Попаданка в злодейку. Жатва императора

***

Пробуждение было медленным, ленивым. Первое, что я осознала — тепло. Приятное, обволакивающее тепло со всех сторон. Второе — я больше не в коконе. Одеяло было отброшено в сторону.

Третье — меня кто-то крепко обнимал.

Я замерла, боясь вздохнуть. Тяжелая мужская рука лежала у меня на талии, прижимая мою спину к широкой, горячей груди. Чье-то ровное дыхание щекотало кожу на затылке.

Дэонар.

Мой мозг взорвался паникой. Как?! Когда я засыпала, между нами было расстояние. Теперь же мы лежали, переплетясь ногами, как пара давних любовников. Я чувствовала тепло его кожи через тонкую ткань своей сорочки.

Я осторожно, миллиметр за миллиметром, попыталась отодвинуться, но его хватка тут же стала крепче. Во сне он притянул меня еще ближе, и я почувствовала, как его губы коснулись моей шеи.

— Не двигайся, — пробормотал он сонным, хриплым голосом.

Сердце пропустило удар. Он проснулся?

— Отпусти, — прошептала я.

— Нет, — его голос был странным. Мягким, почти нежным.

— Дэонар...

— Тихо...

Его рука медленно скользнула с талии на мой живот, прижимая еще плотнее. Я ощущала каждый мускул его тела. И что-то еще, твердое и горячее, упирающееся мне в поясницу, от чего щеки вспыхнули огнем.

— У-убери руки — выдохнула я, готовясь их ему оторвать.

Вместо ответа он уткнулся лицом в мои волосы и глубоко, шумно вдохнул их запах.

— Инес... просто полежи спокойно... — прошептал он так тихо, что я едва разобрала слова.

12

Инес. Какая-то Инес. Да хоть Медуза Горгона — плевать.

Сейчас меня волновало не чужое имя, прошептанное в полусне, а вполне себе реальная, тяжелая мужская ладонь на моем животе. И наглое, горячее тело, вжимающее меня в перину так, будто оно на то хоть какое-то право имело!

Это было вторжение. Нарушение всех мыслимых и немыслимых границ. Бесцеремонное присвоение моего личного пространства!

Я дернулась, как от удара тока, готовая развернуться и оставить на наглой имперской физиономии пару памятных автографов ногтями. Но в этот самый миг в дверь грохнули. Не постучали — именно грохнули. Три резких, отрывистых удара, короткая пауза, и еще три.

Дэонар проснулся мгновенно. Сонная, почти нежная дымка слетела с него, как маска, обнажив хищника. Ледяного, собранного, опасного. Его рука исчезла с моего живота, жар его тела отхлынул. Кровать качнулась — он бесшумно, как пантера, соскользнул с нее.

— Проклятье, — в голосе ни следа утренней хрипотцы. Только сталь.

Краем глаза я видела, как он одним плавным движением запахивает халат. Затем обернулся, и его колючий взгляд пригвоздил меня к кровати.

— Не двигайся, — приказ, не терпящий возражений. И прежде чем я успела что-либо подумать, он накинул на меня одеяло.

Стук повторился. Настойчивее. Требовательнее.

Дэонар рванул дверь на себя.

На пороге стоял высокий мужчина в темной дорожной одежде. Иссиня-черные волосы, такие же темные, непроницаемые глаза и лицо породистого хищника. В руках он держал сверток. Его взгляд молнией пронесся по комнате, на долю секунды зацепился за меня — оценивающе — и вернулся к императору.

— Рэйв, — холодно процедил Дэонар. — Для верного пса ты слишком долго гонялся за дичью.

Незнакомец криво усмехнулся, обнажив клык.

— Дичь оказалась пугливой. Пришлось немного поплутать, чтобы не оставить следов для других охотников.

— И?

— Все готово.

Рэйв снова впился в меня взглядом. Таким неприятным, буравящим, что у меня по спине пробежал ледяной холодок.

— Она поразительно похожа, — произнес он наконец, и его тихий, глубокий голос заставил меня замереть.

Атмосфера в комнате треснула. Дэонар напрягся всем телом.

— Заткнись. — Два слога, прозвучавшие как удар хлыста.

— Прости, — Рэйв лениво пожал плечами, но взгляда не отвел. — Просто... одно лицо.

— С кем?! — мой голос сорвался, прозвучав резче, чем я хотела. Но молчать я не собиралась.

Пауза затянулась, становясь почти осязаемой.

— Неважно, — отрезал Дэонар, поворачиваясь к мужчине. — Докладывай.

— Карета внизу, — Рэйв протянул сверток. — Чистая одежда. Если выедем сейчас, к полудню будем во дворце.

— Хорошо. — Дэонар забрал сверток из его рук. — Полчаса на сборы.

Рэйв кивнул и уже было направился к выходу, но на пороге замер, бросив на меня последний, тяжелый взгляд. В его темных глазах плескалась тревога.

— Дэонар, — сказал он тихо, не сводя с меня глаз. — Уверен, что это не создаст проблем? Новых проблем.

Император молчал, испепеляя его взглядом.

— Ригида, конечно, будет рада. Да и остальные…

— Рэйв, — в голосе моего мужа зазвенел лед. — Не. Продолжай.

Темноволосый поднял руки в примирительном жесте и, качнув головой, скрылся за дверью. В комнате повисла гнетущая тишина, густая, как кисель.

Не говоря ни слова, Дэонар развернул сверток. Темные штаны, белая рубашка, кожаная безрукавка. Пока он быстро и четко одевался, я чувствовала, как внутри закипает любопытство.

— Кто такая Инес?

Он замер, застегивая пряжку ремня. Медленно обернулся. Его взгляд был острым, как скальпель.

— Откуда это имя?

— Ты звал ее во сне.

На его лице не дрогнул ни один мускул, но я видела, как на скулах заходили желваки. — Забудь, — отчеканил он. — И больше никогда не произноси это имя.

— Почему? Это твоя любовница? — я решила, что имею право знать имя той, что в будущем, вероятно, попытается выцарапать мне глаза или подсыпать яд в вино.

— Она мертва, — бросил он с таким холодом, что у меня все внутри заледенело. — Мертва. И это все, что тебе нужно знать.

13

Он бросил мне сверток.

— Одевайся. У нас мало времени.

Я развернула ткань. Дорожное платье без изысков и мягкие тряпичные туфли. Императорской роскошью и не пахло.

— Отвернись.

Кривая усмешка тронула его губы, но он молча отвернулся к окну. Я пулей выскользнула из халата и натянула на себя это недоразумение.

— Готово.

Мы вышли в пустой коридор. У крыльца нас ждала неприметная черная карета без гербов. Полная анонимность. Дэонар помог мне забраться внутрь, и я утонула в темно-красном бархате салона. Он сел напротив. Карета тронулась.

Я смотрела, как за окном проплывает чужой мир, и понимала: с каждым оборотом колеса я лечу прямиком в змеиное гнездо. В логово заговора против мужчины, который сидит напротив. И я — между молотом и наковальней.

Он молчал, прикрыв глаза. Но я видела, как подрагивают его пальцы, отбивая на подлокотнике какой-то нервный ритм.

Прошел час. Или вечность. Я уже начала проваливаться в дрему, когда землю сотряс гул. Низкий, нарастающий. Топот множества копыт. И он стремительно приближался.

Дэонар распахнул глаза. Вся расслабленность слетела с него вмиг. Он превратился в натянутую стальную струну.

— Что там?! — рявкнул он кучеру. — Всадники, господин! Догоняют!

Резкий рывок. Карета встала как вкопанная. Снаружи — дикая какофония: лязг стали, яростные крики, ржание лошадей. Нас взяли в кольцо.

Дэонар вылетел из кареты одним плавным, смертоносным движением. Я вжалась в окно. Вокруг нас кружили всадники в черном, лица скрыты масками. Один из них замахнулся мечом…

И тут руки Дэонара вспыхнули.

Не метафорически. Буквально. Его ладони окутало ледяное, потустороннее голубое сияние. Он вскинул руку, и с его пальцев сорвался сгусток света. Нападавшего отшвырнуло от лошади, словно тряпичную куклу. Он рухнул на землю и больше не шевелился.

Магия. Настоящая, мать ее.

То, что последовало дальше, было похоже на смертельный танец. Дэонар не сражался, он струился между врагами, уклоняясь от ударов с нечеловеческой грацией. Его тело было оружием, а руки — продолжением его воли. Голубое сияние пульсировало, становясь то ярче, то тусклее. Касание — и всадник летит с седла. Взмах — и лошадь в панике встает на дыбы. Это было жутко. И завораживающе.

Кровь. Брызнула первая кровь, и я отвернулась. Сердце колотилось в ребрах, а в голове билась одна-единственная мысль. Шанс. Вот он. Мой шанс на побег. Пока он занят, пока весь мир сузился для него до этой поляны…

Я уже потянулась к ручке дверцы, но ледяной голос разума заорал прямо в ухо.

«Бежать? Куда, идиотка?! В лес, в этом платье, тряпичных туфлях, без еды и денег? Чтобы сдохнуть в первой же канаве или стать обедом для волков? Гениальный план, Марина!»

Опасность знакомая или неизвестность, которая гарантированно тебя убьет? Выбор, если честно, так себе.

Я осталась.

Последний нападавший попытался удрать. Дэонар лениво протянул руку в его сторону. Бело-голубая вспышка — и беглец замертво рухнул с коня.

Тишина. Резкая, оглушающая.

Дэонар подошел к карете. Достал из кармана белоснежный платок и медленно, методично вытер с пальцев чужую кровь. На его одежде — ни пятнышка. Дыхание — ровное. Будто не бойню только что устроил, а на утренней прогулке бабочек ловил.

Он сел напротив. И криво усмехнулся, глядя мне прямо в глаза.

— Умница. А я был почти уверен, что ты сбежишь.

14

Я не ответила. Да и захотела бы — не успела.

Низкий, нарастающий гул проник сквозь стенки кареты, заставив меня снова напрячься. Снова стук копыт.

Дэонар выглянул наружу, и только когда всадник вынырнул из-за поворота, мускулы на его лице чуть расслабились. Совсем немного.

— Рэйв, — бросил он мне и вышел из кареты.

На этот раз оставаться внутри я не хтелаю. поэтому мышью выскочила следом.

На вороном, взм