Клан Джейд

Вдруг за стеной послышались приглушенные голоса. Смежная дверь в покои Даркрана слегка задрожала, будто к ней близко подошли. Талиса осторожно поднялась с кровати, подошла ближе и прильнула ухом к замочной скважине.

Из комнаты вожака доносился раздраженный, надменный женский голос:— Даркран, любимый, ты не спал всю ночь и уехал на рассвете, ничего мне не сказав. Алвиш проболтался, что ты привел в замок какую-то человеческую девчонку с границы? Зачем она здесь?

— Это не твое дело, Ада, — ледяным, уставшим тоном отозвался Даркран. — Возвращайся в свои покои. Я занят подготовкой к утреннему выезду.

— Ты стал так холоден ко мне с тех пор, как заболел твой брат, — в голосе девушки послышалась фальшивая обида. — Я лишь беспокоюсь о тебе. И о безопасности нашего клана перед лицом врагов. Неужели ты доверяешь безродной чужачке больше, чем своей будущей жене?

Разговор за стеной затих. Судя по глухому стуку закрывшейся двери, Ада покинула покои вожака. Талиса еще минуту постояла у запертого засова, прислушиваясь к воцарившейся тишине, а затем медленно вернулась в постель. Усталость всё-таки взяла верх. Засыпая, травница думала о том, что в этом огромном холодном замке ей рады ещё меньше, чем она предполагала, а опасность может исходить от любого, кто носит имя Джейд.

Рассвет наступил слишком быстро. Солнце ещё не успело подняться над горизонтом, когда в смежную дверь тихо, но настойчиво постучали.

— Талиса, пора, — раздался приглушенный голос Даркрана через толстое дерево. — Собирайся. Кони готовы, мы должны уйти до того, как замок полностью проснется.

Девушка быстро поднялась, заплела волосы в тугую косу и накинула свой дорожный плащ. Проверив, на месте ли её пустая сумка для кореньев, она отодвинула тяжелый засов и открыла дверь. Даркран уже ждал её. На нём была легкая кожаная броня для верховой езды, а за спиной крепился массивный меч. На его лице читалась суровая решимость.

Они спустились той же потайной лестницей к железным воротам у леса, где их уже ждал Алвиш, держа под уздцы трех коней. Рядом с ними, низко опустив голову, стоял Элдан. Волк выглядел изможденным после тяжелой ночи, но в его янтарных глазах вспыхнул робкий огонек надежды, стоило ему увидеть Талису.

— Элдан останется в замке под присмотром моего самого верного стража, — негромко произнес Даркран, помогая Талисе подняться в седло. — Ему нельзя в таком состоянии на северную границу. Мы вернемся с Лунным цветком до того, как яд снова активируется. Нам нужно спешить.

Алвиш открыл потайную дверь, и всадники бесшумно растворились в утреннем тумане, устремляясь на север — к древним пещерам, где росло единственное спасение для проклятого брата.

Глава 3. Лунный цветок.

Дорога на север тянулась через узкое ущелье, зажатое между высокими серыми скалами. Солнце едва пробивалось сквозь плотные утренние облака, и туман здесь был особенно густым. Талиса едва поспевала за лихими скакунами оборотней, крепко сжимая поводья. Даркран ехал впереди, его уши то и дело подергивались — инстинкты вожака были натянуты до предела.

Внезапно кони Алвиша и Даркрана одновременно встали на дыбы, издав тревожное ржание.

— Засада! — крикнул Алвиш, выхватывая клинок.

В ту же секунду сверху, прямо со скалистых выступов, на дорогу посыпались тяжелые камни, отрезая путь назад. Из серого тумана впереди без единого звука выросли четыре массивные фигуры. Это были огромные оборотни, но не из клана Джейд — их шерсть была угольно-черной, а на груди грубыми шрамами была выжжена метка клана Каменных Клыков, давних и безжалостных врагов Даркрана.

Черные волки не стали тратить время на разговоры. Самый крупный из них, со шрамом через всю морду, издал глухой, яростный рык и сразу бросился вперед, целясь прямо в Талису.

Поняв, что нападающие охотятся за целительницей, Даркран на ходу обнажил свой тяжелый меч. Его глаза вспыхнули яростным янтарным светом.

— Алвиш, назад! Закрой Талису! — рявкнул вожак, разворачивая коня и перекрывая собой дорогу. — Живой она им не достанется!

Черные волки синхронно рванули вперед, скаля клыки и переходя в стремительную атаку.

Черные волки не стали тратить время на разговоры. Самый крупный из них, со шрамом через всю морду, издал глухой, яростный рык и прыгнул вперед, целясь мощными когтями прямо в Талису.

Поняв, что человеческой девушке не пережить этот удар, Даркран и Алвиш синхронно соскочили со вздыбленных коней. В воздухе раздался жуткий, глухой хруст меняющихся костей. Одежда и легкая броня оборотней затрещали, когда их тела начали стремительно увеличиваться в размерах, обрастая густой шерстью. Мечи с металлическим звоном упали на камни — теперь они им были не нужны.

Уже через секунду на защиту Талисы встали два огромных волка. Алвиш, чуть поменьше и с серебристым отливом на спине, в полете перехватил черного нападающего, сбивая его с траектории. Их тела с глухим стуком покатились по каменистой тропе, поднимая тучи пыли и серой шерсти.

А прямо перед испуганной лошадью Талисы вырос исполинский, угольно-серый волк. Даркран в зверином обличье выглядел по-настоящему устрашающе — его янтарные глаза горели первобытной яростью, а из пасти вырывалось такое мощное, вибрирующее рычание, что камни под лапами, казалось, начинали дрожать.

Главарь нападающих со шрамом на морде припал к земле, оскалив клыки. Даркран не стал ждать. Он сделал молниеносный выпад вперед, и два огромных хищника сцепились в яростной, кровавой схватке, защищая и уничтожая.

Пока Даркран и Алвиш были скованы яростной схваткой с первыми нападающими, из густого серого тумана позади бесшумно соткалась третья черная тень. Огромный волк Каменных Клыков припал к земле, готовясь к прыжку, и его желтые глаза хищно уставились на беззащитную человеческую девушку.

Лошадь Талисы, почуяв смертельную опасность прямо за спиной, испуганно всхрапнула и резко встала на дыбы. Девушка не удержалась в седле. Выпустив поводья, она с глухим криком полетела вниз, больно ударившись спиной о каменистую землю у подножия скалы. Воздух из её легких выбило, а пустая сумка для трав отлетела в сторону.

Лошадь в панике умчалась прочь в ущелье, оставив Талису лежать на камнях.

Черный волк издал торжествующее, хриплое рычание. Он медленно, смакуя момент, сделал два шага к замершей девушке, обнажая длинные, острые как бритва клыки. Талиса, судорожно глотая воздух, попыталась отползти назад, но уперлась спиной в холодную отвесную скалу. Пути к отступлению не было.

Зверь пружинисто оттолкнулся лапами от земли и бросился на неё сверху вниз, широко раскрыв пасть.

В последнюю долю секунды, когда Талиса уже зажмурилась и прикрыла лицо руками, огромная серая туша Даркрана на бешеной скорости врезалась в нападавшего сбоку. Сила удара вожака была такой, что черного волка отбросило на несколько метров, и он с тяжелым хрустом врезался в камни.

Исполинский серый волк тяжело встал на пути врага, закрывая собой распростертую на земле Талису. Из его пасти капала чужая кровь, а на плече зияла глубокая рана от когтей главаря, с которым он только что расправился. Даркран тяжело дышал, но его янтарные глаза горели таким безумным, защищающим пламенем, что оставшиеся в живых враги инстинктивно попятились назад в туман.

Увидев, с какой легкостью вожак Джейд сбил их собрата в воздухе, оставшиеся в живых черные волки поняли, что недооценили силу Даркрана. Огромный хищник со шрамом был мертв, а третий нападавший едва поднялся на лапы после страшного удара вожака. Издав трусливый, предупреждающий вой, уцелевшие враги резко развернулись и стремительно растворились в густом сером тумане ущелья.

Бой был окончен. В ущелье снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием оборотней.

Алвиш, вернув себе человеческий облик и быстро накинув дорожный плащ, поспешил поймать ускакавших лошадей. Даркран же медленно повернул свою массивную волчью голову к Талисе. Его янтарные глаза внимательно осматривали девушку.

Талиса сидела на земле у скалы, тяжело дыша от пережитого страха, но, к счастью, она была цела и невредима. При падении она лишь испачкала плащ в пыли и ушибла ладони о мелкие камни. Девушка упрямо смахнула со лба растрепавшуюся прядь волос и поднялась на ноги, отказываясь показывать слабость перед оборотнями.

Серая шерсть на теле Даркрана начала стремительно исчезать, кости с глухим хрустом встали на место, и перед Талисой снова стоял суровый вожак клана Джейд. Он подошел к ней вплотную, его взгляд скользнул по её лицу и рукам.

— Ты цела? — хрипло спросил он. В его голосе, вопреки обычной холодности, проскользнула отчетливая нотка облегчения.

— Цела, — твердо ответила Талиса, отряхивая подол платья и поднимая с земли свою сумку для трав. — Мой конь испугался, но я не ранена. Нам нужно идти дальше, пока они не вернулись с подмогой.

Даркран едва заметно улыбнулся одними уголками губ, явно удивленный тем, что человеческая целительница не устроила истерику после нападения диких зверей.

Ущелье осталось позади, и тропа повела всадников вверх, к заснеженным пикам северной границы. Алвиш ехал чуть позади, бдительно осматривая скалы, а Даркран держался рядом с Талисой. На его плече сквозь разорванную кожу куртки виднелся глубокий след от когтей, но вожак упрямо игнорировал рану — регенерация оборотня уже затягивала края пореза.

— Это были Каменные Клыки, — глухо произнес Алвиш, нарушая долгое молчание. — Они знали, где нас ждать, Даркран. Тайную тропу через ущелье знают только старейшины и... те, кто живет в главном крыле замка.

Даркран крепче сжал поводья, его челюсти сжались от сдерживаемой ярости.

— Тот, кто отравил Элдана год назад в Ночь летнего солнцестояния, координирует свои действия с нашими врагами, — процедил вожак. — Он испугался, что человеческая целительница поднимет моего брата на ноги, и тот назовет имя предателя. Поэтому Клыкам отдали приказ убрать Талису.

Талиса внимательно слушала их разговор, покачиваясь в седле. В её голове упрямо крутились воспоминания о прошлой ночи. Настойчивый, капризный женский голос за дверью... «Алвиш проболтался, что ты привел в замок какую-то человеческую девчонку с границы? Зачем она здесь?»

Девушка бросила быстрый взгляд на Даркрана. Она понимала, что лезть в дела чужого клана опасно, но молчать сейчас было еще опаснее — на кону стояла её собственная жизнь.

— Даркран, — тихо позвала она, заставив вожака обернуться. — Прошлой ночью... я не хотела подслушивать, но стены в ваших покоях слишком тонкие. К вам приходила женщина. Вы назвали её Адой.

Даркран на мгновение натянул поводья, его жеребец недовольно фыркнул. Янтарные глаза вожака сузились.

— Моя невеста, — коротко и жестко ответил он. — При чем здесь она?

— Она устроила вам сцену из-за моего появления, — твердо продолжила Талиса, глядя ему прямо в глаза. — Она злилась, что вы привезли человеческую травницу с границы, и требовала объяснений. И она знала, что я здесь. Откуда у неё эта информация?

Алвиш впереди резко обернулся, его лицо выражало крайнюю степень растерянности.

— Клянусь луной, Даркран, я ничего ей не говорил! — горячо воскликнул твой друг. — Вчера на рассвете перед выездом ко мне подошел её слуга, расспрашивал о твоих планах, но я лишь отмахнулся, сказав, что мы едем по делам границы. Я не упоминал Талису!

Даркран замер, глядя на верхушки деревьев впереди. Пазл в его голове начал складываться в ужасающую картину, но признать, что его собственная нареченная невеста может быть шпионкой врага, для гордого вожака было невыносимо тяжело.

— Замолчи, Талиса! — резко оборвал её Даркран, и в его голосе снова прорезался опасный рык вожака. Он рванул поводья, заставив своего коня поравняться с её лошадью почти вплотную. — Ты заходишь слишком далеко. Ада — дочь вожака нашего сильнейшего союзного клана. Её семья веками проливала кровь за Джейд. Она капризна и ревнива, это правда, но она не может иметь отношения к Каменным Клыкам. Для неё этот заговор — такое же самоубийство, как и для нас.

Талиса не отвела взгляда, хотя близость разъяренного оборотня заставила её сердце забиться чаще.

— Я лишь говорю то, что видела и слышала сама, вожак, — тихо, но без тени страха ответила она. — Нас ждали на тропе, о которой знала она. Если вы предпочитаете слепо верить своей будущей жене, пока вашего брата медленно убивают, — это ваше право. Но моя жизнь тоже под угрозой, и я хочу знать, от кого прилетит следующий удар.

Даркран резко отвернулся, уставившись на дорогу впереди. Его широкие плечи были напряжены до предела. Он не хотел признавать слова человеческой девчонки, но в глубине его души, словно яд, уже пустило корни страшное сомнение. Он вспомнил, как год назад в Ночь летнего солнцестояния именно Ада поднесла Элдану тот злополучный кубок. Тогда он думал, что это был жест вежливости. А теперь...

— Довольно, — глухо бросил Даркран через плечо. — Мы почти на месте. Закрыли тему. Пока мы не вернемся в замок с цветком, никто не сделает ни одного поспешного вывода.

Алвиш, ехавший впереди, молча указал рукой на скалы. Туман впереди начал рассеиваться, и перед всадниками открылся мрачный, колоссальный зев древней пещеры, уходящей глубоко под землю. Вход в подземелье, где росло спасение для Элдана, дышал ледяным холодом и темнотой.

Алвиш остался снаружи, чтобы охранять коней и следить, не выследил ли их кто-то еще из Каменных Клыков. Даркран и Талиса шагнули под мрачные своды пещеры вдвоем.

Стоило им пройти всего несколько десятков метров вглубь, как дневной свет полностью исчез, уступив место кромешной, вязкой тьме. Даркран уверенно шагал вперед, полагаясь на свое идеальное ночное зрение оборотня, но внезапно он резко замер и глухо выругался. Стены пещеры начали едва заметно пульсировать тусклым фиолетовым сиянием — древняя магия этих мест, защищающая Лунный цветок, мгновенно среагировала на присутствие хищника. Инстинкты Даркрана взбунтовались: перед его глазами всё поплыло, а зрение и сверхчувствительный нюх оборотня полностью отключились, оставив его абсолютно беспомощным и слепым.

— Проклятье… Я ничего не вижу и не чую, — процедил он сквозь зубы, хватаясь рукой за холодную стену, чтобы не потерять равновесие. — Моя магия… она словно бьется о глухую стену.

— Зато моя магия здесь как дома, — тихо отозвалась Талиса.

Она сделала глубокий вдох, настраиваясь на едва уловимый, прохладный шепот, струящийся из глубин лабиринта. Земля и камни пещеры дышали жизнью растений. Талиса подняла руку, и кончики её пальцев снова окутало мягкое, ровное зеленоватое свечение. Оно не ослепляло, а наоборот, мягко рассеивало фиолетовый морок, прокладывая в темноте четкую дорожку.

Девушка сделала шаг вперед и аккуратно взяла Даркрана за руку. Его ладонь была огромной, горячей и мозолистой от рукояти меча, и Талиса почувствовала, как крупный оборотень едва заметно вздрогнул от её прикосновения.

— Держитесь за меня, вожак, и идите строго след в след, — негромко, но уверенно произнесла она. — Природа защищает свои сокровища от тех, кто привык брать всё силой. Но меня она пропустит. Доверьтесь мне.

Даркран, который никогда в жизни ни от кого не зависел, крепко сжал её маленькие пальцы. Переступив через свою гордость, он медленно пошел за хрупкой человеческой травницей вглубь подземного лабиринта, ведомый лишь зеленым огоньком на её руке.

Шаги мягким эхом отдавались от влажных каменных стен. Зеленый огонек на пальцах Талисы уверенно вел их вперед, разрезая тяжелый фиолетовый морок пещеры. Даркран шел следом, крепко сжимая её ладонь. Ему явно претила эта вынужденная зависимость, его тело было напряжено как натянутая тетива, а пальцы подрагивали от невозможности контролировать ситуацию.

— Объясни мне одну вещь, целительница, — глухо произнес вожак, чтобы хоть как-то нарушить давящую тишину лабиринта. Его голос остался сухим и низким. — Мои лучшие шаманы целый год читали над Элданом древние заклинания крови. Мы перепробовали сильнейшие артефакты клана. Всё впустую. Почему ты так уверена, что какой-то цветок из подземной расщелины сработает там, где пасовала магия высших оборотней?

— А Лунный цветок действует иначе, — продолжила Талиса, уводя его в левый коридор. — Его корень не сражается с волчьей кровью. Он впитывает в себя соки этих пещер, которые веками питали земли вашего клана. Для организма Элдана этот отвар станет родным. Он не вызовет отторжения. Мой отвар просто свяжет частицы яда на физическом уровне и мягко выведет их. Я лечу не проклятие, вожак. Я лечу живое существо.

Она сделала небольшую паузу, обошла скользкий уступ скалы и добавила чуть прохладнее:

— И если вы думаете, что я собираю рецепты по слухам в лесу, то ошибаетесь. Вообще-то я закончила Высшую Академию Магии с отличием по направлению лекарских искусств и природного плетения. Я знаю о ядах и структурах заклинаний побольше, чем ваши придворные шаманы, которые застряли в своих древних догмах.

Даркран на мгновение запнулся, едва не потеряв равновесие в темноте, но Талиса крепко удержала его за руку. Вожак издал короткий, мрачный смешок, в котором теперь отчетливо послышалось неохотное уважение.

— Академия с отличием, значит? — процедил он. — Твоя логика проста, человеческая девчонка, но в ней есть смысл, которого не хватило моим гордым советникам. И всё же я не привык доверять людям. Если твое средство не сработает...

— Сработает, — твердо перебила его Талиса. — Держитесь крепче, мы пришли. Источник прямо за этим поворотом.

За поворотом лабиринт резко расширился, открывая небольшую скальную нишу. Прямо из глубокой трещины в камне рос изящный цветок с полупрозрачными, словно выточенными из хрусталя лепестками. Он излучал мягкое, пульсирующее серебристое свечение, освещая все вокруг.

Талиса аккуратно отпустила руку Даркрана, подошла к растению и опустилась на колени. Она действовала быстро и профессионально: достала из сумки костяной нож и бережно, стараясь не повредить ни одного тонкого отростка, извлекла из расщелины сочный, светящийся корень. Стоило ей спрятать добычу в специальный кожаный мешочек, как фиолетовый морок пещеры мгновенно рассеялся. К Даркрану с резким вздохом вернулось его идеальное зрение оборотня.

— Идем, нельзя терять ни минуты, — скомандовал вожак, и они стремительно направились обратно к выходу, больше не нуждаясь в проводнике.

Однако у самого устья пещеры их встретил Алвиш. Его лицо было бледным, а клинок — обнажен. Заметив живых и невредимых друга и целительницу, он едва заметно выдохнул, но тут же указал рукой наружу, на лесную опушку.

— Даркран, у нас проблемы, — глухо произнес Алвиш. — Кто-то подобрался к лагерю сверху, по скалам. Я не успел их поймать — туман слишком густой. Но они сделали свое дело. Нашим лошадям перерезали поводья и подрезали жилы на задних ногах. Животные не пойдут.

Даркран резко шагнул вперед, осматривая бьющихся в траве коней, и его кулаки до боли сжались. Враг лишил их транспорта. До замка Джейд было несколько часов бешеной скачки, а на своих двоих, да еще и защищая человеческую травницу, этот путь займет больше суток. А время на спасение Элдана стремительно таяло.

Талиса подошла ближе, крепко прижимая к себе сумку с бесценным корнем.

— Они не хотели вступать в бой, — тихо произнесла она, осматривая чистые, ровные срезы на коже поводьев. — Их цель — выиграть время. Они хотят, чтобы яд добил вашего брата в замке до того, как мы успеем вернуться с противоядием. Мы в ловушке.

Даркран мрачно осмотрел покалеченных животных, и в его газах вспыхнул опасный огонь. Ситуация казалась безвыходной: до замка Джейд было несколько часов бешеной скачки, а пешком, оберегая человеческую травницу, они будут добираться больше суток. Время работало против них.

— Проклятье, — процедил вожак, сжав кулаки. — Нам не успеть.

— Успеем, — твердо произнес Алвиш. Он запустил руку под свою кожаную броню и достал оттуда массивный кулон на толстой цепочке. Внутри него пульсировал редкий, иссиня-черный камень перемещения. — Отцовский артефакт. Он настроен на точку переноса в главном крыле замка.

Даркран резко обернулся к другу. На его лице промелькнуло облегчение, которое тут же сменилось мрачностью:— Он одноразовый, Алвиш. И перенесет только одного. Силы камня не хватит на троих.

— Знаю. Поэтому я переношусь прямо сейчас, — быстро заговорил Алвиш, сжимая артефакт в ладони. — Я лично запрусь в покоях Элдана и никого туда не пущу до вашего прибытия. А затем тайно отправлю наших самых верных гвардейцев со свежими конями вам навстречу. К рассвету отряд будет здесь.

Даркран коротко кивнул, признавая правоту друга:— Действуй. А я уведу Талису с тропы и спрячу в лесу. Мы затаимся на ночь и будем ждать подмогу.

Алвиш резко крутанул кольцо на артефакте. Иссиня-черный камень вспыхнул ослепительным светом, воздух вокруг него задрожал, и в следующую секунду гвардеец растворился в пространстве, оставив после себя лишь легкий запах озона.

Талиса осталась стоять у входа в пещеру один на один с суровым вожаком оборотней. Небо стремительно темнело, наваливались летние ночные сумерки, а лесная чаща вокруг наполнялась пугающими шорохами.

— Идем, — Даркран сдержанно перехватил её за локоть, увлекая за собой в самую гущу леса. — Нам нужно уйти подальше от пещеры до того, как Клыки вернутся проверить свою ловушку.

Они шли около часа, петляя среди вековых деревьев, пока Даркран не остановился у подножия старой скалы, поросшей густым мхом и диким плющом. В глубине корней огромного дуба обнаружилась небольшая, сухая земляная ниша — идеальное природное укрытие, скрытое от чужих глаз.

— Переночуем здесь, — буркнул вожак, осматривая лаз. — Огня разводить нельзя, дым выдаст нас за версту. Придется сидеть в темноте и ждать подмогу Алвиша.

Талиса устало опустилась на сухой мох внутри ниши, бережно прижимая к груди сумку с Лунным цветком. Ночная прохлада северного леса быстро пробиралась под её легкое платье, заставляя девушку едва заметно дрожать от холода. Даркран сел у самого входа в укрытие, лицом к лесу, положив руку на рукоять меча. Его плечо, раненное в дневном бою, всё еще сочилось темной кровью, пачкая кожаную куртку.

В темноте укрытия послышался тяжелый, рваный вздох Даркрана. Он попытался бесшумно сменить позу, но кожаная куртка жалобно скрипнула, а сам вожак глухо рыкнул от боли.

Талиса, чьи глаза уже немного привыкли к полумраку, повернула голову. Зеленоватый огонек на её пальцах давно погас, но она отчетливо видела, как темное пятно на его плече продолжает расползаться, пропитывая плотную ткань одежды. Запах свежей крови оборотня стал слишком тяжелым и густым.

— Повернись ко мне, вожак, — негромко, но властно произнесла Талиса, запуская руку в свою походную сумку. — Нужно осмотреть твое плечо.

— Сиди на месте, целительница, — огрызнулся Даркран, даже не повернув головы. — Сама же сказала — сидеть тихо. Обычная царапина от когтей. К рассвету затянется. У оборотней кровь закипает и сжигает любые раны за считанные часы.

— Твоя «обычная царапина» кровоточит уже два часа, — Талиса решительно придвинулась ближе по сухому мху, проигнорировав его приказ. — Процесс регенерации у высших оборотней запускается за пятнадцать минут. Ты потерял слишком много сил в пещере, или оружие Каменных Клыков было обработано особым составом, замедляющим свертываемость. Так что прекрати упрямиться и дай мне работать.

— Я сказал — не трогай меня, — Даркран резко перехватил её запястье в темноте. Его хватка была железной, пальцы обжигали кожу, а янтарные глаза хищно блеснули в полумраке. — Я вожак клана Джейд, человеческая девчонка. Я не нуждаюсь в том, чтобы надо мной тряслись из-за пустякового пореза. Оставь свои припарки для деревенских жителей на границе.

Талиса даже не вздрогнула. Она упрямо дернула рукой, заставляя его ослабить хватку, и посмотрела на него в упор, сердито сузив глаза.

— Во-первых, меня зовут Талиса. И если ты еще раз назовешь меня «человеческой девчонкой», я подмешаю в твой утренний чай корень сонной травы, и ты проспишь прибытие собственного отряда, — процедила она сквозь зубы. — Во-вторых, в Высшей Академии Магии, которую я окончила, целый семестр посвятили изучению анатомии оборотней. И я прекрасно знаю, что если сейчас не остановить это кровотечение, к утреннему походу у тебя начнется лихорадка. Ты вожак? Отлично. Так веди себя как разумный правитель, а не как упрямый баран, который готов истечь кровью на глазах у своего врага ради глупой гордости.