Измена. Ты мне не нужен

Понимаю одно – мне срочно надо в другую больницу.

В любую другую.

Спускаюсь по лестнице – на лифте ехать не решаюсь, попадаю как раз к двери, ведущей на задний двор клиники. Свобода!

Да, только вот, как мне уехать?

Моя машина припаркована у центрального входа. Мне придётся пройти туда. А если… если меня там уже ждут? Если меня сейчас поймают, вернут в эту палату, насильно поставят капельницу с препаратом? И ведь я не смогу потом ничего доказать! И даже если я буду сопротивляться…

У семьи Рокотовых достаточно влияния, чтобы засадить меня в психушку.

Это, конечно, полный треш, но я вынуждена думать об этом тоже. Потому что… Потому что сейчас мне надо думать обо всем! Мне надо спасти моего ребёнка, чтобы спасти его я должна действовать решительно и быстро.

Осторожно выглядываю из-за угла – и правильно делаю.

Прямо около моей машины стоит Максим. Он с кем-то говорит по телефону. Разговор явно весьма эмоциональный, потому что я вижу, как мой муж жестикулирует.

Так. Мне туда точно нельзя.

Вызвать такси? По ходу это единственное правильное решение.

Мне нужно выйти за территорию клиники, и снова мне везет, потому что недалеко от меня калитка и она открыта. Направляюсь туда, оказываюсь за периметром. Часть дела сделана. Выдыхаю. Прохожу еще метров двадцать.

Телефон в моей руке резко звонит, я пугаюсь, роняю его на асфальт, вскрикиваю, и сама чуть не падаю.

С трудом наклоняюсь, и вижу, как чужая, большая крепкая ладонь ложится на мой гаджет.

Глава 9

- Девушка, вам плохо?

Поднимаю голову, перед глазами всё плывет. Вижу молодого мужчину, он поднимает мой телефон, протягивает мне.

- Вы в порядке?

- Да… то есть… - меня шатает, я хватаю его за руку, стараясь удержать равновесие. – Голова закружилась.

- У вас… кровь…

- Я…я…

- Тут рядом клиника, я могу вас проводить.

- Нет, - отвечаю так резко и громко, чем кажется, немного пугаю незнакомца, но мне плевать. - Только не туда, пожалуйста…

- Вам нужно в больницу. – мужчина не спрашивает, констатирует факт. Да я и сама знаю, что нужно! Я ведь и собираюсь!

- Да. Я хотела вызвать такси, мне… нужно быстрее.

- Я могу вас отвезти.

Смотрю на него, хлопаю глазами, соображая, стоит ли соглашаться. Он выглядит прилично, даже более чем. Симпатичный, высокий, на нем костюм, явно не их дешевых, хорошо начищенные туфли.

- Спасибо, но…

- Не бойтесь, я просто хочу помочь.

Он не кажется навязчивым. Вроде обычный молодой мужчина, который увидел на улице девушку в беде и пытается поступать как нормальный человек – не проходит мимо. Но в свете последних событий со мной произошедших я на все смотрю через призму недоверия.

- Извините, но я вас не знаю.

Он усмехается.

- Давайте познакомимся. Меня зовут Олег, я юрист, работаю здесь рядом, сейчас у меня обеденный перерыв, я свободен.

- Я… не могу лишать вас обеда. Спасибо вам.

- Послушайте, я правда могу помочь, мне не сложно. Вы явно не в порядке, у вас кровь и зрачки расширены, голова кружится. Вдруг вам станет плохо в такси? Куда вас отвезти? Вам нужен врач.

- Да, нужен. Но…

- Тут не очень далеко есть хороший медцентр, платный, но приличный, у меня там работает сестра.

- Гинеколог? – не знаю, почему я спрашиваю. Наверное, срабатывает какой-то инстинкт. Почему этот симпатичный Олег оказался в нужное время в нужном месте? И сразу говорит о какой-то клинике? В голове проносятся теории шпионского заговора. Кажется, все хотят убить моего ребёнка, а я должна сохранить ему жизнь.

- Нет, Ольга невролог, но… женское отделение там тоже есть. Поедемте?

Он улыбается. Юрист Олег. У него обаятельная улыбка, ямочка на подбородке, светлые, цвета пшеницы волосы. Когда-то мне нравились парни такого типа. Может ли он быть в сговоре с кем-то, кто пытается избавить меня от беременности? Или…

Телефон в моей ладони снова вибрирует, знакомая, любимая мелодия звучит слишком резко. Это Максим. Почему он звонит? Он только что стоял у машины. Может успел подняться и увидел, что меня нет в палате? Вдруг он поймёт, что я сбежала и будет меня искать?

Времени на раздумья не так много. И незнакомый Олег сейчас меньшее из зол, поэтому я киваю ему. Он жестом приглашает пойти за ним, его машина стоит рядом. Большой серебристо-серый внедорожник. С белым кожаным салоном.

Чёрт. А у меня кровь.

- Я… я постараюсь не испачкать…

- Перестаньте, это мелочи, главное, чтобы с вами всё было в порядке. Если переживаете, то там, сзади есть плед, я вам передам.

- Спасибо.

Он подает мне тонкое флисовое одеяло, таким укрывают детей. Но детского кресла в машине нет. Почему-то задумываюсь, есть ли у этого Олега дети? А жена? Почему он с такой готовностью бросился помогать незнакомой девушке? Девушке, которая выглядит весьма сомнительно…

- Как вы? Еще немного продержитесь? Вы совсем бледная.

- Я должна…

- Я могу позвонить сестре, чтобы она нашла вам доктора. Или, хотите, позвоните сами?

- Да, хорошо, только… поедемте быстрее?

- Конечно.

Он выезжает с парковки, попутно набирая номер на телефоне. А я сквозь боковое стекло вижу, как из калитки, из которой только что вышла я, выбегает мой муж.

Глава 10

Я опять в кабинете УЗИ. Доктор – молодая женщина с приветливым лицом водит датчиком по моему животу, а я замираю, чувствуя нарастающий шум в ушах.

Сейчас она скажет, что моего ребёнка больше нет, сейчас она скажет, скажет…

- Так, всё у вас хорошо, малыш на месте.

Слышу эти слова и неожиданно даже для себя начинаю реветь, просто реветь белугой, закрывая лицо руками.

- Тише, тише… что вы? Вам так нельзя волноваться, мамочка.

- Господи, спасибо! Спасибо вам! Спасибо!

- Всё, всё… успокаивайтесь, водички вам принести? – это говорит Ольга, сестра того самого Олега, моего спасителя.

Он позвонил ей из машины, сразу как мы отъехали от «Рокот-мед». Дал мне трубку, чтобы я сама всё объяснила. Я еле смогла говорить, сердце колотилось как сумасшедшее, перед глазами стоял Максим, выскочивший из-за забора и зовущий меня. К счастью, он меня не заметил, а вот я…

Я видела его лицо, испуганное, или раздосадованное. Значит, он уже понял, что я сбежала. Но вот знает ли он, что случилось с моим ребёнком? Вернее, что хотели с ним сотворить в его шикарной, элитной, лучшей в столице клинике?

Я почти не слышала вопросов, которые задавала мне сестра Олега, сказала только, что беременна, что у меня было кровотечение.

Когда мы подъехали к приёмному покою нас уже ждали. Меня положили на специальную каталку – я не сопротивлялась. Было очень страшно.

Что если сейчас окажется, что Лариса была права? Ребёнка уже нет?

Нет, пожалуйста, господи, пусть он будет!

- Всё, всё… малыш с вами, все хорошо.

- Доктор… а кровь? Почему? Это опасно? – мне кое-как удается прийти в себя, глотаю воду, стараясь восстановить дыхание.

- Это бывает, конечно, хорошо бы вас обследовать, чтобы понять причину, я бы вам рекомендовала остаться у нас, хотя бы на сутки.

- Да, да, - я сразу соглашаюсь, киваю, потому что мне реально страшно, и хочется, чтобы рядом были нормальные врачи. Этим я доверяю, просто потому что они мне сказали, что ребёнок жив и со мной. И они не пытаются его убить.

А еще потому, что я даже не представляю, как сейчас вернуться домой. Как смотреть в глаза Максиму? Что если он снова отправит меня в ту палату?

Вспоминаю капельницу с препаратом, и мне дурно становится, меня мутит. Зажимаю рот рукой, доктор быстро ориентируется в моем состоянии, подает мне пластиковое судно. Потом салфетки, чтобы я могла вытереть руки и рот.

Меня перевозят в палату. Доктор обещает зайти чуть позже. Медсестра приносит чистую больничную одежду – попроще чем в «Рокоте», но вот уж на что точно плевать! Предлагает помочь принять душ, но я и сама могу.

- Смотрите, если вдруг почувствуете себя плохо – там есть кнопка вызова, я сразу приду.

- Спасибо.

Бросаю взгляд на сумку, в которой лежит телефон. После звонка мужа я его отключила. Сейчас думаю, что нужно позвонить Рине. Она ведь была со мной, мы вместе привезли в клинику эту долбаную Барби. Куда потом делась подруга я даже не знаю, но уверена, что она волнуется за меня.

Стою под тёплыми струями, чувствуя, как катятся слезы по щекам. Уговариваю себя успокоиться и не волноваться. Всё хорошо. Я спасла своего малыша. Я буду мамой. Со мной всё будет в порядке.

А Максим…

Пусть растит ребёнка своей любовницы. Пусь будет счастлив. Я готова его отпустить.

Предатели нам не нужны!

Но почему, почему он поступил так? Почему изменил? Чего ему не хватало? Он ведь говорил, что любит! И любил!

Я знаю, что любил! Это ведь нельзя сыграть? Ну, не настолько он прекрасный актёр! Или настолько?

Я уже ничего не понимаю в этой жизни.

От мыслей о муже волнение снова растет, пульс зашкаливает, я чувствую, как начинает тянуть низ живота.

Нет! Только не это!

Заставляю себя прекратить о нём думать. Он этого не стоит.

Лжец и обманщик!

Выхожу из душа и замираю в ступоре…

Глава 11

- Простите, я не вовремя, но я не хотел уехать не попрощавшись, Майя.

- Ничего страшного.

Обнимаю себя руками, понимая, что в больничной одежде выгляжу слишком откровенно. Он на самом деле не очень вовремя. Но он меня спас и поэтому я очень и очень ему благодарна.

- Олег, спасибо вам. Вы… вы меня на самом деле спасли. Меня и моего ребёнка.

- Угрозы нет, всё хорошо?

- Кажется да. Я надеюсь на это.

- Я за вас рад. Имя у вас красивое.

- Спасибо. Мама была балериной, ей посчастливилось учиться у знаменитой Плисецкой. Она ставила ей партию Кармен.

- Ого, ничего себе, здорово. Моя мама страстный балетоман, постоянно покупаю ей билеты в Большой. И в Мариинку она ездит специально.

- Я тоже люблю Мариинку.

Мы стоим друг напротив друга. Я чувствую неловкость, повисшую в воздухе. Я на самом деле очень ему благодарна за то, что он оказался неравнодушным, не прошёл мимо, помог. Если бы не Олег я, возможно, вынуждена была бы вернуться в клинику Максима, а там…

Нет, не хочу думать об этом. Не хочу.

- Вас тут хорошо устроили? Всё в порядке?

- Да, спасибо.

- Здесь в клинике хорошее кафе, может быть хотите что-то перекусить? Я могу купить и принести.

- Нет, спасибо. Есть я пока точно не смогу.

Мне почему-то неловко попросить его уйти. Но очень хочется лечь и просто забыться. Хотя я собиралась звонить Рине.

- А вы сходите в кафе, я ведь, кажется, лишила вас обеда.

- Намек понял, ухожу.

- Нет, я… - ох, как стыдно, я ведь сказала без задней мысли! – Олег, я не хотела вас обидеть, но мне надо лечь, и…

- Да, простите, Майя. Отдыхайте. Всего хорошего.

Он делает шаг ко мне, протягивая руку, я вкладываю свою ладонь в его, он быстро пожимает, смотрит на меня смущаясь, потом разворачивается и выходит, плотно прикрывая дверь палаты.

Мои щеки пылают. Я ведь не выгоняла его? Или… Но мне на самом деле хочется принять горизонтальное положение.

Ковыляю к койке, надеясь, что она будет достаточно удобной, сумка лежит на тумбочке, достаю телефон.

Включаю его, сразу получая шквал пропущенных от Максима, Рины, матери Максима… даже от Ларисы Сергеевны.

Сообщения от мужа читать не хочу, сразу открываю Ринкины. Она сначала спрашивает куда я пропала, потом интересуется, правда ли я беременна, и правда ли, что не беременна. Набираю её, подруга отвечает сразу.

- Боже, Майя, это какой-то треш! Где ты? В клинике все на ушах!

- Ты что, еще там?

- Нет, слава Богу, я уехала, но… ты бы слышала, как там орал твой Макс!

Орал? Интересно. Не поздно ли он спохватился, орать? И на кого орал?

- Слушай, Май, эта Инна, которая… ну, та самая, в общем, он орал, что засудит её за ложь, что он никакого отношения не имеет к её ребёнку.

Что? Неужели? Почему-то эта информация меня совсем не трогает. Мне сейчас не до этого. Я могу думать только о том, что произошло в клинике со мной. И что чуть не произошло с крохотным комочком, который живёт у меня внутри.

- Рин, мне не интересно про Макса и эту его…

- Подожди, подруга, я говорила с ним…

- Рина, - перебиваю, чуть повышая голос, - Я в больнице и мне нужна твоя помощь.

- Погоди, тебя же положили в «Рокот-мед»?

- Я сбежала. Но никто не должен знать куда. Рин, я могу на тебя рассчитывать?

Она молчит. И я с ужасом представляю, что сейчас там рядом с моей подругой может стоять мой муж.

Глава 12

Не знаю почему меня торкает, просто передергивает, я быстро говорю Рине, что не могу сейчас общаться, перезвоню позже. Отключаю связь, и лихорадочно проверяю геолокацию телефона. Вдруг Максим установил за мной слежку? Может такое быть? Или у меня уже паранойя? И как это проверить?

Поковырявшись в настройках, так ничего и не поняв я просто выключаю телефон. Сейчас он для меня – лишнее расстройство. Он мне не нужен.

Да, конечно, хотелось бы, что бы мне привезли вещи, но это не то, без чего я не смогу обойтись. Тут, в клинике одежду мне дали, думаю, если нужно будет переодеться – мне помогут. В конце концов я могу попросить кого-то из персонала сходить в магазин и что-то купить.

Хорошо, что у меня с собой всегда есть наличные. Не знаю откуда у меня эта привычка, наверное, от мамы. У неё была в жизни ситуация, когда любимый мужчина просто взял и вышвырнул на улицу без средств, заблокировал карты. Но мама у меня тогда уже была девочкой не глупой, успела снять и спрятать достаточное количество налички, и счет себе отдельный завела.

У меня тоже есть счёт, о котором Максим не знает. Только я его открыла не для того, чтобы сбежать от мужа, и не потому, что думала о том, что он меня бросит. Эти деньги я хотела потратить ему на подарок.

Закрываю глаза, откидываюсь на подушку. Понимаю, что нервничать мне нельзя, но просто не могу сейчас не думать о муже.

Максим… За что же ты так со мной? Что я такого сделала?

Я ведь не просила тебя в меня влюбляться, завоевывать, влюблять меня в себя.

Если честно, то мы с Максимом вообще не должны были встретиться, мы ведь из разных миров, почти из параллельных вселенных!

Мы с нашим коллективом выступали на одном из мероприятий экономического форума в Питере. Наше руководство объявило нам, какая это офигенная честь, всё-такое. Да мы и сами это прекрасно понимали. Девчонки все взбодрились – как же, это же ярмарка миллиардеров! Кто-то загуглил, что билет на этот форум стоил миллион рублей, или даже больше. А мы, получается, туда попадали бесплатно.

Ну, конечно, нас сразу предупредили, что мы только выступаем, делаем фото, стоим на выставке у какого-то стенда, связанного с танцами, потом молча сидим на пресс-конференции и всё.

Шаг вправо, шаг влево – попытка к бегству. Ах-ах! Ни с кем не общаться, вести себя прилично. Это говорила Сабина Муратовна, наш тренер.

Я, собственно, и не собиралась общаться. Миллионеры и миллиардеры в моей жизни были табу. Получила хорошую прививку от мамы. Её жизнь и карьеру разрушил один известный, богатый человек. Он хотел, а мама не дала. Поэтому её выгнали из Большого театра, и дали понять, что ни в одну приличную труппу в России она не сможет попасть.

Мама всегда повторяла, чтобы я держалась подальше от мажоров, и от золотой молодежи. Я и держалась.

А тут на форуме мне дико захотелось кофе, все девчонки, включая мою Ринку побежали на обед в ресторан, где как раз должны были быть все эти чёртовы миллиардеры. А у меня с собой были протеиновые батончики и яблоки. Нужен был только кофе.

У кофейного аппарата я и встретила Максима. Аппарат не принимал его карту, а у меня с собой были наличные. Я его угостила.

Угостила миллиардера дешевым кофейцом за сто рублей. Ах-ах!

Кстати, Максим мне показался совсем не похожим на богатого парня. Да, пиджак на нём был классный, сидел отлично. А вот на ногах были какие-то потертые джинсы и жуткие дешманские кеды. Да и потом, он был красавчик и милый, очень обаятельный. А я считала, что все миллиардеры – надменные снобы.

Мы мило поболтали, он попросил мой телефон. Я покачала головой и сказала, что это военная тайна.

- Я же должен вернуть вам сто рублей.

- Переведите на благотворительность. Помогите котикам.

- Почему именно котикам? – он очень забавно поднимал одну бровь, и у него появлялась ямочка на щеке.

- Ну, можно не котикам, тиграм, белым медведям.

- Любите животных?

- Всегда мечтала иметь собаку и кота.

- А еще о чем мечтали?

Странно, почему-то захотелось сказать ему правду. Наверное потому, что я думала – мы больше не увидимся.

- О братике или сестрёнке. А потом хотела покататься на яхте и увидеть настоящий вулкан и кита.

- Мечты сбылись?

- Брат у меня есть, младший. А в остальном – нет, нет и нет. Увы.

- Понял. Значит надо над этим поработать. Так что с номером телефона?

- Извините, мне уже пора. Хорошего вечера.

- И вам…

Он пришёл на наше выступление. Стоял, облокотившись о стену и глаз с меня не сводил.

А потом мы сидели в зале на пресс-конференции, а Максим Рокотов был на сцене – оказалось, что это его пресс-конференция. И он позвонил мне прямо со сцены. При всех. Поблагодарил за кофе и пригласил на свидание.

Сабина Муратовна, конечно, была в шоке, да и девчонки. Почти все кроме Рины и Насти, еще одной подружки, мне завидовали. Было неприятно, но в общем, в танцевальном коллективе к этому привыкаешь. Постоянно надо держать удар.

На свидание я не пошла, отказалась. В тот момент я уже знала кто такой Максим Рокотов – Ринка нашла о нем всю доступную информацию и пичкала ею меня всю дорогу до дома. К финалу меня уже тошнило, хотя я признавалась сама себе – Максим очень симпатичный мужчина. Оказалось, что он старше меня на целых десять лет. У кофейного аппарата мне казалось, что он почти мой ровесник, выглядел он молодо.

Рокотов оказался мега настойчивым. Всё-таки уломал на свидание, а потом очень быстро заставил себя полюбить.

Он не был идеальным. Но он был очень милым. Невероятным. Да, взрывным, вспыльчивым, но при этом очень страстным. Эмоциональным и очень умным. С ним всегда было интересно, можно было говорить на любую тему. Он разбирался и в музыке, и в танцах, и в балете даже.

Максим покатал меня на яхте, отвёз на Камчатку, где я увидела вулканы, а потом у берегов Японии мы смотрели на китов.

А еще он меня любил. По крайней мере я так думала. Он… он был очень убедителен.

Смотрю в потолок, стараюсь дышать.

Мне опять хочется реветь, чувствую, как слезы текут, скатываются вниз к ушам.

Господи, это день просто перевернул мой мир.

Можно не надо, а?

Можно я сейчас усну, проснусь и пойму, что это всего лишь сон?

Дверь в палату тихо открывается, медсестра вкатывает тележку.

- Я привезла вам обед. И воду.

- Спасибо.

Неожиданно меня осеняет мысль. Эта клиника ведь тоже платная? Мне нужно будет оплатить лечение, деньги, конечно, у меня есть, но на карте, наличными точно столько не будет. А если я стану платить картой, даже своей, где вероятность, что Максим её не отследит?

Я маниакально боюсь того, что муж меня найдет и заставит избавиться от ребенка.

- Скажите, а… могу я поговорить с доктором насчёт оплаты моего пребывания? И еще… мне нужно позвонить, но… не с моего телефона.

- Ваша палата оплачена. А телефон если хотите можете взять мой.

Она протягивает гаджет, а я слегка туплю. Оплачена, но…

Получается, мой спаситель Олег заплатил за меня? Больше некому. Это, конечно, странно, но в то же время почему-то приятно, что обо мне позаботились. Не бросили на произвол судьбы.

Дрожащими руками беру телефон, набираю номер.

- Мама?

Глава 13

Как же мне хочется сказать – забери меня отсюда! Просто – забери!

Мамочка!

Мама давно живёт в Сочи, открыла там балетную школу, у неё прекрасный муж – Дмитрий. Мама воспитывает его дочь Кристину и моего младшего брата Георгия.

Встречаемся мы в последнее время не так часто, два, три раза в год, но я знаю, что я любимая дочь, что мама меня всегда поддержит, поможет.

Правда, вываливать на неё свои проблемы, конечно, стыдно. Нет, не только потому что она предупреждала меня. А она предупреждала. Правда, познакомившись с Максимом ближе стала говорить, что мне повезло.

- Мне кажется, он настоящий. Я теперь редко ошибаюсь в людях.

Не знаю, как рассказать маме обо всем. Просто не представляю.

Медсестра понимает, что мне неловко при ней говорить и деликатно выходит, прикрывая дверь палаты.

- Мам, мне нужна помощь. Я… я в больнице.

Дальше не выдерживаю, слезы снова текут. Я рассказываю, что пытаюсь сохранить ребёнка, опуская детали. Говорить маме о том, что моего малыша пытались убить в клинике Рокотовых, я не буду. Маме нравится мой супруг, но она терпеть не может мою свекровь, и это взаимно. Если узнает что-то сейчас, боюсь, приедет и разнесёт «Рокот-мед» по кирпичику.

- Мне надо, чтобы кто-то привез мне вещи. Но я не хочу, чтобы Максим знал где я.

- Что случилось, Маюша?

- Он… у него другая женщина. Она беременна. И я. Только… он думает, что у меня… что я…

- Я вылетаю первым рейсом, детка, всё будет хорошо.

Реву, опять реву. Теперь, наверное, от того, что я не одна, что у меня есть мама, которая поможет и поддержит.

Мама – это моя сила. Опора.

Да, у нас бывали непростые моменты, когда она вышла замуж, я не сразу приняла её мужа, ревновала маму к его дочке, для которой она тоже старалась стать родной. Потом я, к счастью, переросла все эти детские глупости. И опять же, сейчас понимаю – помогла мне мама. Она не давила. Не поучала. Не настаивала на том, чтобы я всегда поступала по её указке или даже просто правильно.

«Иногда надо набить свои шишки» - говорила она.

Сестра возвращается в палату, видит моё состояние, головой качает.

- Всё хорошо, я просто… мама ко мне приедет.

- Мама – это замечательно. Вам надо сейчас покушать, уже все остыло, наверное, хотите разогрею?

- Нет, спасибо, я поем и так.

- Если еще что-то нужно – нажимайте кнопку вызова, не стесняйтесь. Да, пообедаете и к вам зайдет доктор.

- Зачем? – почему-то меня пугает эта информация. Возможно, это и не удивительно, принимая во внимание то, что пыталась сделать со мной Лариса.

- Это стандартная процедура. Просто поговорит, расскажет, что вам делать, чтобы не повторялись кровотечения, за чем наблюдать. Ну и всё-таки может надо что-то успокоительное вам назначить.

- Да, хорошо. Спасибо вам.

Девушка выходит. Я принимаюсь за обед. Куриный суп, конечно, остыл, но мне всё равно вкусно. На второе индейка с брокколи, это я тоже люблю.

Думаю о том, что в платных клиниках кормят прилично. Вспоминаю, как в детстве маме приходилось часто лежать со мной в больнице. То сотрясение, то почки застудила, уши болели, потом воспаление легких. Аппендицит. Да уж, ребёнком я была, прямо скажем, проблемным. Мама всегда договаривалась, чтобы ей разрешили лежать со мной. Я вечно отказывалась есть больничную еду, мама уговаривала, придумывала какие-то сказки, интересные истории – лишь бы я ела.

Её все ругали, что я слишком худая. А потом в пубертате я вдруг начала резко поправляться. Ой, сколько было слез! Я же танцевала! Всегда старалась быть лучше всех! А тут меня задвинули на третью линию, чтобы никто не видел… Тогда мама серьёзно занялась моим питанием, повела меня к эндокринологу. Старалась объяснить, что лишний вес – это не столько эстетическая проблема, сколько проблема здоровья. Через год я снова стала стройной, тонкой и звонкой как раньше.

Мама… мне так хочется, чтобы она была рядом. Хочется её обнять.

После обеда я общаюсь с доктором. Она рекомендует всё-таки дать мне успокоительное, я соглашаюсь.

- Мне очень нужно сохранить ребёнка, понимаете?

- Конечно, понимаю. Именно этим мы и занимаемся.

- Доктор, еще… я знаю, что моё пребывание тут оплачено, но… я могу и сама заплатить, деньги у меня есть.

- Вот об этом точно не стоит волноваться. Даже если бы их не было. Всё решаемо. Об этом сейчас думать не стоит. Думайте о малыше. Отдыхайте.

Врач выходит, приходит сестра, делает мне укол, и я довольно быстро проваливаюсь в сон.

Снится мне море. Яхта, на которой мы с Максимом совершили свадебное путешествие по Средиземноморью. Нереальная, кобальтового цвета вода. Много солнца. Счастье, которым я была переполнена.

Его любовь, его ласки. Обжигающие поцелуи, нежность, доводящая до предела. Страсть. Низкий, чувственный шепот, слова, которые он говорил.