Религия. Откровение. Психология. Том 3 (часть 1): психология веры — от инстинкта до мудрости

Снижение антропоморфизма не означает снижения веры. Вера в безличный закон может быть такой же сильной, как вера в личного Бога. Ученый, который посвящает жизнь исследованию законов природы, верит в них не меньше, чем монах в Бога. Разница в том, что ученый называет свою веру «доверием к методам науки» или «уверенностью в воспроизводимости результатов». Но это все равно вера. Он не может доказать, что завтра закон всемирного тяготения будет работать так же, как сегодня. Он верит в это.

Рост абстракции создает новые проблемы. Чем абстрактнее объект веры, тем труднее его представить и тем труднее с ним взаимодействовать. С духом дерева можно поговорить, задабривать его жертвами. Богу грома можно молиться. А как взаимодействовать с безличным законом? Его нельзя умолять. Нельзя просить о чуде. Нельзя надеяться на исключение. Вера в безличный закон требует большего смирения, но дает и большую устойчивость. Если Бог может передумать, то закон — нет. Закон всегда работает одинаково.

Эволюция веры от анимизма к абстракции не линейна и не универсальна. В разных культурах эти этапы сосуществуют. Современный христианин верит в личного Бога, но также верит в науку. Современный буддист верит в безличную Дхамму, но также молится Будде как спасителю. Японец может быть одновременно синтоистом (вера в духов ками) и буддистом (вера в закон кармы). Человеческий разум способен удерживать разные уровни абстракции одновременно, переключаясь между ними в зависимости от контекста.

Будущее, вероятно, принесет новые формы веры, еще более абстрактные. Вера в математическую структуру реальности, в мультивселенную, в симуляцию — все это уже появляется. Человек верит, что мир может быть математической формулой, что существует бесконечное множество параллельных вселенных, что наша реальность — компьютерная симуляция. Эти веры не менее странны, чем вера в духов деревьев. Но они стали возможны благодаря развитию науки и технологий. Механизм веры остался прежним. Объекты изменились.

Важно понимать, что эволюция веры — это не история прогресса, в котором старые формы отбрасываются как примитивные. Духи места никуда не исчезли. Они продолжают жить в народных верованиях, в суевериях, в культурных практиках. Современный житель мегаполиса может верить в гороскопы, в приметы, в домовых — и одновременно в научные законы и в Бога. Человеческая психика не монолитна. Она способна удерживать противоречивые веры, переключаясь между разными режимами мышления в разных ситуациях.

Эволюция веры — это скорее расширение репертуара, чем замена старых форм новыми. Человек получил возможность верить в безличный закон, но не утратил способности верить в духов. И та и другая способность сохраняются и проявляются в зависимости от контекста. В одних ситуациях человек ищет личного Бога, к которому можно обратиться с молитвой. В других — полагается на безличные законы природы. В третьих — прислушивается к голосам духов, которые, как он верит, живут в старом доме.

Современность ставит перед человечеством новые вызовы. Глобализация, наука, технологии, искусственный интеллект, изменение климата — все это требует новых форм веры или, по крайней мере, переосмысления старых. Человек не может не верить. Он может только менять объекты веры. Эволюция веры продолжается. И то, во что будут верить люди через сто лет, возможно, так же сильно отличается от нашего сегодняшнего понимания, как наше понимание отличается от веры древних анимистов. Но механизм останется тем же: доверие к невидимому порядку, заполнение неопределенности, гипертрофированное обнаружение агентности. Это неизменное ядро человеческой психики.

Вера в реальность мира — самый фундаментальный, самый базовый вид веры.

Без нее невозможно существование никаких других видов веры. Нельзя верить в себя, если не уверен, что мир, в котором ты существуешь, реален. Нельзя верить в других, если сомневаешься в том, что они обладают сознанием. Нельзя верить в Бога, если не уверен, что существует сам мир, в котором Бог мог бы быть. Вера в реальность мира — это основание, на котором строится вся психическая жизнь человека.

Эта вера формируется в раннем детстве. Ребенок появляется на свет в полной беспомощности. Он не понимает, где он находится, что происходит, кто эти люди вокруг. Но постепенно, через повторяющийся опыт, у него формируется базовое доверие к миру. Он верит, что мир существует — не исчезнет, не растворится, не превратится во что-то другое. Он верит, что мир безопасен — по крайней мере, достаточно безопасен, чтобы в нем можно было жить и действовать. Он верит, что мама, которая вышла из комнаты, не исчезла навсегда, а вернется.

Эта вера в существование и безопасность мира не является результатом логических рассуждений. Ребенок не может доказать, что мир реален. Он не может доказать, что мама вернется. Он просто верит. И эта вера — результат работы эволюционно древних механизмов привязанности, описанных Джоном Боулби. Ребенок, который верит, что мама вернется, спокоен и может исследовать мир. Ребенок, который не верит, впадает в панику. Без этой веры невозможно нормальное развитие.

Взрослый человек продолжает опираться на ту же веру, хотя обычно не осознает этого. Мы верим, что наша память не врет. Когда я вспоминаю, что вчера ел на завтрак, я не проверяю это воспоминание объективными методами. Я просто доверяю своей памяти. И эта вера в целом оправдана, но иногда память подводит. Мы уверены, что помним события точно, хотя исследования показывают, что память реконструирует прошлое каждый раз заново. Мы верим в свою память, потому что без этой веры невозможно планировать будущее.

То же самое — с верой в то, что другие люди обладают сознанием. Я не могу доказать, что вы, читающий эти строки, обладаете сознанием. Я не могу залезть в вашу голову и увидеть ваши мысли и чувства. Но я верю, что вы — сознательное существо, подобное мне. Эта вера — основа всей социальной жизни. Без нее невозможны эмпатия, сострадание, любовь, кооперация, мораль. Социопат или человек с тяжелым расстройством аутистического спектра может не иметь этой веры. И его социальное функционирование оказывается глубоко нарушенным.

Как писал основоположник эволюционной психологии Лайзал Эллиот, «…способность приписывать другим людям психические состояния является адаптацией, которая позволила нашим предкам кооперироваться в больших группах»21 (С. 124). Вера в сознание других людей — это не философская позиция, а эволюционно выработанный механизм. Мы верим, что другие обладают сознанием, потому что эта вера повышает выживаемость. Тот, кто не верит, не может эффективно взаимодействовать с другими и с большей вероятностью погибает или остается без потомства.

Патология начинается тогда, когда вера в реальность мира ослабевает или исчезает. Дереализация — состояние, при котором мир кажется нереальным, призрачным, похожим на сон или декорацию. Человек, испытывающий дереализацию, видит окружающее как будто через стекло, слышит звуки приглушенно, чувствует себя отстраненным от происходящего. Это состояние может возникать при сильном стрессе, при некоторых психических расстройствах, при приеме некоторых веществ. Дереализация — это утрата базовой веры в реальность мира.

Деперсонализация — состояние, при котором человек ощущает нереальным себя самого. Собственное тело кажется чужим, мысли — не своими, эмоции — ненастоящими. Человек как бы смотрит на себя со стороны. Деперсонализация часто сочетается с дереализацией. Оба этих состояния крайне мучительны. Человек продолжает функционировать, но его внутренний мир, его ощущение себя и мира нарушены. В основе деперсонализации — утрата веры в собственную реальность, разновидность веры в реальность мира, распространенная на самого себя.

Наиболее тяжелая форма утраты веры в реальность — это состояние тотального сомнения, при котором человек может сомневаться в существовании собственного тела, в том, что он вообще существует, в том, что мир вокруг реален. Это сомнение не оставляет никакой опоры. Человек теряет способность отличать реальность от бреда, свои мысли от чужих, реальные события от воображаемых. Без базовой веры в реальность психика теряет целостность, и в основе этого состояния лежит утрата фундаментального доверия к реальности.

Немецкий психиатр Карл Ясперс, один из основоположников феноменологического подхода в психиатрии, писал о «первичном сомнении»: «…больной перестает доверять самому факту своего существования, он спрашивает себя: существует ли я вообще? Реален ли мир? Это не философский вопрос, а симптом разрушения базовых структур сознания»22 (С. 412). Без веры в реальность человек не может ни мыслить, ни чувствовать, ни действовать.

Однако важно понимать: то, что проявляется как галлюцинации или бредовые образы, не всегда является только «сбоем» или симптомом болезни. Иногда это встреча с содержанием собственной психики, которое было вытеснено и отвергнуто, — с тем, что не нашло места в сознательной картине мира. Эти образы реальны для переживающего их человека, потому что они порождены его собственным опытом, страхами, травмами и убеждениями. Реальность у каждого своя, и каждый видит ровно то, что готов увидеть.

С другой стороны, видят необычные образы и сущности не только те, кто болен. Шаманы, экстрасенсы, люди с тонким восприятием мира взаимодействуют с теми же явлениями, но иначе. Для них это не галлюцинация, а расширенный контакт с реальностью, которая обычно скрыта от грубых чувств. Мир огромен, а мы воспринимаем лишь его малую часть. У каждого своя реальность, и вопрос не в том, кто прав, а в том, как человек относится к своему опыту — остается ли в страхе перед ним или учится его понимать и интегрировать.

Психиатрия знает множество случаев, когда люди наносят себе повреждения, пытаясь избавиться от преследующих их образов, или отказываются от еды, потому что убеждены, что она отравлена. В средние века таких людей сжигали как одержимых. Сегодня их лечат антипсихотиками. Лекарства устраняют галлюцинации, и пугающие образы исчезают — не потому, что человек перестал в них верить, а потому что восстановилась работа мозга. Но если нет необратимых органических поражений, лекарства лишь приглушают сигнал, убирают симптом, но не причину. Пока человек не встретится с содержанием своего опыта и не задаст себе вопрос «Для чего мне это?», пугающие образы могут возвращаться — возможно, в другой форме. Истинное исцеление лежит через принятие, понимание и интеграцию того, что было отвергнуто.

Вера в реальность мира — это неотрефлексированное, неосознаваемое доверие, которое обычно не замечается, пока оно работает. Мы не думаем о том, что мир реален. Мы просто живем в нем, исходя из этой веры. Как рыба не замечает воды, так и человек не замечает своей базовой веры в реальность. Он замечает ее только тогда, когда она нарушается. Как только появляется сомнение — а вдруг мир не реален? — человек испытывает ужас. Этот ужас — показатель того, насколько фундаментальна эта вера.

Вера в реальность мира формируется в младенчестве в рамках отношений привязанности. Ребенок учится доверять миру через доверие к матери. Если мать надежна, предсказуема, заботлива, ребенок экстраполирует это доверие на весь мир. Мир кажется безопасным. Если мать непредсказуема, агрессивна, игнорирует ребенка, у ребенка формируется базовая недоверчивость к миру. Мир кажется опасным, враждебным, ненадежным. Эта базовая установка — доверие к миру или недоверие — остается с человеком на всю жизнь.

Психолог Эрик Эриксон, автор концепции психосоциального развития, назвал первую стадию развития личности «базовое доверие против базового недоверия». Он писал: «…чувство базового доверия есть первое психосоциальное достижение младенца, основа здоровой личности. Оно означает, что младенец научился рассчитывать на непрерывность и постоянство внешней среды и на собственные потребности»23 (С. 78). Базовое доверие — это и есть вера в реальность и безопасность мира.

Без этой веры невозможны никакие другие виды веры. Нельзя верить в себя, если не уверен в реальности мира, в котором ты существуешь. Нельзя верить в других, если сомневаешься в реальности их существования. Нельзя верить в любовь, если не уверен, что любовь может проявляться в реальных отношениях. Нельзя верить в Бога, если сомневаешься в реальности мира, в котором Бог мог бы действовать. Вера в реальность — это онтологическое основание всех остальных вер. Это первая ступень пирамиды.

Вера в реальность мира относится к первому виду веры в классификации, которая будет подробно развернута в этой книге. Восемь видов веры образуют иерархию. В основании — вера в реальность. Следующий уровень — вера в себя. Затем — вера в других. Затем — вера в любовь. Затем — вера в Бога. Затем — искажение, вера в дьявола. На вершине — вера в достижение цели и вера в будущее. Но без первого вида, без веры в реальность, вся пирамида рушится. Нельзя строить дом без фундамента.

Утрата веры в реальность — это не просто теоретическая возможность. Это реальное состояние, которое переживают тысячи людей с психическими расстройствами. Дереализация, деперсонализация, состояние тотального сомнения в собственном существовании и реальности мира — эти состояния крайне тяжелы. Человек не может работать, учиться, поддерживать отношения, заботиться о себе. Он теряет связь с реальностью, потому что потерял веру в реальность. Лечение этих состояний — это восстановление базового доверия к миру. Иногда с помощью лекарств, иногда с помощью психотерапии, иногда с помощью простого человеческого присутствия и заботы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Джемс У., «Многообразие религиозного опыта» / пер. с англ. В. Г. Малахиевой-Мирович и М. В. Шик, Москва: Наука, 1993, 432 с.

2

Джемс У., «Многообразие религиозного опыта» / пер. с англ. В. Г. Малахиевой-Мирович и М. В. Шик, Москва: Наука, 1993, 432 с.

3

Братусь Б. С., «К проблеме веры в психологии», «Вестник Московского университета. Серия 14. Психология», 1994, №2

4

Fowler J.W., «Stages of Faith: The Psychology of Human Development and the Quest for Meaning», San Francisco: Harper & Row, 1981, 352 p., Перевод выполнен соавтором книги Капитоновым А. Е.

5

Ленин В. И., «Материализм и эмпириокритицизм», Москва: Политиздат, 1973, 456 с.

6

Бойер П., «Объясняя религию: Природа религиозного мышления» / пер. с англ. С. Ю. Ярославцевой, Москва: Альпина нон-фикшн, 2016, 496 с.

7

Лосский В. Н., «Очерк мистического богословия Восточной Церкви» / пер. с франц. С. С. Хоружого, Москва: Центр «СЭИ», 1991, 288 с.

8

Бойер П., «Объясняя религию: Природа религиозного мышления» / пер. с англ. С. Ю. Ярославцевой, Москва: Альпина нон-фикшн, 2016, 496 с.

9

Бойер П., «Объясняя религию: Природа религиозного мышления» / пер. с англ. С. Ю. Ярославцевой, Москва: Альпина нон-фикшн, 2016, 496 с.

10

Джемс У., «Многообразие религиозного опыта» / пер. с англ. В. Г. Малахиевой-Мирович и М. В. Шик, Москва: Наука, 1993, 432 с.

11

Quine W.V.O., «Two Dogmas of Empiricism», The Philosophical Review, Vol. 60, No. 1, 1951, Перевод выполнен соавтором книги Капитоновым А. Е.

12

Библия, Послание Иакова 2:26, Синодальный перевод, Москва: Российское Библейское Общество, 2015, 1376 с.

13

Бойер П., «Объясняя религию: Природа религиозного мышления» / пер. с англ. С. Ю. Ярославцевой, Москва: Альпина нон-фикшн, 2016, 496 с.

14

Джемс У., «Многообразие религиозного опыта» / пер. с англ. В. Г. Малахиевой-Мирович и М. В. Шик, Москва: Наука, 1993, 432 с.

15

Джемс У., «Многообразие религиозного опыта» / пер. с англ. В. Г. Малахиевой-Мирович и М. В. Шик, Москва: Наука, 1993, 432 с.

16

Бойер П., «Объясняя религию: Природа религиозного мышления» / пер. с англ. С. Ю. Ярославцевой, Москва: Альпина нон-фикшн, 2016, 496 с.

17

Бойер П., «Объясняя религию: Природа религиозного мышления» / пер. с англ. С. Ю. Ярославцевой, Москва: Альпина нон-фикшн, 2016, 496 с.

18

Джемс У., «Многообразие религиозного опыта» / пер. с англ. В. Г. Малахиевой-Мирович и М. В. Шик, Москва: Наука, 1993, 432 с.

19

Элиаде М., «Священное и мирское» / пер. с франц. Н. Б. Вахтина, Москва: Издательство МГУ, 1994, 144 с.

20

Атран С., «Вера в Бога: эволюционная и когнитивная перспектива» / пер. с англ. А. А. Павлова, Москва: Альпина нон-фикшн, 2018, 450 с.

21

Эллиот Л., «Эволюция социального интеллекта» / пер. с англ. Т. А. Павловой, Москва: АСТ, 2019, 380 с.

22

Ясперс К., «Общая психопатология» / пер. с нем. А. К. Судакова, Москва: Медицина, 1997, 1056 с.

23

Эриксон Э., «Детство и общество» / пер. с англ. А. А. Алексеева, Санкт-Петербург: Ленато, 1996, 592 с.