Иследователь

Глава 26

Я посмотрел на обеих женщин и понял: отступать некуда. Хорошо, сказал я. Только давайте не посреди улицы. Аня кивнула. Вот именно. Поехали домой. Мы сели в машину. Всю дорогу я пытался угадать, о чём они говорили между собой. Но обе молчали. От этого становилось только тревожнее. Когда мы приехали, Аня поставила чайник, а Валентина Сергеевна села за стол. Я устроился напротив. Ну? спросил я. Аня посмотрела на Валентину. Давай ты. Валентина вздохнула. Егор, мы с Аней давно дружим. И она мне рассказала о тебе. Что именно? Что ты странный. Это я и сам знаю. Аня рассмеялась. И что ты иногда совершенно непредсказуемый. Это тоже не новость. Валентина улыбнулась. Но она ещё сказала, что ты хороший человек. Я посмотрел на Аню. Она отвела взгляд. И что ты помог моей маме, продолжила Валентина. Поэтому я должна тебе сказать спасибо. Я уже слышал это. Нет. Сегодня серьёзно. Она встала и подошла ко мне. Спасибо тебе, Егор. Я пожал её руку. Пожалуйста. Аня наблюдала за нами и вдруг сказала: А теперь самое главное. Я насторожился. Что? Мы обе прекрасно понимаем, что ты постоянно влипаешь в какие-то истории. Я? Ты. Валентина кивнула. Компьютеры, институт, фирма, какие-то деньги... Я почувствовал неприятный холодок. Какие деньги? Аня посмотрела мне прямо в глаза. Вот именно. Какие? Я молчал. В клетке тихо зашуршала Муся. Все трое одновременно посмотрели туда. Аня прищурилась. И почему мне кажется, что твоя крыса знает об этом больше, чем я? Я посмотрел на Мусю. Она сидела совершенно невинно. Она вообще ни при чём. Валентина рассмеялась. Ты сейчас так защищаешь крысу, будто она твой бухгалтер. Она очень хороший бухгалтер. Аня покачала головой. Егор... Я вздохнул. Ладно. Я всё расскажу. И впервые за долгое время понял, что придётся открыть хотя бы часть своих секретов. Но я ещё не знал, что именно в этот момент Муся решила вмешаться в наш разговор. Крыса вдруг встала на задние лапки. Посмотрела на меня. Потом на Аню. И начала громко скрести лапкой по дверце клетки. Что это с ней? спросила Валентина. Я медленно поднялся. Кажется... Муся продолжала скрести дверцу. Кажется, она хочет что-то показать. Аня удивлённо посмотрела на меня. Только не говори, что сейчас начнётся очередная история. Я открыл клетку. Муся молнией выскочила наружу и направилась прямо к шкафу. Мы все замерли. Крыса остановилась у щели, повернула голову и посмотрела на нас. А потом исчезла под шкафом. Я посмотрел на Аню. Вот теперь начинается самое интересное. Девушки застыли в ожидании. Ни они, ни Муся не знали, что я заранее предусмотрел такой вариант. Проход в стене я наглухо перекрыл стальной болванкой. Прогрызть её крыса не могла, а значит, рано или поздно ей пришлось бы выбраться обратно в комнату. Я затаился. Показался розовый хвост. Я выждал секунду и во всё горло закричал: ЗМЕЯ! Аня и Валентина взвизгнули одновременно. Егор! Обе мгновенно выскочили из комнаты и бросились на кухню. Я едва сдерживал смех. Муся, совершенно не понимая причины переполоха, спокойно вылезла из-под шкафа. Я тут же схватил её и посадил обратно в клетку. Всё, малышка. Ещё не время. Закрыл дверцу и отправился на кухню. Там происходило настоящее безобразие. Аня и Валентина уже поняли, что я их провёл, и хохотали так, что обе держались за живот. Ты ненормальный! сквозь смех выговорила Аня. Я думала, ты действительно змею увидел! добавила Валентина. А я что? Я просто предупредил. Криком «змея»?! возмутилась Аня. Зато эффективно. Обе снова рассмеялись. Я смотрел на них и думал, насколько странно всё сложилось. Ещё недавно я не мог представить, что эти две женщины вообще окажутся рядом со мной. Теперь же они сидели на одной кухне, смеялись над моей проделкой и совершенно спокойно разговаривали друг с другом. А про некоторые события между мной и Валентиной она решила пока не говорить. Это была наша общая тайна. Я посмотрел на Валентину. Она поймала мой взгляд и едва заметно улыбнулась. Я понял всё без слов. Она ничего не скажет Ане. А значит, внешне всё оставалось по-прежнему: две лучшие подруги, каждая со своими чувствами и секретами. Я вернулся в комнату и посмотрел на Мусю. Ну что, маленькая? Сегодня ты чуть не раскрыла все наши тайны. Муся умывалась и совершенно не обращала на меня внимания. И правильно. Молчи. Из кухни снова донёсся смех девушек. Я улыбнулся. Похоже, в моей новой жизни становилось всё больше секретов. И каждый следующий день умудрялся быть невероятнее предыдущего. Мы попили чаю, а потом я всё-таки уговорил Аню достать коньяк. Только немного, предупредила она. Конечно. Через некоторое время музыка уже гремела на всю квартиру. Напряжение последних дней словно испарилось. Мы смеялись, танцевали, перебрасывались шутками и совершенно забыли о времени. Валя сначала сидела в кресле и наблюдала за нами, но вскоре Аня вытащила её танцевать. Ну всё, Валя, сегодня никаких серьёзных разговоров! Я уже поняла, засмеялась Валентина. Мы танцевали до тех пор, пока из соседней квартиры не раздался глухой стук по батарее. Кажется, нас заметили, сказал я. Через минуту последовал ещё один стук. Аня выключила музыку. Всё. Хватит. А то завтра весь подъезд будет знать, что у нас тут дискотека. Валя посмотрела на часы. Мне пора. Она вызвала такси и стала собираться. У двери Аня обняла подругу. Позвони, когда доедешь. Хорошо. Валя посмотрела на меня. До завтра, Егор. До завтра. Дверь закрылась. Мы с Аней остались вдвоём. Она устало вздохнула. Какой сегодня день... Зато весёлый. Это точно. Я убрал со стола стаканы, выключил музыку и помог ей привести комнату в порядок. Муся сидела в клетке и недовольно смотрела на нас. И тебе спокойной ночи, финансистка, сказал я. Аня рассмеялась. Ты ещё с ней разговариваешь? Она единственная здесь, кто никогда не спорит. Зато делает всё по-своему. Вот поэтому мы и понимаем друг друга. Мы выключили свет и отправились спать. За окном давно установилась тишина. А я лежал и думал о прошедшем дне. Ещё утром у меня была обычная жизнь студента. А теперь фирма, первый заказ, компьютеры, деньги, тайны и две женщины, которые каким-то невероятным образом оказались частью моей новой судьбы. И почему-то мне казалось, что завтра всё станет ещё сложнее. Когда Аня окончательно уснула, я ещё немного полежал, прислушиваясь к тишине. Потом осторожно встал. Муся уже сидела в клетке и смотрела на меня так, будто прекрасно понимала, зачем я поднялся. Тихо, малышка. Я проверил дверь, чтобы она была заперта, затем убрал металлическую болванку из норки и открыл клетку. Муся мгновенно юркнула под шкаф. Я сел рядом и стал ждать. Через некоторое время из-под шкафа появилась её мордочка, а следом показалась первая купюра. Ну здравствуй, финансистка. Муся положила деньги рядом со мной и снова исчезла. Так продолжалось несколько раз. Когда она наконец устала, я дал ей заслуженную награду кусочек сыра. Муся уселась прямо передо мной и принялась довольно жевать. Всё, на сегодня хватит. Я вернул металлическую болванку на место, закрыл все запоры и убедился, что крыса снова находится в клетке. Муся посмотрела на меня своими чёрными глазками. Завтра продолжим. Я выключил свет и тихо вернулся в спальню. Аня даже не проснулась. Я лёг рядом, закрыл глаза и подумал, что моя новая жизнь становится всё страннее. Фирма, институт, компьютеры, деньги, тайны... И крыса, которая почему-то оказалась самым предприимчивым существом во всей этой истории. С этой мыслью я уснул.

Глава 27

Утром я отправился на занятия. Первой парой был английский. И вот тут, наконец, началась моя территория. Преподаватель задавала вопросы, а я отвечал спокойно, без долгих раздумий. Однокурсники сначала удивлялись, потом начали переглядываться. Для них мой уровень английского казался почти недостижимым. Круженов, где вы так хорошо научились? спросила преподаватель. Я пожал плечами. Практика. Больше объяснять я не стал. После первой пары меня неожиданно вызвали к ректору. Я вошёл в кабинет. Геннадий Иванович сидел за столом и выглядел недовольным. Садись. Я сел. Он несколько секунд молчал, а потом произнёс: Слишком долго. Что именно? Первый заказ. Я усмехнулся. Так бывает. Ты понимаешь, что репутация фирмы зависит от таких заказов? Понимаю. Но я не волшебник. Компьютер старый, программное обеспечение сырое, документация неполная. Зато теперь он работает. Ректор нахмурился. Хорошо. Но есть ещё один вопрос. Какой? Деньги. Я посмотрел на него внимательнее. Вот и я хотел бы знать сумму договора. Он удивился. Зачем тебе это? Потому что это изначально было партнёрством. Ректор откинулся в кресле. Я плачу тебе зарплату. Ещё премию выплачу. Нет. Он поднял брови. Что значит «нет»? Каждый из нас выполняет свою роль. Вы обеспечили организацию и связи. Семёныч отвечает за техническую часть. Я выполняю работу на месте. Я не прошу половину гонорара. Я сделал паузу. Но треть моя доля. Это было условием партнёрства. Если условия изменились, тогда работайте сами. В кабинете стало тихо. Ректор медленно поднялся. А если я тебя отчислю? Я посмотрел ему прямо в глаза. Пожалуйста. Он замер. Что? Отчисляйте. Ты понимаешь последствия? Прекрасно. Я поднялся. В крайнем случае, получу такой же диплом в политехническом. После того, что я сделал для их вычислительного центра, думаю, меня там примут без особых проблем. Ректор долго смотрел на меня. Потом неожиданно рассмеялся. Северный олень... Что? Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь? С ректором. А ведёшь себя так, будто сам им являешься. Я просто защищаю свою долю. Он перестал смеяться. Сядь. Я снова сел. Ректор достал договор и положил его передо мной. Хорошо. Треть. Я посмотрел на него. Официально? Официально. Тогда укажите это в документах. Он вздохнул. Ты мне когда-нибудь спокойную жизнь оставишь? Если условия договора будут нормальными обязательно. Ректор покачал головой. Иди на пару, бизнесмен. Я встал. У двери он окликнул меня: Круженов. Я обернулся. Да? Ты действительно думал перейти в политехнический? Я улыбнулся. Если понадобится. Вот поэтому я тебя и не люблю. А фирма? Вот фирму как раз люблю. Я вышел из кабинета. В коридоре я посмотрел на часы. Вторая пара уже начиналась. Ну что, пробормотал я, похоже, капитализм всё-таки добрался до института. Третья пара закончилась, и я уже собирался идти в лабораторию, когда меня догнал Семёныч. Ну что, переговорщик? Откуда знаешь? Ректор сам пришёл и сказал, что ты его чуть до инфаркта не довёл. Зато договор теперь нормальный. Семёныч довольно хлопнул меня по плечу. Вот теперь ты действительно партнёр. В лаборатории нас уже ждал представитель политехнического института. Рядом с ним стоял ещё один инженер. Круженов, это Виктор Павлович, начальник вычислительного центра. Мы пожали друг другу руки. Нам рекомендовали вас как специалиста по наладке, сказал он. Я пока только учусь. Инженер усмехнулся. После того как вы запустили нашу машину, я бы не называл это «только учусь». Семёныч посмотрел на меня с улыбкой. Скромность у него врождённая. Я открыл папку. Что у вас на этот раз? Виктор Павлович положил передо мной лист. Хотим объединить несколько машин в одну систему. Но программное обеспечение не позволяет. Я внимательно прочитал описание. А почему именно так? Потому что другого варианта нет. Есть. Он удивлённо посмотрел на меня. Какой? Я взял карандаш и начал рисовать схему. Не надо заставлять машины говорить друг с другом напрямую. Нужен промежуточный узел. Семёныч наклонился над столом. Ты это сейчас придумал? Нет. Просто вспомнил. Что вспомнил? Я замолчал. Слишком много вопросов. Теоретически рассчитал. Виктор Павлович долго смотрел на рисунок. А если это сработает? Тогда ваши машины смогут обмениваться данными без постоянного ручного вмешательства. Сколько времени потребуется? На проектирование? Да. Неделя. Семёныч присвистнул. Ты решил совсем без сна жить? Сон подождёт. Виктор Павлович поднялся. Договорились. Но если получится, у нас будет для вашей фирмы ещё один заказ. Он ушёл. Семёныч посмотрел ему вслед. Ты хоть понимаешь, что только что сделал? Кажется. Мы получили возможность выйти за пределы одного института. Я закрыл папку. Значит, пора думать о нормальной мастерской. И о сотрудниках. И о бухгалтере. Семёныч поморщился. Вот это уже настоящая взрослая жизнь. Я рассмеялся. Но вечером, возвращаясь домой, я думал уже не о деньгах. На лестнице у квартиры меня встретила Аня. Она держала в руках конверт. Это тебе. Откуда? Принесли сегодня. Я вскрыл его. Внутри лежало официальное письмо из политехнического института. Я прочитал первую строку и замер. Что там? спросила Аня. Я медленно поднял глаза. Они предлагают мне перевод. Аня улыбнулась. Значит, ты всё-таки оказался нужен сразу двум институтам. Я посмотрел на письмо. И впервые задумался: а не слишком ли быстро моя новая жизнь начинает меняться? Женское чутьё Ани, похоже, не подводило её никогда. Она ничего не спрашивала напрямую, но я видел: она что-то почувствовала. Знаешь, сказала она однажды вечером, тебе ведь действительно нужно подтянуть математику. Мне? Тебе. Я насторожился. И кто же меня будет учить? Аня улыбнулась. Валя. Я замер. Валентина Сергеевна? А почему нет? Она хороший преподаватель, а тебе нужны дополнительные занятия. Можно заниматься в институте. Вечером там полно народу. А у Вали дома спокойно. Я посмотрел на неё. Хитро придумано. Слишком хитро. Аня словно специально создавала ситуацию, в которой мы с Валентиной должны были регулярно оставаться наедине, но формально всё выглядело совершенно невинно. На следующий день она позвонила Вале. Валь, ты ведь можешь помочь Егору с математикой? На другом конце провода что-то ответили. Аня посмотрела на меня и улыбнулась. Конечно. Сегодня вечером? Потом она передала трубку мне. Егор, услышал я голос Валентины, если ты действительно хочешь заниматься, приезжай после семи. Хорошо. И без опозданий. Постараюсь. Не «постараюсь», а приедешь. Я улыбнулся. Приеду. Разговор закончился. Аня положила трубку. Вот и договорились. Я посмотрел на неё с подозрением. Ты что-то задумала. Я? Ничего. Она совершенно невинно пожала плечами. Вечером я начал собираться. Почему-то перед поездкой к Валентине я нервничал сильнее, чем перед разговором с ректором. Я взял тетрадь, учебник и несколько ручек. Потом остановился у шкафа. Может, не надо? Аня рассмеялась. Иди уже. Ты же математикой заниматься собирался. Я посмотрел на неё. Она улыбалась слишком хитро. Перед выходом я услышал: И Егор... Что? Не забудь, зачем едешь. Учиться. Вот именно. Я вышел на лестницу. Вечерний воздух был прохладным. А впереди меня ждала Валентина, час математики и разговор, который, я почему-то чувствовал, вряд ли ограничится одними интегралами. Я поднялся на нужный этаж и несколько секунд стоял перед дверью, собираясь с мыслями. Потом позвонил. Валентина открыла почти сразу. Проходи, студент. Здравствуйте, Валентина Сергеевна. Сегодня без официальностей. Мы же договорились заниматься спокойно. Я вошёл. На столе уже лежали тетради, учебник и несколько листов с заданиями. Садись. Я сел, раскрыл тетрадь. С чего начнём? С того места, где ты перестал понимать математику. Боюсь, это будет где-то в средней школе. Она рассмеялась. Значит, начнём оттуда. Первый час прошёл неожиданно спокойно.

Валентина объясняла материал простыми словами, а я старался не спорить с математикой, как обычно. Вот здесь ты ошибся, сказала она, наклоняясь над моей тетрадью. Где? Ты перепрыгнул через шаг. Я думал, он очевиден. Для тебя, может быть. Для проверяющего нет. Я исправил решение. Так? Уже лучше. Она посмотрела на меня и улыбнулась. Знаешь, Егор, ты странный человек. Почему? Когда дело касается техники, ты думаешь на несколько шагов вперёд. А когда видишь дробь, у тебя лицо человека, которого собираются отправить на каторгу. Я засмеялся. С техникой всё проще. Нет. Просто тебе она интересна. Она поставила передо мной ещё одну задачу. Давай. Самостоятельно. Я взял ручку. В комнате стало тихо. За окном шумел вечерний город. Через несколько минут я закончил. Валентина проверила решение. Правильно. Правда? Правда. Я откинулся на стуле. Значит, не безнадёжен. Никогда не говорила, что безнадёжен. Она закрыла учебник. На сегодня хватит. Я посмотрел на часы. Уже? Уже. Мы убрали тетради. Я заметил, что Валентина стала какой-то задумчивой. Что-то случилось? Она покачала головой. Нет. Просто думаю об Ане. Я насторожился. О чём? Она очень умная женщина. Это я знаю. И слишком хорошо тебя понимает. Я усмехнулся. Иногда мне кажется, что даже лучше меня самого. Валентина улыбнулась. Вот именно. Она подошла к окну. И знаешь, я не хочу, чтобы наша дружба из-за тебя изменилась. Я промолчал. Она обернулась. Поэтому сегодня мы действительно занимались математикой. Я понял. И завтра тоже будем заниматься математикой. А послезавтра? Она улыбнулась. Если будешь хорошо учиться. Я взял куртку. Тогда придётся учиться. У двери она остановила меня. Егор. Да? Спасибо ещё раз за маму. Я кивнул. Не стоит. Стоит. Я вышел на лестницу. И только спустившись на первый этаж, понял, что всё прошло совсем не так, как я ожидал. Аня действительно придумала хитрый план. Только, похоже, сама не представляла, насколько серьёзно Валентина решила поставить между нами границы. Когда я вернулся домой, Аня сидела на кухне с чашкой чая. Ну? спросила она. Занимались. Только? Я посмотрел на неё. Только. Она внимательно изучила моё лицо и вдруг улыбнулась. А вот теперь я тебе верю. Ты специально всё это устроила? Конечно. Зачем? Аня пожала плечами. Хотела, чтобы две вещи были рядом: твоя учёба и моя лучшая подруга. Я сел напротив. А если я скажу, что математика мне понравилась? Тогда я окончательно убедилась, что ты заболел. Мы оба рассмеялись. А из комнаты донёсся знакомый шорох. Муся снова проснулась. Я посмотрел в её сторону. Только не сегодня. Аня подняла бровь. Что «не сегодня»? Ничего. Муся тихо скребла лапками по клетке. Я почему-то был уверен: эта ночь ещё не закончилась. Я сгреб Аню в охапку и потащил на кровать . Включив видео про красную шапочку в исполнении голых актеров . Мы занялись безумным сексом. Но Аня контролировала ситуацию и не позволяла проникнуть в ее анус. Как бы я не ухищрялся . Но это стало частью игры и нам это нравилось. Когда Аня заснула . Я запер дверь и выпустил крысу дав ей порезвиться. Освободив норку. Муся натаскала кучку сторублевок и успокоилась . Для нее это было тоже частью игры.

Глава 28

Утром я, как обычно, сходил в институт. Отсидел лекции, прошёл практические занятия и сразу после этого отправился в политехнический. Там меня уже ждали. Круженов, сегодня получится? Если вы больше ничего не меняли после моего ухода получится. Инженеры засмеялись. Я подключил оборудование и занялся настройкой сетевого соединения. Работа оказалась кропотливой: приходилось проверять каждый участок, искать ошибки в настройках и добиваться нормального обмена данными между машинами. Пока система загружалась и инженеры следили за индикаторами, я достал свой «Электроника МК-62». Когда-то такой калькулятор был для меня привычной вещью, а теперь выглядел почти как артефакт из будущего. Я начал программировать его на решение простейших задач. Ты даже здесь работаешь? удивился один из инженеров. Привычка. А зачем тебе вообще программируемый калькулятор? Хочу иметь под рукой собственный маленький вычислительный инструмент. Но на самом деле у меня была другая мысль. Я начал систематизировать свои пароли, доступы и служебные записи. Никаких записей на случайных листках всё должно быть организовано и защищено. Я уже понял: если я собираюсь заниматься вычислительной техникой всерьёз, то должен научиться отвечать не только за исправность машин, но и за безопасность собственной работы. С этого дня я всё больше превращался из обычного техника в человека, который отвечал за целую систему. Сетевое соединение наконец заработало. На экранах появились первые данные. Есть! радостно выкрикнул инженер. Я откинулся на стуле. Теперь проверяем нагрузку. Мы начали тестирование. Машины обменивались данными без прежних сбоев. Начальник вычислительного центра подошёл ко мне. Круженов, похоже, нам действительно нужен свой системный администратор. Я усмехнулся. Тогда оформляйте должность. Он посмотрел на меня с удивлением. Ты уже и должность себе придумал? Нет. Просто вижу, куда всё идёт. Семёныч, стоявший рядом, рассмеялся: Северный олень уже не студент. Он постепенно превращается в начальника. Я посмотрел на работающую аппаратуру. Внутри появилось странное чувство. Я словно снова возвращался в знакомый мир мир техники, вычислений и программ. Только теперь у меня было преимущество, которого не было у остальных. Я знал, каким этот мир станет через несколько десятилетий. И намеревался использовать эти знания осторожно. Слишком осторожно, чтобы кто-нибудь понял, насколько далеко вперёд я смотрю. Пока оборудование загружалось я гулял по корпусу и вдруг услышал знакомые звуки . Когда подошел к двери я понял это каратэ . Дёрнув за ручку я открыл дверь . Передо мной стояло двадцать испуганных зрачков. Я свой произнес я входя. Вспомнив что занятие рукопашным боем было запрещено в СССР я произнес я тут работаю я свой и тоже хочу научиться махать руками и ногами. Ко мне подошел тренер это не о чем вы подумали произнес он пытаясь вытеснить меня из зала. Но я уперся и посмотрел ему в глаза. Или на учите меня или убейте прямо на этом место произнес я. Я понимал что грядут перемены и устоять перед быдлом одними мыслями невозможно . Мне нужны были хотя бы начальные навыки самообороны. Да это наш программист услышал я из за спины тренера. Что его заставило отступить я не знаю . Но меня приняли в группу. После тренировки и закончив работу я вернулся домой. Вечер начался совершенно невинно. Валентина пришла к Ане с тетрадями, и мы действительно провели положенный час за математикой. Ещё раз, терпеливо повторяла Валентина. Интеграл не кусается. Пока что он кусается только за мои оценки. Аня, сидевшая неподалёку, засмеялась. После занятия тетради закрыли, и напряжение последних дней постепенно исчезло. Включили музыку. Потом я достал коньяк. Только немного, предупредила Валентина. Конечно. Первый тост был за здоровье Аниной мамы. Второй за нашу фирму. А потом мы перестали считать. Музыка становилась громче, разговоры веселее, а танцы всё безудержнее. Мы смеялись над совершенно глупыми вещами и наконец позволили себе забыть обо всех проблемах. Сколько прошло времени, я уже не помнил. А утром первым, что я почувствовал, было солнце, пробившееся сквозь занавески. Я открыл глаза. Рядом спали Аня и Валентина. Я сразу всё вспомнил. Последние часы вечера, музыку, разговоры, коньяк... Я решил не двигаться. Через несколько минут Аня пошевелилась, открыла глаза и замерла. Она медленно подняла голову. Посмотрела на Валентину. Потом на меня. Ой... Валентина тоже проснулась. Несколько секунд никто не произносил ни слова. Затем она резко села. Мы... все здесь? Аня закрыла лицо руками. Господи... Я продолжал лежать с закрытыми глазами, стараясь не вмешиваться. Но долго это продолжаться не могло. Аня вскочила первой. Я на кухню! Валентина почти одновременно поднялась. А я... мне надо домой! Через несколько секунд обе уже исчезли в разных комнатах. Я открыл глаза и тихо рассмеялся. Похоже, вчерашняя дружеская вечеринка закончилась самым неловким утром в моей жизни. И теперь предстояло выяснить главное: что именно каждая из них помнила о прошедшей ночи. Утро после вчерашнего вечера оказалось на редкость тихим. Я всё-таки поднялся с кровати и прошёл на кухню. Аня уже сидела за столом с чашкой кофе. Валентина стояла у окна и смотрела во двор. Обе выглядели так, будто пытались восстановить в памяти последние несколько часов. Ну что, осторожно сказал я, все живы? Аня посмотрела на меня. Физически да. Валентина неожиданно рассмеялась. А вот морально я ещё не уверена. Напряжение немного спало. Давайте без паники, сказал я. Вчера мы просто перебрали. Аня покачала головой. «Просто перебрали» это очень мягкая формулировка. Согласен. Валентина взяла сумочку. Мне пора. Аня встала. Валя... Та остановилась. Не надо ничего объяснять, тихо сказала Аня. Я сама всё понимаю. Валентина внимательно посмотрела на подругу. И что ты понимаешь? Аня улыбнулась. Что нам всем вчера было хорошо. А сегодня лучше не делать поспешных выводов. Я молча слушал их разговор. Валентина кивнула. Согласна. Она уже взялась за ручку двери, но обернулась ко мне. Егор, вечером всё-таки будет занятие. Я удивился. После этого? Особенно после этого. Аня фыркнула. Вот это я понимаю дисциплина. Валентина впервые за утро улыбнулась. Математика сама себя не выучит. Дверь закрылась. Я повернулся к Ане. И что теперь? Она поставила передо мной чашку кофе. Теперь ты идёшь на занятия. А вечером? А вечером будешь учить математику. Ты серьёзно? Абсолютно. Я вздохнул. В клетке зашуршала Муся. Аня посмотрела туда. И твоя крыса тоже пусть сегодня без приключений. Я посмотрел на Мусю. Слышала? Крыса невозмутимо умылась. Я усмехнулся. Похоже, после вчерашнего вечера у каждого из нас появились свои мысли, о которых пока никто не собирался говорить вслух. А впереди был новый день, и почему-то я чувствовал: сегодняшнее занятие математики окажется намного сложнее вчерашнего. День прошёл на удивление буднично, словно вчерашнего вечера вообще не существовало. Утром я отправился в институт. На лекциях старательно делал записи, хотя мысли то и дело возвращались к утреннему разговору. Однокурсники ничего не заметили, и это меня даже радовало. После занятий я заглянул в лабораторию. Семёныч уже возился с новым стендом. Круженов, выручай. Что опять? Реле чудит. Я быстро разобрался с неисправностью, после чего мы обсудили дела фирмы. Потом мне позвонили из политехнического: сетевое соединение работало, но требовалось ещё проверить несколько программ. Я провёл там несколько часов и только к вечеру вернулся домой. Аня уже накрывала на стол. Сегодня никаких приключений, предупредила она. Я сама невинность. Вот именно это меня и пугает. Я рассмеялся. Около семи часов раздался звонок в дверь. На пороге стояла Валентина Сергеевна с сумкой и тетрадями. Можно? Конечно, ответила Аня. Валентина вошла, сняла пальто и посмотрела на меня. Ну что, студент? Надеюсь, сегодня ты действительно готов заниматься. Я даже домашнее задание сделал. Неужели? Не веришь? После вчерашнего вечера я вообще ничему не удивляюсь. Аня засмеялась. Идите в комнату. Я пока чай приготовлю. Мы с Валентиной сели за стол. Она открыла тетрадь и стала проверять мои решения. Вот здесь правильно. А здесь? Здесь ты опять торопился. Но ответ правильный. Правильный ответ ещё не означает правильное решение. Вот за это я и не люблю математику. Она улыбнулась. А зря. Ты способен её понять. Час пролетел незаметно. Потом Аня принесла чай, и мы втроём сели за стол. Разговор постепенно перешёл от учёбы к работе, фирме и моим поездкам в политехнический. Знаешь, сказала Валентина, я иногда думаю, что ты вообще не студент. Почему? Студенты обычно переживают из-за зачётов. А ты переживаешь из-за договоров, компьютеров и доли в фирме. Аня рассмеялась. Я ему тоже это говорю. Я пожал плечами. Просто у каждого свои проблемы. Наступила небольшая пауза. Валентина посмотрела на Аню. Аня посмотрела на Валентину. Я понял, что обе вспомнили вчерашнее утро. Валя всё ещё сидела у Ани, когда я предложил им попробовать мой новый коктейль. Коктейль? заинтересовалась Аня. Капиталистическое чудо, торжественно объявил я. Только не спрашивайте, что там внутри. Уже подозрительно, сказала Валя. Мы попробовали. Сначала женщины отнеслись к напитку настороженно, но вскоре обе признали, что получилось вкусно. Потом был ещё один бокал, затем разговоры стали громче, шутки смешнее, а мы опять потеряли чувство времени. А потом я включил порно. Алкоголь в смеси с обнаженными телами на экране сорвало им крышу. Я раздел обеих женщин и положив их беспомощные тела. Стал по очереди пользовать. Ни Аня ни Валя не понимали происходящего, потому что были пьяны. Утром всё повторилось. Мы проснулись втроём и на этот раз никто не вскочил с постели в ужасе. Мы были без одежды. Аня первой посмотрела на Валю. Валя посмотрела на меня. Несколько секунд стояла тишина. Кажется, нам пора наконец поговорить, тихо сказала Аня. Я сел на кровати. О чём? О нас. Валя вздохнула. Я тоже давно хотела это сказать. Аня взяла её за руку. Я люблю тебя как подругу. И не хочу тебя потерять. Валя сжала её пальцы. Я тоже. Потом обе посмотрели на меня. Аня улыбнулась. А проблема в том, что мы обе любим ещё и его. Я не нашёлся что ответить. Вы уверены? Нет, честно сказала Валя. Но я знаю одно: я не хочу, чтобы из-за этого мы стали врагами. Аня кивнула. И я. Мы долго разговаривали. Без криков, без ревности и без попыток что-либо скрыть. В конце концов Аня сказала: Тогда почему бы нам не попробовать быть вместе? Не так, чтобы одна из нас постоянно боялась потерять другую. А честно. Валя задумалась. Ты предлагаешь нам троим быть семьёй? Именно. Я посмотрел на обеих. А вы действительно этого хотите? Аня ответила первой: Да. Валя после короткой паузы тоже кивнула. Да. Но только если мы будем честны друг с другом. Я протянул руки. Обе женщины взяли меня за руки. И в тот момент стало понятно: это решение было не случайной прихотью после выпивки. Они выбирали не только меня. Они выбирали сохранить свою дружбу, добавив к ней нечто совершенно новое. Значит, договорились? спросил я. Аня улыбнулась. Договорились. Валя рассмеялась: Только есть одно условие. Какое? Никаких больше твоих «капиталистических коктейлей». Аня рассмеялась. Поддерживаю! Я поднял руки. Всё, сдаюсь. И впервые за долгое время я почувствовал, что у нас действительно появляется что-то похожее на семью странную, необычную, совершенно не похожую на привычные семьи, но зато построенную на честном разговоре и взаимном согласии.