Нестабильная связь

-Тогда давай познакомимся. Меня зовут Авель Морт, я твой новый нянь, - сказал он, чуть склонив голову в вежливом поклоне.

-Не люблю нянь, - бросила я, отворачиваясь к стене. - Тебе говорили об этом перед тем, как отправить на убой?

-Да, - ответил он спокойно, без тени обиды. - Перед тем как меня отправили к тебе, я прошёл почти часовой инструктаж. Там мне рассказали про тебя и про то, что делать в той или иной ситуации. Твои... особенности. И твой характер.

Я фыркнула, поворачиваясь обратно.

-Всего час? Как-то выбиваюсь из сил, если инструктаж сократили до часа. Обычно на меня уходит минимум три.

-Видимо, я быстро учусь, - ответил он с лёгкой усмешкой, которая меня почему-то разозлила. - В любом случае, я надеюсь, мы с тобой поладим. Сейчас я должен взять у тебя кровь и убедиться, что ты выпьешь свои лекарства.

Я закатила глаза так выразительно, что он наверняка это заметил. Затем села на кровати, свесив ноги, и приняла скучающий вид. Парень стал готовить шприц, его движения были точными и уверенными - он явно делал это раньше.

-Давай напугаем его? - раздался тонкий, звонкий голос справа.

Я повернула голову. На краю моей кровати сидела она - я, но только в пятилетнем возрасте. Те же светло-каштановые волосы, те же бледно-фиолетовые глаза, даже крошечные чёрные рожки, только совсем маленькие. Она болтала ножками, которые не доставали до пола, и смотрела на меня с хитринкой. Мы с ней познакомились в ту самую ночь, когда всё изменилось. Она была моей единственной подругой и советчицей, единственной, кто понимал меня без слов. Я никому не рассказывала о ней. Однажды, когда я была младше, я проговорилась в разговоре с учёными, и меня тут же отправили на дополнительные тесты, решив, что у меня начались галлюцинации. С тех пор я научилась молчать о ней, когда рядом есть посторонние. Она была моим секретом, моим убежищем.

-Всё нормально? - спросил Авель, заметив, что я на секунду застыла.

Я повернула голову и посмотрела на него, а затем на моём лице расцвела хитрая, предвкушающая ухмылка.

-Не слышал, что я весьма нестабильна? - спросила я томным голосом, наклоняя голову.

-Слышал, - ответил он без колебаний. - Не переживай об этом.

Он подошёл ближе, и я почувствовала запах его одеколона - свежий, с нотками мяты и чего-то древесного. Игла вошла в вену привычно, и он стал набирать мою кровь. Я смотрела на него, следя за каждым его движением. После сбора он убрал шприц на тумбу и повернулся ко мне.

-Отлично, - сказал он, пытаясь казаться бодрым. - А теперь выпей таблетки.

Девочка снова заговорила, её голос звенел весельем:

-Чего ждёшь? Напугай его! Будет знать, как с нами связываться!

Я только шире ухмыльнулась, чувствуя, как внутри поднимается тёплая волна адреналина. Это было моей единственной игрой, единственным развлечением в этой серой, пустой жизни.

-А теперь тебе нужно выпить таблетки, - повторил Авель, протягивая мне стакан с водой и поднос с двумя капсулами.

Я встала, медленно, с расчётом, и подошла к нему почти вплотную. Он был выше меня, но я смотрела снизу вверх с притворной слабостью.

-Слушай, мне как-то нехорошо… - сказала я, и мой голос дрогнул.

Моё лицо мгновенно побледнело, я схватилась одной рукой за живот и ссутулилась. Парень тут же нахмурился, его зелёные глаза наполнились беспокойством. Он шагнул ко мне ближе и положил руку мне на плечо, пытаясь удержать.

-Что именно у тебя болит? - спросил он встревоженно, наклоняясь ко мне.

Я опустила голову, и он приблизился ещё на дюйм. Идеально. Девочка за моей спиной тихо хихикала, её смех был похож на перезвон колокольчиков. Она сидела на моей кровати, болтая ногами, и с нескрываемым удовольствием наблюдала за представлением.

Я резко вскинула голову, схватила его за воротник халата и притянула к себе так близко, что наши лица почти соприкоснулись. Моя кожа мгновенно потемнела, став угольно-чёрной, а над бровями проступили два дополнительных глаза - они были небольшими, но ярко светились зловещим фиолетовым светом. Моя улыбка оскалилась, обнажая длинные клыки и три дополнительных ряда острых, как лезвия, зубов. Из моей руки, которая сжимала его воротник, выросли чёрные когти, которые с лёгкостью продырявили ткань халата и зацепили его кожу под ней.

Авель заметно побледнел. Его глаза расширились от ужаса, зрачки сузились до крошечных точек, и на лице застыла маска первобытного страха. Он попытался отшатнуться, но я держала его крепко. Девочка позади меня залилась звонким, радостным смехом, который эхом разнёсся по комнате.

-А-а-а! - вырвался у него сдавленный вскрик.

В ту же секунду в мою камеру с грохотом вбежали двое учёных. Один из них, коренастый мужчина с красным лицом, размахивал электрошокером. Он ткнул им мне в бок, и разряд пронзил моё тело, но я лишь дёрнулась. За эти годы электричество почти перестало на меня действовать. Я с лёгкостью отпустила Авеля и отошла на два шага, и моё тело мгновенно вернулось в обычную человеческую форму. Когти втянулись, кожа посветлела, глаза исчезли. Я улыбнулась, облизнув губы, будто только что съела что-то вкусное.

-Ада! - проревел учёный с электрошокером, потрясая им в воздухе, как дубиной. - Опять за своё?!

Второй учёный - более молодой и испуганный - быстро вывел парня из моей комнаты, придерживая его под локоть. Авель шатался, его ноги едва держали его. Я лишь продолжала хитро ухмыляться, скрестив руки на груди.

-Брось ты, - сказала девочка, появившись рядом со мной. Она смотрела вслед уходящему Авелю с явным разочарованием. - Подумаешь, напугала немного.

-Немного?! - взорвался учёный, его лицо побагровело от гнева. - Ты его чуть до инфаркта не довела! Ты видела его лицо?! У него чуть сердце не остановилось!

-Но не довела же, - пожала я плечами с притворной невинностью. - Хотя, признаюсь, хотела. Было забавно.

-Ещё раз такое вытворишь, и я лично отведу тебя в изолятор! - заорал он, размахивая шокером перед моим носом. - А теперь выпей свои таблетки, чтобы я это видел! Быстро!

Я закатила глаза, но подчинилась. Взяла две белые капсулы с подноса, кинула их в рот и запила тёплым чаем, который уже успел остыть. Морщась от горечи, я поставила стакан обратно и демонстративно открыла рот, показывая, что проглотила всё.

-Доволен? - спросила я с ледяной вежливостью.

-Отлично, - проворчал учёный, убирая шокер. - Надеюсь, мне не придётся тащить тебя в изолятор снова, но мне нужно проверить твою комнату. Как обычно.

-Вперёд, - махнула я рукой, отходя в сторону. - Валяй. Мне скрывать нечего.

Учёный начал с кровати, перетряхивая простыни, заглядывая под матрас и проверяя шкафы. Девочки рядом со мной больше не было - она исчезла так же внезапно, как и появилась. Я стояла по середине комнаты, скрестив руки, и безучастно наблюдала за его действиями. Дверь в мою комнату была распахнута настежь, и я бросила взгляд в коридор.

Там, прижавшись к стене, стоял Маркус. Его светло-серые глаза были широко раскрыты, а лицо побледнело так, что тёмно-коричневые пятна на коже казались почти чёрными. Рядом с ним стояли двое старших - 39-й и 57-й, они держали его за плечи, что-то негромко шепча ему на ухо. Но мальчик не слушал их. Он смотрел только на меня. В его взгляде я прочитала страх - чистый, первобытный ужас. Он всё видел. Видел мою другую форму. Видел когти, глаза, зубы. И теперь он боялся меня.

На мгновение мне стало не по себе. Что-то сжалось внутри - что-то, что я давно похоронила под слоем цинизма и злости. Мне не хотелось, чтобы он боялся меня. Не хотелось, чтобы он избегал меня, как избегали другие. Но я быстро отогнала это чувство, списав его на слабость. Я ведь ничего ему не сделала, я просто напугала учёного. Это не считалось. Рядом с ним были другие эксперименты, они наверняка объяснят ему, что я использую эту форму только против нянек и учёных, но никогда - против своих. Мы одна семья, а я их старшая сестра. Я должна заботиться о них, а не запугивать.

Учёный закончил проверку, выпрямился и ещё раз прочитал мне нотацию - о том, что моё поведение недопустимо, что я должна подавать пример младшим, и что, если я не возьмусь за ум, меня изолируют на месяц. Я молчала, покусывая губу, пока он наконец не удалился, хлопнув дверью.

Я поставила поднос с едой на стол и села, чтобы поесть. Завтрак оказался более чем сносным: каша с маслом, овощной салат, чай и маковая булочка, посыпанная сахарной пудрой. Я откусила кусок булочки, но вкус почти не чувствовала. Мои мысли крутились вокруг Авеля.

«Интересно, тот нянь придёт сегодня вечером или он уже сдался? - размышляла я. - Обычно после такого они бегут, не оглядываясь. Но он выглядел упрямым. Может, попытается ещё раз?»

Я снова увидела девочку. Она стояла напротив меня, опершись руками о край стола, и улыбалась своей хитрой, озорной улыбкой.

-Ты видела лицо этого парня? - спросила она, её глаза сияли.

Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как настроение немного поднимается.

-Ага, - кивнула я, ковыряя кашу ложкой. - Я думала, он прямо тут отключится. У него в глазах такой ужас был... Прямо как в тот раз, когда я напугала того толстого няня в прошлом году. Помнишь?

-Помню, - захихикала девочка. - Он потом две недели ходил с седыми прядями. Дурацкие учёные прервали всё веселье! У нас бы получилось ещё что-то интересное. Может, он заплакал бы!

-Это точно, - вздохнула я. - Как думаешь, он ещё придёт сегодня или уже всё, провалится?

Девочка задумчиво постучала пальцем по подбородку, её маленькие рожки чуть дрогнули.

-Хм… Возможно, он ещё попытается пару раз, прежде чем окончательно уйти. Он не выглядел как слабак. Но ты его здорово напугала. Давай, если он придёт вечером, снова напугаем его? Устроим представление?

-Неплохая идея, - я ухмыльнулась, но затем покачала головой. - Но мне кажется, с него хватит на сегодня. А то и правда коньки двинет прямо в моей комнате, а меня потом опять в изолятор на пару недель. Там даже стенки грязные, пахнет плесенью, и есть только матрас на полу. Никаких книг, никакой еды, только вода и таблетки. Я не хочу туда.

Девочка слегка поморщилась, передёрнув плечами.

-Фу, изолятор. Там так ужасно и так скучно! Даже поговорить не с кем.

-Вот поэтому на сегодня с него хватит, - твёрдо сказала я. - Я и так напугала не только его, но и Маркуса. Ты видела его лицо?

-Да, - серьёзно сказала девочка, её голос стал тише. - Мальчик выглядел испуганно. Но думаю, старшие объяснят ему всё. Они знают, что ты не опасна для нас. Через это многие проходили, так что он привыкнет.

Я лишь слабо кивнула, чувствуя, как внутри ворочается неприятный холодок.

-Главное, чтобы он не боялся меня, - тихо сказала я. - Не хочу, чтобы он избегал меня.

Девочка не ответила. Я подняла голову - она исчезла. Исчезла так же тихо, как и появилась, оставив меня наедине с пустотой и холодным завтраком.

Я доела кашу, запила чаем и ещё некоторое время смотрела на то место, где она сидела. Пустота давила на плечи. Затем, не выдержав, я схватила пластиковый поднос обеими руками и со всей силы швырнула его в стену. Пластмасса с глухим треском раскололась пополам, одна часть отлетела в угол, другая упала на пол. Стакан из-под чая разлетелся на множество мелких осколков, которые заблестели в тусклом свете лампы. Стена, выдержавшая удар, осталась невредимой - они специально делали их максимально прочными, чтобы никто из нас не мог пробить их, даже в полной трансформации. Но мне стало легче. Злость вышла вместе с этим ударом, оставив лишь пустоту и усталость.

Я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Затем, чувствуя, как лекарства начинают действовать, я направилась к кровати. В голове зашумело, веки потяжелели. Ненавижу это состояние - когда тело становится ватным, а мысли путаются, как спутанные нити. Я легла, натянула одеяло с головой, прячась от света, и почти мгновенно провалилась в тяжёлый, беспокойный сон, полный мутных видений и смутных голосов.

Глава 4.

Проснулась я уже глубоким вечером, когда в комнате царил полумрак, рассеиваемый лишь тусклым светом дежурной лампы под потолком. Кто-то зашёл ко мне - судя по времени, для того чтобы принести ужин. Я не обратила на этого человека ни малейшего внимания, даже не вылезла из-под одеяла, продолжая лежать с закрытыми глазами и притворяться спящей. Моё тело всё ещё было тяжёлым после дневной дозы лекарств, голова гудела, а мысли путались в липкую паутину.

-Ада, - раздался знакомый голос. - Ты спишь уже несколько часов, пора вставать.

Авель. Я узнала его голос почти мгновенно - в нём не было той робости, что утром. Он звучал ровно, спокойно, даже уверенно. Я рывком села на кровати, сбросив одеяло, и уставилась на него. Он стоял у моего стола, аккуратно расставляя на подносе тарелки, и выглядел совершенно невозмутимо. Белый халат был застёгнут на все пуговицы, маска висела на шее, и я впервые видела его лицо полностью - тонкие черты, чуть заострённый подбородок, лёгкая щетина, которая только начинала пробиваться. Он был спокоен как никогда, просто стоял и ждал, пока я окончательно проснусь.