Золотой ключик с переводом на итальянский

Più si avvicinava alla scuola, più forte, lì vicino, sulla riva del Mar Mediterraneo, suonava una musica allegra.

— Pi-pi-pi, — pigolava il flauto.

— La-la-la-la, — cantava il violino.

— Din-din, — tintinnavano i piatti di rame.

— Bum! — batteva il tamburo.

Per andare a scuola bisognava girare a destra, la musica si sentiva da sinistra. Buratino cominciò a inciampare. Le gambe da sole giravano verso il mare, dove:

— Pi-pi, piiiiii…

— Din-lala, din-la-la…

— Bum!

— La scuola mica scappa, — cominciò a dire ad alta voce a se stesso Buratino, — do solo un'occhiata, ascolto — e di corsa a scuola.

A più non posso si lanciò verso il mare. Vide una baracca di tela, decorata con bandiere multicolori che sbattevano per il vento del mare.

In cima alla baracca, ballando, suonavano quattro musicanti.

Sotto, una grossa signora sorridente vendeva i biglietti.

Vicino all'ingresso c'era una grande folla — bambini e bambine, soldati, venditori di limonata, balie con i neonati, pompieri, postini, — tutti, tutti leggevano un grande manifesto:

TEATRO DEI BURATTINI

UNA SOLA RAPPRESENTAZIONE

AFFRETTATEVI!

AFFRETTATEVI!

AFFRETTATEVI!

Buratino tirò per la manica un ragazzino:

— Dica, per favore, quanto costa il biglietto d'ingresso?

Il ragazzo rispose a denti stretti, senza fretta:

— Quattro soldi, omino di legno.

— Capisce, ragazzo, ho dimenticato a casa il borsellino… Non potrebbe prestarmi quattro soldi?..

Il ragazzo fischiò con disprezzo:

— Hai trovato lo sciocco!..

— Ho una voglia tremenda di vedere il teatro dei burattini! — disse Buratino tra le lacrime. — Mi compri per quattro soldi la mia meravigliosa giacchettina…

— Una giacca di carta per quattro soldi? Cerca lo sciocco.

— Be', allora il mio bel berrettino…

— Col tuo berrettino si possono solo acchiappare i girini… Cerca lo sciocco.

A Buratino perfino il naso divenne freddo — tanta era la voglia di entrare nel teatro.

— Ragazzo, allora prenda per quattro soldi il mio abbecedario nuovo…

— Con le figure?

— Con de-de-delle figure meravigliose e grandi lettere.

— Dài qua, — disse il ragazzo, prese l'abbecedario e contò di malavoglia quattro soldi.

Buratino corse dalla grossa signora sorridente e squittì:

— Senta, mi dia un biglietto in prima fila per l'unica rappresentazione del teatro dei burattini.

7.

Buratino si sedette in prima fila e guardava con entusiasmo il sipario abbassato (Буратино сел в первом ряду и с восторгом глядел на опущенный занавес; sedersi — садиться; la prima fila — первый ряд; il sipario — занавес; abbassato — опущенный).

Sul sipario erano dipinti omini che ballavano (На занавесе были нарисованы танцующие человечки; dipingere — рисовать; ballare — танцевать), bambine con maschere nere (девочки в чёрных масках; la maschera — маска), uomini barbuti e spaventosi con berretti a punta pieni di stelle (страшные бородатые люди в колпаках со звёздами; barbuto — бородатый; spaventoso — страшный; il berretto a punta — остроконечный колпак; la stella — звезда), un sole che somigliava a una frittella con naso e occhi (солнце, похожее на блин с носом и глазами; il sole — солнце; somigliare — походить; la frittella — блин), e altre figure divertenti (и другие занимательные картинки; la figura — картинка; divertente — занимательный).

Suonarono tre volte la campana, e il sipario si alzò (Три раза ударили в колокол, и занавес поднялся; suonare la campana — звонить в колокол; alzarsi — подниматься).

Sul piccolo palcoscenico, a destra e a sinistra, c'erano alberi di cartone (На маленькой сцене справа и слева стояли картонные деревья; il palcoscenico — сцена; il cartone — картон). Sopra di loro pendeva una lanterna a forma di luna e si rifletteva in un pezzetto di specchio (Над ними висел фонарь в виде луны и отражался в кусочке зеркала; pendere — висеть; la lanterna — фонарь; riflettersi — отражаться; lo specchio — зеркало), sul quale nuotavano due cigni fatti di ovatta, con becchi dorati (на котором плавали два лебедя, сделанные из ваты, с золотыми носами; il cigno — лебедь; l'ovatta — вата; il becco — клюв; dorato — позолоченный).

Da dietro un albero di cartone comparve un omino con una lunga camicia bianca e lunghe maniche (Из-за картонного дерева появился маленький человечек в длинной белой рубашке с длинными рукавами; comparire — появляться; la camicia — рубашка; la manica — рукав).

Il suo viso era cosparso di cipria, bianca come dentifricio (Его лицо было обсыпано пудрой, белой, как зубной порошок; il viso — лицо; cosparso — обсыпанный; la cipria — пудра; il dentifricio — зубной порошок).

Fece un inchino al rispettabilissimo pubblico e disse tristemente (Он поклонился почтеннейшей публике и сказал грустно; l'inchino — поклон; il pubblico — публика; tristemente — грустно):

— Buongiorno, mi chiamo Pierrot… (— Здравствуйте, меня зовут Пьеро…; chiamarsi — зваться) Adesso reciteremo davanti a voi una commedia intitolata: «La bambina dai capelli azzurri, ovvero Trentatré scapaccioni». (Сейчас мы разыграем перед вами комедию под названием: «Девочка с голубыми волосами, Или Тридцать три подзатыльника»; recitare — разыгрывать; intitolato — под названием; lo scapaccione — подзатыльник) Mi prenderanno a bastonate, mi daranno schiaffi e scapaccioni. (Меня будут колотить палкой, давать пощёчины и подзатыльники; la bastonata — удар палкой; lo schiaffo — пощёчина) È una commedia molto divertente… (Это очень смешная комедия…)

Da dietro un altro albero di cartone saltò fuori un altro uomo, tutto a quadretti, come una scacchiera (Из-за другого картонного дерева выскочил другой человек, весь клетчатый, как шахматная доска; a quadretti — в клетку; la scacchiera — шахматная доска).

Fece un inchino al rispettabilissimo pubblico (Он поклонился почтеннейшей публике):

— Buongiorno, io sono Arlecchino! (— Здравствуйте, я — Арлекин!)

Dopo di che si voltò verso Pierrot e gli diede due schiaffi così sonori (После этого обернулся к Пьеро и отпустил ему две пощёчины, такие звонкие; voltarsi — оборачиваться; sonoro — звонкий), che dalle guance di quello si sollevò la cipria (что у того со щёк посыпалась пудра; la guancia — щека; sollevarsi — подниматься).

— Perché frigni, sciocco? (— Ты чего хнычешь, дуралей?; frignare — хныкать; lo sciocco — дуралей)

— Sono triste perché voglio sposarmi, — rispose Pierrot (— Я грустный потому, что я хочу жениться, — ответил Пьеро; sposarsi — жениться).

— E perché non ti sei sposato? (— А почему ты не женился?)

— Perché la mia fidanzata è scappata via da me… (— Потому что моя невеста от меня убежала…; la fidanzata — невеста; scappare — убегать)

— Ah-ah-ah, — scoppiò a ridere Arlecchino (— Ха-ха-ха, — покатился со смеху Арлекин; scoppiare a ridere — разразиться смехом), — avete visto lo sciocco!.. (— видели дуралея!..)

Afferrò un bastone e riempì di botte Pierrot (Он схватил палку и отколотил Пьеро; il bastone — палка; riempire di botte — отколотить).

— Come si chiama la tua fidanzata? (— Как зовут твою невесту?)

— E tu non mi picchierai più? (— А ты не будешь больше драться?; picchiare — бить, драться)

— Be', no, ho appena cominciato (— Ну нет, я ещё только начал).

— In tal caso si chiama Malvina, ossia la bambina dai capelli azzurri (— В таком случае, её зовут Мальвина, или девочка с голубыми волосами; in tal caso — в таком случае; ossia — или, то есть).

— Ah-ah-ah! — di nuovo scoppiò Arlecchino e diede a Pierrot tre scapaccioni (— Ха-ха-ха! — опять покатился Арлекин и отпустил Пьеро три подзатыльника). — Sentite, rispettabilissimo pubblico… (— Послушайте, почтеннейшая публика…) Ma esistono davvero bambine con i capelli azzurri? (Да разве бывают девочки с голубыми волосами?; esistere — существовать)

Ma a questo punto, voltandosi verso il pubblico, vide all'improvviso sulla prima panca un ragazzino di legno (Но тут он, повернувшись к публике, вдруг увидел на передней скамейке деревянного мальчишку; la panca — скамейка), con la bocca fino alle orecchie, con il naso lungo, con un berrettino a punta col fiocchetto… (со ртом до ушей, с длинным носом, в колпачке с кисточкой…; la bocca — рот; l'orecchio — ухо)

— Guardate, è Buratino! — gridò Arlecchino, indicandolo con il dito (— Глядите, это Буратино! — закричал Арлекин, указывая на него пальцем; indicare con il dito — показывать пальцем).

— Buratino vivo! — urlò Pierrot, agitando le lunghe maniche (— Живой Буратино! — завопил Пьеро, взмахивая длинными рукавами; urlare — вопить; agitare — махать).

Da dietro gli alberi di cartone saltò fuori una quantità di burattini (Из-за картонных деревьев выскочило множество кукол; la quantità — множество), — bambine con maschere nere, spaventosi barbuti con i berretti, cani pelosi con bottoni al posto degli occhi, gobbi con il naso simile a un cetriolo… (— девочки в чёрных масках, страшные бородачи в колпаках, мохнатые собаки с пуговицами вместо глаз, горбуны с носами, похожими на огурец…; il bottone — пуговица; il gobbo — горбун; il cetriolo — огурец)

Tutti corsero verso le candele disposte lungo la ribalta e, aguzzando la vista, cominciarono a cicalare (Все они подбежали к свечам, стоявшим вдоль рампы, и, вглядываясь, затараторили; la candela — свеча; la ribalta — рампа; aguzzare la vista — вглядываться; cicalare — тараторить):

— È Buratino! È Buratino! Vieni da noi, da noi, allegro birbante di Buratino! (— Это Буратино! Это Буратино! К нам, к нам, весёлый плутишка Буратино!; il birbante — плутишка)

Allora lui dalla panca saltò sulla buca del suggeritore, e da lì sul palcoscenico (Тогда он с лавки прыгнул на суфлёрскую будку, а с неё на сцену; la buca del suggeritore — суфлёрская будка).

I burattini lo afferrarono, cominciarono ad abbracciarlo, baciarlo, pizzicarlo… (Куклы схватили его, начали обнимать, целовать, щипать…; abbracciare — обнимать; baciare — целовать; pizzicare — щипать) Poi tutti i burattini cantarono la «Polka dell'Uccellino»: (Потом все куклы запели «Польку Птичку»:; cantare — петь)

L'uccellino ballava la polka (Птичка польку танцевала; l'uccellino — птичка)

Sul prato di primo mattino (На лужайке в ранний час; il prato — лужайка; di primo mattino — ранним утром).

Naso a sinistra, coda a destra (Нос налево, хвост направо),

È la polka di Barabàs (Это полька Карабас).

Due scarabei — sul tamburo (Два жука — на барабане; lo scarabeo — жук),

Il rospo soffia nel contrabbasso (Дует жаба в контрабас; il rospo — жаба; soffiare — дуть; il contrabbasso — контрабас).

Naso a sinistra, coda a destra,

È la polka di Barabàs.

L'uccellino ballava la polka,

Perché era allegro lui (Потому что весела).

Naso a sinistra, coda a destra,

Ecco com'era la polca… (Вот так полечка была…)

Gli spettatori erano commossi (Зрители были растроганы; lo spettatore — зритель; commosso — растроганный). Una balia si asciugò perfino una lacrima (Одна кормилица даже прослезилась; asciugarsi una lacrima — утирать слезу). Un pompiere piangeva a dirotto (Один пожарный плакал навзрыд; a dirotto — навзрыд, ручьём).

Soltanto i ragazzini nelle ultime panche si arrabbiavano e battevano i piedi (Только мальчишки на задних скамейках сердились и топали ногами; arrabbiarsi — сердиться; battere i piedi — топать ногами):

— Basta sbaciucchiarsi, non siete mica piccoli, continuate lo spettacolo! (— Довольно лизаться, не маленькие, продолжайте представление!; sbaciucchiarsi — облизываться, целоваться; lo spettacolo — представление)

Sentendo tutto questo baccano, da dietro il palcoscenico spuntò un uomo, così terribile a vedersi (Услышав весь этот шум, из-за сцены высунулся человек, такой страшный с виду; il baccano — шум, гам), che si poteva gelare dall'orrore al solo guardarlo (что можно было окоченеть от ужаса при одном взгляде на него; gelare — застывать, леденеть; l'orrore — ужас).

La sua folta barba spettinata strisciava per terra (Густая нечесаная борода его волочилась по полу; folto — густой; spettinato — нечёсаный; strisciare — волочиться), gli occhi sporgenti roteavano (выпученные глаза вращались; sporgente — выпученный; roteare — вращать), la bocca enorme faceva schioccare i denti, come se non fosse un uomo, ma un coccodrillo (огромный рот лязгал зубами, будто это был не человек, а крокодил; schioccare — щёлкать, лязгать). In mano teneva una frusta a sette code (В руке он держал семихвостую плётку; la frusta — плётка; la coda — хвост).

Era il padrone del teatro dei burattini, dottore in scienze burattinesche, il signor Karabas Barabàs (Это был хозяин кукольного театра, доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас; il padrone — хозяин; la scienza — наука).

— Ga-ga-ga, gu-gu-gu! — ruggì contro Buratino (— Га-га-га, гу-гу-гу! — заревел он на Буратино; ruggire — реветь). — Così sei stato tu a disturbare la rappresentazione della mia magnifica commedia? (— Так это ты помешал представлению моей прекрасной комедии?; disturbare — мешать)

Afferrò Buratino, lo portò nel ripostiglio del teatro e lo appese a un chiodo (Он схватил Буратино, отнёс в кладовую театра и повесил на гвоздь; il ripostiglio — кладовая; appendere — вешать; il chiodo — гвоздь). Tornato, minacciò i burattini con la frusta a sette code perché continuassero lo spettacolo (Вернувшись, погрозил куклам семихвостой плёткой, чтобы они продолжали представление; tornare — возвращаться; minacciare — грозить).

I burattini alla meno peggio finirono la commedia, il sipario si chiuse, gli spettatori se ne andarono (Куклы кое-как закончили комедию, занавес закрылся, зрители разошлись; alla meno peggio — кое-как; andarsene — расходиться).

Il dottore in scienze burattinesche, il signor Karabas Barabàs, andò in cucina a cenare (Доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас пошёл на кухню ужинать; la cucina — кухня; cenare — ужинать).

Cacciata la parte inferiore della barba in tasca, perché non desse fastidio (Сунув нижнюю часть бороды в карман, чтобы не мешала; inferiore — нижний; la tasca — карман; dare fastidio — мешать), si sedette davanti al camino, dove allo spiedo arrostivano un coniglio intero e due polli (он сел перед очагом, где на вертеле жарились целый кролик и два цыплёнка; lo spiedo — вертел; arrostire — жариться; il coniglio — кролик; intero — целый).

Leccatesi le dita, toccò l'arrosto, e quello gli parve crudo (Помуслив пальцы, он потрогал жаркое, и оно показалось ему сырым; leccarsi — облизывать; il dito — палец; l'arrosto — жаркое; crudo — сырой).

Nel camino c'era poca legna (В очаге было мало дров; la legna — дрова). Allora batté tre volte le mani (Тогда он три раза хлопнул в ладоши; battere le mani — хлопать в ладоши).

Accorsero Arlecchino e Pierrot (Вбежали Арлекин и Пьеро; accorrere — прибегать).

— Portatemi quel fannullone di Buratino, — disse il signor Karabas Barabàs (— Принесите-ка мне этого бездельника Буратино, — сказал синьор Карабас Барабас; il fannullone — бездельник). — È fatto di legna secca, lo getterò nel fuoco, e il mio arrosto cuocerà in un lampo (— Он сделан из сухого дерева, я его подкину в огонь, моё жаркое живо зажарится; gettare — бросать; il fuoco — огонь; cuocere — готовиться; in un lampo — мигом).

Arlecchino e Pierrot caddero in ginocchio e implorarono di risparmiare il povero Buratino (Арлекин и Пьеро упали на колени, умоляли пощадить несчастного Буратино; cadere in ginocchio — падать на колени; implorare — умолять; risparmiare — щадить).

— E dov'è la mia frusta? — gridò Karabas Barabàs (— А где моя плётка? — закричал Карабас Барабас).

Allora loro, singhiozzando, andarono nel ripostiglio, tirarono giù Buratino dal chiodo e lo trascinarono in cucina (Тогда они, рыдая, пошли в кладовую, сняли с гвоздя Буратино и приволокли на кухню; singhiozzare — рыдать; trascinare — волочить).

Durante la rappresentazione della commedia i burattini riconoscono Buratino

Buratino si sedette in prima fila e guardava con entusiasmo il sipario abbassato.

Sul sipario erano dipinti omini che ballavano, bambine con maschere nere, uomini barbuti e spaventosi con berretti a punta pieni di stelle, un sole che somigliava a una frittella con naso e occhi, e altre figure divertenti.

Suonarono tre volte la campana, e il sipario si alzò.

Sul piccolo palcoscenico, a destra e a sinistra, c'erano alberi di cartone. Sopra di loro pendeva una lanterna a forma di luna e si rifletteva in un pezzetto di specchio, sul quale nuotavano due cigni fatti di ovatta, con becchi dorati.

Da dietro un albero di cartone comparve un omino con una lunga camicia bianca e lunghe maniche.

Il suo viso era cosparso di cipria, bianca come dentifricio.

Fece un inchino al rispettabilissimo pubblico e disse tristemente:

— Buongiorno, mi chiamo Pierrot… Adesso reciteremo davanti a voi una commedia intitolata: «La bambina dai capelli azzurri, ovvero Trentatré scapaccioni». Mi prenderanno a bastonate, mi daranno schiaffi e scapaccioni. È una commedia molto divertente…

Da dietro un altro albero di cartone saltò fuori un altro uomo, tutto a quadretti, come una scacchiera.

Fece un inchino al rispettabilissimo pubblico:

— Buongiorno, io sono Arlecchino!

Dopo di che si voltò verso Pierrot e gli diede due schiaffi così sonori, che dalle guance di quello si sollevò la cipria.

— Perché frigni, sciocco?

— Sono triste perché voglio sposarmi, — rispose Pierrot.

— E perché non ti sei sposato?

— Perché la mia fidanzata è scappata via da me…

— Ah-ah-ah, — scoppiò a ridere Arlecchino, — avete visto lo sciocco!..

Afferrò un bastone e riempì di botte Pierrot.

— Come si chiama la tua fidanzata?

— E tu non mi picchierai più?

— Be', no, ho appena cominciato.

— In tal caso si chiama Malvina, ossia la bambina dai capelli azzurri.

— Ah-ah-ah! — di nuovo scoppiò Arlecchino e diede a Pierrot tre scapaccioni. — Sentite, rispettabilissimo pubblico… Ma esistono davvero bambine con i capelli azzurri?

Ma a questo punto, voltandosi verso il pubblico, vide all'improvviso sulla prima panca un ragazzino di legno, con la bocca fino alle orecchie, con il naso lungo, con un berrettino a punta col fiocchetto…

— Guardate, è Buratino! — gridò Arlecchino, indicandolo con il dito.

— Buratino vivo! — urlò Pierrot, agitando le lunghe maniche.

Da dietro gli alberi di cartone saltò fuori una quantità di burattini, — bambine con maschere nere, spaventosi barbuti con i berretti, cani pelosi con bottoni al posto degli occhi, gobbi con il naso simile a un cetriolo…

Tutti corsero verso le candele disposte lungo la ribalta e, aguzzando la vista, cominciarono a cicalare:

— È Buratino! È Buratino! Vieni da noi, da noi, allegro birbante di Buratino!

Allora lui dalla panca saltò sulla buca del suggeritore, e da lì sul palcoscenico.

I burattini lo afferrarono, cominciarono ad abbracciarlo, baciarlo, pizzicarlo… Poi tutti i burattini cantarono la «Polka dell'Uccellino»:

L'uccellino ballava la polka

Sul prato di primo mattino.

Naso a sinistra, coda a destra,

È la polka di Barabàs.

Due scarabei — sul tamburo,

Il rospo soffia nel contrabbasso.

Naso a sinistra, coda a destra,

È la polka di Barabàs.

L'uccellino ballava la polka,

Perché era allegro lui.

Naso a sinistra, coda a destra,

Ecco com'era la polca…

Gli spettatori erano commossi. Una balia si asciugò perfino una lacrima. Un pompiere piangeva a dirotto.

Soltanto i ragazzini nelle ultime panche si arrabbiavano e battevano i piedi:

— Basta sbaciucchiarsi, non siete mica piccoli, continuate lo spettacolo!

Sentendo tutto questo baccano, da dietro il palcoscenico spuntò un uomo, così terribile a vedersi, che si poteva gelare dall'orrore al solo guardarlo.

La sua folta barba spettinata strisciava per terra, gli occhi sporgenti roteavano, la bocca enorme faceva schioccare i denti, come se non fosse un uomo, ma un coccodrillo. In mano teneva una frusta a sette code.

Era il padrone del teatro dei burattini, dottore in scienze burattinesche, il signor Karabas Barabàs.

— Ga-ga-ga, gu-gu-gu! — ruggì contro Buratino. — Così sei stato tu a disturbare la rappresentazione della mia magnifica commedia?

Afferrò Buratino, lo portò nel ripostiglio del teatro e lo appese a un chiodo. Tornato, minacciò i burattini con la frusta a sette code perché continuassero lo spettacolo.

I burattini alla meno peggio finirono la commedia, il sipario si chiuse, gli spettatori se ne andarono.

Il dottore in scienze burattinesche, il signor Karabas Barabàs, andò in cucina a cenare.

Cacciata la parte inferiore della barba in tasca, perché non desse fastidio, si sedette davanti al camino, dove allo spiedo arrostivano un coniglio intero e due polli.

Leccatesi le dita, toccò l'arrosto, e quello gli parve crudo.

Nel camino c'era poca legna. Allora batté tre volte le mani.

Accorsero Arlecchino e Pierrot.

— Portatemi quel fannullone di Buratino, — disse il signor Karabas Barabàs. — È fatto di legna secca, lo getterò nel fuoco, e il mio arrosto cuocerà in un lampo.

Arlecchino e Pierrot caddero in ginocchio e implorarono di risparmiare il povero Buratino.

— E dov'è la mia frusta? — gridò Karabas Barabàs.

Allora loro, singhiozzando, andarono nel ripostiglio, tirarono giù Buratino dal chiodo e lo trascinarono in cucina.

8.

Quando i burattini ebbero trascinato Buratino e l'ebbero gettato per terra vicino alla grata del camino (Когда куклы приволокли Буратино и бросили на пол у решётки очага; trascinare — тащить, волочить; gettare — бросать; la grata — решётка), il signor Karabas Barabàs, soffiando terribilmente dal naso, rimestava i carboni con l'attizzatoio (синьор Карабас Барабас, страшно сопя носом, мешал кочергой угли; soffiare — сопеть; rimestare — мешать, ворошить; il carbone — уголь; l'attizzatoio — кочерга).

All'improvviso gli occhi gli si iniettarono di sangue (Вдруг глаза его налились кровью; iniettarsi di sangue — наливаться кровью), il naso, poi tutto il viso si raccolse in rughe trasversali (нос, затем всё лицо собралось поперечными морщинами; raccogliersi — собираться; la ruga — морщина; trasversale — поперечный). Probabilmente gli era entrato un pezzetto di carbone nelle narici (Должно быть, ему в ноздри попал кусочек угля; la narice — ноздря).

— Aaap… aaap… aaap… — si mise a guaire Karabas Barabàs, roteando gli occhi (— Аап… аап… аап… — завыл Карабас Барабас, закатывая глаза; roteare gli occhi — закатывать глаза), — aaap-etciù!.. (— аап-чхи!..)

E starnutì così forte che la cenere si sollevò in colonna nel camino (И он чихнул так, что пепел поднялся столбом в очаге; starnutire — чихать; la cenere — пепел; sollevarsi — подниматься; la colonna — столб).

Quando il dottore in scienze burattinesche cominciava a starnutire, non poteva più fermarsi (Когда доктор кукольных наук начинал чихать, то уже не мог остановиться; fermarsi — останавливаться), e starnutiva cinquanta, e a volte cento volte di fila (и чихал пятьдесят, а иногда и сто раз подряд; di fila — подряд).