Пожиратель Имён – 1. Безымянный

После еды они вышли втроём.

Дорога до Дома Первого Слова занимала меньше получаса. Лейвен только входил в утренний ритм: открывались лавки, по мостовой грохотали телеги, из пекарен тянуло хлебом. Марек ожидал, что город будет ощущаться иначе. Он оказался тем же. У административной площади их ждал Дерен.

— Ты пришёл, — сказал Марек.

— Я обещал.

— Ты обещал посмеяться.

— Это после.

Дерен поздоровался с Элваром и Неей. Нея сразу посмотрела на его запястье.

— Покажешь?

— Нет.

— Мареку показывал.

Дерен повернулся к другу.

— Ты рассказал?

— Нет.

— Он вчера дома толкал стену, — объяснила Нея.

Марек уставился на неё.

— Один раз.

— Стена победила?

Дерен рассмеялся. Элвар покачал головой.

— Я не буду спрашивать.

У входа в Дом Первого Слова уже ждали семьи. Кто-то говорил громко, кто-то сидел на скамьях. Служащие проверяли расписание и документы. Марек остановился у ступеней. Дерен протянул руку.

— Увидимся после.

— Если стану великим архивистом, разрешу тебе бесплатно читать старые налоговые списки.

— Я знал, что дружба окупится.

Нея коротко обняла брата.

— Если скучное, я молчу.

— Ты первая всем расскажешь.

— Верно.

Элвар положил ладонь Мареку на плечо.

— Иди.

Марек кивнул. На верхней ступени он оглянулся. Отец уже открыл папку.

— Пап.

Элвар посмотрел на него.

— Молчу.

Марек рассмеялся и вошёл.

* * *

Внутри всё оказалось проще, чем в детских рассказах. Служащая сверила его имя, дату рождения и адрес, забрала документы, спросила о самочувствии и выдала карточку третьего утреннего круга.

— Второй зал. Ждите вызова.

Марек прошёл дальше. Никаких высоких сводов, свечей или торжественных песнопений. Светлый камень, указатели, скамьи, вода, двери кабинетов. Люди работали. Подростки ждали. Это успокаивало сильнее, чем мог бы успокоить любой ритуальный блеск.

Через несколько минут в зал вошла женщина в тёмно-сером одеянии.

— Марек Вейр?

Он поднялся.

— Да.

— Мирена. Идёмте.

Марек знал имя по записи предварительного осмотра. Мирена говорила спокойно, короткими фразами. По дороге спросила о сне, боли, температуре и новых воздействиях Именных техник. Марек честно сказал, что спал хуже обычного, но несколько часов точно.

— Этого достаточно, — ответила она. — При полном отсутствии сна перенесли бы процедуру.

В диагностической комнате он закатал рукава и положил ладони на две гладкие пластины рамки. Тонкие линии засветились.

— Не двигайтесь.

Марек не двигался.

— Дискомфорт?

— Нет.

— Тепло?

— В ладонях.

— Допустимо.

Через несколько секунд свет погас.

Мирена записала значения.

— Всё нормально?

— Для допуска да.

— Что именно проверяла рамка?

Она посмотрела на него.

— Состояние, при котором Наречение можно проводить безопасно. Если захотите изучать диагностику, после собственного Наречения выберете соответствующее обучение.

Марек понял намёк.

— Я много спрашиваю?

— Уже заметили?

Он усмехнулся. Мирена закрепила на его запястье идентификационную ленту. В коридоре им встретился худой мужчина лет пятидесяти в таком же сером одеянии, но со знаком старшего специалиста. Марек узнал Корвена по должности. Отец однажды показывал его подпись на документах Дома Первого Слова.

— Третий круг? — спросил Корвен.

— Да. Вейр. Предварительные чистые.

Корвен мельком посмотрел на Марека.

— Первый контур освободится через семь минут. Второй задержан на повторной фиксации.

— Причина?

— Семья попросила перепроверку. Ничего срочного.

Мирена кивнула. Корвен ушёл дальше. Ни лишнего внимания, ни вопросов. Обычная смена.

В следующем зале ждали двое подростков. Полный парень примерно возраста Марека читал одну страницу памятки уже слишком долго. Девушка с тёмной косой сидела, сцепив пальцы. Марек устроился напротив. На стене висели рекомендации: не использовать новые техники без первичного наставления;

не пытаться самостоятельно ускорять закрепление Пути в первые сутки; при боли, нарушении ориентации или восприятия обратиться к специалисту. Парень заметил, что Марек дочитал список до конца.

— Первый раз?

Марек повернулся к нему.

— Наречение обычно один раз.

Тот моргнул, потом нервно рассмеялся.

— Отлично. Уже начал глупеть.

— Это могло начаться раньше.

Девушка с косой фыркнула.

— Какое ждёшь? — спросил парень.

— Не знаю.

— Все знают.

— Все предполагают.

— Хорошо. Предполагаешь?

Марек чуть пожал плечами.

— Что-то связанное с текстами или анализом.

— Учёный?

— Было бы неплохо.

— А у меня отец кузнец. Дед кузнец. Если дадут кузнечное, семья устроит праздник.

— А ты?

— Я хочу боевое.

Девушка подняла голову.

— Ты хоть раз тренировался?

— Поэтому и хочу способность, которая решит проблему.

— Так они не работают.

— Спасибо, наставник.

Мирена появилась в дверях.

— Йорен Касс.

Парень мгновенно перестал улыбаться.

— Я.

Он встал.

Через несколько минут из дальнего коридора вышла другая девушка в сопровождении служителя. Она плакала. Марек сначала напрягся, потом увидел женщину, которая обняла её, услышал обрывок Истинного Имени и понял, что слёзы хорошие.

Йорен вернулся позже с растерянным лицом.

— Ну? — спросил Марек.

Тот поднял руки. На пальцах проступали тёмные полосы, похожие на угольную пыль.

— [Слышащий Металл].

— Кузнечное?

— Понятия не имею.

Мирена указала ему на другой кабинет.

— Первичную консультацию получите там.

Йорен сделал два шага и обернулся.

— Скидки тебе не будет.

— Жадный.

Он ушёл. Марек остался один. Сначала он сел. Потом встал за водой.

Потом понял, что держит полный стакан и не хочет пить. Когда вокруг были люди, ждать было легче. Оставшись один, он почувствовал весь вес следующих нескольких минут. Академия. Исследования и экспедиции.

Сильный практический Путь, о котором он сейчас даже не догадывался. Трёх вариантов хватало. Марек не требовал от Порядка чуда. Но простого, узкого, предсказуемого Имени ему действительно хотелось меньше, чем он говорил семье.

Он хотел возможности. Хотел доказательства, что способен на большее, чем уже выбрали за него обстоятельства. Осознав формулировку, Марек поморщился. Слишком высокопарно. Дверь открылась.

— Марек Вейр.

Он поставил стакан.

— Да.

Мирена повела его в тихий коридор. У первой двери стоял Корвен с табличкой записей.

— Первый контур готов, — сказал он.

— Проверка?

— Завершена.

Корвен указал на небольшой стол.

— Всё металлическое оставить здесь.

Марек снял поясной кошель, положил монеты и ключ от дома. Снял куртку. Мирена проверила карманы и достала забытый кусочек грифеля.

— Рабочая привычка?

— Забыл.

Она положила его рядом. Корвен сверил ленту на запястье с карточкой.

— Совпадает.

Всё шло штатно. Мирена открыла дверь. Ритуальная камера оказалась маленькой. Марек ожидал большего. Не величия, конечно, но хотя бы чего-то, соответствующего количеству разговоров о Наречении за всю его жизнь.

Вместо этого он увидел светлый камень, рабочий контур на полу, несколько измерительных элементов и место специалиста.

— На центральную метку, — сказала Мирена.

Марек встал в круг. Руки всё-таки слегка дрожали. Он сжал пальцы, затем разжал, надеясь, что никто не заметил. Корвен проверял внешнюю часть контура и не смотрел на него.

Мирена заметила, но ничего не сказала.

— Последняя проверка. Самочувствие?

— Нормальное.

— Хотите остановиться или перенести процедуру?

— Нет.

— Вопрос обязательный.

— Всё равно нет.

Она кивнула.

— Во время Наречения возможны давление, тепло, изменение восприятия звука. При сильной боли сразу говорите. Глаза можете держать открытыми.

Марек всё это знал теоретически. Сейчас слова звучали иначе. За стеной ждали Элвар и Нея. Где-то неподалёку Дерен рассчитывал вечером сравнить их новые возможности. В архиве Тарен, вероятно, ругался на оставленные Мареком карточки. Лейвен торговал, спорил, работал и проводил другие Наречения. Ничего в мире не остановилось ради него.

Через несколько минут Марек выйдет отсюда с Истинным Именем.

Он поднял голову. Мирена положила руку на пусковой элемент. Корвен закончил проверку.

— Контур штатный.

— Начинаем, — сказала Мирена.

Тонкие линии под ногами Марека начали загораться. Он почувствовал первое мягкое давление Порядка. И доверился ему.