Я тоже не умею рисовать. Книга о творческой и жизненной энергии, внутренних барьерах и их преодолении, удовольствии от жизни, свободе и самопроявлении

Я тоже не умею рисовать

Книга о творческой и жизненной энергии, внутренних барьерах и их преодолении, удовольствии от жизни, свободе и самопроявлении

Василий Геннадьевич Филиппов

Дизайнер обложки Полина Васильевна Дикова

© Василий Геннадьевич Филиппов, 2026

© Полина Васильевна Дикова, дизайн обложки, 2026

ISBN 978-5-0070-9464-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

© Филиппов Василий Геннадьевич, 2026

Копирование, распространение или передача любой части этой книги третьим лицам без разрешения автора запрещены.

Данный файл предназначен только для личного использования. Распространение, продажа, публикация в открытом доступе или размещение на файлообменниках запрещены и являются нарушением авторских прав.

Обязательная маркировка.

Об авторе.

Василий Филиппов — частный практикующий психолог и консультант по управлению, для которого творчество оказалось путём к себе.

Его профессиональная история — это результат осознанного выбора. Получив два образования — экономическое в РЭА Плеханова и психологическое в РАГС при Президенте РФ, после 11 лет успешной карьеры в госуправлении и энергетике он оставил работу по найму, чтобы заняться тем, что его по-настоящему притягивало: психологическим и управленческим консультированием.

Он узнал на личном опыте, что значит достигать целей и быть успешным, и при этом чувствовать, что жизнь проходит мимо. Сегодня за его плечами 12 лет частной психологической практики и помощи людям в поиске баланса и изменении жизни к лучшему.

Настоящий переворот случился, когда в его жизнь неожиданно вошло рисование. Творчество позволило ему заново научиться чувствовать и видеть мир во всей его полноте. Опыт глубинной трансформации через творчество лег в основу этой книги.

В этой книге объединены два главных опыта: профессиональный — как психолога и бывшего управленца, который понимает системные причины жизненных неурядиц людей, и глубоко личный — как человека, нашедшего ключ к собственным изменениям в творчестве.

Василий убежден: то, что случилось с ним, доступно каждому. Не обязательно именно рисовать — важно найти свой собственный способ чувствовать и творить. Эта книга способна послужить картой, которая поможет вам начать собственное путешествие.

Приятного чтения и новых открытий на пути к себе!

Елена Лыкова,

кандидат филологических наук,

журналист,

редактор новостей журнала Финуслуги.

Предисловие

Эта книга не про обучение рисованию или музыке, не про технику, инструменты или материалы, она о знакомстве с собой, о возможности меняться и проходить сквозь собственные ограничения, развиваться в выбранных областях, получать удовольствие от жизни и делать то, что когда-то казалось невозможным. Она о творчестве в широком понимании и природе людей. Она и о моём собственном опыте, который состоялся благодаря цепи вроде бы случайностей, но очень обогатил жизнь, сделав её интереснее, приятнее, радостнее.

Я хотел бы сам прочитать это в свои двадцать лет, в тридцать, что-то даже в сорок, но ничего подобного не встретил. Может быть, этот текст окажется полезен тем, кто в пути и ищет в схожих направлениях самопознания и самовыражения.

Подтолкнул меня к написанию книги мой опыт общения и работы в качестве психолога с людьми, которые хотели бы поменять свою жизнь, привнести в неё больше понимания себя, энергии, интереса и творчества, но что-то мешало им это сделать. В этом смысле книга — продолжение множества разговоров с самыми разными людьми.

Рисование — лишь обёртка. По сути, на месте рисования может оказаться что угодно интересное и привлекательное для вас из категории «я бы хотел (а), но это для меня невозможно!».

Подобных примеров нереализованных желаний, ограничивающих убеждений, ложных невозможностей и внутренних барьеров в жизни людей бесчисленное множество. Вопрос лишь в том: готов человек с ними проститься или предпочитает оставаться в привычных рамках (где тоже может быть вполне комфортно).

Так предлагаю к написанному и отнестись: как к рассказу о внутренних изменениях, наблюдениях за собой и другими, ограничениях и барьерах, их прохождении и умении получать удовольствие от жизни новыми способами, ранее недоступными. В конце концов всё живое действует исходя из принципа приумножения удовольствия в собственной жизни, даже если при взгляде со стороны это не всегда очевидно.

По тексту будут встречаться довольно личные истории. Это не случайность и не психологический стриптиз ради него самого. Так получается, что я и знал лично, и как психолог встречаю много людей, оказавшихся в той же психологической ситуации, что когда-то и я. Особенно в управленческой среде.

Как психолог, я регулярно вижу людей 40+, чаще мужчин, которые говорят практически одни и те же слова о том, что мало радости, непонятно куда жить дальше, настроение никакое, мотивация и энергия куда-то делись, необходимо найти что-то новое, но не понятно, как именно искать.

При том, что люди совершенно разные, проблемы звучат одинаково. Однако решение каждый раз требуется индивидуальное.

Возникновение подобных сложностей не случайно, оно предопределено как психологией человека, так и культурой, в которой мы живём.

Наше общество не предлагает путей выхода из таких ситуаций. Людям предлагается стремиться к социальному успеху, который имеет внешние проявления и основан прежде всего на потреблении или признании окружающими. Одновременно, внутреннее состояние выводится за рамки, игнорируется, в том числе и самими людьми.

В каком-то смысле наше общество — заложник Систематической ошибки выжившего, феномена, при котором рассматриваются и берутся в расчёт только «успешные» ситуации, а остальные игнорируются, хотя в них может скрываться намного более ценная информация.

В современном обществе принято демонстрировать истории «успешного успеха», «неимоверно счастливого счастья», «грандиозности» и «небывалых достижений», которые зачастую оказываются просто обманом, но при этом не принято делиться обратным опытом — опытом неуспеха, в том числе и прячущегося под маской успешности, да и вообще любым реальным внутренним опытом.

Получается, что реальные ситуации и проблемы людей замалчиваются, значительная часть «историй успеха» — ложь, и людям как-то предлагается ориентироваться и выстраивать собственную жизнь на основе этой информации.

Если как бы нет проблемы, нет и поиска решений, нет открытой дискуссии на эту тему, опыт людей не осмысливается и не обобщается. Это ещё одна проблема — неоткуда брать информацию о стратегиях жизни. Непонятно, какие вообще варианты устроения собственной жизни возможны для человека, если его не устраивает стандартный сценарий, предлагаемый обществом извне. Тем более, что общество часто предлагает тупиковые и откровенно психически нездоровые сценарии.

На выходе мы имеем «счастливых людей», которые на публике улыбаются и демонстрируют картинку благополучия, а в кабинете психолога ситуация разительно меняется.

Такие люди, если и приходят к психологам, то чтобы «ещё более улучшить себя», хотя на самом деле для начала им необходимо безоговорочно отказаться от любых «улучшений» и принять себя достаточно хорошими, такими, какие они уже есть. Это именно то, что сделать сложнее всего. Тем более, что для принятия сначала надо себя узнать — себя настоящего.

Я думаю, центральная проблема, которая за всем этим стоит, не нова — это сфокусированность людей на внешних событиях и игнорирование собственной внутренней жизни. Особенно это характерно и для Общества потребления, подобие которого у нас выстроено, с его призывом пытаться заполнить внутренний мир потреблением внешнего.

Поэтому я считаю важным поделиться опытом, который созвучен опыту многих других людей и может помочь распознать происходящее в их собственных жизнях, увидеть альтернативные пути развития и совершить новые, отличающиеся от привычных, выборы.

Я не умею рисовать

Предыстория

У всего в жизни есть предыстория. Без предыстории не всегда понятно, что откуда взялось, почему имеет смысл и какой именно. Поэтому, давайте познакомимся.

На момент начала повествования мне 27 лет, я чиновник в федеральном органе власти, с вполне успешно складывающейся карьерой, весьма приличными заработками за счёт подработок, общим рабочим днём в 12—18 часов, квартирой-машиной-дачей и пустотой внутри, о которой я не догадываюсь, потому что особо ничего не чувствую.

Жизнь состоит из зарабатывания и карьеры с вкраплениями отношений, в которых не возникает привязанности, и которые потому долго не длятся. Из увлечений мне доступны рискованная езда на спортивной машине, чтение книг, всё, что связано с такими рациональными, логичными и предсказуемыми компьютерами, а также фотографирование.

Больше в жизни у меня ничего нет, но однажды всё изменится.

А пока…

Я не умею рисовать

Лет до 28 я вообще не рисовал, и даже не пробовал. Ведь я был абсолютно уверен, что я не умею рисовать. Творчество не присутствовало ни в каком виде и даже мыслей подобных не возникало.

Что такое вообще творчество для «обычных людей»? Это набор шаблонных представлений. Либо о том, что творчество — это что-то слишком серьёзное и монументальное, уровня Третьяковской галереи и Большого театра. Либо, наоборот, фальшивое и наиграно-показное — девица в кафе с блокнотиком Молескин, демонстративно выводящая в нём линии, или вычурно одетые граждане недостаточно прояснённого гендера, манерно рассуждающие о чём-то «возвышенном» в телевизоре. Одним словом, «творчество» — это что угодно, только не жизнь обычного человека.

Если вы думаете подобным образом, вы не одиноки. Я рассуждал примерно так же. Да, есть некое «творчество», но причём тут я? Моя жизнь была выстроена вокруг карьеры, заработка и попыток получения всё более ярких впечатлений.

Естественно, я рисовал в глубоком детстве, иногда вместе с двоюродным братом, но потом, как и большинство людей, перестал. Один совместный с братом рисунок мне даже нравится — карта мира глазами детей. Но, как и большинство людей, рисовать ещё в школе я перестал и был твёрдо убеждён, что рисовать я не умею, и это вообще «не моё».

Оговорюсь. У меня нет замысла учить вас рисовать или агитировать учиться. Рисование в этой книге лишь обёртка, иллюстрация и мой «исследовательский кейс», как говорят психологи — способ изучить тему и самого себя. О знакомстве с собой, об изучении самих себя и пойдёт речь на самом деле.

«Карта мира глазами детей» — это сохранившийся с детства результат нашего совместного творчества с двоюродным братом. Примерно на этом уровне и оставался навык рисования лет почти до 30.

Здесь надо сразу прояснить ситуацию: убеждение «я не умею рисовать» — всегда ложное. В детстве ведь умели? Раз`умели обратно что ли? Так не бывает…

На данном этапе развития психологии принято считать, что мозг здорового человека вообще не способен ничего забыть окончательно и навсегда. Тем более то, что однажды доставило удовольствие, а большинство детей от рисования удовольствие получают. Просто в какой-то момент, по какой-то причине человек перестаёт развивать навык или даже получает негативный опыт, оказывающийся более значительным, чем удовольствие от рисования, например, это может быть критика.

Может быть верна формулировка «я не могу нарисовать что-то, как художники, работы которых висят в музеях1». Но «я не умею рисовать» — формулировка точно ложная.

Такое утверждение справедливо только для людей с тяжёлыми физическими или нервными повреждениями, кто действительно не может удержать и контролировать карандаш. И то, есть примеры, когда люди без рук рисовали, держа кисть во рту. Даже на пианино и гитаре умудряются играть пальцами ног! Поэтому давайте ещё раз расскажем друг другу про «я не умею рисовать».

Тем не менее, очень многие клиенты, побывавшие в моём кабинете, видя на стенах работы, мои и Полины, удивляются, что это мы рисуем сами, учились оба уже во взрослом возрасте, говорят, что всегда хотели рисовать, но совсем не умеют («не дано», «нужен талант» и т.д.). За этими словами чувствуется искреннее желание — они действительно хотели бы, но… Что на самом деле ищет человек в рисовании — вопрос немаловажный, но второй. Первый и главный вопрос в том, что ограничение это ложное.

Если человек может держать карандаш, значит может оставить им на поверхности след. Это уже начало рисунка. Может не быть умения рисовать «красиво»2, поставленной техники рисунка, чего-то, что называют талантом (как правило, на самом деле это упорство, тысячи потраченных часов и тяжёлый труд), но рисовать умеют все, и лично вы тоже, кем бы вы ни были.

Не так, как хотелось бы? Тогда нужно учиться. Это как раз не сложно. Сложно преодолеть то, что мешает учиться начать.

Итак, убеждение «Я не умею рисовать» — всегда ложно. Думаю, вы убедитесь в этом, дочитав до конца эту книгу.

Можно выйти за рамки рисунка и задать себе вопрос: есть ли привлекательные для вас направления творчества, которые вы бы хотели освоить, но убеждены в их недоступности для вас? То, что физически возможно, доставило бы вам удовольствие, но что-то мешает, вечно не доходят руки и т. д. Есть ли такие примеры в вашей жизни?

А если шире — примеры не творчества, а чего-то ещё? Мечты, тайные чаяния, «мог (ла) бы» — вроде бы реалистичные, но чувствуете, что недостижимые? Если есть, не поленитесь записать их — всё, что придёт в голову сейчас и по мере чтения книги.

Барьеры и парадоксы

За 12 лет психологической практики я только один раз встречал клиентский запрос, прямо связанный с творческим развитием, в том случае в живописи. Однако, запросов, связанных с внутренними барьерами, ограничениями и творчеством, на самом деле много, просто они могут сначала таковыми не выглядеть. Они таковы в своей глубине, а на поверхности — нет.

Это запросы про ограничения, связанные обычно с заработками, карьерой, достижениями и отношениями. Это запросы про творчество, связанные с неспособностью придумать бизнес-идею, новое направление развития собственной жизни или просто понять, что на самом деле хочется.

Между этими запросами и «я не умею рисовать», с точки зрения работы психолога, нет никакой разницы. Такие темы относятся к «парадоксальным» — человек не может того, что объективно может.

Обычно тема парадоксальных неспособностей иллюстрируется таким примером: если положить на асфальт крепкую толстую доску шириной 20 см и длиной 6 метров, подавляющее большинство людей легко пройдут по ней. Однако, если поднять эту доску на высоту 3 метра, большинство не пройдёт. Что изменилось? Человек тот же, доска та же…

Добавился фактор страха.

В случае с высотой страх вполне обоснован, причина понятна, она будет осознаваться — можно упасть, получить повреждения, даже погибнуть. Однако, не все страхи осознаются и признаются человеком, особенно не связанные с объективными физическими угрозами.

Считается, что у женщин отношения со страхом попроще, а мужчинам признавать страх обычно прямо запрещается с самого детства странными социальными установками, как по мне, так скорее вредными. Про женщин так «считается», однако, за время практики я убедился, поначалу к немалому своему удивлению, что очень много женщин, воспитаны по, скорее, «мальчуковой модели», и им зачем-то назапрещали всё то же, что и мальчикам — бояться, жаловаться, быть слабой, чувствительной, ранимой, проявлять чувства, просить о помощи.

Страх — это лишь одно из порядка 150 чувств человека, и с каждым из них у человека свои отношения, кроме того, имеют место сочетания чувств, иногда парадоксальные. Вместе с ощущениями тела и мыслями, они образуют то, что человек считает своей «реальностью», в чём не сомневается. Увы, в ней встречаются ложные ограничения, которые даже не приходит в голову поставить под сомнение.

Страх из примера про доску — лишь одно чувство, способное оказывать влияние на поведение, в том числе, «запрещать» что-то, в том числе в области творчества, проявления себя, самовыражения, обустройства собственной жизни и изменения её к лучшему.

Теперь представьте себе, что некое чувство, пусть тот же страх, не осознаётся — человек не может себе дать отчёт в его наличии, но оно управляет поведением. Если на психологическом языке, то это чувство находится в бессознательном — части психики, скрытой от самого человека. Не осознаваемые чувства управляют фокусом внимания человека, виляют на принимаемые решения в самых разных областях жизни.

Например, страх негативной оценки приводит к тому, что человек не приходит на собеседование, хотя может мечтать о предлагаемой работе, не знакомится с другим человеком, который нравится, избегает высказывать собственное мнение. У человека может быть некое объяснение, почему он чего-то избегает, делает тот или иной неоптимальный выбор, но чаще нет осознания, что именно на самом деле внутри него управляет его поведением и убеждённостью в чём-либо.

Осознания нет, потому что зачастую всё дело в некоем предыдущем неприятном опыте, может быть очень давнем, который будто бы забылся — перешёл в копилку опыта. Однако, насколько корректные и эффективные для будущей жизни были сделаны выводы из этого опыта, психику не волнует, она не способна это оценить, просто обобщая и отправляя опыт в бессознательное.

Бессознательное и правит бал в мире людей. Хорошо, когда оно сформировалось неким приемлемым образом и, по крайней мере, не вредит самому человеку. Критериев полезности/вредности, по сути, всего два: безопасность и возможность развития, и реализации человеком своих целей.

Однако, часто бессознательное выстраивает бессмысленные барьеры, ограждая человека от чего-то, совершенно не угрожающего, а то и полезного, даже желаемого, или подталкивает к вредным для него действиям.

Наверняка вы знаете примеры нерациональных поступков знакомых вам людей, которые прямо противоречили заявляемым ими целям?

Если сразу не вспоминается, то вот один из примеров, часто встречающийся в новостях.

Человек выехал из дома на работу, его случайно подрезает машина, он догоняет и подрезает в ответ, случается авария. В результате, вместо запланированных дел появляются совершенно другие: вызов полиции, оформление аварии, ремонт, общение со страховой и т. д. Разве это было целью поездки?

Первоначальная цель поездки — сознательное. Факт — результат бессознательных процессов, которые взяли верх в управлении поведением.

Это лёгкий вариант развития событий. Бывает хуже: драка, тяжелые травмы, арест, суд, колония на пару лет. Человек же не в колонию ехал? Как он там оказался? Чем болезненнее настоящий ответ на этот вопрос, тем с большей вероятностью причина будет в других людях и обстоятельствах, а не в самом себе и собственном бессознательном.

Ещё один расхожий пример, теперь про барьеры. Женщина за 30 желает построить отношения. Негативный опыт «пил-бил-изменял» уже имеется, теперь хочется стабильности. Вокруг безграничное количество мужчин, она с подругами поделилась, кого именно хотела бы видеть рядом, но снова выбрала того, который пьёт, бьёт и изменяет.

При этом, к удивлению подруг, до этого выбора было несколько весьма приличных претендентов на руку и сердце, чуждых алкоголя и насилия, которые были решительно отвергнуты. Женщина будто барьер чувствовала в общении с ними.

Объяснения отвержения могут быть любыми: галстук не того цвета или напоминает кого-то, уши не той формы или незвучная фамилия — это всё не важно, а важен лишь факт, что что-то мешает сделать сознательно намеченный выбор.

У мужчин с женщинами всё то же самое: сознательно вроде бы желается одно, а неосознанно может выбираться другое, вплоть до противоположного.

Или ещё одна очень часто встречающаяся в работе психологов тема. Человеку необходимо по работе выступить, пусть даже не на большую аудиторию, а среди узкого круга коллег и донести некую мысль, в важности и верности которой он убеждён. Вроде бы всё просто: встань и скажи.

Вместо этого начинаются потение рук, ком в горле, запинания, оговорки и вместо уверенной речи получается каша, из которой слушатели делают единственно верный вывод: идея сомнительна, если даже озвучивающий её настолько неуверен.

Бессознательные процессы обеспечили разницу между планом и фактом.

Обычно причина кроется в детском негативном опыте, когда ребенка высмеяли или раскритиковали. Опыт давно забыт, дитя выросло в большого дядю или тётю, но в ответственный момент ладошки потеют и горло сжимает обида.

Или про деньги. Человек зарабатывает недостаточную по собственным оценкам сумму, хочет зарабатывать больше, квалификация достаточна, вроде бы ничто не мешает, но любая возможность срывается, будто человека от дополнительной суммы денег отделяет невидимая стена.

Это примеры достаточно явные и многим знакомые, но ими всё не заканчивается: жизнь пронизана работой бессознательного, барьеров у каждого из нас больше, чем мы можем себе предположить, осознать собственные мнимые ограничения бывает нелегко. Так и живём.

Иногда заметить ложную убежденность и опровергнуть её помогает случайность.

Убеждённость и случайность

До первого опыта рисования, о котором я расскажу чуть далее, я бы кровью расписался под тем, что не умею рисовать, мне это «не дано», и ни при каких условиях «не моё» и «не для меня».

Как-то коллега-психолог спросил, с чего вообще я решил полезть в то, чего не умею?

Ответ не один, более того, ответы менялись со временем:

— меня всегда притягивали люди, занимавшиеся «всяким творческим»;

— произошла случайность, изменившая мои представления;

— стало интересно и захотелось продолжить;

— обучение стало новым источником удовольствия и самопознания;

— со временем творчество превратилось в исследовательский кейс психолога — тему, которая изучается целенаправленно;

— появилась возможность самовыражения через звук и изображение, получая удовольствие от жизни новыми способами.

До упомянутого первого опыта, я бы хотел уметь рисовать, глядя, как это делают другие и получают от этого удовольствие, как получается нечто красивое, вызывающее положительные эмоции… Но не умею ведь! В этом я был убеждён абсолютно.

Абсолютная убеждённость в невозможности чего-то для себя создаёт внутренний барьер, проверить на реалистичность который не приходит в голову.

Зачем? Ведь человек уже и так заранее убеждён абсолютно…

Мы же не делаем того, что невозможно? Это было бы глупо. Не кидаем камни вверх, ожидая, что они улетят в небо, не пытаемся перепрыгнуть широкую реку, не пытаемся взлететь, размахивая руками — ну невозможно ведь, зачем пробовать? Не делать невозможного — логично и разумно. Сложность в том, что есть объективные ограничения физического мира, а есть наши субъективные, часть из которых — мнимые, но чувство невозможности на все случаи одно.

Человек предпочитает делать то, в реалистичности и успешности чего он не сомневается. Исключения — дети, ещё не сформировавшие для себя списки возможного и невозможного, и те, кого обычно считают странными, не такими как все — люди, открытые к экспериментам, готовые делать «глупости» — то, что по мнению большинства людей не ведёт к полезному результату, а то и вовсе «невозможно». Ещё сумасшедшие, но это не наша тема, хотя, прямо скажем, некоторые известные открытия принадлежат людям, вменяемость которых может вызывать сомнения.