Свобода или гибель

– Твоих старых друзей, – холодно улыбнулся мне владыка Империи, и я невольно напряглась. Кого это он, интересно, имел в виду?

Но спросить не решилась. Следующие несколько минут прошли в тишине, пока дверь не отъехала в сторону, и…

– Повелитель, мы счастливы… кхм… лицезреть Вас!

Заметив меня, первый из вошедших запнулся и побледнел, но последующие, бросив на меня победные взгляды, чуть ли не впихнули его внутрь, тоже рассыпаясь в льстивых приветствиях.

А я, глядя на слишком знакомые лица, пыталась сдержать накрывшую меня волну ненависти и ярости…

И не задать вслух вопрос: “А как они могли здесь оказаться?!”.

Глава 5.

– Вы опоздали, – холодно осек гостей их бело-золотой император.

Тем мигом стало не до меня. С лиц сошли улыбки, в глазах мелькнула настороженность и опасение. В один голос они принялись извиняться, но, поскольку их было немало, слова звучали как общий бесполезный шум. Я поморщилась. На месте их повелителя я бы попросила всех умолкнуть. Но он мое мнение не разделял, слушая их. Не знаю, различал ли он хоть слово.

Спустя пару минут они всё же умолкли. Император коротко махнул рукой на стол, за которым сидел, и они быстро расселись на противоположной стороне.

Не всех из них я знала в лицо. А кое-кого, увы, знала слишком хорошо.

Спиной ко мне уселся друис, который пытался войти первым. Ниор, родной старший брат. Рядом расселись несколько фригусов и каркаремов; некоторые из них были мне смутно знакомы, хотя я бы и не сказала, где именно видела их. Ещё тут был тот друис, который пытался убить и меня, и Торрелина. Его имя для меня всё ещё оставалось тайной. Здесь же, с видом королевы, расположилась и Варлена – девушка из ингисов, которая сперва клеилась к Торру, а потом похитила и чуть не убила нас с Вистрой.

Действительно, все старые знакомые…

И как же всё-таки они оказались здесь? Вся эта компания должна быть сейчас под замком…

– Повелитель, у Вас новая рабыня? – довольно поинтересовалась Варлена, глянув на меня.

– А что, на это место ты претендовала? – фыркнула я, зло улыбаясь.

Всё это сборище вызывало исключительно кровожадные желания. И то, что я не сыпала проклятиями, я считала заслугой своей выдержки. Я, конечно, милая и добрая друиса, но всему есть предел, а жизнь на военном Громарисе здорово обогатила мой словарный запас. Поэтому мне было что сказать!

– Ты должна быть благодарна, что тебя вообще пощадили, а не убили! – девушка неприязненно поджала губы, но я только горько рассмеялась.

– Я за свою жизнь и не просила! Хотя не думаю, что тебе по силам это понять!

– Здесь стало слишком шумно, – протянул с улыбкой император Менд, поглядывая на нас. Варлена, которая собиралась что-то сказать, тут же захлопнула рот. Только этого ему было мало. – Ниор, помоги умолкнуть моей рабыне. Думаю, ей не помешает хороший удар по лицу.

По лицу? Ниор? Этот парень никогда не любил драки, кто-кто, а я знала. Только вопрос: а кого император наказывает? Мне-то уже было известно, чем занимается брат, и я помнила, как он ушел, пока меня собирались убить. После этого удар – не худшее. Может, сам Ниор чем-то провинился? Или, скажем, должен доказать свою верность?

Он не сказал ни слова, молча поднялся и сделал несколько шагов в мою сторону, остановившись почти вплотную. Ниор разминал кулак, глядя в пол. Именно это меня вдруг задело.

– Имей смелость смотреть мне в глаза, когда будешь бить! – прошипела я.

Друис вздрогнул, и его хвост нервно дернулся.

– Нет, – тихо ответил он, так и не подняв головы.

Гнев. Горячий, как вулканическая лава, внезапный, как лавина, и обжигающий, как укус змеи.

А я многому научилась у Торрелина. Резко вскочила и ударила сама. Пусть у меня были скованы руки – ноги оставались свободными. Сперва внутренней частью стопы – по колену друису, заставив вскрикнуть и потерять равновесие, оказавшись ниже. А потом второй удар – коленом в нос.

Не так давно я бы с ужасом думала о том, что буду бить собственного брата. А сейчас вид крови на его лице приносил удовольствие и заставлял смеяться. Может быть, нервно и чуточку безумно, но… я не хотела быть слабой больше, чем есть. А Ниора я вообще ненавидела.

Он, кстати, не пытался уползти и ударить сам. Сидел на полу, зажимая нос. И – вау! – всё же смотрел на меня. Только вот я не сумела понять, о чем он думал.

– Это возмутительно! – в голос разорялась Варлена. – Как рабыня смеет касаться свободного?! Повелитель, её нужно сурово наказать!

Я даже знаю, кого она бы хотела предложить в качестве палача.

Я глянула на самого “повелителя”. А тот от меня, кажется, и глаз не отводил. И снова улыбался, как-то предвкушающе. Наверняка рад, что это я не на него так набросилась.

Ненавижу! Как же я всех здесь ненавижу…

– Ты изменилась, – вдруг тихо произнес Ниор с легким удивлением. – Стала злее.

– Я ещё сдерживаюсь, – огрызнулась я.

– Раньше ты была очень милой и тихой…

– Пока меня не предал мой брат.

Он снова опустил глаза.

– Ты не понимаешь.

– Да куда уж мне!

Должно быть, наша семейная перепалка утомила императора. Он медленно встал, глядя на нас уже без улыбки. А Ниор замер, словно зверек перед огромным змеем.

– Довольно. Ниор, сядь обратно. И не говори ей больше ни слова, если не хочешь такое же украшение.

Брат быстро встал, отшатываясь от меня, и, глядя под ноги, вернулся за стол. А я тихо подивилась императорской логике: он же сам отправил Ниора ко мне!

– А тебя я предупреждал, что будет, если ты станешь мешать… – это император обратился уже ко мне, пытаясь снова мне угрожать.

Только вот я ехидно усмехнулась, вполне в стиле Амдира: набралась от друзей дурных привычек!

– Они сами ко мне лезут!

– Умолкни, девочка. Или пожалеешь.

Я жалела только, что у нас не хватило красноречия убедить Совет Астрокварты в реальности угрозы, иначе бы я здесь не находилась… Но, демонстративно закатив глаза, я всё же уселась и стала наблюдать и слушать.

– Итак, когда все наконец соизволили обратить на меня внимание, – вкрадчиво уколол всех император, – я хочу кое-что услышать.

Он, кстати, несправедлив: намекает на всех, хотя тянули время только Варлена и Ниор. И я, конечно.

– Рассказывайте всё, что вам покажется для меня полезным при моей будущей атаке на Астрокварту. И, конечно, того, кто даст мне больше всего информации, я награжу.

И император легко и снисходительно улыбнулся.

Мне сразу стало мерзко. Слушать, как все они в который раз предают свои планеты, мне совершенно не хотелось. Но я даже уши заткнуть не могла. Приходилось внимать…

Первым, с большой радостью, начал друис, оставивший мне шрамы на шее. Он практически с восторгом заявлял, что друисы к битве не приспособлены, совершенно опасности для армии не представляют, и единственное, что могут противопоставить, – ускоренный рост растений.

Я с радостью наблюдала, как император, не стесняясь в уничтожающих выражениях, откинул его мысли как неактуальные. Насмешливо наблюдая за побелевшим друисом, я улыбнулась. Теперь Орионта была под защитой Громариса, и друисы стали более серьезными противниками.

Следующими собирались высказаться фригусы, но…

– Не надо, – отмахнулся от них светловолосый император. И выжидательно уставился на девушку-ингиса.

А та, конечно, рада стараться. Широко улыбнулась, быстро склонила голову и заговорила. И, надо сказать, говорила по делу, вполне четко и уверенно рассказывая и об основных местах расположения различных войск, и примерное соотношение типов оружия, и даже стандартные принципы работы в армии.

Я кусала губы, чтобы не смеяться. Едва вернувшись с неудачного Совета и поженившись, мы с Торром кое-что в организации армии поменяли. Может быть, не так уж принципиально, но всё же реальность теперь заметно отличалась от того, о чем говорила Варлена. Пусть будет сюрприз для правителя Империи Менд!

– Почему улыбаешься? – вдруг перебил Варлену император, некстати обратив внимание на мое веселье. Что ж, я сегодня была полна гениальных идей.

– Представила, как мой муж ломает ей позвоночник! – преувеличенно радостно ответила я и с удовольствием заметила, как немного дернулся знакомый друис. О да, уж он-то знал, что Император Громариса беспощаден к своим врагам! Я тихо засмеялась.

– Ах, наивные девичьи мечты, – местный император тут же потерял ко мне интерес.

Варлена, зло глянув на меня, продолжила рассказ, но, к слову, с куда меньшим энтузиазмом. Наверное, её всё-таки впечатлила эта картина.

Впрочем, не так уж много девушка и рассказала – исключительно в общих чертах, время от времени повторяя одно и то же разными словами. Видимо, пыталась просто выглядеть более важной и нужной. Хотя, сдается мне, её повелитель не оценит такую трату времени. А я с удовольствием посмотрю на его гнев, пока он направлен не на меня.

Затем пришла очередь трех каркаремов. И их поведение меня удивило. Печально переглянувшись, двое юношей и мужчина заявили, что были бы счастливы помочь Повелителю информацией, но не знают ничего стратегически важного, лишь общеизвестные факты.

– Хоть кто-то здесь бывает честным, – оценил их прямоту император, сдержанно улыбнувшись. И тут же сурово глянул на девушку-ингиса. – А вот ты меня в который раз разочаровываешь… Может, моя игрушка была права, и ты тоже хочешь получить рабский ошейник?

Черно-белая девушка – именно так она выглядела в этот миг. Черная одежда, черные волосы, темные глаза и ужасающе белая кожа. Оживший карандашный рисунок.

А я поморщилась от слова “игрушка”. Что-то неестественное и, как мне казалось, ужасающее было в этом обращении. Жаль, что я не могла запретить меня так называть. С моего похитителя станется вообще забыть другие обращения…

– Ладно, я всё понял, – венценосный блондин махнул рукой и опасно улыбнулся. – Все вон! Кроме… Ниора.

Брат дернулся, но головы не поднял. Терпеливо ждал, пока все уйдут. А я гадала, что же придумал ещё…

– Ты так и не выполнил мой приказ, – демонстративно спокойно сказал Ниору его повелитель, сложив руки на груди. – Выполняй сейчас. Будешь бить мою игрушку так, как я скажу. Первый удар – кулаком по губам. Ну!

Только на последнем слове брат поднялся. Двинулся ко мне, опустив голову. Шел медленно-медленно, как на казнь, хотя бить должны были именно меня. И замер чуть дальше, чем в прошлый раз. Впрочем, сейчас я и не пыталась сопротивляться. Во-первых, теперь братец будет учитывать такую возможность, а во-вторых, у меня было ощущение, что сейчас император ломает в основном его, а не меня…

– Кстати, она ведь права. Вы, как-никак, семья, – в прохладном голосе повелителя прорезались откровенно саркастичные нотки, – удостой же сестрёнку взглядом!

Я и без того смотрела на друиса во все глаза. Поэтому хорошо видела, как сперва напряглись мышцы на его плечах и шее, как томительно-медленно (а может, через силу?) он стал поднимать голову… пока зелёные глаза, слишком похожие на мои, не наткнулись на мой взгляд – я надеялась, достаточно выразительный.

Он сглотнул. Кровь под его носом была размазана. Но сам нос казался ровным, видимо, сломать его у меня так и не получилось. А глаза… я не могла понять его взгляда. Но какая разница, о чем думает, если он всё равно поднимет на меня руку?

– Бей. Сейчас же.

Ниор снова сглотнул и сжал кулак. Удар был быстрым и, надо признать, болезненным. Брат не пожалел сил. Меня откинуло к стене, и я уперлась лопатками в холодный белоснежный мрамор. Лицо горело.

– Неплохо. Пни в живот.

Брат стремительно, практически “с душой” выполнил и этот приказ.

И следующий. И ещё один. И ещё много…

Мне кажется, даже когда я чуть не умерла в когтях другого друиса, мне было не так больно. А сейчас горело всё тело, мышцы жгло, словно по венам пустили огонь, а каждый вздох отдавался болью в отбитых ребрах. Надеюсь, они хотя бы не сломаны…

– Ладно, довольно. Ты неплохо потрудился.

Преодолевая себя, я приподняла голову. Непривычно короткие волосы немного занавешивали обзор, но я разглядела фигуру императора, который сидел, развалившись, и явно наслаждался зрелищем.

Ненавижу. Как же я их обоих ненавижу!..

– Может быть, игрушка хочет что-то сказать? – издевательски осведомился “Повелитель”.

Я усмехнулась. А потом неожиданно даже для себя расхохоталась. Нервно, болезненно, временами задыхаясь. Наверное, это была истерика. Но они ждали, и вскоре я всё же снова поймала взгляд Ниора.

– Знаешь, бра-а-а-ат… Хоть из нас двоих ошейник на мне, именно ты здесь – раб! – хрипло выдала я мысль, которая крутилась в голове в последние минуты. Такая слепая беспомощная покорность – что может быть унизительнее? Особенно когда даже не пытаешься сопротивляться.

Может быть, схожие мысли одолевали и Ниора, поскольку он вздрогнул. Но отвечать не стал, а может, у него не нашлось, что сказать.

– Свободен, – коротко скомандовал ему “повелитель”. Друис, обозначив поклон, ушел. Снова даже не оглянувшись.

Впрочем, не думаю, что я бы сумела его простить, даже если бы он искренне раскаялся.

Я перевела взгляд на последнего оставшегося собеседника.

– За что ты наказывал его?

Император приподнял светлую бровь, изучая меня. Кажется, не ожидал, что я посмею к нему лезть с вопросами! Но, как ни странно, он всё же ответил:

– Именно он на пару с Варленой был ответственен за ваше с рыженькой исчезновение и смерть. Но они провалились. А потом я узнал, что он ещё и посмел с тобой связаться. Из-за этого планы могли рухнуть. И за такое надо платить.

Я криво улыбнулась, тут же поморщившись от боли в разбитых губах. Интересный способ наказать друиса за его попытку помочь сестре…

– Иронично, что ты сильнее всех моих помощников, – мужчина задумчиво постучал пальцами по столу. – Хотя, как ты верно заметила, единственная из всех выходцев из Астрокварты в цепях… Впрочем, твоя сила ненадолго! – он снова предвкушающе улыбнулся, немного напугав меня резкой сменой настроения. – Скоро будешь сломанной, покорной и ничтожной, вот увидишь!

Он мне ещё и подмигнул! А потом, прихватив свои бумажки, скрылся за дверью.

Я откинула голову на стену. Мне жутко хотелось пить. И оказаться подальше отсюда.

Глава 6.

Что-то холодное звонко стукнулось о мои зубы. Я попыталась открыть глаза, но это удалось мне не сразу. А когда удалось – я на миг задохнулась от удивления.

Рядом со мной на коленях сидел брат. И он прижимал к моим губам железную чашку… с водой? Не может быть! Задвинув подальше желание огрызнуться, я жадно принялась глотать это чудо. С ума сойти, вода! Холодная, чистая, свежая – настоящее наслаждение! Я выпила всю чашку едва ли не за пару мгновений. Мучительная жажда немного отступила. Хотя я бы не отказалась от ещё парочки таких же чашек.

Теперь, немного включив многострадальную голову, я сумела более внимательно посмотреть на Ниора и вокруг. Местного светловолосого императора рядом не наблюдалось, что, конечно, немного радовало. Вообще вокруг было пусто. Только брат… Немного бледный, серьезный, пристально изучающий меня.

– Зачем? – спросила я хрипло, вложив в вопрос всю свою язвительность. В последнее время её стало слишком уж много.

– Ненавидишь? – поинтересовался он в ответ.

Горький смех вновь потревожил губы, и едва затянувшаяся ранка снова стала кровоточить.

– А ты как думаешь?

– Думаю, если бы не цепи, ты бы меня уже придушила, – удивительно спокойно отозвался Ниор.

Я оскалилась, сама себе напоминая загнанного зверя.

– Ты никогда не был идиотом. Почему ты здесь?!

– Я верю, что победит именно Повелитель, – без тени сомнения, тем же спокойным ровным тоном ответил он. – Империя Менд сильнее, а её правитель мудрее. Хотя и жесткий.

– Он хочет превратить меня в сломанную и покорную куклу, – прошипела я. – Это ты называешь просто “жёсткий”?!

– Повелитель и должен быть таким! – с непробиваемой уверенностью брат продолжил спор. – Только Император, способный сломать своих врагов, может править долго и успешно!

Меня уже начало трясти от гнева и… страха. Да, что-то вроде ужаса раскрывало крылья в моей душе.

– Если уж ты так его поддерживаешь, – прошипела она, – зачем ты принес мне воды?!

Несколько часов мы с императором молча противостояли друг другу. Он старательно меня не замечал, а я крошила зубы друг о друга, чтобы не взмолиться о воде. Так продолжалось, пока меня не сморил усталый сон. А разбудил – Ниор с этой чашкой!

Брат отвёл глаза.

– Я… просто не могу. Я не могу ему противостоять напрямую, поэтому если он приказывает – я всегда послушаюсь… Но я не могу просто смотреть на твои страдания! Я хочу хоть чуть-чуть тебе помочь!

А я хочу ещё чуть-чуть украсить ему лицо! Долго он собирается метаться между двух огней?! Рано или поздно этот конфликт станет неразрешимым, и что он будет делать?!

Нет, нельзя сходить с ума, надо взять себя в руки, успокоиться и поискать пользу в том, что этот гений пытается меня задобрить.

– Мне нужна информация. Об империи, императоре, устройстве, жителях, традициях, особенностях. Обо всем.

Ниор с грустной улыбкой покачал головой.

– Ты не сбежишь, Алатиэль. Не раньше, чем сам Повелитель тебя отпустит.

– Я не спрашивала о шансах на побег, – прошипела я. Потому что, конечно, об этом думала. – Я просто прошу информации!

– Прости, сестрёнка. Повелитель запретил тебе что-либо рассказывать… Но я тебе дам совет, хорошо? Не сопротивляйся. Покорись и выполняй его приказы. Ты, конечно, теперь навсегда его рабыней будешь, но, может быть, хотя бы в здравом уме останешься.

И, выдав этот подбадривающий совет, он снова ушел. Мысленно взвыв, я снова стукнулась головой о стену. Очень хотелось плакать. И пара слезинок всё же расчертили щеки.

Как показал дальнейший опыт, слова обоих мужчин стоило воспринять серьёзнее.

В той комнате – видимо, это было что-то вроде гостиной – не было окон, поэтому я не могла даже примерно предположить, сколько времени прошло с визита Ниора. Но скованное, едва подвижное тело окаменело, снова вернулась жажда, и мне до ужаса хотелось уединиться в уборной.

Двери здесь скользили очень тихо, и в другой ситуации я бы могла и не уловить этот звук. Но в условиях тишины, окружавшей меня, как плотное одеяло, не заметить такой звук было бы невозможно.

Я настороженно смотрела на “повелителя”. Он снова приоделся, его новый костюм был ярко-алого, как артериальная кровь, цвета. Хотя про кровь, конечно, лучше не думать… Глядя на меня без каких-то ярких эмоций, он молчал. Я, в общем-то, тоже не спешила заводить разговор.

Интересно, он знает о том, что ко мне приходил Ниор?..

Тишина давила.

– Любуешься? – всё-таки первой не выдержала я. Голос дрогнул.

– О да, я в полном восхищении, – бесстрастно отозвался он. – Вот думаю, как бы ещё дополнить эту красоту.

И снова умолк. Мне стало ещё больше не по себе. После моего избиения старшим братом я не горела желанием узнать, на что ещё способна фантазия моего врага.

Но спрашивать я не рискнула.

Ещё немного “полюбовавшись” мной, император ушел. Но предчувствие подсказывало мне, что это ненадолго – и я не ошиблась.

Он вернулся не один, а в компании трех мужчин со склоненными головами и в ошейниках и в неброских серо-коричневых потрепанных одеждах. Ни один из них не попытался глянуть на меня, словно бы их вообще никак это не касалось. Так, по большому счету, и было, но всё же такое поведение вселяло в меня лишнюю тревогу.

Эти мужчины, на удивление аккуратно, но без всякого интереса, отстегнули меня от стены под пристальным взглядом их императора. Ошейник так и остался на мне, но свободные руки принесли облегчение.

Цепь от ошейника перекочевала в руки императора, а на плечи легли равнодушные ладони других рабов. Неужели он так боится, что я сбегу? Или это способ давить на меня, напоминая, что он может контролировать каждое мое движение? Если последнее, то явно не работало. Я была так рада размять ноги, что наличие конвоя меня не особо тревожило.

Правда, на лестнице колени, замученные сперва частыми падениями, а затем долгой неподвижностью, снова попытались подогнуться, но…

Видимо, рабы понимали друг друга куда лучше других. Потому что эти мужчины придержали меня за плечи. Вряд ли это было заметно со стороны, но я – почувствовала. И меня затопило хрупкой благодарностью. Не знала уж, о чем они думали в этот миг, но эта едва ощутимая поддержка была сейчас безумно важной.

Хотя вслух их благодарить точно не стоило. Их “повелитель” вряд ли такое одобрит, а подставлять их под удар я не хотела.

Между тем мы спускались вниз. Белизна и позолота начинали раздражать. Я не запомнила путь сюда, в покои императора, поэтому теперь не могла понять, идем ли мы тем же путем наружу или же куда-то ещё. Сам император шествовал совершенно спокойно и даже расслабленно, не оглядываясь вокруг и тем более не смотря на меня. Навстречу нам никто не попадался: уж не знаю, совпало так или все обитатели дворца целенаправленно не встречались нам.

Встревать с вопросами, куда это мы идем, я не стала.

Первые сомнения и опасение родились, когда мы свернули в темный проход куда-то вниз. Поначалу его темнота меня порадовала, но потом я заметила, что он слишком уж отличается от того, что я видела до сих пор. Слишком просто, мрачно, равнодушно… Может, меня решили отвести к другим рабам?

Уровень внутреннего напряжения возрос ещё больше, когда мы вошли в не очень большую неприметную комнату. Несколько странных светильников под потолком заливали её багровым светом. В середине красовался простой железный столб, в углу – темная ниша.

И всё.

И какой, интересно, глубокий смысл сокрыт в этой комнате?

– Приковать.

Я вздрогнула, но мой конвой среагировал быстрее. Меня очень шустро подтащили к этому самому столбу, и вблизи я увидела в куске железа крепления, по размеру – вполне подходящие для запястий.

Стало не по себе, и глубинные остатки веры в лучшее куда-то сразу потерялись. Я не знала, что именно затеял “повелитель”, но ничего хорошего для меня здесь явно не предвиделось.

Пришлось встать на колени, чтобы не нужно было непонятно как наклоняться, и помощники моего врага резво накинули на меня ещё два ремня: один прижал мою шею к столбу, а другой – поясницу. Пошевелиться стало крайне затруднительно, даже больше, чем в цепях в императорской гостиной.

Один из рабов, прежде чем отойти, легонько сжал мою ладонь, и я впервые перехватила его взгляд. Это оказался, на удивление, почти мальчишка, с огромными и очень грустными голубыми глазами. Всё его лицо выражало сочувствие. Но миг поддержки минул, и он опустил голову, вслед за другими рабами отходя от меня.

– Ты! Возьми. И бей.

Ясно, разнообразие отсутствует, продолжаем избиение…

Спиной мне было не видно, к кому именно обратился император, но вот удар я прочувствовала хорошо.

Спину обожгли тонкие полоски, но из-за силы удара казалось, что эта вещь почти что разрезала мышцы. Я не смогла понять, из чего были сделаны те полосы, – подобного опыта как-то не было! – но боль от этих ударов была знатная. Я сжалась, зашипев. Хотелось закричать, но…

Гордость. Да, какая-то глупая гордость не давала сдаваться. И на каждый свист этих тонких полосок, рассекающих мою спину, я заставляла себя молчать. Вздрагивала – да. Плакала, пусть и молча, – да. Но я не кричала. И не говорила ни слова.

Я когда-то обещала, что Империя Менд подавится мной, и я хотела сдержать свое слово.

– Что же ты молчишь, неужели не больно? – спустя десяток ударов мягонько так спросил меня император. Я продолжила молчать. – Ну, раз не больно… Ещё пять раз.

Из-за острой и резкой боли я не могла понять даже, насколько мне повредили спину. Но когда после этой порции издевательств меня отцепили от столба, встать у меня не получилось. Обратно два раба тащили меня через весь дворец: один схватил за руки, другой – за ноги. Хвост драматично тащился по полу: у меня не было сил его поджать.

Скорее всего, когда меня сбросили на пол на мое прежнее место, я потеряла сознание. Потому что после такого приземления спину, казалось, обожгло изнутри, и меня вновь накрыло темнотой.

Зато каким приятным после этого было пробуждение! Холодная вода касалась израненной спины, и, хотя раны и щипало, их очищение казалось счастьем.

Уж не знаю, был ли это неожиданный приступ доброты, или же таким и был план, но я лежала на полу на животе, и немолодая, но милая женщина с теплым взглядом отмывала мою спину. Таз с водой, в котором она полоскала тряпку, был алым.

Было очень больно и как-то до ужаса обидно. Я не совершила ничего плохого, чтобы заслужить эти мучения! И я очень скучала по Торру. Мне хотелось, чтобы он обнял меня, коснулся губами виска, как часто делал, погладил кончиками пальцев израненную спину – мой суровый ингис умел быть нежным, я знала…