Тропа Богини

- Простите, священный, - начал разговор Кейнраг, и слегка поклонился. - Что я не знаю ваших обычаев и законов, а потому не могу вас поприветствовать должным образом… Но, я могу сказать точно лишь одно, что мне действительно приходилось сражаться ранее, - его взгляд скользнул вниз, указывая на механический протез ноги. - Только я совершенно ничего не помню… Наверное, даже если я бы вернулся на свой корабль, то вряд ли бы сообразил, что делать. Но, если я могу чем-то помочь вам, или Богине, то я готов служить общему делу.

Ответ явно устроил и вождя, и священника, после чего старик жестом приказал удалиться всем своим помощникам, кроме вождя и второго священника, который был тут явно в качестве свидетеля.

- Я, несомненно, рад это слышать, - сказал старик и медленно пошёл дальше вглубь зала. - Но ведь вы даже не помните, к какому народу принадлежите, - они шли через освещённый кристаллами коридор в другое помещение, во внутренний двор, похоже. - Однако, ваш язык выдал вас и ваши намерения тогда, когда не работали его мозги! - он улыбался и перед ним пара воинов расторопно открыли массивные двери. - Как это вы сказали? Во славу отца нашего вечного и милосердного? Ха! - усмехнулся старик, и вся процессия вышла в ещё больший зал, что находился под открытым небом, в центре которого стояла статуя. Старик повернулся назад и с серьёзным видом проговорил. - Демоны - не молятся богам! - двери за ними закрылись, и теперь перед Кейнрагом возвышалась массивная статуя женщины в каменном платье. Кто бы не создал подобное, вряд ли здесь применяли зубило и молоток.

Женщина стояла, глядя вперёд с протянутыми руками, с которых в моменты дождя стекала вода, чтобы утечь дальше по сточным желобам в реку. Как ни странно, но стёкол тут не было, зал так же освещался этими странными крупными кристаллами, внешний вид которых вызывал какие-то странные и даже тревожные ассоциации в памяти, но какие именно, разобрать было нереально. Да и сама эта статуя… Материал был очень странным - он казался чем-то наподобие голубого мрамора, только несколько грубого, и что-то подсказывало пришельцу, что сами такое выстругать местные аборигены были не способны. Только подойдя ближе, Кейнраг заметил, что позади статуи находились разномастные, и весьма ценные предметы. Сокровищница что-ли? Вдруг осенило Кейнрага. Чего там только не было, и золотые ювелирные изделия, и какие-то картины, и даже драгоценные камни, ковры, серебро… Дары, принесённые любимой Богине? Почему бы и нет. Впрочем, было видно, что о чистоте всего этого хранилища ревностно заботились, наверное, местные правители старались не складировать ценные дары как мусор, и время от времени окунались в дарованные богатства. Зачем богу золото? - Вдруг кольнул Кейнрага вопрос, на который не последовало ответа.

- Полагаю, вам стоит преклонить колени, Кейнраг, - сказал вождь таким тоном, давая понять, что тут опять следует ожидать какого-нибудь двойного смысла. - И если есть о чём, можешь помолиться.

Кейнраг подошёл к статуе и внимательно на неё посмотрел. Так и есть - материал очень сложный по своей структуре. Эти местные аборигены её не изготавливали. Однако, звёздный скиталец понимал всю сложность сложившейся ситуации. Его явно испытывали, и в этой игре ставкой была его жизнь, или что-то большее, чем одна его единственная судьба. Встав на колени перед мраморным идолом, Кейнраг посмотрел на Её лик, и на какую-то секунду ему померещилось лицо той самой охотницы, что нашла его почти бездыханное тело, впрочем, выполнена статуя была так, что в ней было можно увидеть много и других черт местных жителей.

- Помоги мне вспомнить всё, что я забыл, милосердная Богиня, - начал Кейнраг, коснувшись подола статуи. - И если я могу чем-то помочь тебе в битве с… Демонами, то я готов пожертвовать своей жизнью, - что было правдой, ибо на каком-то подсознательном уровне продолжало жить понимание того, что он тут явно не случайно. Вообще, для исследователя, Кейнраг чувствовал себя слишком религиозным и агрессивным. Почему? Да и игнорировать столько совпадений, благодаря которым он до сих пор оставался в живых, было бы неимоверной глупостью. Кто-то очень хотел сохранить ему эту самую жизнь. В момент касания, Кейнрагу показалось, будто в его голове повисла совершенная пустота и тишина, а саму руку словно ударило током. Длилось это всего лишь мгновение.

Не без труда поднявшись на ноги, так как нормально поесть и попить до сих пор не дали, Кейнраг повернулся назад к своим сопровождающим и увидел на их лицах странные выражения, словно произошло что-то такое, чего они не ожидали. Первым нарушил молчание старый священник.

- Более мы не имеем подозрений относительно тебя, чужеземец, - вождь задумчиво теребил рукоять меча, а священник Ноиндси довольный своими мыслями почёсывал свою скудную бороду. - Демоны не могут выносить Её присутствие, а уж тем более молиться перед нею.

- Во имя всех демонов убитых мной и моими сыновьями, краснокожий, - он со стуком вогнал меч в ножны, хоть и не вынимал его толком. - Коснуться Её и выстоять на ногах… Ты в самом деле не так прост, как я думал.

Похоже, что сам Кейнраг так и не понял, что он такого сделал.

Наконец-то, в сопровождении старого жреца, Кейнраг направился в трапезный зал храмового комплекса, что поначалу немного его смутило, но потом в голову пришла догадка на счёт того, что безликие не должны принимать пищу рядом с обычными воинами. Опять же, жрец явно соображал больше и лучше, чем воины, понимая, что пришелец, потерявший память, вполне может что-нибудь ненароком отмочить, а потом угодит как зерно между поставом и бегунком, то есть на череду кровавых поединков за нарушение чего-нибудь важного.

- Что ты знаешь о демонах, странник? - вдруг спросил жрец в зелёном балахоне, когда оба поднимались по винтовой лестнице. - Тебе не встречались подобные существа? Низкого роста, бледный цвет кожи и непонятная рваная речь, похожая на сплошной поток ругательств?

Кейнраг не спеша поднимался следом и, когда они вышли в небольшой зал, заставленный длинными столами, краснокожий пришелец остановился, и впал в задумчивость. Его лицо непроизвольно сморщилось, словно и в самом деле, упоминание о подобных существах вызывало у него раньше смесь опасения и чего-то ещё крайне неприятного.

- Неразборчивая речь? - в широкие окна пробивался солнечный свет, в котором плавали мелкие пылинки. - А вы её слышали? Может, я что-нибудь вспомню, если бы вы сказали что-то на их языке?

- На языке демонов? Священник? - удивился старик и по-доброму улыбнулся.

В зале трапезничали несколько молодых священников в оранжевых и коричневых мантиях, но при виде Ноиндси шестого, они почти одновременно встали и поклонились, тот жестом усадил всех обратно.

- Простите, священный… - извинился Кейнраг, когда осознал свою ошибку. - Я не хотел…

- Я никогда не слышал их речей, если ты об этом, - старик пошёл к самому высокому столу, куда проследовал и Кейнраг. Они сели у окна, откуда дул лёгкий свежий ветер. - Пока вы были без сознания, уважаемый Гхатрис Кейнраг, - начал разговор священник, когда кто-то из послушников в серой рясе подал на стол блюда. - Вы говорили и на других, совершенно странных, и незнакомых мне языках.

Только сейчас Кейнраг понял, насколько он оголодал. Стоило только увидеть серебряный поднос с душистым мясом какой-то местной птицы, как все его мысли о высоком и великом потонули в простом желании поесть. Следующее предложение, произнесённое священником, чуть не заставило подавиться.

- Вселенная незыблема и вечна… - пришелец дрогнул и уронил вилку на пол.

- Вселенная незыблема и вечна, - на автомате повторил Кейнраг и поднял упавший предмет. - Это… Это из моего родного мира, - проговорил медленно и осторожно краснокожий пришелец. Священник был очень доволен реакцией своего собеседника.

- Вы наговорили много подобных речей, пока находились без сознания, здесь, в храмовом общежитии, - он пригубил вино из кубка и предложил бутылку Кейнрагу. - Но, как сказал мой племянник, вы ни разу не заговорили на языке наших врагов. Из чего я сделал вывод, что либо, - он качнул кубком с вином в сторону пришельца. - Вам просто неведом этот язык, либо вы вообще никогда не видели тех, кого мой народ называет демонами.

Кейнраг покончил с трапезой и, разогнав навалившуюся усталость невероятным усилием воли, всё-таки спросил.

- Вы говорите о каких-то злых физических существах? Не о бесплотных духах? - что было логично, учитывая примитивность здешнего народа. - Которые пришли из другого мира, ведь так? На космических кораблях? - слово “космических” было явно новым для священника, да ещё и Кейнраг его употребил в стандартном произношении.

Старик молча рассматривал осунувшееся красное лицо пришельца, после чего произнёс следующее:

- Из записей самых первых колдунов нам известно о демонах только то, что они пришли триста лет назад из мира, чьего имени не упоминается, - молодые священники, что трапезничали по соседству, навострили уши, хотя они и так, скорее всего, всё это знали. - В самом начале, если верить летописям, наши враги пришли с миром… Вот только они сразу же принялись отстраивать свои мерзкие башни и дома, огораживая всё неприступными стенами. Везде, где появлялись демоны - лес вырубался, реки и озёра загрязнялись, а земля перекапывалась их огромными демоническими машинами настолько, что лик мира в тех местах напоминал кожу больного умирающего от проказы, - его лицо морщилось ещё больше от омерзения. - Помимо этого, даже находиться рядом с их осквернёнными городами оказалось опасно, - священник отпил вина и продолжил. - Сто пятьдесят лет назад случилась великая чума, унесшая жизни пятнадцати очень могущественных племён! - Кейнраг попытался сосчитать сколько это, и навскидку решил, что это где-то тысяч тридцать или сорок живых душ. - Но и это не все напасти, что обрушились на нас с приходом демонов. Сто лет назад была страшная война… Война, в которой мы потерпели сокрушительное поражение, - было видно, что старику не хотелось этого вспоминать. - Тогда, я был новорождённым младенцем, когда все окрестные племена и народы решили объединиться… Даже колдуны заключили мирный договор с воинами перед лицом общего врага. Но всё оказалось тщетно. За последние три столетия нас стало значительно меньше, даже если отбросить тот факт, что мы больше не воюем с ними, - старик указал крючковатым пальцем куда-то вверх.

В голове до сих пор не было стройного потока мыслей - сказывалось общее истощение и травма головного мозга. Демоны? То есть, кто-то добывает на этой планете ресурсы… Очевидно незаконным способом. Точно! Память снова зашевелилась, и откуда-то всплыли прочитанные когда-то ещё на заре обучения выдержки из какого-то свода законов. Да, именно: Параграф 3 общерасовой конституции: Запрещается вести добычу любых биохимических, минеральных, металлургических и прочих ресурсов, на планетах и спутниках, где имеется разумная жизнь категории 4б и выше.

Мозг на автомате причислил местной расе категорию 3-а. Причина - письменность, наука… Ведь позади обеденных столов, ближе к массивным дверям, стоял большой стенд с книгами. Вряд ли там были учебники по ядерной физике, но всё же.

Кто бы не затеял на этой планете добычу ресурсов в промышленных масштабах, это в любом случае было не просто противозаконной, а поистине жестокой акцией насилия над целой расой.

Ох, как трудно было думать на сытое брюхо и отбитую голову, которая ещё не до конца зажила.

- Скажите, священный, - глаза у Кейнрага уже слипались от усталости. - Могу ли я где-нибудь поспать, прежде чем мы продолжим нашу беседу. Просто я ещё не совсем… - он хотел сказать восстановился от травм, но священник всё и так понял.

- Конечно, мой друг, вас с радостью отведут в один из домов для высокоуважаемых гостей, - Пойдём те, - старик медленно пошёл рядом с пришельцем. - Там у вас будет полно места и для чтения, и для приятного общения с вашей женщиной.

Когда Кейнраг открыл деревянную дверь и заглянул внутрь, то понял, что ему решили предоставить прямо-таки люксовый номер. По местным меркам, разумеется. Храм был не только местом молений и прошений, но и в некотором роде общежитием для членов священного совета, в который, как заметил Кейнраг, входили и женщины. В коридоре, где единственным источником света были мутно-синие кристаллы стояли две не молодые женщины, которые что-то обсуждали, но тут же замолчали, увидев того, кого ведёт Ноиндси шестой.

- Вот, ваши покои, мой друг, - сказал старый священник. - Если вам что-либо понадобится, просто пройдите в левое крыло и обратитесь к смотрителю, ну, а если вам понадобится, так сказать, сходить по нужде, то идите на второй этаж и направо. Надеюсь, вы со временем всё вспомните, - священник медленно ушёл, а Кейнраг упал без сил на мягкую кровать, застеленную простынёй. Хотя и без этого он уже засыпал на лету и едва ли не промахнулся мимо подушки. Вокруг была довольно аскетичная обстановка, но весьма неплохая по меркам такой примитивной цивилизации. Свет падал сквозь открытые ставни на простой письменный стол, а снаружи, судя по звукам, тренировались воины, лязгая не боевыми мечами. На стене висел красный гобелен, на котором было изображено солнце с женским ликом. Но звёздный странник, утомлённый разговорами уже благополучно уснул.

Вообще, трудно оставаться в сознании, когда тебе чуть не вышибли мозги, а потом ещё две недели ты провалялся фактически в коме. Кейнраг открыл глаза и понял, что снаружи опять темно. Что за планета такая? Как не очнусь, всё время ночь. Привстав на просторной кровати, взгляд невольно скользнул влево, а там…

Женщина? Это немного шокировало Кейнрага. Всё-таки храм как ни как. Хотя… Он тут же вспомнил, что в храме полно женщин и даже детей, а раз так, то тут, скорее всего, и есть элитное общежитие для священнослужителей и как выразился первосвященник, высокоуважаемых гостей. Скрестив руки на груди, он посмотрел по внимательнее на эту особу, в которой было трудно не узнать уже ранее увиденную Айану, только теперь на ней было облегающее платье, а белоснежные волосы были распущены. Вот что странно, уж каким бы равнодушным исследователем не считал бы себя мужчина, но при виде дикой и почти обнажённой женщины волей-неволей срабатывают те самые дремучие инстинкты, о которых так не любят вспоминать высокоразвитые цивилизации. Чисто рефлекторно Кейнраг сделал глубокий вдох и, тут же расплатился за это болью в незаживших рёбрах. Зашипев от боли, он разбудил охотницу лёгким и осторожным движением, словно боялся вспугнуть прекрасное наваждение. Она молча села на кровати и, всё так же, не произнося ни слова, смотрела на него.

- Как ты здесь оказалась? - спросил Кейнраг, осторожно усаживаясь в резное кресло. Нужно было не растревожить больные ребра.

Она явно нервничала по какой-то непонятной пока причине, но ответила честно:

- Мне так приказал священный Ноиндси, - на её лице даже проступил некоторый румянец. - Он сказал, что кроме еды и сна тебе может понадобиться… Ещё что-нибудь, - последние слова окончательно раскрасили её лицо в странный розоватый оттенок. - Я никогда здесь раньше не была.

Отдышавшись, Кейнраг снова почувствовал только голод и сильную жажду. Впрочем, на столике стоял поднос с несколькими блюдами. Видимо, принесли, пока пришелец спал. Сейчас, не смотря на боль, в теле уже ощущалась некоторая бодрость, хотя и дышать нужно было осторожно.

- Если ты не возражаешь, то я отлучусь на минутку, - вовремя вспомнилось про туалет. - А потом займёмся завтраком, - когда он подошёл к дверям, то договорил не поворачиваясь. - А про кое-что пока давай забудем? В моём теле что-то слишком много поломанных костей…

Проходя по коридору, Кейнраг обратил внимание на то, что никто не спал, хотя снаружи было темно как глубокой ночью. В одних залах сидели люди в просторных балахонах и что-то писали на жёлтых листах бумаги, причём в одном из залов, несколько престарелых мужчин в красных накидках орудовали чем-то очень похожим на циркули и линейки. Чертежи? Почему бы и нет? Если есть письменность, то рано или поздно появится и математика, и культуроведение, ну а там уже и сложные науки не заставят себя долго ждать. Окончив свои дела в примитивной уборной, в которой обнаружилось некоторое подобие канализации, Кейнраг не удержался и вошёл в один из залов, где восседали четверо молодых людей в жёлтых мантиях. На деревянном столе лежала целая кипа разноцветных книг разной толщины, но открыто было всего две.

- Приветствую, - вежливо поклонившись, сказал Кейнраг, на что молодые люди, занятые чтением, сразу же отвлеклись. - Я лишь хотел взглянуть на ваши книги, если это не запрещено, конечно.

Ответил один из молодых людей, самый старший, видимо:

- К чтению допускаются только колдуны и священники не ниже третьего ранга, воин, - обращение было наполнено странной подозрительностью.

- Вообще-то, я умею читать на вашем языке, - сказал Кейнраг спокойно и уверенно. - Вон там лежит книга, - его рука указала на толстый том с жёлтым переплётом. - На которой написано про варение сложных металлов, в частности, золота, - подозрительность на лицах сменилась удивлением. - А вот эта книга, над которой вы сидите, называется Начертание стран северного края написанная неким Адридсу шестым, - уважение? В их глазах появилось уважение?

Затем, он перевёл взгляд на огромную коричневую доску, исписанную какими-то словами и цифрами. Кто-то тут решил простое математическое сложение, а рядом был кривой рисунок какой-то башни или вышки.

- Это чертёж здания? - слово “чертёж” было для них новым, судя по всему. - Не возражаете, если я сотру?

- Нет, - сказал удивлённо один из молодых людей, которого попытался одёрнуть другой очень молодой колдун. - Просто примитивный рисунок, а… А что вы хотите изобразить?

Кейнраг сказал, особо не задумываясь:

- Чертёж того, что было только что здесь, - на секунду Кейнраг испугался, как бы его не уличили в колдовстве. - В этом нет никакой особой тайны для меня, смотрите, - он сначала разделил доску на четыре части и начал рисовать. - Смотрите, сначала делается рисунок слева, - он нарисовал изображение прямоугольной башни, как если бы на неё смотрели со стороны, - Вот тут штрихи, - это подземный фундамент, это - окна, прозрачная проекция, - опять, сложилось впечатление, что слово “проекция” они не знают. - Это рисунок справа, - мелом было сделан рисунок правой части предполагаемого строения. - Потом вид снизу, - рисунок был самым маленьким и поместился в третьей секции. - Всё это время, он сам того не понимая делал пометки в виде стрелок, штрихов и прочее, что относилось уже к гораздо более сложному черчению, нежели то, что было увидено ранее. - А вот тут, придётся повозиться, - он потыкал мелом в пустой четвёртый квадрат, - четыре пары глаз жадно смотрели на доску. - Здесь начинается… - Слово пришлось вставлять новое для этого языка. Данный термин пришлось выговаривать медленно. - Изометрия, - он начал чертить трёхмерное изображение башни с вырезанными окнами и фундаментом с нанесённой разметкой всех длин, широт и высот, какие поместились, конечно же, на примитивной доске.

Откуда-то сзади раздались твёрдые шаги, после чего к доске подошёл пожилой мужчина в красной мантии, от чего более молодые люди притихли:

- Как вы сказали, - спросил лысоватый мужчина с глубокими морщинами под глазами. - Изометрия? - он почти без труда выговорил новое слово. Если взгляд старого колдуна можно было бы превратить в меч, то об него порезался бы даже брусок стали. - А вот эти штрихи и… Как это всё называется?

- Единый стандарт чертёжного дела, - ответил Кейнраг, не без досады понимая, что только что подарил этим аборигенам, то, до чего сами они доходили бы столетия. - Размеры, ширина, тип поверхности и вид используемых материалов, - пришелец махнул рукой на доску. - Это довольно простая штука. Этому меня научили, когда я был, ещё ребёнком, - вот тут воспоминание полыхнуло так ярко перед внутренним взором, что даже закружилась голова.

…Научный блок космической станции, ряд пластиковых пронумерованных парт и высокий желтокожий гуманоид, объясняющий основы геометрии, стоял перед галографическим экраном и выводил какой-то очень сложный рисунок…

- Я, конечно, видывал некоторые чудеса на своём веку, - мужчина в красном балахоне рассматривал сделанный чертёж с некоторым трепетом. - Но, я впервые увидел в своей жизни, как безликий воин учит колдунов магии, - Затем, чуть более официально. - Меня зовут Гориндси, я маг пятого ранга и, я несомненно буду молить Бога огня, чтобы твоё пребывание с нами было не только счастливым, но и плодотворным, - он задумчиво и медленно поклонился.

Кейнраг так же поклонился и ответил с не меньшим уважением:

- Меня зовут Кейнраг, я являюсь вольным исследователем и путешествую от одной звёзды к другой, - взгляд мага выдавал живейший интерес. - Если я что-то вспомню из своей прошлой жизни, что может быть полезно вам и вашему богу, то я буду рад оказать вам всяческую помощь.

Маг явно был доволен ответом, после чего обратился к пришельцу:

- Объясните только вот эти штрихи и буквы, - он указал рукой на чертёж. Только сейчас до Кейнрага дошло, что он использовал буквы из общего языка, который тут был вообще не знаком никому. - Если вы никуда не торопитесь, конечно?

- Ой, простите, - Кейнраг стёр буквы и, пообщавшись с магом, исправил спецификацию к чертежу.

Когда пришелец удалился в коридоры храмового комплекса, что были освещены кристаллическим светом, маг пятого ранга Гориндси обратился к одному из молодых учеников:

- Составьте срочное письмо к верховному магу Боарниджи седьмому и опишите всё произошедшее здесь, - затем к другому, самому старшему из третьих магов. - Горксу - ты самый опытный по чертежам, зарисуй это на самом лучшем пергаменте, и отнеси в храмовое хранилище к жрецам, и да… Сделай ещё один маленький чертёж и отправь совету седьмых, на другую сторону Реки. Думаю, что после такого, они перестанут смотреть на нас так предвзято.

Младшие маги разбежались по делам, а старший колдун остался в гордом одиночестве рассматривать рисунок, сделанный пришельцем, досадуя о том, как это они сами не догадались до такого простого решения. Это же сколько драгоценной бумаги можно сэкономить, зарисовывая всё на одном листе, вместо того, чтобы потом делать многокилометровые записи отдельно!?

Тем временем, Кейнраг, успешно вернувшийся в свои покои, вдруг замер как вкопанный перед окном. На то было сразу две причины: первая - он увидел ночное небо под совершенно иным углом, так сказать, и наконец-то уразумел, почему тут больше тёмного времени суток, чем светлого, ну а вторая причина - фрагмент памяти, который всплыл сам по себе.

Небо было всё так же усеяно звёздами, но теперь на горизонте ярко сияла огромная газовая планета всеми своими многочисленными кругами и разводами, а так же десятками слоёв астероидного пояса, и уже где-то дальше можно было увидеть блёклую звезду, явно второе солнце этого мира. Точнее одного из спутников, того мира, что сейчас закрывал основное светило. Получается, что сначала, часов восемь или десять, на эту планету падает солнечный свет основной звезды, затем всё перекрывает газовый гигант, который даёт вполне ни мало света, хотя и недостаточно для полноценного дня, и уже потом можно увидеть в течение часов двух или трёх второе, дальнее солнце. Очень интересно…

Но ещё интереснее было то, что теперь Кейнраг знал свою расовую принадлежность.

Так он и вернулся обратно в свою комнату, чтобы стать невольным участником ещё более интересных событий.

Оказывается, что в качестве учителя средних классов, он задержался часа эдак на полтора, хотя и измерения времени тут как такового не было, ну или было крайне специфическим. Во всяком случае, часов или иных подобных принадлежностей видно не было. Кейнраг широко улыбнулся, пытаясь представить себе, какой каламбур получился бы из идеи о механических часах. Так он и вошёл, широко улыбаясь, когда в него буквально вцепилась Айяна. Она была одета в полностью прозрачное короткое платье, а сверху так и вовсе была обнажена. Её красивое лицо было в каком-то миллиметре от его собственного и, как только Кейнраг хотел отстранить девушку, она тут же сказала, не дожидаясь длинной речи про больные рёбра и не восстановившуюся память:

- Я тебя люблю, - так они и стояли, глядя друг на друга, она - готовая ко всему и на всё, и он - мысленно ещё витающий в формулах высшей математики. Убойная смесь, однако.

Кейнраг всё-таки хотел высвободиться, но она лишь крепче его обняла, явно намекая на то, что слова её были не простым звуком. Даже не смотря на общую усталость, навеянную незажившими ранами, Айяна показалась ему невероятно привлекательной… Даже учитывая расовую разницу. Вообще, они должно быть весьма забавно смотрелись вместе, являясь существами из абсолютно разных миров. Позади неё он увидел графин с вином и вспомнил, что смертельно хочет пить.