Осколки Короля. Третий Сын

Во внутреннем дворе двадцать солдат Эдиорела спарринговались. Их прервал грохот в замке, который становился всё громче и громче. Камни, из которых состояла стена замка, разлетелись в разные стороны и попали прямо в солдат. До смертельного исхода не дошло, но увечья получили большинство. Из стены вылетел Вазир, а вслед за ним вышел Маркус. Воины тут же разбежались, а наследники продолжили ожесточённую драку. В ход пошли камни и кинжалы, что лежали вокруг них. Братья били друг друга, абсолютно не сдерживаясь.

Наконец появился Эдиорел, и он увидел окровавленных сыновей, которые еле стояли на ногах, но продолжали избивать друг друга. Их почерневшие глаза источали ярость. Вазир шипел, а Маркус рычал. Отец попытался остановить драку и встал между ними, но наследники, огибая его, продолжили бой. Владыку взбесило, что сыновья проигнорировали его приказ и, когда Вазир с Маркусом в очередной раз ринулись друг на друга, отец схватил их головы и со всей силы ударил их лбами.

Наконец-то первый и третий лежали на земле. К этому моменту подоспели Абигейл, Гвен с другими жёнами и увидели то, отчего в их сердцах всё похолодело. Всё в крови, а перед их мужем лежали сыновья, которые стонали от боли, держась за свои головы. Женщины поняли, что и без того избитые дети сейчас получат ещё и от отца.

Первым начал говорить вампир:

– У меня два вопроса. Уже прошло два часа? Почему я лежу избитый?

Абигейл поняла, что Вазир потерял сознание, и пробудился Вильгельм. Она кинулась к сыновьям, пытаясь защитить их.

– Эди!!! – прокричала вампирша. – Прошу, не трогай моих детей!

Гвен тоже подбежала к сыну и увидела, как его раны начали затягиваться. Она посмотрела на Маркуса и прошептала:

– Солнышко! Ты опять поддался на провокацию близнецов? – Гвен повернулась к мужу и со слезами стала умолять. – Прошу, не трогай мальчиков! Это просто их пылкий характер. Они просто мальчишки, которые…

Гвен не успела договорить, как её перебил жуткий рык супруга:

– Отошли! – жёны замерли. – Я сказал,– отошли!!!

Сарра с Илайн подбежали и оттащили Абигейл с Гвен от сыновей.

Эдиорел голосом, от которого кровь стыла в жилах, прорычал:

– Живо встали!

Кое-как Вильгельм и Маркус поднялись, а их раны потихоньку заживали, но тела продолжали жутко ныть. Вампир посмотрел на брата и с сарказмом сказал:

– Хреново выглядишь!

– На себя посмотри! – Маркус слегка усмехнулся.

– Пфф, я всегда прекрасен, – Вильгельм сплюнул сгусток крови.

Эдиорел подошёл к сыновьям и, взяв их головы, начал бить их друг об друга. Спустя пару ударов отец впечатал лица парней в землю. Вильгельм выгнулся от боли и сразу получил от отца несколько ударов по животу.

Эдиорел прекрасно знал, что близнецы постоянно провоцируют Маркуса на конфликт. По большей части, это был Вазир.

Поэтому Владыка даже не стал разбираться, кто был зачинщиком драки.

Вампир потерял сознание, и пробудился Вазир. Он попытался подняться, но Эдиорел взял его за горло и, подняв, спросил:

– Имя?

– Вазир, – хрипя, ответил первый.

– Вот и виновник объявился, – от голоса отца вампир затрясся от страха.

Вазир схватился за руку отца, что сдавливала его шею, и в панике попытался высвободиться из хватки. Эдиорел, удерживая одного, взял за горло другого. Владыка с помощью магии стал сжимать тела сыновей.

Братья почувствовали, как все их внутренности сжались, отдавая режущими болями. В секунды у обоих в глазах всё потемнело, ручьем потекли слёзы, а ломота в теле стала невыносимой. Сквозь звон в ушах парни слышали чьи-то истерические крики и постоянный хруст ломающихся костей.

Спустя время на языке появился вкус крови, а тело онемело, и в этот момент всё прекратилось. Вазир и Маркус слышали только своё тяжёлое дыхание. Они безжизненно рухнули на землю лицом друг к другу. Вазир слегка улыбнулся брату, а Маркус, едва дёрнув уголком губ, закатил глаза, потеряв сознание.

Эдиорел развернулся и разъярённым взглядом посмотрел на Абигейл с Гвен. Они бились в истерике и слезах, а другие жёны закрывали им рты рукой, чтобы ещё больше не разозлить мужа. Рядом с ними стояли остальные наследники, на лицах которых застыл страх. Ролан пытался сдержать крик, крепко прижимаясь к Нади, но от ужаса малыш топал ножками.

Сквозь зубы Владыка прорычал:

– Живо все ушли! Не смейте к ним прикасаться!

Илайн с Саррой потащили бедных матерей внутрь. Замок начал восстанавливаться, возвращая своё величие.

Не совладав с нахлынувшими эмоциями, Ролан отпустил Нади и с воплем побежал к Маркусу. Эдиорел, идя к замку, подхватил маленького сына на руки и понёс его. Восьмой со слезами смотрел на лежащего на земле любимого брата и на то, как он исчезал за камнями, которые ставились друг на друга, восстанавливая стену.

На небе уже засверкали звёзды и прошло несколько часов, а Вазир с Маркусом только пришли в себя.

– Опять ничья? – еле спросил Вазир.

– Судя по тому, что ты вырубился и появился Вильг, победа за мной, – съязвил Маркус.

– М-да, – Вазир попытался посмеяться и сразу тихо застонал. – Думаю, Вильг в шоке.

Братья засмеялись, но тут же скорчились от боли. Спустя ещё пару минут они смогли сесть и, посмотрев друг на друга, пожали руки в знак мира. Кое-как парни встали и побрели в замок.

– Тебе не кажется, что отец стал слишком жесток? – держась за живот, спросил Вазир. – Раньше такого не было.

– Я тоже это заметил, – Маркус озадаченно посмотрел на брата. – Может, мы просто его взбесили?

– Уговорил, – прохрипел Вазир. – Не буду трогать нашу мелкоту. Временно.

Братья вновь пожали руки, но они не догадывались, что это было лишь начало ужаса, который вскоре поглотит весь замок.

Начало осени, 5054 год. Не зарекайся

Эдиорел со всеми своими наследниками в очередной раз пришёл к Баэлламу. Третий сын сразу заметил, что эльфов стало в разы больше. Когда он впервые приходил к «изгоям», их было всего семнадцать, а в этот раз уже двадцать восемь.

Спустя пару часов общения Эвали завладела вниманием Владыки, а Баэллам отвёл Маркуса в уединённое место. Они пошли к озеру, где лёгкие волны бились о берег.

– Маркус! Мы с тобой знакомы уже более двадцати лет, – у эльфа появилась лёгкая улыбка. – Мне больше не к кому обратиться.

– Баэллам! Ты же знаешь, что для вашей семьи я сделаю всё, что угодно, – улыбнувшись, ответил Маркус.

– У меня к тебе будет просьба, – прошептал король. – Ты сможешь найти дом эльфийке и эльфу? Им тяжело находиться в этих лесах, но отпустить их на произвол я не могу.

– Конечно! – сразу согласился Маркус. – Думаю, Август будет рад новым друзьям.

– Выходите, – негромко сказал Баэллам, и из-за камня вышли двое. – Это Нобу и Амалис.

Перед Маркусом появились два эльфа. Девушка с золотыми волосами, которые достигали поясницы с ушами смертной, и черноволосый парень с очень короткой стрижкой. Его волосы были длиной не больше пяти сантиметров.

– Ты можешь прикрыть меня на полчаса? – спросил Маркус у Баэллама. – Я их провожу и вернусь!

Баэллам кивнул и поспешил уйти. Маркус улыбнулся эльфам и, открыв проход к домику, шагнул в него. Нобу и Амалис не сопротивляясь, шагнули за ним, и оказались в небольшой гостиной, где всё было аккуратно прибрано. Проход закрылся, и Маркус прокричал:

– Август! Ты дома? Я тебе компанию привёл!

Сверху послышался топот, и по лестнице сбежал молодой парень. Он подбежал к Маркусу и крепко обнял его.

– Рад тебя видеть! – улыбаясь, произнёс Август.

– Я ненадолго! – Маркус повернулся к эльфам и представил их брату. – Это Нобу и Амалис. Баэллам попросил их приютить. Дорогие эльфы, это Август, мой брат-двойняшка.

– Располагайтесь! Буквально десять минут, и ваши комнаты будут готовы! – быстро сказал Август и побежал на второй этаж.

Эльфы стояли немного растерянные. Они посмотрели на Августа в недоумении, ведь это был первый «побочный» ребёнок Эдиорела, который дожил до сорокалетнего возраста. Вазира они не считали, так как он застрял в теле наследника. «Побочки» едва ли дотягивали до двадцати лет. Маркус, увидев их замешательство, поспешил объяснить:

– Моя мать усыновила Августа и указала ту же дату рождения, что и у меня. При этом он сын Эдиорела, ведь она в документах указала его, как отца Августа.

– Ты хочешь сказать, – Нобу попытался понять услышанное. – Что у твоего отца есть усыновлённый ребенок, о котором он даже не знает?!

– А твоя мама – шикарная женщина, – посмеялась Амалис. – Вот так с лёгкостью обмануть великого Эдиорела. Теперь я понимаю, почему она является самой любимой женой, а ты его любимчиком, которому прощаются все выходки.

– Ого! Даже такие подробности вы знаете, – засмеялся Маркус. – Только не всегда прокатывает. Периодически всё равно и мне влетает.

Маркус провёл эльфов по нижнему этажу и показал, где и что находится. Гостиная была не особо большая, в ней едва ли поместилось бы шесть гостей. Перед камином стоял диван и по бокам два кресла. За диваном находилось окно. Кухня тоже оказалась небольшой. Гарнитур был сделан из сосны и окрашен в зелёный цвет, но местами краска уже потрескалась. По центру стоял стол, а вокруг него шесть стульев.

Маркус предупредил эльфов, что скоро наступит зима и выпадет снег. Они очень обрадовались, ведь до этого ни разу не видели снега, а только слышали о нём. Побыв с ними ещё немного, Маркус оставил Амалис и Нобу на Августа, а сам вернулся в Великий лес. Баэллам занял всё внимание Эдиорела, и тот не заметил исчезновение сына.

Владыка с королём эльфов сидели за столом в окружении своих детей. Вазир стоял около своего отца, а эльфы-близнецы около своего. Рядом с Кэлом и Элом крутился Ролан и что-то бурно рассказывал. Давис развалился на всю лавочку, которая была рядом, и смотрел в небо, а Нади с Кави пытались сдвинуть его, чтобы сесть рядом. Майт устроилась около отца и общалась с Эвали. Онис же лежал на земле, раскинув крылья, любуясь небом.

Маркус подошёл к Эдиорелу и услышал:

– Мой друг, – говорил Эдиорел. – Они будут прекрасными партиями друг для друга. Кэлиас с Нади и Элиас с Майт.

Нади, услышав предложение отца, слегка оскалилась на Кэла. Майт посмотрела на Элиаса и сильно покраснела, а тот ей, улыбнувшись, подмигнул.

Эдиорел понимал, что его дочери будут против такого брака, но знал, что они не пойдут против пятого закона: «Владыка не просит, а приказывает».

Кэлиас растеряно посмотрел на отца и едва заметно покачал головой. В его планы не входила женитьба по расчёту. На тот момент Кэл рассматривал для союза лишь эльфиек или ведьм, но никак не волчицу.

Элиасу нравилась Майт и поэтому он не сильно сопротивлялся браку с ней, даже если она была бы против. Сама наследница, ещё не понимала своих чувств, так как не задумывалась о отношениях.

Баэллам твёрдо ответил:

– Нет! Браки должны строиться на любви, и мои сыновья женятся только на любимых женщинах.

– Мой дорогой друг! Не торопись с ответом, – Эдиорел пытался стоять на своём. – Ты всё хорошо обдумай. Я уважаю тебя и твой клан, но где гарантии, что Элиас и Кэлиас найдут себе жён, учитывая из кого состоят «изгои»? Они сразу поднимутся в обществе и получат отличный титул. Только если твои сыновья не «особенные». Я наслышан, что иногда между близнецами есть крепкая братская любовь.

– Вот это тебя точно не должно волновать, – сквозь зубы процедил Баэллам.

Наследники тут же глянули на Вазира, а их улыбки расползлись в издевательской улыбке. На это вампир оскалился, показав средний палец.

Тут ко всеобщему удивлению Кэлиас проворчал:

– При всём моём уважении к Принцессе Нади, я не готов жениться на ней. Я даже представить не могу, что должно случиться в моей жизни, чтобы я женился на волчице.

– Пап, – невозмутимо сказал Элиас. – Я готов женится на Майт, если она захочет.

– К тому же, – добавил Кэлиас. – У «цветных» полно девчонок. Так что, дядя Эдир, не переживайте, мы не останемся одни.

Близнецы не только дрались с тем кланом, но и дружили с некоторыми эльфами из него. Среди них нашлись те эльфийки, которые были не прочь повеселиться с близнецами по ночам. Поэтому братья и не сильно волновались из-за того, что в их клане нет подходящих для них девушек.

Эдиорел одарил Баэллама сердитым взглядом и сквозь зубы процедил:

– Мой дорогой друг! Прошу, усмири сыновей!

Вазир видел, что обстановка накалялась, и громко отшутился:

– Отец! Ты не дави на близняшек. Может, они всё же предназначены друг для друга.

Элиас решил подыграть шутке вампира и, обняв брата за талию и поцеловав его в щёку, томно произнёс:

– О, солнце моё белокурое! Ночь такая лунная, а ты такой прекрасный. Позволь мне насладиться тобой.

– Луна моя седовласая! – в тон ему ответил Кэл. – У нас гости. Держи себя в руках. Чуть позже я удовлетворю все твои желания.

Маркус встал около Вазира и, проведя рукой по его лицу, попытался говорить серьезно:

– Клыкастик! Я тут подумал, может, ты уделишь мне… А-ха-ха!

Маркус не смог сдержаться и засмеялся.

– О-о! Братец! Я-то всегда «за» подобные эксперименты, но Вильг не поймёт нас, – через смех сказал Вазир. – А-а-а! Я даже представил его рожу! Он пробуждается, а мы с тобой … А-ха-ха-ха!

– Я готов вам даже свечку подержать, – Давис уже задыхался от смеха, лёжа на лавке.

Близнецы с наследниками залились истерическим гоготом. Пошлые шутки полились с огромной скоростью. Все эльфы, что стояли рядом, тоже стали хохотать, и даже Эвали прикрыла рот, стараясь сдерживать смех. Но вот отцы продолжали пилить друг друга взглядом.

Нади продолжила отвлекать отца от темы свадьбы и решила спросить:

– Кэл, Эл! А кто из вас старший?

Кэл сразу перестал смеяться и одарил девушку сердитым взглядом. Он скорчил саркастическую гримасу и показал два больших пальца. На эту жесть Баэллам слегка улыбнулся, а Элиас потрепал брата по голове.

Эвали встала и подошла к мужу, положив руки на его плечи. Она спокойно ответила Нади:

– Все знают, что эльфийкам сложно рожать близнецов, так как наш организм не предназначен для рождения двух детей сразу. Но мой любимый супруг не желал нас отпускать. Когда начались роды, я сразу стала терять жизнь. Баэллам боролся за меня, а врач Атала – за моих детей. В этой суматохе на первого малыша забыли повязать ленточку. Поэтому мы не знаем, кто из них первенец, и это сильно расстраивает Кэлиаса.

– Это и не важно, – Баэллам с нежностью посмотрел на сыновей. – Главное, что все остались живы.

– Это Элиас, – невозмутимо сказал Давис. – У него мозгов побольше, и он думает перед тем, как что-то сделать.

– А мне кажется, что это Кэл, – Вазир посмотрел на близнецов. – Он всегда готов защищать брата и сразу рвётся в бой.

Все наследники стали бурно рассуждать, кто же мог быть первенцем между близнецами. Но и это не помогало! Тогда Элиас решил перейти совершенно на другую тему.

Он посмотрел на Вазира и спросил:

– А почему вы Ониса называете Милашка?

– Потому что он красив, как девушка, – улыбнувшись, ответил Вазир, а Онис сердито зыркнул на брата. – Ты же знаешь, что все орлы обладают очень красивыми и миловидными чертами. Онис, имея корни орла, у нас самый красивый, и поэтому он Милашка. Кави не унаследовала от дракона что-либо, и чтобы она несильно расстраивалась, мы зовём её Дракончик. Ролан – Рыжик из-за цвета его волос. Ну и Давис Коро…

– Тварь! Только продолжи! – Давис соскочил с лавки и, подбежав к брату, пнул его по голени. – Нормальный я! У меня рост, как у смертного – сто семьдесят! Я чуть ниже Ониса и Ролана. Это вы переростки, под сто девяносто вымахали!

– Давис! – Маркус подошел к брату и облокотился на его голову. – Зачем ведёшься на его провокацию?

– Гнида! Говоря это, ты используешь меня, как подставку, – сквозь зубы сказал Давис, смахнув руку брата.

Но, несмотря на все усилия детей, Эдиарел продолжал давить на друга и настаивать на своём. Он не привык к отказам, и это был первый случай, когда его просьбы посмели ослушаться. Пытаясь сдержать гнев, Владыка проскрежетал когтями по столу, оставив следы. Он посмотрел на своих наследников разъярённым взглядом и сквозь зубы произнёс:

– Заткнулись или языки вырву!

Наследники тут же оцепенели. Маркус зыркнул на Вазира и едва заметно кивнул ему, а вампир, поняв брата, позвал Вильгельма. Буквально через несколько секунд у вампира появился синий глаз, означающий, что оба вампира следят за обстановкой.

Эвали впилась пальцами в плечи мужа и с ужасом смотрела на Владыку. Элиас с Кэлиасом подошли к матери и, взяв её за руки, отвели в сторону. Все вокруг почувствовали напряжение, возникшее между двумя отцами.

В этот момент Кэлиас сдался и негромко произнёс:

– Пап! Мне не сложно жениться на Нади и …

– И всю жизнь прожить с женщиной, которую ты даже не любишь?! – перебив, грозно сказал Баэллам.

– Стерпится, слюбится, – Эдиорел высокомерно просмотрел на короля эльфов.

– Как у тебя с Розали?! – голос Баэллама становился всё свирепее, а все наследники удивлённо переглянулись. Они понятия не имели, что восьмая жена была «по расчёту». – И не надо мне говорить, что сейчас у вас всё хорошо. Она ненавидит собственного сына, и я не желаю, чтобы у Нади с Кэлиасом было так же.

– Это мелочи жизни, – усмехнулся Эдиорел. – Главное, что я́ люблю своих детей.

– Это не любовь – решать всё за них, – сквозь зубы процедил Баэллам. – Да! Ты дал им жизнь. Но они давно выросли и имеют полное право сами решать, как им дальше жить.

– Ты хочешь сказать, – Эдиорел в упор посмотрел на своего друга, – что если прямо сейчас твои сыновья захотят уйти, ты их отпустишь?

– Да, – твёрдо ответил эльф. – Мы, родители, можем только подсказывать, но не более.

– Но сейчас ты вмешиваешься в решение своего сына! – Эдиорел желал получить хотя бы одного из близнецов. Он понимал, что если свадьба состоится, то Баэллам на всю жизнь будет привязан к нему, а это то, чего на самом деле желал Владыка. – Кэлиас принял решение, а ты его оспариваешь.

– Я поддержу любое их решение, – эльф не отступал и злился всё больше. Его золотые волосы начали сереть. – Но если я увижу, что они ошибаются, то тут же скажу им об этом. Я не дам совершить им ошибку, которая уничтожит их жизнь. Кэлиас может жениться хоть на вампирше, но только если это будет по любви.

В этот момент глаза Эдиорела почернели, а глаза Баэллама посинели. Вокруг всё затряслось, стало тяжело дышать. Эвали впилась в руки сыновей и еле сдерживала слёзы. На лице женщины застыл дикий ужас и было понятно, что она боится супруга.

Маркус, глядя на Эвали, вспомнил, как Кэлиас рассказывал, что его мать единожды видела этот облик Баэллама, когда он защищал иных и убивал тех, кто их пытал. Тогда Эвали было всего двенадцать лет. В тот страшный день погибло много эльфов из разных кланов, их тела были разорваны на куски. Именно после этого Баэллама прозвали «Эльфийский потрошитель».

Эдиорел и Баэллам, с грохотом встав изо стола, перешли на крик. Белоснежные волосы эльфа полностью посерели, а тело Владыки почернело. Баэллам старался достучаться до друга и объяснить, что тот неправ по отношению к детям:

– Наши дети – это дети Великой Матери! Мы лишь даём им возможность жить и идти вперед, мы их проводники в эту жизнь! Детям нужна наша помощь, чтобы многому научиться, многое узнать! Направляй, а не контролируй их! Да, ты дал им жизнь, но они не принадлежат ни тебе, ни их матерям – они принадлежат сами себе! В дальнейшем они сами будут принимать решения, сами выберут свой жизненный путь! Ты не имеешь право решать за них!

– Имею!!! – во всё горло заорал Эдиорел. – Я их отец, и мне решать, что будет с их жизнями!

– Ты пытаешься вырастить из них лучшую копию себя, забывая, что они тоже личности! – Баэллам держался из последних сил. – Ты отбираешь у них возможность узнать самих себя и прожить свою собственную жизнь, которую они бы хотели! Они не твоя собственность!

– Они моя собственность!!! – яростно провопил Эдиорел.

После этих слов всё затряслось, и отцы исчезли. Буквально через секунду раздался грохот за пределами леса. Все изгои с наследниками ринулись туда. Там они увидели, как дерутся два титана, которые с безумной силой били друг друга. Спустя пару ударов Баэллам принял облик: серые волосы и тёмно-синие глаза. Из его кистей вылезли два небольших кинжала, от которых к локтям потянулись едва заметные нити и обвили его плечи. Если эти нити коснутся плоти, то мгновенно разрежут её на мелкие куски. В этом обличии эльф двигался с невероятной скоростью.

Эдиорел тоже обратился, увеличиваясь в размерах и выглядя, как оборотень. Его кожа почернела, ноги превратились в волчьи лапы, а из спины вылезли чёрные крылья дракона.

Баэллам метнул кинжал, но тот пролетел мимо и воткнулся в землю. Эдиорел засмеялся и злорадно выкрикнул:

– Ты промазал! Похоже, великий Король «золотых» потерял хватку!

Но тут же заметил, как что-то блеснуло около его плеча, а сама рука оказалась обвита серебренными нитями. Они натянулись. Владыка еле успел вырвать руку из западни и отпрыгнул назад. Спустя секунды Эдиорел почувствовал дикую боль в левой руке выше локтя. Посмотрев, он увидел глубокую рану до самой кости, которую попытался заживить, но магия эльфа оказалась сильнее. Эдиорел понял, что такой порез придётся зашивать, а после останется шрам.

Баэллам резко отдёрнул руку, и кинжал в секунды вернулся ему в ладонь. Близнецы впервые увидели отца в ярости, а Элиас заметил огромное сходство его с Кэлиасом.

Владыка прекрасно знал, что в битвах Баэлламу равных нет, особенно в дальнем бою. К эльфу даже подобраться невозможно. Король изгоев заметил замешательство друга и громко крикнул:

– Что такое, мой дорогой друг?! Как детей избивать до полусмерти, которые тебе даже ответить не могут, так ты сразу полон сил! А как только ты встретил равного, так сразу хвост поджал?!

Глаза Владыки налились яростью, и он, не раздумывая, вновь кинулся на друга. В бойню, что ещё не успела разгореться, вмешались наследники. Сыновья метнулись наперерез отцам, и те на мгновение замедлились. В этот же момент Кави, Нади и Майт обездвижили Эдиорела, заключив его в свои объятья.

Детям удалось вразумить отцов и договориться о мирном соглашении: Баэлламу и его клану запрещалось переступать границу государства Оторвии, а Владыка забывает о существовании изгоев. В тот же вечер Эдиорел со своими детьми покинул Великий лес и более не посещал его.

Владыка считал, что Баэллам предал его, отказавшись от брака их детей. Только спустя время выяснилось, что этот конфликт зародил кое-что новое.

Маленький уют

Нобу с Амалис первое время было непривычно находиться в доме. Он оказался намного меньше того, в котором они жили до этого. На первом этаже находились небольшая гостиная и кухня вместе со столовой. На втором этаже было пять спален и одна ванная для всех. В спальне хватало места только для кровати и небольшого шкафа. Но всё же весь дом оказался очень уютным, и эльфы быстро полюбили это место.

Домик стоял около склона горы, а перед глазами открывался прекрасный вид на лес и горы. Чуть ниже находился спуск к другому густому лесу, перед которым протекала река. Первое время Амалис с Нобу часами сидели на ступенях перед домом и наслаждались пейзажем. Облака медленно плыли по небу, а прохладный ветер обдувал их лица, и в сердцах эльфов появлялся покой.

С утра и до вечера эльфы сидели одни в доме, так как Август ходил на работу в академию, преподавая там. Эльфы быстро нашли себе занятие и обустроили пустующий амбар под теплицу, чтобы зимой у них были свежие продукты. Нобу с помощью своей магии утеплил амбар, а позже ему удалось создать волокна, которые могли круглосуточно давать свет и тепло растениям. Он высадил много разных овощей с травами и ежедневно обхаживал их.

Амалис следила за домом, прибираясь там и готовя еду для своих друзей.