После развода. Срока давности нет

- Проходи.

А сама двинулась в сторону кухни, откуда неслись вкусные запахи, и махнула ей рукой:

- Через час Степа подъедет, а ты пока поешь спокойно. И выдохни, Мариш, все будет хорошо.

Как это хорошо звучало. Хотелось просто закрыть глаза и забыть это все. Но не получалось забыть.

У Симы были голубцы со сметаной, всякие разносолы. Марина отъела немного, потом отложила ложку и проговорила:

- Мне нужен толковый адвокат.

Больше она сейчас не могла рассказать, просто не в состоянии. Ее трясти будет и от нервов развезет. Потом.

- Угу, - кивнула сестра. - Сделаем.

Встала из-за стола, набрала мужа:

- Степ, ты скоро?

А после повернулась к ней.

- Марин, если хочешь, ночуй сегодня у нас. А так вообще квартира дочки сейчас свободна, Иришка с мужем в деревне у свекрови, пробудут еще неделю. Можешь пожить там.

У сестры дома было тепло и вкусно пахло уютом и крепкой семьей, а Марина так дико устала, что ее начало морить. Но ей сейчас лучше было побыть одной.

- Я поеду.

- Хорошо, - Сима кивнула. - Степа подъедет, мы тебя отвезем.

***

Пришлось немного подождать. Потом ехать в час пик по городу. Казалось, этот бесконечный кошмарный день никогда не закончится. Но все-таки через два часа сестра с ее мужем уже уехали, а Марина осталась одна в пустой квартире племянницы.

Тишина и пустота обрушились сразу. Все казалось абсурдным, как будто она попала в другой мир. Марина прошла в кухню, включила чайник. Заварила себе чай и отошла к окну.

И позвонила наконец сыну.

Разница восемь часовых поясов, у него сейчас как раз день. Пошли гудки. И вызов почти сразу оборвался. Пришло сообщение:

«У меня занятия. Давай не сейчас»

А между безличных букв сообщения читалось желание отвязаться.

Удивительно, как она не замечала этого раньше. Ну да, ей же казалось, что ее мужчины заняты. Муж и сын молодцы, они работают, и это правильно. Как же здорово она ошибалась, это просто такое отношение. И, похоже, она сама его своей слепотой заслужила.

«Нет, сейчас», - набрала Марина и отправила.

«Хорошо», - пришел ответ спустя полминуты. - «Подожди немного. Я перезвоню»

Снова ждать. А ожидание жилы выматывало. Марина отпила чай, прошлась по кухне. Гаджет лежал на столе, она время от времени на него посматривала.

Но вот экран отмер. Она тут же приняла вызов:

- Да.

- Привет, ма. У тебя что-то стряслось?

Голос у сына был спокойный и уверенный, если не знать, то и не заподозришь.

- Ты у меня спрашиваешь, что стряслось у меня? Вова, ты ведь приезжал в мое отсутствие и кое-что делал?

Сын усмехнулся, как будто она спросила совершеннейшую ерунду.

- А, ты об этом? Ну да, было дело. Пришлось на пару дней сорваться, но на учебе не отразилось, тут у меня все схвачено.

На пару дней? - возмутилась она мысленно. Не ближний свет, однако.

- И тебе ничего не показалось странным?

- Нет, а что?

- А то, что твой отец провернул это без меня?

- Я думал, вы договорились обо всем. Ты же доверенность оставила, отец все сделал по закону. Я не знал, что ты не в курсе.

Или сын идиот, или ее держит за идиотку. Неприятно было это осознавать. Просто день неприятных открытий какой-то! Марина чувствовала, как все начинает мелко трястись изнутри. Этот разговор с сыном давался еще труднее, чем с его отцом.

- Тебе известно было, что твой отец подает на развод, - сказала она.

- Ой… - выдох в трубке. - Вот что ты сейчас грузишься, мам? Это такая ерунда. Ну подумаешь, разведетесь фиктивно. Что такого? Это же ради дела. Нашла из-за чего переживать.

- Фиктивно?

Марина зло усмехнулась. Да, Богдан именно так это и формулировал.

– Вова, а то, что у твоего отца молодая любовница, на которой он собирается жениться, ты, конечно, тоже не знал?

- Мать, - выдавил сын вымученно, - возможно, папа немного не так преподнес тебе это.

И тут же заговорил с жаром:

- Зато ты знаешь, какие мы получаем перспективы роста?! Там такие связи! Бизнес выходит на новый уровень. Мне уже сейчас предложено участие в таком проекте, куда я и не мечтал попасть. Это шанс, который упустить нельзя.

Такой чистый, незамутненный эгоизм...

- И для этого надо было всего лишь выбросить меня, - кивнула Марина.

- Зачем ты сейчас утрируешь? Ну не фиктивный развод, да. Но и обманул-то тебя отец ненамного. Что изменится радикально? Ничего. Мы все равно семья, ты остаешься папиной женой и моей матерью. А это… Честное слово, мать. Яйца выеденного не стоит.

Марине казалось, что в сердце ворочается ржавый гвоздь.

- Ты получишь хорошие отступные. Сможешь даже ко мне приезжать, когда захочешь. Мам, ты сама пойми - мы семья, и мы должны помогать друг другу.

Она усмехнулась, потерла глаза и сказала:

- Нет, Вова. Желаю вам удачи. Своей семьей, с новой папиной женой. Но без меня.

Сын еще что-то пытался сказать, Марина не стала дослушивать.

Вызов оборвался, и сразу повисла тяжелая, давящая тишина. А она застыла, глядя в пространство. Страшная обида все еще клокотала внутри, в висках стучала кровь, побуждая к действию, но все уже сменялось опустошением.

Просто до этого момента еще была какая-то надежда, что она ошиблась. И все не так, как она себе сгоряча представила. После разговора с сыном последние жалкие попытки сознания, цеплявшегося за привычный комфорт, рухнули.

Казалось бы, еще недавно было все идеально - счастливая семья, муж, сын, работа, перспективы. Сейчас нет никого. И ничего.

Пошел откат.

Марина тяжело поднялась с места и подошла к окну. А там темно, фонари. Стояла, смотрела на свое отражение в стекле. Начали наворачиваться слезы, она их смахнула и отерла щеки.

Весь день держалась, а сейчас уже не было сил.

Разум противился, отказывался понимать, как такое могло произойти. Но факт - вещь жестокая. Уже не имело смысла гадать, когда, в какой момент она упустила сына. Все уже свершилось.

«Сможешь даже ко мне приезжать, когда захочешь».

Она горько усмехнулась и отошла к столу, собираясь выплеснуть остывший чай и заварить новый. И вдруг звонок.

На экране гаджета высвечивался контакт Богдана. Она застыла, скрестив руки на груди. Не было ни малейшего желания отвечать. Но рингтон шел и шел, он вызванивал ее уже по третьему кругу. Можно было, конечно, отключить телефон, но Марина решила принять вызов.

- Да, слушаю.

- Марина, почему не отвечаешь? Я что, должен гадать, где ты?

Голос Богдана звучал резко, проскальзывали требовательные нотки и еще что-то глубинное, во что у нее не было ни малейшего желания вникать. Но это выводило ее на эмоции.

- Какая тебе разница, где я? - спросила Марина, понимая, что все это, с трудом подавленное, опять начинает подкатывать к горлу.

- Где ты находишься? Я подъеду и заберу тебя домой.

- Не утруждайся.

- Не говори ерунды! Ты сейчас не в себе! Вовка там изнервничался из-за того, что ты ему наговорила. Ты вообще представляешь, каково ему сейчас?

Ах, вот оно что. Надо же, быстро сын до папы дозвонился.

- И как? - спросила она, чувствуя, что ее снова начинает трусить. - Как это? Внезапно обнаружить, что мать, оказывается, живой человек, а не хлам, который можно вышвырнуть на помойку? Разрыв шаблона?!

- Не ерничай, Марина! - рявкнул Богдан. - Тебе не идет. И довольно уже, прекращай. Ночь на дворе. Скинь локацию, я заберу тебя домой.

А ее просто вымораживало: вывернуть так, как будто это она виновата во всем.

- Марина, прекращай этот цирк, - теперь голос мужа звучал устало. - Куда мне приехать, где ты?

Зачем все это?

Создавать иллюзию заботы.

- Я там, где надо, - сказала она. - Не звони мне больше.

И выключила телефон.

глава 5

Тяжело было заставить себя лечь спать после этого.

Чужая квартира, чужое все. Чувство - будто она в вакууме, в пустоте, отрезана от всего.

В Иришкину спальню Марина даже не пошла. Не хотела ложиться в постель молодых, отравлять их счастье своей энергетикой. Она улеглась на диване, раскладывать не стала, много ли ей места нужно, чтобы как-то скоротать ночь? Просто свернулась клубочком и попыталась закрыть глаза.

А под веками встает это все. Прожитое, картинами. Двадцать лет. Они молодые с Богданом, маленький Вовка. Не хотела, но все-таки защипало в глазах. Марина перевернулась на спину, уставилась в потолок. Это ничего, это временно. Надо просто привыкнуть к своему новому статусу, и все само пройдет. Главное - не забывать.

Слезы ушли, не пролившись, дыхание успокоилось. Вот, правда, сна ни в одном глазу. Она потом так и лежала, бездумно глядя в темноту.

Но под утро все-таки пришел сон.

Она видела аварию. Страшную, несколько машин просто всмятку. Все в кровище, трупы, покореженные железные остовы. И она как будто ходит одна посреди этого кошмара, ищет живых. А их нет, в такой мясорубке просто никто не мог выжить.

И вдруг детский плач.

Марина бежала туда, откуда доносился плач, спотыкалась, наталкивалась на какие-то обломки. Нашла. В одной из машин была девочка, маленькая, совсем крошка. Она скорей вытащила оттуда ребенка, прижала к груди. И наконец-то накатило ощущение счастья.

Утром, проснувшись в скрюченной позе на диване, Марина не сразу смогла понять, где она. Секунду-другую разминала затекшую шею, потом дошло. Она в квартире племянницы.

На часах половина девятого! И скоро уже подъедут Сима с мужем. Они же вчера договаривались встретиться, сестра обещала помочь с адвокатом. Она стала выкарабкиваться с дивана, и как раз в этот момент позвонила Сима:

- Марин, ты как там? Мы едем, минут через двадцать будем!

Она успела только что-то невнятное пробормотать в трубку и тут же побежала в ванную приводить себя в порядок. Через двадцать минут действительно подъехали сестра с мужем. Еды привезли из ближайшей бургерной, горячий кофе. Степан сразу же уехал, а сестра осталась.

- Мне так неудобно, что я отрываю тебя от дел, - покачала головой Марина.

- Успокойся, - парировала та, откусывая бургер. - Скажи лучше, что ты все-таки надумала?

Ну вот, настало время разговоров, да? Марина потерла руки, потом подняла на сестру взгляд.

- Разводиться буду с Богданом.

- Знаешь, - Сима взглянула на нее пристально, - когда я увидела твой чемодан, догадалась, что вы поссорились. Но неужели все так серьезно? Может, подумаешь еще, попробуешь успокоиться?

Марина сказала, глядя на свои ладони:

- Он изменил мне. Слил меня и за моей спиной перевел на сына все что мог, а мне предложил тихо согласиться на развод и взять отступные. Потому что ему надо жениться на дочке инвестора. Там связи и перспективы роста, а я - так, слабое звено. Как считаешь, это серьезно?

- Ну Богдан дает! - сестра возмущенно вскинула руки. - Я думала, мой бывший был урод, но твой Зарубин его переплюнул! Но погоди, как он это все провернул? А Вовка? Он же твой сын, неужели пошел на это?!

- В том-то и дело, что моего сына все устраивает, - бросила Марина с горечью. - Он вообще не видит ничего страшного, что мы разведемся, а его отец потом женится на любовнице.

Сима некоторое время смотрела на нее молча, потом проговорила, постукивая пальцами по столу:

- Ладно. Все понятно. Делать что будешь?

- Я намерена оспорить сделку и подать на развод, но на своих условиях, - Марина подняла на сестру взгляд. - Мне нужен хороший адвокат. И мне нужна работа.

- Ты хочешь уйти из фирмы? Но ты же столько…

- У меня нет другого выбора. Пока я была в отпуске, Богдан меня задним числом уволил.

- Даже так… - Сима отодвинулась. - Тогда нах*** его.

Марина нехорошо усмехнулась.

Сразу всплыл в памяти вчерашний разговор. Упорное желание мужа загнать ее под плинтус. «Я заберу тебя домой». Для чего? Нет у нее дома, есть совместная жилплощадь. И кроме этого, ее не оставляло чувство, что ничего не будет легко. Богдан терпеть не мог, когда она противилась его воле.

- Я бы и рада, - проговорила она наконец, - но надо еще съездить домой, забрать машину и из вещей кое-что. Так что, вероятнее всего, столкнуться с ним придется.

Неприятно. Просто до дрожи.

- Я поеду с тобой, - сказала Сима. - Хочешь?

- Не нужно, я справлюсь, - Марине не хотелось вмешивать сестру в эту грязь.

- Хорошо, тогда я сейчас созвонюсь насчет адвоката. И я думаю, будет и вариант с работой.

***

Вскоре после этого сестра ушла, они договорились встретиться позже. А Марина вызвала такси и поехала к себе домой. Неприятно было и тревожно, видеть мужа не хотелось совсем. Утешало одно - он в это время должен быть на работе.

Однако Богдан был дома.

Не успела Марина войти, раздались тяжелые шаги, и сразу после этого в прихожую вышел Богдан. Он был темнее тучи.

Первый порыв был развернуться и уйти. Потому что Маринна категорически не хотела с ним встречаться. Но сбегать и прятаться от практически уже бывшего мужа не имело смысла, надо решить это вопрос раз и навсегда. И лучше сразу.

Но досаду было не вытравить. Она отвернулась, снимая обувь (хотя какое имело значение сейчас, запачкаются ли полы, это больше не ее дом), и обронила:

- Что ты здесь делаешь? Почему не на работе?

- Жду тебя, - проговорил Богдан мрачно. - И я хотел бы знать, где моя жена провела ночь.

Нет, серьезно? Будет делать вид, что ему не все равно, после того как вышвырнул ее с работы и подсунул бумажки на развод?

Марина резко обернулась:

- А вот этого не надо.

Привычным жестом поправила волосы, мельком взглянув на себя в зеркало, и прошла в комнату. Богдан пошел следом. Неприятно было ощущать идущий от его большого тела гневный жар. Когда-то давно, в прошлой жизни, это ощущалось иначе и вызывало другой отклик. Но не теперь.

Теперь Марина шла по квартире и невольно выискивала взглядом следы присутствия здесь другой женщины. Представлять, что делал тут муж со своей молодой любовницей, было откровенно тошно. При мысли, что где-то под диваном валяются куколкины трусы, ее передернуло. Однако следов не было. На первый взгляд - ни специфических вещичек, ни баночек, ничего такого. В квартире было стерильно чисто. Неужто удосужился все прибрать к ее приезду? Марина мрачно хмыкнула про себя.

И тут заметила на столе знакомую стопку бумаг. Тех самых, что она видела вчера утром в его кабинете. Ее ошпарило просто.

Все. Довольно. Нужно было успокоиться.

В конце концов, она не за этим сюда пришла, а за вещами и машиной.

Марина направилась к шкафу, быстро пересматривая содержимое и сбрасывая кое-что на кровать. Все это время Богдан стоял за спиной, создавая дикий дискомфорт. Но ей удалось отрешиться и не думать о том, что тут происходило на ее (уже не ее) кровати.

- Что ты делаешь, Марина? - голос прозвучал резко и слишком близко.

У нее даже зазвенело в ушах.

- А разве не видно? - спросила она, отойдя от шкафа.

- Посмотри на меня!

Все то, дрожавшее в груди, внезапно подкатило к горлу огненным комком. Она вскинула на него взгляд.

- Что? - бросила жестко.

- Нам надо поговорить.

Богдан шагнул еще ближе.

Он злился, давил взглядом, сила хлестала из него, расходилась волнами. Слишком близко к кровати. Раньше это все неминуемо закончилось бы сексом. Горячим и жадным.

Сейчас Марина была в таком состоянии, что от нее это просто отскакивало.

- Не вижу смысла, - сказала она. - И так все ясно.

Отвернулась от него и стала складывать вещи аккуратной стопкой.

Потом выпрямилась, проведя рукой по волосам. Надо теперь это во что-то упаковать, придется лезть за чемоданом на антресоль. Хотела пройти мимо, но он не дал, перехватил за руку.

- Что ты устраиваешь, Марина? Кому нужны эти демонстрации? - процедил ей в лицо, глаза прищурены, рот перекошен.

А ее захлестнуло ледяной яростью.

- Не надо ко мне прикасаться, - проговорила холодно и отняла руку.

И все-таки пошла за чемоданом.

Нужно было забраться на стремянку, но он практически снес ее, отодвигая в сторону. Сам сдернул чемодан сверху, ему не нужна была стремянка, при его-то росте. В гардеробной было тесно, жарко, и просто искрило от эмоций.

Марина вышла первой, не хотела оставаться с ним в замкнутом пространстве. Богдан вышел следом и взглядом показал в сторону гостиной.

- Надо поговорить. Есть вопросы.

Вопросы?

- Мне надо закончить, - сказала она.

Забрала чемодан, ушла в спальню и стала быстро и методично заполнять его. Все это время Богдан торчал в дверях, ждал. Терпеливо, словно враг, осадивший крепость.

Надо же, какое упорство. О да, Богдан ведь не мог смириться, если что-то происходило не по его воле, и в прежние времена давно бы уже другие аргументы пошли в ход. А сейчас он демонстрировал удивительную выдержку, «ненавязчиво» возвращая ее к нужной ему теме.

Оказывается, может быть терпеливым, когда хочет.

Хааа… За столько лет совместной жизни понять, что ты оцениваешь мужика, с котором ложилась в кровать, как врага. А ведь это именно так, и он первый начал. И да, это нормально - искать у врага слабые стороны.

Но прямо сейчас ее вымораживала эта его попытка загнать ее в стойло. Протест вставал в душе огненной стеной, однако в какой-то момент Марина поняла, что имеет смысл терпеливо выслушать, что ей скажут. Есть шанс узнать о планах мужа больше.

Потому что все было слишком мутно. Богдан явно темнил, и тут крылось что-то…

Вот только не надо искать ему оправданий.

С чемоданом она закончила и выкатила его в прихожую.

- Марина!

Она резко обернулась.

- Хочешь, чтобы я подписала эти бумажки? Мой ответ - нет. Все будет по закону.

Богдан шагнул ближе и встал почти вплотную:

- Я хочу, чтобы ты прочитала все.

Сейчас от него опять веяло жаром, а в глазах горел какой-то темный огонь.

Протест вставал поперек горла, потому что читать эти бумажки - значит задержаться. А ей ни минуты лишней не хотелось оставаться здесь дольше необходимого. Пришлось перебарывать себя. Марина взглянула на часы, время еще было, она успеет на встречу с сестрой.

- Хорошо, - сказала. - Я прочитаю.

И направилась в гостиную, заметив вскользь, что во взгляде мужа облегчение. Богдан пошел следом. Опять был за ее спиной, давил энергетикой, а ситуация как будто повторялась. Ходила по кругу.

Она эту мысль отбросила, взяла со стола стопку бумаг и стала пытаться вчитываться. От нервов перед глазами все скачет. По нескольку раз перечитывать каждую строчку и все равно не улавливать смысл - она так до вечера тут будет копаться, а ей уже скоро выезжать. Раздражение стало душить еще больше.

Так не пойдет, надо было успокоиться.

- Сядь, прочти нормально, - Богдан сидел на диване, подавшись вперед и показывая на место рядом с собой. - Так все равно не разберешь.

Сесть рядом с ним, вести разговоры, словно они по-прежнему оставались семьей?

- У меня есть вариант получше, - сказала Марина. - Я заберу это с собой.

Показать эти бумажки адвокату - было самое то.

- Марина!

- И дам ответ, когда ознакомлюсь.

Она тряхнула папкой документов и направилась в прихожую, где стоял ее чемодан. Богдан вышел следом. Мрачно смотрел, как она одевалась и искала ключи от машины. Хмурился, стискивал челюсти.

- Ты делаешь неправильный выбор, - изрек наконец.

- Каждый из нас сделал свой.

Потому что да, треснуло между ними то, что делало их мужем и женой, не вчера в кабинете, когда он ей сообщил, что будет развод и что он женится на любовнице. Нет, это произошло здесь и сейчас. С чемоданом. В прихожей. Так обыденно и просто, что поверить было сложно.

- Марина, - Богдан подался к ней, занимая все пространство собой, - подумай хорошо и прими то, что я предлагаю. Ты пожалеешь, но будет поздно.

Странным рефреном отдавало это все. Как будто он сам еще не осознал до конца, что это ВСЕ.

- Обо мне можешь не беспокоиться, - сказала Марина.

Взяла ключи от машины и вышла.

Спустя несколько минут она уже ехала на встречу с сестрой.

По дороге Сима звонила, сказала, что нашла ей адвоката и, кажется, работу. Там новый объект, надо поднимать с нуля, требуется коммерческий директор. Это было хорошо.

***

Когда жена вышла из квартиры, Богдан зарычал и с силой засадил кулаком в стену. Но боль не отрезвила. Ни хрена, он ее даже не заметил. Тряхнул рукой, не обращая внимания на то, что сбил костяшки в кровь, ушел из прихожей, обтер кулак, а бумажное полотенце не глядя выбросил в мусор.

И застыл, уткнувшись незрячим взглядом в окно.

Злость все еще кипела в нем, слепила до черноты в глазах, титанических усилий стоило при Марине сдерживаться. А по-другому он не мог.

Ччччерт! Он резко провел рукой по волосам.

Нельзя было выпускать ее! Нельзя было давать забирать документы с собой! Надо было дожать сейчас. Но он не мог.

Смотрел на Марину, и стискивалось горло. Обрывалось что-то. Это ведь его баба, всегда была его. Ччччерт… Мужчина дернул головой и впился пальцами в переносицу, зажимая глаза. Его. Несмотря ни на что.

Он же знал ее упрямый взрывной характер и всегда мог совладать с ней.

А теперь не мог.

Марина показалась ему другой. Похудевшая, осунувшаяся, какая-то искрящая током, словно оборванный провод. И от этих искр у него самого горело в груди.

Твою мать! Как ему было тошно.

Челюсти сжимались до хруста, а в душе такая погань и разочарование.

Ладно, что сделано - сделано. Богдан знал, что бумаги составлены идеально. Просто… Он не хотел, чтобы Марина ввязывалась во все это, хотел уберечь ее от лишней боли.

Звонок прозвучал слишком резко, отвлек его. Богдан достал гаджет, не глядя ответил:

- Да, Вика. Да. Буду скоро.

И сбросил вызов.

Время, он действительно задержался. Богдан поехал в офис.

***

С сестрой Марина должна была встретиться в кафе. Сима уже ждала ее там, как увидела, замахала рукой.

- Уверена, что ты еще не ела с утра, а уже обед, - сказала, как только Марина уселась за столик. - Я заказала на двоих. Не знаю, как тебе, мне это у них нравится.

- Да ладно, - Марина отмахнулась, в ее теперешнем состоянии она бы все равно вкуса еды не почувствовала.

Минут пять они ели молча, Марина только время от времени ловила на себе пристальные взгляды сестры. Когда доели горячее, Сима начала осторожно:

- Была дома?

- Была, взяла оттуда вот это.

Марина полезла в сумку, достала папку и передала через стол сестре. Сима пролистнула несколько бумажек навскидку и выдала одобрительно:

- О! Это ты молодец, что взяла. Адвокату покажешь.

- Угу, - Марина кивнула, не поднимая глаз.

До этого она хорошо держалась, даже получалось ничего не чувствовать. А тут внезапно нахлынуло все душной волной и окунуло ее в это снова.

«Подумай хорошо и прими то, что я предлагаю. Ты пожалеешь, но будет поздно».

Она застыла, сглатывая и приложив кулак ко рту. Только не разреветься. Не разреветься сейчас позорно.

К счастью, в этот момент подошла молоденькая девушка-официантка. Спросила:

- Чай уже подавать?

- Да, давайте чай, десерт и счет, - ответила Сима и мельком глянула на часы.

- Ты спешишь? - Марина сразу напряглась.

Она немного опоздала, теперь чувствовала себя неловко.

- Ничего, время есть, - сказала Сима, высматривая девушку, которая несла им десерт, а потом повернулась к ней: - Ты давай, нажимай, салат вон, не доела. У тебя стресс, а стресс заедать надо.

Марина аж подавилась.

- А что? У тебя с утра трудный день, надо чем-то себя порадовать.

- Скажешь тоже. Если каждый раз заедать стресс, я так растолстею, что перестану влезать в одежду.

- Ну, - деловито заметила Сима, отламывая ложечкой и отправляя в рот шоколадный десерт. - Во-первых, одежду можно и нужно купить новую. Шопинг - это тоже прекрасное средство от стресса. А во-вторых, тут я с тобой поспорю. Не толстая, а с приятными глазу формами. Знаешь, сколько ценителей на настоящую женскую красоту? Полно!

- Иди ты! - фыркнула Марина. - Я тут с одним еще не развелась, а ты мне уже других сватаешь?

Закрыла лицо рукой и рассмеялась.

- Ну вот и повеселела немножко, - Сима едва заметно улыбнулась. - Так-то лучше.

Потом вытащила визитку.

- Вот данные адвоката.

- Спасибо, - сказала Марина, пряча визитку в сумку.

- И еще. Это по поводу работы, - протянула ей еще одну визитку. - Только я уже тебе говорила. Там фирма только-только организуется, бизнесмен молодой, мало опыта. Нужен толковый коммерческий директор, который на первых порах потянет все.

Эта работа была как раз по ней. Можно сказать, фантастически повезло.