Созвездие Колец

Но в этот момент сразу три плазменных луча ударили в корму «Буревестника». Корабль закрутило. Защитные щиты погасли. Где-то в недрах корпуса что-то взорвалось, и свет в кабине мигнул.

— Мы теряем управление! — заорал Рейнар. — Все держитесь!

«Буревестник» кувырком влетел в проход. На миг Келлиан увидел только ослепительную вспышку — всё поле зрения залило белым светом. Его тело стало невесомым, потом тяжёлым, как свинец, потом снова невесомым. Он услышал чей-то крик — кажется, это был Сэдрик, — и провалился в темноту.

Очнулся он от холода. Ледяного, пронизывающего до костей холода. Где-то рядом что-то шипело и потрескивало. Пахло озоном и гарью. Келлиан открыл глаза и увидел перекошенный потолок кабины. Гравитация работала с перебоями — тело то прижимало к креслу, то подбрасывало вверх.

— Рейнар? — позвал он. — Эридан? Сэдрик?

— Здесь я, — отозвался голос Сэдрика откуда-то из-за спинки кресла. — Живой, кажется…

— Тоже жив, — буркнул Рейнар, выбираясь из-под обломков приборной панели. Лоб его был рассечён, кровь текла по лицу, но он, казалось, не замечал этого. — А вот «Буревестник»… — Он оглядел кабину и мрачно закончил: — Больше не летает.

— Где мы? — Келлиан попытался встать.

Сквозь треснувший иллюминатор он увидел ответ. Снаружи расстилался пейзаж, какого он никогда не видел — и не мог представить. Огромные деревья с серебристой корой уходили кронами в розовато-лиловое небо. Их листья светились мягким, живым светом, отбрасывая причудливые тени на землю. Вдалеке возвышались горы — но не каменные, а словно выращенные, плавных, текучих очертаний. А над горами висели кольца — не одно, а целых три — переливающиеся всеми оттенками золота и перламутра. Система Дагор. Ривенхилл.

— Эридан? — вдруг спохватился Келлиан. — Где Эридан?

Звездочёта в кабине не было. Его кресло пустовало, ремни безопасности были расстёгнуты. А входной люк — открыт.

Рейнар выругался, выхватил бластер и первым выбрался наружу. Келлиан и Сэдрик последовали за ним.

Они стояли на поляне, окружённой светящимися деревьями. «Буревестник» дымился, полузарывшись в мягкую серебристую траву. Корабль был изуродован — обшивка пробита в нескольких местах, правый стабилизатор оторван начисто, двигатели ещё потрескивали, остывая.

А в центре поляны, спиной к ним, стоял Эридан. Его посох был поднят, и на конце его горел ослепительный белый огонь. Напротив него, полукругом, стояли фигуры — высокие, стройные, закутанные в плащи, сотканные словно из звёздного света. В руках они держали оружие — длинные, изящные клинки, светящиеся тем же серебристым светом, что и деревья.

— Ни с места, — негромко произнёс один из них. Голос был мелодичным, но в нём звучала сталь. — Вы вторглись в запретную зону. Назовите себя, или будете уничтожены.

Эридан спокойно, почти устало, опустил посох.

— Я — Эридан Звездочёт, Странник из Внешних Миров. Со мной — путники из Приозёрья и Бродяга из Пояса Осколков. Мы пришли к Элиону, Владыке Ривенхилла. У нас послание чрезвычайной важности. И… — Он сделал паузу. — Мы несём Перстень Власти.

Фигуры переглянулись. Тот, что говорил, откинул капюшон, и Келлиан невольно затаил дыхание.

Лицо его было человеческим — и в то же время не совсем. Слишком совершенным. Слишком светлым. Глаза его сияли, как две далёкие звезды, а волосы были цвета расплавленного серебра. Звёздный Странник. Этериал. Один из Перворождённых.

— Перстень Власти? — повторил он, и в его голосе впервые промелькнуло что-то похожее на страх. — Этого не может быть. Он был потерян.

— Он был найден, — ответил Эридан. — И теперь он здесь. Отведите нас к Владыке. Немедленно.

Странник долго смотрел на звездочёта, потом на Келлиана, потом — на его оттопыренный карман. И медленно кивнул.

— Следуйте за мной, — сказал он. — Владыка ждёт. Хотя… — Он бросил взгляд на дымящиеся обломки «Буревестника». — Похоже, он ждал вас не совсем так.

Их окружили. Не как пленников — скорее как почётный эскорт. Звёздные Странники двинулись через лес, и путники последовали за ними. Впереди, между светящимися стволами, уже виднелись огни Ривенхилла — города, построенного не из камня и металла, а словно из самой музыки, застывшей в форме арок, башен и куполов.

Келлиан шёл и чувствовал, как Перстень в его кармане становится всё холоднее. Словно он знал, что приближается к месту, где будет решена его судьба. Словно он уже предвкушал…

Что именно — Келлиан старался не думать.

Глава 5. Совет в Ривенхилле

Город открылся им на рассвете.

Келлиан никогда не видел ничего подобного — и не мог вообразить, что такое вообще существует. Ривенхилл не был построен в привычном смысле слова. Он был выращен. Его башни и арки вздымались из самой скальной породы горного плато, словно деревья-исполины, застывшие в камне и свете. Улицы, вымощенные полупрозрачным материалом, мягко светились под ногами. По стенам зданий струилась вода — бесчисленные водопады, падающие с огромной высоты и разбивающиеся о невидимые силовые поля, превращаясь в облака радужной пыли. Повсюду звучала музыка — тихая, ненавязчивая, словно сам воздух пел древнюю песнь.

Звёздные Странники вели их через город, и Келлиан заметил, что прохожие — высокие, светлолицые, с глазами, горящими звёздным огнём — провожали их долгими взглядами. Во взглядах этих не было враждебности, скорее удивление и тревога. Чужаки в Ривенхилле появлялись редко. Чужаки с таким известием — никогда.

Их проводник, назвавшийся Линдаром из Дома Золотого Листа, подвёл путников к главной башне — огромному сооружению, напоминавшему сплетённые ветви исполинского древа. У входа их встретили стражи с длинными светящимися клинками. Линдар обменялся с ними несколькими словами на певучем языке Звёздных Странников, и стражи расступились.

— Владыка ждёт вас в Зале Совета, — сказал Линдар. — Следуйте за мной. И помните: вы вступаете под своды, что видели рождение галактик. Ведите себя достойно.

Рейнар хмыкнул, но промолчал. Сэдрик, напротив, стал ещё бледнее и судорожно сжимал свой садовый резак, который ему так и не позволили выбросить. Эридан шагал спокойно, опираясь на посох, — он явно бывал здесь прежде.

Внутри башня оказалась ещё более поразительной. Казалось, они попали в самое сердце живой звезды. Стены были прозрачны, и сквозь них виднелись не горы Дагора, а космос — глубокий, бескрайний космос, полный туманностей и далёких галактик. Пол под ногами напоминал застывшую поверхность озера, в котором отражались созвездия. А в центре зала, на возвышении, стояло большое кресло, вырезанное из цельного кристалла.

В кресле сидел он. Элион Владыка.

Он был прекрасен — той пугающей, нечеловеческой красотой, что свойственна всем Перворождённым. Его волосы, тёмные как межзвёздная пустота, ниспадали на плечи. Глаза, глубокие и древние, мерцали светом далёких квазаров. На пальце его правой руки сияло Кольцо — одно из Трёх, с большим сапфиром в центре, которое пульсировало мягким голубым светом. Это была Вилья — Кольцо Воздуха, величайшее из сокровищ Западного Домена.

— Эридан Звездочёт, — произнёс Владыка, и голос его был подобен далёкому грому. — Давно ты не пересекал порог Ривенхилла. Я уже начал думать, что ты забыл дорогу.

— Дорогу к тебе забыть трудно, Владыка, — ответил Эридан, склоняя голову. — Но я пришёл не с праздным визитом. Со мной — путники, и у одного из них то, что принадлежит всему Созвездию.

Элион перевёл взгляд на Келлиана. Юноша почувствовал, как этот взгляд проникает в самую душу — не грубо, не враждебно, но испытующе, словно Владыка читал каждую его мысль.

— Подойди, — сказал он.

Келлиан шагнул вперёд. Ноги его дрожали, но он заставил себя идти ровно. Под взглядами десятков Звёздных Странников, собравшихся в Зале, он достал из кармана Перстень и положил его на хрустальный постамент перед троном.

В зале воцарилась мёртвая тишина.

Перстень лежал на кристалле — простой золотистый ободок, ничем не примечательный с виду. Но каждый, кто находился в Зале, чувствовал исходящую от него силу. Тяжёлую. Древнюю. Злую.

Элион долго смотрел на Перстень. Потом поднял взгляд и обвёл собравшихся.

— Совет, — произнёс он. — Пусть все, кто есть в Ривенхилле, услышат это. Единый Перстень найден.

Они собрались в Зале Совета — не только Звёздные Странники, но и те, кто оказался в Ривенхилле по иным делам. Келлиан увидел группу коренастых, широкоплечих людей в тяжёлых скафандрах с откинутыми шлемами — это были посланцы Глубинного Народа, прибывшие с миссией из Кузниц Дарина. Увидел он и людей — настоящих Смертных Странников, чьи лица были обветрены дальними полётами, а глаза горели решимостью. Один из них, высокий воин с гордой осанкой и старым шрамом через бровь, не сводил глаз с Перстня.

— Кто это? — шепнул Келлиан Эридану.

— Боромир, сын наместника Гондора, — тихо ответил звездочёт. — Последняя цитадель людей на границе с Моррахом. Он прибыл сюда за советом — его мир осаждён. Но, похоже, судьба приготовила ему иной разговор.

Элион поднял руку, и все замолчали.

— Мы собрались здесь, — начал он, — чтобы решить судьбу Единого Перстня. Многие из вас знают его историю. Для тех, кто не знает, я повторю.

И он рассказал. О том, как Астромансер обманул Звёздных Кузнецов и создал Перстень, чтобы править всеми Вратами. О Войне Пространств, в которой пали целые системы. О гибели Нуменора — планеты-корабля, что осмелилась бросить вызов Оку Пустоты. О последней битве, в которой Элендил Верховный и Гиль-Арад Звездоносный сразили Астромансера, но пали сами. И о том, как Исильдор, сын Элендила, взял Перстень себе — и был предан им.

— Теперь Перстень здесь, — закончил Элион. — И мы должны решить, что с ним делать.

Первым заговорил Боромир. Он шагнул вперёд, и в голосе его звучала страсть:

— Владыка, люди Гондора истекают кровью! Каждый цикл орды Морраха штурмуют наши внешние посты. Наши корабли горят в небесах. Наши дети не знают мира. А теперь судьба даёт нам в руки величайшее оружие! Не для того ли оно оказалось здесь, чтобы мы им воспользовались? Отдайте Перстень Гондору — и мы обратим силу Астромансера против него самого!

— Нельзя, — резко ответил Эридан. — Перстень не подчиняется никому, кроме своего создателя. Он подчинит тебя, Боромир. Ты думаешь, что управляешь им, но это он управляет тобой. Ты станешь новым Астромансером, даже не заметив этого.

Боромир вспыхнул:

— Ты, звездочёт, что ты знаешь о войне? О жертвах? Ты приходишь и уходишь, а мы остаёмся и умираем!

— Довольно, — спокойно произнёс Элион. — Мы здесь не для того, чтобы спорить, кто страдает больше. Мы здесь, чтобы найти ответ.

В зале зашумели. Предлагали разные варианты — спрятать Перстень в глубинах океана, забросить в чёрную дыру, отправить за край галактики. Но каждый раз Эридан или Элион находили изъян. Океан не удержит Перстень — Астромансер поднимет флоты и обыщет каждую планету. Чёрная дыра не уничтожит его — только плазма умирающей звезды в сердце Морраха способна расплавить его материю.

— Значит, остаётся одно, — тихо сказал наконец Эридан. — Перстень должен быть доставлен в Моррах и брошен в Звезду Разлома. В то самое горнило, где он был выкован.

В зале повисла тишина. Моррах. Центр Кольцевидной Туманности. Обитель Астромансера. Никто не проникал туда со времён Последней Войны. Это была не просто опасная миссия. Это было самоубийство.

— Но кто? — спросил кто-то. — Кто возьмёт на себя это бремя?

И снова тишина. Келлиан почувствовал, как все взгляды — все до единого — обращаются к нему. И Перстень в его кармане стал тяжёлым, как целая планета.

Он посмотрел на Сэдрика — тот стоял бледный, с расширенными от ужаса глазами, но не отводил взгляда. На Рейнара — тот хмурился, скрестив руки на груди. На Эридана — звездочёт смотрел на него с жалостью и надеждой одновременно.

И тогда он шагнул вперёд.

— Я сделаю это, — сказал Келлиан. — Я понесу Перстень. Хотя я не знаю дороги.

Элион медленно кивнул:

— Я не просил бы тебя об этом, юный Таннер. Но если ты сам решился — моё благословение с тобой.

— И я пойду с ним! — выпалил Сэдрик, выступая из-за спины друга. — Если он идёт, то и я. Я обещал… я обещал его дяде, что присмотрю за ним. И я не нарушу слова.

Рейнар тяжело вздохнул, шагнул вперёд и буркнул:

— Раз уж я потерял свой корабль из-за вас — придётся идти до конца. К тому же без меня вы заблудитесь в первом же астероидном поле.

Эридан улыбнулся краешком губ:

— Значит, нас четверо. Маловато для такой дороги. Но бывало и хуже.

— Пятеро, — раздался голос.

Боромир вышел вперёд. Лицо его было мрачно, но решительно.

— Я не отказываюсь от своих слов. Я считаю, что Перстень можно использовать. Но если Совет решил иначе — я подчиняюсь. Мне всё равно по пути — Гондор на границе с Моррахом. Я проведу вас через Дорогу Теней.

— Шестеро, — произнёс мелодичный голос.

Из-за колонны вышел один из Звёздных Странников — высокий, светловолосый, с луком за спиной, сделанным из материала, напоминавшего лунный свет. Глаза его смотрели спокойно и твёрдо.

— Я — Лиандил из Лесных Пределов, — сказал он. — Мой народ давно ушёл в Глубокий Космос, но я остался. Я знаю язык звёзд и повадки теней. Мой лук и мой клинок — к вашим услугам.

Элион посмотрел на него долгим взглядом, и в этом взгляде промелькнула печаль.

— Ты ведь знаешь, Лиандил, что этот путь может не иметь возврата.

— Знаю, Владыка. Поэтому я и иду.

— Семеро, — подытожил Эридан. — Хорошее число. — Он обвёл собравшихся взглядом. — Семеро против всех орд Морраха. Семеро против Ока Пустоты.

— В старых легендах говорится о девяти, — заметил Лиандил. — Девять Странников против Девяти Спектров.

Эридан покачал головой:

— Старые легенды пишутся задним числом. Пока нас семеро. И этого достаточно. — Он повернулся к Келлиану. — Ты готов, Хранитель?

Келлиан сжал Перстень в кармане. Он не чувствовал себя готовым. Он чувствовал себя крошечным, напуганным, совершенно не подходящим для этой роли. Но он знал: если не он, то кто?

— Готов, — сказал он.

В тот же вечер, когда три кольца Дагора зашли за горизонт и небо окрасилось в цвета индиго и золота, Эскадра Кольца собралась у восточного шлюза Ривенхилла. Им выделили небольшой, но быстрый корабль — «Звёздный Странник» — с новейшей маскировкой и запасом продовольствия на долгий путь. Рейнар сразу ушёл в рубку проверять навигационные системы, что-то ворча себе под нос. Боромир проверял оружие. Лиандил стоял в стороне, глядя на звёзды.

Келлиан стоял у трапа, вдыхая прохладный воздух Дагора. Рядом топтался Сэдрик.

— Келл, — тихо спросил он, — как ты думаешь… мы вернёмся?

Келлиан хотел ответить что-то бодрое, но не смог.

— Не знаю, Сэд, — сказал он честно. — Правда не знаю. Но пока мы вместе — шанс есть.

На трапе появился Эридан.

— Всё готово, — сообщил он. — Мы вылетаем через час. Первая остановка — Кузницы Дарина. Нам понадобится союз Глубинного Народа, если мы хотим пройти через Забытые Туннели. И… — Он помрачнел. — Нам понадобится проводник, который знает тёмные пути.

— Где мы найдём такого? — спросил Келлиан.

Эридан не ответил. Он смотрел куда-то вдаль, за башни Ривенхилла, туда, где чернели дальние горы.

— Он уже нашёл нас, — сказал он наконец. — И я боюсь, что этот проводник будет стоить нам дороже, чем мы можем себе представить.

Келлиан проследил за его взглядом и увидел на краю леса маленькую фигурку — сгорбленную, тщедушную, с горящими в сумерках глазами. Фигурка на миг замерла, а потом исчезла среди деревьев.

Перстень в кармане потеплел.

Глава 6. Глубины Дарина

«Звёздный Странник» покинул систему Дагор на исходе ночного цикла. Корабль, предоставленный Элионом, был творением Звёздных Странников — лёгкий, стремительный, с обводами, напоминавшими крыло хищной птицы. Его обшивка мерцала серебристым светом, а навигационная система работала так тихо и плавно, что, казалось, корабль сам знает дорогу.

Рейнар, впрочем, не доверял автоматике. Он сидел в кресле пилота, положив руки на штурвал, и мрачно изучал звёздные карты.

— Кузницы Дарина, — пробормотал он. — Пятнадцать лет я не был в этом секторе. И, честно говоря, не скучал.

— Почему? — спросил Келлиан, сидевший в кресле второго пилота.

— Потому что Глубинный Народ не жалует чужаков. Особенно тех, кто летает на кораблях Звёздных Странников. У них с Перворождёнными старые счёты. — Рейнар покосился на Лиандила, который сидел в дальнем углу рубки, настраивая свой световой лук. — Ничего личного.

Лиандил не поднял глаз:

— Я знаю. Гномы не забывают обид. А мы, Звёздные Странники, живём слишком долго, чтобы помнить о каждой.

— Вот именно, — хмыкнул Рейнар. — Они помнят, а вы — нет. Это их и бесит.

Келлиан выглянул в иллюминатор. Они шли через область пространства, заполненную газопылевыми облаками — туманность Драконий Хребет, как назвал её Эридан. Сквозь дымку просвечивали далёкие звёзды, а на сенсорах то и дело появлялись отметки — обломки древних кораблей, застывшие в пустоте.

— Здесь была битва, — негромко произнёс Боромир, стоявший у обзорного экрана. — Давно. Очень давно.

— Война Пространств, — подтвердил Эридан. — Здесь флот Нуменора сошёлся с армадой Астромансера. Видите ту большую тень? — Он указал на огромный, изъеденный временем остов, проплывающий вдалеке. — Это «Звезда Запада». Флагман Элендила. С тех пор как он пал, никто не осмелился сюда вернуться.

Корабль притих. Даже Рейнар замолчал, глядя на мёртвый остов с чем-то похожим на почтение.

— Кузницы Дарина прямо по курсу, — сообщила навигационная система. — Приготовьтесь к выходу из гиперпространства.

Система, которую Глубинный Народ называл Кузницами Дарина, а все остальные — просто Морией, встретила их мраком.

Здесь не было звезды. Когда-то, в незапамятные времена, на этом месте сиял голубой гигант, но гномы — великие мастера звёздной инженерии — выпили его энергию до последней капли, заключив в исполинские накопители. Теперь на месте звезды чернел остывающий карлик, окружённый роем астероидов и промышленных платформ, похожих на каменные ульи.

Когда-то Кузницы Дарина были величайшим инженерным чудом галактики. Здесь ковали нейтронные сплавы и кварковые лезвия. Здесь строили корабли, которые могли проходить сквозь ядра планет. Сюда стекались богатства сотен миров, и сам Великий Дарин, Первый Кузнец, правил здесь в подземных чертогах, вырубленных в сердце гигантского астероида.

Теперь всё было иначе.

«Звёздный Странник» приблизился к главному астероиду — циклопической глыбе размером с небольшую луну. На её поверхности темнел огромный шлюз, украшенный резными символами — молотами, звёздами и рунами на древнем языке Глубинного Народа.

— Никаких сигналов, — сообщил Рейнар. — Пробую на всех частотах. Тишина.

— Может, они просто не хотят отвечать? — предположил Сэдрик.

— Может. А может, — Рейнар помрачнел, — уже некому отвечать.

Они посадили корабль на платформу перед шлюзом. Внешние сенсоры показывали атмосферу — тонкую, но пригодную для дыхания. Когда трап опустился, путников встретил холодный, пахнущий каменной пылью и озоном воздух.

Эридан первым сошёл на платформу. Его посох засветился, разгоняя тьму. Остальные последовали за ним.

— Двери запечатаны, — сказал Лиандил, указывая на шлюз. — Смотрите: символы потускнели. Они не открывались уже много лет.

— Здесь написано: «Врата Дарина, Владыки Кузниц», — прочитал Эридан, касаясь рун концом посоха. — А ниже: «Скажи, друг, — и войди».

— Скажи «друг»? — переспросил Сэдрик. — И всё?

— В древнем наречии Глубинного Народа это слово — «меллон». — Эридан нахмурился. — Но, боюсь, сейчас простого пароля недостаточно. Здесь что-то… не так.

Он поднял посох и негромко произнёс слово. Руны на миг вспыхнули, но тут же погасли. Шлюз не шелохнулся.

— Попробуем иначе, — проворчал Рейнар и достал из-за пояса небольшой лазерный резак. — Отойдите.

Но не успел он приблизиться к шлюзу, как створки дрогнули. С тяжёлым, протяжным скрежетом они начали расходиться. Из темноты пахнуло холодом и чем-то ещё — запахом запустения, пыли и очень старого страха.

— Добро пожаловать, — пробормотал Боромир, кладя руку на бластер.

Они вошли.

Внутри Кузницы Дарина оказались ещё более грандиозными, чем снаружи. Исполинские залы уходили в темноту на сотни метров. Стены были покрыты барельефами, изображавшими историю Глубинного Народа — добычу звёздного огня, ковку первых Колец, великие походы. Вдоль стен стояли машины — буровые установки, плавильные печи, кузнечные прессы, — все застывшие, покрытые вековой пылью.

— Здесь никого нет, — прошептал Сэдрик, и его голос эхом разнёсся по залу.

— Слишком тихо, — согласился Лиандил. — Глубинный Народ не покидает свои владения. Даже в худшие времена. Что-то случилось.

Эридан медленно шёл вперёд, освещая путь посохом.

— Балин, — произнёс он. — Сын Фундина. Он отправился сюда несколько лет назад с отрядом колонистов. Хотел возродить древние кузницы. Я надеялся найти его здесь.

Они прошли через анфиладу залов, мимо огромных молотов, нависающих над наковальнями, мимо шахт, уходящих в глубь астероида. Везде была тишина. Мёртвая, звенящая тишина.

И вдруг Рейнар остановился.

— Смотрите.

Он указал на стену. На каменной кладке были вырезаны свежие руны — неровные, торопливые, словно тот, кто их вырезал, очень спешил.

— «Они идут», — прочитал Эридан. — «Барабаны. Барабаны в глубине. Мы не можем выбраться. Они идут».

— Кто — «они»? — спросил Келлиан.

И словно в ответ откуда-то из глубины астероида донёсся звук. Низкий, ритмичный, похожий на биение огромного сердца. Бум. Бум. Бум.

Барабаны.

— Это из нижних туннелей, — сказал Рейнар, и голос его был напряжён. — Из Шахт Мории. Там, где гномы прокопали слишком глубоко. Туда, где…

Он не договорил. Из темноты дальнего коридора донёсся скрежет. Не механический — живой. Скрежет когтей по камню. И множество быстрых, дробных шагов.

— К оружию! — рявкнул Боромир, выхватывая бластер.

Из темноты хлынули они.

Келлиан не сразу понял, что видит. Твари были невысокими — примерно с хоббита, — но невероятно уродливыми. Их тела напоминали помесь насекомого и рептилии: шесть конечностей, покрытых хитиновой бронёй, горящие жёлтые глаза, пасти, полные игольчатых зубов. Они передвигались стремительно, карабкаясь по стенам и потолку, и их были десятки. Сотни.

— Моррахские отродья! — крикнул Лиандил, вскидывая лук. С тетивы сорвался луч чистой энергии и пронзил сразу трёх тварей. Те с визгом рухнули на пол, рассыпаясь пеплом.

Боромир открыл огонь из бластера. Рейнар, вооружённый плазменным резаком, встал рядом с ним. Эридан поднял посох, и ослепительная вспышка разогнала тьму. Твари, попавшие под луч, зашипели и отступили, но на их место лезли новые.

Келлиан и Сэдрик, у которых не было настоящего оружия, прижались спинами к стене. Сэдрик выставил перед собой садовый резак — жалкое зрелище, — но Келлиан заметил, что твари избегают приближаться к ним. Нет, не к ним. К нему.

Перстень в кармане стал горячим. Обжигающе горячим.

— Они чувствуют его, — прошептал Келлиан. — Они идут за ним.

— Тогда бежим! — крикнул Рейнар, отшвыривая очередную тварь ударом приклада. — К шахтёрским лифтам! Там есть аварийный выход к верхним уровням!

Они побежали. Коридоры мелькали перед глазами — тёмные, бесконечные, кишащие ордами тварей. Лиандил и Боромир прикрывали отступление, выкашивая преследователей. Свет лука и вспышки бластера создавали в темноте причудливый танец теней.

Они добрались до лифтовой площадки — огромного зала с уходящими во мрак шахтами. Но лифты не работали.