Философские системы современной технологизированной медицины

4) Все законы природы строго детерминированы (постулат детерминированности). Постулируется, что все законы природы носят строго детерминированный характер. С этим можно не соглашаться, но отрицание этого постулата приводит к значительным мировоззренческим сложностям;

5) Мир материален (постулат материальности). Материя представляет собой способ реализации законов. Материя и закон – это две взаимосвязанные и взаимопроникающие сущности. Недопустимо утверждать, что существует только материя, а все остальное не более чем ее свойства. В этом случае понятия материи и мира, универсума совпадают. Теряется смысл в самом понятии материи. Постулат материальности выражает признание объективности материи;

6) Мир представляет собой систему систем (постулат системности). Мир в целом есть система. Подсистемы и элементы этой системы также представляют собой системы. В мире нет ничего, кроме взаимодействующих систем. Постулат системности декларирует, что система как единство материи и закона является ячейкой, кирпичиком мироздания. Из понятия системы и совокупности постулатов могут быть выведены основные свойства окружающего мира. Поведение системы (процессы в системе и ее внешние функции) полностью определяется структурой системы и внешними функциями ее элементов;

7) Если в двух системах элементы обладают изоморфными свойствами и структуры этих систем изоморфны, то изоморфны и законы их поведения (постулат изоморфизма). Суть этого постулата в том, что не материальный субстрат систем определяет характер закона. Не важно, из чего состоят элементы систем и сами системы, важно, как, по каким законам функционируют элементы и как они связаны в системе. Этот постулат декларирует независимость закона от материального воплощения.

Постулат изоморфизма является основой применения системных методов в решении мировоззренческих задач. Он связан с понятием закона и постулатом закономерности, но не перекрывается этим постулатом. На постулате изоморфизма основывается утверждение о принципиальной возможности имитационного моделирования любых систем и истинности получаемых результатов;

8) Движение мира есть результат взаимодействия систем (постулат движения). Любые изменения в мире происходят только в результате взаимодействия систем;

9) Не существует мгновенных взаимодействий систем (постулат динамизма). Недопущение мгновенных взаимодействий систем является основой возможности развития мира. Без этого постулата невозможно построить непротиворечивую картину мироздания;

10) Сущность развития мира заключается в постоянном переходе от менее вероятного состояния к более вероятному (постулат развития). Мир развивается не потому, что ему так предначертано, а потому, что таково свойство мира. Мир переходит от менее вероятного состояния к более вероятному. Здесь два очень важных обстоятельства. Во-первых, неясно, почему мир оказался в маловероятном состоянии в начале своего движения, во-вторых, совершенно неясно, как этот мир до сих пор «не успел» добраться до самого вероятного состояния. Ответ прост: каждый шаг к более вероятному состоянию приводит к тому, что более вероятным становится нечто иное;

11) Все законы мира суть выражение эмерджентных свойств систем (постулат эмерджентности). В результате взаимодействия элементов в составе системы возникают новые свойства систем. Это единственно возможный путь возникновения законов природы, которые и являются выражением эмерджентных свойств;

12) Переход от законов одного уровня к законам другого – есть результат системных взаимодействий (постулат редукции). Все переходы от законов одного уровня к законам другого уровня происходят в генологических системах. Законы природы не делятся на физические, химические, биологические и т.д., это не более чем способ их описания. Классификацию законов целесообразно вести по уровням генологических переходов. Не важно, что такая классификация не совпадет с привычной классификацией по разделам наук.

Как известно, философия – это высший «этаж» осмысления накопленного позитивного знания. А возможно ли праксиологическая по своей изначальной природе философская система типа «Цель-средство-результат», скажем в духе Тейяр де Шардена? Насколько оптимальна в философии медицины такая вот система, построенная, кстати, на основе метода диалектико-онтологического конструирования и репрезентирующая никогда не зацикливающейся процесс, порождающий все новые и новые структуры и уровни бытия. Ядром системы является концепт-аттрактор «Цель-средство».

Следует подчеркнуть, обоснование системы нами выполнено на примере медицинской науки и практики. Сущность познавательного процесса в медицине заключается именно в постоянном переходе: во-первых, от менее вероятного состояния к более вероятному; во-вторых, от менее теоретизированного к более теоретизированному. Основными категориями системы являются: во-первых, «цель», «средство», «результат», «последствия»; во-вторых, «субъект», «объект». Понятия, подчиненные каждой категории (цель, средство, результат), делятся на две группы: субъективные; объективные. Способ, метод, прием, алгоритм, правило являются субъектными средствами, так как они относятся к действиям субъекта, характеризуют их содержание, порядок, последовательность. Решение и эффект также являются субъектными результатами, а продукт — объектными результатами.

План, программа, задача, стратегия по смыслу своему «стоят» где-то между «целью» и «средством» (со стороны субъекта). Субкатегория «последствия» по своему реальному содержанию является как бы результатом «результата». Ученые, стремясь к получению непосредственных «результатов» — эффекта и продукта, не всегда думают о «последствиях» своей деятельности. В этом отношении, предыдущие этические системы не всегда учитывали далекую перспективу, тогда как нынешняя этика придает ей решающее значение. Дело в том, что сейчас речь идет о выживании человечества.

Как известно, философия является основой мировоззрения. Она управляет «производством целей» деятельности, помогая человеку осознать и обосновывать «цель» и, тем самым давая человеку общую ориентацию в мире, помогая найти ему свое место в нем. Для этого важно проследить диалектику «цели» и «средства». С точки зрения нашей системы мы рассматриваем здравоохранение в наиболее общем виде как сложную общественную динамическую функциональную систему, которую человеческое общество на каждом этапе своего развития и в полном соответствии с достигнутым уровнем этого развития создает и использует для осуществления большого комплекса мероприятий, направленных на охрану и постоянное улучшение здоровья каждого человека и общества в целом.

Настоящая работа предлагает конструктивную основу решения познавательных процессов в медицине. Итак, медицина – это система, состоящая из соответствующих подсистем и элементов. Если для некоторой подсистемы медицины существенные условия «окружения» (общество, политика, окружающая среда и пр.) Система способна к адаптации, если выполняется хотя бы одно из условий «окружения»: меняются функции и структура подсистем; меняется функции и структура элементов подсистем. В этом случае, в пределах адаптационных возможностей, происходят эволюционные изменения, направленные на уменьшение ошибки согласования, а, следовательно, на увеличение эффективности системы. А если адаптационные возможности падают, то на первый план выходит альтернативная система. В нашем случае здравоохранение рыночного толка.

Человечество переживает эпоху перехода от производства отдельных изделий и услуг к производству систем. Именно поэтому роль общей теории систем сегодня трудно переоценить. Незавершенность построения общей теории систем, ее логики и методологии, слабость формализации и отсутствие инструментальных средств, являются серьезным препятствием не только на пути развития частных наук и решения назревшей проблемы их синтеза, но и в решении задач ускорения развития общественного производства и общественного устройства.

Мир как универсум представляет собой систему систем. Мир в целом – это система. Каждый элемент этой системы также представляет собой систему. Система характеризуется входными потоками вещества, поля, информации, оператором преобразования и выходными потоками. Выходные потоки систем, направленные на другие системы, - это функции системы, они являются выражением общих свойств системы, ее имманентной сущности.

Существует два типа взаимодействия систем. Функциональное взаимодействие проявляется в том, что выходные потоки одних систем являются входными потоками других. Структурное взаимодействие между системами осуществляется через общие элементы систем. Каждый элемент может одновременно входить в некоторое множество систем. В силу взаимодействия с элементами в пределах одной системы данный элемент изменяет свое состояние и поведение. Это изменение через взаимодействия с элементами, входящими в другие системы, воздействует на эти системы. Поскольку элементы могут одновременно входить в различные системы, число различных систем может значительно превышать число входящих в них элементов.

Традиционно, по аналогии со сложившейся классификацией, принято считать, что элемент может входить в одну и только в одну систему. Из такой посылки неизбежно следует вывод о том, что исследователь волен производить декомпозицию систем различными способами, что система не имманентное свойство мира, а искусственный прием его описания, причем это описание всецело определяется волей исследователя, его подходом. Отсюда основной аргумент в пользу понятия системного подхода в противовес понятию теории систем.

Если признать постулат о структурных взаимодействиях, этот аргумент теряет смысл. Теперь можно говорить о том, что если исследователь и делает выбор, то между реально существующими вариантами расчленения системы на составные части. Если он не совершает ошибки, то любой из этих вариантов отвечает реально существующим подсистемам. Любое изменение в системе может произойти не мгновенно, а только за некоторое отличное от нуля время. Этот временной промежуток, временной лаг играет очень важную роль в картине мироздания. На нем основано понятие причинности. Воздействие одной системы составляет понятие причины, реакции других – являются следствиями.

Причинно-следственные связи являются частным случаем функциональных взаимодействий систем и, естественно, не исчерпывают всех возможных взаимодействий. Их особая роль, особое внимание к этим связям протекают из того, что до сих пор и наука, и философия занимались либо несистемными аспектами, либо простыми системами, допускающими несистемное описание. Если принять изложенные определения и постулаты, то вытекающее из них устройство мира сочетает строгую детерминированность законов функционирования систем и индетерминированность их глобальных взаимодействий, принципиальную неопределенность развития мира.

Развитие мира не определяется текущими или начальным состоянием. Даже в простейших ансамблевых системах, таких как молекулярный газ, определенные инвариантные по интегральным параметрам изменения локальных состояний элементов не приводят к изменениям состояния системы в целом. Наличие систем, в которых внешние функции приобретают стохастический характер, приводят к индетерминизму их внешних проявлений, создают неопределенность их взаимодействия с другими системами.

Сложные системы, характеризующиеся наличием глобальной обратной связи, создают неопределенность функционирования системы в целом даже при детерминированном ее поведении. Проблема соотношения случайного и детерминированного давно находится на острие философской и общенаучной мысли. Значение ее трудно переоценить. Любой закон строго детерминирован. Если некоторые условия соблюдаются абсолютно строго, результаты взаимодействия систем в этих условиях абсолютно строго совпадают.

В мире нет места для произвола, «бог в кости не играет», как сказал А.Эйнштейн. Случайность – это средство упрощенного описания мира и его подсистем. Понятие случайности продуктивно при описании сложных систем в условиях неполной информации. Может возникнуть сомнение: не приведет ли постулат детерминированности к строгой предопределенности развития мира, к фатальной неизбежности происходящего? Устойчивость является специфическим свойством больших систем. Если же число элементов в системе недостаточно велико, внешние свойства системы будут меняться непредсказуемо. Внешние проявления такой системы выглядят случайными и подчиняются законам случайных явлений.

Совокупность изложенных постулатов позволяет вывести и пояснить принцип Г.Гегеля: «Все действительное разумно, все разумное действительно». В соответствии с принятыми определениями и постулатами, на современном языке науки этот принцип следует изложить так: «Все существующее наиболее эффективно, все наиболее эффективное существует». Эффективность в теории систем – это количественный показатель, характеризующий степень достижения системой, стоящей перед ней цели.

Целью существования естественной системы является само существование. Любая система, не направленная на существование, не может выдержать соревнования с максимально приспособленными. Существует только то, что имеет максимальную вероятность существования в данных сложившихся условиях. Поэтому существенными являются те свойства элементов, которые обеспечивают существование системы.

Вероятность существования – универсальный объективный критерий, не зависящий от позиции исследователя. Для любой системы существенно то и только то, что влияет на вероятность ее существования. Если для некоторой системы существенные условия окружающей среды меняются медленно, то система предельно эффективна и идеально приспособлена к этой среде. Законы поведения такой системы приобретают видимость вечных, абсолютных законов.

Если изменения происходят со скоростью, доступной для восприятия человечеством, то можно заметить изменения свойств системы. Поскольку преобразования входов системы в ее выходы происходят не мгновенно, тем более не мгновенно происходит адаптация системы к своему окружению или замена одних систем другими. Возникает некоторое несовпадение, «ошибка». Она является источником всякого движения, всякого развития.

Система способна к адаптации, если выполняется хотя бы одно из условий: под воздействием окружения меняются функции элемента, меняется структура системы, меняется сама окружающая среда под воздействием системы. В этом случае, в пределах адаптационных возможностей, происходят эволюционные изменения, направленные на уменьшение ошибки согласования, на увеличение ее эффективности. Адаптационные возможности системы определяются возможностями структуры, функций элементов и возможностями изменения окружающей среды. По мере исчерпания адаптационных возможностей и уменьшения ошибки рассогласования скорость адаптации падает. Даже если эта скорость не упадет до нуля, возможна такая ситуация, когда более эффективной становится некоторая другая система.

Происходит то, что увидели диалектики, но не смогли всеобъемлюще объяснить, происходит скачок, резкая смена состояний макросистемы. Любые скачки, революционные изменения в природе и обществе определяются именно этими двумя причинами: соревнованием систем по эффективности и адаптационными возможностями систем. Если в действительности наблюдается некоторый механизм поведения системы, то для его понимания достаточно ответить на вопрос, почему именно он в данной ситуации является наиболее эффективным. Если наблюдается динамическая ошибка поведения, можно сказать в каком направлении будет изменяться система. Анализ динамики и эффективности конкурирующих систем позволяет предсказать (если необходимо – вычислить) предстоящие революционные изменения. Наблюдаемые изменения системы позволяют, в свою очередь, определить динамическую ошибку.

Все временные задержки, лаги взаимодействий приводят к тому, что состояние системы и ее окружения не вполне совпадают в данный момент. Окружению соответствует не текущее состояние системы, а некоторое будущее, которое отстоит от текущего на лаг взаимодействия. Поскольку окружение тоже система, его состояние также инерционно, также соответствует некоторому будущему состоянию, находится в становлении, в развитии. Сложная совокупность временных лагов в великом множестве систем мира приводит к динамизму мира, его непрестанному изменению, развитию.

Постулирование невозможности мгновенных реакций, мгновенных преобразований входов в выходы имеет первостепенное значение. Без этого постулата в картине мира невозможно свести концы с концами. На нем базируется понятие развития мира, та картина развития, которая отражена в принципе Г.Гегеля: «Все действительное – разумно, все разумное – действительно». На языке современной науки этот принцип звучит так: «Все существующее – наиболее вероятно, все наиболее вероятное – обязательно существует». Вот здесь и проявляется роль задержки, временного лага. Он всюду. Он в каждой системе, в каждом явлении. Не будь его, мир застыл бы в единственном наиболее вероятном состоянии, замер, прекратил существование.

В результате задержки, воздействие на систему окружающей среды (всей совокупности внешних систем, взаимодействующих с данной) приводит к тому, что система начинает изменять свое состояние (двигаться к некоторому состоянию, отвечающему состоянию окружающей среды). Реакция системы, в свою очередь, изменяет состояние среды, но это тоже происходит с некоторой задержкой.

Состояние системы в любой момент времени отвечает не текущим, а прошлым воздействиям среды. Эти рассуждения справедливы для любой отдельно взятой системы, в том числе, для мира в целом. Мир постоянно переходит от менее вероятного к более вероятному состоянию, но более вероятным с каждым таким шагом становится нечто другое. Это основополагающий принцип всякого движения, всякого развития. Проблема жизни, понимание сущности жизни – одна из сложнейших и важнейших философских проблем. Сложность этой проблемы в том, что мы имеем дело со специфической, земной формой жизни, но задача существенно шире: определить свойства таких систем, которые могут быть признаны живыми независимо от окружения, в любом мыслимом мироздании.

Следует перечислить набор свойств, которые присущи всем системам, относительно которых можно утверждать, что они живые не по опыту, не в результате эмпирико-тезаурусного представления, а на основе функциональных свойств. Живые системы обязательно адаптивны. Они способны изменять свои функции в зависимости от состояния окружающей среды. Живые системы гомеостатичны. При изменении свойств окружающей среды они адаптивно изменяются в направлении максимальной эффективности, совпадающей для гомеостатических систем с состоянием максимальной устойчивости. Они постоянно движутся от одного наиболее устойчивого состояния к другому с изменением состояния окружающей среды.

Живые системы способны к опережающей реакции на изменения окружающей среды за счет использования потоков информации из окружающей среды. Такое опережающее поведение увеличивает эффективность живых систем. Живые системы обладают механизмами борьбы с деструктивными энтропийными процессами. Преобладающим механизмом такого рода в земных условиях является механизм рождения и смерти, механизм смены поколений. Это наиболее эффективный механизм, обеспечивающий эффективность системы, максимум вероятности ее существования, достижения потенциального бессмертия. Последовательная смена поколений есть форма существования живой системы.

Существует живая система в форме генетически сменяемого потока, отдельные экземпляры, индивидуумы только ее элементы. Это особый класс систем – эволюционные системы. Связи в эволюционных системах ориентированы, направлены от прошлого к будущему. Структура системы выражается в виде ориентированного графа без контуров и петель. Элементы связаны потоками информационных ресурсов. Не только живые системы относятся к классу эволюционных систем, к нему можно отнести, например, технологические системы, системы научной документации и т.д.

Г.Гегель (1770-1831) считает эволюционные системы стержнем всей системной организации мира. Эволюционную систему он называет сущностью, идеей, а элемент такой системы, индивидуум – явлением. Движение мира по Г.Гегелю есть развертывание сущности в явлениях. Действительно в определенном смысле существует вид, а не индивидуум. Если свойства индивидуума не обеспечивают максимальной вероятности существования вида (не индивидуума!), вид не является «разумным», он рано или поздно неминуемо погибнет. И все же, наличие механизма рождения и смерти не следует считать обязательным атрибутом живых систем, в принципе возможны другие механизмы борьбы с деструкцией, механизмы обеспечения малых вариаций свойств, которые в других условиях окажутся наиболее эффективными.

Следует подумать и о том, можно ли считать неограниченную экспансию живого субстанциональным, определяющим свойством. Это один из механизмов выживания, обеспечения максимальной эффективности. Живое в земных условиях существует в среде ограниченных ресурсов. Основным ограничивающим ресурсом является негэнтропия. Любые революционные изменения в природе и обществе определяются именно этими двумя причинами: соревнованием систем по эффективности; соревнованием системы по интервалу своих адаптационных возможностей. Из трех категорий «цель – средство – результат» наибольший интерес представляет категория «средства» – те самые условие возможности достижения результата.

Может произойти так, что медицина и здравоохранение выйдут на уровень, когда достижение «цели» произойдет за счет: во-первых, «упрощения» подходов; во-вторых, «упрощения» принципов. К примеру, игнорирование основных этико-деонтологических кодексов; нарушение моральных принципов; попустительство запрещенных методов и технологий и пр. В этом случае медицина и здравоохранение потеряют свой гуманизм, станут опасными, антигуманными.

Подобная ситуация означает кризис медицины и здравоохранительной политики, а причиной этому может быть влияние двух сильнейших факторов: во-первых, технологического прорыва (ТП); во-вторых, экономического провала (ЭП). В этой ситуации «средства» медицины и здравоохранения ослабнут, а «цели» останутся не достигнутыми. К примеру, медпомощь окажется малодоступной, некачественной, а сама медицина слишком технологичной, чрезмерно коммерционализированной, здравоохранение станет бездушной, несостоятельной.

Следовательно, нужно будет сменить правила, то есть здравоохранительную политику. В первую очередь, это касается того, что если цели перестают достигаться выбранными средствами, нужно менять средства. Смена правил вполне прогнозируем: во-первых, то ли нужно увеличить средства для достижения цели; во-вторых, то ли нужно пересмотреть саму цель, уменьшив ее уровень, так, чтобы имеющейся средства хватили на реализацию невысокой цели. Если после увеличения «средств» начали достигаться «цели» без усилий, то возникает необходимость сменить «цели» на более высокоуровневые. Итак, выбор «средств» должен быть таким, чтобы он обеспечивал именно такое движение на дальнейшее развитие здравоохранительного сегмента (К примеру: медицинский туризм, внедрение «запретных» методов и пр.).

Логичным выглядит разделение на глобальную и тактическую «цель», и формулировка, что «средства» достижения тактических «целей» не должны создавать препятствий для глобальной, а должны ей помогать. Проблема в том, что глобальная «цель» совсем не очевидна. Проблема в том, что несоответствие «целей» и «средств» не всегда очевидно даже глядя со стороны. Даже когда медицина и здравоохранение впадает в кризис медицинское сообщество, государство и общество в целом продолжает обманываться.

Такое происходит у нас в стране, начиная с даты провозглашения своей независимости. Со стратегической точки зрения у здравоохранительной системы страны всегда были три выбора: во-первых, деградировать и, объявив свою несостоятельность признать необходимость внешнего корпоративного управления; во-вторых, не имея возможность увеличить «средства» на медицину и здравоохранение, топтаться по кругу, выбирая «цели» одного уровня исходя из объема внешнего инвестирования; в-третьих, расти и переходить к «целям» более высокого уровня, как в соседних странах.

Жизнь показывает, что наша страна зациклилась на втором варианте. Получая значительные зарубежные гранты на проекты реформирования медицины и здравоохранения, «цель», к сожалению, не достигается. Возникает законный вопрос, а правильно ли определена «цель»? Не получилось ли то, что достаточно проработав над «средствами», увлеклись и забросили саму «цель»? Между тем, достижение «цели» принесёт обществу намного больше пользы, чем наращивание «средств». «Цели» бывают позитивные и негативные. Позитивная абсолютная «цель» на уровне ВОЗ – перевести все здравоохранительные сегменты стран мира в режим развития. Отсюда задача любой страны и общества в целом правильно ставить «цели», правильно определять «средства» и критерии их эффективности. А как быть с «результатом»?