есть нечего?

Она вздрогнула.

Я увидела, как ее лицо изменилось. Спокойное, деловитое выражение исчезло, уступив место чему-то... старому. Усталому.

— Молодая госпожа, — сказала она тихо. — Зачем вы спрашиваете?

— Затем, что это может нас спасти, — ответила я так же тихо. — Расскажи.

Она помолчала, теребя край передника. Потом заговорила — медленно, будто вытаскивая слова из самой глубины памяти.

— Когда я была маленькой, был неурожай три года подряд. Рис кончился, просо кончилось. Ели то, что в лесу найти можно. Коренья всякие... — она поморщилась. — Крапиву молодую варили, если повезет — грибы. А чаще всего — лебеду. Горькая, но есть можно. И ромашку заваривали, чтоб живот не болел от травы. Кислицу... ну, трава такая, кислая, растет у ручьев. Ее в похлебку добавляли, чтоб вкус был.

Я слушала, и у меня внутри все сжималось. Вот она, настоящая жизнь. Не дорамы с красивыми актрисами в шелках, а вот это — лебеда и ромашка от боли в животе.

— А мясо? — спросила Ли Жу тихо.

— Какое мясо, — Мэй Сю горько усмехнулась. — Корову съели в первую зиму, кур — во вторую. Потом мышей ловили, если повезет. Но мышей мало, их тоже есть хотели.

— Мыши, — Тай Фэн оживился, но под моим взглядом потух.

Я ходила по залу и лихорадочно соображала.

— Значит, так, — сказала я наконец. — Мы не будем делать изыски. Мы сделаем просто. Очень просто. Так, как едят обычные люди, когда им нечего есть.

— И чем это поможет? — Жун Мао скептически поднял бровь.

— А тем, — я повернулась к нему, — что генералу Лун Цзюэ плевать. Ему хоть лебеду подавай, хоть павлинов жареных — он все равно враг. А вот император... император увидит, что его народ ест в голодные годы. И может, задумается, стоит ли воевать, если это приведет его людей к такой же жизни.

В комнате стало тихо.

— Хозяйка, — сказала Ли Жу благоговейно. — Ты гений.

— Я просто насмотрелась дорам, — отмахнулась я. — Там герои часто так делают. Не силой, а смыслом.

— И что мы будем готовить? — Мэй Сю уже деловито доставала бумагу и кисть.

Я задумалась. Что едят в голод? То, что можно вырастить на клочке земли, или собрать в лесу. Картошка, если она есть. Капуста. Грибы. Крупы, если повезло. Все просто, грубо, сытно.

— Сделаем несколько блюд, — начала я перечислять. — Первое — похлебка из того, что есть. Капуста, картошка, лук, если найдем — грибы. Густая, наваристая, без мяса.

— Постный суп? — уточнила Мэй Сю.

— Постный, — кивнула я. — Но сытный. Потом — каша. Гречневая, если есть гречка. У вас есть гречка?

— Зерна такие, коричневые? — Мэй Сю нахмурилась. — Редко, но бывает. Дорогая.

— Значит, будет дорогая каша для посольства, — усмехнулась я. — Ирония. Дальше... пирожки. С капустой, с грибами, с картошкой. Из простого теста, без масла, без яиц. Чтоб как в голод — из того, что осталось.

— А мясо? — спросил Тай Фэн с надеждой.

— Мясо будет, — пообещала я. — Но не основное. Маленький кусочек, чтоб напомнить, как оно пахнет. Чтоб люди вспомнили, что было до войны.

— И все это подать в простой посуде? — догадалась Мэй Сю.

— В самой простой, — подтвердила я. — Глиняные миски, деревянные ложки. Никакого фарфора, никакого серебра. Пусть видят, что едят те, кто войну пережил.

Линь Мо, который все это время молча слушал, вдруг подал голос:

— Принцесса, а название у этого... банкета? Чтоб я на меню красиво вывел?

Я задумалась. Название. Что-то символичное, что-то, что заставит задуматься.

— Назовем это... — я помедлила. — «Память простого солдата». Или «Еда, которая спасла народ». Нет, слишком пафосно. Просто — «Что ели наши отцы». Пусть сами додумывают.

— Звучит, — одобрил Линь Мо и уткнулся в свиток.

Я обвела взглядом свою разношерстную команду. Мэй Сю с ее суровым опытом, Ли Жу с ее кошачьей интуицией, Жун Мао с его ехидством, Тай Фэн с его вечным голодом и Линь Мо с его талантом.

— Ну что, команда, — сказала я. — Завтра у нас генеральная репетиция. Послезавтра — посольство. Если мы это сделаем...

— Если мы это сделаем, — перебил Жун Мао, — ты нам должна будешь.

— Я и так вам должна, — отмахнулась я. — Но если сделаем, обещаю каждому по мешку вяленой рыбы.

Тай Фэн оживился.

— Рыбы?

— Рыбы, — подтвердила я. — И никаких вопросов.

Он согласно закивал. Все-таки котов ничего не меняет, даже в человеческом обличье.

Глава 13. Галя

Меня застал шок, когда я зашла в императорские кухни. Вот это масштаб, вот это эйфория. Не в то время я родилась. Именно здесь мог бы полностью раскрыться мой талант... Хотя чего это я. Я же теперь в этом времени.

Кухни чем-то напоминали целый город. Огромный, шумный, суетливый. Внутри находились длинные ряды очагов, медные котлы, сверкающие ножи, повара в белых и серых одеждах, снующие, как муравьи, и все это под потолками такими высокими, что туда, кажется, можно было запустить бумажного змея.

Я замерла, вдыхая различные запахи.

— Ну что, хозяйка, — шепнул рядом Жун Мао, наклоняясь ко мне, — нахлобучим местных кулинаров?

— И где ты таких слов понабрался? — буркнула я.

— От сериалов. Можно подумать, ты только дорамы смотрела. — Передразнил он: — Горбатый, я сказал горбатый.

Ли Жу уже мысленно охотилась на сладости, а Тай Фэн лениво изучал людей.

— Не нравится мне здесь, Гао Лань, — мотнул он головой. — Двигаются, как мы перед охотой.

— Верно, — поддакнула Мэй Сю, без которой на эту авантюру я бы не пошла, а она, к счастью, к нам привыкла и делала вид, что не замечает кошачьих метафор, сама немного к ним приобщилась. — Как-то все вылизано, чересчур чисто, да и на кухнях никогда столько людей не работает.

— Подозреваешь их в чем-то? — переспросила я.

— Да, тут должен быть хаос, а не зловещая тишина.

Я тоже ощущала странное покалывание в ладонях и липкие взгляды местных служащих. Они вроде и не обращали на нас внимания, но нет-нет, перемигивались между собой. Какую-то пакость готовят, как пить дать. Но ничего, как говорил известный мудрец из компьютерных игр: «Мои враги делают меня сильнее. А я их добрее."

Мы прошли дальше.

Главный повар нашелся быстро. Он стоял у длинного стола, сложив руки за спиной, и смотрел на нас с выражением человека, который вскоре расплачется.

— Принцесса Гао Лань, — произнес он, чуть поклонившись. — Какая честь.

Тон говорил: совсем не честь.

Я улыбнулась и принялась оглядываться по сторонам.

— Взаимно. А где наши припасы? Уже должны были привезти.

Он с картинной яростью всплеснул руками.

— Увы. Вы доверились не тем. Ваши поставщики обманули вас. Никто утром и не приезжал.

— Все сразу? — уточнила я. — А в мой ресторан все возили исправно.

— Жизнь полна совпадений, — философски заметил он. — Да и боятся, наверное, что их еда ненадлежащего качества. Вы же не беднякам блюда подавать будете.

Я молча смотрела на него. Он молча улыбался. Понятно, вот она пакость.

Рядом вздыбился Жун Мао.

— Дай мне пять минут, хозяйка, и я, — блеснули его когти на свету, — вытащу из них правду.

— Если намерен кого-то бить, то бери меня с собой, — вставил Тай Фэн.

— А что? Поможешь? — удивился рыжий мститель.

— Нет, постою на стреме.

Пожалуй, боевой вид моих евнухов испугал главного повара.

— Господа, господа, незачем так волноваться. Мы отдадим все самое лучшее, что у нас есть. Да и на кухне можем подсобить.

Он чуть отступил в сторону, открывая свой стол. И я увидела, как туда кучей свалили все съестное: отборная, мраморная говядина, редкие грибы, экзотические фрукты, овощи.

Все то, что совсем не подходило к нашему выверенному меню.

— Как щедро, — сказала я, изучая весь стол. — Только вот… мы не заказывали павлинов, нам нужны были куры.

— Настоящий мастер, — мягко ответил он, — готовит из того, что есть.

Вот же провокатор.

— Настоящий мастер, — я улыбнулась шире, — не мешает другим мастерам работать.

Внутри меня закипал гнев. Правда, направлен он бы больше на наследного принца. Суань Лин за меня вступился перед императором, и вот результат. Благородная наложница, канцлер хотят опозорить меня, а тем самым ударить и по нему.

Я слышала, что когда два тигра дерутся, страдает трава, но я-то не трава. Я буду тигрицей, которая и до самого страшного тигра дойдет, показав всю несправедливость. Почему я должна страдать?

Психанув, я было повернулась к дверям, чтобы разбежаться и требовать аудиенции у правителя, но не понадобилось.

Дверь и без меня распахнулась с таким треском, будто ее выбили плечом. Никогда я так не радовалась инквизиции, ну по ихнему министерству наказаний.

Все обернулись, чтобы воззриться на Чжэн Фэя, заставшего в проеме. Он был прямой, собранный, спокойный. Молча отошел в сторону и щелкнул пальцами. Тут же стражники, что пришли с ним, начали приносить корзины с припасами.

— Принцесса Гао, — отчеканил он, глядя куда-то поверх головы главного повара, — по приказу наследного принца доставлены продукты, соответствующие вашему списку. Для избежания… дальнейших недоразумений.

Я медленно повернулась к главному повару. Тот больше не улыбался.

— Спасибо, господин Чжэн, — поклонилась ему. — Не знаю, как вас и благодарить.

Воин, кажется, немножко зарделся.

— Вам следует поблагодарить и вашу горничную. Она приходила и принесла список.

Теперь я с изумлением пялилась на Ли Жу.

— А что? — развела она руками. — У меня задняя лап... нога правая чесалась. Это к бедам. Я решила уменьшить проблему.

Я готова была расцеловать Ли Жу. Нет, серьезно. Ну кто бы знал, что, подбирая кошку во дворе, я подобрала обольстительницу и проныру. Верно люди говорят, что животные умнее людей.

Я уже даже вдохнула, чтобы совершить этот исторический акт благодарности, но Чжэн Фэй, будто почувствовав надвигающуюся катастрофу, сдержано кашлянул.

Ой, можно подумать, что целовать его собиралась. Хотя... Честно, я могла и его тоже расцеловать, он же помогал. Про принца Суань Лина я старалась не думать. Эти мысли я заталкивала очень глубоко в свою циничную душеньку.

— Принцесса, — произнес Чжэн Фэ все тем же ровным голосом, — до начала пира осталось меньше двух шичэней.

То есть времени у нас было примерно как у человека, который решил сварить суп во время пожара.

— Жаль, что вы не пришли раньше, — простонала я.

— Ну, я мог, — спокойно ответил он. — Но тогда это выглядело бы не так эффектно.

Я уставилась на него с шоком и яростью, Жун Мао восхищенно присвистнул.

— О, этот сухарь и шутить умеет.

— Не понимаю, в чем же шутка, — отрезал Чжэн Фэй, но уголок его рта все-таки подозрительно дрогнул.

Ли Жу, устав от восхвалений в свой адрес, уже сидела на корточках возле мешка с картофелем и выглядела так, будто нашла сокровище.

— Какие кругленькие… — пробормотала она с подозрительным умилением. — Я бы за ними поохотилась.

— Э, не с языком! — завопила я. — Не смей облизывать картошку.

— А я не животное, — обиделась Ли Жу, — чтобы какие-то овощи облизывать. Я бы сначала все обнюхала.

Чжэн Фэй изумленно моргнул. Ну, понимаю, я вот тоже к живым котам привыкала, до сих пор ловлю себя на мысли, что я местами шизофреник. Но что теперь поделать? Потом мужчина все-таки развернулся к выходу.

— Желаю удачи, принцесса Гао.

— Спасибо, господин Чжэн.

Он уже почти ушел, когда я вдруг заметила, как его взгляд снова скользнул к Ли Жу. А та в этот момент кусала сырую морковь, как заяц.

Воин замер. Лицо у него стало таким, будто он впервые в жизни усомнился в устройстве мироздания.

Блин, надо ей намекнуть, что ли. А то бедный глава министерства наказаний уже не знает, как к ней подступиться.

Жун Мао задумчиво проводил его взглядом.

— Мне кажется, — протянул он, — наш грозный палач скоро начнет приносить ей сушеную рыбу.

— А у вас так принято? — зачем-то поинтересовалась я.

— Не, — отмахнулся Рыжик, — у нас проще, но мы же теперь люди.

— Вот и помните об этом, — я снова рассвирипела. — Все за работу!

И мир завертелся.

Когда приходит буря, даже дракон должен двигаться быстрее ветра. Так что Мэй Сю мгновенно перехватила управление частью кухни. Она двигалась среди очагов с той пугающей уверенностью женщин, которые способны одной ложкой накормить деревню и убить человека.

— Ты! — ткнула она половником в бывшего воина, которого мы привели с собой. — Лук режь тонко, а не как врагов рубишь.

— Я стараюсь.

— А выглядит так, будто ты мстишь овощам за прошлую жизнь.

Я закатала рукава.

— Тай Фэн, бульон.

— Уже кипит.

— Жун Мао, грибы!

— Уже ворую.

— Что?!

— В смысле, добываю.

Рыжий демон уже проскользнул к столам императорской кухни и с видом честнейшего человека на свете выменивал у местных поваров пригоршни сушеных трав на улыбки и сплетни.Я даже не хотела знать как.

Ли Жу же ловко крошила соленые огурцы. Точнее… первые пять минут ловко крошила, потом начала есть.

— Ли Жу!

— Я проверяю качество.

— Третий огурец?

— Контроль должен быть тщательным.

Я фыркнула и сама взялась за свеклу. Нож застучал по доске.

Тук-тук-тук-тук.

Ярко-рубиновая свекла окрашивала пальцы соком, словно кровь. Картофель рассыпался теплым паром. Морковь хрустела сладко и свежо. Соленый огурец пах укропом, чесноком и солью. Я смешала все в огромной деревянной чаше. Добавила дикий лук, горчицу, темное ароматное масло.

Попробовав ложку, я прикрыла глаза.

— Ох, — простонал рядом Жун Мао. — Хозяйка… я тоже голодный. Можно, можно?

— Не смей в салат лап... рукой залезать!

Через несколько часов я окончательно убедилась в двух вещах. Во-первых, большая кухня ничем не отличается от маленькой. Яблоку все равно негде упасть. Во-вторых, я больше никогда не буду жаловаться на работу в сетевом магазине. Что там только не творили покупатели, но хотя бы никто не пытался незаметно подсыпать лишнюю соль в суп императору, а главный повар, коза его дери, попытки делал.

Я устало выпрямилась и тут же схватилась за поясницу.

— Ты же помолодела, чего ноешь? — подскочила ко мне Ли Жу.

— Это говорит девушка, которая десять минут назад уснула на мешке картошки.

— Я не спала.

— Да ты храпела.

Она обиженно поморщилась.

— Хозяйка, нам всем досталось прекрасное, молодое и гибкое тело. Если его не беречь, как вы это делаете, то оно довольно быстро превратится в то... Ну в то... Сами понимаете, в какое.

Я посмотрела на нее, готовясь что-то отрезать ей в ответ. Она же невинно посмотрела на меня. В целом, не придраться. В этом вопросе Ли Жу поступала мудрее, каждое утро делала зарядку, спала везде, где можно прилечь. И в отличие от меня, синяков под глазами не имела.

Но сейчас мы выглядели примерно одинаково. Все заметно утомились, были взъерошенными и закопченными.

Жун Мао где-то умудрился испачкать мукой волосы и теперь напоминал очень сердитого рыжего призрака. Тай Фэн сидел возле пустого котла и провожал голодным взглядом перелитый в красивую кастрюлю суп. Мэй Сю потеряла шпильку и воткнула себе в волосы деревянную палочку для еды.

Императорская кухня тоже к этому моменту тоже выглядела иначе. Местные повара больше не ухмылялись и не перемигивались. Видно, в этой схватке мы их одолели. Они тянулись к блюдам, чтобы рассмотреть подачу, но Тай Фэн грозно на них шипел.

Не ровен час, какой-нибудь доброжелатель высыплет целую солонку в суп или случайно опрокинет соус. Как говорится, если змея улыбается, это еще не значит, что она перестала быть змеей.

Наконец, появились дворцовые слуги, которым предстояло доставить блюда на пир.

Я лично проверила каждую крышку.

— Хозяйка, — вздохнул Жун Мао. — Ты проверяешь уже третий раз.

— Потому что нам нельзя оплошать. От этого обеда наша жизнь зависит.

Когда последние блюда понесли в сторону пиршественного зала, я почувствовала, как сердце начинает колотиться. Вот он, мой момент истины. Все предыдущие проблемы были лишь дорогой к нему.

Либо я сейчас триумфально утру нос половине дворца, либо стану главным посмешищем двух империй, либо нас казнят. Вряд ли генерал Лун Цзюэ будет волноваться по моему поводу и станет защищать. Ему наверняка доложили, что принцесса переметнулась в стан врага.

— Куда это ты собралась? — подозрительно спросила Мэй Сю.

— Хочу на реакцию посмотреть. В конце концов, первое впечатление — самое важное.

Через несколько минут я уже пряталась за резной ширмой возле небольшого бокового прохода в пиршественный зал. Оттуда открывался великолепный вид на стол императора и на столы самых важных гостей.

Рядом со мной сидели Ли Жу и Жун Мао. Тай Фэн стоял чуть позади. Мэй Сю демонстративно отказалась участвовать в этом безобразии, хотя я была уверена, что ей тоже интересно.

Я понятия не имела, сколько людей созвали, но, кажется, что много. Я не удивилась и обилию стражников, снующий вокруг. Все-таки прибыли враги.

Император сидел во главе стола. Справа от него расположился Суань Лин. Левее находилась главная наложница Мэй Линь и ее сын.

Перед их столом восседал канцлер, а напротив него... Я шумно выдохнула, чуть не перепугав своих котов.

Там сидел генерал Лун Цзюэ. И если вспомнить сюжет всей дорамы, он-то и был главным противником принца. Он проиграл, но какой ценой досталась победа. Принцессу убили, императора тоже. Суань Лин лишился всех, кто был ему дорог.

Правитель произнес слова приветственной речи и не мог не отметить то, что принцесса из Цинлуна приготовила блюда. Генерал нахмурился на мгновение, но быстро вернул себе самообладание.

Небеса, это хорошо, что я не нахожусь там и вовремя выбралась из Запретного города. Великие этого мира так красиво и так беспощадно друг друга поддевали, что мне оставалось лишь завидовать их словесным пикировкам. Я так не умею. Мне проще в лицо сказать, что человек — козел, если он козел.

Я увидела, как император с интересом посмотрел на ярко-рубиновую закуску, подцепил немного палочками, попробовал, а после не смог остановиться. Надо запомнить, что ему понравился винегрет.

Пирожки императору понравились, как и мой придуманный аналог солянки. Здесь же с маслинами и колбасой туго. Если колбасу я нашла чем заменить, то вместо маслин пришлось использовать маринованные сливы.

Суань Лин оставался невозмутим. Он вполне доверял мне, как повару, так что ел без заминок. Но и изумления не выказывал. Никакой благодарности.

Главная наложница ковырялась в еде с видом человека, которого насильно кормят болотной тиной. Канцлер вообще ничего не ел, только пристально наблюдал за господином Лун Цзюэ.

Генерал ел молча, не торопясь. Он попробовал все понемногу, но ни одна эмоция не появилась на его лице. Потом и вовсе отодвинул от себя пиалы.

Сердце мое застучало быстрее.

Император тоже заметил этот недружелюбный жест.

— Что такое, генерал Лун? — с любопытством спросил он. — Неужели стряпня принцессы Гао Лань пришлась вам не по вкусу?

Все взгляды приглашенных устремились к генералу.

Лун Цзюэ медленно поднялся и поклонился монарху.

— Напротив, Ваше Величество, — ответил он. — Еда вполне достойна. Я отдаю должное таланту нашей принцессы. Однако есть обстоятельство, которое вызывает у меня искреннее недоумение.

Я поначалу обрадовалась, но ведь предполагала, что генерал заметит странности. Ох, боги, надеюсь, я готова к трудностям.

— Какое же? — спросил император.

Лун Цзюэ перевел взгляд на стол.

— Принцесса на кухне сама по себе странность. Но я готов понять решение Вашего Величества. Государства не всегда живут в мире, иногда политика требует жертв. Вы показали нам, как относитесь к семье моего правителя, но также я знаю, что и принцесса Гао Лань сама просила об этом.

Он сделал паузу, а Суань Вэй побагровал. Фраза, сказанная так степенно, все равно прозвучала, как одновременная обида и угроза.

А Лун Цзюэ продолжил:

— Но тогда мне непонятно другое. Наша принцесса всегда гордилась своей страной, любила и изучала историю. Почему среди всего этого нет ни одного блюда ее родины?

У меня похолодели руки.

— Если это действительно принцесса Гао Лань... — добавил зачем-то генерал.

Ли Жу оскалилась.

— Он нас в чем-то подозревает? Вот же мышь бородатая.

— Успокойся, — попросила ее я. — Чтобы ни произошло дальше, нам нужно вести себя достойно. Мы и сами виноваты. Когда ползаешь по углам, можно и не такое услышать.

Я бы еще что-то добавила, но услышала новый оклик.

— Генерал, ваше заявление переходит все границы!

Со своего места поднялся Вэнь Бо. Ох, бедный министр, про него я совсем забыла. А он был так добр, пусть и после угроз, что не стал распространяться о маленьком обмане с атрологом и трацициями. Милейший же человек.

Он подошел к императору, глубоко поклонился, а после повернулся к Лун Цзюэ. Но и генерал был человеком, которого просто так не испугать.

— Неужели? — спокойно спросил генерал.

— Принцесса Гао Лань — дочь Небесного дракона Цинлуна! Я лично сопровождал ее до столицы. Лично отвечал за безопасность посольства. Вы ставите под сомнение мои слова?

— Я ставлю под сомнение не ваши слова, господин Вэнь, — ответил очень вежливо Лун Цзюэ.

— Тогда что именно?

— Ваши решения.

По залу прокатился тихий рокот. У Вэнь Бо дернулась щека.

— Объяснитесь.

— С удовольствием.

О нет. Если такие опасные люди говорят "с удовольствием", добра не жди.

— Как так получилось, — продолжил Лун Цзюэ, — что принцесса нашей страны оказалась почетной пленницей чужой империи? Как получилось, что принцесса сама попросила не выдавать ее замуж? Как получилось, что об этом не было сообщено должным образом правителю Цинлуна? И как получилось, что вы позволили ей остаться здесь?

Вэнь Бо открыл рот, потом закрыл. Аргументы убийственные в буквальном смысле.

Черт, придется еще и как-то его судьбу устраивать, чтобы его мстительный отец Гао Лань в подворотне не подкараулил.

— Достаточно, — всех заставил замолчать громкий голос императора. — Этот спор ни к чему не приведет. — Он поставил чашу на стол и стал переводить взгляд то на Лун Цзюэ, то на Вэнь Бо, и, наконец, произнес: — Раз уж речь идет о принцессе Гао Лань, то разумнее будет спросить ее саму.

Я мысленно выругалась.

Ли Жу сочувственно похлопала меня по плечу. Жун Мао прошептал:

— Было приятно с тобой работать, хозяйка. Если попадешь в застенки и каким-то образом очеловечишь крыс, я тебя спасать не пойду.

— Ой, заткнись, — отмахнулась от него. — И без тебя тошно.

Чего я ожидала? Почему так боюсь? Мы ведь прекрасно знали, что генерал обратит внимание на несостыковки. Мне следовало успокоиться и вспомнить все, что я в своей голове проговаривала.

Раздался приказ:

— Приведите принцессу Гао Лань.

Я медленно поднялась, разгладила рукава и поправила волосы. Увы, но прическе настал каюк. Зато буду выглядеть очень жалостливой, что тоже аргумент, если ты бедная барышня-пленница.

Выйдя из за ширмы, я услышала, как по залу прокатился удивленный шепот. Многие гости вообще не знали, что я нахожусь где-то поблизости.

Подойдя к центру зала, я села на колени и поклонилас перед Суань Вэем.

— Ваше Величество, вы позвали меня.

Краем глаза я косилась на принца. Молилась, чтобы и здесь он мне помог, все же я спасла его жизнь.

Император смотрел на меня с явным любопытством. Суань Лин выглядел совершенно спокойным, если не сказать, что ленивым.

А вот Лун Цзюэ... Полагаю, он едва совладал с собой, отметив мой такой не аристократичный внешний вид. Мы с ним враждуем, но ему-то точно покажется, что я своим поведением оскорбила отца и собственную страну.

— Принцесса Гао Лань, — произнес император. — Генерал Лун задает разумный вопрос. Почему среди приготовленных вами блюд нет ни одного блюда Цинлуна?