Моё Высочество БОМЖ

И вот, настал день рождения, этой пустышки, и ей, бросив все свои дела, пришлось ехать на сие празднование, куда в основном ехали всякие отбросы рода Гальет. Радости в ней, конечно же, не было, от слова совсем. А единственный лучик счастья, который она увидела в этот «тёмный день», был её любимый брат – третий принц, Ричард. Как всегда весёлый и обходительный, он встретил её, когда она приехала во дворец. Не будущий муж, а именно он. Ей-то никто не сказал, что Артур и знать не знает о её прибытии, но даже если бы сказали, она бы лишь ответила: «это его проблемы!».

Но дальше началось самое ужасное. Почти весь день Ричард таскал её по всему дворцу, желая показать это разочарование для глаз, пустышку Артура. Сказать, что Анисия была недовольна, значит, ничего не сказать. Но девушка, искусно владея собой, никак этого не показывала. Посчитав, что лучше пусть это будет неким извращённым развлечением, нежели она поругается со своим любимым братом Ричардом.

Как следствие, не удивительно, что вечером, наконец увидев Артура, Анисия была далеко не рада этой встрече. В отличие от брата, который заметив пятого принца, буквально чуть ли не силком потащил её к нему.

«Хотя бы не урод!» – подумала девушка, подойдя ближе, внимательно разглядывая Артура, в то время как он бестолково общался с её братиком.

Когда же он всё же соизволил обратить своё внимание на неё, ей захотелось плюнуть ему в лицо за столь похабную речь. Конечно, она считала себя красивой, но одновременно с этим была уверена, что пятый принц не смеет говорить о ней в такой манере.

«Будь моя воля, я бы выжгла твой противный язык!» – подумала она тогда.

Но куда сильней поразило и даже немного ранило её, так это то, что её брат, её любимый брат Ричард, даже не обратил на это никакого внимания. Он бы, наверняка весь вечер провёл с этой пустышкой, но тут появилась, Её Величество Мелена. Буквально, как миссия она вошла в зал.

Естественно, Анисия не могла не воспользоваться этим, и уже в следующий миг, «распрощавшись» с этим болваном, пятым принцем, она потащила брата в более достойное общество его матери. И пофиг, что он упирался, Анисия старше, и ей было виднее, какое общество лучше для Ричарда!

Вот только в следующий миг произошло то, что не могла предугадать даже Анисия. Пустышка взял и упал в обморок, как красно дева, на жаре, тем самым обратив всё внимание на себя.

Ричарда, как ветром сдуло. Он, резко вырвавшись из её хватки, рванул к Артуру. Вслед за ним, возле пустышки появились и другие, какой-то лекарь, королевский маг, а также Есения, старшая сестра Ричарда. Все что-то тараторили, кто-то вздыхал, кто-то ахал, и никто не обращал внимания на неё.

«Вот ведь угораздило же меня, быть помолвленной с немощной пустышкой!» – недовольно, и даже несколько зло, подумала она.

Но вот далее началось представление, которого девушка не ожидала. Во-первых, всех, в том числе Анисию, как, впрочем, и Ричарда, опросили. Во-вторых, всех гостей выпроводили. Ну а в-третьих, Анисии предложили навестить своего суженого через пару дней, когда он очнётся.

«Вот ведь! И не откажешься ведь! – недовольно подумала девушка, усевшись в карету. – Ещё и навещай теперь этого доходягу!»

***

Артур очнулся примерно через пару дней. К этому моменту во дворце все успокоились. Врачи и маги в один голос поставили единый диагноз «заболел». И, конечно же, никто не смог объяснить, чем конкретно заболел принц. Но так как подобное уже случалось, все дружно решили остановиться на данной гипотезе. Тем более, других вариантов всё равно не было.

«Бля! Опять двадцать пять! – подумал Артур, проследив взглядом за убегающей служанкой. – Интересно, кого она теперь позовёт?»

Ответа на вопрос не было, да и не требовался он особо. Тем более, в голове был полный звездец. Всплыли воспоминания об очередной прошлой жизни, а значит, нужно было потихоньку разобраться в своих новых знаниях. А их, судя по всему, было до хрена. Причём настолько, что впору было переживать о появлении отдельной субличности.

«Значит так, – начал рассуждать Артур, – в этой прошлой жизни я был мечником и погиб, сражаясь с драконом. А сражаться с ним решил, из-за пьяного спора. Бля! Сколько мне тогда было? Точно, двадцать пять… Во дурак… Не, ну реально же дурак! Как можно было на такое повестись?!»

Несмотря на характерные мысли, Артур прекрасно понимал, как и почему так получилось. Как бы это ни было странным, но в прошлой жизни, в которой он являлся сыном графа, было принято держать своё слово. Причём обстоятельства, при которых было дано это слово, не имели значения. Сказал, что убьёшь дракона, будь добр, иди, убивай.

«Ладно, всё равно», – с неким отстранением подумал он. Тем более, особой роли, как он умер в той жизни, уже не имело значения. Хотя статистика, всё же немного напрягала, вторая жизнь закончилась досрочно. И пусть это пока ни о чём не говорило, но было воспринято Артуром как некий звоночек. Он даже подумал: «Нужно быть осторожнее!».

А дальше он начал перебирать свои новые воспоминания, а вернее, наиболее важные из них. В первую очередь он вспомнил, как его звали в той жизни.

«Джарсис Вудс – а что неплохо звучит, – ухмыльнувшись, подумал он. – К двадцати пяти годам овладел аурой, стал мастером меча, что собственно и вскружило ему голову, приведя к печальному концу».

Цокнув языком, Артур почесал подбородок. Знания об ауре, полученные от Джарсиса, прямо кричали, что она до безобразия похожа на магию. По сути, у них даже основа была одна. В этом мире её называли силой, в мире Джарсиса, аурой, но суть всё равно сводилась к одному, ты манипулируешь потоками энергии, за счёт которых усиливаешь своё тело.

Хотя, если говорить про магию, дела обстояли немного сложнее. Маги манипулировали маной, будто бы наполняя ей некие сосуды – формулы. Эти формулы можно было вычерчивать как на предметах, так и на земле, а можно было «нарисовать» их в своём сознании. Оба варианта использовались повсеместно, что было обусловлено банальной необходимостью. Ну а главной особенностью подобного подхода была большая долговечность баффов. В остальном же, отличия были столь зычными, что Артуру даже думать об этом не хотелось.

И тут ему в голову пришла интересная идейка: «Постойка, за счёт всех этих техник я могу увеличить объём своей маны, или как называл её Джарсис «Цы»».

Артур вновь почесал подбородок. Идея была очень интересной, а главное, её никто не практиковал на Зардаре. По крайней мере, он не слышал о подобном, а ведь он много уже успел прочитать и узнать.

«Вот только как мне скрыть появление маны?!»

Мысль пришла неспроста. Артур был уверен, владей он магией, и у него наверняка возникли бы проблемы. Всё же маги были далеко не последними людьми в королевстве. Даже его отец унаследовал престол, лишь потому, что был магом.

В этот момент в комнату вошёл Август.

– О! Ваше Высочество! Смотрю, вы уже поправились! – довольно пропел доктор.

– Как видите. Сколько я был без сознания? – к своему удивлению, принц ответил немного жёстче, чем имело смысл, краем глаза заметив, что в комнату вошла его служанка, Касия. Обычно он не обращал на неё внимания, но в этот раз почему-то обратил.

«Как она странно двигается, – подумал он, – совершенно не так, как остальные служанки. Такое впечатление, будто она убийца…»

Эта мысль прямо врезалась в голову принца, ведь она очень хорошо сочеталась с дурным нравом первой и второй королев.

– Два дня, Ваше Высочество, – немного подумав, ответил врач, тем самым возвращая внимание принца себе.

– Значит, два дня…, – пробормотал Артур. – Что ж, тогда хватит разлёживаться, пора заняться делом!

Но не успел принц подняться, как врач протараторил:

– Прошу прощения, Ваше Высочество! Но я бы не рекомендовал вам этого. Совершенно неизвестно, что за болезнь свалила вас в постель, и я рекомендовал бы вам полежать хотя бы денёк. Так сказать, чтобы не допустить рецидива.

Артур внимательно посмотрел на доктора. По его уверенному лицу было видно, что спорить с ним не стоит. По-любому настучит старшим.

– Хорошо, господин Август, – согласился принц, – но только один день!

В ответ доктор быстро-быстро закивал в знак согласия.

Глава 3

Карета Анисии тихонько ехала по городу. В окне мелькали люди, магазины, различные вывески и фонарные столбы. Дорога была до безобразия знакома девушке, отчего смотреть в окно было скучно. Но заняться ей было всё равно нечем. Читать при этой проклятой тряске, Анисия не могла, поговорить также было не с кем. Ну, в конце концов, не разговаривать же с прислугой?

Девушка недовольно вздохнула. Артур пришёл в себя четыре дня назад, но ехать к нему не хотелось. Ей становилось дурно от одной мысли, что вновь придётся общаться с этим никчёмным принцем. Хотя, справедливости ради, стоит сказать, что как по таковому с ним она ещё ни разу толком не разговаривала. Но от этого ей было не легче, а в какой-то степени даже тяжелей. Ведь она даже представить себе не могла, о чём можно разговаривать с пятым принцем, который ещё чуть что падает в обморок.

Как следствие, от поездки она пыталась откреститься всеми правдами и неправдами. То срочно нужно было освоить новое заклинание, то приехала подруга, которую она давно не видела, то и вовсе, ей не в чем было ехать. В общем, тянула она до последнего, пока отец прямым текстом не потребовал, чтобы она отправилась во дворец. И здесь вариантов больше не было, слово отца было законом в их семье. Пусть он и был всего лишь третьесортным магом, которого Анисия потихоньку обгоняла как чародей, но спорить с ним не смела.

За окном мелькнула знакомая витрина, а ещё через пару минут карета выехала на центральную площадь. Аккуратно проезжая по её краю, она направилась к дворцу.

Из груди девушки донёсся ещё один грустный вздох.

«Ну, о чём мне только говорить с этой посредственностью?» – мысленно возмутилась она. Её взгляд упал на служанку, а в голове промелькнуло:

«Может эта плебейка знает, о чём можно поговорить с такими же ничтожествами, как она?»

«Нет! Какая глупость! Ещё я не спрашивала совета у прислуги!»

Анисия невольно фыркнула, но затем ей в голову пришла гениальная идея:

«Раз я еду к этому ничтожеству, чтобы навестить, так пусть он со мной и разговаривает!».

***

Карета на две минуты остановилась в воротах замка, вызвав очередную череду недовольных мыслей у Анисии. Е й казалось абсурдным проверять документы и заглядывать внутрь кареты, когда на дверях и так красовался герб её семьи. Но затем экипаж тронулся, и эти мысли остались позади, ведь глазам девушки открылись великолепные двор и сад, окружавшие дворец.

Даже у её семьи не было такой красоты в столице. А за её пределы девушке было ездить недосуг. Но ведь красоты-то всё равно хотелось. И вот, она её получила.

«И что я забивала голову каким-то бесполезным принцем?! – подумала она. – Вот ради чего стоило приехать!» – девушка невольно улыбнулась.

Карета тихонько подъехала к центральному входу, где её уже встречала сестрёнка Есения.

Анисия не желала идти к Артуру, поэтому первое, что она попросила, поздоровавшись с сестрой, прогуляться с ней по саду.

– Какая хорошая идея! – согласилась Есения, разве что не хлопнув в ладоши при этом. Она прекрасно знала, что Артур сейчас тренируется, в то время как площадка для тренировок находилась рядом с садом. Поэтому пожелание сестры, было наилучшим решением продемонстрировать, какой Артур молодец. Ведь парень действительно неплохо владел мечом, а последнее время, как она слышала, так и вовсе, делал поразительные успехи.

В отличие от брата Есения лучше читала людей. Она прекрасно понимала, что Анисии не очень интересен Артур, о нём ходило много самых разных слухов, да и сам он никогда не старался показать себя. А ведь показать-то было что. Парень прекрасно разбирался во всех науках, он даже в магии шарил лучше многих, хотя колдовать не мог физически. И это уже не говоря о том, что к нему всегда можно было обратиться, и он помогал всем, чем только мог.

Таким образом, Есения прекрасно понимала, что к Артуру многие относятся слишком предвзято и в то же время она не могла этого принять. Ей казалось это откровенно абсурдным. Поэтому, зная практичность Анисии, она хотела показать своего брата с лучшей стороны. Ведь хорошее владение мечом всегда считалось для аристократа достоинством.

Тихонько идя по саду, Есения уже представляла, как удивиться двоюродная сестра, когда увидит, сколь искусно владеет мечом пятый принц. В свою очередь, Анисия, тихонько радовалась, что вместо ненавистного принца, она гуляет по чудеснейшему в Галварде саду. Так, девушки и дошли до тренировочной площадки, на которой усердно спаринговались статный воин и молодой парень.

Анисия сразу приметила, что юноша серьёзно уступал по комплекции своему спарринг-партнёру. Но в то же время она отчётливо видела, что инструктор не давал парню поблажек. Он наседал как коршун, используя всю свою силу и комплекцию, но даже так, не мог пробиться через защиту парня.

«Вот, что значит талант!» – подумала Анисия, любуясь движениями юноши. На нём был шлем, и она не видела кто конкретно под ним. Но в то же время ей было всё равно, она была готова наблюдать за боем до последнего, что, собственно, она и делала. Затаив дыхание, она неотрывно следила за ним и мысленно гадала, какой же из принцев, столь искусен во владении клинком. И да, об Артуре она даже думать не думал в этот непродолжительный миг.

Есения же, лишь довольно ухмылялась, глядя на то, как двоюродная сестра, неотрывно следит за Артуром. Ведь она наверняка знала, что под шлемом скрывается именно он.

«Попалась!» – думала она.

***

Бой продолжался недолго. Пусть Артур и видел все движения своего оппонента, но этого всё равно не хватало, чтобы полностью компенсировать разницу в силе и скорости реакции. Поэтому не будет удивительным, что парень проиграл. Но, несмотря на это, он нисколечко не огорчился. Разница в силе должна была нивелироваться с возрастов, в то время как навыки, доставшиеся ему от Джарсиса, со временем лишь лучше впитаются в память его тела. Ведь ни для кого, думаю, не будет секретом, что знать, как правильно сражаться и сражаться правильно, это совершенно разные вещи.

– Вы просто великолепны, Ваше Высочество! – абсолютно искренне, произнёс Тораф, снимая свой шлем. Вспотевшее лицо и слипшиеся от пота волосы инструктора явственно свидетельствовали, что в его словах нет и толики лукавства. Ему действительно пришлось выкладываться на полную. – Боюсь, мне уже нечему вас учить, – с некой грустью добавил он.

– Об этом ещё рано говорить, – немного жестковато произнёс Артур. – В бою вы всё равно сильнее меня, и мне всё ещё есть что почерпнуть у вас.

– Благодарю за похвалу, Ваше Высочество, – поклонившись, ответил Тораф. – Кстати, к вам гости, – сообщил он, посмотрев на приближавшихся дам.

«Вот ведь, хотел ещё немного потренироваться, но, видимо, не судьба». – Принц невесело вздохнул своим мыслям, одновременно снимая шлем и оборачиваясь к нежданным гостьям.

Девушек он заметил ещё во время спарринга, но тогда они только походили к площадке, и разглядеть их было весьма сложно. Ограниченный обзор шлема и постоянно наседавший инструктор, мешали этому. Но заметив, кто идёт к нему, Артур захотел как можно быстрее надеть шлем и продолжить спарринг. Вот только беда была в том, что сделать это было не вариант.

Во-первых, к Есении он всегда относился хорошо. Несмотря на дурной характер матери, девушка, будто ни капли не унаследовала его, и всегда была добра и отзывчива к нему. Во-вторых, это можно было расценить как оскорбление, причём достаточно серьёзное. Что лишь усугубило бы сомнительное положение Артура во дворце.

Он был уверен, что Есения простила бы его, а вот её мать вряд ли. Впрочем, как и его невеста, лицо которой выражало весьма плохо сочетавшиеся на нём удивление и неприязнь. Отчего у принца создалось чёткое впечатление, что она не ожидала его увидеть.

Когда девушки подошли, инструктор, поклонившись им, молча удалился. В свою очередь, Артур, поклонившись, произнёс:

– Доброго вам здравия, Ваше Высочество Есения, – после чего, кивнув своей невесте, добавил:

– Госпожа Анисия, рад вас видеть в добром здравии.

– Ты как всегда серьёзен братец! – весело прощебетала Есения, кивнув в ответ. В то время как Анисия, выполнив положенный реверанс, выдала весьма неприемлемую речь:

– Здравствуйте, Ваше Высочество, – с нескрываемой отстранённостью, произнесла она. – Мой батюшка пожелал, чтобы я навестила вас и убедилась, что вы в добром здравии.

Есения, услышав такие речи, с изумлением уставилась на подругу. Вся весёлость тут же покинула её лицо. Мало того, что подобное было не принято говорить своему жениху, так ещё и возникший контраст, откровенно поразил её. Буквально пару минут назад Анисия смотрела на Артура, почти с придыханием, но как только узнала, что это он, так сразу изменилась не только в лице, но и в речах. Принцесса откровенно не могла понять этого.

Но вот Артура, это нисколечко не удивило. Подобная двуличность ему была знакома сразу по двум прошлым жизням, причём по второй, даже больше. Будучи Джарсисом, он далеко не раз сталкивался с тем, как заодно и тоже одних восхваляют, а других не всегда удостоят сухой похвалы. Он никогда не понимал и не любил подобного, хотя и не боролся с этим.

– Благодарю вашу светлость за ваши труды. Можете передать вашему досточтимому батюшке, что со мной всё хорошо. – Мягко улыбнувшись, принц добавил:

– На сем прошу меня простить, я вынужден оставить вас.

Поклонившись, Артур ушёл.

– И где же его манеры! – недовольно фыркнула Анисия. – Я тут, понимаете ли, должна тащиться к нему, беспокоиться о нём! А он взял и ушёл!

Есения не верила своим глазам. Она уже привыкла, что её мать ведёт себя весьма странно в отношении Артура. Она и от Анисии много не ждала, всё же слухи, которые невесть кто распускал, создавали весьма нелестное впечатление о пятом принце. Но подобных метаморфоз и грубости она не ожидала.

– Анисия, душенька моя, что же он тебе такого сделал? – спросила принцесса, удивлённо глядя на подругу.

Только в этот момент Анисия поняла, что несколько переборщила. Но показывать это она не собиралась.

– Ещё бы он мне что-то сделал! – чуть приподняв подбородок, с толикой вызова, ответила она.

– Но тогда почему, ты его так ненавидишь?

«Потому что он пустышка!» – хотела бы сказать Анисия, но что-то не дало ей этого сделать. И дело было не только в том, что этим она перешла бы все разумные и неразумные границы. По факту за подобное можно было и головы лишиться. Но дело было ещё в чём-то, чего она и сама не совсем понимала.

– Прости меня, Анисия, видимо, я зря просила дедушку посодействовать вашей помолвке.

От этих слов Есении у юной графини похолодело на душе. В них чувствовалось столько разочарования и боли, что она не на шутку испугалась дурных перемен. Принцесса же продолжала:

– Я честно думала, что вы будете хорошей парой. У Артура великолепный талант к математике и аналитике, он прекрасно разбирается в теории магии, хотя и не владеет ей. Но… наверное, я ошиблась…

Анисия не знала, как ей ответить, поэтому произнесла первое, что пришло ей в голову:

– Прости, Есения! Я не хотела расстраивать тебя. Просто…

«А что просто?» – подумала она. Только сейчас до неё стало доходить, насколько великолепная партия была ей выбрана. Да, пятый принц, да бесталанный неудачник, но он всё равно оставался сынок короля, ему наверняка найдётся тёпленькое местечко при дворе или в королевстве, к нему всегда будет особое отношение. Но главное, чтобы не говорили злые языки, Артур умеет себя вести, по крайней мере, все принцессы и принцы до безумия любят его.

– Не стоит извиняться, Анисия. Если он тебе настолько неприятен, так и скажи.

Принцесса замолчала на некоторое время, графиня же попыталась, что-то придумать, чтобы смягчить ситуацию, но не успела, Есения продолжила:

– Я постараюсь поговорить с дедушкой. Уверена, он что-нибудь придумает. – Принцесса улыбнулась, без злобы и упрёка, по-дружески. А затем вбила последний гвоздь в крышку гроба, по крайней мере, именно так показалось Анисии, когда Есения добавила:

– А пока прошу простить, у меня много дел. – С этими словами она удалилась, оставив растерянную «подругу» на тренировочной площадке.

***

Дорога домой была мучительной. Анисия не знала, что ей делать. Бежать к дедушке, к отцу. Объяснять, что всё это было недоразумение. Впервые в жизни она испытывала страх, будто совершила что-то непоправимое. Но в то же время она испытывала и злость.

«Как такое возможно! Чтобы у меня, жемчужины рода Гальет были проблемы из-за этой пустышки?!» – не раз и не два, думала она.

Естественно, вины она также не испытывала. А про то чувство восхищения, которое она успела испытать, пока ещё не знала, что наблюдает за Артуром, она и вовсе умудрилась забыть. Ведь так было проще. Она хорошая – он плохой. Она выдающаяся – он никчёмный. Так все считали, так все думали, почему она должна думать иначе? Так рассуждая, девушка доехала до дома, где сделала вид, что ничего не произошло.

Как ни странно, но далее тоже ничего не случилось. Прошёл день, второй, за ними неделя, а там и месяц пролетел. Анисия уже и думать перестала о произошедшем. Но затем последовал серьёзный разговор с дедом. По сути, в результате его, ей только и сделали, что пальчиком погрозили. Но ей это очень не понравилось, вот только виноватым во всём, она посчитала пятого принца.

***

Возвращаясь к Артуру, нужно сказать, что его жизнь после того случая весьма изменилась. И нет, во дворце к нему не стали относиться лучше или хуже. Вот только он сам начал замечать куда больше, чем раньше. Хоть Джарсис и умер молодым да по глупости, но котелок у него варил, по крайней мере, когда он был трезвым. Он прекрасно разбирался в людях и неплохо их читал, что, естественно, передалось и Артуру.

Теперь парень прекрасно видел, что только братья и сёстры относятся к нему более-менее хорошо, но и те, будто бы периодически сомневались в чём-то. Зато вот его личная служанка Касия, проявляла о нём исключительно искреннюю заботу. Хотя доверять ей он всё равно не мог. Слишком уж подозрительными были её движения и манера двигаться, выдававшие в ней профессионального воина.

Помимо этого, в жизни пятого принца произошло ещё одно изменение. Он смог пробудить в себе ману.

Дело в том, что в королевстве Трейн и его окрестностях маги появлялись лишь одним способом, по рождению. Либо ребёнок рождался с талантом к магии, либо без него. Вот только этот талант измерялся не какой-то особой предрасположенностью, а банальным наличием маны.

Конечно, здесь также нужно уточнить, что мана была у всех. Просто у некоторых её было настолько мало, что любое чароство могло привести к сильному манодефициту, который никак не шёл на пользу здоровью, а иногда мог даже привести к смерти. Таких людей, как раз и считали не предрасположенными к магии, что в какой-то степени было логично. Вот только этой точке зрения было далеко до истины, а вся проблема заключалась исключительно в недостатке знаний.

В свою очередь, унаследованные от Джарсиса техники, оказались очень полезными. Они позволяли гонять имевшиеся крупицы маны по телу, одновременно увеличивая её общий объём. Процесс был медленным и нудным, но в отличие от стандартных методов прокачки источника, которые были противопоказаны Артуру, эти техники были абсолютно безвредными для него, так как не затрачивали манну вообще, тем самым не истощая его и без того хлипкий источник.

Таким вот образом, день за днём, Артур потихоньку становился сильней. Он никуда не торопился и старался действовать максимально незаметно. Единственное, чего он опасался, так это того, что кто-нибудь из магов, которых хватало во дворце, заметит, что у него появилась мана. Вот только при этом он не учитывал того факта, что для того, чтобы что-то найти, нужно это искать. А королевские маги, конечно же, ничего не искали в нём, абсолютно искренне считая это чем-то абсурдным и бессмысленным. И ведь с их точки зрения это было действительно так. Поэтому, произошедшие в Артуре изменения, заметил лишь один человек, это его мать, которая хоть и отстранилась от него, но всё равно внимательно наблюдала за ним.

Глава 4

Время шло, парень рос. Прокачка ауры, или так называемой ци, о которой Артур узнал из воспоминаний, Джарсиса требовала много времени, которого у него, конечно же, не было. Особенно делу мешал тот факт, что заниматься приходилось тайком, дабы никто не знал об этом. А это, в свою очередь, порядком уменьшало те крохи времени, которые оставались у принца на саморазвитие.

С другой стороны, парню было всего лишь десять лет, когда он начал заниматься освоением ци. И пусть в мире Джарсиса начинали закладывать основы чуть ли не с пелёнок, но полноценное обучение считалось возможным лишь с двенадцати лет, именно в этом возрасте, дети воспринимались достаточно осознанными, чтобы полноценно осваивать духовные практики. Естественно, не будет удивительным, что при таком раскладе, к двенадцати годам, лишь единицы могли похвастаться значительным результатом.