Эрфит 2: Реванш

— Говорю же — проспорила, — пожала плечами я.

— А поспорим, что она через неделю уже домой вернется? — вмешалась Мэри.

— Думаю, что раньше, — иронично заметила мама.

Она явно считала, что я еще не гожусь на то, чтобы жить с парнем в одной квартире. И, если честно, мысли о бытовухе и меня напрягали. Как делить пространство? Как договариваться? Как не разрушить отношения из‑за бытовых мелочей? Но выбора у меня особо не было.

— Хорошо, что хоть ты дома будешь, — мама приобняла Мэри за плечи. На удивление легко она меня отпустила.

— Эмм… — промямлила девушка, взглядом моля меня о помощи.

— А ты разве не собиралась на пару недель за, этой, — я защелкала пальцами в поиске подходящего слова.

— Картошкой, — закончил за меня Ваня. Я чуть не стукнула его за это, совершенно не понимая, что придумать дальше. Мэри лишь округлила глаза. Она и не двигалась, словно боялась потерять контроль.

— Хм, теперь и школьников отправляют? — неожиданно поинтересовалась мама.

— Только старшие классы, — поддержал Ваня. По-моему, только он и понял о чем идет речь. Либо попросту импровизировал.

— А мы капусту собирали, — улыбнулась мама.

В этот момент я вспомнила ее истории о том, как в студенчестве они с однокурсниками на месяц отправлялись за город — помогать с уборкой капусты. Жили в старом деревянном домике на краю поля, готовили на общей кухне, пели у костра по вечерам.

— О, а расскажите подробней, — попросил Ваня, выводя маму из комнаты. Она же, обрадованная новому слушателю, покорно направилась с ним на кухню, повествуя о своих студенческих приключениях. Только тогда Мэри расслабленно выдохнула, спровоцировав при этом дребезжание всего, что находилось под пленкой. Хорошо, все-таки, что мы решили уйти на какое-то время из дому. Тем самым обезопасили не только членов нашей семьи, но и весь дом, если на то пошло. Мало ли, что еще мог натворить новоиспеченный эрфит? А Ванькину квартиру уже и не особо-то и жалко — я там уже почти все сломала. Да и его особенность — отвлечь в нужный момент, была очень даже кстати.

Глава 5

Ване удалось так заболтать маму, что она и не думала проверять информацию у классного руководителя. Так, удивилась только тому, что уже одиннадцатиклассников отправляют на подобные мероприятия. Теперь оставалось только вовремя брать трубку, когда она будет звонить, чтобы не вызвать излишнее беспокойство. И школе сообщить об уважительной причине пропусков в виде больничного. А. вот, что же делать дальше, нам только предстояло придумать.

По пути мы заехали в кафе и взяли еду на вынос. Готовить сегодня никто не хотел. В доме у Вани посуда явно обновилась: на кухне красовались алюминиевые кружки, миски и тарелки. Походные — некоторые с вмятинами и царапинами. Ваня с гордостью продемонстрировал одну кружку:

— Видали? Она со мной на Байкале отдыхала! А эти две на работе позаимствовал.

— Зато не разобьётся, — добавила Мэри, осмотрев одну из тарелок.

— Вот именно! — он хлопнул ладонью по столу. — Практично и надёжно.

— А вместо электричества будем свечи использовать, да? — иронично предположила я.

— Боюсь, данная квартира двойного наэрфичивания не выдержит. Так что — постарайтесь без этого всего, — сказал Ваня, доставая еду из пакета. — А если вдруг прижмет, идите к развалинам.

— Может, нам куда-нибудь в лес на недельку рвануть? — предложила я.

— М-м-м, — простонала Мэри, засунув в рот запечённый ролл.

— Руки помыла? — возмутилась я. Ваня замер на месте, уже начав облизывать палец.

— Тебе вилку, палочки, или ты пользуешься телекинезом, когда ешь? — поинтересовался он у меня, потянувшись за еще одним роллом. Плюхнувшись на стул недалеко от сестры, я силой мысли отодвинула еду от парня. Закатив глаза, он взял в руки палочки.

— Божечки, — поежилась Мэри. — В такие моменты твои глаза меня пугают.

— А мне нравится, — влюбленно засиял парень, послав мне воздушный поцелуй.

— Бе-е, сейчас стошнит, — фыркнула Мэри, глядя на Ваню, потом резко посмотрела на меня. – Мои глаза тоже краснеют?

— Нет, — ответил он. — Для этого нужно развиваться.

— А ты у нас эксперт в этом? — раздраженно спросила девушка. — И почему они краснеют? Не ты, я у Ани спросила.

Пришлось поведать ей и эту часть истории. Весь ужин мы отвечали на её вопросы. Она слушала внимательно, запоминала, уточняла. Жаль, что в своё время у меня не было таких знающих людей. Это бы значительно облегчило мне жизнь.

Мэри пошла в душ первой. Ваня мыл посуду — его движения были спокойными, уверенными. Я наблюдала за ним и невольно представляла, какой могла бы стать наша жизнь вместе. Совместный быт: уборка, готовка, походы в магазины. Но чем ярче рисовались эти сцены, тем сильнее я чувствовала себя не на своём месте. Кажется, я не гожусь для этого. Видимо, не повезло Ване с девушкой.

Подойдя ближе, я провела рукой по его спине и обняла. Ваня выключил кран, обернулся и ответил на объятие.

— Вот именно из-за таких моментов я еще больше хочу жить вместе, — шепнул он, посмотрев мне в глаза.

— Ты во мне разочаруешься — из меня та еще хозяюшка.

Ваня усмехнулся, и в его улыбке не было ни капли осуждения.

— Знаешь, — он провёл большим пальцем по моей щеке, — я тоже не идеал. У меня носки вечно в разных углах комнаты, а сковородки иногда пригорают так, что их проще выкинуть. И это я только два пункта озвучил.

— А еще ты голышом частенько ходишь.

— Откуда ты знаешь?

— Сам мне рассказывал — когда я в коме была.

— Да, — усмехнулся он, почесав затылок. — Мне тогда интересно было узнать: сможет ли призрак снять свою одежду.

— Теперь я не призрак.

Улыбка, заигравшая на его лице, ясно говорила: он понял мой намёк. В глазах уже вспыхнули озорные огоньки, обещающие что‑то волнующее. Ветровка слетела с плеч одним резким движением. Ванька ловко подхватил меня и, придерживая за бёдра, усадил на подоконник, бесцеремонно разведя мои ноги.

Где-то за заднем плане слышались странные звуки. Но это было не важно. Весь мир сузился до его рук, уверенно скользящих по моей спине, до губ, жадно целующих меня, до нашего дыхания, которое становилось всё чаще.

Когда я запустила пальцы в его лохматую шевелюру, чуть запрокинув голову и позволяя целовать свою ключицу, в комнату ворвалась Мэри.

— Землетрясение! — крикнула она.

Ваня резко отстранился. Мэри, обмотанная полотенцем, смешно щурилась и пыталась освободить глаза от пены — та с волос попала ей на лицо и щипала. Я спрыгнула с подоконника и поправила одежду стараясь выглядеть как можно более непринуждённо.

— Прекратилось? — поинтересовалась она, приоткрыв один глаз.

Ваня задумчиво почесал затылок, осматривая кухню. Тостер и чайник дымились, а из свернутого крана плескалась вода.

Обреченно выдохнув, молодой человек полез под раковину, проделал там что-то — вода исчезла.

— Там, кстати, в ванной, тоже… — замялась Мэри.

Ваня угрюмо направился туда, сестра поплелась следом, плотнее кутаясь в полотенце, а я закрыла лицо руками, браня себя за несдержанность.

— Да все нормально! — крикнул Иван моей сестре, возвращаясь на кухню.

— Боится, что это повторится?

— Душ сломался, — ответил он, взявшись за одну из дверок. — Придется киснуть в ванной.

Заглянув в шкаф, он тут же его закрыл и усмехнулся чему-то, после чего открыл следующий.

— К счастью видимо, — прокомментировал он. — Зато, эти не разбились.

— Ну вот, — выдавила я, посмотрев на уцелевшую алюминиевую посуду. – Не получается у меня это контролировать. Когда ты меня целуешь, я теряю голову.

Ваня молча развернулся и обнял меня.

— Я тоже тебя люблю, — прошептал он возле уха.

— И как же мы будем? Ну, ты понял.

— Все с тобой не просто, — игриво произнес он. — Но, раз уж ты все уже разбила…

Продолжать он не стал, лишь посмотрел на меня. Именно тем взглядом, от которого у меня ноги подкашивались. Что-то в радиусе метра снова задрожало противно потрескивая.

— Постарайся это контролировать, — попросил он, перед тем, как поцеловать меня. Я старалась сосредоточиться, но от этого совсем не была в восторге. Поскольку приходилось почти полностью абстрагироваться от парня. А это было крайне тяжело сделать.

— Меня здесь нет, — тихо произнесла Мэри, прокрадываясь к холодильнику. — Я только возьму кое-что.

Ваня поднял голову вверх, тяжело вздохнув. Девушка, достав из холодильника лимонад, пыталась закрыть сломанную дверку, но лишь без толку хлопала ею.

— Смотри: вот так приподнимаешь и все, — отвлекся Ваня, закрыв холодильник. — Я в душ, точнее, в ванную.

Мэри, явно сделав для себя определенные выводы, отправилась в комнату, параллельно поднеся телефон к уху. Я лишь устало потерла переносицу, уже в который раз пожалев о том, что я эрфит.

— Маш, я болею! — простонала сестра, вернувшись за кружкой. — И ноут у меня сломался. Я тебе могу фотографию отправить. Закончишь? А, по-моему, голубые деревья смотрятся круто. Не, точно не сиреневые.

Услышав эти слова, я поплелась следом. На диване лежал альбомный лист с изображением необычной голубой поляны, на которой я оказалась сразу после аварии. Я уже видела этот рисунок на стене, но забыла об этом.

— Что это? — спросила я, взяв в руки изображение.

— А, это наш с Машкой проект.

— Ты тоже там была? — поинтересовалась я. Мой голос слегка дрогнул.

— Где? — не поняла Мэри, вырвав у меня лист. — Мы это выдумали для урока…

— Но я была там, — перебила я ее. — Как ты узнала об этом месте?

— Еще раз повторяю: я его выдумала. Нарисовала первое, что в голову пришло. Ты… — нахмурилась она. — В картинки можешь, ну, нырять что ли?

— Чего? — не поняла я, после чего рассказала ей о том, что со мной произошло тогда.

— Может, ты эскиз увидела, а потом воображение сработало. Еще и меня туда приписала, — поежилась девушка.

— Да это может быть все, что угодно, — произнес Ваня, подойдя ко мне сзади и обвив руки вокруг моей талии. — Давайте остаток вечера без всей этой сверхъестественной темы проведем. Можем комедию посмотреть.

— О, я только за, — оживилась Мэри, подготавливая место.

Свет погас, я уютно расположилась на Ванькиной груди. Его дыхание было размеренным, успокаивающим, плечи временами тряслись от смеха, а рука без перерыва гладила мою. Удивительно, что после очередного разгрома с моей стороны, он все равно принимал меня такую, какая я есть. Возможно, Ванька просто обречен на то, чтобы любить меня не смотря ни на что. Казалось бы, надо радоваться, но мне от этой мысли становилось не по себе.

Ночью меня разбудило странное чувство: будто кто‑то зовёт меня шёпотом, но слова растворяются в воздухе, не достигая сознания. Я села, потерла глаза и оглянулась — ничего необычного. Только мои соседи куда-то запропастились. Затем я услышала шепот, доносящийся из кухни. Наверняка Мэри ночью полезла в холодильник, после чего не смогла его нормально закрыть.

Зевая, я побрела туда, но мгновенно проснулась, когда я застала их целующимися.

Глава 6

Я протерла глаза, проморгалась. Но видение не исчезло: моя сестра, обвив руками шею парня, прижалась к нему всем телом, словно пытаясь раствориться в этом мгновении. Он же, положив ладони ей на плечи, слегка сгорбился, подстраиваясь под её рост, чтобы им было удобнее целоваться.

В груди что‑то сжалось. Я застыла на месте, не в силах пошевелиться или издать хоть звук.

— Я все объясню, — торопливо произнес Ваня, резко отодвинув Мэри от себя.

Она же, заметив меня, быстро прошмыгнула мимо. Почти сразу послышался стук входной двери.

— Ань, — тихо сказал Ваня, вытянув руки вперед и сделав осторожный шаг в мою сторону. — Это не то, что ты думаешь.

— Не подходи, — попросила я слишком резко. Руки тряслись, а голос чуть не сорвался. Их силуэт до сих пор стоял перед глазами. Картина на стене задрожала.

— Да, давай, разрушь здесь все, только выслушай меня.

— Мне нужно подышать — не ходи за мной.

— Даже не думай, что я отпущу тебя сейчас.

Меня это еще больше разозлило. Из ванной донёсся глухой хлопок, за которым последовал шум текущей воды. Ваня, не обращая на это внимание, уверенно шагнул в мою сторону.

— Пожалуйста, — процедила я сухо и резко, почти по-звериному, поскольку готова была устроить ему ад на земле. — Тебе есть чем заняться.

Развернувшись, я направилась к выходу. К счастью, Ванька услышал меня и не пошел следом.

Выйдя на улицу и вдохнув ночной воздух, я немного пришла в себя. В груди все еще болело, руки дрожали, а в голове появилась знакомая пульсация. Я не улавливала ее с тех пор, как глаза покраснели впервые. Той энергии, что находилась внутри, нужно было дать выход. Самым оптимальным местом для этого были заброшенные здания. Я без труда пробралась на закрытую территорию, сорвала злость на паре стен, оставив в них глубокие трещины, а после нашла и свою сестру. Она плакала, усевшись прямо на землю и подперев частично разрушенную стену спиной. Рядом кружились в воздухе кирпичи.

Сначала я решила, что устрою ей личный апокалипсис, но потом уловила ее чувства и замешкалась. Ей было и неловко, и страшно, и… ещё что‑то. Что‑то, что я не сразу смогла распознать. Может, вина? Или раскаяние?

Когда Мэри поняла, что находится не одна, закрыла лицо руками. По стене пошли трещины, но мне удалось это остановить.

— Рассказывай, — попросила я относительно спокойно для данной ситуации.

— Мне так жаль, — захныкала она. — Не знаю что со мной.

— Ты поцеловала моего парня. Как это понимать?

— Он мне нравится, наверное, — всхлипывая, произнесла она. Если бы мне не приходилось гасить то, что неосознанно творила сестра с предметами вокруг себя, то сама бы все разрушила в этот момент.

— Это у тебя фишка такая — влюбляться в моих парней?

— Здесь все иначе. Я часто ловлю себя на мысли, что хочу поцеловать его. А сегодня не удержалась. Когда его не вижу, то мне хочется этого еще больше. Как сегодня, например, когда я была в душе. Я вдруг… — она прикусила губу, перестав плакать. — Мне захотелось не только поцеловать его. Ну, ты понимаешь…

— Но он мой! Подожди, — меня посетила одна мысль. — Когда была в душе, говоришь?

— Да, а что? — шмыгнула носом девушка.

— А такие моменты у тебя часто возникают, когда я с Ваней наедине?

— Не замечала. Но бывает иногда. И это чувство, словно он в клетке из-за меня — постоянно крутится в голове. Я даже не понимаю, что это значит!

— Кажется, я поняла.

— Правда? — удивилась Мэри, вытирая нос.

— Ты научилась эпатировать. В данном случае, это мои чувства к Ване. Я поначалу тоже путалась.

— Эмпачего?

— Ты решила, что он тебе нравится, потому что он не безразличен мне. Тебе больше всего хотелось его поцеловать, когда он находился на расстоянии, потому что в эти моменты он целовал меня. А сегодня, пока ты была в душе, я захотела, как ты выразилась, большего. А это странное чувство, которое ты не смогла распознать, появляется из-за того, что Ваня может полюбить лишь однажды, из-за… его амулета. И он выбрал меня. Конечно, мне от этого не по себе.

— Так не бывает, — удивилась сестра.

— Только не в нашем случае, — вздохнула я. — Не знаю теперь: злиться на тебя или нет. Пойдем обратно?

— Давай пока тут посидим, — попросила она, обхватив себя руками. Я приземлилась рядом, слегка толкнув ее локтем в качестве поддержки, хоть еще и сердилась

— То есть, он любит только тебя и все на этом? – воскликнула девушка, потом снова захныкала. — Боже, он идеален. Что я несу? Он же выскочка! Ох, ё! Я совсем запуталась!

— Я как-то чуть Катю не поцеловала из-за этого, — улыбнулась я, вспомнив этот момент. — Так неловко потом было.

— А что еще ты умеешь? В смысле, к чему мне готовиться?

— Ну, Ваньку раздражает то, что из-за меня портится проводка. Это как электромагнитный импульс, что ли. Еще я в темноте хорошо вижу.

— Из-за этого тогда твои глаза светились в темноте?

Я молча кивнула головой, вспомнив и этот момент.

— Я не понимала тогда, что происходит. Не знала, как этим управлять и откуда это все взялось. Тебе повезло больше — у тебя есть я.

— Повезло ли? — проворчала она.

— Эй! Я могу тебе помочь.

— Спасибо, — тихо ответила она, словно надеясь, что я не услышу. Давненько у нас не было таких откровенных разговоров. Наши отношения давно превратились в череду колючих шуток, ледяного молчания, а в последнее время — открытой вражды. Когда я вспомнила о причине нашего противостояния, ужаснулась. Даже представить было сложно, что может натворить Мэри, если узнает о том, что она у Игоря не единственная.

— Может, мне домой поехать? — прервала мои рассуждения она.

— Ну да… А теперь представь реакцию мамы, когда ты заявишься домой посреди ночи. Сможешь ли ты сдержать себя и не навредить ей?

— Но здесь так неловко теперь… И, я не уверена, что смогу удержаться, если вдруг снова…

— Мэри! — воскликнула я. — Один раз я еще могу понять, но за последующие будешь отвечать. А меня лучше не злить.

— Это да, — поежилась она, остановив взгляд на моих покрасневших глазах.

— Пошли обратно, мне надо срочно с Ванькой поговорить.

Мэри прикусила губу.

— Давай! — повысила голос я, подгоняя ее.

Нехотя Мэри согласилась. Вернувшись обратно в квартиру, она молча прошла в комнату и легла в кровать, не подняв взгляд с пола.

Ваня ждал меня на кухне. К моему удивлению, он улыбнулся, расслабленно присев на подоконник. Словно ничего не случилось!

— Ревнуешь?

— Ты целовался с моей сестрой.

— Я? Нет! — возразил он почему-то удивлённо. — Меня поцеловали. И я сам был в шоке.

— Да ты особо и не сопротивлялся. Даже наклонился, чтобы удобней было.

— Я немного не ожидал такого просто, — закусил губу он.

Наконец-то, я дождалась, когда он хоть немного покажет, что ему стыдно. Решила использовать его же метод: молча смотреть в глаза, не отрываясь.

— Впервые в жизни так объясняюсь, — нахмурился он. — Даже неловко как-то, хоть я и не виноват.

— Так, пошли, надо серьезно поговорить, — сказала я, направившись в подъезд.

Догнав, он прижал меня к стене.

— Игорь, — сказала я.

Ванькины брови тут же собрались в кучку, образовав глубокую складку на лбу.

— Это ты мне мстишь так?

— Да ты не виноват, — вздохнула я. — Но мне все равно неприятно.

— Прости, — шепнул он, погладив меня по щеке и заглянув в глаза.

— Мэри чувствует то, что чувствую я. Перепутала видимо. У меня поначалу так же было. Так вот, Игорь…

Ваня с треском сжал челюсть.

— Он сейчас самая большая проблема. Представь, что может натворить моя сестра, если узнает о том, какой он на самом деле.

— Представь, что я могу натворить, если увижу его еще раз, — серьезно сказал он, после чего устало вздохнул, закрыв глаза. — Давай решать проблемы по мере их поступления. Не думай о нем, думай обо мне.

Он подался вперед, намереваясь поцеловать, но я не позволила.

— Мэри может это почувствовать.

Ванька все равно продолжил попытку.

— Хочешь, чтобы она тебя еще раз поцеловала?

— А что? Это был интересный опыт, — хмыкнул он.

Входная дверь скрипнула — в подъезд заглянула Мэри.

— Я это, извиниться хотела.

— Подслушивала? — спросил парень, прищурившись.

— Ей и не надо это делать.

На этот раз, Мэри молча улеглась на раскладушку, предоставив нам диван. Ванька прижал меня к себе, как только коснулся подушки. Хотел поцеловать, но я вновь не позволила, боясь, что сестра это уловит. Да и, в принципе, чувствовала себя скованно из-за того, что Мэри была рядом. Даже обычные объятия парня будили во мне нежные чувства, которые теперь были не только моими.

Глава 7

Утром, пока Ваня был в автосервисе, мне в голову пришла мысль о том, куда можно определить Мэри на несколько дней. Ей надо было немного успокоиться перед тем, как идти домой. Я очень переживала по поводу того, что она может навредить кому-нибудь из родных.

— Куда мы идем? — спросила она, когда мы вышли из Ваниной квартиры.

— К моим друзьям. Я сказала, что у нас дома ремонт, потому что нас затопили соседи. Так что придерживаемся этой истории, ладно? Пару дней побудем там, потом пойдем домой. Тебе надо немного развеяться.

— Страшновато возвращаться домой…

— Ты же не можешь до конца дней избегать наших родственников.

— Согласна. Что за друзья?

— Я тебе о них рассказывала. Тим и Макс.

— Ночевать у двух незнакомых парней? Отличная идея!

— Расслабься. Они хорошие ребята. И сумеют тебя отвлечь.

Это я знала по собственному опыту.

Мальчики встретили меня с распростёртыми объятиями — их улыбки и оживлённые приветствия сразу создали атмосферу уюта. Мэри сначала застыла в нерешительности, хлопая ресницами, но быстро сориентировалась. Она начала общаться с парнями так, словно они были знакомы много лет: смеялась над их шутками, подхватывала разговор и даже поддразнивала в ответ.

Ужин в веселой компании пошел ей на пользу. Она отвлеклась от своих проблем. Да и, в принципе, вела себя так, как моя сестра, а не бомба замедленного действия.

Поздно вечером, когда от шумной обстановки не осталось и следа, а квартира погрузилась в темноту, я подумала о том, как там Ванька. Наверняка не рад тому, что я осталась ночевать у двух парней. Уверена, если бы он знал, где они живут — уже был бы здесь.

— Иди уже, — сонно прохрипела сестра, поуютней укутавшись в одеяло. — Уснуть из-за тебя не могу.

— Но как ты тут?

— Буду спать без задних ног — расслабься. Все, вали давай.

Я замерла в нерешительности, но, подумав о том, что Мэри проспит несколько часов, слегка расслабилась. Да и мальчишки, если рано проснутся, не дадут ей скучать. Этим парням я доверяла.

Мне очень хотелось провести время наедине с Ванькой. Но все оказалось совсем не так, как я это представляла. Стоило лишь ему прижать меня к стене и хищно посмотреть в глаза, как по ней пошла трещина. А от страстного поцелуя во всей квартире пропало электричество. Расслабиться никак не получалось.

— Практика — лучший учитель, — произнес Ваня, уложив меня на диван и оказавшись сверху. — Тебе надо научиться это контролировать, — прошептал он у уха, затем куснул мочку.

Диван задрожал, слегка подпрыгивая. Было сложно, но я постаралась взять себя в руки. Дрожание чуть стихло, но не прекратилось.

Парень укусил за шею. Комод резко соскочил со своего места и с грохотом свалился на пол.

Ваня и ухом не повел, протиснув руки под мою футболку.

Послышался стук в дверь. Парень не отреагировал. Стук повторился, только уже более настойчиво. Тогда Ваня, причитая что-то, пошел к двери. Вернулся через пару минут.

— Соседи хотели узнать, что у меня тут происходит и не нужна ли мне помощь.

— И что ты сказал?

— Предложил свечку подержать.

— Удивительно, что они не пришли раньше, — устало вздохнула я, положив руки на голову.

— Приходили пару раз, — хмыкнул Ваня. — Но это не важно, иди ко мне.

Обнявшись, мы лежали на разложенном диване и болтали обо всем на свете, пока не уснули. В такие моменты, я думала о том, что жить вместе — не такая уж и плохая идея.

Открыла глаза, когда уже было светло. Ваньки рядом не было, наверное, ушел на работу. Хотела умыться, но на кране в ванной висела записка: «Сегодня починю». В бачке унитаза не было воды, поэтому, даже в туалет сходить не получилось. Телефон почти разрядился, но ни одна розетка не работала. А если нет электричества, то не будет ни чая, ни еды. Холодильник страшно было открывать — дверца все еще была сломана, а в шкафу не нашла ничего, что можно было бы съесть без готовки.