Землянка для капитана

Хашийка подходит ко мне и дёргает за цепь, чтобы я шла за ней.

– Уже побывала там? – спрашиваю у неё, сдерживая злость и желание, перекинуть цепь через её голову и придушить.

Взгляд темнеет.

– Можешь смеяться сколько захочешь, но оттуда, из женщин, никто не возвращается. А я, насколько поняла, тоже не жаждешь находиться здесь, на корабле. Но пока ты тут, у тебя есть возможность освободиться, а там ты сгинешь, переходя от одного солдата к другому.

Она оглядывается, словно в пустой комнате кто-то может её подслушивать. – Будешь слушаться меня, я помогу тебе сбежать.

Хашийка хочет мне помочь? Да, она хочет от меня избавиться, это понятно, но благодарить её я не собираюсь. Жизнь научила меня, не верить тем, кто пытается помочь, чаще всего это приносит только боль и разочарование.

– Хорошо, – киваю я, чтобы показать, что поняла и приму её помощь.

– Идём. Я переодену тебя. Капитан Кимарк сказал, что ты должна быть готова к его визиту.

Я молчу и следую за Сирой. Она ведёт меня по коридору, заводит в комнату, как я понимаю, душевую. Приходится раздеться и проследовать в большую комнату, где меня тут же начинают тереть и скоблить взрослые женщины. А когда выхожу, моей одежды уже нет ,зато на её месте лежит платье из тонкой невесомой ткани красного цвета. Такого же цвета топ. Наручники с меня так и не снимают, лишь добавляют новые драгоценные браслеты. Волосами занимается сама Сира, накручивает их, укладывает, и, когда я смотрю на себя в зеркало, не узнаю своё отражение. Это совсем не я. Какая-то сказочная красавица из старинных сказок, которые так любят мои мальчики.

– Теперь жди капитана, – шепчет Сира, поправляя на мне пышные рукава топа. – Будь послушной, тогда тебе не будет так больно.

– Есть ли средство защититься от… от беременности? – также тихо шепчу я. Не хочу снова забеременеть от Ахрама.

Она качает головой.

– Не переживай, наш капитан не оставляет своего семени в наложницах. Это строго запрещено.

Глава 6.

Когда в комнату входит Ахрам, моё сердце замирает от страха. Сира, склонив голову, быстро семенит к выходу, а перед тем, как закрыть дверь, бросает на меня взгляд, полный зависти.

Так, Руслана, соберись. Мало ли что нас связывало в прошлом, Ахрам - предатель. Да, он отпустил корабль в обмен на близость, но и я больше не та девчонка, которая не умела ничего. Теперь я умею управлять своей силой. И даже уже испробовала на Ахраме. Он не разгромил комнату, хотя я чувствовала в нём огромную бушующую злость, значит, я справилась и справлюсь сейчас.

Ахрам не спеша подходит ко мне. Я чувствую, как он приятно удивлён моим преображением, хоть и не подаёт вида.

– Тебя кормили? – спрашивает он.

Киваю.

Я успела перекусить пару кусочков мяса, но решила не наедаться. Кто знает, что меня ждёт этой ночью.

– Платья тебе идут больше, чем комбинезоны, – замечает Ахрам как бы невзначай.

– Возможно, но я не ручная наложница, чтобы носить их постоянно. Комбинезоны мне по душе. Они практичнее.

– Придётся о них забыть.

Ахрам расстёгивает мундир, скидывает с себя пиджак и остаётся в белой футболке, следом снимает сапоги, расстёгивает брюки. Рубашка летит вслед за всей одеждой. Хашиец остаётся полностью обнажённым. Он нисколько не изменился. Всё та же стать и мощное тело. Только на плече добавился шрам, и на рёбрах ещё один, рваный, как от холодного оружия. Скольжу взглядом ниже – на ноге свежий ожог от лазера.

– Ты воевал? – спрашиваю его, совсем позабыв, что он теперь капитан, и я не должна интересоваться его жизнью. Он мне никто. И всё же, глядя на его шрамы, душа болит. Удивительно, что он до сих пор ещё жив.

– Звание капитана не дают просто так, маленькая, – Ахрам подходит ко мне и неожиданно цепляет мой подбородок рукой, поглаживает щеку большим пальцем.

– Как ты выжил после таких ран?

– Я не так слаб, как ты можешь подумать. Разве в прошлый раз ты этого не поняла? – на его губах появляется грустная полуулыбка. – Ты очень красивая, Руссалана, будешь моей самой желанной наложницей.

– Я не хочу быть твоей наложницей. Даже если буду единственной желанной.

Его пальцы больно сжимают мой подбородок, взгляд темнеет.

– Ты будешь делать то, что я скажу. И сейчас я хочу помыться, а потом получить обещанное.

– Ответь мне только на один вопрос, Ахрам. Ты специально соблазнил меня тогда, чтобы украсть мой графон и угнать корабль?

Этот вопрос мучил меня все пять лет. Неужели я была так слепа, что не увидела обман перед самым носом.

– Что даст тебе мой ответ?

– Хочу знать, у нас всё было по любви или только ради корабля.

– Я никогда не говорил тебе, что люблю. Ты сама выбрала меня первым мужчиной.

Его слова бьют по живому, но я понимаю, что он прав. Просто всё это время я продолжала верить маленьким кусочком души, что всё-таки у него были чувства, а корабль угнал он вынужденно.

– Пока я моюсь, убери, – указывает на свою одежду. – И разденься. Хочу тебя.

Он уходит в душевую, а я остаюсь стоять в центре комнаты. Рукой хватаюсь за горло. Цепь наручников жалобно звякает, словно решила вместо меня заплакать. Но мне плакать нельзя. Не дам ему увидеть свою слабость. Просто спазм так больно сжал горло, что не могу вздохнуть.

Закрываю глаза, считаю до десяти. Вдох, выдох.

Мысленно отдаю себе команду, чтобы не сорваться.

Собираю его одежду. Снимаю юбку и топ. На мне остаётся только тонкие полупрозрачные шортики. Едва прикрывающий грудь бюстгальтер. Щёки горят. Сосредотачиваю силу в руках, я должна сделать то, чего ещё не делала – от одного прикосновения усыпить хашийца.

Когда через пять минут хашиец выходит из душа, я сижу на его кровати в соблазнительной позе. Вижу по глазам, что доволен. Подходит к кровати, опирается коленом о край кровати. Его член уже возбуждён.

– Подойди ко мне Руссалана.

Я сама кротость и не должна перечить капитану, – напоминаю себе, хотя сказать хочется много чего. Он подтягивает меня к себе. Впивается в мои губы жадным поцелуем, будто много лет обходился без разрядки.

Мне только это и надо. Глажу его плечи, успокаивая Ахрама. Поднимаюсь руками выше, к его затылку, отсюда действие сильнее.

Но он неожиданно перехватывает мои руки, опрокидывает на спину и прижимает запястья к матрасу.

– Ты думала, я не знаю, что ты сильный эмпат, Руссалана? Моя жена была такой же. Но это тебя не спасёт.

Ахрам тянет тонкую ткань шортиков, ткань натягивается и лопается, оставляя обжигающие полоски боли на коже.

– Раздвинь ноги Русса, если не хочешь, чтобы тебе было больно.

Я ещё пребываю в растерянности от его реакции и того, что он всё знал, но ни разу не намекнул на это.

– Руса, ноги! – командует Ахрам.

Я раздвигаю колени. Хашиец перехватывает мои руки своей огромной ручищей, чтобы освободить вторую.

– Шире.

Его пальцы уже скользят по животу, сжимают кожу на лобке, пальцы раздвигают губы. Я вся влажная и сама это чувствую. Ахрам удовлетворённо улыбается. Погружает в меня сначала один палец, потом два. Растягивает, массирует, подготавливает. В прошлый раз было идеально. А сейчас как будет?

– Признайся, Руса, как часто ты вспоминала, как я трахал тебя всю ночь.

Хочется его оттолкнуть после этих слов, но вместо этого бедра подаются вперёд, не желая остаться без ласки.

– Признайся, Руся, ты же хочешь.

Пальцы терзают мою плоть, то заигрывают, то бросаются в атаку, пронзают, рисуют восьмёрку на клиторе, поглаживают ,сжимают, пока я не начинаю всхлипывать и задыхаться. Ахрам, чувствуя приближение моего оргазма, перестаёт ласкать. Оставляя меня неудовлетворённой.

Открываю глаза, обиженно смотрю на него.

– Скажи, чего хочешь, и получишь, – шепчет он хриплым голосом. Наклоняется и облизывает мой сосок.

– Не хочу, – упрямо отвечаю я. – я себя руками не хуже могу удовлетворить.

Улыбка сразу пропадает с его губ. Чувствую, что попала в цель. Он подминает меня, толкается членом и сразу входит на всю длину. Жёстко впивается в губы.

Глава 7

– Ты моя! – рычит Ахрам, толкается в меня всё жёстче и быстрее.

Хочу сопротивляться, но физически неспособна: Ахрам больше меня и сильнее, . Ещё и мозг отключается от его движений. Мы действительно будто созданы друг для друга. Как бы Пашу я ни уважала, но мне никогда не было с ним так хорошо. Он всегда был ласковым и нежным, с Ахрамом же каждое прикосновение пробивает током, будто мы заряженные провода и искрим от соприкосновения.

В последний момент, перед тем как кончить, он выскальзывает из меня, накрывает головку ладонью, собирая сперму.

Это портит весь момент.

Словно он разорвал связь и разрушил наш кокон страсти.

Ахрам уходит в ванную.

Я же постепенно прихожу в себя, на душе становится погано. Всё равно он добился чего хотел. И я тоже голову совсем потеряла, хотя обещала себе, что буду бороться.

Стыдно безумно.

Заворачиваюсь в шелковое покрывало и отползаю на край кровати. Хочется выть от обиды, но я жмурюсь, чтобы не проронить ни слезинки.

В комнату возвращается Ахрам. Ложится на кровать и рукой подтягивает к себе.

– Я хочу, чтобы ты спала рядом со мной, – шепчет ласково. Я даже немного теряюсь. Уходил злым, вернулся добрым. Уж не подменили ли его.

Целует меня в плечо, обнимает.

– А желания женщин у хашийцев совсем не учитываются? – спрашиваю его, голос дрожит от разрывающих душу обиды и злости на него.

Хоть Ахрам и сломал мою защиту, я всё равно буду сопротивляться.

– Учитываются, но не у наложниц, – тихо отвечает Ахрам.

– Я не хочу быть наложницей.

– Тебе не понравился секс со мной?

– Я воспитана в других традициях. У мужчины должна быть одна женщина.

– Ты тоже будешь моей единственной.

Я замолкаю на несколько секунд, пытаюсь понять, я ослышалась или он на самом деле это сказал.

– А как же наложницы?

– Они нужны для статуса. Теперь, когда ты появилась, мне больше никто не нужен.

Он говорит такие важные слова обыденным тоном. Я даже начинаю сомневаться в своём переводчике. Может, Ахрам что-то другое сказал.

– А как же Сира?

– Она просто девчонка, капризная и завистливая.

–Зачем же ты взял её в наложницы?

– Я же сказал тебе: чем больше у хашийца наложниц, тем выше статус. Значит, женщины считают меня сильным хашийцем, выбирают меня сами. Я никого не принуждаю.

– Никого? Но ты принуждаешь меня.

– Ты землянка. Право выбора своего мужчины есть только у хашиек, и если она ему доверилась, то уже не сможет уйти, пока я он не отпустит.

Я тяжело вздыхаю. Как же всё сложно в их мире.

– Зачем ты напал на наш корабль? –этот вопрос мучил меня больше всего весь день.

– Ты решила замучить меня вопросами? – вздыхает Ахрам и прижимает к себе, зарывается лицом в мои волосы, а у меня от его нежности мурашки выступают на руках.

– Я имею право знать. Ответь, пожалуйста.

– Только из-за тебя. Это был подарок судьбы, я не мог его упустить, – шепчет Ахрам, как признание в любви.

– Но если ты так ко мне относишься, зачем тогда вообще сбежал и бросил меня? Нам с Пашей тяжело пришлось, очень тяжело.

– Руса…Я должен был вернуться к своим и помочь им в войне. Это мой долг как хашийца.

– Но ты же мог сказать нам, неужели мы бы не помогли?

– Вас бы не оставили в живых.

Молчу, мозг переваривает ответы Ахрама. Теперь хоть становится немного понятнее.

– Ты задаёшь слишком много вопросов, и я очень хочу спать.

– Я просто хочу понять и узнать чуть больше про вашу культуру и традиции.

– Завтра у Сиры и спросишь. Она расскажет.

Ахрам неожиданно зевает, поворачивается на спину, но не выпускает меня.

– Спи, Руса, тебе понадобится много сил.

– Можно последний вопрос?

Ахрам кивает.

– Хорошо.

– Как ты догадался, что я эмпат?

– В этом нет ничего загадочного. Я знаю, как действует сила. Жена иногда помогала мне уснуть.

Я ещё долго не могу уснуть, а Ахрам засыпает почти сразу. Наблюдаю, как размерено поднимается его грудь, как дрожат его ресницы.

Во сне он кажется моложе, мышцы на лице расслаблены. Ахрам красивый, мои мальчики очень похожи на него.

Интересно, как бы он воспринял новость, что у него есть дети?

Но тут же гоню эту мысль дальше. Я не должна ему рассказывать. То, что он был ласковым последние полчаса, ничего не меняет.

У меня есть дети, и я должна в первую очередь думать о них.

*** ***

Когда просыпаюсь, Ахрама уже нет. Откидываюсь на подушки, вспоминаю наш разговор. Радует хотя бы, что он незаконченный злодей. Эгоист - да, но что-то доброе в нём ещё осталось, я это чувствую.

– Женщины не должны нежиться в кровати до обеда, – раздаётся женский голос от двери.

Приподнимаюсь на локтях, чтобы посмотреть, кто это. В дверях стоит Сира с подносом. Сердито смотрит на меня.

– Разве сейчас обед? – удивляюсь я.

– Да. И ты должна поесть. Капитан Кимарк сказал, чтобы ты всё съела.

Она проходит к столу, ставит поднос и поворачивается ко мне.

– Судя по тому, что ты не рыдаешь и не корчишься от боли, первый раз был удачным, – недовольно замечает она.

Меня цепляет её отношение и слова.

– А ты, видимо, жаждала увидеть меня именно такой?

Она отворачивается, но я успеваю заметить её дрожащий подбородок.

– Я не желаю тебе зла, но это несправедливо, что какая-то землянка Капитану подходит лучше, чем чистокровная хашийка.

Глава 8

После завтрака, чтобы не сидеть снова в каюте, я прошу Сиру прогуляться со мной кораблю. Хотя бы по тем местам, где можно. Сира не отвечает и не обращает внимания на меня.

– Сира, я понимаю, что неприятна тебе, но если мы с тобой начнём общаться, время для нас пройдёт быстрее. Мне скучно сидеть запертой в четырёх стенах.

– Мне то, что. Это твои проблемы, – цедит сквозь зубы Сира.

В её руках что-то поблёскивает, я присматриваюсь и наблюдаю, как она работает над каким-то прямоугольником.

Сначала мне кажется, что это просто картонка, но чем дольше присматриваюсь, тем чётче вижу, что это какая-то картина. Подхожу ближе. Тонкие световые линии, которые выглядят как нити, тянутся из её графона, и она аккуратно укладывает их на металлический холст. Световые нити, опускаясь на металл, оставляют красивый узор.

– Как красиво! – вполне искренне хвалю её работу. – А что это за устройство такое?

– СВетовой преобразователь. У землян, что нет такого?

– Я не видела. Может, и есть, но не обращала внимания.

– А чем же ты тогда занималась?

– Как, чем? Я работала пилотом. Выполняла заказы. Отвозила доставки.

Сира вскидывает на меня удивлённые глаза.

– Ты пилот?

– Ну да. А что, непохожа?

– Нет, – фыркает Сира. – Какой из тебя пилот? Хашийские женщины вообще к управлению корабля не допускаются.

– Что за бред?

– А зачем? Меня вполне устраивает, что этим занимаются мужчины.

– Чем же тогда могут заниматься женщины? – спрашиваю у Сиры, хотя уже догадываюсь, что она ответит.

– Мы можем заниматься всем, кроме технических наук. Женский мозг не предназначен для того, чтобы разбираться в технике.

– Понятно.

Становится ещё грустнее и понятнее. И если я отсюда не выберусь, какая именно такая жизнь меня и будет ждать.

Через час бессмысленных скитаний из угла в угол я снова начинаю приставать к Сире.

– Тебе не хочется размяться? Может, всё-таки пройдёмся?

На что она лишь бросает на меня быстрый взгляд и тяжёло вздыхает.

Что за упрямая деваха. Не хочешь так, придётся зайти с другой стороны.

Останавливаюсь посередине комнату, потягиваюсь, глядя на кровать.

– Что-то я так устала от безделья. Сегодня вечером попрошу Ахрама, чтобы разрешил мне выходить из комнаты, а то так и от скуки умереть можно.

– Почему ты называешь его по имени? – слышу злые нотки в голосе Сиры.

– Потому что я привыкла его так называть.

– Привыкла? Вы с капитаном были знакомы раньше?

– Ну да. Я выкупила его у торговца рабами.

– Что?– Сира даже на ноги вскакивает, а её световые нити оседают плавными линиями на пол, оставляя на нём красочный узор.

– Ты врёшь! Капитан Кимарк не мог быть невольником. Да он…он…Да ты знаешь, какой он сильный. С ним никто не может сравниться ни в скорости, ни в силе, иначе бы он не стал капитаном.

– Думай что хочешь, но пять лет назад я нашла на Шарабане у торговца Куа-Коро и выкупила его за два пикля, – я продолжаю настаивать, ведь мне лучше знать, правда это или нет.

– Ещё большая чушь! Капитан не мог стоить два пикля. В две тысячи пиклей ещё поверю, но не два.

Её упёртость раздражает.

– Хорошо. Давай я при тебе спрошу об этом у Ахрама. И про то, как я сняла с него цепи. Ну и заодно про то, как он был мне благодарен.

– Спросишь?Охотно про это послушаю, особенно как Капитан сам посадит тебя на цепь за такое враньё.

– Отлично. Как только он придёт, сразу и спрошу, ты, главное, сама не сбеги никуда, а то ответ не услышишь. А ещё я скажу ему, что ты мне не нравишься и заставляешь сидеть весь день в комнате. Интересно, что он на это скажет?

Ноздри Сиры раздуваются, кажется, ещё минута, и она придушит меня. Но всё же разум побеждает.

– Хочешь погулять. Хорошо. Идём. Только не забудь сказать капитану, что это была твоя идея, – шипит Сира и направляется к двери. Я следую тут же за ней, не веря своему счастью.

Мы проходим коридор, в котором я уже была, проходим дальше. Тяжёлые двери разъезжаются и открывают вид на ту часть корабля, в которой я ещё не была. Здесь белые коридоры, с голубой подсветкой, Мужчины хашийцы снуют туда-сюда. Все куда-то торопятся. Стоит мне перешагнуть порог , как множество глаз устремляются на нас. Сира принимает привычную позу. Склонив голову, идёт маленькими шагами мимо проходящих мужчин. Я же задираю подбородок и иду за Сирой, гордо расправив плечи.

Не успеваем пройти до середины, как дорогу преграждает молодой хашиец.

– Сира, привет!

– Привет, Данташ. Мне сейчас некогда, – тихо бормочем Сира.

Хашиец окидывает меня взглядом и отходит в сторону.

Вижу, как Сира выдохнула.

– Чего ты так боишься? – спрашиваю её на ушко.

– Тебе не понять.

– Ну так объясни.

Мы переходим в другой коридор, с зелёной подсветкой. Здесь Сира немного раслабляется, да и народу здесь меньше.

– А у вас есть библиотека?

– Есть, а зачем тебе?

– Хочу почитать что-нибудь, узнать про хашийцев немного. Ну и скачать, может, что-нибудь, чтобы вечером почитать. И кстати, Ахрам мне сам разрешил.

Сира дёргает плечом, жест, видимо, должен означать иди за мной, и я иду.

Заворачиваем за угол, и нос к носу встречаемся с Викором. От взгляда его единственного глаза мне становится не по себе.

– Кто вам разрешил покидать каюту? – ледяным тоном спрашивает одноглазый.

И откуда в нём столько ненависти?

Глава 9

Вижу, как Сира втягивает голову, но при этом подбородок не опускает. Значит, не я одна считаю Викора неприятным. Интересно, он озлобился, когда глаз потерял, или просто кто-то не выдержал его поганого характера и дал в глаз, и после этого он глаз потерял.

– Разве наложницам нельзя выходить в общую зону? – Сира храбрится, но я слышу, как звонкой вибрацией дрожит её голос.

– Наложницам можно, а этой нельзя, – Викор окидывает меня ненавидящим взглядом.

– Распоряжение капитана не было… – Сира пытается возразить, но тут же замолкает.

– Мне плевать, что там говорит капитан, он отвечает за внешнюю территорию, я же слежу за внутренним порядком, если ты не забыла. Если случится конфликт из-за землянки, кто будет успокаивать солдат?

Какой же он неприятный тип. Злость волнами расходится от него, я чувствую её на расстоянии.

Может, в другом случае я бы и смолчала, но сейчас язык срабатывает быстрее, чем разум.

– И что вы теперь прикажете мне сидеть в каюте всю оставшуюся жизнь?

Огромная ручища хватает меня за тонкий материал блузки и тянет на себя. Нитки трещат, но не это пугает меня больше всего. Единственный глаз Викора сверлит меня взглядом. В голове проносится похожий момент с Ахрамом, он меня тогда чуть не задушил. А что может сделать со мной это монстр? Свёрнет шею одним движением руки,а потом скажет Ахраму, что я споткнулась.

– Ты будешь сидеть в каюте столько, сколько я тебе скажу. И только попробуй выйти…

Не знаю, откуда появляется Ахрам. Он налетает на Викора ураганом и сносит с ног. Я приземляюсь на пол и отползаю на безопасное расстояние.

Ахрам наносит мощные удары без остановки. У Викора просто нет возможности ни ответить, ни даже прикрыть лицо.

Он, как неутомимый титан молотит кулаками-молотами по лицу Викора.

Шум привлекает внимание проходящих мимо хашийцев, но никто не спешит разнимать драчунов. Только я не могу смотреть на настоящее избиение.

– Ахрам, ты же убьёшь его! – кричу я.

Мне не жалко Викора, но стоять и наблюдать за жестокостью – это слишком для меня.

Рука Ахрама замедляется. Он оборачивается на меня. Его лицо искажённо гневом, так сильно, что я едва узнаю в нём знакомые черты. На подбородке, скулах и лбу выступают острые шипы.

Я замираю от ужаса и осознанием, что я на самом деле ничего не знаю о хашийцах. Что они за монстры? И кто скрывается на самом деле под красивой мужской маской.

– Руса, отойди, – шипит Ахрам. – Не вмешивайся.

Я отступаю, но не из-за его приказа, а из-за того, что мне просто страшно.

Разворачиваюсь и бегу обратно по коридору.

Неужели и мои мальчики станут такими чудовищами? Нет, я не дам. Я должна быть рядом, когда они подрастут, чтобы объяснить ,чтобы защитить от других.

Коридор кажется бесконечным, лихорадочно осматриваюсь. Напрягаю память, пытаясь вспомнить расположение корабля, который мы осматривали в песках Шарабана.

Если я не ошиблась, то должна сейчас находиться в нужном месте, только вот дверей нет.

Может, я что-то упустила. Может, в стенах есть невидимые двери?

Веду рукой по белой поверхности стены, ощупываю каждый миллиметр и натыкаюсь на скрытую дверь. Толкаю, и она, к моему удивлению, подаётся.

За скрытой дверью, помещение со спасательными капсулами.

Я могла бы забраться в одну из них и стартовать. Одно останавливает меня: я совершенно не знаю, есть ли рядом с нами хоть какие-нибудь планеты. Не хотелось бы мне зависнуть в капсуле и умереть в космосе от собственной глупости. Оглядываюсь по сторонам, медлить нельзя. Они, наверно, уже бегут за мной. Бросаюсь к другой стене, но выхода нет, комната изолирована.

– Хотела сбежать от меня? – слышу голос Ахрама. Резко разворачиваюсь, перед глазами, до сих пор его лицо, но когда наши взгляды встречаются, я вижу своего Ахрама, того самого, которого встретила, которого знала.

– Я…я…– во рту сухо, язык не хочет подчиняться.

– Ты моя Русалана. Я тебе уже не раз говорил про это.

Надо что-то придумать, чтобы он не заподозрил мои намерения.

– Я испугалась, – лепечу тихо, это единственное, что смогла придумать как оправдание своего побега.

– Чего испугалась? Меня?

Ахрам не спеша приближается, ступает мягко. Как кот на охоте.

– Ты был д-другим. Там…когда бил Викора.

– Да. Эмоции вышли из-под контроля.