Завоевание строптивой

- Сладкая вата – Вита, - страстным шепотом произнес в её шею Елисей, потирая спину девушки через одежду. – Хочу тебя до одури, Строптивая!

- Пусти, животное! – растопырив пальцы, уперлась ими в лицо Дамирова. – Только о сексе думаешь, плейбой!

- О сексе с тобой, Нагиева! О сексе с тобой! – ответил невнятно, лизнув раскрытую девичью ладонь.

Вита вырвалась, а Елисей уже и не держал, разжав пальцы. Оба шумно дышали, буравя взглядами. Капюшоны с головы спали, волосы всклочились от борьбы и на ветру.

- Видеть тебя не хочу больше! Ты просто самец орангутанга! – топнула ногой Вита, выбивая крошево льда из-под каблука, - и, развернувшись, припустила к подъезду.

- Придет время, и ты все равно будешь моей! Поняла? А если у тебя кто-то есть, то ему же хуже! Отобью любого, кто встанет между нами! – кричал Дамиров в спину убегающей Виталине до тех пор, пока она не скрылась за дверью.

На этот раз он всё испортил. Но сказанного не вернёшь. Елисей пообещал себе, что придет время и он реабилитируется. Главное, что он по-прежнему не безразличен ей. А её гордыню победит терпение и любовь.

Глава 7. Родители

Виталина, едва закрылась дверь в подъезд, прислонилась к ней и шумно задышала. Негодование боролось с самодовольством и Нагиева расплылась в улыбке. Она по-прежнему небезразлична Елисею! Он ее ревнует к воображаемым соперникам. И хотя Дамиров перегнул, потребовав отчет о личной жизни, поцелуй с ним был умопомрачительный. Даже лучше и слаще, чем тогда, в одиннадцатом классе.

Вита оттолкнулась от двери и пошла к лифту. Приложив пальцы к припухшим губам, смаковала ощущения, прокручивая в голове воспоминание о жарких и напористых губах Дамирова. А немного позже, забравшись в постель, вспоминала о его голосе с низким тембром, сильных руках, сжимающих ее тело, нежных пальцах, сплетающихся с ее, и томно вздыхала, беспокойно ворочаясь в постели. Аромат его туалетной воды пропитал ее волосы, став единым. Несмотря на то, что с отцом они пользовались одним брендом, от Елисея пахло иначе: юностью, энергией и… как не стыдно ей признаться: сексом. Кое-как заснув, Виталина видела сон, в котором она не убегала от Дамирова, а стремилась навстречу. Навстречу к мужчине в форме командира воздушного судна. Он сходил с трапа, такой красивый! И Вита бежала, не чувствуя под ногами земли, летела ветром, а когда приближалась, то лик рассеивался и взору представлялась пустота. Виталина проснулась в испуге, что потеряла Дамирова, и села в кровати. Каждый раз сны были разные, но финал один: они никак не могли обнять друг друга.

Ближе к обеду, Виталина зашла к отцу в кабинет и взглядом спросила: могу я поговорить? Влас кивнул и поманил дочь рукой.

- Как встретили Новый год? – пытливо всмотрелся в лицо дочери Влас.

Виталина натужно улыбнулась, не желая делиться с отцом очередным разочарованием, но все же хотелось подробнее расспросить о новом увлечении родителя. Усевшись на колено к отцу, как она часто это делала в детстве, обняла за шею и хитро посмотрев ему в глаза, начала издалека:

- Пап, тебе кое-кто передавал привет.

- Да? И кто же? – Влас в удивлении поднял брови.

- Перестань делать вид, что не догадываешься, - ответила строго и видя, что отец не поддается, выпалила: Дамиров!

- Дамиров…, Дамиров, - задумчиво пожевал губу. – Халид?

- Нет, пап, его сын Елисей! – фыркнула, недовольная, что отец посмеивается над ней. – И почему ты мне не рассказал, что взял под опеку группу ребят из спортивной школы.

Влас открыто посмотрел на дочь и спросил:

- Почему это тебя удивляет? Мне приятно быть полезным своим избирателям. Как-то раз посетив тренировку у Халида Руслановича, я пришел в восторг не только от его упорства и мастерства, но и атмосферы, что царит в зале, от бешенной энергетики детворы, - глаза Власа горели, когда он делился с дочерью впечатлениями. – Отец Елисея вносит неоценимый вклад в новое поколение страны и я не смог остаться в стороне и решил по возможности спонсировать спортивные единоборства, особенно детям из низкобюджетных семей, матерям-одиночкам.

- Совсем не удивляет, пап. Но я чувствовала себя дочерью, которой безразлично чем живут ее родители. Мне сделалось неловко от того, что я не в курсе твоего меценатства, - скуксилась Виталина.

Обхватив шею отца, с упоением слушала как он делится впечатлениями о соревнованиях, которые теперь посещает, пусть и не разделяемых мнением супруги.

Влас, очень желал иметь сына, но Алиса наотрез отказалась рожать второго ребенка. Он обозлился на жену и стал увлекаться посещением соревнований по каратэ.

- Вы помирились? – пытливо посмотрел на дочь Влас.

Вита горестно вздохнула и закатила глаза к потолку. Вновь посмотрев на отца, призналась:

- Да. Но потом снова поругались.

- Вы не можете существовать, чтобы все у вас было гладко, - усмехнулся, прикусив губу Влас Олегович. – Молодые, порывистые.

- Ты тоже против, чтобы мы были вместе? – настороженно спросила Вита.

- Совсем нет. Я лишь желаю тебе счастья, девочка моя, и приму любой твой выбор.

***

- Мам, ты не против, что к нам Демид придет? А то с дедом он уже в открытое наступление переходит. Старик доконал его лекциями о правильности жизни.

Гюнель кивнула в знак согласия, пряча улыбку и продолжила готовить рождественский ужин.

- Что выпить не даёт и укладывает в девять спать? – пошутил Халид, вызвав усмешку жены и сына. – Как вы тут без нас кстати время провели? – требовательно спросил и посмотрел в упор на сына.

Елисей в общих чертах рассказал о встречи нового года, не упомянув про Виталину. Но Халида его ответ не удовлетворил и он спросил прямо:

- С мажоркой своей еще не виделся?

Елисею не пристало врать, да и сестра наверняка сдала их встречу в кафе.

- Виделся, - пожал плечами, напуская безразличие. – Она приходила вместе с другими одноклассницами к нам.

Халид в удивлении поднял брови, ожидая подробностей. К дочери Власа он относился двояко. С одной стороны чиновник ему импонировал и совсем не по причине альтруизма, а как человек располагал, с другой он знал, что пасынок со школьной парты влюблен в его дочь, а он не хотел, чтобы парень так рано ввязался в серьезные отношения. Да и не нагулялся еще. Первая любовь недолговечна.

Дальнейший разговор прервался звонком Демида и Елисей, извинившись, отлучился.

***

Рождество в семье Дамировых отмечали так же, как и мусульманские праздники: ужином в семейном кругу, лишь исключая поход в церковь. Пшеничников, раз познакомившись с родителями Елисея, с радостью спешил к ним в гости. Рано потеряв родителей, инстинктивно тянулся к Нель и Халиду. А еще ему нравилась юная прелестница Фаиза. Порою он представлял ее повзрослевшей девушкой, и эта мысль наполняла нежностью его сердце и… сожалением, что у них разница в годах в десять лет.

Фаиза же наоборот поначалу смущалась улыбчивого и открытого парня, который всякий раз при встрече с ней говорил на равных, как со взрослой.

Когда начали пускать праздничные салюты, дети попросились на ручки к брату и Елисей, подхватил Билала первого, посадив на шею, чтобы лучше видеть праздничное шоу за окном.

Фаиза обиженно насупилась и побежала к стулу, чтобы подтащить к окну и стать выше. Демид, искренне желая помочь девчушке, перехватил ее на полпути: подхватил на руки и, сев на корточки, приказал залезть на спину.

- Смотри скорее, Фаиза! – усадил удобнее на шее, придерживая за ноги. – За голову держись, не бойся, я не уроню. К тому же теперь ты выше брата, - и, взглянув в сторону Елисея, гордо просиял.

Демид был выше Елисея на десять сантиметров.

Девочка сначала напряглась, но, почувствовав, что хватка Демида крепкая, а плечи под попой широкие и устойчивые, облегчено выдохнула и принялась смотреть фонтаны фейерверков за окном.

Елисей, задумчиво посмотрел на друга, чувствуя неловкость, его одиночество и желание стать частью большой семьи.

***

Нагиева и Дамиров после расставания в новогоднюю ночь больше не виделись. Елисей несколько раз звонил Виталине, но девушка игнорировала его звонки, будучи еще обиженной. Если Дамиров считал, что она спит с кем ей взбредет, то какого же он в целом о ней мнения? А доказывать обратное, что она по-прежнему невинна, не хотелось. Ей вообще теперь не хотелось с ним секса. Хотя поцелуй с ним и объятия впечатлили и Виталина постоянно прокручивала в памяти сладостные моменты.

Гордость не позволила Дамирову отправиться к дому Виталины и выманить девушку на улицу. Он решил, что им обоим надо остыть. Для себя же сделал вывод: его чувства никуда не ушли, а были крепко заперты на замок. Скорее даже обострились, примешивая плотское влечение, пугающей силы желание заниматься любовью с той, которую любишь, сходишь с ума.

Сразу после Рождества Елисей и Виталина разъехались по городам, чтобы продолжить обучение.

Так совпало, что пути их на краткий момент пересеклись: Влас вёз дочь в аэропорт, а Халид до границы соседней области и на переезде железнодорожных путей обе машины по судьбоносной случайности остановились перед шлагбаумом на переезде.

Елисей повернул голову вправо и наткнулся на удивленный взгляд девушки из окна рядом стоящего авто.

- Витка…

- Что ты про нее вспомнил? – толкнул его в бок Демид.

Елисей, прикинув время стоянки транспорта, действовал молниеносно: под удивленные взгляды отчима и друга, вылез из машины и подскочил к автомобилю Власа Нагиева.

Виталина заметила приближение Елисея, но не успела и рта раскрыть, как дверца отворилась и голова парня появилась в салоне. Елисей, опираясь ладонью о проём двери, быстро, но уважительно поприветствовал отца Виты и наклонился к девушке.

- Игноришь меня, вредина?! – спросил насмешливо. – Так обиделась, что разговаривать не хочешь, Вит?

- Елисей…, - захлопала глазами Виталина, глядя на него снизу вверх. - Ты совсем обнаглел? Люди вокруг! – заелозила на сидении от волнения и огляделась по сторонам.

- А что мне они, Вит? Мне главное, чтобы ты отвечала взаимностью! – добавил с жаром и в порыве желания, схватил Виталину за затылок и быстро поцеловал.

Железнодорожный состав, простучав колесами, мелькнул последними вагонами и скрылся из поля зрения, колонна машин, стоящих позади начали предупреждающе сигналить, прося поторопиться с прощанием.

- Елисей! – рявкнул Влас. – Прощайся уже!

Дамиров кивнул, нехотя отпуская Виталину из рук, не упустив возможность шепнуть в ухо:

- Я не отступлюсь, Витка! Придет время и ты станешь моей!

Вита, обескураженная его поведением, таращилась на Дамирова, не в силах произнести слова протеста.

Елисей несколько секунд постояв у авто, захлопнул дверцу и проводил взглядом отъезжающий Мерседес, профиль девушки, которую добивается уже который год.

Города снова разведут молодых на полгода…

Глава 8. Марина

- Сегодня мы рассмотрим устройство парашютной системы Д-6, - объявила преподаватель тему урока и вывела на интерактивную доску схему устройства модели парашюта.

Пшеничников склонился к Дамирову и, глядя на подиум, где с упоением делилась знаниями молодая учительница, тихо спросил:

- Так ты что с Маринкой теперь расстанешься? Или двух будешь обхаживать?

Елисей мельком взглянул на учителя спортивной дисциплины и тяжело вздохнул. Не поворачивая головы в сторону соседа, так же тихо ответил:

- Нет. Двоих не буду, - продолжая рисовать макет реактивного самолета. – Это нечестно по отношению к обеим.

- Мажорка дала шанс?

- Можно сказать и так, но мы поругались снова, - произнёс с горечью. - Но теперь я точно знаю, что как любил ее раньше, так и люблю сейчас. Хотя между нами как и раньше всё сложно.

- Вот и я думаю, что для тебя врать бабам - не вариант.

Елисей вновь взглянул с галерки вниз и встретился на миг с глазами Марины. Изобразив мимикой извинения за болтовню, сказал другу:

- Я все улажу, Дём, не переживай за мою совесть.

Урок завершился звонком и курсанты, вскочив со своих мест, быстро разбежались из аудитории. Демид тоже покинул класс, оставив Дамирова наедине с инструктором по парашютному спорту.

Елисей, нарочно тянул со сбором учебников и спустился последним. Кинув на рядом стоящую парту, рюкзак, подошел к постаменту и, облокотившись на поверхность стола, наклонился к девушке. Едва не касаясь носами, задорно произнёс:

- С Новым годом, Марин!

- И тебя, курсант Дамиров! – мило улыбнулась преподаватель. – Вижу, ты в хорошем настроении. Встреча с родными пошла тебе на пользу. Вон даже щеки появились.

- Ага! Матушка баловала разносолами, - усмехнулся в ответ.

- Понятно. А с…, - запнулась, не зная может ли произносить ее имя, но Елисей и так понял о ком подумала Марина.

- Ну, не совсем так, как бы мне хотелось, - протянул Елисей. – Но думаю, что я на верном пути, - потом став серьезным, открыто посмотрев в глаза учительницы, тихо спросил: - Увидимся сегодня? Нам надо поговорить.

Марина, повертев шариковой ручкой, согласно кивнула, сообщив, что напишет ему, когда освободится.

***

Марина Юрьевна была старше Елисея на 6 лет. Имея за плечами многолетний опыт и звание мастера спорта по прыжкам, диплом педагогического университета, второй год вела спортивную дисциплину в летном училище. Вместо карьерного роста, она сбежала из большого города и спряталась в неприметном поселке на карте – Красный Кут. Влюбившись в своего тренера, а позже столкнувшись с непониманием с его стороны, уехала от мужчины, затерявшись среди лётчиков-курсантов. Но не затем, чтобы искать другую любовь, а чтобы решить для себя, что важнее: карьера или семья.

Большинство студентов-парней, особенно новички, скептически относились к девушкам-сокурсницам и преподавателям женского пола, не веря, что слабая женщина может их чему-то обучить в сугубо мужской профессии. Марина привыкла к пошлостям, остротам и ловко отбривала наглецов, желающих облапить при возможности инструктора или пригласить на свидание. Дамиров же выбивался из студенческой толпы: отличался уважительностью, благородством и желанием прийти на помощь, при этом не унижая чьих-то достоинств. Этим и подкупил Марину. Нет, она не влюбилась в юного курсанта, но все равно вышло так, что однажды они оказались в одной постели.

В тот осенний день, совершив на поле показательный прыжок, Марина неудачно приземлилась, растянув лодыжку. Поначалу она мастерски держалась, украдкой приняв обезболивающее и продолжая рассказывать, как собирать парашют, что делать в случае обрыва или спутывания строп, если занесло на высоковольтные провода и за пределы зоны десантирования. Но по окончанию урока, когда они стали уходить с летного поля, поврежденная нога выдала себя хромотой. Дамиров, сгрузив свое снаряжение Демиду, подхватил инструктора и закинул на спину. Марина возмущалась, приказывала отпустить, угрожала наказанием за непослушание старшего по званию, но Дамиров проигнорировав ее угрозы, донес учительницу до медпункта. А позже проводил до квартиры в городке. Марина уже и не помнила, кто произнес заветное слово: останься. Или: я могу остаться?

И он, и она страдали от неудачной любви, нуждались в поддержке, дружбе. Елисей по-настоящему стал мужчиной и был благодарен Марине за преподанный ему сексуальный опыт. Виталина осталась в день выпускного бала в отеле, в мире бесшабашной юности, перечеркнув их будущее одной фразой. Он не переставал ее любить. И одновременно ненавидел в минуты одиночества. И забывался на время в объятиях другой, такой же, как и он, одинокой души. Они не сыпали страстными признаниями, не обещали любви, не планировали будущее. Они дрейфовали в рутине из бытовых забот, урывая маленький кусочек счастья.

***

- Проходи, - широко раскрыла дверь Марина, впуская вечернего гостя.

- Я ненадолго. До отбоя хочу вернуться, - посмотрел в глаза девушке, с порога, давая понять, что пришёл исключительно для разговора.

Марина еще в аудитории, едва встретившись взглядам с курсантом, почувствовала перемены в своём друге-любовнике и готова была к этому разговору.

Девушка пригласила его на кухню, предложила чай, кофе, но Елисей отказался, не желая выглядеть полным наглецом.

- Нравишься ты мне, Марин, и как женщина, и как человек хорошая, - начал Елисей. - И если бы не любил другую…

- Прекрати, Елисей, - оборвала Марина поток его признаний. – Мы с самого начала договорились, что наша связь временная. Мы просто нуждались в поддержке. Моё сердце ведь тоже не остыло к Георгию, - стыдливо отвела взгляд, обхватив себя руками.

Дамиров устало вздохнул и заправил руки в карманы брюк. Желание утешить молодую женщину рвалось из его благородной души, но он решил, что лучше обрубить отношения одним махом, а не растягивать на время, мучая друг друга и свою совесть.

- Я очень тебе благодарен за то, чему ты меня научила. И не только в постели. Ты научила ждать и слушать сердце.

- Будешь добиваться свою Строптивую? – искренняя улыбка скользнула по ее губам.

- У Виталины нет выбора! – подмигнул в ответ.

- Я рада, что встретила тебя, Дам, и надеюсь, ты навсегда останешься таким благородным мужчиной, любящим одну единственную. Твоей мажорке повезло.

Марина подошла к Елисею и дружески обняла. Елисей на миг крепко сжал ее в ответ. Похлопав по спине парня, она отстранилась и, развернув его за плечи, подтолкнула к выходу. А когда Дамиров вышел за порог, назидательно произнесла:

- Смотри, Дам, не оплошай! А то я буду чувствовать, что мои уроки прошли впустую.

Елисей смущенно хмыкнул и ответил:

- Обещаю четко следовать инструкции, товарищ секс-лёт-инструктор! – шутливо отдал честь и исчез в пустом коридоре.

Елисей ушел от Марины навсегда, чтобы начать с начала с той, которую любил по-настоящему.