Иследователь

Несколько молодых ребят рассматривали импортные кассеты. Я задержался у витрины с наручными часами. Среди десятков моделей взгляд зацепился за простые механические часы в стальном корпусе. Нравятся? тихо спросила Аня. Очень. Тогда... Нет. Я улыбнулся. Вот часы я куплю себе сам. Когда получу первую зарплату. Она внимательно посмотрела на меня. Потом кивнула. Хорошо. Обещаю. Ловлю на слове. Мы уже собирались идти дальше, когда за спиной раздался знакомый голос: Егорушка! Я обернулся. К нам быстрым шагом шёл Андрей. В одной руке он нёс огромную спортивную сумку, а другой энергично махал нам. Вот это встреча! Он остановился рядом, перевёл взгляд с меня на Аню, потом снова на меня. На его лице появилась широкая улыбка. Так вот почему ты вчера после турнира так быстро исчез! Я почувствовал, как Аня слегка смутилась. Знакомься, сказал я. Это Анна Павловна. Андрей вежливо кивнул. Очень приятно. Потом, не удержавшись, тихонько толкнул меня локтем. Егорыч... А ты времени зря не теряешь. Андрей... с укором произнёс я. Он громко рассмеялся. Ладно, ладно. Молчу. Аня, к моему удивлению, тоже улыбнулась. Это, наверное, тот самый Андрей, который спас тебя от хулиганов? Он самый, ответил я. Тогда спасибо вам. Андрей даже растерялся. Да что вы... Пустяки. Для меня не пустяки, спокойно сказала Аня. Если бы не вы, кто знает, чем всё закончилось бы. Андрей смущённо почесал затылок. Егорыч у нас парень хороший. За своих надо стоять. Я посмотрел на него и невольно подумал, что за внешностью боксёра скрывается удивительно добрый человек. Ладно, сказал Андрей. Не буду вам мешать. Вечером шахматы? Обязательно. Тогда до вечера. Он пожал мне руку, уважительно кивнул Ане и растворился в шумной толпе рынка. Мы ещё некоторое время смотрели ему вслед. Хороший друг, сказала Аня. Да. Таких немного. Именно поэтому я его и ценю. Она крепче взяла меня под руку. Пойдём. Кажется, я видела вон там хорошие туфли. Нельзя же останавливаться на полпути. Я только улыбнулся. Похоже, сегодняшний поход на рынок действительно был только в самом начале. Мы ещё долго бродили между рядами. Пакет с моими покупками становился всё тяжелее, а Аня, казалось, совсем не уставала. Она останавливалась то у одного прилавка, то у другого, здоровалась с продавцами, спрашивала цены, что-то сравнивала. Вдруг я остановился. На деревянем стенде висели женские платья. Лёгкие, яркие, летние. Мой взгляд остановился на одном из них. Оно было светло-голубого цвета, с короткими рукавами и длиной чуть выше колен. Простое, но очень красивое. Аня, позвал я. Что? Подойди. Она подошла и сразу поняла, куда я смотрю. Нет улыбнулась она. Даже не думай. Почему? Потому что мы приехали покупать одежду тебе. Уже купили. Она покачала головой. Егорушка... Я снял платье с вешалки. Можно посмотреть? Продавщица улыбнулась. Конечно, молодой человек. Для жены выбираете? Аня смущённо опустила глаза. Мы... Я не дал ей договорить. Можно ей примерить? Конечно. Кабинка вон там. Аня посмотрела на меня почти умоляюще. Не надо... Почему? Она тихо ответила: Я уже много лет не носила таких платьев. Вот именно. Оно слишком короткое. Для кого? Она пожала плечами. Для комендантши общежития. Я улыбнулся. А для красивой женщины? Она подняла на меня глаза. Несколько секунд молчала. Потом тихо произнесла: Ты умеешь уговаривать. Она взяла платье и скрылась за занавеской примерочной. Прошло несколько минут. Егор... послышался её неуверенный голос. Я не знаю... Выходи. Мне неловко. Выходи. Занавеска медленно раздвинулась. Я замер. Платье сидело на ней так, словно было сшито специально для неё. Оно подчёркивало стройную фигуру, открывало красивые ноги и удивительно молодило её. Она стояла, смущённо придерживая подол ладонями. Ну... совсем плохо? Я покачал головой. Нет. Правда? Я даже слов подобрать не могу. Продавщица довольно улыбнулась. Я же говорила. Это её фасон. Аня подошла к большому зеркалу. Долго рассматривала своё отражение. Потом тихо сказала: Я словно на десять лет моложе стала. Больше, улыбнулся я. Она повернулась ко мне. Но я не могу... Почему? Дорого. Я достал деньги. Сегодня моя очередь делать подарки. Егор... Никаких возражений. Она попыталась остановить меня. Ты же студент. А ты женщина, которая впервые за долгое время улыбается своему отражению. Она опустила глаза. Мне никто никогда не покупал платье просто так... Я молча расплатился. Продавщица аккуратно сложила старую одежду Ани в пакет. Носите обновку на здоровье. Я протянул пакет Ане. Она не взяла. Вместо этого неожиданно шагнула ко мне и крепко обняла. Спасибо... прошептала она. Ты даже не представляешь, что сделал для меня. Я улыбнулся. Представляю. Она отступила на шаг, вытерла выступившую слезинку и вдруг рассмеялась. Ну всё. Теперь пойдём быстрее домой. Почему? Она лукаво посмотрела на меня. Потому что мне очень хочется ещё раз посмотреть на себя в большое зеркало. И услышать, что я действительно хорошо выгляжу. Тогда могу не ждать до дома. Она вопросительно посмотрела на меня. Ты сегодня самая красивая женщина на всей толкучке. Аня покраснела, как девчонка, взяла меня под руку, и мы растворились в шумной воскресной толпе, смеясь так беззаботно, словно знали друг друга всю жизнь. Мы уже собирались уходить с рынка, когда мой взгляд зацепился за небольшой прилавок, над которым висела табличка: «Инструмент. Радиодетали. Электрика.» Я невольно остановился. На столе аккуратными рядами лежали отвёртки, пассатижи, бокорезы, индикаторы напряжения, паяльники, мультиметры и небольшие чемоданчики с инструментом. Что случилось? спросила Аня. Подожди минутку. Она послушно остановилась рядом. Я подошёл к продавцу. Пожилой мужчина в выгоревшей кепке сразу понял мой интерес. Электрик? Я улыбнулся. Можно сказать и так. Тогда смотри. Он поставил на прилавок небольшой пластиковый чемоданчик. Щёлкнули замки. Внутри всё лежало на своих местах. Набор отвёрток. Пассатижи. Бокорезы. Круглогубцы. Индикаторная отвёртка. Монтажный нож. Набор наконечников. Даже небольшой мультиметр. Я осторожно провёл рукой по инструменту. Каждый предмет лежал именно там, где ему и положено. Хороший набор, сказал продавец. Германский. Такой на всю жизнь хватит, если не бросать где попало. Я поднял бокорезы. Баланс был отличный. Потом взял отвёртку. Рукоятка удобно легла в ладонь. Перед глазами неожиданно всплыла другая жизнь. Щитовые. Подстанции. Километры кабеля. Запах изоляции. Треск контакторов. Я словно снова оказался на работе. Нравится? тихо спросила Аня. Очень. Тогда берём. Я покачал головой. Нет. Почему? Потому что этот подарок я сделаю себе сам. Она улыбнулась. Тогда покупай. Я достал деньги. Продавец закрыл чемоданчик и протянул его мне. Береги инструмент. Буду. Он внимательно посмотрел на меня. Странно. Что именно? Молодёжь сейчас больше на магнитофоны смотрит да на джинсы. А ты на инструмент так смотришь, будто старого друга встретил. Я улыбнулся. Может, так оно и есть. Когда мы отошли от прилавка, Аня взяла чемоданчик из моих рук. Тяжёлый. Давай я. Нет, упрямо сказала она. Раз уж ты сегодня носил мои покупки, теперь моя очередь. Я рассмеялся. Какие же это твои покупки? Это мои. А платье? Я хитро посмотрел на неё. Оно уже твоё. Она покраснела и тихо произнесла: Тогда договорились. Мы медленно направились к автобусной остановке. В одной руке у меня был пакет с одеждой. Аня несла чемоданчик с инструментом так бережно, словно это была дорогая семейная реликвия. Зачем он тебе? спросила она. Я посмотрел на чемоданчик. Никогда не знаешь, когда пригодится хорошее ремесло. Она улыбнулась. Значит, ты действительно умеешь работать руками. Немного. Я невольно усмехнулся. Если бы она знала, что за моей внешностью студента скрывается человек, который много лет проработал электриком, монтировал оборудование и устранял сложные неисправности, она бы, наверное, ещё сильнее удивилась. Но эту тайну я пока предпочёл оставить при себе. Мы уже почти вышли с толкучки, когда мой взгляд остановился на небольшом прилавке, где продавали женское бельё. На верёвке аккуратно висели ночные сорочки, комбинации, халаты и комплекты белья в простых картонных коробках. Я невольно замедлил шаг. Аня сразу заметила это. Что такое? Я немного смутился. Подожди минутку. Она проследила за моим взглядом и сразу всё поняла. Егор... нет. Почему? Она тихо рассмеялась. Потому что это уже слишком. Что именно? Мы знакомы всего несколько дней, а ты уже хочешь покупать мне такие вещи. Я посмотрел ей в глаза. Ты столько сделала для меня. Позволь и мне сделать тебе приятное. Она покачала головой. Мне неудобно. К разговору подключилась пожилая продавщица. Девушка, не смущайтесь. Молодой человек выбирает подарок от души. Аня окончательно покраснела. Я... даже не знаю... Продавщица достала из коробки красивую шёлковую ночную сорочку нежно-кремового цвета. Посмотрите. Очень хорошая ткань. И размер, кажется, ваш. Аня осторожно провела ладонью по ткани. Какая мягкая... Примерять не надо, улыбнулась продавщица. Я и так вижу, что подойдёт. Я посмотрел на Аню. Нравится? Она едва заметно кивнула. Очень... Но... Никаких «но». И еще дайте вот те трусики . Да белые с кружевами и тот набор с красными рюшками. Я расплатился. Краем глаза я видел как краснее Аня. Продавщица аккуратно завернула покупку в плотную бумагу и перевязала тонкой ленточкой. Держите. Пусть этот подарок напоминает о хорошем воскресенье. Я протянул свёрток Ане. Она долго не решалась взять его. Потом всё же прижала пакет к груди. Спасибо... Только одно условие. Она насторожилась. Какое? Больше не говори, что ты уже не молодая. Она улыбнулась так тепло, что мне показалось, будто вокруг стало светлее. Хорошо. Она осторожно взяла меня под руку. Знаешь... Мне уже очень давно никто не дарил подарков просто потому, что хотел сделать мне приятно. Значит, сегодня хороший день. Да, тихо ответила она. Очень хороший. И мы, улыбаясь друг другу, медленно пошли к автобусной остановке, неся пакеты с покупками и ощущение того, что это воскресенье запомнится нам обоим надолго.

Глава 15

Обратный автобус оказался почти пустым. Воскресная толкучка уже начинала затихать, и большинство пассажиров ещё оставалось на рынке. Мы сели у окна. Аня бережно положила пакеты на колени и, улыбаясь, посмотрела на меня. Устал? Есть немного. А я нет. Почему? Она тихонько рассмеялась. Потому что сегодня мне было хорошо. Автобус мягко тронулся. За окнами поплыли дачные участки, потом редкие дома, а вскоре показались знакомые городские улицы. Несколько минут мы молчали. Потом Аня осторожно коснулась моей руки. Егор... Что? Можно я тебя кое о чём попрошу? Конечно. Только не смейся. Не буду. Она немного помолчала, собираясь с духом. Когда мы придём домой... можно я примерю платье ещё раз? Я улыбнулся. Конечно. И... хочу показать его тебе. Ты его уже показывала. Она покачала головой. Нет. Там был рынок, люди... Я всё время смущалась. Она опустила глаза. А дома... только ты. Я осторожно сжал её ладонь. Хорошо. Она благодарно улыбнулась. Автобус остановился возле их района. Мы вышли и неспешно пошли к дому. Поднимаясь по лестнице, Аня вдруг остановилась у своей двери. Подожди здесь одну минутку. Зачем? Она загадочно улыбнулась. Сюрприз. Схватив пакет с новым платьем, она быстро скрылась в спальне. Из комнаты донёсся шорох ткани, скрип дверцы шкафа, тихое позвякивание плечиков. Я остался в гостиной. Муся, увидев меня, поднялась на задние лапки и приветственно пошевелила усами. Тише, шепнул я ей. Сейчас хозяйка выйдет. Прошло несколько минут. Дверь спальни медленно открылась. Аня нерешительно вышла в комнату. На ней было новое голубое платье, которое мы купили на рынке. Она остановилась у двери, слегка разгладила ладонями ткань и с волнением спросила: Ну... как? Я поднялся со стула. Платье действительно удивительно ей шло. Оно подчёркивало фигуру, а её улыбка делала весь образ ещё светлее. Очень красиво. Она внимательно всматривалась в моё лицо, словно проверяя, не говорю ли я это только из вежливости. Правда? Правда. Она медленно подошла к большому зеркалу. Несколько секунд молча рассматривала своё отражение. Потом тихо сказала: Знаешь... кажется, я впервые за много лет смотрю в зеркало с удовольствием. Она повернулась ко мне. Спасибо тебе, Егор. Я лишь улыбнулся. Иногда человеку нужно совсем немного, чтобы снова почувствовать себя счастливым. Аня подошла ближе и осторожно взяла меня за руки. Тогда сегодня счастливых людей в этой квартире стало двое. В этот момент из клетки донеслось недовольное шуршание. Мы одновременно посмотрели на Мусю. Белая крыса стояла, держась лапками за прутья, и выразительно смотрела то на нас, то на холодильник. Я рассмеялся. Кажется, кто-то считает, что после удачной поездки ей тоже полагается награда. И, по-моему, она права, улыбнулась Аня. Она достала из холодильника маленький кусочек сыра, а я открыл клетку. Муся осторожно взяла угощение и принялась с аппетитом есть, словно тоже была довольна тем, как прошёл этот необычный воскресный день. Отойдя от клетки, Аня остановилась возле большого зеркала. Она смущённо улыбнулась, словно собиралась сделать что-то очень для себя необычное. Егор... Что? Она оглянулась на меня. Только не смейся. Даже не собираюсь. Она на мгновение замялась, потом чуть приподняла край нового платья, ровно настолько, чтобы показать кружевной край новых трусиков. Щёки её тут же вспыхнули. Она быстро опустила подол и отвела взгляд. У меня... таких никогда не было, тихо призналась она. Всё как-то не до себя было. Работа, общежитие, вечные заботы... Покупала только самое необходимое. Я подошёл ближе. И как? Она смущённо улыбнулась. Красивые... И очень удобные. Потом тихо рассмеялась над собственной неловкостью. Представляешь, стою перед зеркалом и любуюсь... Словно снова стала молодой девушкой. Аня... Она подняла глаза. Ты и есть красивая женщина. Она покачала головой. Комплименты говорить ты умеешь. Это не комплимент. Нет? Это то, что я вижу. Она несколько секунд молча смотрела на меня. Потом подошла совсем близко и осторожно поправила воротник моей новой рубашки. А ты знаешь... ведь и тебя сегодня не узнать. Благодаря тебе. Благодаря нам обоим. Она взяла меня за руки. Спасибо не за подарки. А за что? За то, что рядом с тобой я сегодня впервые за много лет подумала не о работе, не о долгах, не о том, что скажут люди... А просто о том, что можно радоваться жизни. Я улыбнулся. Значит, воскресенье прошло не зря. Она кивнула. Не зря. В комнате было тихо. Из клетки доносилось лишь мирное шуршание Муси, которая уже устраивалась спать после своего угощения. Аня посмотрела на часы. Завтра снова понедельник. Да. Работа, институт... Она вздохнула, но тут же улыбнулась. Зато теперь у меня есть новое платье, а у тебя новая рубашка. И чемоданчик с инструментом. Она тихонько рассмеялась. Вот уж что действительно делает мужчину счастливым. Не только инструмент. А что ещё? Я посмотрел ей в глаза. Когда дома тебя кто-то ждёт. Она ничего не ответила. Лишь крепче сжала мою ладонь, и в этой тёплой тишине слова уже были не нужны. Поцеловав ее в губы я развернул ее под ее удивленный взгляд . Она уперлась руками о диван и выгнула спинку . подставляя мне свой шикарный зад . Задрав платье я приспустил кружевные трусики и вошел в нее. Она не говорила мне про немытые руки и про стыд . Она не напоминала мне мою сварливую жену. Она была воплощением моей мечты. Я входил и выходил из нее наслаждаясь процессом . Вдыхая аромат ее вагины и любуясь ее красивым платьем и приспущенными трусиками. Неожиданно она чуть присела и опустив голову замотала ею . Аайй блять вырвалась у нее со стоном и она расхохоталась зажимая себе рот рукой. Когда приступ смеха у нее закончился . Она призналась я впервые кончила раком. И я тоже кончил от этих слов. Она молча наблюдала как стекает из нее сперма на ее новые трусики. Ну вот в первый раз и испачкала. И сняв их пошла стирать. Вечер незаметно вступал в свои права. За окном постепенно гасли последние отблески солнца. Во дворе слышались детские голоса, кто-то хлопнул дверью подъезда, а потом всё стихло. Аня первой нарушила молчание. Надо ужин приготовить. После такого обеда? Она улыбнулась. Есть всё равно захочется. Я поднялся. Тогда командуй. Нет уж, рассмеялась она. Сегодня готовим вместе. Мы прошли на кухню. Аня открыла холодильник. Пельмени ещё остались. Значит, их и сварим. Она поставила кастрюлю на плиту, налила воды и включила газ. Следи, чтобы не убежала. Есть. Пока вода закипала, я начал раскладывать по местам покупки. Новая рубашка отправилась в шкаф. Чемоданчик с инструментом я поставил в угол возле двери. Аня заглянула в комнату. Уже хозяйничаешь? Привыкаю к порядку. Она засмеялась. Это хорошо. Через несколько минут вода закипела. Мы вместе высыпали пельмени в кастрюлю. Помешивай, сказала она, протягивая мне деревянную ложку. Есть, товарищ комендант. Опять смеёшься? Нисколько. Она легонько толкнула меня плечом. Несерьёзный. Я посмотрел на неё. А ты заметила, что за всё время сегодня ни разу не сказала мне «Круженов»? Она задумалась. Потом улыбнулась. Правда... Теперь только Егорушка. Она смутилась. Само собой получилось. И мне это нравится. Она убавила огонь под кастрюлей. А мне нравится, что ты называешь меня Аней. На несколько секунд мы замолчали. Потом она тихо сказала: Знаешь... квартира словно ожила. Из-за ремонта? Она покачала головой. Нет. Тогда почему? Потому что раньше я приходила домой, и меня встречала тишина. Она посмотрела на меня. А теперь кто-то разговаривает на кухне, смеётся, спорит, помогает накрывать на стол... Она отвела взгляд. Я и забыла, что дом это не стены. Я осторожно положил ладонь на её руку. Дом это люди. Она кивнула. Наверное, поэтому сегодня здесь так уютно. Пельмени были готовы. Мы сели за стол. Аня положила мне полную тарелку, добавила сверху кусочек сливочного масла и поставила рядом сметану. Ешь. А ты? Сейчас. Я посмотрел на неё. Знаешь, Аня... Что? Кажется, это были самые необычные выходные в моей жизни. Она подняла чашку с чаем. Тогда давай запомним их именно такими. Какими? Спокойными. Мы тихонько чокнулись чашками. В соседней комнате мирно сопела Муся, свернувшись клубочком в своей клетке. А впереди уже маячил понедельник институт, первая смена на новой работе и обычная студенческая жизнь, которая, как я уже успел понять, в любой момент могла преподнести очередной неожиданный сюрприз.

Глава 16

Мы ещё сидели за столом, допивая чай, когда меня словно ударило током. Я резко поставил чашку. Андрей... Аня удивлённо посмотрела на меня. Что случилось? Шахматы! Какие шахматы? Я хлопнул себя ладонью по лбу. Турнир! Я же обещал Андрею, что обязательно приду. Сегодня в главном корпусе института. Она посмотрела на настенные часы. Егорушка, так ты уже опаздываешь. Я вскочил. Вот именно! В два прыжка оказался в прихожей, натянул новые туфли, схватил пиджак. Подожди хоть, засмеялась Аня. Ты же так без пуговиц убежишь. Она быстро подошла ко мне и привычным движением застегнула верхнюю пуговицу рубашки, поправила воротник и пригладила ладонью лацкан пиджака. Вот теперь можно людям показываться. Я улыбнулся. Спасибо. Она посмотрела на меня долгим взглядом. Вернёшься? Я даже удивился вопросу. Конечно. Я ужин приготовлю. Тогда я постараюсь не задерживаться. Она кивнула. И... Егор... Что? Победи. Я рассмеялся. Постараюсь. Она неожиданно привстала на носочки и быстро поцеловала меня в щёку. Это на удачу. Я почувствовал, как лицо стало горячим. Теперь точно выиграю. Вот и хорошо. Я распахнул дверь. До вечера! До вечера, Егорушка! Я почти бегом спустился по лестнице. Во дворе поймал попутный автобус и, тяжело дыша, вскочил в уже закрывающиеся двери. Пока автобус ехал к институту, я думал только об одном. «Лишь бы Андрей не решил, что я его подвёл.» Автобус остановился у главного корпуса. Я выскочил на остановку и почти бегом поднялся по широким гранитным ступеням. Ещё из вестибюля были слышны оживлённые голоса. На дверях красного уголка висел написанный от руки плакат: «Межфакультетский шахматный турнир. Финальные встречи.» Ну, Егорыч! раздался знакомый бас. Андрей буквально вынырнул из толпы. Я уже думал, ты не придёшь! Он крепко пожал мне руку. Без тебя не начинаем. Почему? Андрей широко улыбнулся. Потому что сегодня ты играешь на первой доске. Я удивлённо посмотрел на него. На первой? Да. Он наклонился ко мне и почти шёпотом сказал: Против чемпиона института. Я невольно улыбнулся. Значит, скучно не будет. Андрей хлопнул меня по плечу. Вот за это я тебя и уважаю. И, распахнув дверь в зал, громко объявил: Товарищи! Наш первый номер прибыл! Несколько десятков человек одновременно повернули головы в мою сторону. В зале сразу стало тихо. Разговоры смолкли. Кто-то с интересом разглядывал меня, кто-то, наоборот, скептически усмехался. Это он? донеслось из глубины зала. Тот самый, что вчера матч вытащил? Да ладно... Обычный первокурсник. Андрей уверенно подвёл меня к первой доске. За столом уже сидел мой соперник. Высокий худощавый парень в очках. На вид лет двадцать пять. Перед ним лежала толстая шахматная тетрадь с анализами партий. Он спокойно поднялся. Александр. Егор. Мы пожали друг другу руки. Говорят, ты вчера неплохо сыграл. Повезло. Он усмехнулся. В шахматах везение редко помогает. Сейчас проверим. Судья объявил: Первая доска. Белыми играет Александр, чёрными Егор Круженов. Я сел. Передо мной стояли знакомые чёрные фигуры. Как ни странно, волнения не было. За свою долгую жизнь я привык, что любое испытание всего лишь ещё одна задача, которую нужно решить. Андрей наклонился ко мне. Егорыч... Что? Только не спеши. Не буду. Он сжал моё плечо и отошёл. Секундная стрелка настенных часов сделала круг. Судья поднял руку. Начали. Александр уверенно протянул руку к пешке. Первый ход. Я внимательно посмотрел на доску. «Ну что ж... посмотрим, чему тебя учили.» Зал постепенно перестал существовать. Исчезли зрители. Исчез шум. Остались только тридцать две фигуры и шестьдесят четыре клетки. Первые десять ходов прошли быстро. Мы оба играли спокойно. Ни один не стремился к дешёвой атаке. Интересно... тихо произнёс кто-то из наблюдавших. На двенадцатом ходу Александр задумался. Впервые. Он посмотрел на меня поверх очков. Потом снова на доску. Сделал ход. Я почти сразу ответил. Он вновь задумался. Теперь уже надолго. Андрей, стоявший у стены, не сводил с доски глаз. Что происходит? шёпотом спросил кто-то. Круженов вывел его из домашней заготовки. Да быть не может. Сам смотри. Александр медленно снял очки, протёр их платком и снова надел. Он явно искал лучший вариант. Я же сидел совершенно спокойно. Перед внутренним взором всплывали десятки похожих позиций, сыгранных когда-то давно по вечерам за компьютером, когда шахматы были способом отвлечься от забот взрослой жизни. Прошло ещё несколько ходов. И вдруг я увидел возможность. Не комбинацию в три хода. Не красивую жертву. А маленькую неточность. Такую, которую замечают только после долгого опыта. Я сделал ход. Александр ответил почти мгновенно. И в ту же секунду понял, что ошибся. Он замер. Нахмурился. Снова пересчитал варианты. Потом ещё раз. В зале стало так тихо, что было слышно тиканье часов. Неужели?.. прошептал кто-то. Я молча передвинул ферзя. Теперь угроза стала очевидной. Александр глубоко вздохнул. Попытался найти спасение. Но чем дольше считал, тем мрачнее становилось его лицо. Через несколько минут он медленно поднял голову. Посмотрел на меня. Затем аккуратно положил короля набок. Поздравляю. Я протянул руку. Спасибо за партию. Он крепко пожал её. Давненько меня так не переигрывали. В этот момент за моей спиной раздался такой рёв, что я невольно вздрогнул. Егорыч!!! Андрей первым подбежал ко мне, сграбастал в объятия и легко приподнял над полом. Я же говорил! Я же говорил! Остальные участники нашей команды окружили нас. Кто-то хлопал меня по плечам, кто-то жал руку. Судья поднял итоговый протокол и громко объявил: Победителем межфакультетского шахматного турнира становится команда... Он сделал небольшую паузу. ...первого курса! Зал взорвался аплодисментами. Я улыбнулся. И почему-то первой моей мыслью была вовсе не победа. «Надо скорее домой... Аня ведь ждёт меня с ужином.» Товарищи! Тише, тише! поднял руку судья. Аплодисменты постепенно стихли. Из-за стола поднялся пожилой преподаватель с густыми седыми усами. Сегодня мы увидели очень красивую игру. Особенно на первой доске. Он посмотрел в мою сторону. Егор Круженов, прошу выйти. Я немного смутился, но подошёл. На небольшом столике уже стояли грамоты и несколько аккуратных коробок. За лучшую партию турнира... Он раскрыл красную папку. ...награждается студент первого курса Егор Круженов. Зал снова захлопал. Я принял грамоту. Следом преподаватель протянул мне небольшую коробку. И памятный подарок от шахматного клуба института. Я открыл крышку. Внутри лежали красивые механические шахматные часы. Те самые, с двумя круглыми циферблатами и флажками сверху. Спасибо, искренне сказал я. Берегите их, улыбнулся преподаватель. Надеюсь, вы ещё не раз будете защищать честь института. Андрей не выдержал. Будет! Ещё как будет! Все рассмеялись. После награждения ко мне подошёл Александр. Можно? Он кивнул на часы. Красивые. Очень. Он несколько секунд помолчал. Не хочешь иногда играть со мной? С удовольствием. Каждую среду после занятий мы собираемся в шахматном клубе. Я пожал ему руку. Приду. Он улыбнулся. Только больше не скрывай, что так играешь. Да я и сам не ожидал. Александр рассмеялся. Скромность тебе идёт. Когда зал начал пустеть, Андрей снова оказался рядом. Ну что, чемпион! Не начинай. Нет, серьёзно. Ты сегодня весь институт на уши поставил. Он вдруг внимательно посмотрел на мою новую одежду. Слушай... Что? Ты сегодня какой-то другой. В каком смысле? Рубашка новая, пиджак... Да и лицо счастливое. Я невольно улыбнулся. Просто день хороший. Андрей хитро прищурился. Это случайно не Анна Павловна постаралась? Я удивлённо посмотрел на него. Откуда ты... Он громко рассмеялся. Егорыч, общежитие это одна большая деревня. Там новости быстрее ветра распространяются. Я покачал головой. И что говорят? Да ничего плохого. Он дружески хлопнул меня по плечу. Говорят только одно. Что именно? Что комендантша впервые за много лет ходит по общежитию и улыбается. Я замолчал. Почему-то от этих слов стало особенно тепло. Ладно, сказал Андрей. Беги. Куда? Домой. Он специально выделил последнее слово. Она ведь ждёт. Я посмотрел на часы. Стрелки приближались к восьми вечера. И правда... Я быстро убрал грамоту и шахматные часы в пакет. До завтра. До завтра, чемпион! Я сбежал по широким ступеням главного корпуса. На улице уже зажигались фонари. Воскресный город постепенно затихал. Я почти бежал к автобусной остановке, впервые за долгие годы понимая, что меня действительно ждут. Не комната. Не общежитие. Не пустые стены. А человек, который наверняка уже выглядывает в окно и прислушивается к каждому автобусу, надеясь увидеть знакомую фигуру с пакетом в руках. Автобус подошёл почти сразу. Я сел у окна, прижав к себе пакет с шахматными часами и грамотой. За стеклом медленно проплывали вечерние улицы. Люди возвращались домой, несли сумки с воскресных покупок, дети доигрывали последние часы выходного дня во дворах. Я невольно улыбнулся. В голове крутилась одна мысль: «Меня действительно ждут...» Ещё совсем недавно это казалось невозможным. Автобус остановился. Я почти бегом поднялся по знакомой лестнице на шестой этаж. Не успел достать ключ, как дверь открылась. На пороге стояла Аня. Наконец-то! с облегчением выдохнула она. Я уже начала волноваться. Извини. Турнир затянулся. Она внимательно посмотрела на меня. А по глазам вижу, что не зря. Я молча протянул ей пакет. Что это? Посмотри. Она осторожно достала грамоту. Медленно прочитала каждую строчку. Потом открыла коробку. Шахматные часы... Она подняла на меня сияющие глаза. Егор... Ты победил? Я кивнул. Наша команда заняла первое место. Неожиданно она крепко обняла меня. Так крепко, словно победила сама. Я знала... Откуда? Просто знала. Она чуть отстранилась. Пойдём. Куда? На кухню. Почему? Она хитро улыбнулась. Потому что чемпионов надо кормить. Я рассмеялся. На кухне уже всё было готово. На столе стояла глубокая кастрюля с борщом. Рядом тарелка с ещё горячими пирожками. Это всё... Для тебя, закончила она. Я удивлённо посмотрел на неё. Ты всё это успела приготовить? Пока тебя не было. Она налила мне полную тарелку. Садись. Я сел. После первого же глотка понял, насколько проголодался. Очень вкусно... Аня села напротив. Подперев подбородок ладонью, она молча наблюдала, как я ем. Ты почему не ешь? Уже поужинала. Или просто смотришь? Она улыбнулась. Мне нравится смотреть, когда человек ест с таким аппетитом. Я покачал головой. Балуешь ты меня. Поздно жаловаться. Когда с борщом было покончено, она поставила на стол чай. Я достал из пакета шахматные часы. Красивые, правда? Она осторожно провела пальцами по деревянному корпусу. Очень. Потом неожиданно спросила: Научишь меня играть? Я удивился. Хочешь? Очень. Но это долго. А я никуда не тороплюсь. Она улыбнулась. Если учитель согласится. Я повернул часы к себе, нажал на одну кнопку. Раздался тихий щелчок. Тогда первый урок начнём прямо сейчас. Сейчас? Почему нет? Она принесла из серванта старую шахматную доску. Представляешь, она у меня лежит лет десять. Всё ждала, когда кто-нибудь научит меня играть. Я посмотрел на неё и невольно рассмеялся. Похоже, судьба всё-таки дождалась. Аня поставила доску на стол. Я начал расставлять фигуры.