Галя, у нас отмена!2

Глава 12. Галя

Я шла по узкой улочке, ведущей от главного дворца к воротам, и чувствовала, как мысли в голове кружатся в диком хороводе. Ноги подкашивались, в ушах все еще шумело от напряжения в тронном зале, но мозг работал на пределе.

Принц Суань Лин, этот холодный, подозрительный тип, который еще неделю назад смотрел на меня как на вражескую шпионку, сегодня стоял рядом со мной на коленях, защищал. Придумал целую стратегию, чтобы меня не заперли во дворце. Зачем?

— Неужели он настолько мне благодарен? — пробормотала я вслух, не заметив, что говорю.

— Что? — Ли Жу шла рядом, то и дело поглядывая на меня.

— Да так, мысли вслух. — Я помотала головой. — Не понимаю я этого принца. В тронном зале он говорил правильно с точки зрения политики. Но зачем ему вообще в это впутываться? Мог бы промолчать, и меня бы упаковали обратно во дворец. Ему какое дело? А он нет. Выступил, еще и против мачехи, между прочим.

Ли Жу молчала. Смотрела под ноги.

— Ли Жу? — я остановилась и уставилась на нее. — Ты чего молчишь? Случилось что-то, весь день странная?

Она подняла на меня глаза. В них явно виднелась вина.

— Хозяйка, — начала она тихо. — Я тебе кое-что должна сказать.

— Ну говори.

— Только ты не злись сразу. — Она замялась, теребя рукав своего ханьфу. — Я это... для твоего же блага...

— Ли Жу, не томи. И не беси.

Она глубоко вздохнула и выпалила:

— Я вчера, когда ты спала, ушла из ресторана, отправилась к Чжэн Фэю.

Я сначала не поняла. Потом до меня дошло.

— Ты что сделала? Отправилась к главе ведомства наказаний? На рассвете? Одна?!

— Ну да, — Ли Жу покраснела, но глаз не отвела. — Я боялась, хозяйка. Очень боялась. После того, как на нас напали, после всех этих разговоров про Мэй Линь и канцлера, я подумала, что если они решат тебя убрать, то никто не поможет. А принц и Чжэн Фэй — они единственные, кто может с ними тягаться.

— Ли Жу, ты с ума сошла! — воскликнула я. — А если бы тебя поймали? А если бы он тебя не послушал?

— Но он послушал, — тихо произнесла она. — Я все рассказала. И про нападение, и про форму Цинлуна, и про наши подозрения насчет канцлера. Он выслушал. Сказал, что доложит принцу.

Я застонала. Теперь поведение принца становилось менее загадочным. Его просто предупредили о наших злоключениях.

— И поэтому... — медленно проговорила я. — Поэтому Суань Лин сегодня знал про нападение, поэтому он был готов, и даже выступил в нашу защиту.

— Наверное, — Ли Жу шмыгнула носом. — Ты злишься?

Я хотела разозлиться. Честно. Но вместо этого почувствовала, как внутри разливается что-то теплое. Моя дурацкая, бесстрашная кошка. Ночью, одна, пошла к человеку, которого до одури боялась, чтобы спасти меня.

— Злюсь, — сказала я. — Но не так, чтобы убить. Ты идиотка, Ли Жу. Но что с с тобой поделать? Не тапком же гонять?

Она просияла.

— Между прочим, я не тупая. Разве нет в твоих дорамах правила, что «враг моего врага — мой друг»?

— Вот дорамы тебя и сгубят, — вздохнула я. — И меня.

Мы двинулись дальше. Улочка становилась шире, впереди уже виднелись ворота. Я уже было понадеялась, что нам сопуствует удача, но она, как известно, выбирает смелых, а мы трусы. Навстречу шел тот, кого мы секунду назад обсуждали.

Чжэн Фэй вышел из-за поворота своей обычной бесшумной походкой. В парадной форме, при мече, невозмутимый, как каменное изваяние. А рядом с ним вышагивал очень пушистый, очень ухоженный пес. Заметно, что он был любимцем у хозяина.

Черная собака, породы чау-чау, с синим языком и длинной шерстью. Из-за порыва ветра он принюхался, повернулся в нашу сторону и замер в позиции охотника.

Я закрыла глаза ладонью. Я человек, я знаю. что Ли Жу когда-то была кошкой, но уже забывая об этом факте. Какого же рожна животные об этом не забывают?

Пес повел носом, и через секунду его уши встали торчком, а из пушистой груди вырвался низкий, угрожающий рык.

— Ой, — сказала Ли Жу. — Мне надо тикать.

Собака издалека рванула с поводка.

Я не успела ничего сообразить. Зато Ли Жу успела. Она подпрыгнула с грацией, которой позавидовала бы любая балерина, и через мгновение уже сидела на высоком каменном заборе, поджав под себя ноги.

Чау-чау остановился внизу, задрав голову, и залился лаем. Рычал, прыгал, пытался достать, но забор был слишком высок. Тогда он просто сел. Уселся на толстую задницу, уперся взглядом в Ли Жу и замер. Сторожил.

— Твою ж... — выдохнула я, устало потирая переносицу.

Ли Жу на заборе смотрела на собаку круглыми глазами.

— Хозяйка, — жалобно пискнула она. — Спаси. Убери его.

— Убери его, — передразнила я. — Чжэн Фэя своего попроси.

Тот, кстати, к нам не торопился, остановился рядом со своим питомцем и поднял ошарашенные глаза на Ли Жу.

На его невозмутимом лице впервые мелькнуло что-то, очень похожее на растерянность.

Чжэн Фэй застыл, глядя на Ли Жу, которая сидела на заборе с круглыми глазами и нервно подергивающимся хвостом. Слава богам, что хвост заметила только я, и Ли Жу быстро о нем вспомнила, спрятав под платье.

На невозмутимом лице главы ведомства наказаний впервые мелькнуло что-то, очень похожее на беспомощность. Он перевел взгляд на собаку, потом снова на Ли Жу, потом на меня.

— Она... боится собак? — спросил он таким тоном, будто я должна была знать ответ на этот вопрос заранее.

— Очевидно, — я пожала плечами. — Можешь убрать своего питомца?

Чжэн Фэй моргнул, сделал шаг к собаке, наклонился и что-то тихо сказал. Чау-чау недовольно фыркнул, но послушно встал и отошел к стене. Чжэн Фэй передал поводок подошедшему стражнику и махнул рукой.

— Убери подальше, — бросил он. — Потом с ним погуляю.

Стражник изумился, но собаку увел. Чау-чау на прощание оглянулся на забор и гавкнул, так, для порядка.

— Все, — Чжэн Фэй повернулся к Ли Жу. — Барышня Ли Жу, спускайтесь, собаки нет.

Ли Жу посмотрела вниз, потом на меня, потом снова вниз.

— Я... — чуть ли не мяукнула она. — Я не могу.

— Чего значит «не могу»? — Чжэн Фэй нахмурился. — Собаки же нет.

— Нет, — согласилась Ли Жу. — Но забор высокий. А вдруг я упаду?

— Ты на него запрыгнула с земли за секунду, — напомнила я.

— Это было на адреналине! — выпалила Ли Жу и тут же замерла, сообразив, что сказала что-то не то.

Чжэн Фэй снова моргнул. Похоже, сегодня был день, когда его каменное лицо давало сбой.

— Ли Жу, — позвала я как можно спокойнее. — Спускайся. Я поймаю.

— Ты? — она посмотрела на меня с сомнением. — Хозяйка, ты весишь меньше меня.

— Это спорный вопрос, — буркнула я, но спорить не стала.

В вопросы веса не хотела погружаться. Это будет оскорбительно для обоих сторон при любом исходе, и цифры нас никогда не устроят.

Чжэн Фэй шагнул вперед.

— Я поймаю, — сказал он твердо. — Слезай.

Ли Жу повернулась к нему. В ее глазах читался такой скепсис, что я едва не рассмеялась, несмотря на всю абсурдность ситуации.

— Я не могу, — прошептала она. — Я правда не могу. У меня... у меня лапки.

— Чего у тебя? — не понял Чжэн Фэй.

Он не осознавал, с кем столкнулся. Ли Жу ведь не просто моя служанка, но еще и кошка. А кошки, как известно, играючи забираются на высоту, а потом также играючи, вопяще и животворяще мяукают с высоты, что не могут спуститься. Ну, это наш случай. Интересно, а в этом древнем мире пожарные есть?

— Лапки у нее, — объяснила я. — Просто так не спустится.

Чжэн Фэй посмотрел на меня так, будто я заговорила на древнем языке.

В этот момент из-за поворота вышел еще кто-то. Я зарычала, ведь улица была пустая, но, конечно, принцу Суань Лину негде прогуляться.

Он остановился в нескольких шагах, окинул взглядом картину: Чжэн Фэй с протянутыми руками, я, стоящая рядом, и Ли Жу, сидящая на заборе.

— Я не хочу спрашивать, — сказал принц после долгой паузы. — Но, кажется, должен.

— Ваше Высочество, — Чжэн Фэй выпрямился, и его лицо снова стало непроницаемым. — Небольшое... происшествие.

— Вижу, — Суань Лин поднял глаза на Ли Жу. — Она там давно?

— Достаточно, — вздохнула я. — Минут пять уговариварием.

Принц перевел взгляд на Чжэн Фэя, который все еще стоял с протянутыми руками.

— Ты собираешься лезть за ней?

— Если потребуется, Ваше Высочество.

— Не надо, — остановил его Суань Лин. — Здесь полно шпионов. Если кто-то увидит, как глава ведомства наказаний карабкается на забор за служанкой принцессы, завтра же пойдут слухи, что у вас роман.

Чжэн Фэй замер. Ли Жу на заборе покраснела так, что даже сквозь пудру было видно.

— У нас нет романа, — быстро сказала она.

— Знаю, — Суань Лин говорил спокойно. — Но сплетникам это не важно.

Я смотрела на эту сцену и чувствовала, как внутри закипает раздражение. С одной стороны, все было дико смешно. С другой, моя Ли Жу сидела на заборе, и если мы не придумаем, как ее снять, прохожие начнут собираться. И тут меня осенило.

— Курица, — сказала я.

Все трое уставились на меня.

— Что? — переспросил Суань Лин.

— Курица, — повторила я. — Жареная или вяленая, или копченая. Ли Жу, если я сейчас принесу курицу, ты спустишься?

Ли Жу замерла. Ее ноздри раздулись, как будто она уже чувствовала запах.

— Я... — она сглотнула. — Наверное.

— То есть точно?

— Точно! — выпалила она. — За курицу я что угодно сделаю.

Чжэн Фэй снова моргнул. Суань Лин медленно повернулся ко мне.

— Курица? — переспросил он с таким выражением, будто я предложила провести ритуал жертвоприношения.

— Работает безотказно, — заверила я. — Чжэн Фэй, у вас тут поблизости есть где взять жареную курицу?

Вопрос, конечно, глупый. Императорская кухня работала без остановки. Мой ресторан им не чета.

Он посмотрел на принца. Принц кивнул.

— Сейчас будет, — Чжэн Фэй махнул рукой одному из стражников, которые маячили на почтительном расстоянии. Тот подбежал, выслушал приказ и умчался.

Через пять минут, я даже удивилась такой оперативности, стражник вернулся с большим листом лотоса, в котором лежала румяная, еще теплая курица.

— Давай сюда, — я взяла сверток и подошла к забору. — Ли Жу, смотри. Скажи, очень аппетитно?

Я развернула лист. Запах поплыл по улице такой, что у меня самой слюнки потекли. Мы все не успели позавтракать. Ли Жу на заборе дернулась, как от удара током.

— Курица, — прошептала она благоговейно. — Моя...

— Твоя, — пообещала я. — Как только спустишься.

Она посмотрела вниз. Потом на курицу. Потом снова вниз. Борьба инстинктов была написана на ее лице крупными буквами.

Курица победила.

Ли Жу спрыгнула с забора. Не слезла, не спустилась — именно спрыгнула, грациозно, как заправская кошка, и приземлилась на обе ноги прямо передо мной. Глаза ее были прикованы к курице.

— Можно? — выдохнула она.

Я протянула ей сверток. Она вцепилась в него, как в величайшую драгоценность, и отошла в сторону, уже на ходу отрывая кусок.

— Невероятно, — тихо сказал Чжэн Фэй. Я не поняла, относится ли это к ситуации в целом или к эффективности метода.

Суань Лин смотрел на Ли Жу, которая уплетала курицу, забыв обо всем на свете, и в его глазах появилось что-то... странное. Не раздражение. Не презрение. Кажется, он пытался понять, как такое возможно.

Я не стала объяснять.

— Ли Жу, — позвала я. — Иди в повозку. И Чжэн Фэя с собой возьми. Он тебя проводит.

— Зачем? — удивилась она.

— Ну ты как-то сама объясни свое поведение, — я многозначительно посмотрела на нее. — Вам, явно, есть что обсудить.

Ли Жу покраснела, но спорить не стала. Чжэн Фэй, к моему удивлению, тоже не возражал. Он коротко поклонился принцу и двинулся к повозке, где уже сидела Ли Жу, счастливая и с курицей. Мне-то достался Суань Лин.

Мы остались с принцем вдвоем.

Улочка опустела. Стража отошла на почтительное расстояние. Солнце уже клонилось к закату, и тени стали длинными.

Наверное, надо было что-то делать, куда-то идти. Но мы стояли и смотрели. Я пялилась на Суань Лина. Он палялися на меня.

В голове пронеслась дикая мысль: а ведь в дорамах в такие моменты обычно включают красивую музыку, камера медленно облетает героев, и зритель понимает, сейчас будет что-то важное.

Э, так я не готова. У меня после кошачьих выходок аллергия разыгралась.

Но видно, я пересмотрела сериалов, потому что бабочки в животе не проснулись, а красивая музыка так и не началась. Принц зато чуть прохрипел:

— Нам тоже есть о чем поговорить.

Я вздохнула. Не везет мне здесь с романтическими моментами.

Да, сколько бы я ни тянула, сколько бы ни отвлекала его курицами, котами и неожиданными падениями с заборов — этот разговор должен был состояться.

Или не обязательно? А что, возьму пример с бывшего, тот был мастером с черным поясом по избеганию обязательств и обещаний.

— Ваше Высочество, — набралась наглости я, — а может, не сегодня? У вас наверняка полно дел, у меня ресторан, знаете ли, я устала, переневничала...

— Ты же со мной поедешь, — перебил он, игнорируя мою тираду. — Ли Жу уже отправила, словно специально напрашивалась на долгую, интимную беседу.

Он неожиданно сделал шаг вперед, навис, чуть ли не изменился в размерах. И я, конечно, снова перенервничала.

Не мне учить местных мужчин запугиванию, но с уроков ОБЖ помнила, что если хочешь испугать дикого зверя, надо расстергнуть куртку, показаться больше, чем ты есть на самом деле... У них тоже есть уроки ОБЖ? Меня запугивают?

— Садись, — он хмыкнул, показав на подъезжающую повозку. — Уж в этот раз не сбежишь, не отделаешься обмороком.

И как будто бы нет причин возражать. Пришлось язвить, чтобы скрыть свою смущенность.

— Звучит, как начало неприличного анекдота, Ваше Высочество.

Он моргнул, но не покрылся краской и не замешкался. Я готова была поклясться, что в его глазах мелькнуло что-то, очень похожее на усмешку. Уже и к паническому юмору привык?

— Твои мысли всегда в этом направлении, Гао Лань?

Драконьи небеса, привык.

— Мои мысли всегда в направлении выживания, — честно ответила я. — А вы выглядите как угроза моему спокойствию.

Он ничего не сказал. Просто повернулся и пошел к повозке, стоявшей чуть поодаль. Идти пришлось за ним. Потому что, ну а что мне оставалось? Сбежать? Глупо бы я выглядела.

Суань Лин сначала галантно помог забраться мне, а потом сел напротив, удобно расположившись на подушках. Мне вот было неудобно. Столько мыслегй в голове проносилось: от "что я ему скажу" до "как помято мое платье и насколько я, похожа на ворону".

— Спасибо, — выпалила я, когда мы тронулись.

— За что именно? За то, что не дал запереть тебя во дворце, а потом под шумок убить?

Я скривилась. Он же шутит? Ну, шутит, да?

— Я униженная принцесса, зачем меня убивать?

— А Мэй Линь и канцлер довольно мстительные люди, — пояснил Суань Лин. — У тебя нет защитников в Запретном городе, так что да, они бы тебя убили.

После того, как я выбралась за высокие стены, после того, как ресторан удачно открылся, успех вскружил мне голову. Я реально забыла, что я нахожусь не просто в любовном сериале, но еще и в месте, где за мелочный навет могли запросто прикончить.

— Тогда спасибо вдвойне, я подумаю, как еще вам отплатить.

Он уставился на меня. Судя по лицу, я знатно его разозлила.

— Тебе не за что меня благодарить, Гао Лань, — сказал он резким тоном. — Это мне стоит благодарить тебя.

— Что... простите?

— Ты же спасла мою жизнь, может не жизнь, но выиграла время, предупредила, пусть и необычным способом. Мои поступки — следствие твоих.

— Вы принц, — произнесла в замешательстве.

— Сама принцесса, да еще и из вражеского государства. Признаю, я подозревал тебя с самого первого дня. И не скрывал это перед тобой. Думал, ты шпионка, подосланная канцлером или главной наложницей. Думал, ты часть заговора. Думал, твоя игра с отказом от свадьбы, лишь способ выиграть время.

Я молчала. Потому что, ну, а что тут скажешь? Он был прав. В каком-то смысле. Только шпионкой была не я, а обстоятельства.

— А теперь? — спросила я тихо.

— А теперь я знаю, что ты не желаешь мне зла, и по-настоящему не хотела становиться моей невестой.

По-моему, он даже как-то обиженно это проговорил. Ха, не все женщины мечтают выйти замуж.

Надо было что-то сказать.

— Я... — голос осип, я откашлялась. — Я рада, что вы это поняли, Ваше Высочество.

— Суань Лин, — поправил он.

— Что?

— Меня зовут Суань Лин. Мы уже достаточно друг другу должны, чтобы обходиться без титулов наедине. — Он чуть наклонился: — Единственное, чего я не понимаю, если ты так настойчиво и старательно бежала из Запретного города, если уже выбралась и получила свою свободу, могла же не вмешиваться. Могла сделать вид, что ничего не происходит. Ты не обязана была рисковать своей жизнью и жизнями своих слуг ради человека, который относился к тебе... скажем так, без должного уважения.

Я задумалась. Как ему объяснить? Что я смотрела дораму и знала, что если он умрет, сюжет посыплется? Что без него главная героиня вообще непонятно как выживать будет? Слабый аргумент.

— Я просто узнала, — сказала я наконец. — И не смогла пройти мимо.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который у меня есть, — я пожала плечами. — Разве вы не рады, что я не прошла мимо?

Он откинулся на свои подушки и долго не отводила от меня взгляда.

— Рад, — сказал он наконец. — Но мне важно понимать почему.

— Да как вы достали, — вспылила я. — Помогла и помогла. Это неважно. Не приходит в голову, что я просто хороший человек?

— Просто хороший человек? — он прищурился. — Просто хороший человек решил рискнуть здоровьем своей жизнью, а еще жизнью ближайших соратников? Просто хороший человек плашмя бросился со стены, вставая между мной и убийцей?

— Ну, я не совсем встала, я скорее сверху упала... — мне захотелось прояснить формулировку.

— Гао Лань. — Я замолчала. — Спасибо. Я этого не забуду. Если так не хочешь говорить, не говори. Пытать не стану, но и ты прости заранее, я буду выяснять твои мотивы.

У меня камень с сердца упал.

— Да на здоровье, — выдохнула я. — Только меня не отвлекайте.

В этот момент повозка остановилась.

— Приехали, Ваше Высочество, — раздался голос возницы.

Я выглянула в окошко. «Демонический мурлыка» стоял на месте, целый и невредимый, с новой дверью, которую Мэй Сю успела починить, и с вывеской, на которой все еще красовался нахальный кот с усами.

— Спасибо за компанию, — сказала я, поднимаясь. — И за разговор. И вообще...

— Гао Лань.

Я обернулась.

Суань Лин сидел, не двигаясь, и смотрел на меня. В полумраке повозки его лицо казалось высеченным из камня. Только глаза жили.

— Я буду помогать во время приема посольства. Если будут трудности, то не стейсняйся обращаться. Все просьбы направляй мне или Чжэнь Фэну.

Я поклонилась.

— Учту.

Постояв еще минуту, я наблюдала, как паланкин принца растворяется в сумерках. Странное дело, но когда я вышла из повозки, мои мертвые бабочки в животе проснулись. Мне было приятно, что он больше не видит во мне врага.

— Хозяйка, — Ли Жу вылетела из дверей с таким видом, будто час назад что не курицу доедала, а по меньшей мере раскрыла заговор века. — Ты живая? Он тебя не задушил? Не арестовал? Не...

— А за что? Это же не я по воротам прыгала, испугавшись собаки. Надо было запереть тебя.

Я перешагнула порог «Демонического мурлыки» и замерла. Внутри было... чисто.

Столы стояли ровными рядами и пахли свежим деревом. Стулья, которые еще сегодня утром лежали грудой щепок, теперь красовались вдоль стен. Пол сиял, будто его не мыли, а вылизывали.

Я медленно повернулась к Мэй Сю, которая стояла у стойки с видом человека, который только что совершил подвиг и теперь скромно ждет похвалы.

— Мэй Сю, — сказала я благоговейно. — Ты душу кому-то продала? Как успела?

Она пожала плечами, но в уголках губ пряталась довольная улыбка.

— Мебельщик знакомый, плотники с соседней улицы, доставщики ваши помогли, Ло Чэн людей дал. К утру бы и не управились, а к вечеру вполне. Вы же говорили, молодые госпожа, что ресторан закрывать нельзя. Вот я и...

Я подошла и обняла ее. Она замерла, не ожидая. Местные тут не очень-то с объятиями, но мне было наплевать. Мэй Сю так лихо влилась в нашу компанию, что мне даже совестно стало, что я не во все ее посвящаю.

— Ты чудо, — сказала я в ее плечо. — Настоящее чудо.

— Госпожа... — она попыталась вывернуться, но без особого энтузиазма. — Там еще на кухне порядок навели, продукты свежие завезли, а Линь Мо ваш...

— А Линь Мо ваш, — раздался голос из-за стойки, — между прочим, не спал вообще. Рисовал новую вывеску, аккурат к приезду посольства.

Я отлепилась от Мэй Сю и уставилась на художника. Он сидел в углу, на низкой скамье, и вид у него был такой, будто его месяц не кормили и заставляли работать без продыху. Белые волосы растрепались, под глазами залегли тени, но в руках он держал свиток и смотрел на меня с гордостью пятилетнего ребенка, который наконец нарисовал маме цветочек.

— Какое посольство? — не поняла я.

— Которое завтра приезжает, — он развернул свиток. — Смотрите, принцесса. Я тут иероглифы вывел красиво, и кота вашего демонического пристроил, и даже рис изобразил, чтоб понятно было, что еда северная.

Я подошла ближе. Новая вывеска и правда вышла роскошной: золотая вязь, усатые морды по углам, иероглифы с завитушками. Но не это меня занимало.

— Линь Мо, — сказала я, — ты гений. Но откуда ты знаешь про посольство?

— Все знают, — он пожал плечами. — Слухи по столице быстрее ветра бегут. Генерал Лун Цзюэ едет, свита, охрана... Императорский повар уже неделю в истерике, говорят, даже поварежку сломал от нервов.

Я вздохнула. Ну да, конечно. Все знают. Кроме меня.

— Ладно, — я хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Раз уж все в курсе, давайте собирать совет. Жун Мао, Тай Фэн, подтягивайтесь.

Рыжик вынырнул откуда-то с кухни, жуя на ходу. Тай Фэн выполз из-за колонны, где, кажется, пытался вздремнуть, но вовремя сообразил, что дело пахнет жареным. В прямом смысле.

— Чего, хозяйка? — Жун Мао дожевал и уставился на меня. — Опять проблемы? Давайте расставим точки над и. Если честно, я уже и так задолбался. И вовлекаться не хочу.

— Сейчас задолбаешься больше, — предупредила его взглядом. — Нам нужно накормить посольство из Цинлуна.

— Так это ж хорошо, госпожа Гао, — Мэй Сю оживилась. — Вы же сами оттуда родом. Свою кухню знаете, обычаи, вкусы... Чего волноваться-то?

Я обернулась на нее. Блин, ну надо ее уже в курс ввести. Я готовлю отменно, а еще отменнее я вру, а как я феерически что-то недоговариваю...

— Мэй Сю, — начала я осторожно, — понимаешь...

— Она не знает цинлунской кухни, — перебил Жун Мао с ехидной улыбкой. — Вообще.

Я уставилась на него.

— Ты чего лезешь?

— А чего скрывать? — он развел руками. — Никто понятия не имеет про цинлунскую кухню, потому что она от местной ничем не отличается.

— Жун Мао, — прошипела я, — я тебя прибью.

— Потом, — он отмахнулся. — Сначала признайся Мэй Сю, пока она сама не догадалась.

Я посмотрела на Мэй Сю. Она смотрела на меня с легким недоумением, но без осуждения.

— Мэй Сю, — сказала я, сдаваясь. — Дело в том, что... ну, в общем, то, что я готовлю — это не цинлунская кухня. Это... моя кухня. Экспромт. Цинлун, действительно, не особенно впечатлил бы местных.

Она молчала. Секунду. Две. Три.

— Вы шутите, молодая госпожа? — спросила она наконец.

— Если бы, — вздохнула я. — Я серьезно. Я понятия не имею, чем кормить этих... послов. Подать привычное — император разозлится, подать необычное — император тоже разозлится, а гости из Цинлуна сообщат, что блюда не привычные. И тогда мне...

В комнате повисла тишина. Даже Тай Фэн перестал жевать и смотрел на меня с сочувствием. А мне слышался звук завинчивающейся крышечки.

— А что бы сделала настоящая принцесса Гао Лань? — вдруг прошептала мне на ухо Ли Жу.

— В смысле?

— Ну, — она замялась, подбирая слова. — Ты же всегда говоришь, что в дорамах героини умные и хитрые. Что они там придумывают, когда в безвыходном положении?

Я задумалась. Ли Жу, моя бесстрашная кошка, иногда выдавала такие мысли, что я начинала подозревать — не так уж она и проста.

— В дорамах, — медленно и также тихо вещала я, — в сложных ситуациях герои часто показывают смекалку через... какие-то поэтические смыслы и символы.

— О, — Ли Жу расплылась в улыбке. — Как в сказках? Когда Иванушка дурачок на самом деле умный, а царевна несчастная на самом деле счастлива?