Агентство "Криминальный блеск"

Когда работа была закончена, Люси поднялась и натянула одеяло до самой его груди. Генри уже провалился в сон, вызванным потерей крови и колоссальным стрессом. Без своего безупречного смокинга и ироничных шуточек этот загадочный миллионер выглядел не менее завораживающе. Люси не могла понять, почему он так просто доверился простой уборщице из Квинса.

Она обессиленно опустилась на край огромной кровати. Сняла бриллиантовое ожерелье, положив его на прикроватную тумбу. Руки, еще минуту назад уверенно державшие медицинский клей и бинты, теперь крупно дрожали от пережитого за сутки стресса. Напряжение, державшее её в тисках с момента первого звонка со скрытого номера, наконец-то дало трещину, и на неё лавиной обрушилась колоссальная усталость.

Генри лежал неподвижно, его дыхание после перевязки стало ровным и глубоким. Люси посмотрела на свою одежду — на рукаве красовалось свежее пятно от антисептика, а низ брюк промок от нью-йоркского ливня. Ей нужно было встать. Нужно было забрать деньги с кухонного острова, спуститься в лобби, сесть в свой верный Додж и уехать в Квинс, к солянке и ворчанию Ба. Но ноги отказывались работать. Веки стали невыносимо тяжелыми, словно на них положили по погребальной монете.

— Всего пять минут… — пробормотала Люси в тишину полумрака. — Просто закрою глаза на пять минут, чтобы не въехать в столб на мосту.

Она аккуратно, стараясь не потревожить раненого Сноу, легла на самый край огромного матраса. Прямо в костюме, поверх шелкового покрывала, поджав колени к груди и уткнувшись носом в край подушки. От постели веяло дорогим кондиционером для белья и легким, едва уловимым ароматом мяты.

Где-то за панорамными окнами пентхауса глухо рокотал ночной город, а капли дождя мерно стучали по стеклу, создавая идеальный белый шум. Люси и не заметила, как провалилась в сон без сновидений. Впервые за сутки внутренний паникер и контролер замолчали, капитулировав перед физическим и эмоциональным истощением.

**********

Первым, что вернулось к Люси, был запах. Не привычный лавандовый концентрат и не дешевые бабулины сигареты. Пахло дорогим табаком, мятой и чем-то очень теплым, уютным, домашним.

Она лениво пошевелила пальцами ног, вспоминая, как сняла туфли перед тем как лечь, куда? Люси приоткрыла один глаз. Прямо перед её носом белела тончайшая хлопковая ткань мужской рубашки, сквозь которую пробивалось успокаивающее тепло чужого тела.

Внутренний паникер Люси не просто проснулся — он подорвался по тревоге и с размаху ударил в набат.

Люси резко распахнула оба глаза и замерла, боясь даже дышать. Оказалось, что за ночь она не просто сползла с края матраса. Она находилась в самом центре огромной кровати. Сильная, тяжелая рука Генри Сноу была по-хозяйски закинута ей на талию, прижимая спину Люси к его груди. Она буквально утопала в его объятиях. Её пудровый пиджак безбожно смялся, а в волосах скользили его выдохи.

Генри спал. Его дыхание было ровным, глубоким и щекотало ей макушку. Сейчас он казался почти безобидным. Если не считать того факта, что он держал её мертвой хваткой, из которой было невозможно выбраться без шума.

«О боже, о боже, о боже», — забилась в истерике Люси. — «Я сплю в одной постели с клиентом. Это грубейшее нарушение профессиональной этики! А если сейчас зайдет его доктор? А если проснется Эл и поймет, что я не приехала ночевать?!»

Но настоящая катастрофа ждала её чуть ниже. Когда Люси попыталась аккуратно, по миллиметру, отодвинуть от себя его массивное предплечье, она внезапно почувствовала, как в её бедро упёрлось кое-что очень твердое, горячее и совершенно недвусмысленное. Чисто физиологическая, бескомпромиссная утренняя реакция здорового мужского организма. Стоило ей шевельнуться, как Генри во сне тихо, недовольно рыкнул и только сильнее прижал её к себе, уткнувшись лицом в её волосы с розовыми кончиками. Люси замерла в позе испуганного суслика. Сердце колотилось в груди так громко, что ей казалось — Сноу проснется от этого стука.

— Генри… — едва слышно, одним одними губами прошептала она, надеясь, что он ослабит хватку.

Вместо этого его длинные пальцы на её талии слегка сжались, а над самым ухом раздался низкий, хриплый от сна голос с безупречным британским акцентом:

— Доброе утро, любовь моя. Не делайте резких движений. Мой бок всё ещё безбожно болит. И… как вы можете заметить, не только он один сейчас находится в крайнем напряжении.

Люси вспыхнула до самых корней волос. Он не спал.

Она заставила себя сделать глубокий вдох через нос, силой загоняя панику обратно в подвал своего сознания. Лю расправила плечи насколько это было возможно в его железном захвате и, не оборачиваясь, язвительно процедила:

— Сноу, я, конечно, понимаю, что в Британии дефицит тепла, но за утренние объятия у меня действует тройной тариф. А за… дополнительный инвентарь, который вы в меня уперли, я вообще выставлю счет в евро. Поверьте, вы не захотите его увидеть.

На секунду над ухом повисла тишина. Затем Люси почувствовала, как грудная клетка Генри едва заметно содрогнулась от беззвучного смеха.

— Не думал, что вы так меркантильны, Люси, — хрипло пробормотал он, обдав её шею горячим дыханием. — И уверяю вас, этот «инвентарь» всего лишь приветствует ваше присутствие. Но раз уж мы заговорили о тарифах… не хотите ли обсудить скидку за лояльность?

— Мечтайте, Сноу. Руку убрал, — проворчала она.

Его тяжелая рука медленно соскользнула с её талии. Мужчина со стоном откинулся обратно на подушки, аккуратно придерживая ладонью левый бок. Его лицо тут же побледнело, а на лбу обозначилась резкая складка боли. Клей и повязка Люси выдержали ночную смену, но рана явно напоминала о себе при каждом движении.

Люси мгновенно перекатилась на другой бок и села, спешно поправляя безбожно измятый костюм.

— Я не меркантильная, я практичная, — отрезала она, сердито сдувая с лица челку-шторку. — И вообще-то я спасла вашу безупречную британскую задницу от повторного визита к вашему криворукому доктору. Как ваш бок?

Генри приоткрыл один глаз, и в его зеленых зрачках снова вспыхнул тот самый привычный, дразнящий огонек, который так раздражал и одновременно завораживал Люси.

— Благодаря вашему деспотичному уходу, любовь моя, я чувствую себя почти живым. Хотя готов поклясться, что в процессе перевязки вы использовали не медицинский клей, а промышленный цемент.

— Скажите спасибо, что не скотч, — буркнула Люси, наконец-то спуская ноги с кровати и оглядываясь в поисках своих туфель. Слава богу, они аккуратно стояли у комода. — Так, Сноу. Наша сделка закрыта. Больше никаких долгов и звонков со скрытых номеров.

Она решительно зашагала к выходу из спальни, но у самой двери её догнал его тихий, внезапно серьезный голос:

— Люси.

Она замерла, взявшись за ручку, но не обернулась.

— Вчера на рауте вы были слишком… заметной. Будьте осторожны. И… Вы знаете как меня найти.

Внутри Люси что-то неприятно екнуло. Она толкнула дверь и вышла в залитую солнцем гостиную. Ей нужно было забрать деньги и убираться отсюда как можно скорее, пока этот горячий и вежливый мужчина окончательно не затянул её на дно.

Глава 8. Рыжий детектив

The Black Keys — Lonely Boy

Лю сидела за кухонным столом в Квинсе, лениво листая каталог профессионального клинингового оборудования. Прошло три дня с памятного благотворительного вечера в Трайбеке. На её банковском счету лежали честно заработанные тысячи долларов, а в углу спальни наконец-то красовался тот самый беспроводной пылесос её мечты. Реальность казалась на удивление мирной, пока телефон на столе настойчиво не завибрировал.

На экране высветилось имя: «Стью (Полиция)».

Люси вздохнула и провела пальцем по экрану:

— Клининг «Криминальный Блеск», мы сотрем любое прошлое. Привет, Стью. Только не говори, что ты снова пролил черничное варенье на свое служебное удостоверение.

— Лю! — в трубке раздался знакомый, слегка суетливый голос. — Обижаешь. Всё гораздо серьезнее. У меня тут «глухарь» в Бруклине, парни из убойного уже закончили, тело увезли. Но хозяин дома — какой-то важный чин из мэрии — рвет и мечет. Требует, чтобы всё сияло уже к вечеру, а наш штатный клининг ушел на забастовку из-за урезания профсоюзных бюджетов. В общем, я вспомнил про тебя. Выручай, а?

Стью — детектив Стюарт Макларен — был самым нелепым полицейским на всем Восточном побережье. Долговязый, веснушчатый, с копной огненно-рыжих волос, которые вечно торчали в разные стороны, он походил скорее на вечного студента, чем на грозу преступного мира. Кобура на его тощем бедре всегда висела чуть криво, а на лацкане поношенного пиджака неизменно красовалось пятно от сахарной пудры. И, ко всему прочему, он уже полгода безуспешно пытался пригласить Люси на свидание.

— Какой тип загрязнения, Стью? — Люси уже деловито поправила розовые очки и потянулась за блокнотом.

— Э-э… Бурое. Густое. Много брызг на обоях, — Стью понизил голос до заговорщицкого шепота. — Кто-то очень активно размахивал антикварной кочергой. Платят по двойному тарифу города, Лю. И… я сам буду на объекте. Могу привезти те пончики с корицей из пекарни на углу, которые тебе нравятся.

Люси прикусила губу. Деньги города точно не лишние, да и Стью, при всей своей неуклюжести, был хорошим парнем и часто подбрасывал ей легальные заказы.

— Ладно, Макларен. Буду через час. С тебя пончики и три пакета для утилизации спецотходов.

Бруклинский коттедж встретил Люси привычной атмосферой свершившейся катастрофы. Желтая полицейская лента уже была сорвана и валялась на крыльце.

Стью ждал её у входа, неловко переминаясь с ноги на ногу. Когда Люси начала доставать из своего розового Доджа тележку с канистрами, он тут же бросился на помощь, едва не споткнувшись о собственный шнурок.

— Люси, ты сегодня… эм, отлично выглядишь! Этот розовый комбинезон тебе очень к лицу, — Стью густо покраснел, отчего его веснушки почти слились с цветом лица, и протянул ей заветную коробку с пончиками.

— Спасибо, Стью, — Люси улыбнулась. — Давай сначала осмотрим фронт работ, а углеводное окно закроем позже.

Когда они переступили порог гостиной, привычный кисловато-ржавый запах железа мгновенно ударил Люси в нос, заставив ее внутренний предохранитель щелкнуть. Картина, представшая перед ней, была далека от обычного «неудачного взмаха кочергой». Здесь разыгралась настоящая бойня.

Прямо по центру комнаты напротив камина, на некогда белоснежном шерстяном ковре, расплылось гигантское багрово-черное озеро. Кровь, стоявшая здесь лужей больше двенадцати часов, успела подсохнуть по краям, превратившись в толстую, потрескавшуюся глянцевую корку, похожую на запекшуюся карамель. В самом центре этого месива отчетливо читался зловещий, рваный силуэт человеческого тела, от которого в сторону дубового комода тянулись жирные, липкие полосы — следы того, как жертву тащили по полу.

Люси сделала шаг вперед, и под её кроссовком зловеще хлюпнуло — ковролин напитался влагой насквозь, до самой подложки.

Стены коттеджа выглядели еще страшнее. Веерообразные, направленные шлейфы брызг взмывали от пола до самого потолка, пачкая дорогую лепнину. Это были классические следы замаха тяжелым тупым предметом: когда первый удар уже пробил артерию, а последующие — фонтаном разбрызгивали кровь с каждым новым взмахом оружия. На шелковых пастельных обоях запекшиеся потеки прочертили длинные, уродливые рубиновые дорожки, которые медленно сползали вниз, собираясь густыми каплями на плинтусах.

— Ого, — хмыкнула Люси, хотя внутри её привычный паникер уже начал тихонько подвывать.

Она включила ультрафиолетовый фонарик. Луч безжалостно обнажил то, что упустили эксперты: мелкодисперсная багровая пыль, невидимая глазу, покрывала абсолютно всё. Она осела на хрустальных подвесках люстры, ровным слоем легла на корешки книг в шкафу и покрыла глянцевый экран выключенного телевизора, превращая комнату в филиал ада. На спинке кожаного кресла отчетливо проявился четкий, смазанный отпечаток окровавленной ладони с глубокими бороздами от пальцев — кто-то отчаянно пытался удержаться на ногах.

Щелчок резины о запястья. В её голове воцарилась идеальная, звенящая тишина. Люси подошла к эпицентру и щедро залила запекшуюся корку ковра энзимным концентратом «Лавандовый взрыв». Химикаты тут же вступили в реакцию, багровая лужа бешено зашипела, запенилась, вздуваясь грязными бурыми пузырями, и воздух в комнате мгновенно превратился в удушливую смесь прованского луга и скотобойни.

Стью присел на край самого чистого стула, бледнея на глазах и стараясь не смотреть на пузырящуюся пену.

— Знаешь, Лю… — Стью неловко почесал рыжий затылок, сдувая упавшую на глаза челку. — Я тут подумал. В пятницу в Линкольн-центре будет неплохой джазовый вечер. Может… сходим? Чисто по-дружески. Без всего этого.

Люси вернулась к работе, перехватывая мощный вакуумный экстрактор. Она ритмично задвигала насадкой по ковру, с шумом втягивая растворенную кровь. В прозрачном шланге аппарата побежала густая, темная жижа, обнажая под собой посветлевший ворс.

В такт монотонному гулу пылесоса в её голове на секунду всплыл образ совершенно другого мужчины. Густой британский акцент, безупречный смокинг, ледяные зеленые глаза и пугающая, гипнотическая мягкость голоса. Генри Сноу. Человек, который всего три дня назад заставил её сердце биться в совершенно ином, бешеном и опасном ритме.

Она посмотрела на простодушного Стью, который преданно ждал её ответа, держа в руках коробку с пончиками, и почувствовала легкий укол вины.

— Стью, это очень мило, но… — начала Люси, аккуратно подбирая слова.

Она не успела договорить. Экран её смартфона, лежащего на каминной полке, ярко вспыхнул. Раздался короткий, настойчивый сигнал входящего сообщения. Номер был скрыт.

Люси остановилась, выключив экстрактор. Внутренний паникер снова заорал на ультразвуке. Она медленно подошла, сорвала розовую перчатку и разблокировала экран.

Там был текст:

«Уважаемая Люси. Моему портовому бизнесу снова требуется ваша безупречная деликатность. На этот раз загрязнение… масштабнее. Сопровождение ждет вас у выхода из коттеджа через 40 минут. Не заставляйте меня волноваться, лав. Г.С.»

Люси медленно повернула голову к панорамному окну гостиной. Там, на противоположной стороне улицы, мягко поблескивая под бруклинским солнцем, плавно притормозил огромный, лоснящийся от полировки знакомый черный «Кадиллак Эскалейд».

Глава 9. А вот и Блэйз

Blink 182 — Dumpweed

Люси стояла неподвижно, сжимая в руке потяжелевший смартфон.

— Лю? Всё нормально? — Стью обеспокоенно подался вперед, заметив, как резко побледнела девушка. Он неловко перехватил коробку с пончиками, чуть не выронив один на заляпанный пол. — Кто-то пишет по поводу другого заказа?

Девушка сглотнула, лихорадочно соображая на ходу. Включать Стью — доброго, честного, но абсолютно нелепого полицейского в опасные игры Генри Сноу было чистым безумием.

— Да… Да, Стью, — Люси постаралась придать голосу максимум деловитости, поспешно натягивая обратно розовую нитриловую перчатку. — Извини, экстренный вызов. Корпоративный клиент. Помнишь ту сеть отелей, которой я отмывала банкетный зал после Дня благодарения? У них там прорвало канализацию прямо перед приездом делегации. Тройной тариф, понимаешь? Я должна лететь.

Времени не было вообще. Прямо за панорамным окном уже стоял огромный черный «Кадиллак». Он приехал раньше сорока минут, заняв позицию прямо у выхода, словно безмолвный и чертовски толстый намек от Генри Сноу, что от заказа мне не отвертеться.

Если она уедет прямо сейчас, Стью получит огромный нагоняй от начальства, а клининг «Криминальный Блеск» потеряет жирный контракт с государством. Но физически отмыть это гигантское багровое озеро в одиночку за оставшиеся минуты было невозможно.

Внутренний контролер в её голове мгновенно принял единственное логичное, хоть и безумное решение. Железная Люси вступила в игру.

— Стью, нам нужно отмыть этот ад, — отрезала Люси, бесцеремонно выхватывая из его рук коробку с пончиками и швыряя её на чистый стул. — Прямо сейчас. Быстро.

Детектив Макларен моргнул, его рыжая челка забавно подпрыгнула.

— Чего? Лю, но эксперты убойного обычно работают…

— Эксперты уехали, Стью, теперь здесь командую я! — Люси пулей бросилась к своей тележке, доставая из неё вторую пару плотных розовых перчаток, такие же защитные очки, мощный скребок и пару тряпок. — Ты хочешь на свидание или хочешь объяснять чину из мэрии, почему его гостиная похожа на скотобойню? Натягивай перчатки, живо!

Рыжеволосый полицейский послушно закивал, глуповато улыбаясь. Сама мысль о том, что Люси фактически согласилась пойти с ним на свидание, стерла из его сознания любые зачатки здравого смысла.

— Так, Макларен, слушай боевую задачу, — Люси сунула ему в руки канистру с профессиональным уничтожителем пятен. — Я работаю вакуумным экстрактором по ковру. Твоя задача — стены. Видишь эти рубиновые дорожки на шелковых обоях? Пшикаешь средством, ждешь ровно десять секунд, пока пена разъест белок, и аккуратно стираешь салфеткой снизу вверх. Не тереть! Иначе размажешь ДНК по всей этой богатой красоте. Понял?

— Так точно, шеф! — Стью лихо козырнул перчаткой и, смешно раскорячившись на своих длинных ногах, бросился к стене.

Комната погрузилась в хаос экстремального клининга. Вакуумный экстрактор Люси оглушительно завыл, ритмично втягивая в прозрачный шланг густую бурую жижу. Воздух окончательно пропитался ядреной смесью лаванды и запаха крови. Кроссовки Лю хлюпали по мокрому ворсу, но краем глаза она непрерывно косилась на окно, за которым безмолвно караулил черный внедорожник.

Осталось 25 минут.

— Лю, смотри, у меня получается! — доложил Стью, усердно орудуя салфеткой. — Обои как новые! Слушай, а этот твой «Лавандовый взрыв» случайно не отмывает чернила? У меня там на жетоне…

— Не отвлекайся, Стью! Мой! — прикрикнула Люси, вытирая пот со лба тыльной стороной предплечья.

Осталось 10 минут.

Ковер напротив камина из багрово-черного озера наконец-то превратился в просто влажное, слегка бледное пятно. Люси выключила пылесос, и в комнате воцарилась тишина. Стены сияли чистотой, а мелкодисперсная багровая пыль, которую она сдувала специальным спреем, больше не светилась под ультрафиолетом.

— Мы… мы сделали это? — тяжело дыша, спросил Стью. Его рыжие волосы от пота окончательно встали дыбом.

— Сделали, но еще надо высушить, — Люси устало улыбнулась и сорвала перчатки. — Ты спас мою репутацию, Стью, спасибо.

Она бросила быстрый взгляд в окно. Огромный «Кадиллак» все так же стоял у коттеджа, и Люси отчетливо видела, как в салоне вспыхнул огонек зажигалки — двухметровый громила Генри Сноу начинал терять терпение. Время вышло.

— Фух, ну и работка у тебя, — Стью смахнул рукавом пот со лба, удовлетворенно разглядывая сияющие обои. Он уже потянулся к коробке с пончиками, но его взгляд случайно упал на панорамное окно. Рыжие брови детектива мгновенно взлетели вверх, а лицо из глуповато-влюбленного стало профессионально-сосредоточенным. — Слышь, Лю… А этот гроб на колесах давно тут трется?

Люси, которая в этот момент упаковывала шнур экстрактора, замерла. Внутренний паникер внутри нее закричал: «А вот и Джони! Твою мать!»

— Кто? А, этот… Да это, наверное, охрана дома, Стью. — фальшиво улыбнулась она, пятясь к выходу. — Ну ладно, я побежала! Инструкцию по сушке я тебе оставила…

— Охраники на бронированном «Эскалейде» последней модели с глухой тонировкой в круг? — Стью прищурился, его детективный радар, спавший последние два часа, заработал на полную мощность. — Лю, на таких гробах в Бруклин заезжают либо дипломаты из ООН, либо парни, которые закатывают людей в бетон. И смотри, водила оттуда на тебя зырит.

Он сделал шаг к окну, аккуратно отодвигая шелковую занавеску. Двухметровый громила Сноу в салоне «Кадиллака» как раз опустил стекло и выразительно постучал пальцем по часам, глядя прямо на Люси.

— Ой, Стью, ладно тебе параноить, — Люси лихорадочно попыталась спасти ситуацию и на ходу выдала первое, что пришло в голову. — Это… это служба безопасности той самой сети отелей! Они всегда так шикуют. У них там жесткий корпоративный регламент из-за вип-клиентов. Боятся, что клинеры украдут секретные рецепты их фирменных соусов или сольют в прессу фото грязного белья знаменитостей. Вот и прислали за мной свое вип-сопровождение, чтобы я доехала без пробок и лишних ушей.

Детектив Макларен смерил машину скептическим взглядом профессионала.

— Вип-сопровождение для уборщицы? Люси, у него лобовое стекло толщиной с мою руку, а на колесах стоят ранфлэты. Так соусы не защищают. Это вымогатели, да? Из-за них ты вчера не ночевала дома? Они угрожают твоему бизнесу?

— Стью, нет, все под контролем, это просто… Нет никаких вымогателей, я вчера ночевала у подруги. И откуда ты вообще знаешь, что меня не было дома, — Люси попыталась перехватить его за локоть, но Макларен уже включил режим «героического копа».

— Никаких «просто». Я иду с тобой, — твердо отрезал он, расправляя плечи так, что пуговица на пиджаке едва не треснула. — Чисто для подстраховки. Если это коллекторы или рэкетиры и они думают, что могут прессовать Лю в моем присутствии, они сильно ошибаются. Посмотрим, как они запоют, когда увидят значок убойного отдела.

В этот самый момент в кармане комбинезона Люси бешено затрезвонил телефон. На экране высветилось: «БАРАБУЛЬКА».

Люси выставила ладонь перед грудью Стью, призывая его к тишине, и нажала на кнопку приема.

— Ба! Я сейчас немного занята… — шепнула она в трубку.

— Заткнись и слушай, мелкая, — хриплый, прокуренный голос Слепой Эл в трубке звучал непривычно серьезно и даже как-то зловеще. На заднем плане было слышно, как она с хрустом затягивается сигаретой. — Я тут решила навести порядок и постирать вещички, раз уж ты шляешься по Манхэттенам. И угадай, что я нашла в кармане твоего парадного пудрового пиджака, который ты бросила на кресло?

Люси похолодела. Она вспомнила благотворительный прием у министра. Вспомнила, как Генри Сноу на долю секунды прижал её к себе в толпе, когда к ним приближался министр.

— Что?.. — едва слышно выдохнула Люси.

— Маленькая серебряная флешка. И записка, прислала тебе ее:«Если со мной что-то случится, отдай это Блэйзу. Назови пароль Лаванда. Это твоя страховка, Люси».

Люси застыла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Генри Сноу. Этот чертов британский интриган не просто нанял её как прикрытие. Он использовал её как живой тайник. И теперь он прислал за ней машину, потому что игра стала слишком опасной.

— Люси? Ты тут? — гаркнула Эл в трубку. — Короче, флешка у меня. Я спрятала её туда, где её не найдет ни один зрячий ублюдок в этом городе. Если этот твой породистый британец попытается тебя обидеть — свистни, я вспомню молодость и всажу ему тесак в шею.

Из «Кадиллака» тем временем медленно вышел двухметровый шкаф в черных очках. Он поправил полы пиджака, под которым отчетливо угадывался силуэт автоматического оружия, и тяжелой, уверенной походкой направился прямо к крыльцу коттеджа.

Стью решительно шагнул вперед, загораживая Люси собой.

— Оставайся сзади, Лю. Сейчас детектив Макларен проведет разъяснительную беседу с твоей «службой безопасности».

Стью, не слушая возражений, решительно рванул на себя тяжелую дубовую дверь коттеджа. На его лице так и читалось непреклонное желание выслужиться перед прекрасной дамой и наказать «зазнавшихся вышибал». Люси едва успела сбросить вызов от Бабули Эл и бросилась следом, чувствуя, как внутри всё сжимается от дурного предчувствия.

Они столкнулись прямо на узком каменном крыльце.

Двухметровый амбал Генри Сноу, которого Люси мысленно окрестила Танком, замер на первой ступеньке. Он даже не соизволил снять солнцезащитные очки, лишь слегка наклонил голову, окинув Стью ледяным, оценивающим взглядом.

— Так, назад! — Стью эффектным жестом выхватил из-за пазухи свой полицейский значок и сунул его чуть ли не в нос громиле. — Детектив Макларен, убойный отдел Нью-Йорка. Руки туда, где я их вижу, приятель. Мисс Спринг никуда с вами не поедет, пока я не выясню, какого черта ваша бронированная коробка караулит её у частного владения. Усек?

Танк даже не моргнул. Его правая рука, до этого лениво лежавшая на борту дорогого пиджака, едва заметно сместилась назад — туда, где под дорогой тканью скрывалась кобура. Люси отлично знала этот жест. Так двигались люди, для которых законы штата Нью-Йорк были пустой формальностью.

— Детектив, у вас проблемы с восприятием реальности, — прогудел амбал своим пугающим басом. — Уйдите с дороги. Девушка должна сесть в свою машину и поехать за мной. Шеф не любит ждать.

— Шеф? Твой шеф сейчас сам поедет в участок за препятствие правосудию и угрозы! — Стью, распаляясь от собственной смелости, сделал шаг вперед и потянулся к наручникам. — Руки за голову, мистер! Живо!