После развода. Срока давности нет

Но подошел обед.

Эта Виктория опять ушла на обед раньше минут на десять. А за пять минут до перерыва позвонил Богдан и предупредил:

- Я немного задержусь с обеда. Не жди меня.

- Ты опять останешься голодным, - сказала Марина. - Может быть, тебе что-то взять?

- Не нужно. Я пообедаю в городе.

Вот это. Интуиция просто завибрировала. Она спросила:

- У тебя встреча?

Короткое молчание, потом он ответил:

- Да.

- С кем? - Марине было известно обо всех объектах, что у них сейчас в разработке. - Это будет что-то новое?

- Нет времени, Марин. Давай не сейчас.

И прервал контакт.

***

Это уже превращалось в какую-то порочную систему.

Коктейль эмоций, щедро приправленный подозрениями, бродил в душе и не давал ей нормально дышать.

Обедала она одна. С перерыва вернулась чуть раньше и пыталась работать. Ее девушки все были здесь, а место Виктории пустовало. Полчаса прошло, Марина не выдержала, набрала мужа:

«Ты где? Когда тебя ждать?»

Тишина. Она набрала еще:

«Богдан, есть вопросы»

Только спустя время ответил:

«Я занят»

Было тошно. Невозможно терпеть это и ждать. Наконец спустя час явилась Виктория. Сияющий победный взгляд. И как вошла, сразу плюхнулась на место, вытащила гаджет и стала с кем-то переписываться.

Марина не выдержала.

- Виктория, - обратилась к девице, - может быть, вы на время отложите телефон и займетесь изучением тех документов, что вам передали?

Та, не прекращая копаться в своем гаджете, подняла на нее взгляд и ответила, перекатывая во рту жвачку:

- Я представитель заказчика и работаю по своему графику.

Это был предел.

Марина застыла, глядя в пространство, потом провела рукой по волосам. Молчание в комнате было просто оглушительным.

Чувство, что ее сливают. Просто сливают в унитаз.

***

Нет, звонить мужу Марина не стала. Нетелефонный разговор.

Она уехала, как только закончился рабочий день. Занялась собой, приготовила ужин. Да, черт побери, все это дерьмо кипело внутри, но она держалась.

Приехал, кстати, Богдан опять к восьми. Но она и тут ничего спрашивать не стала.

И только за ужином сказала:

- Богдан, эта девушка, представитель заказчика по «Террасному». Она на постоянной основе у нас в штате? Насколько я поняла, ее функции несколько отличаются от того, что ты говорил раньше.

Он перестал есть и поднял на нее взгляд.

У Марины пульс стучал в висках, а руки подрагивали, но она старалась держаться непринужденно. Не показать, что это рушит ее изнутри, доставляет боль.

А пауза звенела так, что у нее просто вибрировало под ложечкой.

Но вот Богдан проговорил, глядя на нее:

- Эта ситуация временная. Скоро все изменится.

Облизал губы и потянулся за минералкой, отпил глоток, потом еще и еще. Марина смотрела, как он пьет, как на сильной шее движется кадык. Муж был абсолютно спокоен, никаких признаков волнения.

Он вел себя как всегда. Почти. И вот это самое «почти» выбивало из колеи, она не знала, что чувствовать.

Что если все не так и она действительно себя зря накручивает? Весь тот отвратный коктейль, бродивший в ней несколько дней, внезапно вылился в дикую усталость. Марина прикрыла лоб ладонью и потерла глаза. Захотелось бросить все и уйти спать.

- Если ты устала, - услышала ровный низкий голос мужа, - или не справляешься…

Она резко вскинула голову.

- Со мной все в порядке.

Муж смотрел на нее, глаза чуть прищурены, нечитаемый взгляд.

Протест резко взметнулся в душе факелом. Но, к сожалению, правда была в том, что она действительно адски устала за эти несколько дней. Внезапно пошел откат, и нахлынуло какое-то идиотское чувство вины, как будто он мог сейчас видеть все ее тайные мысли.

Чтобы не смотреть ему в глаза, она пожала плечами и снова принялась за еду.

А молчание так и висело. Наконец он проговорил, не повышая голоса:

- Марина, тебе стоит выйти в отпуск, - отвел взгляд и добавил, поморщившись: - Срываешься на подчиненных, в отделе нездоровая атмосфера.

Марина застыла, опустив ложку.

В ее отделе была нормальная рабочая атмосфера. И ни на ком она не срывалась, один раз сделала замечание новой молодой «сотруднице», что та постоянно висит в телефоне. Интересно все вывернулось. Однако Марина не стала спорить, она действительно не отдыхала уже давно.

Поэтому - да, уйти в отпуск было бы правильным решением. Уехать на время, исключить раздражающий фактор, взять паузу. Пока все не придет в норму.

- Хорошо, - сказала она. - Ты поедешь?

- Нет, - муж продолжал есть. - Поезжай одна. У меня сейчас много работы.

Что-то дрогнуло в душе, какое-то тонкое предчувствие, как будто порвалась струна. Но Марина отмела это. В конце концов, они почти двадцать лет вместе с Богданом. Марина привыкла ему верить, он никогда не подводил ее. И он не первый день в бизнесе. Если сказал, что ситуация временная, значит, так оно и есть.

- И, Марин, - неожиданно сказал муж, - если хочешь, могу взять тебе тур в Таиланд хоть сейчас. Четыре недели. Подумай. Завтра выходной, я смогу тебя проводить.

Завтра?! Его предложение обрушилось так внезапно. Но Таиланд, пляжи. Но без него… И все-таки даже странные звоночки из глубины сознания не перебили нахлынувшей эйфории.

Однако ответственности никто не снимал, не могла она бездумно бросить работу:

- А приказ? Кто останется вместо меня?

- Ерунда, - он потянулся за соусом, - все можно провести задним числом. Найдем кем тебя заменить, не беспокойся.

Поднял на нее взгляд и спросил:

- Ну так как?

- Я согласна, - сказала она.

- Тогда пакуй чемодан.

Все было замечательно, если бы не какой-то червячок внутри. Но Богдан ведь никогда не был особенно эмоциональным. Можно было по пальцам пересчитать, когда она видела его открытую улыбку. К тому же он только что сделал ей такой подарок.

Марина не стала зацикливаться на мелочах.

***

Тур он взял ей сам, еще и энную сумму перевел, действительно много, она даже пыталась воспротивиться. Но Богдан сказал:

- Купишь все там.

И сам на следующий день посадил на самолет.

Все происходило слишком быстро, чувства у нее были смешанные. Но впереди предстоял отпуск. Из этого всего Марина запомнила взгляд мужа.

Провожая ее, он смотрел так, словно прощался.

***

Уехать на четыре недели из промозглой сырости в лето, туда, где голубая вода, белый песок и пальмы, - на самом деле фантастически здорово. Но это был странный отпуск. Она как будто поставила свою жизнь на паузу.

За это время Марина созванивалась с мужем несколько раз. Разговоры были короткие и в основном сводились к делам. Может быть, ей и хотелось сказать, что скучает, но Марина воздерживалась от этого, да и его тон не располагал к излишней эмоциональности.

Четыре недели вроде бы тянулись долго, а пролетели на удивление быстро. Пришло время возвращаться.

В аэропорту ее встречал не муж, а водитель от фирмы.

Это было странно. Еще более странно было, когда Богдан сказал:

- Прилетела? Это хорошо. Подъезжай в офис, есть разговор.

Все это звучало как-то дико, но Марина сказала:

- Хорошо.

Убрала гаджет в сумку и кивнула ожидавшему ее водителю:

- Сейчас поедем.

Хотя, конечно, поехать ей хотелось домой, а не переться с чемоданами на работу. Еще и нервозность начала поднимать голову, потому что это все плохо пахло. Ненавидела Марина это свое состояние, когда знаешь, что грядет что-то неприятное, а предотвратить не можешь.

Пока добрались до офиса, она уже успела настроиться на то, что будут какие-то неприятности по работе. Мысленно прикинула все свои проколы за ближайший год, вроде ничего не приходило в голову. В конце концов сказала себе - довольно.

Довольно гадать и изводить себя.

Сейчас станет ясно, что там в ее отсутствие произошло.

Когда подъехали, она набрала Богдана и отчиталась:

- Я на месте.

- Очень хорошо. Поднимайся.

Все как-то не так шло. Как-то слишком сухо и по-деловому. Наверное, все-таки супруги должны проявлять больше эмоций, если месяц не виделись?

Ладно, она могла списать это все на неприятности по работе.

Дома нормально поговорят.

А сейчас она поднималась в офис и кожей ощущала какую-то настороженность. Как будто камертон звучал в душе. В приемной Марину встретила секретарша. Улыбнулась как-то странно и промямлила:

- Здравствуйте, Марина Сергеевна.

Марина жестом показала на дверь кабинета:

- У себя?

А то вдруг у него люди, она могла бы в отделе подождать.

- Да-да, Марина Сергеевна, - секретарь засуетилась и бросила странный взгляд на дверь приемной. - Проходите. Вас ждут.

Ну если так, она вошла.

Богдан в кабинете был один. Его массивная фигура темным пятном выделялась на фоне витражного окна. На звук открываемой двери оглянулся. Первый взгляд - как выстрел. Или как укол шпаги.

Потом развернулся и пошел к рабочему столу.

- Здравствуй, Марина. Проходи, садись, - сам сел и поправил манжеты. - Хорошо выглядишь.

- Спасибо, - проговорила Марина, садясь напротив. Камертон в душе теперь звучал еще громче. - Зачем ты меня сегодня вызвал? Что-то случилось?

Секунду он молчал, опустив голову к бумагам, после поднял на нее взгляд.

- Случилось. Об этом я и хотел поговорить.

Холодный озноб пробежал по плечам.

- Вот, - он пододвинул к ней распечатку. - Ознакомься.

- Что это? - Марина уставилась на стопочку документов в файле, словно это была ядовитая змея, по ощущениям точно. - Ты не мог бы объяснить в двух словах?

Странная судорога пробежала по лицу Богдана, он помрачнел и нахмурился. В конце концов встал из-за стола, бросив ей:

- Ознакомься.

Чувство, как будто ее макнули в ледяную воду. В полной тишине Марина пододвинула к себе распечатку и стала читать. И по мере чтения ее просто заливало кипятком.

- Этого не может быть, - сказала она наконец.

Не могло быть такого. Не было! Ей вменяли множественные нарушения и передачу за вознаграждение конфиденциальных сведений о планах заказчика третьим лицам. А вишенкой на торте было то, что теперь по итогам разбирательства она выведена за штат, а на ее должность принята представитель заказчика Виктория Ярцева.

- Что это, Богдан? - она взяла распечатку двумя пальцами и толкнула к нему.

- Ты прочитала не все, - сказал муж не оборачиваясь.

- Я не стану этого читать. И мне все равно, что вы подтасовали там задним числом в мое отсутствие, - ее уже трясло от возмущения.

- А придется, Марина. Придется! - Богдан до этого не повышал голоса, а тут внезапно сорвался. - Все слишком серьезно, я не могу потерять этот объект. Это было тяжелое решение, но я принял его за нас обоих. Ты должна понимать, что я прав.

Прав?!

У нее не было слов.

А он вернулся за стол и сел напротив. Проговорил устало:

- В общем, так. Мы оформим фиктивный развод. Дело будет закрыто.

Ей вдруг стало смешно.

Отвратительно, смешно и тошно. Ну ты же умная женщина, говорила она себе. Ты же понимала все. ВСЕ понимала. Что ж ты как страус.

Голову в песок.

Он же тебя специально на месяц спровадил, чтобы…

- А ты женишься на своем «представителе заказчика»? - спросила она наугад.

И да, угадала! Потому что он взглянул исподлобья и сказал:

- Это временная мера. Ты должна понимать. Это слияние. Ради финансовой выгоды и роста люди идут на такие шаги.

Марине показалось, что ее заливает кислотой.

- Давно ты с ней спишь? - спросила.

Взгляд мужчины вспыхнул, он тяжело выдохнул и сказал:

- Это не имеет значения сейчас. Выслушай меня спокойно. Я уже сказал, это временная мера. И я не намерен тебя обижать, Марина. Ты моя жена. Ты получишь хорошие отступные за согласие. И в дальнейшем будешь обеспечена всем для безбедной жизни.

Фу… Кислота подкатывала к горлу.

Не верилось, что все это происходит всерьез. Они же вместе двадцать лет. Марина была ему не просто женой, она была его соратником. В огонь и в воду за него… Идиотка.

Не ждала такой подлости. Привыкла доверять. Не ждала.

Больно было ужасно. Но все выжигала ледяная ярость.

- То есть? Как ты себе это представляешь? - не выдержала она. - Ты женишься на Виктории, заведешь с ней детишек. Потому что так надо, твой инвестор захочет увидеть доказательства. А я буду тихонько сидеть в уголочке и… ждать? А может, и потрахивать меня будешь иногда по старой памяти?

Богдан молча смотрел на нее. Злился, Марина видела это.

А у нее в душе горело огнем. И ей было плевать.

- Нет, Богдан. Развод будет настоящий, - она встала и пошла к выходу, у самой двери обернулась. - Не думай, что одаришь меня от щедрот царских, я сама возьму все, что мне полагается.

- Стой! - Богдан поднялся с места.

Он смотрел на жену и злился. Никакой гибкости, всегда была слишком прямолинейна. Если что-то не по ней, готова переть танком, не разбирая дороги. Потому он и старался не подпускать ее к заказчикам, все переговоры вел сам.

- Ты вообще поняла, что я сказал? Марина!

Пришлось повысить голос.

Она застыла, потом повернулась к нему лицом.

- Нам не о чем говорить.

А взгляд такой, что если бы глазами можно было убивать, он бы уже валялся мертвый.

- Зря ты так думаешь, - сказал Богдан, медленно приближаясь.

Его самого сейчас вымораживала ситуация, и сдерживаться стоило немалых сил. Но Богдан все-таки хотел объяснить ей. Донести.

Потому что знал свою жену как облупленную. Все реакции. Двадцать лет, мать ее, с ней прожил.

И да, Богдан специально отправил ее подальше отсюда, чтобы поменьше нервничала. Знал же, что будет срываться по любому поводу, хотел ее уберечь. Дал возможность отдохнуть месяц на курорте, а сам варился в этом дерьме здесь. Рассчитал так, чтобы к ее возвращению закончить. Успел. Подготовил все.

Ей, бл***, нужно только подписать. И переждать немного! Что в этом сложного?!

Это поднимет их на новый уровень, откроет новые возможности для их сына, которые не снились прежде. Другие семьи идут и не на такое, когда нужно проявить понимание и единство.

- Не дергайся, Марина. Просто выслушай спокойно и постарайся понять. Мера временная.

Она презрительно усмехнулась. Он и так едва держался, а от этого разозлился еще больше. Рыкнул:

- Что смешного я сказал?!

- Все! - серые глаза бешено сверкнули.

Да, он хорошо знал свою жену. Потому и повторил:

- Я все продумал, Марина. Просто поверь мне. Для нас это идеальный вариант.

- Для кого? «Нас» нет!

- Есть, Марина. Ты была и остаешься моей женой.

- А Виктория тогда кто?!

Богдан вдруг остро ощутил, что не пробьется сейчас через эту стену непонимания. Долгий будет разговор и непростой. Ему, бл***, вообще все это время было непросто. Только разве это волнует ее?!

- Хорошо, - сказал он наконец. - Если хочешь, мы можем поговорить об этом дома.

Марина некоторое время смотрела на него, потом проговорила:

- Скажи мне только одно, Богдан. Ты спал с этой девочкой?

Пляяяя. Как его вымораживала эта ее въедливость в незначительных вопросах. Да, спал, и что с того? В конце концов, он мужчина. И вообще, какое это имело значение сейчас?! Он просто промолчал.

Она горько усмехнулась и кивнула.

- Понятно.

И хотела развернуться и выйти, а он резко перехватил ее за руку:

- Я сказал, не дергайся, Марина!

- Руки, - застыла, взглянув на него исподлобья.

Но он не отпустил, а шагнул ближе, потому что самого уже вело от злости.

***

Марину просто трясло, у нее зуб на зуб не попадал, и от всего этого стискивалось горло. А он вцепился в нее и цедил в лицо:

- Не понимаешь, да? Несет тебя? Так я тебе скажу! Ты потеряешь в деньгах сейчас, если в суд подашь на развод. Крупно потеряешь, ясно?!

Она даже смогла рассмеяться, потому что это действительно было смешно.

- Да что ты?! А разве ты предложил мне что-то другое?

- Другое, да!

В его глазах вспыхнули звериные искры, а рука сжалась на ее предплечье и, медленно перебирая ткань рукава, поползла вверх.

- Марина, ты моя жена, - он говорил негромко и смотрел в глаза, словно гипнотизировал ее. - Я не оставлю тебя без внимания, дам хорошие отступные. Пойми, нам нужен этот шанс, мы получим гораздо больше, просто поверь мне сейчас и помоги немного. А высудить - ты ничего не высудишь. Я почти все активы перевел на Вовку.

Сказал это и отодвинулся, вглядываясь в нее.

- Что? - выдохнула едва слышно.

А он дернул шеей.

- Я же сказал, что все продумал. Ни одна копейка не уйдет из семьи!

Да, он все продумал и предусмотрел, абсолютно все. Кроме одного.

- Нет семьи, Богдан, - сказала она. - Прощай.

Стряхнула его руку и вышла.

глава 4

Злость на жену душила. Богдан заложил руки в карманы и застыл перед закрытой дверью своего кабинета. Не вышло нормально, как он хотел, спокойно донести, чтобы не чудила. Он же сказал ей. Сказал же, мать ее!

Нет.

Дернул в сторону галстук, развернулся и пошел к рабочему столу. Сел. Уперся локтями, сцепил пальцы в замок и уставился прищуренным взглядом в окно.

Марина посвежела, это невозможно было не заметить. Исчезли тени под глазами, кожа чуть подтянулась и разгладилась. Все еще красивая баба.

Сейчас она его просто бесила своим идиотским упрямством.

Богдан потер глаза и с раздражением зашвырнул карандаш в стакан органайзера. Потом набрал секретаршу. Как только та ответила, спросил:

- Куда направилась Марина Сергеевна?

Та что-то проблеяла.

- Выясните и доложите мне, - бросил в трубку и отключился.

Он очень надеялся, что у жены хватит ума не устраивать тут скандал. А дома он собирался еще раз поговорить с ней.

***

Выбравшись из кабинета Богдана, Марина в первый момент просто потерялась в пространстве. Эмоции, которые она могла сдерживать там, сейчас все перекрыли. Внезапно так. Словно отодрать от раны пластырь. В первый момент боль дикая. Позволить себе почувствовать ее всего лишь на миг.

- Марина Сергеевна, вы бледная, может быть, вам воды? - секретарша Богдана подалась к ней с плохо скрываемым любопытством.

Она сразу пришла в себя.

- Нет, спасибо, Вера. Со мной все хорошо, просто перелет сказывается. Акклиматизация.

- А, ну да, я поняла, - проговорила та. - Марина Сергеевна, вы загорели, да... Хорошо выглядите.

Хорошо, ага.

- Верочка, мой чемодан тут постоит у вас чуть-чуть, присмотрите? - Марина выжала ей улыбку и вышла.

Неважно, что происходило за закрытыми дверями между ней и теперь уже почти бывшим мужем, этого никто не увидит.

Судя по бумажкам, что подсунул ей на подпись Богдан, тут уже ее задним числом уволили. Не говоря уже о том, что похерили репутацию как работника. Ничего, с этим она еще собиралась разобраться. Нужен только хороший адвокат. А прямо сейчас ей нужно забрать кое-какие личные вещи из отдела и свою трудовую книжку.

Это были простые мысли. Они четко выстраивались в цепочки и предполагали простые действия. Пойти, взять, ничего лишнего. Помогли не думать о том, что ее предал не только Богдан.

Черт… Она доверенность на него оставляла. Генеральную, на все случаи жизни.

Истерический смех начинал душить, но она шла по коридору и просто улыбалась. Сначала в отдел кадров, потом в свой коммерческий отдел. Время надо тратить рационально, чтобы, когда она закончит там, просто взять трудовую, свой чемодан из приемной и уйти.

А в голове нет-нет да и всплывает – сын. Вовка пошел на это в обход ее. Он приезжал сюда, пока ее не было, иначе ведь никак. Они созванивались, и сын ни слова ей не сказал.

Все. Довольно. Она задвинула это поглубже. Потом сыну перезвонит.

Сейчас Марина уже была в отделе кадров.

Тут ее, похоже, ждали. Она только сказала, что хотела бы забрать трудовую, сразу все закрутилось.

- Куда-то уходите от нас, Марина Сергеевна? - спросила начальница отдела кадров.

Всем хочется покопаться в ране. Марина загадочно улыбнулась и сказала:

- Да, нашла место лучше, но это пока секрет. Подготовите? Я скоро вернусь, - сказала и вышла.

Оттуда прямо в свой отдел.

Ей снова попадались люди в коридоре. Марина улыбалась. Сейчас нельзя давать слабину, показывать, что ее гнет от боли. Не имеет значения, что тут творилось в ее отсутствие, пусть все остается на их совести.

В отделе, естественно, были перестановки. За ее столом теперь сидела Виктория. Смерила ее пренебрежительным взглядом и удобнее устроилась в кресле, закинув ногу за ногу. Ну-ну, подумала Марина. Нет, ни один мускул на ее лице не дрогнул. Даже когда ее девчонки, которых она выпестовала - Ирина, Мирослава и Анечка, - стали отводить глаза и чуть ли не под столы попрятались. Это ничего, их можно понять, им надо за свое место держаться.

- Здравствуйте, - сказала Марина и вошла в комнату.

Виктория даже не подумала встать. Впрочем, это и не было нужно. Марина уже заметила свои вещи в коробке в углу и направилась туда. Взять-то она хотела только свой ежедневник. Больше ничего.

Теперь нужно было забрать трудовую и чемодан из приемной. А дальше она вызвала такси, пока шла через холл, и через десять минут уже отъезжала от офиса.

Но Марина не поехала домой.

***

Дома она бы сейчас просто не смогла находиться. К тому же предстояло сделать слишком многое. Если она хоть как-то хочет контролировать свою жизнь.

Потому что вот так, на доверии, ее за месяц в унитаз слили.

Самое обидное, что, возвращаясь мыслями назад, Марина могла бы сказать, что не сейчас это началось. А она…

Нет, все-таки почетные грамоты надо давать таким, как она, идиоткам. Или даже лучше медаль. На лоб лепить, чтобы всем было видно. Но ведь даже тогда не переведутся дуры, свято верящие, что мужчина, с которым ты прожила двадцать лет, не может обмануть.

Изменить, извалять ее в грязи, по миру пустить ее голой. При этом на полном серьезе сказать: «Это временная мера. Ты должна понимать».

Должна понимать.

И сейчас, задним умом, она понимала, что он спал с этой куколкой, а потом приходил в постель к ней.

Ах-ха-ха…

Вспомнился их последний секс. Марина стала задыхаться. Конечно. Были звоночки, были, в сознании все откладывалось, но она закрывала глаза, отказываясь его измену воспринимать. Как будто барьер стоял в душе, а сейчас боль просто догнала ее.

Она отвернулась к окну и прикусила кулак, потом села ровнее и сосредоточилась. Незачем таксисту видеть ее молчаливую истерику. Тем более что они уже почти подъехали, через квартал была контора нотариуса.

Марина прочистила горло и проговорила:

- Скажите, вы могли бы подождать меня немного? Мне нужно зайти в одно место. Минут двадцать, полчаса максимум? А потом еще съездить по другому адресу. Ожидание я вам оплачу.

Мужчина пожал плечами и кивнул:

- Хорошо. Я припаркуюсь тогда и буду ждать вас.

- Я недолго.

Она так и пошла к нотариусу с чемоданом. В конце концов, не самое страшное, что может случиться в жизни женщины. Сейчас это было не главное. Прежде всего Марина отозвала генеральную доверенность. Чтобы Богдан больше ничего не мог провернуть «на благо семьи» без ее согласия.

Дальше уже можно было действовать относительно спокойно.

И да, неплохо было бы узнать, на что именно она может рассчитывать из совместно нажитого. Но тут нужен был адвокат. И это шло в ее программе номером два.

Нет. Номером два шло жилье. Потому что ей надо было где-то жить, в дом, где жил Богдан, она не собиралась возвращаться. Стоило подумать, что за тот месяц, когда ее не было здесь, он наверняка водил туда эту свою куколку Викторию, и у нее просто мурашки отвращения по коже бежали.

В ее постель. На ее простынях.

Довольно. Нельзя отвлекаться.

Выходя от нотариуса, Марина позвонила сестре. Зуммер пошел. Ожидание, неловкость выматывающая, но вот сестра ответила:

- Привет, пропащая. Ты когда прилетела?

- Сегодня.

- Ну и как отдыхалось?

- Отдыхалось хорошо, - Марина даже смогла улыбнуться, но затягивать с главным не стала. - Слушай, мне бы пожить где-нибудь. Временно.

Сестра Сима минуту молчала, переваривая ее слова, потом сказала:

- Сейчас подъезжай ко мне. Отдохнешь с дороги, а потом все решим.

- Спасибо, - выдохнула Марина.

Теперь можно было хотя бы немного расслабиться.

***

За всеми перемещениями по городу прошло полдня. И к сестре Марина приехала уже ближе к вечеру. Сима была дома, ждала ее. Как увидела ее с чемоданом, удивилась, конечно, но вопросов задавать не стала. Сказала только: