Аура: Девочка демон

«Медленнее. Я становлюсь всё медленнее. Нет… нельзя. Я не имею права становиться слабее, только не сейчас».

— Ты думаешь, Кагуя тебя ждёт? — выкрикнул Золкарион. — ДУМАЕШЬ, ЕЙ НУЖНА ТАКОЕ НИЧТОЖЕСТВО?!

Санами замерла ровно настолько, чтобы принять следующий удар на самый край клинка. Вся рука содрогнулась.

«Он знает её имя. Знает наше обещание. Но как?..»

Но вопрос уступил место другому, мучительному.

«А если он всё-таки прав?»

Санами отступила ещё на шаг. Земля под ней пошла короткими трещинами — магия откликалась на напряжение, но не давала нужной силы.

— Я… — начала она.

— ЧТО?! ГРОМЧЕ!

— Я не сдамся, никогда и ни за что!

Она сказала это слишком тихо. Клон рассмеялся.

«Слабая. И говорю как слабая, чёрт, даже уверенности нету сказать это в слух».

Санами подняла катану. Руки дрожали; стиснутые пальцы болели. Она заставила себя выпрямиться.

«Кагуя, я дошла до Разведкорпуса. Я дошла так далеко. Пожалуйста… неужели этого всё ещё мало?» Рис 14.

Рис 14. Это ещё не всё. Трек боя: Blossom - HXRIZXN, RVXDEN

Её следующая атака была быстрой, но уже не такой точной. Яростный клон отбил её и ударил плечом. Санами потеряла равновесие, едва не упала и снова поднялась.

Она почти сорвалась — не в яростное наступление, а в панику перед собственной слабостью. И всё же продолжала двигаться.

В другой части поля Миюри тяжело дышала, придерживая бок.

«Хм… он отступает, когда я поднимаю воду выше головы. Но атакует в тот момент, когда я собираю её в стену. Значит, ему нужно, чтобы я на секунду перестала видеть его руки».

Она сделала вид, что готовит новую стену, а сама пустила тонкую струю по траве за спиной клона. Тот испуганно обернулся, и Миюри впервые попала в него плотной водяной волной.

— Получилось!.. — выдохнула она.

Радость длилась недолго. Клон вскрикнул и, падая, метнул ещё одно копьё. Миюри успела отбить его водой, но от резкого движения боль под рёбрами вернулась.

«Ох. Не расслабляйся. Даже когда он боится, это всё ещё Золкарион».

Хонока тем временем заметила смещение боя Миэлы.

Она уже подготовила способ задержать печального клона. Когда тот в очередной раз открылся для бокового выпада, Хонока не попыталась ранить его глубоко. Вместо этого её катана засветилась мягким фиолетовым отблеском.

Четыре коротких движения — к запястью, плечу, бедру и под колено. Разрезы были почти незаметными. Но магия прошла глубже поверхности, пересекая тонкие каналы, через которые клон управлял движением конечностей. Рис 15.

Рис 15. Сверхзвуковая магия Хоноки.

Его рука повисла. Нога подогнулась. Он попробовал шагнуть и не смог.

— Даже это… — печально сказал он. — Даже собственное тело когда-нибудь перестаёт слушаться.

— На какое-то время тебе придётся посидеть, — ответила Хонока без злобы.

«Ненадолго. Но мне большего и не нужно».

Она обернулась туда, где была Миэла.

И увидела, что та уже бежит к теням.

***

Миэла знала приказ Миюки.

Холодный клон остался позади. Он не преследовал её и даже не окликнул: только повернул голову вслед, с тем же пустым выражением лица.

Она знала, почему нельзя оставлять противника за спиной. Знала, что капитан рассчитывает на согласованность пяти магов. Всё это оставалось у неё в голове — ясное, привычное, правильное.

Но прямо перед ней был настоящий Золкарион.

Тот, кто убил Лайрэ.

Она помнила не только смерть. Помнила миг после неё: как ждала, что удар достанется и ей, а Золкарион вместо этого посмотрел с любопытством и ушёл. Оставил её жить. Ему хотелось узнать, во что превратится её горе.

«Я не позволю тебе повторить это с кем-то ещё».

Миэла сорвалась на бег. Кровавые клинки вытянулись за ней, словно острые ленты.

— Миэла! — донёсся откуда-то голос Хоноки.

Она не остановилась.

Золкарион вышел из тени всего на шаг. На его лице появилась знакомая улыбка. Рис 16.

Рис 16. Настоящий Золкарион.

— Надо же. Какая нетерпеливая.

В руке предвестника возникло чёрное копьё. Он бросил его без замаха — коротким, почти небрежным движением.

Миэла увидела острие слишком поздно.

Раздался звон.

Перед ней возникла Хонока. Её катана пересекла траекторию удара. Чёрное древко разлетелось на сухую тёмную пыль, словно его никогда не существовало.

— Ты с ума сошла?! — Хонока повернулась к Миэле. — Тебе же приказали остаться с клоном!

Миэла попыталась обойти её.

— Не мешай.

— Нет. Посмотри на меня.

— Хонока, уйди.

Хонока схватила её за предплечье. Голос оставался твёрдым, но не жестоким.

— Я понимаю, что тебе больно. Но сейчас ты не одна здесь. Ты подставляешь весь отряд.

Миэла дёрнулась.

— Да как тебе вообще понять меня?!

Хонока на мгновение удивлённо замолчала. Слова задели сильнее, чем Миэла могла предположить.

«Если бы ты знала…»

Но говорить о Кохару и Рицу сейчас означало бы потерять ещё несколько секунд. Хонока удержала её руку.

— Потом. Мы поговорим об этом попозже, обещаю. Сейчас надо вернутся к остальным.

— Отпусти меня я сказала! Я должна его убить, только я!

— Ты сейчас не сможешь, успокойся, Миэла!

Миэла рванулась снова, и Хоноке пришлось удерживать её обеими руками.

Золкарион наблюдал издалека. Его улыбка стала почти довольной.

— Как трогательно, — произнёс он негромко. Рис 17.

Рис 17. Срыв эмоций. Трек фона: empathy - insensible

***

Миюки услышала крик Миэлы и поняла всё прежде, чем увидела.

«Нарушение приказа. Хонока пошла за ней. Оба направления открыты».

Хитрый клон мгновенно возник справа.

— Эй Капитан, не отвлекайся. А то мне обидно если что.

Он нанёс два удара подряд. Миюки приняла первый щитом, от второго ушла в сторону и вместо контратаки провела рукой по воздуху.

Лепестки сакуры, разбросанные по полю за время боя, разом поднялись.

Клон вскинул голову.

— Ого. А вот это уже…

Его слова оборвались. Лепестки сомкнулись вокруг него высокой многослойной стеной, закрыли верх, утолщились внизу и заперли его в огромной розовой клетке. Снаружи барьер казался почти невесомым, но изнутри раздался тяжёлый удар. Стенка выдержала.

«Не удержу долго. Хватит, чтобы добраться до них».

Миюки побежала.

Она видела Хоноку, удерживающую Миэлу. Видела настоящего Золкариона чуть дальше. И — самое важное — видела, как у него в ладони уже собирается второе чёрное копьё.

— Хонока! — крикнула она.

Миэла первой заметила движение.

Копьё сорвалось с руки предвестника прямо в Хоноку.

— Берегись!

Миэла толкнула её в плечо, пытаясь убрать с линии удара.

Но копьё уже было рядом.

Розовая фигура мелькнула между ними и темнотой. Рис 18.

Рис 18. Миюки прибыла на помощь. Трек фона: empathy - insensible

Удар пришёлся Миюки в плечо. Острие прошло насквозь. От боли у неё потемнело перед глазами, колени почти подогнулись. Она всё же успела поднять свободную руку, ударила по древку сбоку магическим щитом и заставила копьё изменить направление. Оно пронеслось мимо Хоноки, ударило в землю и распалось в чёрную пыль.

Миюки опустилась на колени.

На руке быстро расползалось тёмное пятно. Она прижала ладонь к ране и попыталась вдохнуть ровнее.

— Капитан! — Хонока тут же оказалась рядом.

Миэла застыла.

— Миюки…

И замолчала. Смотрела на пробитое плечо так, словно не могла соединить причину и следствие.

Миюки заставила себя поднять глаза.

— Миэла… — выговорила она после короткой паузы. — Сейчас не время. Мы ещё не закончили.

— Но…

— Помоги Хоноке. Это приказ.

Миэла медленно кивнула. Ненависть никуда не исчезла, но теперь рядом с ней появилась вина — тяжёлая, почти физическая.

Хонока поддержала Миюки под здоровую руку.

— Надо остановить кровь.

— Позже. Сначала… — Миюки посмотрела туда, где стоял оригинал. — Сначала убедимся, что он не повторит атаку.

Она пыталась говорить как командир. Только голос выдавал боль.

***

Керин увидела падение Миюки и перестала ждать.

В её ладони возникло синее свечение. Оно вытянулось, обрело форму рукояти и длинного клинка. Керин сделала шаг к полю, затем второй.

Кто-то схватил её за руку.

— Даже не смей.

Она резко обернулась. Юджин держал её запястье, и лицо у него было таким, какого она ещё не видела.

— Юджин, ты чего, отпусти меня. Они ранены.

— Вижу.

— Тогда ты должен понимать…

— Я понимаю больше, чем ты думаешь.

Он осёкся. Несколько мгновений смотрел мимо неё, на неясный свет огней у воронок.

Перед глазами стояло другое поле. Река. Аяно, лежащая там, куда он уже не успевал добраться.

— Я уже однажды стоял рядом с той, кого не смог защитить, — тихо сказал Юджин. — И видел, как она умирала. И ничего… совсем ничего не смог сделать.

Керин перестала вырывать руку.

— Юджин…

— Я знаю, что ты сильнее меня. Знаю, что можешь помочь. Но я больше не хочу через это проходить. Керин… особенно если речь идёт о тебе.

Последние слова он произнёс почти шёпотом.

Керин смотрела на него, не находя ответа. Он говорил не как ученик, спорящий с наставницей, и не как человек, пытающийся доказать собственную смелость. Перед ней стоял тот, кто уже однажды потерял близкую Ауру и слишком хорошо помнил цену опоздания.

Синее лезвие в её руке дрогнуло. Свет распался на мелкие частицы; они поднялись и погасли в ночном воздухе.

Керин так и не произнесла ни слова.

Юджин отпустил её запястье. На секунду прикрыл глаза. Когда открыл их снова, взгляд уже изменился: он активировал глаза Шитору.

— Я вернусь, — сказал он и бросился к полю.

Керин осталась на месте. Рис 19.

Рис 19. Удивление Богини Синих Ару. Трек фона: dark snowy night - Daniel

***

Юджин добежал до трёх Аур, тяжело дыша. Миюки стояла на одном колене, Хонока поддерживала её, Миэла напряжённо смотрела на тени.

Юджин протянул руку вперёд.

«Кровавая Луна. Сейчас. Ну же».

Он попытался призвать катану.

Пусто.

В прошлый раз артефакт появился, когда ему казалось, что мир вот-вот оборвётся. Теперь ладонь оставалась пустой, сколько бы он ни сосредоточивался.

— Чёрт… Что сейчас-то не так?!

Хонока резко повернулась к нему.

— Ты?! Что ты вообще здесь делаешь?! — Она посмотрела на его пустую руку, затем на глаза. — Ты хоть понимаешь, куда попал?!

Юджин выпрямился.

— Понимаю.

— Это не место для человека. Лучше уходи, пока можешь!

Он посмотрел на раненую Миюки, на Миэлу, которая никак не могла отвести взгляд от Золкариона, и снова на Хоноку.

— То, что я человек, ещё не означает, что я должен стоять в стороне и смотреть, как вы погибаете, тем более, тут есть и моя вина за происходящие.

Хонока хотела возразить — и не нашла слов сразу. В голосе Юджина не было ни бравады, ни просьбы признать его равным. Только упрямое решение.

Миюки взглянула на него снизу вверх.

— Тогда… не мешай нам действовать, — с трудом произнесла она.

— Постараюсь.

— Постараешься? — переспросила Хонока, но договорить не успела.

Из тени донёсся знакомый смешок.

— Ух ты. Решил поучаствовать в нашем спектакле?

Настоящий Золкарион вышел на лунный свет.

Его взгляд был прикован к Юджину.

— А я уже начал думать, что ты пропустишь самое интересное.

Предвестник поднял руку. В воздухе за его плечами возникли чёрные копья — одно, второе, третье, ещё несколько. Все острия повернулись к небольшой группе.

Хонока перехватила катану.

«Слишком много. С Миюки на руках мы не уйдём».

Миэла подняла кровавый щит, но он был слишком узким, чтобы закрыть всех.

Юджин машинально выставил пустую руку, словно катана всё-таки могла появиться в последнюю секунду.

Золкарион опустил пальцы.

Копья сорвались с места.

И исчезли в огне.

Не ударились о щит, не разлетелись от столкновения с оружием — просто вспыхнули и сгорели целиком, не достигнув цели. Жар прошёл перед лицами стоявших на поле Аур и тут же отступил.

Когда пламя расступилось, впереди стояла Марта Хикагури.

Спиной к Юджину.

Хонока замерла. Миэла чуть опустила щит. Миюки, сдерживая боль, подняла голову.

— Марта?.. — голос Юджина сорвался. — Но как ты…

Марта немного повернула голову. Рис 20.

Рис 20. Появление Марты. Трек фона: FLY! Ultra Slowed - LXKERSON

Он увидел только половину её лица — и холодный взгляд, который не оставлял возможности притвориться, будто их последнего разговора не было.

Она ничего не сказала.

Повернулась обратно к Золкариону.

Юджин так и остался стоять с протянутой пустой рукой.

***

Издалека Мидзуки увидела маленькую фигуру в красном на обгоревшей траве и не сразу поверила глазам.

— Ничего себе… Сама Марточка к нам решила прийти.

— Марточка? — переспросила Куранами, не отрывая взгляда от поля.

— А как ещё мне её называть?

Куранами коротко усмехнулась, но ответить не успела. Марта уже подняла ладони.

Между ними вспыхнул крошечный огонёк.

Совсем маленький — будто на кончике фитиля только что родилось пламя. Только цвет у него был не жёлтый: тёмно-красный, плотный, почти багровый. Он не дрожал от ветра. Рис 21.

Рис 21. Запретная магия. Трек фона: FLY! Ultra Slowed - LXKERSON

Марта произнесла ровно, без повышения голоса:

— Огненная Санса.

Куранами перестала улыбаться.

— Кажется, я знаю, что сейчас собирается сделать Марта.

Мидзуки повернула к ней голову, но та уже смотрела на крошечное пламя.

Золкарион тоже смотрел.

Он больше не улыбался.

Где-то глубоко в памяти поднялся образ другой Красной Ауры. Микаса Хикагури, бабушка Марты. Он помнил не всё из той встречи — отдельные движения, страшное спокойствие, огонь, который поначалу казался смешным. И то, как быстро перестало быть смешно.

«Этого не может быть, эта штуку опасна».

Марта перенесла пламя на одну ладонь. Вторую опустила. Рука с огоньком вытянулась вперёд.

«Она знает Сансу. Не подражание. Ту самую».

На лице Золкариона впервые проступило не раздражение и не азарт, а ясное понимание опасности.

«Прямое попадание — конец».

Марта подняла большой палец.

Мир словно задержал дыхание.

Миюки увидела вдалеке красную точку и не сразу поняла, почему от одного её вида стало так холодно. Хонока перестала поправлять повязку на плече капитана. Миэла смотрела на руку своей богини, забыв об оружии. Юджин не слышал даже собственного дыхания.

Огонёк сорвался с пальца.

Он летел почти бесшумно. Маленькая багровая искра пересекала ночное пространство, не оставляя за собой ни пламени, ни дыма. На фоне выжженных воронок она выглядела чем-то ничтожным.

Золкарион метнулся в сторону в последнее мгновение.

Искра прошла там, где только что находилась его грудь.

Коснулась земли.

Сначала вспыхнул белый свет.

Потом ударило пламя. Рис 22.

Рис 22. Взрыв Сансы через секунду. Трек фона: FLY! Ultra Slowed - LXKERSON

Земля раскрылась огромными трещинами. Из точки попадания поднялся столб огня, такой высокий, что его верхушка исчезла в клубах ночных облаков. Глыбы грунта вырвались из глубины и завертелись в воздухе. На дальнем краю поля деревья пригнулись от пришедшей ударной волны.

Хонока наклонилась над Миюки, прикрывая её собой. Миэла выставила защиту из крови. Юджин вцепился рукой в траву — и всё равно его поволокло на несколько шагов. Там, где секунду назад горели лишь маленькие кратеры, выросла новая зияющая воронка.

Удар дошёл до Куранами и Мидзуки запоздало. Куранами заслонила подругу от летевшей пыли. Обе молчали, глядя на огненный столб.

«Такая мощь…» — подумала Миюки, пытаясь восстановить дыхание. «А ведь она даже не приблизилась к нему».

Хонока подняла лицо навстречу горячему ветру.

«Один огонёк. Всего один».

Миэла смотрела на пламя широко раскрытыми глазами. Ей доводилось видеть магию сильных Красных Аур. Но между увиденным прежде и этим лежала пропасть.

Юджин наконец смог выдохнуть.

— Что… это за магия такая?

Никто рядом не ответил.

***

Столб огня медленно осел. Ночь не стала прежней: там, где ещё недавно тянулась трава, теперь лежал раскалённый, переломанный грунт. На краях новой воронки догорали остатки огня. Дальше, за пределами взрыва, по-прежнему темнели неповреждённые участки поля, и густой лес стоял чёрной стеной.

Из дыма вышел Золкарион.

Одежда на нём местами обуглилась. На лице и руках проступали следы ожогов. Он шёл чуть медленнее обычного, но держался прямо. Остановившись, предвестник смахнул с плеча пепел и посмотрел на Марту.

— Чёрт… Ещё немного, и ты действительно убила бы меня, тварь.

Он криво улыбнулся.

— Если бы этот огонёк действительно попал бы прямо в меня, я бы сейчас здесь не стоял.

Марта не ответила. Между ними ещё колыхался горячий воздух.

Санами увидела исчезающее пламя со своей стороны поля. Её противник вдруг перестал кричать. Яростный клон стоял неподвижно, склонив голову, будто слушал кого-то далёкого.

— Эй… — Санами подняла катану, не веря внезапной тишине.

Его плечо рассыпалось в чёрную пыль.

Миюри, всё ещё придерживая бок, увидела, как испуганный клон отступил и исчез — без последнего выпада и без просьб пощадить его.

Печальный клон, оставшийся обездвиженным после ударов Хоноки, рассыпался прямо на траве. Холодный противник Миэлы исчез там, где она его оставила. Даже розовый барьер Миюки опустел: хитрый Золкарион обратился в тёмные частицы прежде, чем успел разрушить клетку.

Пять потоков мрака устремились к настоящему предвестнику. Они не ударили в него снаружи, а словно втянулись обратно под кожу. На мгновение воздух рядом с Золкарионом потемнел.

Миюри первой двинулась к остальным — осторожно, проверяя, выдержит ли бок быстрый шаг. Санами последовала за ней, всё ещё сжимая катану обеими руками.

«Я не победила его. Ни разу не смогла. Кагуя…»

Она заставила себя оторвать взгляд от места, где исчез враг.

У Марты уже собрались Юджин, Хонока и Миэла. Миюки держалась на ногах только с их поддержкой. Миюри и Санами присоединились к ним, и на короткое мгновение весь девятнадцатый отряд снова оказался рядом.

Керин оставалась вдалеке с Мидзуки и Куранами. Она смотрела не на Золкариона, а на Юджина; тот этого не замечал.

— Получается он отозвал клонов, — тихо сказала Миюки.

— Значит, решил перестать делиться силой, — ответила Хонока.

— Это плохо? — спросила Миюри, хотя по их лицам уже поняла ответ.

— Да, — произнесла Миюки.

Миэла молчала. Её рука всё ещё лежала возле раненого плеча капитана, словно она боялась убрать поддержку.

Золкарион медленно поднял руки.

На этот раз он сложил печать не торопясь. Палец за пальцем, с почти церемониальной точностью. Все, кто смотрел на него, увидели необычный рисунок соединённых кистей.

Улыбка исчезла с его лица.

— Сокрытие врат…

Он выдержал короткую паузу.

— Грань Поглощённого Заката. Рис 23.

Рис 23. Последний Козырь Золкариона.