Город, где любовь назначают

Тарен встал, забыв о ране.

— Вы отправили двести сорок одного.

— Я никого не отправляла.

— Их семьи думают иначе.

— В официальных делах нет семейных уведомлений.

— Потому что после переноса их стирают из реестра.

Лира вспомнила пустую строку. Мара однажды упоминала соседа, который внезапно переехал, но не могла вспомнить его фамилию. В управлении стоял пустой стол, и никто не знал, кому он принадлежал прежде.

На входной двери загорелся сигнал.

— Лира? — раздался мужской голос из переговорного устройства. — Это Элиан Керр.

Она и Тарен посмотрели друг на друга.

— МЕРА сообщила, что вы вернулись домой, — продолжил Элиан. — Я понимаю, день был сложным. Можно войти?

Тарен бесшумно взял со стола свою куртку.

— В спальне есть вентиляция? — прошептал он.

— Нет.

— Балкон?

— Тридцать второй этаж.

— Тогда познакомьте нас.

Лира показала ему импульсник.

— В кладовую.

— Вы прячете раненого мужчину от назначенного мужа в первый вечер. В Таэре об этом пишут комедии.

— Ещё слово — и это станет трагедией.

Он скрылся за дверью кладовой. Лира убрала кровь со стола, закрыла файлы и только потом впустила Элиана.

Он оказался выше, чем на изображении, и выглядел менее безупречно. Волосы растрепал ветер, в руке он держал две белые ленты, которые полагалось связать после церемонии. На лице была осторожная улыбка человека, не уверенного, имеет ли он право радоваться один.

— Добрый вечер, — сказал он.

— Добрый.

— Кажется, это та часть, где мы должны почувствовать облегчение.

Лира почти улыбнулась.

— Вы тоже не любите протокол?

— Я врач. Протоколы полезны, когда человек без сознания. В остальных случаях они раздражают.

Элиан протянул ей одну ленту.

— Я не стану спрашивать, почему вас не было. Директор Орн сказала, возникла служебная проблема.

— Возникла.

Его взгляд скользнул по кухне. Капля крови осталась на ножке стола.

— Вы ранены?

— Нет.

— Тогда кто?

Из кладовой донёсся глухой удар.

Тарен, вероятно, потерял равновесие.

Элиан медленно опустил ленту.

— Лира, в вашей кладовой кто-то есть?

Она посмотрела на мужчину, которого МЕРА назвала идеальным для неё.

Девяносто шесть целых четыре десятых процента совместимости.

Первая проверка их будущего наступила раньше, чем они успели связать ленты.

— Да, — сказала Лира. — И прежде чем я открою дверь, вы должны решить, доверяете ли системе больше, чем человеку, которого она вам назначила.

Интерлюдия. До выбора

Мара Сент узнала имя назначенного партнёра Элиана за четыре месяца до церемонии.

Она работала в отделе сопровождения и не должна была видеть закрытые расчёты. Но однажды МЕРА оставила на общем экране незавершённый пакет, а Мара слишком хорошо знала код Элиана, чтобы не заметить его среди сотен строк.

Керр, Элиан. Оптимальная пара: Весс, Лира.

Сначала она решила, что ошиблась. Потом увидела процент — девяносто шесть целых четыре десятых — и поняла, что система уверена сильнее любого человека.

Элиан пришёл вечером. Они встречались в её квартире после смен, никогда не оставались до утра и не называли связь союзом. Пока обоим не исполнилось тридцать, город закрывал глаза на предварительные отношения, если они не мешали будущему назначению.

— Я видела расчёт, — сказала Мара.

Он остановился у двери.

— Какой?

— Твой.

Элиан не спросил имя. Значит, уже знал.

— Мне сообщили сегодня, — ответил он.

— И ты собирался прийти как обычно?

— Хотел сказать лично.

— Что именно? Что через четыре месяца ты получишь женщину, с которой система обещает почти идеальную жизнь?

— Я не просил этот процент.

— Но подчинишься.

Элиан сел напротив.

— Если откажусь, тебя признают причиной. Твои показатели уже снизили из-за нашей связи.

— Значит, ты защитишь меня, женившись на моей подруге.

— Лира ничего не знает.

— Я тоже не знала пять минут назад. Это не сделало легче.

Он протянул руку, но Мара отодвинулась.

— Ты любишь её? — спросила она.

— Я едва знаю Лиру вне работы.

— А меня?

Элиан молчал слишком долго.

— Да.

— Тогда почему ты говоришь со мной как врач, который объясняет плохой прогноз?

— Потому что если начну говорить иначе, попрошу тебя бежать. А за стеной ничего нет.

Мара думала о северной стене, Пустоте и людях, которых после отказа отправляли на коррекцию. Она тоже не была храброй. Любовь к Элиану не уничтожала страх потерять работу, дом, имя.

— Пройдём разделение, — сказала она.

— Мара.

— Если оно сработает, нам станет легче. Если нет… по крайней мере узнаем, что система не всесильна.

Процедура заняла два часа. Они сидели в разных креслах, пока МЕРА показывала недостатки друг друга, усиливала воспоминания о конфликтах и ослабляла реакцию на голос. После Мара смотрела на Элиана и действительно чувствовала меньше — словно между ними положили толстое стекло.

Он спросил:

— Ты помнишь реку?

— Какую?

На его лице появилась боль. Мара знала, что они были где-то у воды, но образ исчез.

— Никакую, — сказал Элиан.

Они перестали встречаться. Город счёл разделение успешным.

Но каждое утро Мара ставила на стол вторую чашку и не понимала зачем.

В день Сочетания Лиры она пришла на работу раньше, завязала белые ленты и шутила о серебристом платье. Ни одним словом не сказала подруге, что мужчина, которого ей назначат вечером, когда-то спал в комнате за стеной.

Мара называла молчание защитой.

Позже, когда увидела в профиле приказ на собственный перенос, поняла: система не наградила её самоотверженность. Она просто использовала тишину как доказательство управляемости.

Глава 4. Назначенный

Элиан Керр не позвал охрану.

Сначала он поставил белые ленты на стол, затем снял праздничный пиджак и закатал рукава рубашки. Только после этого подошёл к кладовой.

— Если там вооружённый человек, — сказал он, — постарайтесь не вставать между нами. МЕРА могла учесть психологическую совместимость, но вряд ли рассчитала траекторию выстрела.

— У него импульсника нет, — ответила Лира.

— Это утешает меньше, чем вы думаете.

Она открыла дверь.

Тарен сидел на полу между хозяйственными контейнерами. Одной рукой он держался за полку, другой прижимал свежую повязку к боку. На лбу выступил пот.

— Рад знакомству, — сказал он Элиану. — Вы удачно выбрали вечер для визита.

— Я ничего не выбирал.

— Тогда мы уже нашли общую тему.

Элиан присел перед ним и осторожно отодвинул край повязки.

— Коагуляция неполная. Сосуд глубже, чем кажется. Кто вас лечил?

— Ваша назначенная жена.

— Она хороший аналитик.

— Это не ответ.

— Это диагноз.

Лира стояла в дверях, пытаясь понять, почему всё происходит так, словно приход раненого беглеца был неловким бытовым происшествием. Она ожидала испуга, обвинений, по крайней мере требования объяснить. Вместо этого Элиан достал из внутреннего кармана врачебный сканер.

— Имя? — спросил он.

— Тарен Ро.

Сканер мигнул красным.

— Гражданский профиль отсутствует.

— Сегодня это популярный вывод.

— Аллергии?

— На обязательства, закрытые двери и людей, задающих вопросы списком.

— Значит, лекарственных нет.

Элиан посмотрел на Лиру.

— Мне нужен стерильный стол и свет.

— Вы собираетесь ему помочь?

— Он ранен.

— Он незаконно проник в Атрию.

— Я врач до того, как назначенный партнёр. И уж точно до того, как сотрудник Управления безопасности.

В этой фразе не было вызова. Элиан сообщил о собственном порядке приоритетов так же спокойно, как мог бы назвать температуру тела. Лира подумала, что МЕРА, возможно, действительно подобрала человека, которого она способна уважать.

И тут же почувствовала раздражение от самой мысли.

Они перенесли Тарена на стол. Элиан ввёл обезболивающее, расширил рану и извлёк тонкий чёрный осколок.

— Это не часть датчика, — сказал он.

Лира поднесла осколок к свету. На поверхности тянулась микроскопическая маркировка Управления сочетаний.

— Метка слежения, — сказала она. — Её вводят кандидатам с высоким риском отказа.

Тарен открыл глаза.

— Значит, теперь город знает, где я.

На входной двери вспыхнуло красное кольцо.

— Поздно, — произнесла Лира.

Голос МЕРЫ заполнил квартиру:

— Старший аналитик Весс, зафиксировано присутствие незарегистрированного лица. Не покидайте помещение. Служба гармонизации прибудет через девяносто секунд.

Элиан вынул метку пинцетом.

— Где ближайшая утилизационная шахта?

— На кухне.

Он бросил осколок в устройство для переработки. Лира ввела команду на максимальный нагрев.

— Метка передаст повреждение, но не исчезновение, — сказала она. — Они войдут независимо от сигнала.

— Есть второй выход? — спросил Тарен.

— Нет.

— У всех ваших клеток одна дверь?

— На случай пожара раскрывается перегородка между квартирами.

— Пожар можно устроить.

Элиан перевязал рану и поднялся.

— Нельзя. Автоматика перекроет этаж.

Лира посмотрела на белые ленты на столе. На одной был её код, на другой — код Элиана. Система уже объединила их домашние права, хотя официальная связь ещё не подтверждена касанием.

— Можно открыть соседнюю квартиру как общее жильё, — сказала она. — МЕРА предложила три варианта после назначения. Один из них — расширение через стену.

— Вы собираетесь оформить совместное проживание во время штурма? — спросил Тарен.

— Иногда бюрократия полезнее оружия.

Лира взяла ленту Элиана и приложила к своему маркеру. Свет на запястье замкнулся. Терминал поздравил их с началом семейного контура и предложил выбрать планировку.

— Расширенный вариант, — сказала она. — Немедленная реконфигурация.

Стена гостиной дрогнула. В ней возник прямоугольный шов, затем панель сдвинулась, открывая пустую соседнюю квартиру, подготовленную для новой пары.

— Девяносто шесть процентов, — пробормотал Тарен. — Даже стены торопятся вас соединить.

Они прошли внутрь. Элиан задержался у проёма.

— Служба решит, что беглец всё ещё в первой квартире.

— На несколько минут, — сказала Лира.

— Что дальше?

Лира открыла инженерную панель пустого жилья. Схема дома показала грузовой подъёмник, ведущий к подземным распределительным тоннелям.

— Дальше вы возвращаетесь на церемонию и говорите, что я испугалась назначения.

— Это неправдоподобно.

— Скажите, что я обнаружила ошибку в профиле.

— Ещё менее правдоподобно. Вы бы остались исправлять.

Тарен с интересом переводил взгляд с одного на другую.

— У вас получается пугающе хороший первый семейный спор.

Лира не обратила внимания.

— Элиан, если они поймут, что вы помогли, вас лишат медицинского допуска.

— Если я уйду сейчас, а потом узнаю, что отдал раненого человека тем, кто стреляет отслеживающими осколками, допуск перестанет быть моей главной проблемой.

Он подошёл к ней ближе.

— Вы нашли что-то до его появления?

Лира достала бумажную карточку.

Элиан прочитал имя Нейры, неизвестный город и строку о Секторе Ноль. Его лицо оставалось спокойным до тех пор, пока он не увидел подпись.

— Это ваша?

— Да.

— Вы помните документ?

— Нет.

— Тогда я иду с вами.

— Почему?

— Потому что четыре месяца назад в моей клинике исчез пациент. Его признали эмоционально непригодным. На следующий день система сообщила, что такого человека никогда не существовало. Я решил, что ошибся в имени.

В первой квартире ударили в дверь.

— Служба гармонизации! Старший аналитик Весс, откройте!

Лира активировала грузовой подъёмник.

— Внутрь.

Кабина была рассчитана на ящики, а не на трёх взрослых. Тарен прислонился к стене, Элиан поддерживал его под локоть. Лира ввела нижний уровень.

— Доступ к технической зоне запрещён жилым профилям, — предупредила МЕРА.

Лира подняла запястье с семейным маркером.

— Медицинская необходимость. Назначенный партнёр сопровождает пациента.

— Незарегистрированное лицо не является пациентом Центральной клиники.

Элиан приложил ладонь к панели.

— Врач Элиан Керр. Временная регистрация пациента по неотложному протоколу.

МЕРА замолчала.

Сверху раздался грохот: дверь квартиры вскрыли.

— Регистрация подтверждена, — ответила система. — Спуск разрешён.

Кабина пошла вниз.

В тесноте Лира чувствовала тепло плеча Тарена и запах антисептика от рук Элиана. Два мужчины, один назначенный ей как безошибочное будущее, другой пришедший из невозможного города и принёсший прошлое, которого она не помнила.

Она подумала, что МЕРА никогда не моделировала такую конфигурацию.

— Куда ведёт подъёмник? — спросил Элиан.

— В распределительный узел под жилым сектором.

— А потом?

Лира посмотрела на карточку Нейры.

— В Сектор Ноль.

Глава 5. Три шага до тревоги

Грузовой подъёмник остановился на уровне, которого не было в городской схеме.

Двери раскрылись не полностью. Между створками осталась щель, за которой виднелся тёмный коридор. На стене напротив горела синяя цифра «0».

— Удобно, — сказал Тарен. — Даже тайные тюрьмы у вас подписаны.

Лира раздвинула створки руками.

— Это не тюрьма, пока мы не увидели камер.

— И не вода, пока не утонули?

Элиан первым вышел в коридор и проверил воздух сканером.

— Кислород нормальный. Следы седативных соединений, но концентрация низкая.

Пол был вымыт недавно. Вдоль стен тянулись белые линии навигации, однако ни одна не вела к выходу. За гладкими дверями слышалось гудение оборудования.

Лира приложила служебный ключ к ближайшему замку.

— Доступ запрещён.

Она попробовала медицинский код Элиана.

— Доступ запрещён.

Тарен достал из ботинка тонкую пластину.

— Отойдите.

— Это механический замок с электронным ядром.

— Я знаю.

— Вы не откроете его пластиной.

Через пять секунд дверь щёлкнула.

Тарен поклонился.

— Иногда полезно жить в городе, где двери считаются временными.

За дверью находилась не камера, а зал наблюдения. На полукруглой стене располагались экраны, каждый показывал отдельную комнату. В одних люди спали на узких койках, в других сидели перед световыми панелями, повторяя фразы вслед за голосом МЕРЫ.

— «Я благодарен за исправление», — произносил мужчина лет сорока.

— «Я благодарен за исправление», — повторял голос.

— «Моя привязанность была ошибкой».

— «Моя привязанность была ошибкой».

На другом экране женщина смотрела на фотографию. Изображение мужчины медленно исчезало с поверхности, а она называла его имя снова и снова, пока не начала путаться.

Элиан подошёл ближе.

— Это терапия разрыва памяти.

— Такой процедуры нет, — сказала Лира.

— В открытом перечне — нет. Но оборудование медицинское. Оно подавляет эмоциональную реакцию при воспроизведении образа.

— Зачем?

Тарен указал на подпись под экраном:

Причина коррекции: устойчивая связь с неназначенным лицом.

Лира почувствовала, как внутри что-то сжалось.

Она читала подобные профили. Сотни раз. Люди признавались, что не способны отказаться от прежнего партнёра, брата, подруги, ребёнка. Лира отмечала высокий риск несоблюдения будущего союза и рекомендовала дополнительную подготовку.

Дополнительная подготовка происходила здесь.

— Где выходящие записи? — спросила она.

Тарен уже работал с панелью.

— Система закрытая. Нужен административный ключ.

— Мой ключ должен быть достаточным.

— Вашими отчётами кормили этот сектор, но вам не дали смотреть, что он переваривает.

— Хватит.

— Почему? Неприятно слышать?

— Потому что я понимаю без ваших комментариев.

Он повернулся к ней. В его глазах было больше усталости, чем злости.

— Нет, Лира. Вы понимаете данные. Я хочу, чтобы вы увидели людей.

Она подошла к экрану с женщиной. Та перестала повторять имя и теперь просто смотрела на пустую фотографию.

— Как его звали? — спросил голос МЕРЫ.

Женщина открыла рот.

Не ответила.

— Коррекция завершена.

Экран погас.

Элиан положил ладонь Лире на плечо. Жест был осторожным, почти профессиональным, но она отступила.

— Найдём Нейру, — сказала она.

Поиск по внутреннему списку выдал сорок семь активных профилей. Имени Нейры не было. Тарен ввёл родственный код с жетона. Панель мигнула и показала архивную строку:

Ро, Нейра. Коррекция невозможна. Перевод в группу «Мост». Отправлена.

— Куда? — спросил он.

— Поле назначения пустое, — сказала Лира.

Тарен ударил кулаком по панели.

— Семь месяцев, и снова пустая строка.

— Она была здесь, — сказала Лира. — Это подтверждение.

— Мне не нужно подтверждение. Мне нужна сестра.

— Тогда не ломайте единственное устройство, способное показать маршрут.

Он резко повернулся. На мгновение Лира подумала, что Тарен закричит. Вместо этого он упёрся обеими руками в край стола и опустил голову.

— Группа «Мост», — повторил Элиан. — Возможно, обмен между городами.

— Почему тогда её не вернули в Таэр? — спросил Тарен.

— Потому что она узнала то, что не должна была, — ответила Лира.

В коридоре включился свет.

МЕРА заговорила сразу из всех динамиков:

— Старший аналитик Весс. Вы покинули разрешённую зону. Вернитесь к подъёмнику. Незарегистрированное лицо должно оставаться на месте.

— Нас нашли, — сказал Элиан.

— Пока только система, — ответила Лира. — Службе потребуется не меньше пяти минут.

— Почему вы уверены?

— Я рассчитывала маршруты реагирования для жилых секторов.

Тарен выпрямился.

— Есть другой выход?

Лира открыла схему вентиляции. Три линии вели к поверхности, но все перекрывались фильтрами. Четвёртая уходила ещё глубже, в зону с маркировкой «Транспортное ядро».

— Вниз.

— Вы точно любите подвалы, — сказал Тарен.

Они вышли из зала и побежали по синей линии. Рана замедляла Тарена. Элиан хотел поддержать его, но тот отмахнулся.

На первом повороте из стены выдвинулся блокирующий щит.

Лира приложила ладонь.

— Старший аналитик Весс. Аварийный медицинский проход.

— Запрос отклонён.

— МЕРА, мой назначенный партнёр сопровождает пациента.

— Партнёрский контур временно приостановлен. Зафиксировано нарушение протокола Сочетания.

Белая линия на её запястье погасла.

Элиан посмотрел на собственный маркер.

— Быстро они.

— Ваш идеальный союз продержался сорок три минуты, — сказал Тарен. — В Таэре это считалось бы коротким, но честным.

Лира открыла техническую панель и выдернула два контакта. Щит замер на половине пути.

— Ползите.

Они протиснулись под металлом. Позади уже слышались шаги.

Коридор закончился круглым залом. В центре уходила вниз шахта, по которой медленно двигались прозрачные капсулы. В каждой лежал человек.

— Транспортный поток, — сказал Элиан.

Лира подошла к краю. Капсулы спускались в темноту, а затем скрывались в горизонтальном тоннеле.

— Куда он ведёт?

Тарен посмотрел на маркировку на рельсах. Символ был ему знаком.

— К внешней стене.

— За ней Пустота.

— За ней Таэр.

Вверху открылась дверь. В зал вошли сотрудники Службы гармонизации в белой броне.

— На пол! — крикнул командир.

Тарен схватил Лиру за руку и прыгнул на проходящую капсулу.

Она успела зацепиться за поручень. Элиан приземлился рядом. Капсула качнулась и пошла вниз.

Импульсные разряды ударили по металлу над головами.

— Вы с ума сошли! — крикнула Лира.

— Это ещё не оценено вашей системой.

Шахта поглотила свет.

Капсула ускорилась.

Лира прижалась спиной к прозрачной крышке. Под ней спал молодой мужчина. На его запястье была оборванная лента Сочетания.

— Он жив, — сказал Элиан, проверив показатели на боковой панели. — Сильная седация.

— Все капсулы идут из Сектора Ноль, — произнесла Лира.

— И всех отправляют за стену, — добавил Тарен.

Шахта вывела их в горизонтальный тоннель. Впереди мерцал красный свет транспортного шлюза.

На крышке капсулы проступило направление:

Линия 7. Межгородской маршрут.

Лира смотрела на слова, которые полностью меняли устройство её мира.

А затем рядом появилось второе сообщение:

До закрытия внешнего шлюза: три минуты.

Глава 6. Сектор, которого нет

Капсула неслась по тоннелю быстрее городского поезда.

Тарен лежал на её выгнутой крышке, вцепившись пальцами в боковой поручень. Ветер рвал одежду и выжимал слёзы из глаз. Справа держалась Лира, слева — Элиан. Под прозрачным стеклом неподвижно спал человек, чью жизнь Атрия решила отправить в неизвестность.

— Нам нужно остановить поток! — крикнула Лира.

— Прекрасная идея! — ответил Тарен. — Где тормоз?

— В управляющем узле перед шлюзом!

— Он внутри капсулы?

— Нет!

— Тогда ваша идея становится менее прекрасной!

Впереди тоннель расширялся. Между рельсами возникла техническая платформа с пультом. До неё оставалось около тридцати метров.

Тарен оценил скорость, расстояние и собственное состояние. Даже без раны прыжок был бы плохой мыслью. С раной — почти надёжная смерть.

Лира уже смещалась к краю.

— Даже не думайте, — сказал он.

— Кто-то должен открыть аварийную петлю.

— Элиан нужен пассажиру. Я ранен. Следовательно, вы решили пожертвовать собой, потому что умеете считать до трёх?

— У вас есть другой вариант?

— Есть. Не прыгать.

Она отпустила один поручень.

Тарен схватил её за ремень и дёрнул назад.

— Отпустите!

— Нет.

— Шлюз закроется!

— Тогда мы придумаем что-нибудь в следующие две минуты.

— Так не работает.

— В Таэре иногда работает.

Элиан перекричал ветер:

— На капсуле есть сервисный порт!

Он показал на небольшую панель у головы спящего мужчины. Тарен ударил по замку рукоятью ножа. Крышка открылась. Внутри находились три контакта и оптический разъём.

Лира сразу поняла схему.

— Если замкнуть синий и чёрный, капсула перейдёт в режим аварийной разгрузки.

— Она остановится?

— Она сойдёт на боковую линию.

— А мы?