А бывает, что кошки жить не хотят?

А бывает, что кошки жить не хотят?

Вадим Никифоров

© Вадим Никифоров, 2026

ISBN 978-5-0070-9699-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

— Ну, в принципе, все отношения когда-то кончаются. Вот и это…

— Но я не хочу умирать!

— Что-то не сделал?

— Ну это, ещё не дожил…

— Да? Смешно, позади человека десятилетия однообразия, и ему не хватило?

— Давай, собирайся…

— Я не хочу!

— Ну не собирайся, — схватила за шиворот и поволокла. Со стороны, наверно, казалось, что человека трясёт, он сучит ногами, что-то беззвучно кричит.

Так умирают? Не знаю.

Я не умирала вообще. В школе читали по библии: «Есть среди вас, кто увидит Царство Небесное, не умерев». Так надеялась, бабушка есть среди них.

Бабушка — всё, без неё я не знаю, что делала.

И она умерла, и учитель, и подруга шагнула под поезд, и ещё куча разных людей умерли. Я осталась одна. Конечно, знакомилась, я симпатичная: — Здрасте, позвольте на танец? — на танцах, а я:

— Ты вот сейчас познакомишься, а завтра умрёшь. Надо мне?

Отходили в испуге. Дурные. Будто новость для них.

Так смирилась, что подготовилась. Подсмотрела у бабушки — смертное, деньги на гроб, место на кладбище. Ещё так смешно, Гласневин, их контора, мне говорят:

— Вы для бабушки, дедушки?

— А есть разница?

— Женщины предпочитают на севере. Мужчины всё время лезут вперёд, — в конторе девица — ровесница, но, видно, уже побыла в отношениях и на мужиков зуб имеет.

— Она для меня. Давайте на севере.

Взяла договор, а потом побежала в сортир руки мыть. Испугался — заразная.

Я не заразная. Мне восемнадцать, я пышу здоровьем и красотой, но что красота и здоровье для смерти? Чик — и нету. А на севере, там разберутся, что там в ящике, всё разложат по полочкам: это одни минералы, это другие — и нету тебя.

Или кремация? Думала, думала, деньги считала, вот дура, будто бы деньги имеют значение перед лицом… А потом деньги кончились.

Натурально, пошла на автобус, а нечем платить за проезд.

Водитель:

— Докуда?

А в кошельке пара шиллингов.

— У меня пара шиллингов.

— Две остановки.

Ну и цены!

Сошла. Никогда не бывала. Вот так переулок, вот так перекрёсток, а вот так их контора. Я это тем, кто пойдёт по стопам. Но не советую. Это не та работа, о которой мечтаешь.

На конторе написано:

ДЕНЬГИ СЕЙЧАС, РАБОТА ПО договорённости.

Заманчиво.

— Да?

Я постучала, так было закрыто, а из-за двери лениво так:

— Да?

— У вас тут написано.

— Мало ли что там написано… — Шарканье тапок, скрежет ключа, сонная рожа, седая щетина на подбородке, халат, под халатом истлевшая майка. Отвратительный тип.