Эко календарь на каждый день. От Доктора Распопова

Но как этого добиться? Во‑первых, нужно обеспечить растению всё необходимое для фотосинтеза: свет, воду, углекислый газ и, конечно, микроэлементы. Именно поэтому я использую опрыскивания сывороткой с микроэлементами: они быстро попадают в листья и устраняют дефициты, позволяя растению молниеносно превращать нитраты в аминокислоты и строить белки. Во‑вторых, важно поддерживать биоразнообразие в почве: вносить не просто органику, а такую, которая питает и грибы, и бактерии. Компост, листовая плесень, ферментированные травы — всё это строительный материал для почвенной жизни. Но важно понимать: если просто насыпать органику на мёртвую почву, она не превратится в гумус. Гумус рождается там, где есть живые корни, выделяющие сахара и жиры, где грибы и бактерии перерабатывают органику в стабильные соединения.

Есть даже способы ускорить этот процесс. Например, можно посеять сидераты — овёс, ячмень, рожь, — дать им нарастить густую корневую систему, а затем заделать в почву или ферментировать. За несколько недель получается не просто органика, а настоящий концентрат почвенной жизни. Или использовать опыт японских фермеров, которые годами совершенствовали методы ферментации растительных остатков. Главное — не просто добавить «питания», а создать условия, при которых почва сама начнёт восстанавливать плодородие.

Иногда мне возражают: мол, достаточно просто вносить минеральные удобрения, и всё будет расти. Но такой путь ведёт в тупик. Растения, питающиеся только солями, накапливают нитраты, становятся уязвимыми, болеют. Их иммунитет слаб, потому что у них нет ресурсов для синтеза вторичных метаболитов — тех самых веществ, которые защищают от стрессов, вредителей и болезней. А ведь именно в этих соединениях — сила лекарственных трав, аромат пряностей, вкус и польза овощей. Когда растение полностью раскрывает свой потенциал, оно не только даёт урожай, но и укрепляет экосистему вокруг себя.

Я не предлагаю вам сразу браться за сложные схемы. Начните с малого: понаблюдайте за своей почвой, попробуйте повысить Брикс хотя бы на несколько пунктов, внесите ферментированную органику, поддержите микоризу. И вы увидите, как постепенно меняется картина: растения становятся крепче, вредители теряют интерес, а почва — живее.

Впереди ещё много тем, и некоторые из них могут показаться непростыми. Но я верю: если мы будем смотреть на землю не как на ресурс, а как на живой союзник, у нас всё получится. Ведь регенеративное земледелие — это не набор правил, а диалог с природой. И каждый из нас может научиться его слышать.

А пока за окном январь, снег укрывает грядки, а мы сидим на тёплом сене, мечтаем о весне и готовимся к новому сезону. Пусть эта зима станет временем размышлений, а весна — временем действий. До новых встреч, друзья!

Январь прекрасное время, чтобы вести диалог с землей.

Здравствуйте, дорогие садоводы!

Ну вот, январь… Морозный, тихий, будто весь мир затаил дыхание под снежным покрывалом. С утра я разгрёб снег на дорожках — и знаете, в этом простом деле есть своя особая радость. Потом сел на тёплом стоге сена, рядом — мои щенки, суетятся, тычутся мокрыми носами, будто напоминают: «Зима не вечна, скоро весна!» И вот сидишь, смотришь на заснеженный сад, и в голове сами собой складываются мысли о почве, о жизни, что дремлет под этим белым одеялом.

Сейчас, когда за окном дождь со снегом, а температура едва держится на отметке минус три, самое время не суетиться, а оглянуться назад и понять: всё, что мы делаем в саду, — это не просто работа. Это диалог с землёй. И январь — прекрасное время, чтобы этот диалог вести не лопатой, а мыслями.

На днях я снял поликарбонат с теплиц — пора дать почве подышать, пусть даже сквозь снег. Четыре мои теплицы стоят теперь открытые, будто распахнули окна навстречу зиме. И пусть кажется, что сейчас в саду ничего не происходит, на самом деле под снегом кипит невидимая жизнь. Бактерии, грибы, микроскопические труженики почвы не спят — они перерабатывают остатки прошлого сезона, готовят фундамент для будущего урожая.

Я часто слышу: «А зачем что-то сажать, если потом всё равно перекапывать?» Признаюсь, и я раньше так думал. Но потом понял: главное — не дать почве остаться голой. Уже с октября, когда дни становятся короткими, а воздух — холодным, фотосинтез в последних зелёных побегах продолжает работать. Растения потихоньку отдают почве сахара и аминокислоты — словно подкармливают тех самых невидимых помощников: грибы и бактерии. И чем больше этих «подарков», тем богаче и живее становится земля.

В последние годы я почти не сажаю классические сидераты. Не потому, что они плохи, а потому, что мне важнее принцип: почва должна быть покрыта. Пусть это будет что-то простое, но живое. Ведь когда растения фотосинтезируют, они не просто растут — они кормят почву. И даже когда приходит снег, эта связь не обрывается. Я ещё сверху засыпаю землю листвой — так почва дольше остаётся тёплой, и её подземные жители продолжают свою работу.

Знаете, когда-то я был далёк от этих мыслей. Пятьдесят лет проработал заведующим отделением, знал про сосуды, тромбы, холестерин — но почти ничего не знал про жизнь в горсти земли. А потом случилось то, что случается с каждым, кто однажды решает: хватит жить по инерции. Я начал заниматься органическим земледелием. Сначала это была просто органика, потом — более сложные вещи: понимание того, как микроэлементы усваиваются не сами по себе, а через биоту, как аминокислоты становятся строительным материалом для ферментов, как грибы и бактерии создают в почве настоящую живую сеть.

И знаете, что самое удивительное? Изменения пришли не только в сад. Они пришли и в моё здоровье. Без таблеток, без жёстких диет — просто через то, что я начал выращивать и есть. Мои плоды стали не просто едой, а источником тех самых полифенолов, антиоксидантов, соединений, которые растения вырабатывают для собственной защиты. А эти вещества, в свою очередь, помогают и нам — поддерживают сосуды, укрепляют иммунитет, сохраняют ясность ума.

Но я не призываю вас сразу повторять мой путь. Я хочу показать другое: регенеративное земледелие — это не про идеальные грядки и не про рекорды урожайности. Это про восстановление баланса. Про то, чтобы почва снова стала живой, чтобы в ней было место и бактериям, и грибам, и червям, и тысячам других существ, которые делают землю плодородной без всякой химии.

Вот, например, моя теплица. Я показывал вам почву на штык лопаты и в октябре и в декабре и сейчас под слоем листвы и снега: она рассыпается в руках, пахнет прелой листвой и грибами — это запах здоровья. Здесь не было ни нитрофоски, ни минеральных удобрений уже много лет. Зато были компост, сыворотка, микроэлементы, правильно подобранные культуры. И самое главное — здесь всегда что-то росло, чтобы поддерживать жизнь в почве.

А ещё я научился ценить мелочи. Например, то, как кабачки, росшие на этой грядке всё лето, сами по себе улучшали структуру почвы. После них земля становится идеальной для рассады. Я собирал её в ящики, добавлял немного торфа и биогумуса — и пусть она стоит всю зиму в подвале, сохраняя свою живую силу.

Иногда меня спрашивают: «А как же магазинная еда? Неужели совсем ничего не покупать?» Я не проповедую полный отказ от покупок. Но я верю в баланс. В то, что даже небольшой участок земли может стать источником не просто еды, а настоящей поддержки здоровья. И в этом — главная идея регенеративного земледелия: не брать у земли всё до последней капли, а помогать ей становиться богаче.

Так что, если вы только начинаете свой путь в садоводстве, не пугайтесь масштаба задач. Начните с малого: не оставляйте почву голой, подкармливайте её органикой, наблюдайте, как меняется структура земли, как появляются новые запахи и ощущения. И пусть январь станет для вас временем размышлений, а не только ожидания весны.

До скорой встречи, друзья! Впереди ещё столько интересного: и про сыворотку, и про микроэлементы, и про то, как правильно подготовить почву к новому сезону. А пока — пусть снег укроет землю, а ваши мысли будут тёплыми и полными надежды на будущий урожай.

На стоге сена со щенками

Здравствуйте, дорогие мои садоводы!

Ну вот, январь… Морозно, снежно, а я с утра опять разгрёб снег на дорожках — и знаете, в этом есть своя тихая радость. Сядешь на тёплый стог сена, рядом щенки тихонько повизгивают, смотрят на тебя своими блестящими глазами, будто спрашивают: «Ну что там, когда весна?» И ты мечтаешь. Мечтаешь о том, как снова зашумит теплица, как потянутся к свету первые ростки, как земля, укрытая листвой, будет тихо дышать под снежным одеялом.

Сегодня у нас понедельник, полдник, за окном — дождь со снегом. Погода такая, что хочется укутаться в тёплый плед, но я не могу сидеть без дела. Вчера было минус три, позавчера ещё холоднее — а значит, самое время подумать о почве. О той самой живой почве, которая кормит нас, если мы научимся её слушать.

В с первыми морозцами снял поликарбонат с теплиц — пора дать земле подышать. Четыре мои теплицы, обжитые, родные, словно маленькие миры, теперь стоят без покрытия. Снег с них я уже счистил, но пусть теперь дожди и ветер делают своё дело — это тоже часть ухода. Мои «кутики и котики» (так я ласково зову своих щенков и котят будто шепчут: «Выйди, погуляй с нами!» И я выхожу. Выхожу, чтобы показать вам, что творится в теплице, что растёт под укрытием, зачем нужны сидераты — и почему я, честно говоря, их не сажаю .Вспомню октябрь

Да, я не люблю сеять сидераты ради сидератов. Но я никогда не оставляю почву голой. Даже в октябре, даже когда кажется, что сезон закончился, я что-то сажаю, чтобы земля была покрыта, чтобы фотосинтез продолжался. Пусть тихо, пусть под плёнкой, пусть в полумраке — но листья работают. Они кормят почву. И когда приходит снег, почва остаётся тёплой, потому что в ней живёт жизнь. А сверху я ещё засыпаю её листвой — это моё одеяло для земли.

Знаете, мои щенки как-то всерьёз «убеждали» меня кормить почву «мясом». Смешно, да? Но в этой детской логике есть зерно истины. Только «мясо» для почвы — это не кусок говядины, а органика: навоз, компост, листовая плесень, всё то, что даёт пищу бактериям и грибам. Бактерии — они ведь на 50 % состоят из белка. Это настоящие «жирные кабанчики», как я их называю. И когда растения в процессе фотосинтеза начинают выделять сахара и аминокислоты, они буквально кормят эту подземную вселенную. Грибы растут, бактерии множатся, и вся эта живая сеть делает почву плодородной.

Я когда-то думал, что без химии, без пестицидов, без магазинных удобрений вырастить хороший урожай невозможно. Думал, что растения обязательно будут болеть, а почва — истощаться. Но я ошибался. И знаете, что меня убедило? Не реклама, не модные тренды, а собственное здоровье.

Пятьдесят лет я проработал заведующим отделением. Сосуды покрылись тромбами, слух и зрение слабели, давление скакало… Я принимал таблетки от гипертонии, от стресса, считал это неизбежной платой за работу. А потом я занялся органическим земледелием. Без химии. Сначала — просто органика, потом — более сложные вещи: работа с микробиотой, микроэлементами, понимание того, как растения сами защищают себя и кормят почву.

И случилось чудо. Не в том смысле, что я вдруг стал бессмертным, а в том, что здоровье начало возвращаться. Холестерин пришёл в норму, давление снизилось, сосуды очистились — и всё это без лекарств. Мы с женой (ей, как и мне, уже 78) прошли полное обследование: КТ, УЗИ, биохимию. У неё нет бляшек, у меня нет бляшек. Гемоглобин в норме, сахар ниже нормы, давление стабильное. Сын-хирург сам всё проверял — и не верил своим глазам.

Как это возможно? Всё дело в тех веществах, которые накапливают растения: антиоксидантах, полифенолах, аминокислотах. Когда растение растёт в живой почве, когда оно не страдает от химии, оно вырабатывает защитные соединения — те самые, что потом становятся нашей защитой. Лесная малина с червячками, свёкла, которую не отмыть от сока, чёрная смородина, выращенная без минералки и опрыскиваний, — это не просто еда. Это целебная сила земли.

Я не называю свои плоды лекарствами — медицина мне этого не разрешит. Но я знаю: то, что я ем, лечит меня изнутри. И я хочу, чтобы вы тоже это поняли.

Мы с женой живём просто: работаем с утра до вечера, без праздников и выходных. Но мы правильно питаемся. Да, у нас разные вкусы: она боится соли, пьёт минеральную воду, высчитывает каждый миллиграмм, а я люблю жареное мясо, жареную картошку, свои овощи, свои корнеплоды. Но у нас общее — мы едим то, что вырастили сами. И это даёт нам силы.

В этом году мы ни копейки не потратили на удобрения, ни на химию, ни на аптечные препараты. У меня в сарае лежит триходерма, и другие добавки для компоста — но я почти ими не пользуюсь. Всё, что нужно, почва делает сама, если её не травить. Я вношу навоз в ящики и сею ячмень, который потом всходит и превращает навоз в биогумус, и этого достаточно. Ящики переворачиваю и мульчирую почву в теплице. Почва начинает кормить себя сама, отращивать свою собственную биоту.

Свёкла у меня вырастает такой, что руку не отмыть — она не просто красная, она бордовая, насыщенная. Всё потому, что в почве есть бор, йод, селен — все те микроэлементы, которые растение берёт из живой земли, а не из пакетиков с удобрениями. Я опрыскиваю листья, чтобы они лучше питались, и свёкла накапливает всё, что ей нужно. А жена отваривает её — так антиоксиданты лучше усваиваются. И мы едим борщи со своей сметаной, в которой живут настоящие, живые бактерии.

Морковь, пастернак, корневой сельдерей, петрушка — всё это мы замораживаем и едим всю зиму. Кабачки, дайкон, лук-порей — они растут рядом, помогают друг другу, создают своё маленькое сообщество. И даже чеснок, который я досадил в прошлом году, даёт силы на весь сезон.

Пряности — ещё один секрет. Кардамон, корица, гвоздика, куркума, смесь перцев — они не просто придают вкус, они добавляют антиоксидантов, улучшают настроение, поддерживают здоровье. На Востоке знают: куркума работает только вместе с перцем. И я следую этой мудрости: добавляю дробленый черный перец и другие пряности в каждое блюдо, чередую их, собираю коллекцию, чтобы каждый день был особенным.

А ещё я опрыскиваю растения сывороткой. Да-да, обычной молочной сывороткой. В ней столько микроэлементов, столько живых бактерий, что растения не болеют, растут крепкими и дают богатый урожай. Картошка у меня — отборная, ни одной больной, сто вёдер и больше. И всё без химии.

Теплицы мои сейчас стоят без плёнки. Морозы уже ударили, дождик идёт, но моя задача — показать вам, как я выхаживал овощи в этих теплицах, как грел томаты агрочехлом, как подогревал землю, чтобы томат Любаша созрела уже в конце мая. В начале сентября томаты отошли, и я посеял овёс, ячмень, пшеницу — чтобы почва не пустовала, чтобы микроорганизмы продолжали работать. А потом повторил в октябре.

Почва должна быть живой. Даже после кабачков, которые росли здесь всё лето, она остаётся идеальной. Я собрал её в ящики, выбрал корни, добавил немного торфа с биогумусом — и она будет стоять в подвале всю зиму, готовая к рассаде. Но ни капли почвы из-под томатов я не возьму — там может быть патогенная биота. А эта земля, после кабачков, — она чистая, богатая, живая.(Хотя сейчас на 4 год РЗ я собрал почву из под томатов для посадки томатов в марте).

Чем выше фотосинтез, тем больше полезных веществ накапливается в растениях. Тем сильнее становится почва. И тем меньше нам нужно покупать в магазинах: ни соков, ни добавок, ни лекарств. Наша земля может дать нам всё, если мы будем относиться к ней с уважением.

Ну что ж, на этом, пожалуй, и закончим. Мурик, Лоржик, слышите? Чем больше плодородия, тем крепче здоровье. И пусть ни одна капля химии не коснётся нашей земли.

До скорой встречи, друзья! Пусть ваша почва дышит, а растения радуют вас урожаем. До свидания!

Январский разговор у грядки

Ну вот… С утра в январе я разгрёб снег на дорожках, сел, наконец, перевести дух — и снова здравствуйте, дорогие мои садоводы! Всего-то два дня перерыва, а кажется, будто целая вечность прошла. Мороз щиплет щёки, под сапогами хрустит наст, а в голове — всё те же мысли о земле, о том, как она дышит даже под снежным одеялом.

Уважаемые регенераторы почвы, садоводы, огородники — мы с вами продолжаем наш непростой, но такой захватывающий разговор о том, как по-настоящему дружить с землёй. Не просто брать у неё, а отдавать, не насиловать химией, а помогать ей жить.

Я уже год подряд твержу вам одну и ту же мысль, и она не становится от этого менее важной: без избыточной химии и минеральных удобрений почва не умирает — она оживает. Да, на минеральных удобрениях можно поднять урожай. Это правда. Но параллельно всегда возникают скрытые дефициты: падает иммунитет растений, и они начинают болеть. А если растение болеет, в нём неизбежно появляются вредные вещества — те самые, которые мы потом несём к себе на стол. И ведь мы сами очень часто это применяем, сами не замечая, как попадаем в эту ловушку. Это плохо. И я хочу, чтобы вы это почувствовали не как сухую формулу, а как личную ответственность перед своей землёй и своей семьёй.

Недавно я пересмотрел свои старые видео — те, что сняты двенадцать лет назад. Конец июня, начало июля, моё картофельное поле. И тут же — кадры этого года, того же самого места, того же времени. И разница… она не просто заметна, она кричит.

Двенадцать лет назад я показывал вам в сравнении свое и соседнее колхозное поле: почва там была буквально убита. Картофель рос, да — но через пару недель он начинал болеть, и фермер был вынужден травить его пестицидами. Сорняков не было — потому что поле несколько раз обработали гербицидами. Там щедро сыпали «минералку», поэтому ботва была сочной, высокой. Но после каждого дождя почва становилась твёрдой, как камень: грязь превращалась в кирпич. И фермер вынужден был снова и снова полоть, окучивать, рыхлить. Вся эта бесконечная борьба с последствиями собственных решений.

А теперь посмотрите на моё поле. Я не применяю вспашку, не использую пестициды, гербициды и минеральные удобрения. Только органика: компост, мульча, сидераты. И картофель растёт не просто хорошо — он растёт по-другому. Живее. Почва оживает. Двенадцать лет назад у соседа едва ли был 1–2 % гумуса, а то и вовсе почти не было — биота была полностью убита. У меня же биота процветает: грибы, почвенные инженеры — червячки, жучки, паучки — все они строят свои тончайшие ходы, насыщают землю кислородом, оставляют копролиты, то есть биогумус. И именно этот живой слой, этот невидимый труд миллионов крошечных помощников, делает почву по-настоящему плодородной.

Я мульчирую, вношу компост, оставляю землю под травами — и вижу, как она отвечает мне урожаем. Мой картофель получается качественнее, вкуснее, полезнее, чем у фермера, который льёт на поле «химию». Это потому, что я отказался от минеральных удобрений ещё двенадцать лет назад, а фермер нет.

Но и тут есть подвох. Даже если вы не пашете, не сыплете «минералку» и вносите много компоста, этого всё равно недостаточно. Без стимуляции фотосинтеза не будет хорошего иммунитета у растений. Именно фотосинтез — тот самый мотор, который позволяет корням выделять сахара и привлекать к себе бактерии и грибы. Это не просто «органика в землю» — это целая живая экономика, где растение буквально кормит свою микробиоту, чтобы та, в свою очередь, добывала для него фосфор, калий, микроэлементы из самой материнской породы.

Когда я снимал те самые кадры двенадцать лет назад, июнь был тёплым, дожди шли вовремя, травы росли буйно. Сейчас, проезжая мимо тех же мест, я вижу, что на нетронутых человеком лугах травы уже не растут так щедро: чуть меньше дождей — и почва не успевает накапливать гумус даже за счёт луговых трав. Экология стала хуже.

А на моём участке благодаря тому, что я годами вносил компост и поддерживал жизнь в почве, качество земли только росло. Урожаи радовали, но случались и стрессы: засуха, болезни, без полива картошка могла погибнуть. Теперь этого почти нет.

За эти двенадцать лет гумус на моём поле заметно увеличился. Осенью я снова обошёл все участки, брал в руки почву, смотрел, как она крошится, как пахнет. На грядке, где росли кабачки (и росли они целый год без минеральных удобрений!), я постоянно опрыскивал их сывороткой с микроэлементами. И знаете, что получилось? Почва буквально преобразилась: структура стала рыхлой, зернистой, в ней появилась та самая живая пористость, которая держит и воду, и воздух. Это настоящая радость для садовода — видеть, как земля становится лучше прямо на глазах.

В чём же разница между старым «природным» земледелием и современным регенеративным подходом? В понимании процессов. Раньше нас учили, что корни сами «переваривают» органику — выделяют ферменты и берут из неё всё нужное. Но это заблуждение. У корней просто не хватает ферментов, чтобы разрушать органику. Настоящее «пищеварение» почвы происходит благодаря микробам и грибам, которых растение привлекает сахарами. Именно бактерии и грибы добывают из почвы недоступные минералы и несут их к корням.

Мой аэрированный компостный чай работает по тому же принципу: я добавляю сахара, пропускаю кислород — и количество бактерий и грибов увеличивается в десятки тысяч раз. Точно так же, как в зоне ризосферы, куда растение закачивает энергию фотосинтеза. Поэтому так важно не просто вносить органику, а создавать условия, при которых она будет быстро и эффективно перерабатываться.

Скашивая траву, я делаю это не только ради компоста. Свежая трава оставленная в междурядьях — это пища для бактерий, которые начинают её перерабатывать прямо на поверхности почвы. А потом в дело вступают червячки: они пропускают органику через свой желудок, создавая биогумус, и прокладывают ходы, по которым к корням поступает кислород. Копролиты — это не просто «отходы» червей, это концентрированное питание для растений, упакованное в идеальную форму.

Обратите внимание на междурядья: у меня они широкие — 60–80 см, и в них растёт много сорняков. Да, звучит непривычно, но именно эта живая полоса поддерживает биоразнообразие, даёт приют полезным насекомым, защищает почву от перегрева и выветривания. И когда я смотрю на разнотравье, на сотни цветов и трав, я вижу не беспорядок, а сложную, тонко настроенную экосистему, которая сама заботится о плодородии.

Сейчас многие пишут мне, что буквально за последние два-три месяца, применяя микроэлементы вместе с сывороткой, они буквально не узнают свою почву: растения стали болеть реже, а иногда и вовсе перестали. Это не магия — это работа с живыми процессами, которые всегда шли в почве, просто мы раньше их не замечали.

Да, химическая промышленность по всему миру давит на науку, деньги идут на исследования, которые выгодны производителям удобрений. Но мы с вами можем пробиваться через эту стену: включать интернет, читать, смотреть, переводить, мотать на ус и делиться опытом. Главное, что меня посмотрело уже два миллиона человек, и кто-то где-то потихоньку начинает применять эти знания.

И ещё одна мысль, которую я раньше не формулировал так чётко. Когда грибы, накормленные растением, оплетают микрогранулы почвы, сверху каждой гранулы работают аэробные бактерии, а внутри, в анаэробных условиях, трудятся другие микроорганизмы. В миллиметре друг от друга — две разные среды, два разных типа «переваривания» органики и минералов. Именно такое сочетание создаёт идеальную почву. Но она становится идеальной только тогда, когда в неё проникают корни самых разных растений — культурных, дикорастущих, даже тех, кого мы привыкли называть сорняками. Все они вместе с микоризой создают ту самую живую сеть, которая удерживает гумус, воду и питательные вещества.

На одном из участков, где кабачки росли пять месяцев, я опрыскивал их сывороткой с микроэлементами. За это время они потратили всего 10 % солнечной энергии на плоды, а 90 % — на то, чтобы качать сахара в почву и кормить грибы. Те, в свою очередь, перерабатывали органику и выделяли углекислый газ, который кабачки тут же усваивали с помощью фотосинтеза. Этот круговорот углерода, сахаров и минералов повторялся десятки, а может, и сотни раз за теплый сезон, и всё это оставалось в почве в виде стабильного гумуса — в виде тех самых почвенных гранул, которые делают землю плодородной на долгие годы.

В конце лета я проехал по полю и взял в руки свою почву. Она была намного темнее, рыхлее, живее. Этим я хочу и вас убедить, что корни напрямую не «переваривают» гумус. Теперь я знаю: настоящие чудеса начинаются, когда мы помогаем растению стимулировать фотосинтез и поддерживать жизнь в почве.

Ну, хватит болтать — щенята пищат, козочки уже выскочили и едят малину. Пойдём посмотрим, что у меня делается рядом с крыльцом. Сегодня на улице −3, иней ещё не сошёл, а работы — не переделать. Но я продолжу трудиться в своём саду и делиться с вами знаниями искренне, от души, с улыбкой и хорошим настроением.