Случайная няня для отца-одиночки

Всё изменилось, когда мой отец пригрозил лишить меня наследства, если я не стану нормальным отцом. Это стало для меня настоящим ударом. Я понял, что больше не могу продолжать так жить. Отец всегда был для меня примером, и его слова заставили меня пересмотреть свои приоритеты.

Сначала было сложно. Я не знал, как общаться с детьми, как заботиться о них. Но постепенно начал учиться. Сначала это было больше из чувства долга, но потом я обнаружил, что мне нравится проводить время с Марком и Мироном. Они оказались замечательными детьми — активными, любознательными, полными жизни.

Развод с Лианой был неизбежен. Наши отношения давно перестали существовать, и мы оба знали, что пора расстаться. Но Лиана оказалась не только холодной и равнодушной, но и коварной. Она попыталась отравить моего отца, чтобы получить доступ к его деньгам. Это было последней каплей. Её арестовали, и суд лишил родительских прав.

Теперь Лиана сидит в тюрьме, а я остался один с детьми. Но это не беда. Я научился быть отцом, и теперь мои сыновья — самая важная часть моей жизни.

Так, надо бы посмотреть, что там делает новая няня и дети. Как-то долго она находится в комнате с близнецами. Прошлые няни сбегали намного раньше, поливая меня и детей нехорошими словами. А Марьяна там уже полчаса.

Я осторожно открываю дверь и заглядываю в комнату. Первое, что я вижу, это соблазнительную попку новой няни в обтягивающих лосинах. Она стоит на коленках и зовет из-под кровати какого-то Барсика.

Глава 5

Марьяна

После ухода Тимофея атмосфера в комнате резко меняется. Ангельские улыбки исчезают с лиц мальчиков, и они смотрят на меня с каким-то странным выражением — смесь любопытства и презрения. Их взгляды заставляют меня почувствовать себя немного неуютно, но я стараюсь сохранять спокойствие.

— Давайте соберём конструктор вместе, — предлагаю я, пытаясь наладить контакт.

Один из мальчиков приносит коробку и, вместо того чтобы поставить её на стол, высыпает содержимое... прямо мне на голову. Конструктор сыплется на меня, застревая в волосах, проваливаясь под толстовку. Какой ужас! Это же настоящие чертенята!

Я стараюсь не показать своего раздражения. Глубоко вздохнув, я беру себя в руки и спокойно говорю:

— Ну и зачем ты это сделал?

Мальчишки смеются и отбегают в сторону, явно ожидая моей реакции. Я понимаю, что они проверяют меня, пытаются выяснить, насколько я терпелива. Но я не собираюсь поддаваться на провокации.

— Я не трону вас, — говорю я, стараясь говорить мягким, но уверенным голосом. — Вы можете не бояться меня. Думаете, я обижусь на вас и убегу. Нет, дорогие мои, мне очень нужна эта работа.

Если честно, хорошая трепка им бы не помешала. Только пусть это делают их родители. Я знаю, что это не выход. Нужно найти к ним подход, завоевать их доверие.

Мальчишки продолжают наблюдать за мной, их хитрые взгляды следят за каждым моим движением.

Предлагаю детям почитать вместе. Они переглядываются, и я сразу понимаю, что здесь что-то не так. Тем не менее, я осторожно беру книгу, которую протягивает один из близнецов, и устраиваюсь на кровати между ними. Черт! Ощущаю что-то липкое на своих штанах. Поднимаясь, я вижу, что к моей одежде прилипла желеобразная блестящая масса — лизун. От неожиданности я едва сдерживаю крик, но стараюсь сохранить спокойствие.

— Зачем вы опять сделали мне пакость? — спрашиваю я, стараясь не выдавать своего раздражения.

Вместо того чтобы сердиться, я просто снимаю липкую массу со штанов и выбрасываю её в мусорное ведро. А потом быстро захожу в уборную и переодеваю штаны. Хорошо, что захватила с собой лосины.

- Нам не нужна няня! Мы хотим быть с папой. – Говорит один из малышей, и в его голосе слышится упрямство.

— Я понимаю, что вы хотите быть с папой, — отвечаю я, стараясь говорить мягко. — И я уверена, что он тоже хочет быть с вами. Но пока он работает, я здесь, чтобы позаботиться о вас. Мы можем вместе провести время интересно и полезно.

Малыши молчат, словно задумываются над моими словами. Их глаза становятся чуть менее враждебными.

— Я всё равно поеду с вами, нравится вам это или нет.

Мой тон твёрдый, но дружелюбный, пусть слышат, что несмотря на их шалости, я все равно стану частью их жизни.

- Ладно, сдаемся. – Отвечает то ли Марк, то ли Мирон.

Я не научилась их еще различать, для меня они похожи, как две капли воды. Когда стану их няней, то буду их одевать в разную одежду, чтобы не путать.

- Ты можешь достать нам из-под кровати Барсика? – Спрашивает другой близнец. – Он туда залез, и не хочет выходить.

- Что, и кота довели? – Смеюсь я.

Ладно, придется достать это бедное животное. Но не просто так оно туда спряталось.

Я встаю на колени, наклоняюсь и смотрю под кровать.

- Кис-кис-кис – Зову я, иди сюда. – Барсик-Барсик, иди сюда.

Под кроватью темно и ничего не видно. Куда он там спрятался?

Слышу, что сзади хлопнула дверь. Я повернула голову, чтобы посмотреть, кто пришел.

Когда в комнату заходит Тимофей, его массивная фигура снова заполняет весь дверной проем. Он смотрит на меня странным взглядом, видимо не ожидая меня здесь увидеть.

- Что вы делаете? – Спрашивает он, отводя взгляд от моей пятой точки.

- Барсика ловим. – Отвечаю я.

- Какого Барсика? – Удивленно спрашивает папаша.

Все понятно! Меня опять развели эти несносные сорванцы. Теперь стоят и улыбаются своими милыми ангельскими улыбками.

- Игрушечного. – Нахожу, что ответить я. – Простите, немного заигрались.

— Ничего, это же замечательно! Удивительно, что вы еще здесь, — говорит он, внимательно рассматривая меня.

— Да, и похоже, мы подружились с вашими сыновьями, — отвечаю я, стараясь сохранить уверенность в голосе. — У вас просто замечательные дети.

Тимофей продолжает изучать меня взглядом, словно пытаясь понять, что именно произошло.

– Другие няни смогли продержаться не более десяти минут. – Добавляет он с усмешкой. – Как вам это удалось, Марьяна?

- Я же вам вначале говорила, что очень люблю детей.

Да, теперь многое становится понятным. Тимофей наверняка знал, какими непослушными могут быть его дети. Иначе зачем бы он разместил объявление о вакансии няни в интернете? Обычно богатые семьи предпочитают пользоваться услугами специализированных агентств, где кандидаты проходят строгий отбор. Но, видимо, ни одна из предыдущих нянь не смогла справиться с этими сорванцами. Именно поэтому он решил искать няню самостоятельно.

Мне придется полгода находится в одной комнате с этими маленькими чертенятами. Но, это лучше, чем в одной постели с Амировым.

Амиров... Даже мысль о нем вызывает у меня дрожь. Его холодный взгляд, угрожающие слова и властный тон навсегда запечатлелись в моей памяти. Я помню, как он смотрел на меня, словно на добычу, и как его предложение казалось мне ловушкой, из которой нет выхода.

Дети подбегают к отцу и сообщают ему:

— Папа, Марьяна сказала, что полетит с нами! Это правда?

Тимофей слегка приподнимает брови, словно оценивает ситуацию. Затем он обращается ко мне:

— Конечно, — говорит он с легкой улыбкой. — Теперь Марьяна точно полетит с нами.

Присаживаюсь на корточки, обхватываю близнецов за талии и нежно притягиваю их к себе. В их глазах всё ещё видны следы недоверия, но мой жест начинает растапливать лёд. Я мягко улыбаюсь и говорю:

— Знаете, у нас впереди ещё столько дней для веселья и игр. Мы сможем сделать кучу интересных вещей вместе.

Мальчики смотрят на меня с любопытством, их маленькие пальчики слегка расслабляются. Они всё ещё насторожены, но в их взглядах уже мелькает искорка интереса.

— Мы можем строить огромные замки из песка, рисовать целые города или придумывать истории, — продолжаю я, стараясь привлечь их внимание. — А ещё, знаете что? Мы можем научиться готовить вкусные блюда, которые вы любите.

Наконец-то хоть что-то вызывает у них живой отклик. Один из близнецов, кажется, уже забывает о недавних проказах и с интересом спрашивает:

— А мы сможем приготовить пиццу?

— Конечно! — отвечаю я с энтузиазмом. — И не только пиццу. Мы можем сделать много разных блюд, которые вам понравятся.

Их лица начинают светиться интересом, и я чувствую, как между нами устанавливается первая ниточка доверия.

- Думаю, в пятизвёздочном отеле вам не придется ничего готовить. – Усмехается Тимофей. – Вам все будут приносить прямо в номер. И мороженое тоже.

- Ну, это не интересно. – Морщусь я.

- Папа, но мы хотим готовить вместе с Марьяной! – Упрямо говорит Марк.

- Раз так, то организую вам экскурсию на кухню. Дети, мы с Марьяной оставим вас, нам надо обсудить детали нашей поездки.

- Мы скоро увидимся. – Улыбаюсь я близнецам, выходя из комнаты следом за их отцом.

Глава 6

Тимофей

Я снова ловлю себя на том, что рассматриваю Марьяну, сидя напротив неё в гостиной. Мои глаза автоматически скользят по её лицу, пытаясь уловить хоть что-то привлекательное. Но, кроме её толстых очков, которые выглядят немного нелепо, я не могу найти ничего примечательного. Её бесформенная одежда скрывает фигуру, а волосы, собранные в простой хвост, не добавляют шарма.

— У нас самолёт через четыре часа, — сообщаю я, проверяя время на своих часах.

- Что? Уже сегодня? – Взволнованно спрашивает девушка, кидая быстрый взгляд на свой рюкзак.

— К сожалению, да. На вас у меня была последняя надежда, — признаюсь я, чувствуя облегчение от того, что Марьяна согласилась ехать с нами. — И она оправдалась. Это невероятно, что близнецы подпустили вас к себе.

- Сегодня так сегодня. Я готова. – Улыбается девушка.

— Я вижу, что у вас нет с собой вещей, — продолжаю я, заметив, что она приехала с пустыми руками. — Но не переживайте, мы всё купим там. Я тоже не беру много вещей себе и детям.

— Кстати, куда мы летим? – Спрашивает девушка.

Я улыбаюсь, понимая, что она имеет право знать нашу конечную цель.

— На остров Бинтан, говорят, что просто райское место — отвечаю я. — Там наша семья приобрела отель, и я еду, как представитель. Мы планируем провести там следующие полгода.

После обсуждения деталей поездки я провожу Марьяну в столовую, где мы быстро перекусываем перед выездом.

— Вам понравится остров, — говорю я, делая большой глоток кофе. — Там прекрасный климат и красивейшие пляжи. Мы будем жить в отдельной вилле на территории отеля, так что у вас будет достаточно личного пространства. Про ваши выходные мы потом договоримся, когда я посмотрю специфику моей работы.

После еды я загружаю багаж в машину, а Марьяна помогает мне с детьми.

- А где их мама? Она разве с нами не поедет? – Спрашивает девушка.

Я все ждал, когда же она спросит об этом. Хватит ли ей смелости?

— Лиана, их мать, сейчас не с нами, — начинаю я, стараясь подобрать правильные слова. — Мы развелись пару лет назад, ее лишили родительских прав. Причина... сложная, но, скажем так, она не была лучшей матерью.

- Понятно, извините, если задела за живое. – Тихо отвечает Марьяна и переключает все внимание на детей.

— Ничего страшного. Я стараюсь быть для них и мамой, и папой, — продолжаю я, чувствуя, как тяжесть прошлого немного отпускает. — Но, честно говоря, мне это непросто. Особенно когда приходится совмещать работу и воспитание. Вот, пришлось прибегнуть к вашей помощи, Марьяна.

В аэропорт мы едем в полной тишине. Мальчики на заднем сидении, укрытые пледами, крепко спят в своих автокреслах. Я краем глаза наблюдаю за Марьяной, сидящей рядом со мной. Она держит в руках лямку своего рюкзака и нервно теребит её пальцами.

— Переживаете? — спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос прозвучал спокойно и ободряюще.

Марьяна на мгновение замирает, а затем, слегка покраснев, отвечает:

— Немного... То есть, нет. Просто я никогда ещё не летала.

Эти слова вызывают у меня улыбку. Её откровенность и честность мне нравятся.

— Первый раз всегда волнителен, — говорю я, пытаясь её успокоить. — Но поверьте, это совсем не страшно. Тем более мы полетим в бизнес-классе. Вы и оглянуться не успеете, как мы уже приземлимся. Тем более, что дети не позволят нам скучать и бояться.

Марьяна кивает, но её пальцы продолжают нервно играть с лямкой рюкзака.

Моя рука тянется к её руке, кончики моих пальцев касаются её нежной кожи. Этот контакт длится долю секунды, но в этот короткий миг я ощущаю, как её тело мгновенно реагирует на прикосновение. Она вздрагивает, слегка отводит руку, но не отстраняется полностью. В её глазах мелькает удивление, смешанное с лёгкой тревогой.

— Как ваш босс, я приказываю вам успокоиться, — говорю я с лёгкой улыбкой, стараясь разрядить обстановку. — Вы летите на шикарный пятизвездочный курорт. Только море, солнце и пальмы. Ну и, конечно, два шкодливых близнеца.

Последние слова я сопровождаю смехом, и вижу, как уголки её губ слегка поднимаются в ответной улыбке. Её напряжение немного спадает, и я рад, что смог её немного успокоить.

— Спасибо, — тихо говорит она, отводя взгляд.

Мы удобно устраиваемся в салоне самолёта. Марьяна бережно пристёгивает ремни безопасности Мирону, с которым она сидит рядом. Я сажусь с Марком через проход от них.

Когда самолёт плавно набирает скорость, Марьяна крепко вцепляется в подлокотники кресла. Её лицо выражает лёгкое беспокойство. Девушка, пытаясь отвлечься от своих мыслей, слушает бесконечный поток слов Мирона, сидящего рядом с ней. Мальчик что-то увлечённо рассказывает, жестикулируя и периодически посматривая на неё.

В этот момент я ловлю её взгляд и, неожиданно для самого себя, подмигиваю ей. Её губы слегка растягиваются в слабой улыбке, и её хватка на подлокотниках немного ослабевает. Девушка продолжает слушать Мирона, который, кажется, не собирается прекращать свой монолог.

«Всё-таки эти очки придают ей особый шарм," — думаю я, пытаясь подавить улыбку. — "Кто бы мог подумать, что толстые линзы могут быть такими... очаровательными? Интересно, а как она выглядит без них»?

Я пытаюсь представить её без очков, но тут же ловлю себя на этой мысли и решительно отгоняю её прочь.

«Нет-нет, — говорю я себе, — это совершенно неприемлемо. Она здесь, чтобы заботиться о моих детях, а не быть объектом моих фантазий. Какого черта я смотрю на нее, как на женщину»?

Может, дело вовсе не в Марьяне? Может, просто у меня давно не было женщины? Да уж, после развода прошло столько времени, что я, наверное, начал видеть потенциальных партнёрш везде, где только можно. Редкие одноразовые связи с едва знакомыми девушками из ночных клубов я в расчёт не беру. Все-таки я мужчина в самом расцвете сил.

Мысль о том, что на острове я встречу какую-нибудь знойную красотку, внезапно всплывает в моем сознании. Представляю себе: белый песок, бирюзовое море, пальмы... и длинноногая красавица в бикини, которая случайно оказывается рядом. А может, даже не одна!

- Папа, я в туалет хочу. – Зовет меня Марк.

Все мечты о пляже и знойных красавицах мгновенно улетучиваются, как дым. Реальность возвращается в виде двух активных близнецов и девушки в толстых очках и бесформенной одежде – нашей новой няни.

Глава 7

Марьяна

Когда бортпроводник подходит к нам с тележкой напитков, я вежливо отказываюсь, а Тимофей заказывает виски.

Потом он аккуратно переносит спящего Мирона на своё место, а сам садится рядом со мной. Я чувствую лёгкое волнение, когда он оказывается так близко.

— Может, я подарю вам пособие: "Как выжить на острове с двумя непослушными близнецами"? — Его глаза искрятся юмором, и я не могу удержаться от смеха.

— О, это было бы весьма кстати, — отвечаю я. — Особенно если там будут главы о том, как справиться с липкими сюрпризами и бесконечными разговорами.

Тимофей смеётся, и его смех звучит искренне и тепло.

— Поверьте, я сам иногда чувствую себя героем выживания, — говорит он, качая головой. – Может, все-таки бокал вина?

- Только если вы настаиваете.

- Конечно настаиваю, я же теперь ваш босс, и вы должны подчиняться мне. – Смеется он.

Его шутка заставляет меня улыбнуться, и я принимаю бокал вина, который приносит бортпроводник. Мы поднимаем бокалы, и Тимофей произносит тост:

— За успешное выживание на острове!

— За новую работу. Я так понимаю, и у вас она тоже новая? — Я делаю маленький глоток, чувствуя, как вино согревает меня изнутри.

Тимофей кивает, улыбаясь.

— Можно сказать и так, — отвечает он, делая глоток виски. — Управление отелем — это не то, чем я занимался раньше. Но, как говорится, в каждой профессии есть свои плюсы и минусы.

Очки начинают запотевать, и я чувствую, как дискомфорт усиливается. Я стараюсь протереть их, но понимаю, что это бесполезно. Снимать их нельзя, ведь это главный элемент моей маскировки.

В этот момент я замечаю, что Тимофей наблюдает за мной с интересом.

— Вы в них даже спите? — спрашивает он с лёгкой улыбкой.

Я краснею и делаю вид, что протираю очки.

— Ну, почти, — отвечаю я, пытаясь скрыть смущение. — Без них я как без рук.

Тимофей смеётся, и его смех звучит искренне и тепло.

— Знаете, — говорит он, наклоняясь ближе, — вы выглядите в них очень мило. Они придают вам особый шарм.

Чёрт! Чувствую, как щёки начинают пылать. Не хватало только, чтобы он начал проявлять интерес ко мне! Глядя на него, вряд ли я смогу устоять. Его внешность просто огонь, а его тело... Кажется, что каждая мышца на нём идеально сформирована, и даже его улыбка кажется опасной.

— Э-э, спасибо, — бормочу я, пытаясь скрыть смущение. — Очки — это необходимость, увы.

Тимофей улыбается, и его глаза сверкают загадочным блеском. Он наклоняется ближе, и я чувствую лёгкий аромат его одеколона — свежий, древесный, манящий.

"Что он делает?" — думаю я, стараясь сохранять спокойствие.

Его улыбка кажется такой искренней и привлекательной, что я не могу не улыбнуться в ответ. Но в глубине души я понимаю, что это опасно. Он мой работодатель, и наши отношения должны оставаться профессиональными. Но почему тогда я не могу перестать думать о том, как близко он находится?

Я делаю глоток вина, чтобы успокоиться, но оно только усиливает это странное ощущение.

- Почему такая молодая девушка, как вы, решилась отправиться на другой край света ради заботы о чужих детях? – Этот вопрос Тимофея застигает меня врасплох, что я едва не кашляю, делая глоток вина.

Кровь приливает к щекам, и стараюсь собраться с мыслями.

- Ой, ну, знаете... Наверное, потому что мне было скучно сидеть дома и смотреть сериалы! А тут — приключение, экзотика и два маленьких энергозатратных человечка, которые заставляют тебя бегать весь день, словно ты участвуешь в марафоне. Ну и, конечно, вино. Вино тоже сыграло свою роль.

Тимофей усмехается, качая головой:

— Ну, если бы я знал, что всё дело в вине и скуке, то предложил бы вам остаться в Питере и устроить вечеринку! Без детей, но с вином. Хотя... — он делает паузу, — судя по вашему энтузиазму, дети-то вам нравятся больше, да?

Его глаза искрятся юмором, и кажется, что он вот-вот добавит что-то ещё, но сдерживается, наблюдая за моей реакцией.

Я слегка краснею, но быстро прихожу в себя и отвечаю с улыбкой:

— Ну, если честно, дети — это отдельная история. Они такие забавные! Иногда хочется сбежать, но потом они делают что-то настолько милое или смешное, что ты уже не можешь их бросить. А вино... ну, это просто бонус!

Тимофей смеётся, поднимая бокал:

— Вот это настрой! Похоже, вы нашли своё призвание. А что насчёт личной жизни? — спрашивает он, и его голос звучит мягко, но с интересом. — Не боитесь, что упустите что-то важное, уезжая так далеко?

Моя рука на мгновение замирает возле бокала, но я быстро беру себя в руки и делаю вид, что этот вопрос меня ничуть не смутил.

— Личная жизнь? — переспрашиваю я, стараясь говорить легко и непринуждённо. — Да она же как поезд: если один ушёл, значит, следующий точно придёт. Главное — не пропустить свою станцию!

Тимофей улыбается, явно оценивая мой ответ.

— Интересно, а какая у вас станция? — интересуется он, наклоняясь чуть ближе. — Есть какие-то особые критерии?

Я пожимаю плечами, пытаясь скрыть лёгкое волнение.

— Ну, чтобы было интересно, весело и, желательно, без драм. А вообще, главное — чтобы человек был хороший. Всё остальное приложится.

Тимофей кивает, задумчиво глядя на меня.

«Ох, Марьяна, ну куда же ты катишься»?! — строго одёргиваю я саму себя, когда волна тепла разливается по телу после очередного глотка вина. — «Ты же сюда не за романом прилетела, а за работой! А сама сидишь, глазки строишь своему новому боссу, который, кстати, чертовски хорош собой».

Если уж я решила стать няней на другом краю света, то хотя бы не буду превращаться в героиню дешёвого романа про любовь на работе. Поэтому мне надо прекратить пялиться на его улыбку и сосредоточься на чём-нибудь менее опасном. Например, на салате, который передо мной.

Тимофей, видимо уловив мою внутреннюю борьбу, наклоняется чуть ближе и с легкой улыбкой спрашивает:

— А что это вы замолчали? Поделитесь, о чем думаете?

Я делаю глубокий вдох, стараясь не выдать, как бешено колотится мое сердце.

— Да так, ничего особенного, — бормочу я, стараясь выглядеть равнодушной. — Просто подумала, что, может, нам стоит обсудить мой график работы на следующей неделе или что-то в этом духе.

Тимофей приподнимает бровь, явно не веря ни единому моему слову.

— График работы? — переспрашивает он с усмешкой. — Уверен, что это не самое интересное, о чем вы могли бы подумать.

Я краснею, чувствуя, как вино окончательно лишило меня способности притворяться спокойной.

— Ладно, признаюсь, — говорю я, решившись на честность. — Просто думала, что, возможно, стоило бы остановиться на одном бокале. Но, видимо, мы оба решили иначе.

Тимофей смеется, и этот звук почему-то заставляет меня чувствовать себя одновременно смущенной и счастливой.

— Ну что ж, — говорит он, поднимая свой бокал. — Тогда предлагаю тост: за смелую девушку по имени Марьяна, и за ее босса...

Глава 8

Тимофей

Открываю глаза и сразу чувствую, как голова слегка гудит. Вчера явно перебрал. Свет пробивается сквозь шторки иллюминаторов, и я морщусь, прикрывая глаза рукой. Рядом никого нет — ни Марьяны, ни близнецов. Видимо, они уже проснулись и ушли. Наверное, в туалет.

Плед, которым я накрыл Марьяну прошлой ночью, аккуратно сложен на ее кресле. Вспоминаю, как она заснула, а я сидел рядом, думая о том, какой интересной и смелой она оказалась. Потом, видимо, и сам отключился.

Бортпроводница приносит мне завтрак — омлет с томатами и круассан. Как-то уж очень широко она мне улыбается. Что-то очень ее рассмешило. В этот момент возвращаются Марьяна и близнецы. Дети радостно бегут ко мне, а Марьяна с улыбкой помогает им устроиться в креслах.

— Доброе утро! — приветствует она, и её голос звучит мягко и дружелюбно.

— Доброе, — отвечаю я, стараясь не показывать, что всё ещё немного ошарашен вчерашним вечером. — Как спалось?

Она улыбается, поправляя волосы.

— Отлично, спасибо. А вы?

— Нормально, — отвечаю я, хотя на самом деле помню только, как смотрел в потолок до тех пор, пока не уснул. – Мы же вроде вчера на «ты» перешли?

- Ой, я забыла.

Дети начинают возиться с едой, и Марьяна присаживается рядом, помогая им справиться с пакетиками сока.

Когда Марьяна выходит из туалета в новой одежде, я невольно задерживаю дыхание. Белая футболка облегает её фигуру, подчеркивая изящные линии, а шорты открывают стройные ноги.

Оказывается, под той безразмерной толстовкой скрывались не только красивые глаза, но и весьма соблазнительная фигура.

«Ого», — думаю я про себя, — «У моей няни ещё и грудь есть, и не маленькая. Размер третий, не меньше».

Еще бы очки сменила на линзы.

Марьяна садится обратно в кресло, поправляя хвост, и я ловлю себя на том, что не могу отвести взгляд. В голове мелькает мысль:

«Может, это виски всё-таки не вышло из организма»?

Но нет, алкоголь тут ни при чём. Просто Марьяна выглядит потрясающе, и это невозможно не замечать.

— Ты... эээ... отлично выглядишь, — выдавливаю я, стараясь говорить естественно, но получаю в ответ лишь лёгкий румянец на её щеках.

— Спасибо, — отвечает она, улыбаясь. — Жарко же будет на острове, пришлось переодеться.

«Да, жара точно будет», — думаю я, но уже по другим причинам.

Я провожу рукой по волосам и нахожу что-то липкое. Чёрт! Это же пластилин. Смотрю на сыновей, которые мгновенно утыкаются в мониторы, понимая, что попались. Марьяна виновато улыбается и объясняет:

— Это пока мы спали, они нашли в рюкзаке пластилин и решили нас с тобой… украсить. В моих волосах тоже были цветные бусинки. Но не переживай, это воздушный пластилин — он хорошо отмывается простой водой.