Агентство "Криминальный блеск"

Люси тепло попрощалась с Сэмом и Марком, запрыгнула на водительское сиденье своего верного «Доджа» и, наконец-то выключив навигатор, тихонечко поехала домой, в Квинс.

Дорога до дома заняла чуть больше получаса. Нью-Йорк за панорамным стеклом минивэна медленно погружался в вечерние сумерки, зажигая миллионы неоновых огней.

На улице стояла сонная и блаженная тишина спального района. Никаких черных внедорожников, никаких громил в очках. Просто тихий вечер.

Она открыла входную дверь и шагнула в полумрак прихожей, сразу уловив умопомрачительный, густой аромат наваристой солянки. Бабушка Эл сидела в своем старом потертом кресле в гостиной. На ней был всё тот же леопардовый халат, на голове — бигуди, а глаза скрывали неизменные очки-авиаторы. В полумраке комнаты лениво вился сигаретный дым.

— О, явилась, — скрипучим, прокуренным голосом произнесла старушка, даже не повернув головы. Она шумно повела носом и хмыкнула. — Ну и букет, Люси. От тебя разит крематорием? Ты там что, устроила прощальный костер для своего элитного британца?

— Привет, ба, — устало улыбнулась Люси, разуваясь на ходу и проходя в комнату. — Мистер Сноу жив и здоров. А в крематории мы просто… утилизировали кое-какие рабочие отходы. Чисто производственная необходимость.

— Ну-ну, ты ведь была снова на его заказе? — Эл невозмутимо стряхнула пепел в жестяную банку. — Надеюсь, этот твой холеный миллионер оплатил тебе филигранную работу по заветам дона Корлеоне? Или ты опять вкалывала за беспроводной пылесос и спасибо с английским акцентом?

Люси молча достала из кармана комбинезона тяжелый кожаный конверт и аккуратно положила его на кофейный столик прямо перед бабушкой.

Слепая Эл безошибочно протянула руку, взяла конверт, взвесила его на ладони, пощупала толщину пачки и удовлетворенно хмыкнула. Её лицо под огромными черными очками расплылось в довольной ухмылке.

— Хм. Роскошно. Ладно, девочка, беру свои слова обратно. Ради таких котлет можно и в крематорий. На Флориду нам, конечно, еще чуть-чуть не хватает, но шведский комод мы теперь можем не собирать из обломков, а просто купить новый. Желательно такой, для которого не нужен диплом инженера.

Старушка по-хозяйски спрятала конверт в глубокий карман леопардового халата и кивнула в сторону кухни.

— Марш за стол. Суп на плите, еще горячий. Ешь, смывай с себя этот мафиозный флёр и дуй в кровать. Ты уже, небось, с ума сходишь от недосыпа.

— Спасибо, ба, — выдохнула Люси.

На кухне она налила себе полную тарелку обжигающего, густого супа. С каждым глотком ужас портового ангара, звук выстрела и ледяной взгляд Генри Сноу окончательно таяли, уступая место простому домашнему уюту.

Спустя пятнадцать минут, приняв душ, Люси доплелась до своей спальни, плотно задернула шторы и упала на кровать прямо в домашней футболке. Стоило голове коснуться подушки, как сознание отключилось мгновенно. Ей не снилось абсолютно ничего: ни стены склада, ни зеленые глаза раненого британца, ни усмехающийся комод. Только блаженная, темная и совершенно безопасная пустота.

Утро для Люси наступило неприлично поздно — в начале первого после полудня, когда солнце уже вовсю пробивалось сквозь щели плотных штор. Она потянулась, чувствуя приятную, ленивую ломоту во всем теле. Блаженство длилось ровно до того момента, пока под подушкой настойчиво и агрессивно не завибрировал телефон.

Люси заворчала, зарылась носом в одеяло, но гаджет не унимался. Нащупав трубку, она, не открывая глаз, провела пальцем по экрану:

— Клининг «Криминальный Блеск», мы сотрем любое прошлое… — прохрипела она со сна свой дежурный слоган. — Если вам нужно отмыть плитку, у меня бессрочный отпуск. На пару месяцев.

— Люси! Слава богу, ты взяла трубку! — в динамике раздался голос Стью. Детектив Макларен звучал так, словно его переехал бронированный «Кадиллак», а потом сдал назад, чтобы проверить работу. Голос был хриплым, помятым и откровенно несчастным.

Люси мгновенно села на кровати, сбросив остатки сна.

— Стью? Ты как? Ковер высох?

В трубке раздался тяжелый, страдальческий вздох, а затем глухой стук — похоже, Макларен уронил голову на стол.

— Ковер высох, Лю. Стал чище, чем при покупке. Хозяин из мэрии так растрогался, что даже пообещал мне премию. Но… черт, Люси, у меня раскалывается голова. Я вчера после твоего эффектного исчезновения совершил самую большую глупость в своей карьере.

Внутри Люси снова подозрительно екнуло.

— Так, Макларен, только не говори, что ты всё-таки поехал за «Кадиллаком» на своем служебном Форде.

— Хуже, — простонал Стью. — Я вернулся в участок, злой как черт, и решил пробить номера этого «гроба на колесах» по нашей внутренней базе данных убойного. Думал, найду зацепку, приеду спасать тебя от вымогателей, как в кино…

Люси затаила дыхание, крепче сжимая смартфон.

— И что выдала база?

— Ни-че-го, — уныло протянул рыжий детектив. — В том-то и фокус. Экран просто мигнул, а через пять минут ко мне в кабинет зашел капитан. Лично. Положил руку на плечо и очень тихо, вежливо сказал, что если я еще раз нажму хоть одну кнопку в поисках этих номеров, то следующие двадцать лет буду патрулировать белок в Центральном парке. В лучшем случае. Номера оказались под глухим федеральным блоком МИД или ФБР, я так и не понял.

Стью замолчал, шумно шмыгнув носом. На заднем плане послышался шорох бумажного пакета — видимо, он пытался реанимировать себя пончиком.

— Люси… — его голос стал совсем тихим и непривычно серьезным. — Я, конечно, не самый умный коп в Бруклине. Но я не идиот. Твой «заказчик из сети отелей» — это очень, очень опасные люди. Капитан намекнул, что туда лучше не совать нос, если хочешь дожить до пенсии. Скажи честно… они тебе угрожают? Ты из-за них вчера уехала?

Люси почувствовала, как к горлу подкатывает легкий укол вины перед этим простодушным парнем. Стью действительно пытался её защитить, хоть и сделал это максимально неуклюже.

— Стью, послушай меня, — мягко, но уверенно произнесла она, поправляя растрепанные волосы. — Никто мне не угрожает. Это действительно был очень специфический, очень богатый корпоративный клиент. У них свои причуды и огромные бюджеты на безопасность. Всё абсолютно легально, контракт закрыт, деньги на счету. Так что выкинь это из головы и забудь эти номера, ладно? Ради своего же будущего.

— Обещаешь? — в голосе Макларена снова прорезались нотки влюбленного студента.

— Обещаю. И… кстати, Стью, — Люси улыбнулась, — Твои пончики с корицей вчера действительно спасли мне день. Наше дружеское свидание в Линкольн-центре в пятницу всё еще в силе. Если, конечно, твой капитан не сошлет тебя к белкам.

Стью в трубке так радостно и громко закашлялся, подавившись сахарной пудрой, что Люси пришлось отодвинуть телефон от уха.

Когда звонок завершился, она откинулась на подушки и рассмеялась.

Глава 12. Джаз и чертов британец

Lana Del Rey — Million Dollar Man

Пятничный вечер в Линкольн-центре. Джаз-клуб встретил Люси приглушенным светом и мягким рокотом контрабаса со сцены. Атмосфера была настолько мирной, что её внутренний паникер впервые за неделю не просто спал, а, кажется, ушел в долгий декретный отпуск.

Люси сидела за небольшим круглым столиком у самого края VIP-зоны. Для этого вечера она выбрала строгое, но элегантное черное шелковое платье и пудровый палантин.

Напротив неё сидел Стью. Ради свидания детектив Макларен превзошел сам себя: его вечная рыжая копна волос была относительно аккуратно зачесана назад с помощью геля, поношенный полицейский пиджак уступил место новому темно-серому костюму, а на лацкане больше не красовалось ни единого следа от сахарной пудры. Он выглядел до милого взволнованным и каждые три минуты проверял, ровно ли сидит его галстук.

— Знаешь, Лю, я до последнего думал, что ты отменишь, — Стью неловко улыбнулся, крутя в руках бокал с виски. — Ну, после того… что было в Бруклине. Рад, что ты здесь. Ты выглядишь просто… вау. Намного лучше, чем в том розовом комбинезоне химзащиты, хотя он тебе тоже шел.

Люси негромко рассмеялась, делая глоток своего коктейля.

— Спасибо, Стью. Рада, что твой капитан не сослал тебя ловить белок за те поиски в базе.

— О, капитан добрый. Из мэрии прислали официальную благодарность за «молниеносный и превосходный клининг муниципального объекта», так что мне даже выписали отгул, — Макларен гордо расправил плечи, его веснушки забавно потемнели от смущения. — В общем, забудь про базы. Сегодня только джаз, ты и…

Стью не успел договорить. Ритм джазового оркестра на сцене плавно сменился на более тягучий, минорный. Какая ирония. Позади них послышался уверенный, тихий шаг дорогих лакированных туфель.

— Добрый вечер, Люси. Какое поразительное совпадение.

Этот густой, бархатный голос с безупречным британским акцентом Люси не перепутала бы, даже если бы её разбудили посреди ночи в эпицентре апокалипсиса. Её сердце предательски пропустило удар, а внутренний паникер мгновенно подорвался по тревоге, врубая все сирены на полную мощность.

Люси медленно обернулась.

Генри Сноу стоял прямо у их столика, слегка опершись рукой на пустую спинку соседнего стула. На нем был безупречный антрацитовый костюм-тройка, идеально отглаженная белая рубашка, а о недавнем ранении напоминала лишь едва заметная, аристократическая бледность. Его ледяные зеленые глаза за дразнящим огоньком джазовых прожекторов сканировали Люси с ног до головы, задерживаясь на её черном шелковом платье.

Стью Макларен отреагировал с чисто полицейской скоростью. Он мгновенно узнал лицо «субъекта особого риска», из-за которого его терминал в участке заблокировали федералы. Рыжий детектив резко поднялся со стула, его лицо моментально сделалось профессионально-жестким, а правая рука инстинктивно дернулась к левому боку — туда, где под пиджаком пряталась скрытая кобура.

— Вы? — процедил Стью, загораживая Люси собой. — Мистер Сноу, если я не ошибаюсь? Уйдите от столика, пока я не вызвал подкрепление.

Генри даже не соизволил взглянуть на Стью. Его взгляд по-прежнему был прикован к Люси. Он лишь иронично приподнял одну бровь, и на его губах появилась та самая гипнотическая, опасная полуулыбка, от которой Лю сжала бедра .

— Детектив… Макларен, кажется? — лениво, с едва уловимым презрением проговорил британец, наконец переводя взгляд на Стью. — Ваша ретивость делает вам честь. Но вы снова путаете юрисдикцию. Подкрепление, о котором вы говорите, сейчас вежливо придерживает двери моего автомобиля на парковке. Так что успокойтесь, сядьте и не портите леди вечер.

Сноу снова посмотрел на Люси, наклоняясь чуть ближе, от чего до неё донесся знакомый, сводящий с ума шлейф дорогого табака и мяты.

— Я ценю вашу бдительность, но сегодня я здесь исключительно ради музыки. Не буду вам мешать. Люси, вы выглядите… ослепительно. Приятного вечера.

Генри развернулся и неторопливой, уверенной походкой направился в глубь VIP-зоны.

Стью еще несколько секунд стоял, тяжело дыша, провожая его взглядом, после чего шумно опустился обратно на стул и нервно глотнул виски.

— Чертов психопат, — проворчал Макларен, вытирая пот со лба. — Люси, ты в порядке? Извини, я… я просто испугался за тебя. Этот парень ходит так, будто ему принадлежит половина этого города.

— Всё хорошо, Стью, — Люси попыталась выдавить самую мягкую из своих улыбок, хотя её пальцы под столом крупно дрожали от адреналина. — Спасибо, что заступился. Давай просто… послушаем джаз.

Макларен послушно закивал, постепенно возвращаясь в образ влюбленного и немного неуклюжего парня. Музыка со сцены снова казалась легкой, но в голове Люси звенела тревога.

Ровно через минуту экран её смартфона, лежащего на коленях, бесшумно вспыхнул. Номер был скрыт.

Люси опустила глаза и разблокировала экран. Это было сообщение от Генри Сноу:

«Ваш рыжий защитник очень мил, но его кобура скрытого ношения слишком сильно топорщится под дешевым пиджаком. Скажите ему, чтобы перевесил её на три сантиметра правее, иначе на выходе из клуба он зацепится за барную стойку. Хорошего свидания. Г.С.»

Люси почувствовала, как под шелковым платьем по спине пробежал табун мурашек. Остаток вечера прошел для Люси как в полузабытьи. Музыканты на сцене виртуозно меняли ритмы, Стью увлеченно рассказывал смешные истории из жизни бруклинского участка, а её взгляд то и дело возвращался к экрану смартфона со скрытым номером. Внутренний паникер Люси устал паниковать и просто меланхолично подсчитывал риски. Впервые за долгое время ей отчаянно хотелось оказаться дома, в безопасности, подальше от элитных британцев и их всевидящих глаз.

Около полуночи они со Стью наконец-то вышли из душного зала на свежий ночной воздух Манхэттена. Линкольн-центр сиял миллионами огней, отражаясь в зеркальных лужах после недавнего дождя.

— Лю, это был отличный вечер, — Стью неловко переминался с ноги на ногу у парадной лестницы, забавно взъерошивая свои рыжие волосы. На выходе из клуба он всё-таки умудрился задеть кобурой дверной косяк, заставив Люси мысленно передать привет проницательности Генри Сноу. — Может, я всё-таки провожу тебя до Квинса? Мой Форд припаркован всего в квартале отсюда.

— Спасибо, Стью, но не нужно, — Люси мягко улыбнулась, поправляя пудровый палантин. — Моя машина на подземном паркинге, я доеду сама. Тебе завтра на утреннее дежурство, выспись лучше.

Макларен понимающе закивал, хотя в его глазах промелькнуло легкое разочарование. Он аккуратно перехватил её ладонь, запечатлел на ней быстрый, слегка суетливый поцелуй и, пообещав позвонить в понедельник, зашагал в сторону машины, насвистывая финальный джазовый мотив.

Люси выдохнула, покрепче прижала к себе сумочку и направилась к боковому выходу на полутемную парковку. Стоило ей миновать стеклянные двери и сделать десяток шагов по бетонному пандусу, как она закатила глаза.

Прямо у въезда на подземный уровень, мягко поблескивая в свете тусклых ламп, стоял черный «Кадиллак Эскалейд». Тот самый. Дверь внедорожника беззвучно распахнулась, и из салона монументальной фигурой выдвинулся Блэйз Тини.

«Ну вот и всё, — пронеслось в голове у Люси. — Спектакль окончен. Сейчас этот шкаф затолкает меня в салон, и мы поедем отмывать какую-нибудь новую международную катастрофу».

Амбал остановился ровно в двух шагах от неё, он даже не соизволил снять очки, лишь слегка наклонил свою массивную голову:

— Здравствуйте, мисс Спринг, — прогудел он своим пугающим, низким басом.

Правая рука Блэйза плавно скользнула во внутренний карман пиджака. Люси инстинктивно сделала полшага назад, ожидая увидеть глушитель, но вместо оружия Блэйз аккуратно извлек небольшую, обтянутую черным бархатом коробку, перевязанную лаконичной серебряной лентой. Он протянул её девушке.

— Лично от Шефа. Мистер Сноу просил передать, что это его небольшая компенсация за… прерванное свидание.

Люси удивленно вскинула брови, но коробку приняла. Бархат был мягким, приятным на ощупь, а внутри что-то едва заметно перекатилось с глухим, дорогим стуком.

— И это всё? — осторожно поинтересовалась она, переводя взгляд с подарка на каменное лицо амбала. — Никаких новых «грузов» в порту? Никаких загрязнений первой категории?

— На сегодня объект чист, мисс Спринг, — на губах Блэйза впервые промелькнуло бледное подобие вежливой ухмылки, которую Люси мысленно назвала «улыбка мистера убийцы». — Хорошей дороги до Квинса.

Амбал развернулся, стремительно запрыгнул в салон «Кадиллака», и внедорожник, тихо зашуршав шинами по бетону, скрылся в ночной темноте Манхэттена.

Люси медленно дошла до своего розового «Доджа», села на водительское сиденье и, не заводя мотор, дрожащими пальцами потянула за серебряную ленту. Бархатная крышка с тихим щелчком откинулась назад.

Внутри, на подушке из черного шелка, покоился изящный, потрясающей ювелирной работы кулон. Тончайшее платиновое плетение обрамляло прозрачный кристалл, внутри которого, словно застывшие во времени, переплетались миниатюрные, усыпанные редкими фиолетовыми сапфирами веточки лаванды. Работа была настолько искусной и хрупкой, что кулон казался живым. Под ним лежала аккуратная карточка из плотного белого картона Конквер, на которой от руки безупречным почерком было выведено:

«Для дорогой Люси. Чтобы ваша любимая лаванда всегда охраняла ваш покой. Спите спокойно, любовь моя. Г.С.»

Люси откинулась на спинку сиденья, бережно коснувшись пальцем прохладного кристалла она истерически рассмеялась. Этот чертов британский миллионер явно не собирался оставлять её в покое, превращая каждый её день в элитное, чертовски дорогое приключение.

Она сидела в полумраке салона своего «Доджа», и свет от экрана телефона мягко подсвечивал её лицо. Бархатная коробочка лежала на соседнем сиденье, а сам кулон уже покоился у неё на груди. Платина казалась прохладной, и миниатюрные веточки , усыпанные сапфирами, едва заметно мерцали.

Этот британец думал, что полностью контролирует правила игры и может безнаказанно подкидывать ей шпионские загадки и дорогие украшения? Ну уж нет. С ней такие фокусы без ответа не проходили.

Она чуть сдвинула палантин, оголив плечи и вырез, чтобы кулон безупречно лег в выемку груди, и включила фронтальную камеру.

Направив объектив чуть сбоку, так, чтобы в кадр попал и кожаный руль её рабочего минивэна, Люси сделала быстрый снимок. На фото она слегка наклонила голову, а на губах играла загадочная и немного язвительная полуулыбка. Не давая себе времени передумать, Люси открыла чат со скрытым номером, прикрепила селфи и ниже набрала короткий текст:

«Дорогостоящий инвентарь принят на баланс компании Криминальный Блеск, мистер Сноу. Учтите: за ношение платины в Квинсе у меня действует двойной тариф на страховку. Спокойной ночи, Генри.»

Она решительно ткнула пальцем в кнопку «Отправить».

Экран мигнул, подтверждая доставку. Люси завела мотор, и «Додж» мягко заурчал, готовый вывезти её с подземной парковки обратно в безопасный, сонный Квинс. Она уже выезжала на мост, когда телефон на приборной панели коротко и настойчиво звякнул.

Ответ пришел ровно через три минуты. На экране высветился лаконичный текст:

«Вам чрезвычайно идет этот металл, Люси. Особенно в сочетании с вашей фирменной иронией. Страховку я беру на себя. До связи, лав. Г.С.»

Люси покачала головой, чувствуя, как внутри разливается странное, теплое и совершенно не поддающееся логике спокойствие. Паника окончательно отступила. «Додж» уверенно катился по ночному Нью-Йорку, увозя её навстречу субботнему утру, бабулиной стряпне и новым, судя по всему, еще более безумным приключениям.

Глава 13. Военные сборы и дурацкий хвост

Gin Wigmore — Kill of the Night

Люси проскользнула в прихожую бесшумно, словно тень, надеясь прокрасться в свою комнату до того, как сработают радары главной женщины в её жизни. Но стоило ей аккуратно повесить пудровый палантин на вешалку, как из гостиной донеслось сухое покашливание.

Бабушка Эл сидела в своем излюбленном кресле-качалке, облаченная в боевой леопардовый спортивный костюм. Солнце из окна заливало комнату, отражаясь от её неизменных очков-авиаторов. Она не видела внучку, но её ноздри хищно затрепетали, втягивая воздух.

— Джаз, говоришь? — скрипуче протянула старушка, затягиваясь тонкой сигаретой. — Ну-ну. Если твой рыжий детектив Макларен начал курить английский табак марки «Sobranie» и жевать премиальную перечную мяту, то я — балерина Большого театра.

Люси вздохнула, проходя в комнату. В этот момент она неосторожно поправила волосы. Платиновые звенья кулона едва слышно звякнули друг о друга.

Левое ухо бабули чуть дернулось в сторону звука.

— Опаньки, — Эл медленно опустила очки на кончик носа, уставившись на Люси своими незрячими, но всё видящими глазами. — А этот звук… Это не дешевая безделушка, девочка моя. Это тяжелый металл. Ну-ка, подойди ближе к кассе.

— Ба, это просто… компенсация за доставленные неудобства, — попыталась оправдаться Люси, послушно подставляя шею под чуткие пальцы старушки.

Сухие, мозолистые пальцы Эл безошибочно нащупали прохладный кристалл кулона, прошлись по тончайшему платиновому плетению, она определила ценность вещи за три секунды.

— Издеваешься? — Эл резко отдернула руку и победоносно хмыкнула. — Что там за камушки, детка? Это индивидуальный заказ, дуреха. Такой «компенсацией» можно закрыть ипотеку за этот дом или купить небольшой причал во Флориде. Твой британец играет по-крупному, Люси. Он не просто подкатывает, он тебя… покупает.

— Никто меня не покупает! — вспыхнула Люси, чувствуя, как щеки заливает румянец. — Я дала ему отпор в его же стиле.

— Да-да, я вижу, как ты «отбиваешься», — съязвила Эл, возвращая очки на место. — Только учти: мужчины с такими деньгами и шпионскими замашками не умеют проигрывать.

Договорить старушка не успела. На журнальном столике громко звякнул смартфон Люси. Она бросила взгляд на экран. От скрытого номера пришло вложение. Лю разблокировала экран и прочитала вслух официальный, безупречно вежливый текст на английском:

«Уважаемая мисс Спринг. Компания Snow & Co имеет честь пригласить Вас на закрытый деловой ужин, посвященный обсуждению долгосрочного контракта на конфиденциальное обслуживание наших объектов. Пожалуйста, подтвердите Ваше присутствие. Автомобиль будет ожидать Вас у дома в Квинсе завтра в 19:45. Дресс-код: Black Tie. P. S. Я бы хотел увидеть на Вас кулон. Г.С.»

Люси растерянно посмотрела на бабушку. На этот раз Генри Сноу действовал не как теневой воротила, а как легальный, чертовски сексуальный бизнесмен.

Бабушка Эл весело затушила сигарету о донышко жестяной банки и потерла ладони.

— Ну что, «Криминальный Блеск»? — ухмыльнулась она. — Доставай свое лучшее черное платье. Кажется, у нас намечается крупная рыба. И только попробуй отказаться, я сама вместо тебя в этот «Кадиллак» прыгну.

— Бабуль, ну конечно я не стану отказывать. Поговорим об этом утром, а сейчас, мне надо выспаться, чтобы сверкать сапфирами, а не синяками под глазами. Доброй ночи, Ба.

************

Подготовка к ужину с британским миллионером напоминала военные сборы, где главнокомандующим выступала бабушка Эл. Спорить с ней было бесполезно — как только запахло большими деньгами и аристократическим пафосом, в старушке просыпался кураж ее бурной молодости.

К пяти часам вечера скромная спальня Люси превратилась в филиал распродажи в Сохо. Эл сидела на краю кровати, окруженная ворохом одежды, которую внучка поочередно доставала из недр шкафа. Сама Люси в одном белье растерянно стояла перед зеркалом, прижимая к груди очередную вешалку.

— Так, зеленое сразу мимо, — скомандовала Эл, даже не оборачиваясь, ориентируясь по шороху ткани. — Фиолетовый сапфир на зеленом фоне потеряется. Нам нужен контраст, Люси! Ты должна выглядеть как дорогая картина в правильной раме, а не как лесная нимфа, сбежавшая из Центрального парка.

— Ба, у меня нет платьев от кутюр, — вздохнула Люси, критически осматривая свои запасы. — Мой гардероб рассчитан на то, чтобы оттирать кровь, а не сидеть в ресторанах со звездами Мишлен.

— Не прибедняйся. Доставай то бархатное. Которое мы купили на винтажном маркете в Сохо три года назад.

Люси послушно выудила из глубины шкафа длинное платье в пол из глубокого, почти черного полуночно-синего бархата. У него был открытый ворот-лодочка и лаконичный силуэт, мягко облегающий фигуру. Ткань буквально поглощала свет, и когда Люси надела его, платиновый кулон на ее шее вспыхнул с новой силой. Фиолетовые сапфировые веточки лаванды внутри кристалла казались еще ярче на темном бархате.

— Ну?

Из зеркала на нее смотрела совершенно незнакомая, роковая женщина. Внутренний паникер испуганно забился под плинтус.

— Идеально, — удовлетворенно хмыкнула старушка. — Теперь слушай меня сюда, девочка. Этот Сноу — хищник высшей категории. Такие, как он, привыкли, что весь мир прогибается под их чековые книжки. Он пригласил тебя на деловой ужин, но на самом деле он будет тебя прощупывать, искать слабые места, попытается обаять тебя своими денжищами.

Эл повернула Люси за плечи к себе и серьезно опустила очки-авиаторы, заглядывая ей прямо в душу:

— Главное правило: не пытайся играть роль светской львицы. Твоя сила — в твоем безумие. Ты девчонка из Квинса, которая смывает ДНК и не боится запачкать руки. Таких женщин он никогда до тебя не встречал. Будь леди снаружи, но оставайся профессионалом внутри. Если он начнет давить интеллектом — иронизируй. Если попытается купить — назови тройной тариф. Поняла?

— Поняла, ба, — Люси слабо улыбнулась, чувствуя, как паника сменяется привычным азартом.

— И последнее, — Эл лукаво ухмыльнулась, возвращая очки на переносицу. — Если ужин окажется тухлым, а разговоры скучными — незаметно прихвати серебряную ложку. Серебро нынче в цене, а у него не убудет.