История одной игрушки

— А меня возьмёшь?

— Астарот, а ты уже выбрал?

— А можно с тобой?

Метис пропускает их мимо ушей. Очевидно, ему нравится внимание. Его взгляд устремлён куда-то вдаль, в одну точку. И чего он бесился, что очередь выстроилась за Люцифером? Вполне симпатичные девчонки трутся рядом с Астаротом. Но он по-прежнему никого не выбрал. Раньше это его не особенно волновало. Что же изменилось?

Все суетливо пытаются выбрать себе партнёра, словно от этого зависит всё их дальнейшее существование. Все выбирают, но кто вообще имеет на это право? Какой психопат добровольно решится стать чьей-то игрушкой? Кто выберет невидимые кандалы вместо свободы?

Ловлю довольные взгляды Ади и Сэми и приветливо машу им рукой. Парни тоже подошли к выбору костюмов с фантазией. Подхожу ближе и вслушиваюсь в их забавный спор о ставках:

— Пять золотых, что Астарот достанется той рыжей.

— Десять — что он сам её пошлёт, — уверяет Ади.

В зал входит Люцифер, а за ним — шлейф из десятка девчонок, которые влюблённо смотрят ему вслед, точно марионетки. От этого зрелища невозможно сдержать улыбку. Краем глаза замечаю, как Астарот уже поднимается к Чуме на сцену и что-то шепчет ей на ухо. Мальбонте, сидящий рядом, не спускает с него грозного взгляда. Чума довольно, но коротко кивает, хватает с подноса бокал глифта, подносит его к микрофону и постукивает когтем по стеклу, издавая характерный звон:

— Добро пожаловать, пупсики, — иронично протягивает директриса. — Старик Кроули в отпуске, а теперь за главную я. Вы готовы?

Свободной рукой Чума медленно проводит по воздуху, словно охватывая весь зал. Ученики, будто одурманенные ею, начинают восторженно визжать, свистеть и аплодировать. Некоторые выкрикивают: «Лучшая!». Неуверенно хлопаю и осторожно смотрю по сторонам. Замечаю, что часть учеников успела знатно напиться глифтом ещё до начала мероприятия. Их шатает из стороны в сторону, глаза собираются в кучу, движения становятся хаотичными и неосторожными. Чума на них весьма дурно влияет…

— Как многим уже известно, я собираюсь сблизить вас друг с другом, — директриса выдерживает паузу, расплываясь в колкой ухмылке, прежде чем продолжить. — Надеюсь, каждый нашёл себе пару по вкусу…

Чума переводит взгляд на крайне недовольного Люцифера, позади которого стоит толпа неугомонных поклонниц. Директриса фыркает от смеха, отмахиваясь от увиденной картины. Её забавляет, что сын Сатаны настолько притягателен, что лишил девушек последних крох здравого смысла.

— Уокер, — сквозь усмешку произносит Чума, вызывая Непризнанную вперёд. Когда Вики поспешно подходит к ней, директриса окидывает девушку оценивающим взглядом. — Будешь игрушкой для Люцифера.

Астарот хочет что-то сказать Чуме, но та замечает его попытку и резко прерывает предупреждающим взглядом. Чума быстро распределяет оставшихся девушек по другим парам — их разбирают, как горячие пирожки. Астарот остаётся на месте, недовольно кривя губы. Кажется, последняя надежда ускользает у него прямо из рук.

— Астарот остался без игрушки, — утвердительно заявляет Чума.

Взгляд метиса становится холодным и злым. Он отводит глаза от толпы учеников, которые тут же с удивлением оборачиваются к нему. Некоторые поклонницы по-прежнему тянутся к Астароту, но он делает вид, что не замечает их.

— Ладно.

Чума отпивает глоток глифта и облизывает нижнюю губу.

— У меня для тебя есть одна кандидатура.

Глава 3. Чумной бал

Трек главы: Dmitri Shostakovich — «Вальс №2» (из сюиты для эстрадного оркестра)

Голубые глаза Астарота блеснули очередной надеждой, что вспыхнула вместе со словами директора. Он наверняка понимал, что Чума не станет подбирать очередную «неинтересную» пару для него. Она подготовила для него что-то нечто большее, нечто стоящее его внимания. Чума оглядела весь зал и заострила особое внимание на мне. Сердце сжалось. Чем дольше она смотрела на меня, тем главный жизненный орган стремительно ускакивал в пятки. Что ей нужно?..

— Мими, — голос Чумы звучал надменно, требовательно. — Как долго ты собиралась молчать о своём родственнике?

Сотни глаз принялись сверлить меня взглядом, заставляя щёки краснеть. Хотелось провалиться сквозь землю. Крепче сжимаю руку Кристофера и подаюсь вперёд, скривив губы в недовольной ухмылке. Не решаюсь ничего ответить. Чума продолжает раскручивать начатую мысль, которая не радовала уши:

— Тем более о родной сестре! — она недовольно обвела меня взглядом, оскалив свои зубы от злости. Зал удивлённо ахнул от услышанного. Никогда никто из моей семьи не упоминал о том, что у меня есть старшая сестра. — Приведите её сюда.

Директриса щёлкнула пальцами за своей спиной, призывая охрану выполнить поручение. Моё лицо исказилось, предвкушая страх и ту встречу, о которой я не мечтала и ближайшее время, пока пребывала в школе. Сердце заколотилось. Кристофер перевёл на меня свой недоумённый взгляд, а я, виноватая перед ним, даже не решаюсь взглянуть на него.

В зал вваливается Хлоя. Лицо её передавало страх, что сидел внутри неё. Шепфа, она так хотела попасть сюда, но явно не при таких обстоятельствах… Её русые пряди волос обрамляли испуганное лицо. Она не рискнула окинуть взглядом весь зал. Хлоя опустила свои серые, как у меня, глаза в пол, прикусив нижнюю губу. Она всегда так делала, когда очень сильно нервничала. Её пурпурные крылья были стиснуты золотой нитью, чтобы она не смогла покинуть стены школы. Запястья удерживали тяжёлые кандалы.

Толпа, точно издеваясь, присвистывала и выкрикивала что-то подбадривающее, но ни я, ни Хлоя не хотели этого слышать сейчас вовсе. Астарот оценочно разглядывал мою сестру сверху вниз, словно она была каким-то товаром в магазине. Глаза его желанно сверкали, рот расплылся в довольной улыбке. Ну нет… только не он!

— Подойди сюда, птенчик, — Чума поманила своим костлявым пальцем Хлою. Она, подняв на неё свой томный и полной ненависти взгляд, покорно двинулась с места. — Посмотри-ка, сколько бессмертных желали встретиться с тобой.

Зал залился звонким смехом Чумы, от которого непроизвольно начали бегать мурашки по спине. А затем ученики один за другим начали шептаться. Кто-то узнаёт её, кто-то не верит, кто-то шепчет, что советница Сатаны оказалась игрушкой метиса. Здесь на неё смотрят как на зрелище.

Хлоя не рискнула перевести свой взгляд в сторону толпы бессмертных. Чума, схватив её за руку, точно какое-то театральное представление в жанре трагикомедии, подвела к Астароту настолько близко, насколько это было возможным. Она схватила подбородок Хлои и силой заставила взглянуть в глаза метису.

— Теперь ты его игрушка, птенчик!

Чума начала радостно хлопать в ладоши, словно точно сошла с ума. Сестра, не собирающая больше терпеть такое отношение к себе, собралась дёрнуться, но Астарот крепко сжал её плечи, не давая даже шелохнуться. Он молча, с колкой ухмылкой, прожигал её взглядом под бурное обсуждение толпы. Рот Хлои скривился, но глаза выдавали больше испуг, нежели отвращение. Стараюсь освободиться от руки своего избранника, чтобы вмешаться и заступиться за сестру, но Кристофер перехватывает моё запястье и с силой одёргивает, заставляя посмотреть на него. Он молча качает головой, а я, только представив страх и ужас, что пережила Хлоя, бью метиса в грудь и кричу:

— Пусти! Пусти меня, Кристофер!

Но мой крик заглушили фанфары. Люстры в зале погасли, оставляя только мерцание стробоскопа. Лица учеников было тяжелее разглядеть. Яркий свет освещал только лишь Чуму, что так и расплывалась в довольной улыбке:

— А теперь, зверушки-игрушки, танцы!

Заиграла музыка. Все принялись что-то делать: кто-то жадно накинулся на глифт, чтобы поскорее опьянеть и сделать что-то непристойное со своей игрушкой, кто-то взаправду танцевал друг с другом, кто-то начал знакомиться и узнавать друг друга лучше. Я же пыталась глазами найти Хлою, но её след словно пропал. Как и Астарот, который тоже пропал из виду.

Хлоя

Чума вела меня за руку, плотно сжав мои запястья, что и без этого были стиснуты в кандалы. Чёрт побери, какого хрена здесь вообще происходит?..

Новый директор захлопнула двери, что вели в кабинет и, достав что-то из шкафа, быстро швырнула на диван. Передо мной лежало чёрное платье, усыпанное стразами. Чума, усмехнувшись, достала из шкафа что-то ещё, проговаривая:

— Не могу же я позволить тебе пойти веселиться на бал в чём попало, — она небрежно оглядела меня с ног до головы. — Будешь сегодня нимфой! Малефисентой…

Директор надела на меня чёрную корону с дьявольскими рогами, что так сильно сближало меня с образом злой феи. Стою на месте, не решаясь даже махнуть головой, чтобы скинуть с себя новый головной убор.

— Мы ведь с тобой обо всём договорились, птенчик? — Чума одним лишь пальцем коснулась моего подбородка и заставила поднять на неё взгляд. Покорно киваю головой. — Вот и славно!

Кандалы, что так сковывали мои запястья, звякнули и упали на пол, а вместе с этим я почувствовала сумасшедшее облегчение. Руки, словно онемевшие, некоторое время отказывались слушать команды мозга. Непроизвольно бросаю взгляд на письменный директорский стол и вижу свой конверт, который так тщательно подписывала в школу, питая себя розовыми мечтами о получении хорошей должности здесь. Наивная! Хлоя, как же тебя так угораздило?..

Руки оживились, кровь прильнула к моим конечностям, которые снова стали двигаться и быть со мной одним целым. Под пристальным взором Чумы снимаю свою одежду, издеваясь над ней. Устраиваю показушные танцы на раздевание:

— Птенчик, — прыснула та со смеху, не отводя от меня заинтересованного взгляда. — Ты не моя игрушка, чтобы так танцевать передо мной!

Действительно, что это со мной? Снимаю боди, в котором прибыла сюда. Рукой молниеносно прикрываю грудь, чтобы натянуть на себя роскошное чёрное платье, которым поделилась Чума на вечерний бал, который прямо сейчас был в самом разгаре. Твою мать, мне бы повидаться с Мими… к чему весь этот маскарад?

Подхожу к узкому зеркалу в пол, что стоит в в углу кабинета Чумы. Кручусь. Платье село идеально. Буквально вчера я семенила по Аду и мысленно мечтала попасть сюда, в школу. Сейчас я стою здесь. Рада ли я этому?.. В зале бессмертные смеялись, кто-то целовался у колонны, кто-то спорил, кто-то танцевал босиком с бокалом глифта, оркестр играл живьём, где-то шумели компании. Никто не стоял по стойке смирно, как в Аду. Никто не ждал от меня решения. Здесь бессмертные… просто живут. Вот оно. Именно этого я хотела...«И именно сейчас я хочу отсюда сбежать. Условия, при которых я сюда попала, были явно не самыми лучшими и далеко не теми, с которыми я так хотела столкнуться по прибытии в школу ангелов и демонов.

— Ну, птенчик, вперёд, — Чума забавлялась надо мной, с издёвкой ухмылялась и поглядывала на моё озадаченное, потерянное в мыслях лицо. — Астарот наверняка уже заждался тебя!

Бросаю напоследок недовольный взгляд на неё. Чтоб тебя!.. Смотрю на свои руки и понимаю, что кандалов больше на мне нет. А предусмотрены ли они были после смены образа? Или Чума забыла про них, и теперь я свободна?

Миную зал, в котором активно проходил бал-маскарад. Некоторые бессмертные кружились в танце, другие предпочли себя в качестве зрителя, потягивая из трубочек в бокале глифт. Свечи горят неправильным пламенем, лепестки или пепел падают сверху, на столах стоит глифт разных оттенков, ученики пришли в костюмах, кто-то уже нарушает правила своей «игрушки», Чума уже с трона наблюдает за всем этим с откровенным восторгом. Осторожно пробираюсь по коридору в самую глубь. Наверняка, где-то там выход. Нужно просто снять с крыльев золотую нить, улететь на нейтральную территорию и вызвать водоворот прямиком в Ад. Иду и не оборачиваюсь. Смотрю себе куда-то под ноги, изучая орнаменты мраморной плитки. Головой упираюсь в мужскую горячую грудь. Разглядываю перед своим лицом атласную ткань бордового цвета с глубоким вырезом. Кажется, эту рубаху где-то я уже видела. Медленно поднимаю глаза. Декоративная цепь, что так идеально висела на шее, приветливо сверкнула, когда её носитель сделал глубокий вдох. Поднимаю глаза выше. Ну, конечно! Встречаюсь с самодовольной ухмылкой, которая исходила от метиса ещё на подиуме, когда меня объявили его новой игрушкой:

— И далеко ты собралась, куколка? — Астарот прожигал меня взглядом, словно хотел заглянуть в мою голову. О, милый, лучше тебе не знать вообще, что там…

— Отвали!

Руками стараюсь отодвинуть его корпус, но мужские руки ловко перехватили мои женские запястья, что так недавно были скованны в кандалы. Скалюсь от злости. Кажется, пора смириться, что это была крайне неудачная затея побега. И откуда только метис тут мог взяться?.. Он что, следил за мной?

— Не надо брыкаться, — он сильнее сжал мои запястья, отчего я непроизвольно вскрикнула. Чёрт возьми, больно! — Пойдём же танцевать, куколка.

Моё новое прозвище вызывало попросту отвращение к самовлюблённому метису. «Ку-кол-ка…» — он так тянул по слогам это дурное слово, что я успеваю поморщить лоб. Ведёт себя так, будто я его собственность. Хотя, наверное, в этом и был посыл Чумы — заставить другого в паре чувствовать себя товаром, куклой, жертвой… Неудивительно, что никто так и не решился составить ему пару, поэтому… я здесь.

— Не пойду! — гордо запрокидываю голову и тщётно пытаюсь вырвать запястья из его сильных рук.

— Это не приглашение, — Астарот надменно усмехнулся, не отрывая от меня взгляда. Он хотел, чтобы в моих глазах гнев сменился на испуг. Хотел, чтобы я боялась его, проявляя уважение к своему «новому хозяину». — Это, считай, что приказ!

Взгляд мой сменился на уставший, такой обессиленный. Я ослабила хватку. Опускаю руки. Сейчас не время бороться и давать отпор, это бесполезно. Другая бы Хлоя, та, что была правой рукой Сатаны, никогда не позволила бы себе такого надменного и требовательного отношения к себе только лишь потому, что этого не позволило бы чувство собственного достоинства. Хлоя никогда не позволила бы к себе так относиться и разговаривать в таком тоне. Но я не была больше той Хлоей, что так важна для Сатаны. Теперь я…

— Чего встала, куколка? — Астарот ослабил хватку на моих запястьях, но я не обращала на это никакого внимания, утопая в собственных размышлениях.

Очнувшись от пугающих мыслей, понимаю, что всё это время смотрела в глаза наглому метису, у которого довольная ухмылка не сползала с лица. Сколько я так на него смотрела? Мне хотелось верить в то, что всё это длилось считанные мгновения.

Астарот вытянул свой локоть, приглашая меня взять его под руку и пройти в зал. Несколько мгновений думаю, прежче чем ухватиться за предплечье метиса. Касаюсь бархатного чёрного пиджака, что идеальной посадкой сидел на Астароте. От него исходил такой приятный шлейф мужского парфюма с едва уловимыми нотами мандарина и бергамота.

Мне не хотелось больше гордо шагать, высоко приподняв голову. Я плетусь рядом с ним только лишь потому, что надо, а не потому, что я действительно хочу этого. Ловлю на себе осуждающие взгляды, а за ними гневные перешёптывания. Сколько времени потребуется бессмертным в школе переварить ту информацию, которую выплюнула сегодня Чума в толпу, представляя меня перед учениками? Внутри меня всё сжималось от осознания того, что я стала чьей-то собственностью: куклой, с которой было дозволено делать всё что угодно. Жалкой игрушкой, до которой нет никакого дела. И я не могу никак на это повлиять. Это решение Чумы, будь оно неладно! Это слишком жестоко даже для меня — той, кто всю свою жизнь пробыла в Аду.

В зале музыканты играют вальс. Мужчина, что сидел за фортепиано, так эмоционально поддавался такту мелодии, наблюдая за учениками, что кружили воздушный танец. Среди танцующих вижу Мими и практически точную копию Астарота. Чума что, и мою сестру поставила в пару с метисом? Скалюсь от возмущения, что скопилось внутри. Хочу одёрнуть руку от Астарота, как вдруг, он развернул меня к себе, заставляя взглянуть прямо ему в глаза, цвет которых так напоминал ясное небо в дымке.

ьРаздался громогласный звук скрипки, от которого ученики, плывущие в танце, резко сменили направление и начали двигаться в противоположную сторону. Руки Астарота аккуратно притянули меня за талию. Помедлив, осторожно обхватываю его плечи, не решаясь касаться обнажённой шеи, что так искусно скрыта под длинными волосами метиса. Мы начали двигаться в такт мелодии, подстраиваясь под всех, словно уже давно здесь танцуем. Отвожу свой смущённый взгляд от Астарота. Чёрт его побери!.. Он что, пытается очаровать меня?..

— Так откуда же ты, невинное создание? — метис не отрывал от меня взгляда. Мои глаза бегают из стороны в сторону, пытаясь сфокусироваться на Мими, которая в потоке танца тоже успела разглядеть моё растерянное и поникшее лицо. — Почему твоя сестра так тщательно скрывала такой бриллиант?

Перевожу на Астарота свой возмущённый взгляд, давая понять, что он задаёт слишком много вопросов. Метис, увидев моё негодование, лишь усилил хватку на талии, заставив меня опомниться, что теперь я — его игрушка, а значит, что обязана слушаться.

— Какое тебе вообще есть дело до меня? — процеживаю сквозь зубы, не скрывая своей ненависти к этому самовлюблённому.

Снова раздаются громкие звуки виолончели и скрипки — смена направлений. Астарот умело подхватил меня, немного оторвал от кафельного пола и, развернув в другую сторону, прижал меня к себе ближе. Между нами не осталось ни единого миллиметра расстояния. Слегка оголённым участком живота чувствую атласную бордовую ткань от рубахи, которая так шла метису. Он замечает красные следы от кандалов на моих запястьях. На секунду с его лица пропадает ухмылка. Он ослабляет хватку. Астарот склонился к моему уху, зарывшись в волосах. Чувствую его обжигающее дыхание и получаю бегающую волну мурашек по своей спине. Непроизвольно вздрагиваю, но от удовольствия ли?..

— Поверь мне, куколка, — выдержав паузу, метис, словно издевается, щекотал своим дыханием мою шею. — Теперь у нас много общего.

— В самом деле? — отвожу шею от него насколько это возможно и вопросительно изгибаю бровь. Какой-то метис будет говорить мне о том, что у нас много общего? — Да что ты знаешь обо мне, мерзавец?

Глаза мои победно сверкнули. Мы танцевали вальс в такт со всеми, но при этом между нами была игра, которую могли понять только я и Астарот. Люди вокруг словно растворились. Были только мы — его надменная и нахальная улыбка, и живая музыка. Я позабыла даже о том, что хотела ринуться к Мими с расспросами. О, к ней у меня тысяча вопросов, не меньше. Ловлю взглядом свою сестрёнку, которая так любезно хихикала со своим кавалером. И он её очаровал? Расплывается в его руках, смеётся и утыкается ему в плечо. Ну, берегись…

Маэстро, что дирижировал оркестром, громко хлопнул в ладоши, и все сменились партнёрами. Астарот не торопился меня выпускать из своих объятий, продолжая лавировать своим спортивным телом. Снова нахожу взгляд Мими, которая так же продолжала танцевать с курчавым метисом. Я должна во всём разобраться!..

— Боюсь, тебе придётся ответить мне на вопросы, — Астарот словно проследил за моим взглядом и, стремительно пытаясь отвлечь меня от переглядываний с сестрой, прервал наше молчание. — Куколка…

— Никакая я тебе не куколка! — не выдержав, процеживаю и, гневно испепеляя его взглядом, возмущаюсь его довольной ухмылке на лице.

— Что ж ты такая недотрога? — метис изучающе обвёл меня взглядом. — А-а, кажется, я понял…

Астарот резким движением прижал меня к себе, уткнулся носом в мою шею. Он словно вдохнул аромат, что исходил из меня, так глубоко и медленно. Стараюсь в этот момент не дышать, прикрыв глаза.

— Ты набиваешь себе цену, — елейным голосом проговорил метис. — Ты была очень важной шишкой под крылом у папочки Сатаны, а сейчас излишься не потому, что стала игрушкой. Ты злишься потому, что впервые за несколько тысяч лет решаешь не ты.…

Вздрагиваю от отвращения его сказанных слов. Пытаюсь вырваться, но сильные руки настолько крепко сжимали мою талию, что лишали всякой возможности отстраниться, хотя бы на сантиметр, от этого надменного, крылатого, самого настоящего чудовища!

— Заткнись, — шепчу я также ему на ухо.

— Не то что? — Астарот отстранился от меня, не убирая руки с талии. Мы продолжали кружиться в танце. От его рук под платьем кожа была горячая, немного влажная. — Попытаешься оскорбить? Ударишь? Или, может?..

— Я сказала, заткнись, — гневно процеживаю, стараясь держать себя в руках. — В мои планы не входило общение с… метисом.

Оценочно оглядываю Астарота, который, признаться честно, был очень привлекательным. Его острый язык заставил бы любую другую растаять прямо у него на руках, но я была выше этого, не давая колким фразочкам метиса врезаться в моё сердце. Но Мими… она любезничает с близнецом Астарота! Он, всё же, очаровал её!

— Какая жалость, — театрально протянул метис, дёргая уголком рта. — Жаль только, что твоя сестрёнка предпочла метиса в общении, а не тебя.

Задыхаюсь от возмущения, глядя на этого заносчивого мерзавца. Да как он смеет?.. Перевожу взгляд на толпу, ищу Мими: сестра действительно заигрывала и флиртовала с кудрявым метисом. Выходит, Астарот не наврал, а я в его глазах выглядела, как полная дура.

— Что ж, — вздыхая, перевожу взгляд на метиса, который держал меня за талию, а я… держала его за идиота. — Я устала. Пригласишь даму выпить?

Мне нужно было действовать хоть как-нибудь, чтобы окончательно не пасть лицом в грязь. Кто ж знал, что моё появление в школе будет столь неожиданным и нелепым даже для самой меня? Астарот, не скрывая своего искреннего удивления, довольно ухмыльнулся и отпустил мою талию. Он так же галантно подставил свой локоть, а я, уже уверенно и дерзко, взяла его под руку, и мы покинули эпицентр танцпола.

По окрестностям большого зала с высокими потолками ходили официанты, в руках которых были подносы с глифтом. Любезно вытягиваю руку, улыбаюсь и, хватая бокал с алкоголем, вздрагиваю. Ловлю взгляд Чумы с другого конца зала. Директриса поднимает бокал. Как будто говорит: «Я же знала». Обещаю, как только разберусь со всем происходящим здесь, тут же засуну ей этот бокал куда подальше…

Со спины подбежала Мими. Лазурная жидкость в бокале пошатнулась и несколько капель, ударившись о стенки, выплеснулись. Делаю шаг назад, не дав каплям коснуться платья Чумы, что было надето на мне. К лишним проблемам я не готова уж точно.

— Сестра, — Мими кинулась ко мне в объятия, не сдерживая своих эмоций на лице. В её глазах хлынули слёзы от радости вперемешку с отравленным разочарованием, что меня, всё же, так и не удалось скрыть от потусторонних глаз. — Я так скучала по тебе! Хлоя, ты даже не представляешь…

Рядом с нами поравнялись метисы. Они были как одна капля воды, разве что отличались причёсками и едва уловимой ухмылкой. У того, что был ближе к Мими, лицо выглядело не таким наглым в отличие от Астарота. Машинально поправляю ей волосы — так же, как делала, когда та была маленькой. И вдруг, словно удар током, что разнесся по всему телу, приходит горькое осознание: я пропустила часть жизни сестры.

— Кстати, познакомься, — Мими стёрла с щёк скатившиеся слёзы и, взяв под руку своего кавалера, взглянула на него таким тёплым, радушным взглядом. — Это Кристофер. Мой молодой человек.

Перевожу гневный взгляд на кавалера сестры, который приветливо улыбнулся мне. Мой… кто?!

— Но я думала, что… — удивлённо возвращаюсь глазами к Мими.

— Нет, Чума здесь не при чём, — словно улавливая мой вопрос в голове, ответила сестра, в шутку отмахиваясь. — Наш союз доброволен.

— И как давно ты с моей сестрой вместе? — щурю взгляд на кудрявого метиса. Как я могу ему доверять самое сокровенное?

— Совсем недавно.

Кристофер не пытался сделать вид, чтобы меня как-то убедить в его серьезных намерениях. В нем не чувствовалась ветреность, но и доверия он мне не внушал. Парень моей сестры аккуратно потер ей плечи, обратив внимание на то, что ей стало немного прохладно. Сняв с себя свой пиджак, он бережно накинул его на плечи Мими. Сестра молча с благодарностью во взгляде улыбнулась ему.

Опешив, роняю свой растерянный взгляд на Астарота. И с каких пор метисы стали так близки с демонами?.. Задумчиво качаю головой, стараясь хоть как-то выкинуть из головы навязчивые мысли.

— Крис, Астарот, — Мими криво улыбнулась и ринулась в мою сторону, схватив меня под руку. — Хлоя, можно тебя на минуту?

Она уводила меня подальше от близнецов. Кажется, сестра готова мне вот-вот рассказать то, о чём они явно не должны были слышать. О, интересно…

— Сестра, — тяжело вздохнула Мими. — Я знаю, что твой визит в школу это полное безумие и больная фантазия Чумы, которая, к сожалению, реализовалась. Но послушай…