Салли Трикстер: Принцессы умирают

– Ага, – сделав осторожный глоток горячего напитка, сказала доктор, когда пациентка закончила говорить. – Ну, тут классическая ретравмация. Это событие выбило тебя из привычной колеи, и ты вновь провалилась в роль никому ненужной маленькой Салли.

– Наверное… – шмыгнула Трикстер носом и потянулась к вентиляционной решётке каюты, где у неё был спрятан ещё один электронный испаритель.

– Ну смотри, помнишь, о чём мы говорили с тобой ранее? – задала психолог риторический вопрос, пытаясь остудить дыханием напиток. – Несмотря на всё то дерьмо, что произошло с тобой, ты выжила: и в детдомах, и на улицах, и на той необитаемой планете, и на каком-то вулканическом острове, и в пиратском плену. Весьма длинная череда испытаний для твоих семнадцати лет. Я вот в свои сорок могу похвастаться только подъёмом в горы на три тысячи метров и то чуть не умерла по дороге раз сто… а ну и недавно сделала себе отличную кухню в квартире. – Ветлана отхлебнула кофе и продолжила: – Ты живёшь трудную, но очень интересную жизнь. Гораздо интересней чем у… ну, к примеру, девяносто шесть процентов всех людей в галактике.

– Пф-ф-ф… – фыркнула Салли, достав наконец-то испаритель. – С радостью поменяюсь жизнями с кем-нибудь из них.

– Так, давай-ка напомни мне, в чём ты сильна? – попросила женщина и, обойдя обеденный стол, уселась на диван перед панорамным окном, во тьме которого мелькали яркие огни Мега-Столицы, галактического центра Коалиции.

– Повторять одни и те же ошибки раз за разом, – хмуро ответила Трикстер.

– Так, не-не-не, – со строгими нотками оборвала её психолог. – Ты знаешь, что я хочу услышать. Так что не вредничай.

– Я хороша в программировании, – как всегда, недовольно ответила девушка, повторять этот бред каждый раз ей уже надоело. – Ну, скажем так, эксперт во взломе некоторых областей.

– Очень хорошо, – кивнула Ветлана. – Напомни, за что у тебя звезда героя галактики?

– Я не могу сказать, вы же знаете, – затянувшись испарителем, сказала девушка, но скривилась от его мерзкого вкуса, тот уже давно исчерпал свой заряд.

– Тебя разве не накажут за курение?

– Только если поймают, – пожала Трикстер плечами. – И то не сильно.

– Наш сеанс записывается, твой куратор явно его просмотрит или ему доложат те, кто будет это делать, – напомнила доктор ей.

– Пофиг.

– Ладно. Давай тогда образно напомни, мне не надо тут секретных данных. Я и так из-за тебя не могу покидать систему в ближайшие десять лет.

– За исправление старой ошибки, но там… – потянулась Салли за чипсами в открытой пачке на столе.

– Тють! – резко перебила Ветлана её, подняв палец. – Достаточно. Знаешь, что я хочу сказать. Таких звёзд за всю историю галактики удостоились двести дватцать семь человек. – Она вновь глотнула кофе и продолжила: – Не знаю, что такого ты там сделала, но ты должна гордиться этим. Может, галактика никогда и не узнает о твоём подвиге, но ты его совершила – это уже что-то. У тебя много достижений разной степени, наверняка я и половины их не знаю из-за твоего секретного статуса. Просто ты привыкла думать об этом в негативном ключе. Как исправление ошибок, но кто не ошибается? Только тот, кто ничего не делает – серая биомасса общества, трутни развития человечества. Салли, ты не такая…

– Сопля, – вновь поправила говорившую девушка и откинула закончившийся испаритель вместе с отсыревшими чипсами.

– Во-о-о-от, – протянула собеседница. – Ты постоянно меня поправляешь, потому что уже сама понимаешь и разграничиваешь себя. Ты уже не та маленькая, обманутая, никому ненужная слабая девочка.– Она прервалась на большой глоток кофе. – Ты уже давно позиционируешь себя как уверенного агента с позывным Сопля. Хотя, как ты в начале мне жаловалась, что ты по принуждению, что у тебя украли жизнь, что нарекли этим идиотским именем. А на прошлом нашем сеансе ты в захлёб рассказывала мне, как уронила систему бункера и заблокировала там всех сепаратистов. Какие они были идиоты, а ты молодец.

– Да помню я всё это, помню, – простонала Салли, откинувшись на стуле. – Но просто эта блядская принцесса со своими подозрениями.

– Не ругайся, – нахмурилась женщина и, допив свой кофе, отставила кружку. – Что у тебя с хобби? Ты нашла себе занятие для разгрузки головы помимо игр и сериалов?

– Не-а, – лениво протянула Салли. – Я честно пыталась. Я пробовала: рисовать, вышивать, лепить всякую фигню, на укулеле играть, даже свечки варить. Вообще ничего не вставляет, всё только нервирует из-за неудач ещё больше.

– Ну, слушай, это всё творческие занятия. Но ты ведь у нас компьютерный гений, – проговорила Ветлана. – Почему бы тебе не попробовать создать свою игру или полезное приложение? Да хоть и бесполезное, но тоже дело.

– Эт сложно.

– Не сдавайся не начав. Ты любишь писать системный код, сама говорила, у тебя получится наверняка, и ты втянешься, попробуй. А пробелы в знаниях нейросеть возместит.

– Не люблю я эти искусственные интеллекты, – выдохнула Трикстер, вернув взгляд на психолога. – Ладно, я что-нибудь придумаю. Мне уже стало полегче, спасибо. Думаю, усиленная работа сейчас выбьет всю эту дурь у меня из головы.

– Агент Сопля, это крайне плохой вывод из… – начала было психолог, но собеседница её перебила.

– Ага, доброй ночи, – проговорила девушка и прервала связь.

Она закрыла глаза и крутанулась на стуле, чтобы выдохнуть. Беседа с Ветланой ей толком-то ничего и не дала. Вряд ли ей кто-нибудь может дать хоть какой-то дельный совет по этому поводу. Что ж, не беда, выкрутится сама. Кара правильно сказала. Всегда выкручивалась, и сейчас деваться некуда.

***

Салли шла по длинному серо-бетонному коридору вразвалку, расслабленно и не слишком-то торопясь, что крайне раздражало её сопровождающих. Два тюремных охранника шли за ней, шелестя свободными рубахами, периодически нервно поглаживали свои гладкие и длинные бороды, которые были заправлены за широкие ремни. Трикстер же, громко чавкая, жевала жвачку и надувала пузыри, чтобы подействовать им на нервы ещё больше.

Когда два месяца назад агент Сопля попросила Лин нагрузить её работой, чтоб забыть о той встрече с принцессой, то думала, что всё будет по-другому. Салли рассчитывала, что её сошлют в какое-нибудь неприветливое захолустье типа Глинозёма или что ей придётся, сутками напролёт крошить сервера государственных учреждений Коалиции в поисках уязвимостей, которыми может воспользоваться Айден. Ну или на крайняк выискивать его самого в сети, но, как говорится, «хрен там пел». Адъютант зампредседателя Планетарного Управления наградила Трикстер холодной улыбкой, и вот она в тюрьме.

ПУПОК по своим каналам быстро сфабриковал нужное дело и направил Соплю в женское исправительное учреждение на планете Арта-Лораг, что в системе Завия, сектор Гурт. Казалось бы, никакого обмана, её готовили к тому, чтобы быть полевым агентом, но Гурт был когда-то основой Ашаризмской Империи, и осколки культурного наследия всё ещё проглядывали на планетах.

– Проклятье палящего солнца! Алкогольный синдром плода, шевели конечностями быстрее, – не выдержал один из мужчин и ткнул её дубинкой в спину.

– Слышь, жертва анальной дефекации, тебе там лишняя хромосома не давит? – вызывающе воскликнула Салли и, резко развернувшись, вырвала дубинку из руки тюремщика. – Ещё раз ткнёшь меня этой хренью, и я тебе калообрезное кольцо раздраконю ею же.

– Брат, не трать силы на кяфиру2[1], – остановил товарища второй охранник, что уже был знаком с Трикстер, точнее, с её вымышленной личностью. – Этот молокозавод уже мертвец, бросишь камень потом побольше да посильнее.

Конвоир повернулся к заключённой и спокойно заговорил с ней, но при этом убрал руку в густую бороду в районе пояса, где у него находился зетник.

– Айна, ты и так уже опозорила своё имя и родителей, что им тебя нарекли. Будь покорна хоть эти последние дни, и да смилуется над тобой…

– Пф-ф-ф… Сыкливые мунафики3[1], – фыркнула девушка и бросила дубинку обратно в руки владельцу.

Развернувшись, Трикстер в том же темпе направилась дальше. Сейчас ей драка не нужна была. В общем-то жизнь в этой тюрьме оказалась гораздо проще, чем она думала. На Арта-Лораге осколки культурно-конфессионного наследия преобладали среди местного населения в самом его дремучем и извращённом проявлении. Местный искажённый Ашаризм женщин по факту и не считал за людей. Тут они были наподобие домашних питомцев в гаремниках мужчин. Безвольные, безропотные, в смиренном служении. Поэтому тюрьма и была в основном полна обычными домохозяйками, которые либо сказали что-то не так, либо как-то не так оделись, либо же посмотрели на мужа так, что ему не понравилось. Салли услышала множество доводов в защиту этого режима от Лин, но для неё всё было проще: не важно какое мороженое тебе дадут вечером, если весь день пихают кактус в зад.

Подобная дикость, естественно, не могла не поразить Трикстер. Тому, что система с подобными планетами была в составе Коалиции, она уже не удивлялась. Здесь наверняка изобилуют различные редкие ресурсы, которые и диктуют потребность закрывать глаза на местный абсурд религиозного наследия.

Да чего уж там, её саму по истории приговорили к смертной казни через забрасывание камнями. Столь суровая мера наказания её ждала всего-то за розовые волосы – признак жены шаймантана. Что это был за чёрт такой, Салли так и не поняла. Какой-то злобный и бессмертный упырь, которого все знают, но никто никогда не видел, а он гадит всем всегда. К этому в добавок девушка ещё была слишком откровенно одета и своей обнажённой кожей искушала светлые умы достопочтимых мужей. Что больше всего, конечно, повеселило Трикстер, так это самая страшная её статья. Она оскорбила какого-то Альманаха или Аль-Хайтама. Этот парень был у местных чем-то вроде божка или пророка. Только тот был из столь древних времён, что когда он жил, человечество не то чтобы в космос ещё не вышло, задницу нормально подтирать не умело. Агента очень веселил тот факт, что все эти религиозные фанатики настолько были не уверены в силе своего бога, что его понадобилось защищать юридическими законами смертных. Бред, да и только.

Тюрьма делилась на несколько блоков по степени «падшости» арестанток, и ей необходимо было попасть туда, где содержали самых отъявленных преступниц. Тех, кто смел публично требовать права, отказывал мужу или не приведи… кто там у них?.. поднял руку на мужчину.

Трикстер стыдилась и чувствовала себя очень некомфортно по отношению к этим бедным женщинам. У них и так жизнь была не фонтан, а тут ещё и она появилась. Роль неадекватной задиры и хулиганки для неё была в новинку. Агент потратила много времени, чтобы понять, как действуют местные оскорбления. Нецензурные выражения на прямую, как она привыкла, не работали совсем. Материться постоянно на местном диалекте не хотелось, этот язык был слишком груб и неприветлив для неё. Пришлось привыкать к адаптивным правилам абсурдных ругательств. Когда проблема коммуникации была пройдена, то там уже ей помог собственный опыт. Салли и сама была частой жертвой таких уродов, которым теперь пыталась подражать. Постепенно блок за блоком она перемещалась к цели, поскольку забитые жизнью заключённые порой даже не сопротивлялись особо. Те, кто всё же пытались, не могли дать достойный отпор тренированному агенту. Охрана обычно брезговала марать об неё руки – всё равно её казнят. Этот факт тоже ужасал, во всей галактике был мораторий на смертную казнь, но здесь конституция позволяла это в великие религиозные праздники. Дабы очистить общество и душ падших. Пару раз за это время надзиратели, конечно, её побили, но в основном предпочитали стрелять из зетника, когда девушка уж слишком сильно входила в роль. У Трикстер даже нервный тик из-за этого ненадолго выработался.

Дойдя до конца коридора, Салли дождалась, когда двери откроются, и вошла в блок для самых опасных.

– Падшая С2-К178-аят4[1] доставлена, под вашу ответственность, – громко и чётко проговорил один из её конвоиров встречающей свите.

Достав планшет, что был заткнут за пояс под бородой, он перекинул им необходимый файл, и дверь начала закрываться, оставляя агента наедине с новыми тюремщиками.

– Очень хорошо, очень хорошо, – закивал довольно начальник блока, судя по количеству вплетённых в его бороду жемчужных бусин, изучив личный профайл новой арестантки. – Именно такую падшую носительницу влагалища я ждал, – улыбнулся он и уже подошёл к заключённой. – У тебя будет шанс прожить до Курама-Брама5[1] в достатке и комфорте, если послужишь мне напоследок. Покорись и целуй перстень в знак своего смирения.

Он поднёс руку с отёкшими пальцами к губам девушки, чтобы та поцелуем признала его власть над собой. Вот здесь уже Салли нужно было устроить потасовку по плану.

– Слышь, подбородочная мотня с лобка, иди вялить свой корнюшончик в междубулочье своих братьев, – скривившись, она плюнула ему на перстень. – Пока я не заземлилась у тебя роже, дабы скинуть каловый балласт.

– Кол харА челб! Тах-хатЕк6[1], – разъярился начальник и ударил Салли тыльной стороной ладони по лицу.

– Тозз фик, эль’ан абУк7[1], – перешла всё же Трикстер на местный диалект, чтобы позлить собеседника ещё больше и облизнула пересохшие губы в предвкушении.

Видя, как побагровел этот напыщенный индюк, агент не стала ждать и решила устроить драку сама. Что есть силы девушка зарядила начальнику блока коленом промеж ног. После уже вцепилась в святая святых – его бороду. Трикстер хотела выдрать из неё как можно больше волос, чтобы унизить того ещё сильнее. Стоявшие рядом охранники градом дубинок налетели на неё. Кого-то она успела даже ударить в ответ, пока один из них рывком не впечатал её в стену и не приставил зетник меж лопаток, а после заковал руки успокоившейся заключённой в наручники.

– Отведите её к угольной шахте, – проорал начальник, скрючившись от боли. – Так или иначе кяфира послужишь мне, альф азбАб фи кыс уммАк!8[1]

Трикстер лишь усмехнулась разбитыми губами и сплюнула кровью в его сторону.

– Б аррА нейк9[1], обоссанные штанишки! – крикнула она, пока её под руки утаскивали по коридору.

– Айна, хватит уже испражнений ртом, – отвесил ей подзатыльник один из охранников.

Девушка решила всё же успокоится, цели своей она добилась, хоть голова и трещала теперь, а тело ломило. Пока её вели в камеру, незаметно отлепила от наручников «жука-рыхлителя», что повесил туда подкупленный работник исправительного учреждения, и прицепила того на внутреннюю сторону рукава своей робы.

Тюремщики довели её до новых «апартаментов» и, сняв наручники, грубо впихнули внутрь.

– О, какой здесь милый баррель нефти, – противно-наигранным голосом произнесла Трикстер, увидев темнокожую сокамерницу, и с довольной улыбкой направилась к ней. – На этот коричневый космодром я зад-то свой и заземлю.

– Простите, я вас не очень поняла, – испуганно проговорила Мелодия и начала отступать к противоположной стороне.

Девушка, к которой агента посадили, была дочерью сенатора Люмартина Кинга, она-то и являлась главной целью, к которой Сопля продвигалась эти долгие два месяца. Судя по её реакции, то дипломатического посла держали всё это время здесь в одиночестве. Поскольку камера наверняка была на прослушке и в камерах, Трикстер решила не выходить из роли до самого конца.

Испуганная темнокожая вжалась в стену, а Салли, подойдя к ней в упор, заблокировала пути к бегству руками. Выглядело это со стороны немного комично: Мелодия была старше неё на пять лет, выше и крупнее, но вся зажалась и задрожала от страха. Чего в принципе ещё можно было ожидать от неё – девушка из сливок галактического общества и с детства жила в роскоши и достатке, как сыр в масле.

– Не ссы, нежненький фемобекон, если будешь хорошо играть на моей губной гармошке, то станешь любимой женой.

Мелодия вздрогнула, когда агрессивная сокамерница положила руки и провела ими по её талии и, заведя их за спину, положила на ягодицы. Прикрывая руки Мелодией, Трикстер отлепила от рукава жука-рыхлителя и вдавила его в стену, механизм, активировавшись, сразу же вгрызся в бетон.

– Поверь сладкая, ты будешь в восторге от моего пирожка, ну а если нет…

Отсчитав нужное время, Салли больно ущипнула темнокожую сокамерницу за грудь и сместилась так, чтобы она могла инстинктивно сбежать. Мелодия, как и планировалось, сразу же бросилась к двери и стала звать охрану. Салли бросила взгляд на отверстие, оставленное жуком-рыхлителем, и, мысленно продолжив отсчёт, быстрым шагом направилась к сокамернице.

– …это неэтично, прошу вас! Откройте, – причитала темнокожая девушка, стуча в дверь. – Это нарушение межпланетного регламента…

– Да им плевать на тебя. Меня кинули к тебе, чтобы ты сломалась, – произнесла очевидное агент дипломатическому послу. – А там дальше ты сама уже подпишешь нужные признания и соглашения.

– Но это же неправильно, прошу вас, пожалуйста, – слёзно залепетала Мелодия, вжимаясь в дверь и закрыв глаза.

У Салли скрутило живот в нервном спазме от этого жалкого вида. В этой девушке она сейчас отчётливо видела себя из, казалось бы, такого далёкого прошлого, когда издевались над ней.

– На колени ты… – Трикстер задумалась над очередным оскорблением и поняла, что сбилась со счёта. – Да блин, тридцать один или семь?.. А-а-а-а…

Поняв, что времени, возможно, уже нет, агент ударила сокамерницу в солнечное сплетение, когда та согнулась от боли, навалилась на неё своим небольшим весом, чтобы опустить вниз. В этот момент жук-рыхлитель уже прогрыз полностью два метра бетонной стены и, поймав сигнал с той стороны, взорвался. Мелодия завизжала от страха, Салли же скривилась от боли, когда бетонное крошево ударило по телу.

– Отойди. – Она рывком оттянула темнокожую от двери, в которой уже заскрежетали замки.

Вошедший охранник опешил, когда из камеры вырвалось облако пыли. Трикстер же, воспользовавшись моментом неожиданности, применила болевой приём и выхватила у него из руки зетник. Регулятор на троечку и выстрел.

– Стой! Стой! – запричитал второй тюремщик, когда оружие было направлено на него, и демонстративно прикусил палец.

– Для достоверности, – кивнула агент и выстрелила в подкупленного охранника пониженной мощностью.

Заглянув в длинный коридор, она не увидела никого поблизости, а те, что копошились вдалеке, сейчас не интересовали. Со стороны тюремного двора раздался вой сирен, что перекрылся шумом реактивных двигателей корабля и выстрелами. Захлопнув дверь обратно, Трикстер протянула руку Мелодии и произнесла:

– Пойдём со мной, если хочешь жить.

– Что? Нет! Отстань! – истерично произнесла темнокожая девушка, зажимаясь в своём углу.

– Сцук… тупая мачичка… – недовольно процедила Салли сквозь зубы и, больно уткнув ей в голову пистолет, начала орать на неё, чтобы напугать ещё больше и заставить делать всё, что ей скажут. – Жопу подняла и пошла, пока я тебя не прибила!

Выволочив сокамерницу в образовавшийся проём, агент спешно потащила её к ожидавшему их кораблю. Который поднимал пылевую завесу, чтобы скрыть их, и без устали поливал огнём тюрьму, чтобы никто даже и не подумал высунуться и подстрелить убегающих.

– Рахими! —воскликнула Мелодия, затормаживая движение, когда увидела эмблему на корабле. – Нет-нет, пожалуйста…

– Пошла давай! Задолбала уже ныть. – Разозлившись, Салли отвесила ей пинка и затолкала в трюм корабля. —Погнали! – крикнула агент пилоту, нажав на сенсор закрытия рампы. – Держись! – приказала она уже Мелодии, притянув спасённую за загривок к стене и вручая страховочные тросы.

Пилот, услышав их, мгновенно втопил по газам, не желая задерживаться в этом месте более ни на секунду. Уже через пару минут манёвров они покинули атмосферу и радиус поражения старой планетарки. Спустя ещё минуту расчётов корабль прыгнул в гиперпространство, скрываясь от запоздавших преследователей.

– Мелодия Кинг, – проговорила Трикстер уже более официальным тоном, когда полёт выровнялся. – Я – агент Сопля из Подведомственного Управления Планетарной Обороны Коалиции. Извините за проявленную грубость ранее, нельзя было выходить из роли. Теперь вы в безопасности, и мы доставим вас к отцу.

Темнокожая девушка ещё с минуту отупело смотрела на неё, пытаясь осмыслить происходящее. Когда же осознание ситуации пришло полностью, она расплакалась.

– Спасибо! Спасибо вам, я так испугалась… честно уже теряла надежду… – прорвало её словами благодарности, и она подалась вперёд, чтобы обнять спасительницу, но та грубо её остановила.

– Это всего лишь моя работа, понимаю вас сейчас, но давайте без излишних проявлений эмоций, – проговорила Салли, совсем не желая с ней обжиматься. – Посидите успокойтесь, а я пойду выясню, что и как дальше у нас по плану.

Оставив Мелодию наедине с мыслями, агент быстро пересекла небольшой корабль и вошла в тесную кабину пилота.

– Круто придумано с эмблемой Рахими, – проговорила девушка сидевшему за штурвалом лысому парню.

– Девочка, ты о чём? – задал он ей вопрос, настраивая что-то на приборах навигации.

– Ну замаскироваться под Рахими, чтобы с Коалиции спроса не было, – пояснила Салли. – Не ссыкатно было с ней торчать на орбите столько времени?

– Пха-ха-ха… – рассмеялся пилот. – Первое, её можно дезиллюминировать, так что не ссыкатно…

– Чего?

– Сделать невидимой и всё, так обычный корабль в ожидании. Второе, я и есть Рахими.

– Не очень-то смешно, – проговорила агент, стараясь придать суровости своему голосу, и приставила зетник к вспотевшей лысине парня.

– Уймись, деточка, – веселясь ответил собеседник, не отвлекаясь от своих дел, словно бы ему не угрожали в данный момент. – Твоё начальство наняло меня, чтоб не светиться в этом деле. Да ты сама только что это проговорила.

– Ага, конечно, так я тебе и поверила. Ты либо врёшь об этом, либо врёшь, что пират. В любом случае, что мне мешает сейчас подстрелить тебя, – фыркнула Салли. – Это древнее ископаемое не оборудовано дроном-смотрителем, так что я с лёгкостью возьму управление на себя.

– Ну ты можешь, конечно, так сделать, если хочешь, чтобы наши атомы разлетелись в миг по всей галактике. – Он закончил с настройкой навигации и откинулся в своём кресле. – У меня тут небольшое взрывное устройство на борту, таймер которого надо постоянно обновлять. Специально сделано, защита от таких глупеньких, как ты.

Закончив говорить, он постучал по циферблату, на котором осталось 4 часа и 36 минут до активации бомбы. Трикстер немного замешкалась, обдумывая эти слова. Пилот же развернул своё кресло, чтобы быть к ней лицом. Спокойно достал из-за уха помятую сигарету и закурил. Направленное в него оружие, казалось бы, совершенно не беспокоило парня.

– Ты новенькая, что ли? Совсем не в теме? – спросил он, выпуская дым из ноздрей. – Ну ладненько, слушай тогда ликбез. В общем, Рахими – это самый большой картель Корпуса Пиратов и самый значительный, но, в отличие от всех остальных ушлёпков, мы на рожон не лезем. Сотрудничаем с Коалицией и делаем за неё их грязные делишки, чтобы ваше правительство оставалось белым и пушистым. Мы наёмники, да, чёрт возьми, у некоторых сенаторов частная армия имеется, состоящая целиком и полностью из подразделений Рахими. Ну и да, пираты, но шишки сверху порешали, и где надо глаза закрываются ради выгоды обеих сторон.

Докурив, он затушил окурок в растопыренном ворохе таких же бычков, что торчали из консервной банки, прикрученной к подлокотнику кресла. После, всё так же совершенно не обращая внимания на зетник в руках Салли, развернулся и начал вновь щёлкать по сенсорам приборной панели.

– Через четыре дня прибудем в Сезерк, там ваша штабная махина сейчас стоит на техобслуживании. Ты выполнишь своё задание, Рахими получат обещанные ресурсы, а я возьму хорошую денежную премию с отца спасённой тобой шоколадочки.

Салли всё ещё с подозрением смотрела на пилота, пытаясь понять, где он её обманывает и обманывает ли? В принципе, всё, что он говорил, имело смысл, и, скорее всего, нет ничего удивительного в том, что Коалиция работает с некоторыми пиратами. Только вот что-то не позволяло Трикстер расслабиться, слишком уж часто она доверялась незнакомцам.