Квантовая петля

Обычное утро обычной станции.

– Слышь, Сокол, – Зина наклонилась к нему, понизив голос. – Тут вчера приходили, спрашивали про тебя.

Максим насторожился.

– Кто?

– Не знаю. Мужик такой, серьёзный. Спросил, часто ли ты здесь бываешь, с кем встречаешься. Я сказала – понятия не имею. – Зина пожала плечами. – Ты там поосторожнее, а? Не хватало ещё, чтоб менты в моём заведении кого-то брали.

– Не менты, – сказал Максим, хотя точно этого не знал. – Спасибо, Зина.

Он доел, оставил на стойке мелочь на чай и вышел.

На улице остановился, прикурил – Соколов курил, и Максиму приходилось делать это, чтобы не выделяться. Табак был дешёвый, горький, но после нескольких затяжек организм контрабандиста успокаивался.

Кто спрашивал? Сергей? Волков? Или кто-то другой, кто мог заподозрить, что Соколов – уже не Соколов?

Максим двинулся в сторону порта. Там, в этом лабиринте контейнеров и грузовых отсеков, он чувствовал себя увереннее. Память Соколова знала здесь каждый угол.

Порт гудел, как улей. Огромные краны перемещали грузы, сновали погрузчики, орали диспетчеры. Максим прошёл через зону досмотра, кивнул знакомому охраннику (тот даже не взглянул на пропуск – Соколов был своим), и углубился в лабиринт контейнеров.

Здесь, между штабелями ящиков с запчастями и продуктами, пахло космосом – той особой смесью металла, смазки и рециркулированного воздуха, которая пропитывала всё на станции. Максим сел на какой-то ящик и закрыл глаза.

Нужно было подумать.

Кто-то спрашивал о нём. Это могла быть обычная проверка – Волков наводил справки о новом человеке. А могло быть что-то другое. Например, настоящие хозяева Соколова – те, кому он был должен деньги. Память подсказывала: Соколов задолжал одному серьёзному человеку из портовой мафии тысяч двадцать. Если тот узнает, что должник ошивается поблизости, могли начаться проблемы.

Максим вздохнул. Внедрение всегда было игрой в напёрстки – слишком много факторов, слишком много людей, которые знают контейнера лучше, чем он сам.

Он открыл глаза и посмотрел на часы. Через два часа встреча с Кротовым в баре «У Тони». Нужно было готовиться.

Он встал и побрёл обратно, стараясь держаться теней.

Бар «У Тони» днём выглядел ещё более убого, чем вечером.

Тусклый свет, затхлый запах пива и пота, липкий пол. Тони стоял за стойкой и протирал стаканы с видом человека, который делает это уже лет тридцать и ненавидит каждый стакан.

Кротов сидел за тем же столиком, что и в первый раз. Увидев Максима, он нервно дёрнулся и затушил сигарету.

– Ты опоздал, – сказал он вместо приветствия.

– На пять минут, – Максим сел напротив. – Не ссы, Крот. Ничего не случилось.

– Случилось. – Кротов оглянулся, понизил голос. – Тут такие дела… В общем, я сегодня говорил с Сергеем. Он спрашивал про тебя. Подробно.

– Что именно?

– Откуда ты, кто тебя знает, где брал товар в прошлый раз. – Кротов заёрзал на стуле. – Я сказал, что ты нормальный мужик, работал с разными людьми, никогда не подводил. Но он… он недоверчивый, этот Сергей. Очень недоверчивый.

Максим кивнул. Проверка. Он ждал этого.

– Что ещё?

– Ещё? – Кротов замялся. – Ещё он сказал, что хочет познакомить тебя с одним человеком. Не сегодня, позже. После того, как ты выполнишь первый заказ.

– С Волковым?

– Тсс! – Кротов зашипел, как змея. – Имя не называй! Никогда! Здесь стены имеют уши, понял?

Максим усмехнулся.

– Ладно, понял. С тем самым.

– Да. – Кротов выдохнул. – Если он захочет тебя видеть – считай, что ты прошёл. Но до этого… будь осторожен. Они проверяют всех. И если найдут что-то…

Он провёл пальцем по горлу.

– Знаю, – сказал Максим. – Не в первый раз.

Кротов посмотрел на него с сомнением, но промолчал.

– Заказ когда? – спросил Максим.

– Завтра. – Кротов достал из кармана смятый листок, протянул под столом. – Тут спецификация. Стабилизаторы, двадцать штук. Справишься?

Максим взял листок, пробежал глазами. Те же позиции, что называл Сергей.

– Справлюсь.

– Хорошо. – Кротов встал. – Я пошёл. Ты здесь не сиди долго, ладно? И вообще… не появляйся в моём районе без нужды.

– Боишься?

– Боюсь. – Кротов усмехнулся. – Я всю жизнь боюсь, Сокол. Это единственное, что помогает выжить.

Он вышел, оставив на столе мятую купюру.

Максим посидел ещё немного, допил остывший кофе и тоже направился к выходу.

На улице он остановился, закурил, делая вид, что просто стоит. На самом деле он сканировал пространство – искал слежку.

И нашёл.

В тени соседнего здания стоял человек. Не Кротов, не Сергей – другой. Высокий, в тёмной куртке, с лицом, скрытым капюшоном. Он не смотрел на Максима – делал вид, что изучает свой коммуникатор, – но Максим знал эту позу. Слежка.

Он медленно двинулся в сторону порта, не ускоряя шага. Через минуту оглянулся – человек двигался за ним, держась на расстоянии.

Максим свернул в переулок, потом в другой, потом нырнул в дверь какого-то склада. Внутри было темно и пахло гнилыми овощами. Он прижался к стене у входа и стал ждать.

Человек появился через полминуты. Остановился у входа, заглянул внутрь.

Максим шагнул к нему, схватил за грудки и втащил внутрь, прижав к стене.

– Кто ты? – прошипел он, сжимая горло. – Кто послал?

Человек захрипел, пытаясь вырваться. Глаза у него были испуганные – настоящий испуг, не наигранный.

– Пусти! – прохрипел он. – Я ничего… я просто смотрел…

– Кто послал?

– Никто! – Человек задёргался сильнее. – Я сам… я видел тебя с Кротовым… думал, ты тот, кто мне нужен…

Максим ослабил хватку, но не отпустил.

– Кому нужен?

– Мне. – Человек тяжело дышал. – Мне нужна работа. Я слышал, Кротов ищет людей для одного дела. А ты с ним встречаешься. Я подумал, может, ты… возьмёшь меня?

Максим смотрел на него. Парню было лет двадцать пять, не больше. Обычное лицо, обычная одежда, обычный испуг. Похоже на правду.

– Ты идиот, – сказал Максим, отпуская его. – За мной могли следить люди, которые не любят, когда за ними следят.

– Я не думал… – парень потёр горло. – Извини.

– Вали отсюда. – Максим махнул рукой. – И забудь, что видел Кротова. Понял?

– Понял. – Парень выскользнул за дверь и исчез.

Максим остался один в темноте склада. Сердце колотилось где-то в горле – реакция Соколова на адреналин.

Он выждал пять минут, потом вышел и быстрым шагом направился в гостиницу.

В номере он закрыл дверь на засов, сел на кровать и долго сидел неподвижно, глядя в стену.

Слишком много факторов. Слишком много случайностей. Каждая такая встреча могла стоить ему провала.

Он активировал имплант.

Максим: За мной следят. Пока – случайные люди, но проверка идёт полным ходом. Завтра получу заказ на стабилизаторы.

Координатор: Действуй по плану. Мы подготовили партию. Завтра в 14:00 придёшь в порт, контейнер 47-В, возьмёшь товар.

Максим: Понял.

Координатор: И осторожнее с проверками. Волков использует не только людей, но и техников. Могут сканировать импланты.

Максим: У меня защита.

Координатор: Надеюсь. Конец связи.

Максим отключился и лёг на кровать.

Завтра – первый реальный шаг в игре. А пока – нужно было стать Соколовым настолько, чтобы даже во сне не выдать себя.

Он закрыл глаза и провалился в темноту.

Ночь принесла новые сны.

Он стоял на краю обрыва. Внизу шумело море – настоящее, земное, с запахом соли и водорослей. Рядом стояла Алиса и держала его за руку.

– Папа, а почему вода солёная? – спросила она.

– Потому что в ней плавают слёзы, – ответил он.

– Чьи слёзы?

– Всех, кто когда-то плакал.

Алиса задумалась. Потом посмотрела на него серьёзными глазами.

– А ты плачешь, папа?

– Иногда.

– Я никогда не видела.

– Потому что я плачу, когда ты спишь.

Алиса улыбнулась и отпустила его руку. И сделала шаг в пустоту.

Максим закричал и проснулся.

В комнате было темно. Сердце колотилось где-то в горле. Он сел на койке, обхватил голову руками.

– Это просто сон, – сказал он вслух. – Просто сон.

Но внутри уже поселился холод.

Холод, который не проходил.

Утро началось с головной боли.

Максим лежал на койке и смотрел в потолок, пытаясь отделить свои воспоминания от снов Соколова. Иногда это было трудно – слишком яркими были образы, слишком реальными ощущения.